Ноябрь 2017 / Кислев 5778

Мидраши к главе Ноах

Мидраши к главе Ноах

Злодеяния поколения, жившего перед Потопом

Хотя человечество уже не жило в Ган Эден, его образ жизни перед Потопом все еще напоминал ган-эденский.

История поколения Потопа помогает нам осознать тот факт, что материальное благополучие, если только человек не направит его на служение высшей духовной цели, неминуемо порождает разложение нравов. Сегодня мы яснее чем когда-либо видим, что общество изобилия и гармоничное общество — не всегда одно и то же. Находиться в согласии с самим собой и в то же время являться членом гармоничного общества можно только живя в соответствии с повелениями Ашема.

Жизнь была прекрасна. По правде говоря, она была слишком прекрасна, ибо состояла из сплошных наслаждений. Например, зачатие и рождение ребенка происходили в один и тот же день. Новорожденные дети сразу же становились на ноги и могли говорить. Кроме того, ни один ребенок никогда не умирал при жизни своих родителей, — все жили так долго, что видели не только своих детей и внуков, но и правнуков.

• Поколение, жившее перед Потопом, физически было очень сильным, как сказано в стихе (6:4): «На земле в те времена были исполины». Они с легкостью корчевали кедровые деревья, а львов и пантер считали не более опасными, чем блох. В старости, с возрастом, их сила не угасала, а, наоборот, увеличивалась. Но после Потопа это свойство людей исчезло.

• Люди жили очень долго, сотни лет. И только когда они согрешили, Ашем сказал (6:3): «Пусть будут дни его (человека) сто двадцать лет». а Люди не знали абсолютно никаких страданий. а Они сеяли только раз в сорок лет, и земля давала урожай, которого хватало на следующие сорок лет.

• Людям не приходилось терпеть холод или чрезмерную жару, ибо природа еще не знала смены времен года. Весь год стояла приятная мягкая, мы бы сказали, весенняя погода. И только после Потопа Ашем сказал: «Сеяние и жатва, холод и тепло, лето и зима, день и ночь не прекратятся».

Ашем был добр к людям. Однако именно в результате Его благодеяний они отвергли авторитет Ашема, сказал так: «Зачем Он нам нужен? Нам не требуется Его помощь даже для того, чтобы добыть воду, ибо мы не нуждаемся в дожде. Водой нас в изобилии снабжают источники — ручьи и колодцы!»

Тогда Ашем ответил: «При великодушии, которое Я проявил к вам, вы восстаете на Меня? Раз вы заговорили о дожде, Я покараю вас дождем», — и потому (6:6): «Вот Я наведу Потоп, воду на землю».

Но в чем были преступления этих поколений?

Они были повинны в идолопоклонстве, кровопролитии и безнравственности.

Идолопоклонство

«Они говорят Б-гу: «Уйди от нас, не желаем знать Твои пути. Кто такой Всемогущий, что нам следует служить Ему? Зачем нам Ему молиться?» (Иов 21, 14—15).

Люди укрепили свою независимость от Ашема, приобретя специальные познания в колдовстве. Они покинули своего Творца и начали служить идолам.

Кровопролитие

Люди стали убийцами, их развращенность была сродни той, что позже обнаружится в нечестивом городе Сдоме (о ней рассказывается в разделе Ваера).

Безнравственность

Первые поколения игнорировали заповедь, которая была дана еще Адаму (1:28): «Плодитесь и размножайтесь». Так как целью их жизни было ублаготворение своих инстинктов, они старались иметь как можно меньше детей. Этим объясняются распространенные в то время зверские жестокости.

• Мужчина брал себе двух женщин: одну — для деторождения, а другую — для удовольствий.

• Мужчины обменивались женами.

• Устраивались «брачные договоры» между людьми и зверями.

• Судьи сами утопали в разврате.

Во все поколения, вплоть до наших дней, первопричиной разврата становится суд. Снисходительные законы и «либеральные судьи» несут ответственность за гибель страны.

Даже животные подражали людской развращенности: собака совокуплялась с волком, а петух — с уткой.

Тем не менее Ашем пощадил бы даже эти нечестивые поколения, если бы они грешили по неведению. Но им были даны шесть заповеданных Адаму заповедей, включавших запрещение идолопоклонства, убийства и прелюбодеяния. Так что, люди были наказаны за то, что решили пренебречь заповедями Ашема.

И все же Ашем и дальше бы проявлял долготерпение и сдержанность, если бы не еще одно их преступление — грабеж.

Грабеж

Ашем сказал: «Всякой плоти пришел конец предо Мною» (6:13). То есть: «Обвинение, клеймящее их в воровстве, предстало предо Мною, и потому Я больше не могу откладывать их наказание».

Какие обычаи были у поколения Потопа? Если человек приносил полную корзину гороха, то вскоре его окружала целая толпа, которая набрасывалась на горох. С хитрым расчетом каждый из толпы брал горсть гороха, стоимостью меньше самой мелкой монеты. Корзина моментально становилась пустой. Однако пострадавший не мог представить дело в суд, так как каждый из обвиняемых мог заявить, что количество украденного им так ничтожно, что по закону он не подлежит наказанию.

Однажды р. Элиэзер шел вместе с учениками по дороге и вдруг ему понадобилась зубочистка, то есть простая щепка. Щепку можно было отломить от придорожной изгороди. И хотя изгородь была личной собственностью, ее владелец, конечно, не стал бы возражать, если бы кто-то взял маленькую щепку, не представлявшую никакой ценности. Тем не менее р. Элиэзер сказал: «Не надо приносить мне щепку. Другие могут последовать моему примеру и в конце концов разрушат всю изгородь».

Р. Шимон бен Элазар рассказывал: «Однажды девочка поправила меня по вопросу алахи. Я шел через поле, а она крикнула мне: «Рабби, это поле — личное владение!» «Но я же иду по тропинке», — возразил я. «Эту тропинку, — отвечала она, — протоптали такие же грабители, как ты!»

В обычаях того поколения было передвигать межевые знаки соседей, чтобы расширить свои владения. Они также частенько крали друг у друга овец. Если кто-то видел, что бык или осел принадлежит беспомощному сироте или вдове, то он отбирал его. Опасаясь, что одежду стащат у них прямо с тела, люди считали более безопасным гулять нагишом.

Почему именно грех воровства, а не идолопоклонства, кровопролития или безнравственности послужил завершающим толчком для вынесения приговора об их виновности? Ответ заключается в том, что воровство подрывает основу всякой цивилизации. Здравый смысл утверждает, что собственность другого человека нельзя красть. Всякий раз, когда Ашем вершит суд над человеком, виновным в разных преступлениях, самым тяжким обвинением выступает воровство.

Ноах — человек, который противостоял духу своего времени

Ноах был выдающимся человеком, цадиком, на чьей праведности держался весь мир. Трое праведников являются опорой мирозданий: Адам, Ноах и Авраам.

Эти слова следует понимать буквально. Каждый из них спас мир от гибели. Если бы не Ноах, мир был бы уничтожен.

К Ноаху имеет отношение стих (Теилим 1:1): «Блажен муж, который не ходит на совет нечестивых, не стоит на тропе грешников и не сидит в собрании глумящихся».

Несмотря на всеобщую нравственную распущенность, его собственное поведение было безупречным. Он не позволял себе подпасть под влияние окружающих. Подвергаясь унижению быть осмеянным тремя поколениями, при которых он жил, — поколением Эноша, поколением Потопа и поколением Рассеяния, — он остался неколебим в своем служении Ашему и ревностно соблюдал все шесть мицвот, которые были заповеданы людям.

Его жена Наама была так же праведна. Само ее имя означает, что все ее дела были во благо. Ею были рождены три сына, Йефет, Хам и Шем, которые ходили путями Ашема, как их учили отец Ноах и дед Метушелах. Первое упоминание о них в Торе начинается с Шема, ибо он был величайшим из всех трех.

Тора описывает Ноаха как праведника, цадика (6:9), «непорочнейшего из всех своих поколений». Что подразумевается под этими словами? Здесь имеется в виду, что Ноах был праведным только в сравнении со своим поколением. Если бы он жил во времена Моше или Шмуэля, он не считался бы великим. Как говорится, человек с одним глазом — царь среди слепцов.

У одного человека был винный погреб. Однажды он спустился туда и обнаружил, что все его вино превратилось в уксус. Открывая один бочонок за другим, он наконец наткнулся на сосуд, вино в котором прокисло лишь наполовину. «Замечательно, — воскликнул он. — По сравнению с остальным уксусом это вино можно считать вполне пригодным».

Так и Ноаха называют цадиком — лишь в сравнении с его нечестивым поколением.

Однако согласно другой точке зрения, вышеприведенный стих воздает хвалу Ноаху, подразумевая, что — раз уж он сохранил свою праведность даже в безнравственном окружении, то стал бы еще более выдающимся человеком, живи он во времена Моше или Шмуэля (ибо учился бы у них).

Юная девушка жила в квартале, пользовавшемся дурной славой, но ее собственная репутация была безупречной. Поселись она по соседству с достойными людьми, ее бы считали блестящим примером благородного поведения.

Как нам примирить между собой эти два противоположных мнения и понять, каким же человеком на самом деле был Ноах?

Выполняя все заповеди Ашема и воздерживаясь от греха, Ноах делал то, что надо было делать в его положении. За это Тора называет его цадиком, праведным человеком. Тем не менее наши мудрецы критикуют его за то, что он не старался сделать больше, чем от него требовалось. Наши великие мужи именно потому и творили историю, что превосходили самих себя в служении Ашему и превышали все людские ожидания. Примером тому может служить жизнь Авраама. На третий день после обрезания он страдал от сильной боли. Несмотря на это, он послал своего слугу Элиэзера на поиски гостей. Однако Элиэзер никого не нашел и вернулся один, без странников. По обычным человеческим представлениям Авраам выполнил свою обязанность оказывать помощь проходящим мимо и имел право возвратиться в свой шатер. Но Авраам сделал больше, чем требовали нормы поведения. Вопреки боли, он сел перед своим шатром, высматривая гостей. Возможность делать добрые дела людям не всегда приходит сама по себе, но Авраам приложил все усилия к тому, чтобы найти способ проявить гостеприимство. Таким образом он изменил свою личность простого человека Аврама и поднялся на новую, более высокую ступень, стал Авраамом, и, следовательно, превратил свою судьбу в новую, более великую.

Ашем открывает Ноаху, что скоро случится Потоп и велит ему построить ковчег

Ухо Ноаха услышало слова Ашема: «Я решил уничтожить всех людей в наказание за три главные преступления, в которых они повинны, а более всего — потому, что они грабили друг друга. И вот, Я наведу Потоп, который уничтожит не только все живое, но смоет и уничтожит землю на глубину в три тфахим (равных примерно 30 см)!»

Царь и царица с нетерпением ждали дня свадьбы своего сына. Она должна была стать главным событием года для всей державы. Была проведена тщательная подготовка. На обновление полога и свадебного зала ушли тысячи золотых монет, но царь не жалел никаких денег, чтобы прославить этот день.

Однако случилось несчастье. В самый день свадьбы принца обнаружили бездыханным. Ему не суждено было дожить до радостной минуты.

Что сделал царь? Он поспешил к месту, где должно было состояться празднество, и начал срывать полог, топтать цветы и вырывать столбы. «Остановись!закричала царица и министры. — Мы вложили в эти приготовления тысячи». Но царь не останавливался: «Зачем мне теперь все это, когда мой сын лежит мертвый?»

Так же собрался поступить и Ашем. Он сказал: «Я сотворил мир со всем, что в нем есть, ради человека. Если не станет людей, то зачем нужна земля? Пусть Потоп, который уничтожит человеческий род, принесет также гибель животным и растениям и даже смоет землю на три тфахим в глубину!»

Затем Ашем приказал Ноаху: «Сделай себе ковчег из дерева гофер, состоящий из трех этажей: нижний — для гадов земных, средний — для животных, а верхний оставь для людей. Пусть он состоит из совершенно отдельных клетей». Ашем объяснил Ноаху точную планировку ковчега, который тот должен был построить. «Покрой ковчег изнутри и снаружи смолою, — велел Он Ноаху. — Ступай на реку Пишон и возьми там драгоценных камней освещать ковчег. Я хочу, чтоб ты знал, что Потоп уничтожит всех тварей живых, но ты войдешь в ковчег и будешь жить в нем. Ты и твои сыновья, твоя жена и жены твоих сыновей».

Услыхав слова «Ты спасешься в ковчеге», Ноаху следовало бы молить Ашема проявить милость и к остальному миру. Но Ноах прошел мимо этой возможности и не вступился за своих собратьев. Он не был похож на Моше, который, услышав от Ашема повеление (Жмот. 32:10): «Оставь Меня. Возгорится Мой гнев на них, и Я уничтожу их, — а тебя сделаю народом великим», — возразил: «Как могу я покинуть еврейский народ ради своего личного блага?» Моше до тех пор умолял Ашема, пока Тот не простил еврейский народ. Что касается Ноаха, то он не стал молить за свое поколение.

Ашем продолжал наставлять Ноаха: «Приведи в ковчег всех земных тварей. Возьми самца и самку от каждого рода, который не является чистым, и по семь пар самцов и самок от всякого рода, который Тора в будущем объявит чистым».

Откуда мы узнаем, что человеку следует избегать грубых слов?

Давая наставления Ноаху, Ашем не сказал: «От всех зверей, которые нечистые, возьмешь по два». В Торе сказано: «От зверей, которые не являются чистыми». Таким образом обойден более резкий термин, нечистые.

Это нас учит тому, что всегда следует избегать грубых выражений, даже если они более конкретны.

— Как я могу выполнить Твое повеление? — спросил Ноах. — Разве я охотник, который умеет распознавать различные виды животных и ловить их?

Как только Ноах произнес эти слова, он потерял возможность выполнить мицву, заповедь.

Ашем ответил: «Тебе не надо ловить животных. Они придут в ковчег сами».

Ноаху было обещано: «Я заключу Мой завет с тобой, чтобы не дать сгинуть припасам, которые ты взял в ковчег. Завет будет охранять тебя, так что нечестивцы из твоего поколения не смогут причинить тебе никакого вреда, несмотря на всю свою силу, и не смогут помешать тебе войти в ковчег».

Ноах строит ковчег и собирает животных

120 лет потратил Ноах на сооружение ковчега. Ашем поведал ему секрет, как вырастить лес таким образом, чтобы бревна получились той длины, которая требовалась для ковчега. Также Ноаху было сообщено, как надо заблаговременно посадить деревья, чтобы ровно через 120 лет они выросли до нужных размеров. Ноах посадил каждое дерево в соответствующее время, так, чтобы бревна получились необходимого для ковчега размера и их не пришлось укорачивать.

Ноаху было велено самому посадить деревья для ковчега, ибо святость ковчега была сравнима со святостью Мишкана.

Конечно же, Ашем мог уберечь Ноаха более простым путем, нежели постройка ковчега. (Например, Он мог просто повелеть воде не трогать дом Ноаха). Почему же тогда Он дал ему такое сложное задание — соорудить ковчег? Тому, что Ашем избрал именно ковчег средством спасения Ноаха от Потопа, было несколько причин:

1. Сложные приготовления, необходимые для его сооружения, привлекли внимание всего света. Таким образом его постройка явилась своего рода предупреждением поколению о том, что надо срочно исправить свои пути.

Современники спрашивали Ноаха: «Зачем ты занимаешься сооружением ковчега?»

— Это заповедь Властелина Вселенной, — отвечал Ноах, — ибо Он собирается обрушить на мир Потоп!

Ответом ему были проклятия: «Если когда-нибудь и будет Потоп, то пусть он падет на твой собственный дом!»

Хотя каждому человеку того поколения было дано сто двадцать лет жизни, чтобы поразмыслить над словами Ноаха и успеть покаяться, никто этого не сделал. Люди не боялись угроз, так как, зная свою колоссальную физическую силу, чувствовали себя в безопасности.

2. Постройка ковчега не только служила напоминанием нечестивцам, но была нужна еще и для того, чтобы очистить душу самого Ноаха. Выполняя, несмотря на всеобщее глумление, заповедь Ашема о сооружении ковчега, Ноах становился духовно чище.

3. Р.Элазар спросил у своего отца, р. Шимона: «Мы знаем, что в дни, когда Небо дает приказ об уничтожении, праведник должен первым пострадать за грехи своего поколения. Раз это так, то я не понимаю, каким образом Ноах спасся». Р. Шимон ответил ему: «Ноах должен был спастись, ибо Ашем выбрал его в праотцы всех грядущих поколений. Чтобы не дать Обвиняющему Ангелу выделить его из прочих, Ноаху пришлось построить ковчег и укрыться в нем на все то время, пока Потоп опустошал мир. Таким образом он был избавлен от мести Обвиняющего Ангела».

Все эти сто двадцать лет, предоставленные поколению Потопа в попытке отвратить его от стези порока, прошли без какого-либо заметного успеха. Тогда Ашем прибавил людям еще семь дней на то, чтобы исправиться. На эти семь дней, оставшихся до начала Потопа, Всемогущий изменил законы природы, и люди вдруг очутились среди хаоса, который невозможно было игнорировать. Например, солнце всходило на западе, а садилось на востоке. С другой стороны, несмотря на хаос, мир на эти семь дней превратился в восхитительное место для жизни. Люди решили, что их опять вернули в Ган Эден. Жизнь превратилась в бесконечный праздник. Тем самым Ашем все еще надеялся побудить их к тшуве, самоисправлению, показав им великую награду, предназначенную в будущем мире для праведников.

Что касается Ашема, то Он провел эти семь дней в скорби, оплакивая человечество, которое отказалось воспользоваться всем тем великолепием, которым Он хотел его одарить.

А что же Ноах? На протяжении последних семи дней перед Потопом он занимался тем, что собирал чистых животных. Чистые животные не пришли в ковчег сами, как это сделали нечистые. Чистым было уготовано, что в будущем их будут приносить в жертвы, поэтому старания Ноаха поймать их как бы делали будущую заповедь более важной и значимой.

Было еще одно интересное явление. Ковчег не дал всем животным войти внутрь. Он отверг всех, кто был порочен. Только те, кто были чисты от греха, могли получить разрешение на вход.

Лишь огромный зверь Реэм и его детеныш не могли влезть в ковчег не потому, что были греховны, а именно из-за размеров. Поэтому Ноаху пришлось привязать их снаружи.

Следующая история позволит нам понять, каких огромных размеров был этот Реэм.

Однажды, когда Давид пас в пустыне отару своего отца, он наткнулся на спящего Реэма. Давид взобрался на его спину, решив, что это гора. Неожиданно Реэм проснулся и с громким ревом поднялся во весь рост. Обнаружив, что небо ближе к нему, чем земля, испуганный Давид стал молиться: «Ашем, если Ты отпустишь меня невредимым от этого Реэма, я построю Тебе Храм длиной в сто амот (что равно примерно 61 м) — такой же длины, как и рог Реэма».

Ашем послал навстречу Реэму льва, и Реэм пал ниц из уважения к царю зверей. Давид спустился на землю, но теперь он увидел перед собой свирепого льва. Охваченный ужасом, он снова взмолился (Теплим 22:2): «Спаси меня от пасти льва, как Ты внял мне, только что избавив от рогов Реэма».

В ковчег допущен был еще один особый обитатель — великан Ог.

Ог удостоился спасения от гибели, потому что в будущем должен был сослужить службу Аврааму. Этот великан поклялся Ноаху и его сыновьям, что станет их рабом на вечные времена. Поэтому Ноах разрешил ему оставаться снаружи ковчега, на специальной палубе, укрытой крышей. Ноах просверлил в стене дыру и через отверстие каждый день давал Огу пищу.

Как Ашем заповедал Ноаху по паре из всех введешь в ковчег, — все твари входили попарно.

Обман отправился на поиски пары и нашел Желание. «Откуда ты явился?» — спросило Желание.

— Я возвратился от ковчега Ноаха. Я хотел войти, но меня не пустили, потому что у меня не было подруги. Не хочешь ли ты быть моей подругой?

— С радостью, — ответило Желание, — но что ты за это мне предложишь?

— Все, что я приобрету, можешь взять себе.

— Идет! — согласилось Желание.

Так они и вошли в ковчег вместе — Обман и Желание, навсегда заключив между собой договор: все, что приобретает Обман, уносит прочь Желание.

Семнадцатого хешвана в 1656 году от Сотворения мира начал идти дождь. Сперва он только накрапывал. Если бы люди успели внять предостережению, то дождь все еще мог бы обернуться благодатным и, дав влагу почве, прекратиться.

Ноах сам не мог поверить, что Ашем действительно исполнит свое решение. Он думал, что Ашем в последний момент проявит милосердие, и стоял вне ковчега до тех пор, пока вода не дошла ему до лодыжек.

Наши мудрецы называют Ноаха «верящим, но все же неверящим». Как это понять? Разве не услышал он от Ашема о наступлении Потопа и не построил ковчег, проявляя при этом великое самопожертвование и не обращая внимания на насмешки своих современников? Тем не менее есть огромная разница между верой разумом и верой сердцем. Хотя каждый религиозный еврей претендует на то, что он «верит», эмуну (веру) большинства людей можно охарактеризовать всего лишь как отвлеченную идею, принадлежащую сфере разума и никогда не проникавшую вглубь сердца человека настолько, чтобы изменить его личность. Тора же обязывает к тому, что называется эмуна хушит, чувственному восприятию истины, которое не может не влиять на нашу жизнь постоянно. Обретение подлинной эмуны продолжается всю жизнь человека и достигается лишь немногими. Вера Ноаха была интеллектуальной природы, и поэтому она не наполнила его страхом перед приближающейся катастрофой, который, если бы он чувствовал его инстинктивно, конечно, заставил бы его без промедления устремиться в убежище.

И только увидев направляющегося к нему Ангела Смерти, он вошел в ковчег.

Злодеи заявили: «Как только мы увидим, что Ноах входит в ковчег, мы принесем топоры и изрубим все это сооружение в щепки!» Тогда Ашем сказал: «Я покажу, что вы не сможете помешать Ноаху войти». Он поставил вокруг ковчега львов, и никто не мог даже прикоснуться к нему, а Ноах и его семья на глазах у всех среди бела дня вошли в ковчег.

Жизнь в ковчеге

На протяжении двенадцати месяцев, пока продолжался Потоп, небесные тела вели себя не так, как обычно. Поэтому обитатели ковчега не могли по солнцу или луне определить час суток или день месяца. Лишь по драгоценным камням, которые Ноах взял с собой в ковчег, можно было узнать время. Когда они сверкали, обитатели ковчега знали, что стояла ночь, а когда они начинали тускнеть, наступало утро. Так велся счет дням.

Прошел год. Этот год не был самым спокойным в жизни семьи Ноаха. За двенадцать месяцев им ни разу не удалось поспать целую ночь, так как на них лежала ответственность за тысячи птиц, зверей и домашних животных, которых надо было кормить. Все животные требовали себе пищу в разное время: некоторые — днем, некоторые — на рассвете, некоторые — ночью. Ноах и его сыновья трудились непрерывно.

Однажды, когда Ноах опоздал с пищей для льва, лев ударил его лапой, и Ноах стал хромать.

Был там зверь по имени Зикис, который отказывался от любой пищи, которую предлагал ему Ноах. Ноах удивлялся, почему голодный Зикис еще жив. Однажды, когда Ноах разрезал гранаты, оттуда выпал червяк. Зикис сразу открыл свою пасть и проглотил его. Теперь Ноах знал, что ему требуется, и имел наготове запас червей.

Однажды Ноах вдруг понял, что совсем забыл про птицу Хул, сидевшую в клетке, запрятанной во внутренней части ковчега. «Тебе что, не нужна пища?» — спросил Ноах в изумлении. «У меня не хватало совести беспокоить тебя, — отвечала птица Хул, — я видела, что ты занят, и решила не доставлять тебе дополнительной работы».

— Мое тебе благословение! — произнес Ноах. — Я желаю тебе, чтобы ты жила вечно!

Пока Ноах оставался в ковчеге, он снова и снова молил (Теплим 142:8): «Выведи меня из темницы — ибо душа моя устала от запаха львов, медведей и пантер!»

— Ноах, — сказал Ашем, — в том и состоит Моя воля, чтобы ты не выходил из своего заключения двенадцать полных месяцев.

С какой целью Ашем назначил Ноаху и его семье невероятно трудную задачу сохранить зверей живыми? Опустошение было навлечено на землю воровством, порожденным эгоизмом. Чтобы стать строителями нового мира, Ноах и его семья должны были выработать в себе противоположное качество — хесед, доброту и милосердие, способность самоотверженно отдавать себя другим.

Ковчег спокойно плавал по океану, как корабль, а мир вокруг него тем временем превращался в жуткую безлюдную пустыню, залитую водой. Сорок дней шел сильнейший дождь. Каждая капля дождя, посылаемого Ашемом на землю, предварительно кипятилась в Геиноме, поэтому дождь был настолько горячим, что с попадавших под него людей сходила кожа. В состав капель входила не только вода, но и огонь. В дополнение к дождю, падавшему сверху, в земле раскрылись все колодцы и источники, и из них изливалась кипящая вода. Великаны поколения Потопа сначала думали, что смогут одолеть источники, просто-напросто наступив на них, но вода была такой горячей, что ничего не получилось. И что же тогда сделало это не знающее жалости поколение? Они брали своих маленьких детей и затыкали их телами отверстия источников. Если вода продолжала хлестать потоком, то они клали в отверстие второго ребенка, третьего, — только чтобы самим спастись. Поэтому, если бы не огонь и вода, падавшие сверху, то они, вполне возможно, и выжили бы.

Наконец, вода поднялась на высоту в пятнадцать амот (около 11 м) над самыми высокими горами. Почему именно пятнадцать? Да потому что то поколение усмехалось: «Мы великаны, пятнадцати амот ростом, и, если будет когда-нибудь потоп, мы встанем на вершины гор и спасемся!» Теперь же уровень воды был выше их голов, и они утонули.

То было самое страшное бедствие, которое когда-либо обрушивалось на землю. Выжили только рыбы, ибо они не грешили, подобно другим тварям. Все человеческие тела полностью разложились. Ни одна кость и даже ни один самый маленький луз (микроскопическая кость на конце хребта) не остались в целости.

Император Адриан спросил у р. Йошуа бен Хананьи:

— Из какой части тела будет Б-г воскрешать мертвецов?

— Из позвоночной кости луз, — ответил р. Йошуа.

— Откуда ты знаешь? — поинтересовался Адриан.

— Прикажи принести эту кость мне, и я докажу, — сказал р. Йеошуа в ответ.

Когда р.Йеошуа принесли кость луз, он показал императору, что она не дробится, даже если переламывать ее на мельнице. Ее бросили в огонь, но она не сгорела. И в воде она не растворялась. Наконец, р.Йеошуа взял молот и ударил по ней. Молот треснул, но кость осталась цела.

Когда человек умирает, его кость луз сохраняется, чтобы составить основу, из которой будет воссоздано его тело в дни возрождения мертвых. Но поколение Потопа было настолько нечестивым, что ни одна кость от их скелетов не сохранилась, даже кость луз. В те дни, когда все прочие мертвецы встанут из своих могил, из этого поколения никто не воскреснет. Никого из них не будет даже среди тех, кого Ашем решил оживить с единственной целью — чтобы его судить и вынести обвинительный приговор. Память о Поколении Потопа стерлась навеки.

Ноах посылает ворона и голубя

Дождь шел ровно сорок дней. Таким образом то поколение получило мерой за меру за то, что оно преступило Тору Ашема, которая будет дарована на горе Синай через сорок дней после восхождения Моше на гору.

На двадцать седьмой день месяца кислее дождь перестал. Но даже тогда подземные воды все еще продолжали затоплять землю. В общей сложности Потоп длился сто пятьдесят дней. Первого сивана Ашем вспомнил о заслугах Ноаха и о том, что тот не дал животным погибнуть в ковчеге. Тогда закрыл Ашем подземные источники и наслал ветер разогнать воду.

С той поры остались на земле три горячих источника, они продолжали бить в память о Потопе. Один из них — широкоизвестные горячие ключи в Тверии, в Эрец Исраэль.

Вода непрерывно убывала до тех пор, пока первого ава не показались вершины гор. Тем не менее Ноах ждал еще сорок дней и только тогда открыл окно ковчега. Он хотел узнать, стал ли климат снова пригодным для человека и животных, поэтому он решил послать гонцом птицу, чтобы та выяснила это. Из всех птиц Ноаху показалось самым надежным послать ворона. Своим выбором Ноах как бы хотел сказать: «Властелин Вселенной! Я знаю, Ты сострадателен, но не нашлось у тебя милосердия к Своим сыновьям, и поступил Ты жестоко, как ворон».

Вполне понятно, с таким напутствием ворон лететь не хотел. Он пожаловался Ноаху: «Твой господин ненавидит меня, и ты ненавидишь меня! Твой господин заявил, чтобы в ковчег взяли только по паре от каждого вида нечистых животных (а я один из них), — а не по семь пар, как от каждого вида чистых. Ты ненавидишь меня, иначе как бы ты мог выслать меня наружу, не опасаясь, что жара или холод сразят меня и я не вернусь? Случись со мной несчастье — и на свете исчезнут все вороны!» Кроме этого, ворон сказал: «Я знаю, почему ты усылаешь меня. Тебе захотелось заполучить мою подругу».

Если бы мы слышали речь ворона, то нашего уха достигло бы только непонятное карканье. Но Ноах знал язык всякой твари и прекрасно понял, что сказал ворон.

— Ты нечестивец! — ответил ему Ноах. — Весь год я не входил даже к своей жене, ибо Ашем запретил сожительство, пока мы находимся в ковчеге. Как же ты можешь подозревать меня в поступке, который запрещен при любых обстоятельствах!

На самом деле ворон потому подозревал Ноаха, что сам был виновен в недозволенных действиях. Ворон был одним из трех существ, которые ослушались повеления Ашема жить в ковчеге отдельно от своих подруг.

Этими тремя согрешившими были собака, ворон и сын Ноаха Хам. Жена Хама родила в ковчеге великана Сихона. В действительности, настоящим отцом Сихона был Шемхазаэль (один из тех ангелов, что до Потопа опустились на землю, чтобы жить на ней подобно людям). Хам вошел к ней, якобы для того, чтобы спасти ее от позора. За это деяние, совершенное в темноте, Хам получил мерой за меру — он вышел из ковчега чернокожим, и у всех его потомков во все времена кожа — тоже черная.

Ноаху было известно о предосудительном поведении ворона. Когда он крикнул ворону: «Ты нечестивец!», в мыслях у него было: «Как раз потому я тебя и выбрал из всех птиц! Во-первых, ты единственный пренебрег наставлениями Ашема. Поэтому я готов пожертвовать тобой, не испытывая к тебе никакого милосердия. Во-вторых, твоя подруга понесла, и, даже если ты погибнешь, твой род сохранится».

Поэтому Ноах не стал слушать жалобы ворона и выгнал его из ковчега. Но ворон и не думал выполнять поручение, а просто принялся кружить над ковчегом.

Сперва Ноах отказывался впустить его обратно, но Ашем велел Ноаху: «Впусти его. Настанет время, когда воронье племя пригодится миру. В будущем вороны понадобятся для того, чтобы в дни засухи доставлять пищу пророку Элияу. Каждый день они будут летать от дворца царя Иеошафата к реке Крис, где будет скрываться пророк, и приносить ему хлеб и мясо с царской кухни». Лишь после этих слов Ноах разрешил ворону снова войти в ковчег.

Прошли новые семь дней. Снова было решено послать вестника выяснить, спала ли вода на земле.

На этот раз Ноах выбрал голубя. Голубь, являясь прямой противоположностью нечистому ворону, славится непорочностью, а также верностью своей подруге. Ноах был уверен, что голубь не станет его упрекать, подобно ворону: дескать, зачем ты посылаешь меня в это опасное предприятие?

Итак, голубь вылетел, но найти сухого места он не смог, ибо вода все еще покрывала землю.

Согласно Торе, путешествие голубя вошло в историю людей, как символ обнадеживающего пророчества. Еврейский народ уподобляется голубю, остальные народы сравниваются с водой. Как голубь не нашел покойного места среди вод, так и евреи не найдут его в изгнании. Как голубь возвратился домой в ковчег, так и сыны Израиля вернутся в будущем на свою землю.

Голубь возвратился в ковчег, и Ноах ждал новые семь дней, прежде чем выпустил его наружу. На сей раз голубь вернулся, держа в клюве лист оливы. Откуда голубь принес этот лист? Разве все растения не были уничтожены Потопом? Раскрылись врата Ган Эден, и именно там нашел голубь этот листок.

В Ган Эден полно восхитительных экзотических растений. Тогда почему голубь не мог найти какой-нибудь лист получше, нежели лист горькой оливы? Принеся Ноаху оливковый лист, голубь тем самым как бы сказал: «Я предпочитаю получать свою пищу из рук Ашема, даже если она так же горька, как плод оливы, а не кормиться у тебя в ковчеге, пусть даже пища здесь слаще меда».

Отсюда мы получаем наглядный урок: следует скорее согласиться на более низкий уровень жизни, нежели принимать подаяние.

После прилета голубя Ноах понял, что где-то появились участки суши, иначе голубь не смог бы долететь до Ган Эден, ведь надо же было где-то отдыхать по дороге.

Ноах подождал еще семь дней и опять выпустил голубя, чтобы определить, стала ли земля годной для жизни, как прежде. На этот раз земля достаточно просохла, и голубь, найдя себе постоянное обиталище, уже не вернулся в ковчег. С ковчега сняли покров, и тут все увидели, что хотя земля освободилась от воды, она все еще походит на болото. Только к двадцать седьмому хешвана земля окончательно высохла.

Жизнь после Потопа

Ноах все еще оставался внутри ковчега. Он сказал так: «Раз я вошел сюда с позволения Ашема, то и выйду только с Его позволения». Тогда услышал он повеление Ашема: «Выйди из ковчега — ты, твоя жена, твои сыновья и жены твоих сыновей вместе с тобой».

И вот Ноах ступил на твердую почву. Но увы! Как все изменилось за тот год, что он провел в ковчеге. Пред ним предстала необъятная бесплодная пустыня. Ноах зарыдал: «Властелин Вселенной! Твое имя Сострадательный. Почему Ты не пожалел Своих созданий?»

— Глупый пастырь! — ответил ему Ашем. — Разве сейчас время для таких речей? Перед Потопом Я объявил тебе, что уничтожу человеческий род. Тогда тебе следовало молить о милосердии. Но когда ты узнал, что будешь спасен, почему ты пренебрег возможностью вознести мне мольбу за своих собратьев? Как же ты осмеливаешься открывать свой рот теперь?

Из ответа Ашема Ноах понял, что он не оправдал ожиданий и должен исправиться. «Интересно, почему Ашем велел принести в ковчег по семь пар от всех чистых животных, хотя по одной паре вполне было достаточно для выживания их рода? — подумал он. — Он наверняка хотел, чтобы я принес остальных в жертву».

Подумав так, Ноах облачился в Небесные одеяния, сделанные Ашемом еще для Адама и взятые в ковчег. Нарядившись в эти драгоценные одежды, он принес четыре жертвы на месте будущего Храма в Иерусалиме.

— Господин Вселенной, — так молился Ноах, принося жертвы, — я умоляю Тебя никогда больше не посылать потоп на землю.

Ашем остался доволен служением Ноаха, который дал пример для всех грядущих поколений молиться только Ему.

— Никогда больше не прокляну Я землю из-за человека, — ответил Ашем, — и не буду поражать живых тварей, как сделал ныне. Клянусь тебе, что второго Потопа на земле не будет.

Чтобы предотвратить возрождение той греховности, что существовала до Потопа, Ашем отныне изменил условия жизни людей, сделав ее более трудной и хлопотной.

Причиной, лежавшей в основе пороков, которые повлекли за собой Потоп, была беззаботная жизнь, протекавшая в сплошных наслаждениях и позволявшая людям прекрасно существовать, не обращаясь к Ашему. Они никогда не страдали ни от жары, ни от холода, ни от болезней, им неизвестна была трагедия преждевременной смерти, они никогда не испытывали боли, а урожая одного года вполне хватало на сорок лет. В результате, люди решили, что могут обойтись без Всемогущего.

И вот теперь, после Потопа, все изменяется: людям отныне придется помнить о своем Творце и взывать к Нему за помощью. Они будут испытывать трагедию смерти детей и поэтому будут вынуждены обращать свой взор к Небу. Они будут страдать от летнего зноя, от зимней стужи, от болезней, вызванных сменой времен года, — и поэтому смирятся. Из года в год придется им сеять и жать, а раз так, то будут они зависеть от дождя и потому станут молиться своему Творцу.

Р.Шмуэля бар Нахмана стали преследовать головные боли. Он сказал: «Посмотрите, что сделало нам поколение Потопа! Раньше жизнь была совершенной и прекрасной, в ней не было ни боли, ни болезней».

Ашем благословил Ноаха и его сыновей: «Плодитесь, размножайтесь и наполняйте землю! Страх перед вами будет на всяком звере земном, в ваши руки предаются они».

Лишь теперь Ноах получил от Ашема разрешение есть мясо и стал первым человеком, который попробовал его вкус. До Потопа пища людей была исключительно растительной.

Ноах по справедливости заслужил это разрешение, ибо в ковчеге он ухаживал за всеми животными и они выжили только благодаря его заботам.

Впрочем, Ашем ограничил только что дарованное разрешение есть мясо, категорически запретив есть кровь, а также плоть, взятую от живой твари. Эта заповедь составляет седьмой закон для Потомков Ноаха; соблюдать эти законы обязаны все люди без исключения. Она добавлялась к шести законам, которые были заповеданы еще Адаму и перешли от него к Ноаху, чтобы тот передал их всем будущим поколениям.

Одновременно с этим, подобно тому как Он разрешил Ноаху убивать животных, Ашем предостерег его от пролития человеческой крови. Ашем заповедал:

• Тот, кто совершит самоубийство, будет призван к ответу за пролитие своей крови.

• Если кто-то совершит преднамеренное убийство, а свидетелей не будет, то Я Сам отомщу за кровь жертвы.

• Если кто-то совершит убийство случайно и отнесется к этому беспечно, поскольку не будет свидетелей, из-за чего ни один людской суд не сможет отправить его в изгнание, то Я покараю его.

• Тот, кто намеренно убьет другого человека в присутствии свидетелей, подлежит смертной казни. Эти законы обязательны для всего человечества.

Знамение радуги

Когда после выхода Ноаха из ковчега Ашем заповедал ему Плодитесь и размножайтесь, Ноах не поспешил выполнять эту заповедь, поскольку боялся, что Ашем, несмотря на Свое обещание, может в будущем снова уничтожить весь мир. Тогда Ашем дал клятву не устраивать больше потопа. Ноах все же не удовольствовался этим и потребовал знамения.

Ашем выполнил просьбу Ноаха. Показав ему на радугу в небе, которой раньше не было, Ашем объявил: «Вот знамение завета! Всякий раз, когда Сатана станет в критический момент обвинять и осуждать человечество, требуя, чтобы дождь превратился в потоп и навлек на мир разрушение, Я посмотрю на радугу и вспомню Свой завет никогда больше не насылать потоп!»

Радуга была предназначена для этой цели еще накануне первого Шабата, во время Шести дней Творения.

Почему символом мира между Ашемом и человечеством была выбрана именно радуга?

Ашем сказал: «Когда Я наслал Потоп, Мой лук был натянут против человека. Радуга своей формой напоминает опрокинутый лук и означает, что «стрелы Небесные» не будут больше посылаться для уничтожения человечества».

С тех пор время от времени радуга появляется на небе, чтобы вновь заверить нас в том, что, несмотря на наши грехи, Ашем не станет нас уничтожать. Ко всему прочему, радуга служит также зловещим напоминанием, что, если бы не завет Ашема, мы понесли бы такое же наказание, что и поколение Ноаха.

В еврейской истории было два периода — во времена царя Хизкияу и Мужей Великого Собрания — когда еврейский народ достигал чрезвычайно высокой ступени праведности. (Во времена Хизкияу даже маленькие дети разбирались во всех тонкостях сложнейших вопросов Закона). Поэтому в эти два периода евреи не нуждались в новых подтверждениях завета, символом которого была радуга. Они были защищены своими достоинствами. Так что радуга на небе в те времена не появлялась.

Не стоит пристально всматриваться в радугу, ведь в ней миру является Шехина Ашема. Когда она повисает между туч, надо бросить на нее быстрый взгляд и прочесть благословение, тем самым напомнив себе, что Ашем, невзирая на наши грехи, обещал не подвергать человечество истреблению. Такое напоминание должно послужить тому, чтобы пробудить в людях мысли о самоисправлении.

Опьянение Ноаха и проклятие Канаана

До Потопа Ноах проводил время в служении Ашему. Выйдя из ковчега, он счел своей новой задачей вновь возделать опустошенную землю и поэтому целиком отдался сельскому труду. Произошла смена занятий, которая оказалась первым шагом к упадку. В результате Ноах оказался в положении, когда был опозорен, а его отпрыск проклят.

Как это случилось? Ноах захватил в ковчег побеги винограда. И вот теперь, после окончания Потопа, он решил разбить виноградник. Но то было ошибочное решение, ибо сперва надо было посадить пшеницу или какой-нибудь другой злак, важный для выживания человечества.

В тот момент, когда Ноах собирался посадить виноград, появился Сатан.

— Хочешь ли ты, чтоб я помог тебе в этом благородном начинании? — спросил он.

— Да, — ответил Ноах.

Сатан ушел и тут же вернулся с маленьким ягненком в руках. Держа его над виноградной лозой, он заколол его. Во второй раз он возвратился со львом, которого тоже убил, омочив лозу его кровью. Затем Сатан принес обезьяну, заколол ее и снова вылил кровь на лозу. Наконец он пришел со свиньей, убил ее и окропил кровью землю под лозой.

С той поры чрезмерное употребление вина приводит к дьявольским последствиям. Если человек выпьет одну чашу, он станет послушным и мирным, как ягненок. Выпив две чаши, он начнет похваляться, как лев, всеми великими делами, которые, согласно его словам, он совершит в будущем. После трех чаш он пустится в пляс, как обезьяна. После четырех чаш он блюет и валяется в грязи, как свинья.

Ноах обрадовался, заметив, что его лоза растет с чудовищной скоростью. Она расцвела, созрела и дала плоды в тот самый день, в который была посажена. На радостях Ноах собрал ягоды, быстро приготовил вино и тут же его попробовал. После первой чаши он выпил вторую, затем третью, четвертую…

Не надо смотреть на опьянение Ноаха как на пример бытового пьянства. Ноах не был пьяницей. Лучше взглянуть на него, учитывая факт, что земля в тот момент являла собой гнетущую картину жуткого запустения. Только что выжатое вино символизировало возобновление плодородия оправившейся после Потопа земли. Так что не следует удивляться, что охваченный счастьем Ноах не смог ограничиться умеренным количеством пьянящего напитка.

Когда в шатер вошел внук Ноаха Канаан, он обнаружил, что Ноах лежит пьяный и обнаженный. Он побежал сообщить об этом своему отцу Хаму, который, услышав эту новость, явился поглазеть на своего отца и поступил с ним самым отвратительным образом — он кастрировал Ноаха. Мотивом этого жуткого поступка было желание не дать Ноаху породить четвертого сына, который получил бы свою долю при наследовании земли. Хам вышел и с издевкой сообщил своим братьям: «У Адама было только два сына, и один из них убил другого, чтобы унаследовать землю. А у этого сыновей трое, и он явно хочет четвертого!»

Поведение Хама шокировало обоих его братьев. Шем принес одежду, чтобы покрыть наготу своего отца, а Иефет помогал ему. Они вошли в шатер пятясь, закрыв лицо руками, и укрыли Ноаха, ни разу при этом не взглянув на его голое тело.

Все сыновья Ноаха получили мера за меру. Потомкам Шема — евреям — был дарован талит (т.е. одеяние с цицит), чтобы им покрываться. Сыны Иефета получили обещание, что им будет предоставлено почетное место для захоронения в Эрец Исраэль, ибо сказано (Иехезкель 39:11): «Дам Гогу (потомкам Иефета) место, подходящее для могилы».

А Хаму Ашем сказал так: «Ты презрел своего отца, и потому Я клянусь, что тебе воздается той же монетой: «уведет ассирийский царь пленников из Египта и изгнанников из страны Куш (и Египет, и Куш были заселены потомками Хама), молодых и старых, нагими и босыми и с непокрытыми чреслами в посрамление Египту». (Иешаяу 20:4)

Как только Ноах, пробудившись от опьянения, понял, что с ним сделал его недостойный сын Хам, он тут же проклял его: «В наказание за то, что ты помешал мне породить четвертого сына, будет проклят твой четвертый сын Канаан! Раз ты не дал появиться на свет еще одному моему сыну, который бы служил мне, то твой четвертый сын станет рабом в услужении у остальных братьев!»

Но почему Ноах проклял не самого Хама, а лишь его сына? Да потому что Ашем уже благословил Ноаха и его сыновей, а раз так, то и Хам получил благословение Ашема. Ведь проклятие человека — ничто по сравнению с благословением Всевышнего.

В свое время африканцы представили в суд Александра Великого обвинение против евреев. «Земля Канаана принадлежит нам, — утверждали они. — Эта страна потому носит такое имя, что некогда была владением нашего праотца Канаана, евреи же отобрали ее».

На это серьезное обвинение надо было дать ответ. Один человек по имени Гевиа бен Песиса пришел к мудрецам и сказал: «Прошу вас, разрешите мне явиться в суд Александра. Если победит противная сторона, вы сможете сказать: «Нашим представителем был человек из простонародья». Если выиграю я, то скажете им, что победителем оказалась Тора».

Мудрецы согласились.

Гевиа спросил африканцев в присутствии Александра: «На чем основано ваше заявление?»

— На Писании, — ответили они.

— Раз так, — сказал Гевиа, — то и я опровергну ваши слова с помощью Писания. Сказано так (9:25): «Он (Ноах) сказал: «Проклят Канаан, рабом рабов да будет он у своих братьев». А теперь скажите, если раб приобретает что-либо, то разве его собственность не принадлежит его господину? Более того, раб и сам принадлежит своему господину. Не только земля Канаана действительно принадлежит нам, но, бесспорно, и вы сами являетесь нашей собственностью. Так почему вы уклоняетесь от служения нам?!»

— Дайте ему ответ, — приказал Александр, повернувшись к африканцам.

— Предоставь нам три дня на обдумывание этого вопроса, — попросили африканцы. Не найдя обоснованных возражений, они позорно бежали.

Этот случай приключился в Эрец Исраэлъ в год шмита, последний год семилетия, когда еврейские поля стояли незасеянными. Африканцы отказались от своей собственности, и весь урожай достался евреям.

Предвидя, что еврейский народ произойдет от Шема, Ноах благословил его. «Благословен будь, Б-г Шема! — воскликнул он. — Шехина (Б-жественное присутствие) явит себя только среди потомков Шема, среди сынов Израиля.

Обратившись к Иефету, Ноах пророчески благословил и его: «Да умножит Ашем Иефета! Один из его потомков, персидский царь Кореш (Кир) построит Второй Храм. Однако Шехина не станет обитать в нем, а пребудет только в Первом Храме, построенном царем Шломо».

Рассказ об опьянении Ноаха — это одно из тех мест в Торе, которые, подобно главе о назире, служат предостережением против употребления вина. (Назир — человек, полностью посвятивший себя на время служению Ашему и обязавшийся, кроме прочего, не прикасаться к вину). На языке наших мудрецов вино означает удовольствие. (Так, о наслаждении человека, узревшего Шехину, говорится как об угощении вином, оставшимся от винограда Шести дней Творения). Тот, кто проводит жизнь в поисках обычного вина, в упадке закончит свои дни.

Ноах дожил до того времени, когда трое его сыновей дали начало семидесяти народам и мир вернулся в прежнее жалкое состояние. Ноах все еще жил, когда пришло Поколение Рассеяния. Его застал даже Авраам Авину, которому Ноах передал из первых рук сведения о Потопе.

Царь Нимрод приступает к сооружению Вавилонской Башни

Сын Хама Куш породил сына, который позже стал известен как «подлый Нимрод».

На самом деле Нимрода знают под тремя именами. Его называли Куш, как и отца, — из-за его черного цвета кожи. Его также именовали Амрафель, что означает «тот, кто велел бросить Авраама в котел». Но все же наиболее известен он под именем Нимрод, которое очень четко описывает его сущность: «Тот, кто заставлял всех восставать против Ашема».

Своим бойким языком Нимрод убеждал людей совершать служение идолам. Он был первым, кто воспользовался разрешением есть мясо животных. (Ноах лишь попробовал его вкус). На охоту Нимрод выходил, вооружившись копьем, луком и стрелами. Очень быстро о нем распространилась слава как о несравненном охотнике, чья рука поражает цель, и он стал, что называется, притчей во языцех. Однако истинный ключ к его охотничьим успехам был тщательно скрыт от всех. Когда Ноах вышел из ковчега, то вместе со всем своим бережно сохраненным имуществом он вынес драгоценные Небесные одеяния, изготовленные Ашемом для Адама. Ноахов сын Хам украл их и тайно передал своему любимцу Кушу, который, в свою очередь, завещал их Нимроду, любимейшему из сыновей. Эти одеяния наделяли носившего их человека способностью подчинять своей воле всех животных. Каждый раз, когда Нимрод, облаченный в адамовы одеяния, натягивал лук, звери падали замертво. Но современники Нимрода приписывали успехи исключительно его силе и умению.

В день, когда Нимроду исполнилось сорок лет, между его родственниками (потомками Хама) и потомками Иефета разразилась война. Нимрод собрал большое войско из племени Куша и, встав во главе его, отправился на битву. Победа была за Нимродом, он захватил большое число пленников, обратил их в рабство и вернулся домой.

По возвращении Нимрода его братья и друзья созвали собрание и короновали его своим царем. Позже Нимрод объявил свою власть Б-жественной и приказал подданным падать перед ним ниц.

Поколению Нимрода была известна история Потопа, и они жили в страхе, что подобное событие может повториться. Поэтому они искали такое место, где все люди могли бы поселиться в полной безопасности. В конце концов они нашли долину в земле Вавилонской, достаточно большую, чтобы вместить их всех. Ашем предоставил им такую возможность для того, чтобы в дальнейшем они не могли заявить: «Если бы только мы могли жить все вместе в одном месте, Ашем был бы бессилен против нас».

Итак, люди венчали Нимрода на царствование, и, так как все они поселились в Вавилоне, он фактически стал правителем всего населения Земли.

В истории известны имена десяти царей, владения которых включали в себя весь мир:

• Первый из них — Ашем, Который есть Начало всех начал, Который правит Небом и землей и Который решил поставить царей на земле.

• Вторым был Нимрод, ибо сказано (10:10): «Начальным царством его был Вавилон», где обосновалось тогда все население мира.

• Третьим был Йосеф, ибо сказано (41:57): «Изо всякой земли приходили в Египет». Семилетний голод поразил весь мир, и все зависели от хлеба, который давал им Йосеф.

• Четвертым был царь Шломо, ибо сказано (Мелахим 15:24): «Он владычествовал над всею землею по эту сторону реки» и т.д.

• Пятым был царь Ахав. К нему относились слова Овадьи (Мелахим I 18:10): «Клянусь, нет ни одного народа, куда бы ни посылал мой государь (Ахав) искать тебя».

• Шестым был Навухаднецар, ибо сказано (Даниэль 2:38): «И всех сынов человеческих, где бы они ни жили, зверей земных и птиц небесных отдал в твои руки и поставил тебя владыкою над всеми».

• Седьмым был Кореш, ибо сказано (Эзра 1:2): «Так говорит Кореш (Кир), царь персидский: «Все царства земли дал мне Ашем, Б-г небесный».

• Восьмым был Александр Великий, ибо сказано (Даниэль 8:5): «И вот, с запада прошел козел по лицу всей земли».

• Девятый — это Машиах, о котором сказано (Теилим 72:8): «Владения его будут от моря до моря и от реки до концов земли».

• В конце всей истории владычество над всей землею опять возьмет ее истинный Г-сподь. Он, бывший Первым, будет и ее Окончательным Владыкой. Как сказано: «Я первый и Я последний, и кроме Меня нет Б-га» (Иешаяу 44:6). И еще сказано: «И станет Ашем Царем над всей землею» (Зехарьяу 14:9).

Нимрод предложил людям: «Давайте построим большой город, где сможем жить все вместе. И возведем в нем очень высокую башню». Подданные с восторгом приняли его предложение. Мицраим сказал Кушу, Куш — Путу, а Пут — Канаану: «Построим-ка башню такую высокую, что она достанет Неба, и создадим себе имя. Иначе случится еще один потоп и рассеет нас по свету».

Как могли они в самом деле верить, что башня спасет их от второго потопа? Разве предшествующие поколения не рассказали им, не научили их, что все попытки уклониться от карающей десницы Ашема тщетны. Разве не этому учит Потоп?

«Не знали и не разумели они, ибо глаза их были закрыты, чтоб не могли видеть, а сердца глухи — чтоб не смогли понять» (Иешаяу 44:18).

Если подвесить к потолку кусок специальной липкой бумаги, то привлеченные ее запахом к нему полетят мухи. Первая муха приклеится к нему и погибнет, вторая муха приклеится к нему и погибнет, третья муха приклеится к нему и тоже погибнет. Ни вторая муха ничему не научится от первой, ни третья — от второй.

Таковы и злодеи. Первый, достигнув величия, падает, но его конец никогда не служит уроком второму, а за счет второго никогда не становится мудрее третий.

Хотя люди поколения Эноша, занимавшиеся идолопоклонством, получили в наказание первый, отнюдь не всеобщий потоп, при котором погибла треть человечества, следующее поколение и не подумало извлечь из этого урок: они восстали на Ашема и были уничтожены гигантским, всемирным Потопом. Теперь выросло новое поколение (Поколение Рассеяния), и его тоже ничему не научили события прошлого.

Однако, в то время как все они были единодушны насчет необходимости построить башню, их мнения о цели ее возведения были различными.

Часть народа думала так: «В случае нового потопа мы залезем на вершину башни, и вода нас не достанет». Другая группа — те, кто говорили: «Мы создадим себе имя», — собиралась устроить на верху башни место для собраний, чтобы поклоняться там идолам и тем спастись от любой катастрофы. Третьи утверждали: «Несправедливо, что Ашем один господствует над верхними сферами, ограничив наши владения нижним миром. На вершине башни мы установим идола, вложим в его руки меч и покажем Ашему, что против Него объявляется война!»

Таким образом, все перечисленные категории людей собирались восстать на Ашема. Но были еще и такие, гораздо более нечестивые, которые вообще отрицали Его существование. Для каждого события во Вселенной они находили рациональное объяснение; они растолковали, что Потоп, если исследовать его научно, был нечем иным, как обычным явлением природы. Они утверждали: «Раз в каждые 1656 лет (время, отделявшее Потоп от Сотворения) небеса сотрясаются, вызывая тем самым водоизвержение. Чтобы не дать небесам обрушиться снова, мы должны принять предохранительные меры, возведя подпоры Небу — одну на севере, одну на юге и одну на западе. Но самой первой опорой будет наша башня на востоке, в долине Вавилонской».

Хотя раньше люди собирались построить сначала город, они не стали выполнять этот план, а сразу сосредоточили свои усилия на башне.

Построение башни было гигантским предприятием. Так как в земле Вавилона не было камня, люди изобрели новый строительный материал: она обжигали глину в печи и полученные кирпичи использовали вместо камней.

Ашем позволил им добиться значительных успехов, чтобы потом они не заявили: «Если б Он дал нам достаточно времени на построение башни, мы бы смогли превзойти Его». Кирпичи изготовлялись как будто сами собой: когда люди клали в кладку один кирпич, они обнаруживали в стене два кирпича, когда они клали два, то в стене появлялось четыре.

Башня росла и росла и вскоре стала такой высокой, что требовался год, чтобы взобраться на ее вершину. На башню вели две широкие лестницы, одна с восточной и одна с западной стороны. Та, что была с востока, использовалась для подъема грузов, а та, что с запада — для спуска людей. Приходилось все время сновать вверх и вниз, чтобы доставлять строительные материалы.

Строители были настолько фанатичны в своем желании закончить башню, что когда какой-нибудь кирпич падал вниз и разбивался, они причитали: «Как трудно будет заменить его». Однако, если человек срывался вниз и убивался насмерть, никто даже не смотрел на него.

Однажды мимо места, где строилась башня, проходил человек по имени Аврам бен Терах. К тому времени ему исполнилось сорок восемь лет, и он был хорошо известен тем, что противился возведению башни. Еще раньше, когда к нему пришли и пригласили: «Присоединяйся к нам строить башню, ибо ты сильный мужчина и будешь весьма полезен», он отказался, заявив: «Вы отреклись от Ашема, Который и есть Башня, и решили заменить Его башней, сложенной из кирпичей!»

Так вот, однажды Аврам шел мимо и, заметив высоко в небе строителей, проклял их именем Ашема (Теилим 55:10): «Расстрой, о Г-споди, и раздели языки их!»

Аврамово проклятие никто не принял всерьез. Строители лишь посмеялись в ответ: «Посмотрите на этого бесплодного мула. У него нет даже детей» .

Поскольку Аврам пытался убедить людей поверить в Ашема, то они и заявляли ему в ответ, что он бездетен, тем самым как бы ставя под сомнение его правоту: ведь если Ашем не вознаграждает Своих приверженцев, то или Он не так добр, или Его вообще нет…

Еще трое людей, кроме Аврама, чурались участия в возведении башни — Ноах, его сын Шем и правнук последнего Эвер. Шем бранил остальных своих детей и внуков за участие в этом строительстве: «Против кого вы хотите сражаться? Против Того, Кто создал верхний и нижний миры?»

Но никто не принял к сердцу его упреки, кроме одного из сыновей — Ашура. Услышав увещания отца, он отстранился от строительства, сказав: «Как я могу жить вместе с этими нечестивцами?» Впоследствии он вовсе покинул страну и поселился в безлюдном месте, далеко за пределами Вавилона. «Клянусь тебе, — сказал ему Ашем, — что за это Я дам тебе четыре города». И действительно, Ашур построил четыре города и среди них большой город Ниневию.

Конец строительства башни и рассеяние всего поколения

В конце концов Ашем «спустился» на землю вместе с семьюдесятью ангелами и стал вершить суд над тем поколением.

Ашем решил так: «Я дам им последний шанс совершить тшуву (исправиться, раскаяться). Если они воспользуются этой возможностью, то, хоть и не заслуживают прощения, получат его, поскольку по крайней мере одно хорошее дело за ними числится: между ними царят мир и согласие».

Как известно, никто из того поколения к Ашему не вернулся, т.е. не исправился. В результате они получили то, что заслужили. Причем каждый понес наказание, которое соответствовало тяжести его прегрешения.

• Те, кто говорили: «Давайте подымемся наверх и станем на вершине башни, чтобы обезопасить себя от средующего потопа», были рассеяны по всему свету. Каждый из них был возвращен в ту страну, из которой был родом.

• Те, кто говорили: «Сделаем башню, чтобы вести войну против Ашема», были превращены в обезьян, духов и демонов.

• Наказанием для тех, кто собирался сделать башню центром идолопоклонства, стало смешение их языков. Ашем сказал: «Это нечестивое предприятие могли затеять только люди с общим для всех языком. Отныне они будут отделены друг от друга непониманием. Пусть говорят на разных языках».

Представьте себе, как были удивлены те люди, когда однажды утром вдруг обнаружили, что не могут говорить друг с другом на лашон акодеш и что они почему-то разговаривают на семидесяти разных языках. Языковое смешение произошло мгновенно. Люди обращались друг к другу, но не понимали ни слова.

Один говорил: «Дай воды!» Другой вместо этого протягивал ему глину. Один просил: «Дай мне веревку!» Но получал пилу. Известен случай, когда человек, получив пилу вместо веревки, ударил непонявшего его и убил. Начались жуткие раздоры и суматоха. Все взялись за мечи и принялись убивать своих друзей. Так погибла половина человечества.

Какая же участь постигла башню? Нижнюю ее часть поглотила земля, верхняя была сожжена, а средняя осталась стоять на земле.

Чтобы дать представление о гигантской высоте той башни, достаточно сказать, что даже сохранившаяся после ее разрушения часть была так высока, что пальмовые деревья у ее подножия казались сверху крошечными травинками размером с мелких кузнечиков.

Воистину — как великолепен мир и как отвратительны раздоры! Люди поколения Потопа ненавидели друг друга, в результате от них не осталось никакого следа. Поколение Рассеяния, несмотря на всю свою греховность, все же жило в согласии, люди относились дружелюбно друг к другу, — и потому они выжили!

Десять поколений от Ноаха до Авраама

Ежедневные царские дела были сделаны, и царь прогуливался по берегу моря. Но тут, увы, сверкающий драгоценный камень, украшавший его корону, выпал из оправы и исчез в песке. Немедленно были призваны слуги. Они пришли, снаряженные граблями, черпаками и ситами, чтобы перерыть весь песок в поисках пропажи. В первой дюне ничего не нашли. Ничего не нашли и во второй дюне. Так они и шли — дюна за дюной, пока не обнаружили камень. Тут же по всему государству было объявлено: «Царь нашел свою драгоценность»!

Ашем искал великого праведника, который мог бы стать праотцом Б-гобоязненного народа. Род Хама был отброшен сразу. Ничего не обнаружилось и в роду Иефета. Наконец, Ашем нашел то, что искал, в роду Шема. Для этого Ашему пришлось ждать десять поколений. Вот они:

1. Арпахшад

2. Эр

3. Шелах

4. Эвер

5. Пелег

6. Реу

7. Серуг

8. Нахор

9. Терах

10. Авраам

Зачем перечислены в Торе эти десять поколений? Ашем хочет показать нам, что Он тщательно просеивал «песок» и только в конце нашел Свою «драгоценность» — Авраама. » И Ты нашел сердце его верным пред Тобою!» (Нехемья 9:8).

Для этих десяти поколений (как впрочем и для всех остальных) ничего не было заранее предопределено. Они были свободны в своем выборе и могли стать великими. Царь из нашей притчи не мог найти жемчужину сразу, ему пришлось тратить время на поиски. То же самое и Ашем. Он ждал великого человека, который сам выдвинулся бы из этих поколений. Авраам оказался единственным, кто возвысился в то время над остальным человечеством.

Однако можно спросить: если породить Авраама было назначением всех живших до него поколений, начиная с Адама, то почему бы Ашему не начать было прямо с Авраама, поставив его на место Адама?

Ашем сказал: «Авраама следовало создать раньше Адама. Но если бы Авраам совершил адамов грех, то ни один другой человек не оказался бы достаточно великим, чтобы исправить его ошибку. Я сотворил вначале Адама, зная, что он согрешит, после чего придет Авраам и исправит его ошибку».

Своим прегрешением Адам и Хава заставили Шехину удалиться на Небо, но Авраам вернул ее на землю. Если Адам принес в мир смерть, то Авраам своим гостеприимством приводил людей под крылья Шехины и этим даровал миру жизнь.

Первое из десяти испытаний, которым был подвергнут Авраам. Рождение Авраама и признание им Ашема.

Вот перечень испытаний Авраама, приводимый в некоторых книгах:

1. Нимрод хочет убить Авраама, и тот тринадцать лет скрывается в тайном месте.

2. Огненная печь в городе Ур Касдим.

3. Уход из родной земли.

4. Голод в Эрец Канаан.

5. Сару забирают во дворец фараона.

6. Война против четырех царей, пленивших Лота.

7. Завет «между частями», во время которого Аврааму показаны были четыре будущих изгнания его потомков.

8. Заповедь обрезать себя и своего сына.

9. Повеление изгнать Ишмаэля и его мать.

10. Акеда: повеление принести в жертву своего сына.

Рамбан дает другой перечень, перечисляя при этом только те испытания, которые упомянуты в Письменной Торе:

1. Уход из родной земли.

2. Голод в земле Канаанской.

3. Сару забирают во дворец фараона.

4. Война против четырех царей.

5. Женитьба на Агари.

6. Заповедь совершить обрезание.

7. Сару забирают во дворец Авимелеха.

8. Изгнание Агари.

9. Изгнание Ишмаэля.

10. Акеда.

Сила и хитрость царя Нимрода вошли в поговорку. Все знали, что его рука, направленная в сердце оленя, никогда не била мимо цели. Горе тому, кто осмеливался усомниться в том, что Нимрод был богом, который сам себя сотворил: рядом с его троном всегда стоял палач.

Однажды астрологи Нимрода почтительно приблизились к трону и пали ниц перед царем.

— Великий государь наш, — объявили они, — нам стало известно о серьезной опасности, которая угрожает твоей власти. Звезды предсказывают, что в твоем царстве скоро родится мальчик, который будет отрицать твою божественность и победит тебя!

Нимрод повернулся к своим министрам: «Какие охранительные меры вы предлагаете?»

Ответ последовал быстро: «Прикажи, чтобы отныне всех новорожденных мальчиков умертвляли!»

— Прекрасный совет! Созовите собрание архитекторов. Я издам указ сооружать специальные дома, в которых будут держать всех беременных женщин. Надо позаботиться, чтобы в живых оставались одни девочки.

Присутствовавший при этом обсуждении Терах, один из самых высокочтимых придворных, спросил в шутку: «Уж не думаешь ли ты поместить и мою жену в одно из этих сооружений? Она как раз беременная».

— Мы не имели в виду твой дом, Терах, — заверил его царь, — ты самый надежный из моих министров.

Жестокий указ был издан, и всех новорожденных мальчиков начали убивать одного за другим. Было умерщвлено более семисот тысяч мальчиков.

Однажды утром астрологи Нимрода еще раз попросили у него аудиенции. «Опасность все еще не устранена, о царь! Над домом Тераха заметили мы звезду, которая металась по небесной тверди во все стороны и поглотила четыре звезды на востоке, севере, западе и юге. Это ясно указывает на новорожденного сына Тераха, который завоюет твое царство!»

— Прикажите Тераху выдать младенца. Я возмещу ему потерю грудами золота и серебра. Гонцы поспешили к дому Тераха.

— Именем Нимрода, принеси сюда сына! — приказали они.

— Нет! Он у меня единственный, — сказал он в ответ.

— Царь даст тебе взамен груды золота и серебра!

Терах засмеялся: «Идите и передайте царю такую притчу: кто-то сказал лошади: «Давай отрежем тебе голову, а взамен ты получишь воз сена!» «Какая глупость, — ответила лошадь, — если меня обезглавят, то кто будет есть это сено?» Если вы убьете моего сына, то кто унаследует все это золото и серебро?»

Гонцы ушли, но Терах не стал сидеть сложа руки. «Поспеши, — приказал он своей жене Амталей, — заверни ребенка и спрячь его в какой-нибудь пещере подальше от дома. Я уверен, они скоро вернутся».

Так оно и случилось. Не прошло много времени как посланцы царя снова постучали в дверь, однако Терах был уже готов к их приходу. Вместо своего сына он отдал им сына одной из своих рабынь.

Итак, маленький Аврам вырос в пещере далеко от шумного мира людей. Обладая необыкновенным умом, он признал Творца, когда ему было всего три года. Причем сделал это самостоятельно, придя к этому выводу путем наблюдения и рассуждений. «Может быть, мне следует поклоняться земле, — рассуждал он, — ибо ее плодами кормится человек? Однако земля не всесильна, она зависит от неба, дарующего дождь. Должен ли я поэтому поклоняться небесной тверди? Ясно, что над твердью небесной правит солнце, благодаря теплу и свету которого жив мир. Наверное, тот могущественный Б-г, Который сотворил меня и всю вселенную — это солнце!»

Аврам пал ниц перед солнцем. Но когда опустилась ночь и солнце скрылось, чтобы дать дорогу луне, Аврам рассудил, что божеством в неменьшей степени может быть луна. Но и эту мысль он оставил, поняв, что поскольку луна светит только ночью, то она не может быть более могущественной, чем солнце, которое светит только днем. В конце концов, с помощью наблюдений за регулярной сменой дня и ночи, времен года, за всеми законами природы, Аврам сделал вывод о присутствии всемогущего и мудрого Творца, Который стоит за всем этим. «Как происходит, — спросил Аврам сам себя, — что Небесные тела восходят и заходят в определенное время? Очевидно, должен существовать какой-то один высший Разум, направляющий их».

Один путник проходил мимо замка. Заинтересовавшись, что там находится внутри, он долго ходил вокруг в поисках входа, но все без толку. Устав ходить, он стал кричать, но никто не отозвался. «Может ли быть такое, что этот замок необитаем?» — размышлял он. Тут он поднял свой взгляд и увидел, что крыша покрыта каким-то странным материалом, причем над верхним слоем тщательно уложен второй, а из-под него выглядывает третий и т.д. «Этот замок наверняка обитаем! — сказал путник, — иначе кто бы стал так педантично укладывать такое сложное покрытие?»1

Я не видел Творца, — сказал Аврам, — но в силах понять, что только могущественный и милосердный Б-г мог создать этот изумительный мир вокруг меня и что только Его высший разум способен поддерживать существование этого мира. Ему я и буду поклоняться!

Поскольку прошло много времени, а предсказания астрологов не сбывались, царь отменил свой жестокий указ, и Аврам вернулся в дом отца.

Аврам восстает против верований своего времени

Министр Терах торговал фигурками идолов. Именно этим он кормился, не очень полагаясь на подарки из царской казны. Отец торговал идолами — а Аврам делал все, чтобы убедить людей не покупать их. Однажды случилось так, что отцу пришлось отправиться в поездку и он оставил свою лавку на попечение уже повзрослевшего Аврама. Сыну он дал такие наставления: «Чем больше размер божка, тем более высокую цену проси. Если зайдет важная персона, предлагай идола побольше, менее значительному покупателю показывай то, что поменьше». С тем Терах и уехал.

Однажды в лавку вошел внушительного вида широкоплечий мужчина.

— Дай мне большого идола, как приличествует моему положению! — высокомерно обратился он к мальчику. Аврам вручил ему самого большого идола, какой только был на полках, и мужчина достал из кошелька крупную сумму денег.

— Сколько тебе лет? — спросил у него Аврам.

— Пятьдесят.

— И тебе не стыдно поклоняться божку, которому всего лишь день от роду? — спросил Аврам. — Мой отец изготовил его вчера!

Смутившись, мужчина взял деньги обратно и ушел.

Вошла старая женщина. Она сказала юному продавцу, что ночью к ней в дом залезли воры и украли всех божков.

— Вот как? — спросил Аврам. — Если твои божки не в состоянии защитить себя от грабителей, то как же ты надеешься, что они будут защищать тебя?

— Ты прав, — признала женщина. — Но кому же нам служить?

— Творцу неба и земли, создавшему и меня, и тебя, и всех людей, — ответил Аврам.

Женщина ушла, ничего не купив.

Пришла другая женщина и принесла миску муки в виде подношения божкам. Аврам взял топор и вдребезги разбил всех идолов, кроме самого большого. Когда Терах вернулся и увидел разгром в своей лавке, он закричал: «Что здесь произошло?»

— Зачем мне скрывать от тебя правду? — ответил Аврам. — Пока тебя не было, пришла женщина и принесла им в жертву немного муки. Каждый из божков воскликнул, что он хочет есть первым. Самый большой идол разъярился, схватил топор и разбил всех остальных.

— Что за чепуха? — удивился Терах. — Ты не хуже меня знаешь, что они не едят, не двигаются, а тем более не дерутся.

— Вот как? — возразил Аврам. — Если все так, как ты говоришь, то почему ты им служишь?

Однажды настала очередь Тераха совершать ритуальное служение перед божками в царском дворце Нимрода. Терах взял Аврама с собой в столицу. Они пришли во дворец Нимрода и их ввели в большой зал, где находилась большая коллекция божков из золота, серебра, меди, дерева и камня.

Терах внес в зал вино, хлеб и расставил подносы перед божками. Все слуги удалились. «Возьмите это, ешьте и пейте», — сказал Аврам громко. Но ни один из идолов не шелохнулся и не проронил ни звука.

— Ты же видишь, им грош цена, — заметил Аврам отцу, после чего начал сбрасывать всех идолов на пол в одну большую кучу. Онемевший отец стоял неподвижно. Затем Аврам поджег идолов и поспешно бежал из дворца.

Этого уже нельзя было снести. Терах, верный подданный Нимрода, а еще точнее сказать, верный подданный нимродовской идеологии, сам донес царю о возмутительном поведении своего сына.

Итак, Аврам успешно прошел первое испытание. Ему удалось своим умом дойти до признания Создателя и отвергнуть идолопоклонство.

Аврам в тюрьме

Царь приказал своим воинам разыскать Аврама и привести во дворец. Приказ был немедленно исполнен.

Нимрод восседал на троне, который представлял собой настоящее произведение искусства, вознесенное на вершину огромной спиральной башни, сделанной из семи различных материалов. Всякий, кто приближался к трону, обязан был пасть ниц перед царем. Но Аврам, когда его ввели в тронный зал, остался стоять.

— Это ты, Аврам, сын Тераха?

— Да, я.

— Значит, ты тот самый изменник, у которого хватило дерзости сжечь моих божков? Разве ты не знаешь, что я властелин над всеми созданиями? Мне подчиняются солнце, луна и звезды!

— Извини, — сказал Аврам, — я об этом уже слышал. Дозволь мне высказать лишь одну просьбу, ибо я искренне хочу поверить тебе.

— Говори.

— Каждый день солнце восходит на востоке и заходит на западе. Прикажи, чтобы завтра оно взошло на западе и село на востоке.

Все министры и придворные от удивления раскрыли рты и с ожиданием посмотрели на царя. Однако Нимрод почему-то молчал.

— Или выполни другую мою просьбу, — продолжал Аврам. — Открой мне, о чем я сейчас думаю и что собираюсь сделать.

Во дворце стояла полная тишина. Взгляды всех присутствующих были прикованы к юноше, который осмелился бросить вызов всемогущему царю. Больше всех был ошеломлен Нимрод. Никто и никогда не осмеливался разговаривать с ним подобным образом.

— Не притворяйся ничего не понимающим, — сказал Аврам. — Никакой ты не бог! Ты потомок Куша. А если ты отрицаешь это, то как же случилось, что ты не смог спасти от смерти своего собственного отца? Правда заключается в том, что точно так же, как ты не смог спасти от смерти его, ты не спасешь и себя. Ты вовсе не бессмертное существо!

Аврам возвел глаза к небу и воскликнул: «Ашем, узри нечестивцев и суди их!»

К этому времени Нимрод опомнился. «Стража, — крикнул он, — немедленно в тюрьму этого бунтовщика!»

Стражники заковали Аврама в цепи и увели.

Аврама бросили в подземелье. Его держали там десять лет. Тем не менее его вера в Ашема не поколебалась.

Второе из десяти испытаний: печь в Ур Касдим

Через десять лет Аврама вторично привели к Нимроду, который все еще надеялся убедить Аврама поклониться ему и его божкам.

— Давай вместе поклонимся огню, — предложил он Авраму. — Очевидно, что огонь могущественнее любой другой стихии.

— Если так, — ответил Аврам, — то лучше совершить служение воде, ибо в ее власти погасить огонь.

— Отлично! Давай поклонимся воде.

— Но облака сильнее воды, ибо они ее приносят.

— Так будем поклоняться облакам!

— Но ветер рассеивает облака, так что он должен стоять выше их.

— Согласен. Будем молиться ветру! Падай ниц вместе со мной!

— Нет, человек сильнее ветра, ибо он наполнен воздухом, несмотря на отверстия в теле.

Нимрод вышел из себя: «Я вижу, ты издеваешься надо мной, — закричал он. — Мой идол — огонь, и я прикажу, чтоб тебя бросили в огонь. Скоро мы увидим, действительно ли твой Б-г сильнее моего!»

Нимрод приказал своим людям приготовить в своей столице Ур Касдим печь для огненной казни.

Царские глашатаи объявили: «В скором будущем будет казнен изменник! В течение сорока ближайших дней вы можете жертвовать дрова для печи, в которой он будет сожжен».

Пожертвования были обильными.

Согласно приказу, Авраму пришлось три дня простоять в цепях, пока рабы Нимрода обкладывали дровами — и снаружи и изнутри — печь для казни. Высота дровяной пирамиды превысила рост человека. На третий день рабы еще туже стянули цепями руки и ноги Аврама.

Когда распространилась весть о том, что приготовления к казни закончены, на огромной площади города собралась толпа. Женщины и дети толпились на крышах окружающих зданий, чтобы увидеть зрелище.

Амтелей, мать Аврама, вышла вперед. Она хотела поцеловать своего сына, и стражники ее пропустили.

— Один лишь разочек преклонись перед Нимродом, — прошептала она Авраму, — и тебя простят, сынок.

— Я никогда не сделаю это, мама!

На площади собрались люди от всех народов. Они кричали Авраму: «Это твой последний шанс! На чьей ты стороне?»

— Я на стороне Ашема, Властелина Вселенной!

И тогда рабы Нимрода подожгли с разных сторон пирамиду дров. В этот миг ангел Гавриэль подлетел к Ашему и попросил: «Позволь мне погасить пламя и спасти праведника».

Ашем ответил: «Подобного Мне нет на небесах, а подобного Авраму нет на земле. Я Сам спущусь, чтобы избавить его от огня!» И Ашем Сам повелел пламени не причинять Авраму вреда.

Дрова превратились в восхитительные ветки, усыпанные плодами. Но наружи по-прежнему полыхал огонь. Три дня и три ночи Аврам живым пребывал в печи. Затем рабы Нимрода открыли дверцу — и что же? — Аврам расхаживает по пеклу, как по Гад Эден, и ангелы сопровождают его. Сгорели лишь веревки, которыми раньше он был опутан. Слуги Нимрода не поверили своим глазам. К царю тотчас послали гонцов. В ужасе, он приехал удостовериться лично. Опять открыли дверцу печи, и все снова увидели Аврама, который пребывал живым среди бушующего огня. Нимрод был потрясен. «Извлеките его оттуда!» — приказал он. Рабы рванулись вперед, чтобы вытащить Аврама, но всякий раз, когда они хотели схватить его, путь преграждали языки пламени.

— Что вы там копаетесь? — вскричал царь.

Испуганные рабы предприняли еще одну попытку. Пламя взметнулось вверх и сожгло их. Тогда ангел Ашема воззвал к Авраму: «Аврам, слуга Б-га живого, выйди из печи!»

И на глазах у пораженной толпы невредимый Аврам вышел наружу.

— Почему ты до сих пор жив? — спросил Нимрод, трясясь от страха.

— Б-г, Который сотворил небо и землю и над Которым ты издевался, спас меня от смерти!

Изумленный и напуганный царь пал ниц перед Аврамом. Все министры последовали его примеру. Не преклоняйтесь предо мной, — сказал Аврам, — лучше поклонитесь Б-гу живому, Создателю Вселенной!»

Но далеко не всех присутствующих убедили слова Аврама. Были и такие, кто шептал: «Аврама спасло волшебство. Его младший брат Аран — великий колдун. Должно быть, он наложил заклятие на огонь, чтобы тот не сжег Аврама».

Аран стоял здесь же, в толпе, и наблюдал за всеми событиями. Его раздирали великие сомнения: следует ли присоединиться к старшему брату или надо прикинуться верящим в Нимрода? В конце концов он решил подождать окончательного решения судьбы Аврама и тогда ясно обозначить свою позицию. При этом он подумал: «Если Аврам будет спасен, я скажу, что принадлежу к его лагерю; если он погибнет, я скажу, что я на стороне Нимрода». Когда Аврам живым вышел из печи и у Арана спросили: «На чьей ты стороне?», он ответил: «Я верю в того же Б-га, что и мой брат!» Тут же его схватили рабы Нимрода и бросили в печь. Но второго чуда не произошло, и Аран исчез в пламени.

С человеком, который жертвует жизнью за Ашема, надеясь на чудесное спасение, чудес не случается.

Ангел Смерти взял мертвое тело Арана и бросил его перед Терахом. Теперь всем было ясно, что только праведность спасла Аврама. Это было несомненное освящение Имени Всевышнего, кидуш Ашем.

Так Аврам проложил дорогу многим и многим евреям, жившим в разные эпохи, которые отдали свои жизни ради освящения Имени Г-спода. Но как эти многочисленные евреи унаследовали качества нашего отца Авраама, сумевшего во имя Ашема пройти через тяжкие мучения? Ведь они — не более чем «простые евреи»? Сила характера, унаследованная ими от Аврама, потенциально заложена в еврейской душе. Это то качество, которое наш отец Авраам приобрел в Ур Касдим и которое он передал в наследство всем своим потомкам.

Семья Тераха перебирается в Харан

Аврам женился на своей племяннице Сарай, дочери Арана. Она была на десять лет младше Аврама, но не уступала ему в праведности, а позже даже превзошла своего супруга в даре пророчества.

Всем было известно, что Сарай была бесплодна — у нее не было и не могло быть детей.

После того, как Аврам побывал в печи, Терах, полностью признавший правоту сына, сказал: «Если мы останемся здесь, жизнь нашей семьи будет в опасности. Надо срочно перебираться в какое-нибудь место, находящееся за пределами владений Нимрода». Аврам согласился, поскольку знал, что нельзя постоянно полагаться на чудеса.

Отец и сын взяли своих жен, а также Лота, сына аврамова брата Арана (погибшего, как мы помним, в печи, куда его бросил Нимрод), и отправились в путь, рассчитывая со временем добраться до Эрец Исраэль (в те времена она называлась Эрец Канаан). Прибыв в Харан (город, расположенный к северу от Эрец-Исраэль), Терах обнаружил, что больше опасность им не угрожает, и решил обосноваться в Харане. К тому времени Авраму исполнилось ровно семьдесят лет.

Чем занимался в Харане Аврам? Он созывал народные собрания и провозглашал на них истину о Едином Творце, призывая людей служить Ему. Кроме публичных речей, он устраивал дискуссии, на которых отстаивал свои утверждения в споре со всяким, кто подвергал их сомнению. Он также сочинял книги, доказывающие бессмысленность идолопоклонства. Таким образом Аврам привлек на свою сторону десятки тысяч последователей, признавших существование Ашема.

В отличие от Тераха Аврам не поселился в Харане, а непрерывно путешествовал по земле, распространяя веру в Ашема. В своих путешествиях он неоднократно бывал и в Эрец Исраэль. Пять лет он продолжал разъезжать по городам и селениям между Эрец Исраэль и Хараном.

И вот, когда Авраму исполнилось семьдесят пять лет, он получил повеление Ашема окончательно оставить дом своего отца, чтобы обосноваться в Эрец Канаан.