Ноябрь 2017 / Кислев 5778

Часть 3

Часть 3

Вода

До сих пор мы в основном исследовали символику миквы. Существует, однако, правило, что всякая заповедь — помимо символического смысла — несет в себе некий духовный потенциал, способный оказывать большое влияние на человека.

С этой идеей тесно связано положение, согласно которому все, что существует в физическом мире, имеет своего двойника в духовной сфере. Т.е. любое действие или поступок в этом мире имеет свое отражение в мире духовном.

Духовной копией физического человека является его Б-жественная душа. Когда человек погружается в физическую микву, его душа погружается в духовную копию миквы. Однако, прежде чем подробнее остановиться на этом моменте, давайте посмотрим, в чем состоит духовный характер воды.

Одним из самых очевидных физических свойств обыкновенной воды является ее бесформенность, текучесть. В некотором смысле вода представляет собой воплощение самой идеи текучести. Во многих случаях, говоря о "воде", мы имеем в виду жидкое, текучее состояние в целом. Поэтому духовным двойником воды можно, в целом, считать ее "жидкостные" свойства.

Но в чем тогда разница между жидким и твердым? Какое особое свойство присуще жидкости, но отсутствует в телах, пребывающих в твердом состоянии?

Основное отличие заключается в способности изменяться. Если бы существовали только твердые вещества, в мире не было бы вообще никаких изменений. Мир выглядел бы как набор мертвых тел, окостеневших в своем неизменном состоянии. Конечно, движение присуще и твердым телам, например, шестерням в часовом механизме или планетам, но такое движение циклично и не приводит к изменениям. С учетом этой оговорки можно сказать, что изменения возможны только при условии существования жидкостей наряду с твердым веществом.

Однако, если бы нас окружали только жидкие, текучие вещества, возникла бы иная проблема. Жидкости обладают способностью к изменению, но им не хватает "постоянства". Жидкость не может принимать какую-то определенную, не зависимую от сосуда, в котором она находится, форму. Мир, состоящий из одних жидкостей, будет полон изменений, но, потеряв свою надежность, он лишится постоянства.

Обладая всеми типичными свойствами жидкости, вода является тем самым веществом, которое в наиболее чистом виде представляет собой изменения и нестабильность. В самом деле, когда Тора желает подчеркнуть чью-либо ненадежность, нестабильность, она использует в качестве примера воду; например, в одном из благословений, сказанных умирающим Яаковом своим сыновьям, читаем {Берешит 49:4)' "Стремительный (неспокойный), как вода".

Феномен жизни проявляется в удивительном сочетании изменений и постоянства. Любое живое существо изменяется во времени, оставляя при этом присущие себе качества. В человеке каждую секунду происходят миллионы изменений, — но он при этом не теряет своей индивидуальной личности.

За счет чего реализуется такое соответствие между изменчивостью и надежностью, мягкостью и твердостью? — За счет уникального свойства живой природы, которая сама есть ни что иное как композиция твердых и жидких тел. Причем роль жидкости номер один играет вода, поскольку именно в ней растворены питательные вещества, необходимые для существования жизни.

Все существа содержат в себе эти две важнейшие духовные противоположности — постоянство и изменение, представленные в физической сфере твердыми телами и жидкостями. Архетипами этих двух состояний являются, соответственно, земля и вода.

Описывая мир в начале Творения, Тора сообщает (Берешит 1:2): "Земля была бесформенна и хаотична; и тьма над бездной; а дух Б-га витает (более точно — вызывает движение) над поверхностью вод".

Сразу возникает несколько вопросов. Во-первых, почему здесь вообще упомянут Б-жий дух? Во-вторых, при чем здесь связь Б-жьего духа с водой? Ивритское слово мерахефет, которое мы перевели как "вызывает движение", имеет двойной смысл: вызывать движение; заботиться о чем-то, любить что-то. Но почему употребляется именно это слово? И наконец, почему указанное слово стоит в настоящем времени, которое сразу вырывает его из контекста всего стиха?

Прежде чем ответить на эти вопросы, надо выяснить одну вещь. Описывая шесть дней Творения, Тора не собирается преподать нам урок космогонии, она не рассказывает — как, откуда и почему произошел наш мир. Торе нет нужды заниматься вопросами науки, а значит, ей незачем сообщать нам сведения, которые мы можем получить самостоятельно с помощью здравого смысла, интеллекта и любознательности, т.е. нашей способности к научным исследованиям. У Торы другая цель: она как бы ставит человека рядом с остальным сотворенным миром и подсказывает ему, как он должен относиться к этому миру. Короче говоря, Тора занимается духовной сферой человека; она учит его правильному отношению к миру, созданному Б-ом.

Согласно мнению еврейских авторитетов, "вода", о которой упоминается в описании первых дней Творения, означает жидкое состояние первоначальной вселенной. Дело в том, что до Творения не существовало самого понятия изменения, ибо не было времени — той "субстанции", на фоне которой возможны изменение, движение и развитие. Творец всего пребывает вне времени, и идея изменений не имеет к Нему абсолютно никакого отношения. Вот что сказал Б-г Своему пророку (Малахи 3:6)\ "Я, Б-г, — не изменился".

Поэтому одним из первых этапов Творения должно было стать "введение" в мир самого понятия изменения. Только что сотворенная статичная вселенная призвана была наполниться динамичной, подвижной реальностью. Но одного изменения недостаточно. Изменение в чистом виде способно вызвать только хаос. Действительно, описывая первоначальное состояние мира. Тора говорит: "Земля была бесформенна и хаотична".

Если бы хаотично-изменчивое состояние было предоставлено самому себе, оно могло бы породить что угодно — и добро, и зло. Кстати, именно из хаотичного состояния возникла сама возможность зла: на это указывает фраза "и тьма — над бездной". Речь идет о духовной "тьме", а не о темноте физической, — о "тьме", что протянулась над "бездной", т.е. над глубинами "вод", на которые "дух Б-га" не оказывал никакого влияния.

Чтобы изменить данное положение, приведя его в соответствие с общей целью Б-га в процессе Творения, и обеспечить условия для ведения духовной составляющей (для духовного "просвещения"), пришлось сначала привести весь этот хаос под Его постоянный контроль. Идея такого контроля содержится во фразе "Б-жий дух вызывает движение на поверхности вод". Употребленное здесь слово мерахефет означает также "заботиться", поскольку забота Б-га о вселенной тесно связана с Его управлением любым изменением и развитием. Теперь становится ясно, почему слово мерахефет употреблено в настоящем времени; тем самым подчеркивается, что Его руководство и участие носят постоянный, непрерывный характер.

Уже в следующем стихе Торы читаем (Берешит 1:3): "И сказал Б-г: да будет свет! И стал свет". После того как было установлено Б-жье управление миром, при котором Он определяет и направляет все изменения, наступила пора духовного просвещения.

В Мидраше сказано, что "дух Б-га", который витал над водами, был "духом Машиаха" (Берешит Раба 2:4). Мессианская эра представляет собой конечное исполнение цели Творца в процессе Творения — когда зло будет побеждено, а добро воцарится над всем человечеством. Поэтому "дух Б-га", определяющий все изменения и всякое движение, является положительной силой, которая ведет мир к конечной цели совершенства, т.е. к эре Машиаха. (Но это не значит, что Б-га можно отождествить с Машиахом.)

Далее Тора сообщает, что на второй день Б-г разделил воды; при этом "верхние воды" были отделены от "нижних". Согласно некоторым мнениям, высказанным в Талмуде, разделение вод носило не физический характер; из прочтения на уровне идей следует, что "верхние воды" представляли собой мужское начало, а "нижние" — женское. Здесь мы впервые встречаемся с двумя основными "порождающими" понятиями — мужское начало и женское начало, которые представляют собой два элемента изменения, образованные из "воды".

Оба начала — и мужское, и женское — имеют прямое отношение к таким явлениям как зачатие, рождение, рост. Придав водам мужское качество и женское, Б-г как бы внес в мир возможность создавать "детей". Причем процесс изменений не носит случайный характер; он приводит к развитию мира на основе вполне объективных законов науки.

Описывая третий день Творения, Тора приводит слова, сказанные Всевышним (Берешит 1:9): "Пусть соберутся поднебесные воды в одном месте и покажется суша". Из первичного состояния "воды", в котором пребывала вселенная, появилось нечто новое — возникла "суша". К идее текучести и изменения добавилась концепция твердости и постоянства. Создаются предпосылки для существования жизни. Действительно, первая растительная жизнь появляется тоже в третий день Творения.

И еще одна новость того же дня: мы встречаемся со словом миква. Говоря о разделенной воде, Тора в приведенном стихе называет ее микве майим, скоплением вод. В следующей фразе сказано (Берешит 1:10): "Скопление (микве) вод Он назвал морями".

Из каких вод состояло это скопление? — Из "вод, которые под небесами", т.е. из "женских вод". Чтобы мир мог дать начало жизни, те воды надо было "собрать в одном месте", называемом миква. Другими словами, создавалось чрево всего живого — первоначальная "миква вод". Правомочность такой точки зрения мы находим в словах пророка (Иов 38:29,30): "Из чьего чрева вышел лед?.. Как камень, вода застывает".

Снова мы встречаемся с водой как символом жизнепор-ождающих изменений в условиях Эдена. В Торе говорится (Берешит 2:5-7): "Никаких полевых кустов еще не было на земле, и никакая полевая трава еще не росла, ибо Б-г не посылал дождя на землю... Но туман подымется с земли и польет поверхность земли... И создал Б-г человека из земного праха, и вдохнул в его ноздри душу жизни".

Пока Творец не спустил воду на землю, никакая форма жизни, даже растительная, не была возможна. Создание человека из "земного праха" могло произойти лишь после появления воды на земле. Мидраш учит, что человек представляет собой сочетание "праха (земли) и воды", постоянства и изменения (Берешит Раба 14:1). Пока человек жив, эта "пра-вода" является важнейшим элементом его существования.

Но вот в Торе заходит речь о смерти человека (Берешит 3:19): "Прах ты. И в прах возвратишься". "Прах" олицетворяет постоянство, "вода" — изменение. Когда человек умирает, от него уходит способность к изменениям; остается одно постоянство—"прах".

Основным духовным свойством воды является ее переменчивость. Она символизирует рост и способность мира развиваться в сторону осуществления замысла Творца. Вот почему Сад Эдена был "наполнен водой" - как в духовном, так и физическом смысле. В результате, он стал той средой, где человек мог расти и развиваться в соответствии в планом, намеченным Б-гом.

Таким образом, "воды Эдена" содержат в себе сразу несколько идей. Во-первых, они представляют собой "чрево" человечества, ибо именно с их помощью Б-г "создал человека из земного праха". Во-вторых, они стали источником тех самых "рек", которые, вытекая из Эдена, дали человеку возможность поддерживать связь со своим Первоисточником; причем, и это очень важно, поддерживать связь, даже находясь на самом дне грехопадения. Таковы необходимые условия для духовного совершенствования. Таковы условия исполнения Б-жьего замысла.

Еще раз отметим, что вода сама по себе олицетворяет изменение и движение к высшей цели Творца. Окунаясь в микву, человек тем самым духовно погружается в главный источник всякого изменения.

Любая человеческая личность содержит внутри себя неизменяемое ядро, центр собственного постоянства — свое "я". Когда человек полностью погружается в главный источник изменений, его "я" как бы растворяется в нем, исчезает. Выходящий из миквы человек находится в состоянии полного обновления. О нем можно сказать, что он заново родился.

Вода символизирует не просто изменчивость, непостоянство и быстротечность. Ее непостоянство означает также, что всякое зло можно исправить и всякий грех простить, — нет ничего вечного и неисправимого. Одно из главных положений иудаизма заключается в том, что раскаянием можно смыть с себя любой грех. Об этом прямо сказано в Иерусалимском Талмуде: "Ничто не может устоять перед раскаянием" (Пеа 7/7). Поэтому вода, ко всему прочему, тесно связана с идеей духовного очищения.

Именно таков смысл стиха из Второй книги пророка Шмуэля (14:14). "Нам предстоит умереть — подобно пролитой на землю воде, которую нельзя собрать". Всевышний как бы изыскивает средства, чтобы никто не был отторгнут от Него. Сам принцип изменения делает нашу жизнь преходящим, эфемерным явлением; мы уподобляемся "пролитой на землю воде". Однако тот же принцип позволяет Б-гу прощать любое наше зло и очищать от него. Суть миквы как раз и заключается в духовном очищении и обновлении.

В конечном счете все возвращается к воде, ибо в ней исполнение Б-жьего замысла. Пусть царствует "тьма над поверхностью бездны", но — "дух Б-жий вызывает движение на поверхности воды". Обратите внимание — вызывает, в настоящем времени, что указывает на постоянный и непрерывный характер этого процесса. Причем основным средством достижения конечной цели приближения к Творцу является Тора, которая, как учат наши мудрецы, представляет собой еще одну духовную копию воды (Бава Кама 17 а).

Мера человека

Один из законов, относящихся к микве, гласит, что в нее должно входить не менее сорока сеа воды (около 760 литров). Попытавшись определить, почему в законе указывается именно такой объем, мы выяснили, что он основан на размерах человеческого тела.

Интересно отметить, что цифра сорок часто встречается в Торе. Так, Всемирный потоп времен Ноаха начался после сорока суток непрерывного дождя. Пророк Моше, получая Тору, находился на горе Синай "сорок дней и сорок ночей". Странствия евреев по пустыне продолжались в течение сорока лет. В период Вавилонского изгнания земля пустовала сорок лет. Можно привести еще много примеров из Писания, где употреблено то же число сорок. (Например, Ицхак женился на Ривке в сорокалетнем возрасте. Эсаву тоже было сорок, когда он женился. Яакова бальзамировали в течение 40 дней после смерти. В эпоху судей мир стоял сорок лет. Пророк Элияу постился сорок дней. И много других примеров.) Какая в этом числе скрыта идея? Почему мы так часто встречаем его в виде некоторого отрезка времени?

Частичный ответ можно найти в законах, связанных с деторождением, которые применялись на практике во времена Святого Храма. Боль и физическая слабость, сопутствующие родам, указывают на несовершенство нашей системы размножения. Считается, что родившая женщина находится в состоянии "нечистоты". В Талмуде отмечается, что одна из причин, по которой женщина должна была принести жертву после рождения ребенка, состояла в том, что, страдая от невыносимой боли, она могла в момент родов поклясться больше не рожать {Нида 316), Так или иначе, роженица была обязана принести в Храм жертву, а до тех пор считалась "нечистой". Можно сказать, что связанная с процессом деторождения боль, вызванная несовершенством человека, приводит к необходимости соответствующего "очищения".

Говоря об очищении, Тора указывает {Ваикра 12:2,4): "Если женщина зачнет и родит мальчика, то будет нечистой семь дней, как в дни ниды... (А после этого) тридцать три дня будет (находиться в таком состоянии)..." Итак, общий срок, который требуется для очищения после родов мальчика, составляет сорок дней.

Наши мудрецы учат, что сорок дней равны внутриутробному периоду, в течение которого зародыш успевает принять человеческий облик (Нида ЗОа). С точки зрения еврейского закона зародыш получает право называться человеком лишь по прошествии сорока дней после зачатия. То же самое утверждает и наука: эмбрион человека приобретает различимые человеческие формы к сороковому дню.

Теперь можно понять, почему описанный в Торе Потоп длился сорок дней. Дело в том, что, в соответствии с традиционным толкованием, главный грех людей, из-за которого разразилась катастрофа, заключался в их сексуальной распущенности. В связи с этим Мидраш поясняет, что продолжительность Потопа объясняется "осквернением зародыша, о котором известно, что он формируется в течение сорока дней" (Перешит Раба 32:5).

Характерно, что в книге Зоар приводится аналогичное объяснение — с той лишь разницей, что там оно фигурирует как ответ на вопрос, почему наказание пришло через воду. Разделение вод, — пишет автор этой одной из самых авторитетных книг в иудаизме, — представляется необходимым актом в процессе Творения, если использовать (уже приводимую нами ранее) концепцию, при которой "верхние воды" рассматриваются как мужской элемент, а "нижние" как женский. Поколение Потопа извратило основной принцип половых отношений, поэтому "верхние воды" и "нижние воды" как бы вернулись на место, сошлись, чтобы наказать людей. Доказательство находим в самой Торе (Берешит 7:11):

"Разверзлись все источники большой бездны и открылись окна небес".

Тот же принцип работает и по отношению к микве, которую можно заполнить и дождевой, и ключевой водой.

В согласии с тем же принципом происходило также и дарование Торы. Здесь мы еще раз встречаем идею рождения. Еврейский народ родился как бы заново, когда принял Тору согласно завету. Но и сама Тора, переданная человеку, тоже должна была пройти процесс рождения. Как и при зарождении человеческого зародыша, для этого события потребовалось сорок дней.

С помощью тех же доводов можно объяснить, почему евреи провели в пустыне сорок лет. Когда Моше разрешил евреям послать разведчиков, чтобы они исследовали Обетованную Землю, то, как сказано про них в Торе (Бамидбар 13:25):

"Вернулись через сорок дней после разведывания той земли". Разведчики знали, что евреи подвергнутся духовному перерождению, когда войдут в Страну. Желая испытать это перерождение на себе и сообщить затем о своих ощущениях, разведчики провели в своем походе ровно сорок дней. Однако, они оказались недостойными Земли Израиля и поэтому вернулись с плохим сообщением. Тем самым они не выдержали испытания перерождением.

Выслушав разведчиков, евреи взбунтовались против Моше, ибо не поверили, что Б-г на самом деле намерен дать им эту землю. Тогда Г-сподь решил, что они проведут сорок лет в пустыне; о чем в Торе сказано так (Бамидбар 14:34): "В соответствии с сорока днями, в течение которых вы разведывали землю, вы будете нести бремя своих грехов один год за каждый день. Всего сорок лет". Впрочем, теперь это число — сорок - наполняется более широким смыслом и символизирует перерождение на более высоком уровне, а именно перерождение всего народа. Лишь следующее поколение еврейского народа окажется в конце концов достойным вступить в дарованную евреям землю.

Итак, мы видим, что число сорок обозначает процесс рождения. И в то же время, как уже отмечалось, оно имеет прямое отношение к размерам человеческого тела. Т.е. оно объясняет, почему миква должна вмещать в себя сорок сеа воды. Но миква олицетворяет еще и женское чрево. Поэтому эти сорок сеа аналогичны сорока дням, в течение которых происходит формирование человеческого зародыша.

Мы установили связь между рождением и числом сорок. Но чтобы понять, почему рождение и развитие зародыша тесно связаны именно с числом сорок, следует привести еще одно доказательство. Процесс Творения состоит из нескольких этапов, ссылку на которые мы находим в следующем стихе (Йешая 43:7): "Все, что названо Моим Именем, ради Своей славы Я сотворил, сформировал и сделал". Всего этапов четыре: "ради Своей славы" — первый этап, "сотворил" — второй, "сформировал" — третий, "сделал" — четвертый. Все четыре этапа отражены в четырех буквах тетраграммы, обозначающей Имя Б-га — йод, эй, вав, эй. На первом этапе, представляющем собой "Славу Б-га", все существует в духовном смысле, на уровне понятий, но не в ощутимой реальности. Следующий этап - "сотворение", в ходе которого создается "нечто из ничего". Затем следует "формирование", при котором созданная материя приобретает начальное подобие формы. И наконец, "создание"; на этом этапе весь процесс завершается, и мы получаем конечный продукт — нашу вселенную.

Мудрецы учат, что мир был создан Десятью речениями (Авот 5:1). Подразумевается выражение "И сказал Б-г", которое в описании процесса Творения появляется десять раз (см. Берешит 7, стихи 3, 6, 9, 11, 14, 20, 24, 26, 28 и 29). Поскольку эти Десять речений входят в каждый из четырех этапов Творения, общее число элементов Творения составляет сорок. Можно сказать, что число сорок имеет прямое отношение к идее Творения.

Перечисляя те категории "работ", которые запрещено совершать в Шабат, Талмуд сообщает, что всего их "сорок минус один" (Шабат 7 За). Как мы знаем, эти тридцать девять категорий "работ" аналогичны тем видам деятельности Всевышнего, которые "участвовали" в процессе Творения (мы их можем повторить, "продублировать" в своей трудовой деятельности), — подобно тому как наш собственный субботний отдых подобен первому Шабату после Шести дней Творения. Существует, однако, один вид "работы", который мы не можем "дублировать". Речь идет о самом первом этапе Творения, когда создается "нечто из ничего". Это единственная категория, которая не включена в число работ, запрещенных в Шабат, ибо мы все равно на нее неспособны. Оставшиеся категории "работ" представляют собой достижимые нами элементы Творения — общим числом "сорок минус один".

На четыре указанных этапа Творения намекают также "четыре рукава" реки, что течет из Эдена. Как уже отмечалось, в духовном плане эта река тесно связана с концепцией миквы.

Таким образом, сорок сеа, которые вмещаются в микву, представляют собой основные элементы Творения. На первичном этапе Творения его главным проявлением, его реализацией была вода. Поэтому, проходя через сорок сеа воды в микве, человек как бы проходит через начальные этапы Творения мира.

Связующая буква

Мы уже видели, что миква тесно связана с двумя основополагающими идеями, а именно с идеей воды и числом сорок. Обе эти идеи — концептуальная и цифровая — заключены в одной единственной букве — еврейской букве мем.

Название буквы мем происходит от ивритского слова "майим", вода. Кроме того, числовое значение буквы мем равняется сорока. Поэтому неудивительно, что буква мем также представляет собой, или символизирует, микву.

Известно, что буква мем имеет две формы написания — п и а. Одна — открытая, когда буква стоит в начале или середине слова. Другая — закрытая со всех сторон, — когда буква стоит в конце слова. Так вот, вторая, не менее важная идея, заложенная в букве мем, связана с женским чревом. Закрытая форма ее начертания (в конечном положении) — напоминает матку, закрытую во время беременности. В то время как открытая мем похожа на открытую матку во время родов и сразу после них. Числовое значение сорок, которое приписано букве мем, можно увязать с сорока днями, в течение которых происходит формирование зародыша.

Чтобы понять смысл этой буквы на более глубоком уровне и проследить ее связь с миквой, обратимся к одному любопытному Мидрашу (Берешит Раба 81:2). Пророк однажды сказал (Йирмея 10:10): 'Т-сподь Б-г - истина (эмету\ На это Мидраш дает следующее толкование:

Что есть печать Б-жья? Наш Рабби (Рабби Йеуда А-наси) сказал от имени Рабби Реувена: "Печать Б-жья — это и есть истина, правда". Спросил его Реш-Лакиш: "Почему эмет является словом, обозначающим на иврите понятие правды?" Тот ответил: "Потому что это слово состоит из букв алеф, мем, тав, Алеф — первая буква еврейского алфавита, мем — средняя буква, а тав — его последняя буква. Б-г сказал (Йешая 44:46): "Я — первый, и Я — последний".

Отсюда мы видим, что буква мем обладает одним очень интересным свойством. Алеф, первая буква алфавита, олицетворяет начало. Тав, последняя буква, олицетворяет конец. А мем — это буква, которая означает переход, транзитивность.

Связующая идея буквы мем особенно наглядно демонстрируется самим словом эмет, правда, истина. Первые его две буквы — алеф, мем — образуют слово эм, которое на иврите означает "мать". Именно от матери берет свое начало человек. Две последние буквы — мем, тав — образуют слово мет, в переводе с иврита— "смерть", конец человека. Смысл всех этих конструкций в том, что буква мем представляет собой идею перехода и изменения. Алеф — это прошлое, тав — будущее. Значит, мем символизирует переход от прошлого к будущему. А раз так, то мы говорим об этой букве как о моменте в настоящем.

Прошлое — история, которую нельзя изменить. С будущим у нас нет никаких контактов. Поэтому единственной сферой, где происходят все изменения, ареной деятельности, является настоящее. Символизируя воду как основу изменений, а также число сорок — основу рождения, буква мем представляет собой также и настоящее время — как этап перехода от прошлого к будущему, который и является ареной всех изменений.

Но взглянем еще глубже. Можно отметить, что переход от прошлого к будущему имеет прямую связь с понятием рождения. Действительно, среди нескольких слов, которые выражают на иврите "будущее", есть слово а-нолад, которое буквально переводится как "то, что рождается". Чрево, в котором рождается будущее, — это и есть настоящее. А буква мем — его символ.

Таким образом, погружающийся в микву человек фактически входит в сферу действия настоящего в его конечном выражении. Для него перестают существовать прошлое и будущее. Совершенно неважно, кем он был в прошлом. Поэтому можно сказать, что сорок дней формирования зародыша — это не столько отрезок времени, сколько совсем другая мера — объем воды в микве, сорок сеа. Выходя из миквы, человек вновь вступает в поток времени, — как новое, только что родившееся существо.

Высшая миква

В Мишне (Йома 8:9) написано, что однажды Рабби Акива сказал: "Счастливы вы, сыновья Израиля. Перед кем очищаете себя? Кто очищает вас? Ваш Небесный Отец! Ибо сказано (Йехезкель 36:25): "Окроплю вас чистой водой, и станете чистыми". И еще сказано (Йирмея 14:8): "Б-г — миква Израиля". Подобно тому как миква очищает нечистых, так и Б-г очищает Свой народ Израиль".

Это очень странные слова. Даже после достаточно подробного знакомства с идеями, которые мы обнаружили в заповеди миквы, слова Рабби Акивы удивляют. Как надо понимать утверждение, будто "Б-г — это миква Израиля"? В рамках контекста данного стиха слово микве фактически означает "надежду", а не микву, наполненную водой. (Кстати, на иврите, надежда — тиква, тот же корень.) Поэтому было бы правильней перевести приведенный отрывок следующим образом: "Б-г — надежда Израиля", — что и делают большинство переводчиков. Но тогда чему нас учит великий Рабби Акива?

Прежде чем попытаться найти ответ, давайте посмотрим на те значения, что скрыты в Именах Б-га. В Торе Б-г называется чаще всего двумя Именами. Первое из них Элоким, которое обычно переводят как Б-г. Второе Имя представляет собой тетраграмму — четырехбуквенное обозначение, читаемое как Адо-ной (то, что в обычной, разговорной речи заменяется на А-Шем), в переводе — Г-сподь, или Всевышний. Каждое из этих двух Имен имеет свое значение.

Имя Элоким представляет Творца в качестве Правителя вселенной. Поэтому то же самое слово — Элоким — часто употребляют применительно к судьям и ангелам — тем, кто наделен властью. Под Именем Элоким подразумевается "Повелитель всех сил", что указывает на отношение Б-га к созданному Им миру, а также на Его постоянное взаимодействие с ним и Его уникальную роль в поддержании его существования. Имя Элоким, используемое нами для выражения связи Б-га с человеком, свидетельствует о нашей уверенности в том, что Б-г — как Судья мира — действует с абсолютной справедливостью.

Второе Имя — А-Шем —представляет Б-га как первичный источник всякого существования. Оно указывает, что Творец вселенной стоит намного выше Своего творения, а также всех законов, созданных Им же. Разъясняя суть этого Имени, мы отмечаем, что Б-г "был, есть и будет". Здесь содержится указание на то, что Он существует вне любого пространства и вне любого времени. Прошлое и будущее имеют точно такой же смысл для Б-га, что и настоящее. Он одним взглядом охватывает весь интервал времени, все эпохи. Поэтому, когда мы называем Его именем А-Шем, имеется в виду, что Б-г "был, есть и будет" одновременно. Для Него все времена — одно настоящее.

Имя А-Шем тесно связано с таким качеством Б-га как милосердие. Корни этой связи надо искать в основополагающем принципе, согласно которому Творец вселенной пребывает вне времени. Но что общего между милосердием Всевышнего и его "вневременностью"?

Одно из важнейших положений иудаизма — идея раскаяния. Какой бы тяжкий грех не совершил человек, он может полностью восстановить свою значимость, свой "вес" в глазах людей и Творца, если искренне раскается в содеянном. В этом и заключается основной смысл Б-жьего милосердия.

С другой стороны, при рассмотрении идеи раскаяния возникает одна проблема. Представим себе, что некий человек совершил, не дай Б-г, убийство или нанес другой невосполнимый ущерб. Как может он своим раскаянием исправить зло, которое уже совершил? Допустим даже, что Милосердный Б-г простит ему грех. Тем не менее разве можно сказать, что раскаявшийся грешник полностью восстановил свою репутацию?

Автор книги Сефер А-Икарим дает глубоко обоснованный ответ на этот вопрос (Икарим 4:27), Вина за каждое совершенное преступление в значительной степени зависит от первоначальных побуждений. К примеру, существует большая разница между случайным убийством и убийством, совершенным из чувства зависти, злобы или ненависти. Известны ситуации, когда убийство вполне оправдано, а подчас оно оборачивается даже доблестным поступком, — например, в тех случаях, когда ничего не остается как упредить смертельный удар противника. Можно привести множество разнообразных побуждений и мотивов, смягчающих вину за совершение подобных вынужденных действий, которые в обычных условиях считаются запретными и недопустимыми.

Поэтому даже в тех случаях, когда нанесенный ущерб нельзя ликвидировать или компенсировать, допускается переоценка побуждений, что называется, пост-фактум. Раскаиваясь в содеянном, человек сожалеет о совершенном прегрешении, и тогда его раскаяние засчитывается ему как оправдательный мотив в момент совершения дурного поступка. Об этом сказано в Талмуде: "Велико раскаяние, ибо благодаря ему даже намеренные грехи могут считаться случайными" (Йома 866).

Но что-то в этом ответе нас не удовлетворяет. Как я могу связать сожаление, испытываемое мной в данный момент, с тем моментом, когда я совершал свой поступок, если с тех пор прошло, допустим, много лет? Разве в силах человека преодолеть барьер времени, разделяющий раскаяние и поступок?

Человек, конечно, не в состоянии преодолеть такой барьер, поскольку погружен в течение времени, из которого для него нет выхода. Но Б-г "находится" вне времени. Поэтому Он может просто игнорировать ту преграду времени, что отдаляет сожаление от поступка. Ему ничего не стоит соединить их вместе.

Именно здесь проявляется Б-жье милосердие. Когда Б-г "стирает" чей-то грех, мы видим, что Он стоит как бы над потоком времени, сводя прошлое с настоящим. Оба этих принципа — Б-жье милосердие и Его существование вне времени — содержатся в Его Имени А-Шем.

Продолжим наши рассуждения и увидим, что Имя А-Шем указывает еще на одно очень важное обстоятельство. Дело в том, что Б-г "наблюдает" за человеком как бы в перспективе, что в принципе не трудно представить, поскольку Он, как мы уже представили, находится за пределами времени. Всевышний судит о каждом из нас, исходя из Своих знаний нашего будущего и нашего прошлого, а также с позиции знания всего, что случилось, и всего, чему предстоит случиться в сотворенном Им мире.

Поэтому, пользуясь Именем А-Шем, мы имеем в виду, что Б-г — ничто иное как высшая форма настоящего. Смысл этого Имени, заключенный в словах "был, есть и будет", — в том, что все, происходящее в мире, во всех его пространственных и временных точках, происходит одновременно, поскольку прошлое и будущее полностью включены в настоящее.

Согласно такому подходу, между прошлым, настоящим и будущим нет существенной разницы. Другими словами, тот, кто глубоко проник в смысл Имени А-Шем, свободен от пут времени, от его ограничений, которые проявляются в "неотменности" прошлого и в неизвестности грядущего.

Выше говорилось, что миква тесно связана с идеей буквы мем, которая олицетворяет собой быстротекущий, неуловимый миг настоящего. С другой стороны, только что мы отметили, что Имя А-Шем как бы стягивает все к настоящему, сводя воедино и прошлое, и будущее. Таким образом на духовном уровне прошлое, настоящее и будущее образуют единое, неразрывное целое. И в этой точке их соединения зло, совершенное в прошлом, можно загладить нынешним раскаянием. Итак, налицо связь между миквой и раскаянием.

Вот в чем смысл утверждения Рабби Акивы о том, что "Л-Шем — миква Израиля". Подобно тому как миква олицетворяет настоящее, Имя А-Шем представляет собой идею, в соответствии с которой это "настоящее" может включать в себя прошлое и будущее. В этом смысле А-Шем — не просто миква Израиля, а Высшая миква.

Впрочем, не будем забывать, что выражение микве из приведенного стиха лучше всего перевести словом "надежда", как того требует контекст. Но какова связь надежды с миквой, заполненной водой? Указание на такую связь содержится в самом стихе, поскольку сказано (Йирмея, 17:13): "Надежда Израиля — Б-г (А-Шем). Все, кто оставят Тебя, будут посрамлены (иссушены)... ибо оставили Б-га, Источника живых вод".

Все же остается вопрос: почему на иврите употреблено одно и то же слово, одновременно выражающее надежду и микву?

Прежде всего давайте подумаем, что подразумевается под надеждой. Скорее всего имеются в виду наши определенные чувства, наша заинтересованность по отношению к событию, которому предстоит случиться в будущем. Или не случиться. Когда мы надеемся, что в будущем произойдет нечто конкретное, мы участвуем в явлении, для которого как бы нет временных барьеров: событию предстоит произойти, мы пока находимся здесь, связывает нас надежда. Поэтому мы говорим, что наша надежда — это А-Шем. При этом употребляем Имя, указывающее на пребывание Б-га вне потока времени. Для Создателя времени не существует никакого барьера между настоящим и будущим. Когда мы приближаемся к Нему, наша надежда тоже способна преодолевать временные рамки. Это значит, что чувство надежды, подобно микве, ставит нас выше ограничений, обусловленных течением времени. В обоих случаях мы добиваемся этого благодаря силе и власти Того, Кто зовется А-Шем.

Уже говорилось, что слово миква буквально означает "скопление". Если снова обратиться к этому значению, то его можно трактовать как "скопления времени", при котором прошлое и будущее совмещены в настоящем. Так из настоящего мы получаем доступ и к прошлому, и к будущему.

Обсуждая концепцию миквы на самом простом уровне, мы уже пришли к выводу, что миква тесно связана с идеей перерождения, или даже самоотречения. Теперь мы видим, что такой подход вполне правомерен и оправдан: если человек возлагает все свои надежды на Б-га, то в этом проявляется самое полное отрицание им своего "я".

Рабби Шимшон Рефаэль Гирш заметил, что еврейское слово тума, которое мы обычно переводим как "нечистый", семантически входит в группу слов, выражающих отсутствие свободы и независимости. Таким образом, связь с ритуальной нечистотой указывает на отсутствие свободы. Высшим выражением такой несвободы является смерть, ибо она свидетельствует об окончательном подчинении человека законам природы.

С другой стороны, способность преодолевать временные оковы отражает высшую свободу. Поэтому, когда человек входит в микву, он тем самым вступает в состояние, где "собраны", где "скопились вместе" прошлое, настоящее и будущее. Тогда он обретает подлинную свободу, — поскольку, разорвав путы прошлого и будущего, существует в абсолютном настоящем.

Настоящее — единственный момент времени, над которым человек имеет реальную физическую власть. Поэтому свобода, воплощенная в микве, побеждает отсутствие свободы, которое связано с состоянием тума.

В конечном счете, любое очищение приходит к нам из Единства Б-га, включающее в себя и время, и все другие аспекты бытия. Единство Б-га, как бы выходящее за рамки времени, — это то, о чем мы только что рассуждали: Он — Один и Тот же в прошлом, настоящем и будущем. Поэтому прошлое, настоящее и будущее имеют одинаковое значение в Его глазах. Они равны.

Таков основополагающий принцип действия, оказываемого на человека очищающей миквой. В Писании так сказано об этом (Иов 14:4): "Кто другой выведет чистое из нечистого, кроме Единого?".