Ноябрь 2017 / Хешван 5778

Предисловие автора

ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА

Написано в конце раздела Илхот Меила (8:8) книги Яд Ахазака, монументального свода еврейских законов, составленного Рамбамом (Маймонидом): "Изучая законы святой Торы, человек - в меру своих способностей - должен стараться понять их конечную цель. Всегда существует нечто, чему он, не понимая принципа, не может найти объяснение, - тем не менее, надо опасаться легкомысленного к этому отношения. Человеку не следует восставать против Всевышнего, иначе Всевышний восстанет против человека. Пусть его размышления о непонятном в Торе не будут подобны мыслям об обыденных, несвященных вещах. Посмотрите, насколько строга Тора к нарушению святости (меила). Даже дрова и камни, пыль и пепел, становятся священными, как только над ними будут произнесены слова посвящения Владыке всего мира. И если человек станет относиться к ним как к обыденным предметам, он тем самым нарушит их святость. Подобный грех, даже совершенный ненамеренно, нуждается в искуплении. И насколько все это строже в отношении заповедей, которые Всевышний, да будет Он благословен, установил нам! Поэтому человеку надо поостеречься отвергать их только потому, что он не понимает их значения. Подобно тому как не следует заниматься измышлениями о благословенном Б-ге, так не следует и размышлять о Его заповедях, как о чем-то обыденном".
В Торе сказано: "Соблюдайте все Мои уставы (хуким) и все Мои законы (мишпатим). И исполняйте их" (Ваикра 19:37, 20:22). Мудрецы учили (см. Сифра на Ваикра 19:37), что слова соблюдать и исполнять относятся как к уставам (хуким), так и к законам (мишпатим). Мы знаем, что под словом исполнять (в оригинале сказано - делать) подразумевается, что заповеди должны осуществляться, выполняться, а под словом соблюдать (в оригинале сказано - охранять) - что нужно следовать уставам (хуким), отдавая им должное, т.е. не считая их менее значимыми, чем законы (мишпатим). Также нам известно, что законы (мишпатим) - это заповеди, смысл которых и благо от исполнения которых в этом мире известны. Например - заповеди, запрещающие грабеж, кровопролитие, заповеди, повелевающие почитать отца и мать, и т.п. В то время как уставы (хуким) - это заповеди, смысл которых нам неизвестен. Причем мудрецы учили (Мидраш Теилим 9), что Всевышний сказал: "Я завещал вам хуким, и вы не вправе сомневаться в них". Влечение к дурному началу (ецер ара), присущее человеку, сбивает его с толку во всем, что касается хуким. да и другие народы мира отзываются о них пренебрежительно, - например о запрете есть свинину или мясное с молочным, то же самое о законах относительно телки, которой ломают шею, о "рыжей корове" и "козле отпущения" и пр.
Сколько горя принесли царю Давиду (да будет мир его праху) еретики и идолопоклонники, которые презрительно отзывались о хуким! Однако, как они его ни преследовали, сколько ни бросали в его адрес несправедливые слова (в силу узости своего человеческого понимания), он с еще большей преданностью изучал Тору. Ибо сказано: "Возвели на меня ложь злодеи, - а я всем сердцем соблюдаю Твои повеления" (Теилим 119:69). И далее сказано: "Все Твои заповеди - истина; несправедливо они преследовали меня, - так помоги же мне!" (Теилим 119:86).
Известно, что все жертвоприношения относятся к хуким. Мудрецы утверждают, что мир существует благодаря жертвоприношениям в Храме. Исполняя хуким (уставы) и мишпатим (законы), праведные и достойные люди получают право на жизнь в грядущем мире. Причем Тора ставит на первое место именно хуким, о которых сказано: "Соблюдайте Мои уставы (хуким) и Мои законы, через исполнение которых будет жить человек" (Ваикра 18:5).
В конце раздела Илхот Тмура (4:13) книги Яд Ахазака Рамбам пишет: "Большинство законов Торы является не чем иным, как советами (см. Йешая 25:1), данными единственным Великим Советчиком (см. Йирмея 32:19) с тем, чтобы исправить и улучшить наше понимание и сделать наши деяния праведными и достойными. Так, в Танахе говорится: "Не Я ли написал тебе правдиво и истинно, дабы сообщить тебе слова правды, чтобы ты мог ответить словами правды спрашивающим тебя" (Мишлей 22:20-21)". Таковы слова Рамбама, да будет благословенна его память.
Итак, в Танахе сказано: "Счастлив человек, боящийся Всевышнего и страстно любящий Его заповеди" (Теилим 112:1). Слова "боящийся Всевышнего" относятся к запрещающим заповедям Торы, в то время как слова "страстно любящий Его заповеди" относятся к заповедям повелительным. Смысл этого заключается в том, что человек должен стремиться к состоянию, при котором он не нарушает запрещающие и исполняет повелительные заповеди.
Знаменательно, что мудрецы подчеркивают: написано "любящий Его заповеди" (Талмуд Бавли, трактат Авода Зара 19а), но не написано "любящий награду за исполнение заповедей". С первого взгляда такое замечание кажется непонятным. Действительно, давайте подумаем: известно, что наградой за соблюдение заповедей является наслаждение от созерцания в раю сияния Шхины (Б-жественного присутствия), хотя мы не в состоянии представить себе, насколько это наслаждение велико. Наши учителя, желая открыть нам необыкновенную значимость этого наслаждения, не дали адекватного и полного критерия оценки, однако обобщили его смысл в следующем высказывании: "Один час спокойного душевного удовлетворения в грядущем мире более значим, чем вся жизнь в этом мире" (Авот 4:17). Под выражением "вся жизнь в этом мире" понимается "любая жизнь в этом мире", т.е. сюда включена и жизнь царей, и жизнь знати со всеми благами, высоким положением, огромным богатством, а также любыми наслаждениями и радостью, которые только может представить себе человеческий ум. Так вот, все это - абсолютное ничто в сравнении с наслаждением от сияния Шхины! Один час спокойного пребывания души в грядущем мире приятнее, чем любая, самая сладкая жизнь в этом мире. Но тогда не совсем понятно, как можно не желать и не стремиться к такой награде за исполнение заповедей, если мы знаем, что существует столь великое, ни с чем не сравнимое вознаграждение. Давайте рассмотрим следующий пример. Предположим, что некий человек из народных низов вдруг получил возможность находиться среди приближенных царя и может видеть его постоянно; больше того, под его начало передали множество правительственных чинов; короче говоря, назначили министром. Теперь допустим, ему предлагают определенную сумму в обмен на эту министерскую должность, сумму, вполне компенсирующую возможность лицезреть ежедневно царя и командовать его чиновниками. Он согласится? Скорее всего, нет. Потому что деньги - всего лишь замена удовлетворения, их можно потратить на другое удовлетворение - но не на то, что он уже получал, не на самое высокое. Ему предлагают продать дорогое в обмен на дешевое. Поэтому на такую сделку он не пойдет... До какой же степени это рассуждение верно в том случае, когда речь идет о возможности насладиться сиянием Шхины, - ибо это воистину величайшее наслаждение из всего, что можно себе представить. Воистину, сокровища всего мира не стоят одного мига спокойного наслаждения души в грядущем мире. Но если это так, то как же мы можем утверждать, будто человеку не следует стремиться к радости в ожидании награды за исполнение заповедей? Мне это представляется большой загадкой.
Возможно такое объяснение. Известно, что там, где Тора говорит в превосходной степени - мэод ("очень" или "значительно"), имеется в виду "беспредельно", "бесконечно". В этом случае выражение "счастлив страстно (очень) любящий Его заповеди" действительно исключает того, кто любит "награду за Его заповеди", хотя мы и объяснили огромное значение награды за исполнение заповедей, причем на самом высоком и благородном уровне. В чем отличие между двумя этими людьми? Велико стремление человека достичь самого высокого наслаждения. Однако слова "счастлив страстно любящий Его заповеди" означают именно безграничное стремление и к исполнению заповеди как таковой. Человек страстно жаждет ее исполнить. Когда? После размышления об этой заповеди, после постижения ее величия. В этом случае даже вознаграждение, ждущее его потом, обесценивается в сравнении с огромной важностью исполнения самой заповеди. Таким образом, стремление человека к исполнению заповеди беспредельно и безгранично. Поэтому оно предпочтительней.
Итак, после наших объяснений видно, что каждый еврей, сведущий в Торе, с радостью хочет соблюдать - в пределах своих возможностей - ее заповеди. Однако, окинув взором все 248 повелительных заповедей нашей святой Торы, человек найдет там много заповедей, исполнить которые невозможно. Многие заповеди имеют силу в Эрец Исраэль, но не за ее пределами. Кроме того, существуют заповеди, обязательные к исполнению только во время существования Храма. Есть заповеди, касающиеся ритуальной святости и чистоты, а есть такие, что имели силу только при наличии еврейского суда (бейт-дин), члены которого получили особое посвящение (смиха), непрерывно передававшееся от учителя к ученику, начиная с Моше (много поколений тому назад такая передача прервалась). Короче говоря, трудно самостоятельно выбрать все те заповеди, которые возможно выполнять в настоящее время.
Здесь, в этой небольшой работе, мы с помощью Всевышнего и в соответствии с перечнем, составленным Рамбамом и многими ранними авторитетами (да будет благословенна их память), собрали все повелительные заповеди, которые еврей может исполнять в настоящее время, а также все запреты, т.е. то, от чего человеку сегодня следует воздерживаться.
Поскольку все повелительные заповеди трудно изучить сразу, мой совет: учите половину из них по понедельникам и вторую половину по четвергам (дни, когда в синагогах читают свиток Торы), делая это каждую неделю. Таким образом, с течением времени вы хорошо усвоите все повелительные заповеди, которые можно исполнять сегодня. Затем следует таким же образом приступить к изучению запретов, т.е. читать половину по понедельникам и половину по четвергам - до тех пор, пока с течением времени все запреты, которые нужно знать, не будут хорошо выучены. В результате серьезной учебы, когда возникнет необходимость соблюдения одной из этих заповедей, вы не забудете ее исполнить. Мудрецы, толкуя стих "Вспомните все заповеди Всевышнего и исполните их" (Бемидбар 15:39), говорили: запоминание ведет к исполнению.