Ноябрь 2017 / Хешван 5778

Гиюр в зеркале Галахи

Гиюр в зеркале Галахи

Прием геров

Создай себе учителя (отрывки)

По своей духовной натуре геры принадлежат народу Израиля. _Мидрашей, воспевающих герам хвалу, слишком много, чтобы их все упомянуть. Удовольствуемся тем, что приведем два изречения, дающие наглядное представление о тех идейных и философских противоречиях, которые характеризуют отношение наших мудрецов к проблемам гиюра.

«Сказал раби Ицхак: ...Беда за бедою придет на принимающих геров»1 Авторы Тосафот относят это высказывание только к случаям, когда неевреев уговаривают пройти гиюр или когда их принимают слишком поспешно, однако, по их мнению, если те проявляют настойчивость в своем желании пройти гиюр, безусловно, следует их принять. Ведь даже Авраам, Ицхак и Яаков были наказаны за то, что не приняли Тимну, которая потом стала наложницей Элифаза, сына Эйсава, и родила Амалека, ставшего причиной многих бедствий народа Израиля. Ведь Йегошуа принял Рахав, а Нооми — Рут. Вопрос, который стараются разрешить Тосафот, таков: прием геров — это четко сформулированный закон Торы, почему же «беда за бедою придет на принимающих геров»? Однако ответ представляется в высшей мере сомнительным — ведь сказано, что «беда придет на принимающих геров», а не на соблазняющих неевреев пройти гиюр. Все же из этого изречения следует, что прием геров нежелателен.

Полная противоположность этому — следующий отрывок из мидраша, который рассматривает прием геров как восполнение того, чего недостает в натуре народа Израиля. «В ореховый сад я спустился». Почему «ореховый»? Как если в мешок, полный орехов, который ты держишь в руке, добавить некоторое количество кунжута и горчичных зерен, и все уместится, — так некоторое количество геров приходят и присоединяются к Израилю»2 . Отсюда следует, что с самого начала Всевышний оставил место в народе Израиля — наподобие места между орехами, — чтобы в будущем пришли неевреи и заняли его. Понятно также, что возможность гиюра вытекает из натуры и сущности народа Израиля. Следует хорошенько проанализировать и понять, что пишет учитель наш раби Хаим-Йосеф-Давид Азулаи3: «Опробируй чистое золото слов мудрецов наших, сказавших: «Гер, прошедший гиюр, — словно младенец, что только что родился». Не «нееврей, прошедший гиюр», — чтобы указать: еще до того, как мы приняли Тору у горы Синай, уже существовали души геров, и, как известно из слов учителей наших, души геров тоже находились у горы Синай. Получается, что душа гера еще с тех времен, когда она участвовала в том дивном явлении, и до сегодняшнего дня остается все той же. Поэтому прекрасно сказано: «Гер, прошедший гиюр». Это замечательная иллюстрация к словам учителей наших, что Всевышний приберег для геров место между сынами Израиля наподобие места, остающегося между орехами.

Гиюр полностью происходит по усмотрению бейт-дина

Вышеуказанное противоречие относится только к идейной стороне проблемы. Тем не менее то же мы обнаруживаем и в практически-галахическом аспекте. Поэтому необходимо дальнейшее исследование.

Передавали учителя наши: пришел однажды один нееврей к Шамаю и спросил: «Сколько Тор у вас?» Ответил тот: «Две — Письменная Тора и Устная». «В Письменную Тору я верю, — заявил нееврей, — а в Устную — нет! Сделай мне гиюр при условии, что будешь меня обучать только Письменной Торе!» Гневно прикрикнул на него Шамай и прогнал. Пришел этот нееврей к Гилелю, повторил все свои слова — и тот принял его. Начал Гилель учить его алфавиту: «Алеф, бет, гимель, далет...», а назавтра — сказал иное. «Но ведь вчера ты говорил не так!» — возмутился ученик. «Раз ты вчера положился на то, что я сообщил тебе устно, прими и в Устное Учение», — ответил Гилель4. По поводу того, что Шамай прогнал этого кандитата на гиюр, Раши приводит положение Галахи: «Пришедшего пройти гиюр и принимающего на себя всю Тору кроме чего-то одного не принимают». А то, что Гилель все же принял его, Раши поясняет тем, что Гилель положился на свою мудрость, надеясь, что сумеет объяснить ему необходимость принять и Устную Тору. Этот нееврей в принципе не отрицал Устную Тору, но лишь не верил, что и она — из Уст Всевышнего, а Гилель был уверен, что, когда начнет учить его, тот полностью ему доверится. Так комментирует Раши, а Рашаш поясняет, что неверие в Устную Тору было не результатом всестороннего исследования, но просто предвзятым мнением, и потому Гилель был уверен, что, получив необходимые объяснения, тот поймет и поверит.

Поэтому необходимо выяснить, не является ли нововведением в законах о гиюре спор о том, имеет ли право судья положиться на свой ум, — если это не так, непонятно намерение Шамая, прогнавшего кандидата на гиюр.

Еще одна история. Пришел один нееврей к Шамаю и попросил сделать ему гиюр при условии, что тот преподаст ему всю Тору за время, которое можно простоять на одной ноге, и Шамай оттолкнул его тем, что в тот момент было в его руке, — линейкой строителя; пришел тот нееврей к Гилелю, повторил свое условие, и тот принял его, сказав: «То, что ненавистно тебе, не делай своему товарищу, — это вся Тора целиком, а остальное — комментарий, иди и учись!»5 И по этому поводу объясняют Тосафот6: «Гилель знал, что тот в конце концов станет настоящим гером», — то есть, в сущности, то же, что сказано выше, в комментарии Раши.

И еще одна история — о другом нееврее, который как-то проходил мимо бейт-мидраша и услышал голос читающего в Торе: «И вот одежды, которые они сделают: хошени эфод». Спросил он удивленно: «Это — для кого?» — ответили ему: «Для первосвященника». Пришел он к Шамаю и попросил: «Сделай мне гиюр при условии, что меня назначат первосвященником», — и его Шамай оттолкнул строительной линейкой. Пришел тот нееврей к Гилелю — и тот принял его, а потом сказал: «Разве ставят царем человека, незнакомого с придворным этикетом? Иди, изучай законы о священнослужении!» Тот пошел, начал учить Тору и, когда дошел до стиха: «А приблизившийся чужак будет убит», — примерил это на себя, пришел к Гилелю и сказал ему: «Скромник Гилель, да опустятся все благословения Всевышнего на голову твою за то, что приблизил меня и привел под крылья Шхины!»7

Здесь тоже возникает вопрос: ведь «прошедший гиюр ради женщины... и также прошедший гиюр ради царского стола... — не гер»! Это затруднение разрешают Тосафот8, говоря, что Гилель был уверен в том, что в конце концов этот нееврей станет настоящим гером, «во имя Небес», и это вполне соответствует объяснению Раши в трактате Шабат. Значит, разъяснив это в связи с первой историей о гиюре, Раши положился на то, что вдумчивый читатель применит его и к остальным случаям.

Из всего этого на первый взгляд следует, что, даже когда кандидат на гиюр имеет явно посторонние мотивы — «ради женщины, ради царского стола», — если судья уверен в том, что в конце концов тот нееврей станет настоящим гером, «во имя Небес», разрешается совершить гиюр. (...) И действительно, так пишет наставник наш «Бейт-Йосеф»9 после цитирования вышеприведенного комментария Тосафот: «Отсюда следует заключить, что все происходит по усмотрению бейт-дина». Ясно, что правы и Шамай, и Гилель: каждый из них поступал по своему усмотрению. Значит, в каждом отдельном случае судьям надлежит приложить все усилия, чтобы до конца выяснить умственный и душевный настрой кандидата на гиюр и лишь после этого решать, принять ли его или отвести, — даже в тех случаях, когда внешнее побуждение его явно «ради власти или брака с еврейкой»10.

Теперь мы должны объяснить, какой смысл заключается в том, что столь важное решение Тора оставляет на «усмотрение бейт-дина», а не постановляет раз и навсегда, что каждого, кто хочет пройти гиюр, руководствуясь какими бы то ни было корыстными интересами, следует решительно оттолкнуть. Ведь ни в одном из законов, связанных с возможностью разрешения или запрета (за исключением единичных случаев финансовых тяжб), решение не предоставляется полностью на усмотрение бейт-дина.

Разрешение этих вопросов

1. Почему в отношении гиюра Тора оставила окончательное решение на усмотрение

бейт-дина?

2. Почему Эзра столь жестко требовал изгнать жен-неевреек — в то время как можно было принять их в еврейство в соответствии с законом Торы?

3. Почему, несмотря на то что гиюр — это одна из заповедей Торы, о ней не сказано в Торе напрямую?

Начнем с последнего вопроса, так как ответ на него содержит в себе решение двух других. Если бы заповедь о приеме геров приводилась в тексте Торы четко и ясно, она обязывала бы каждого судью во всех поколениях принимать в еврейство любого кандидата, отвечающего определенным условиям. И наоборот: при отсутствии какого-либо из условий, необходимых для приема в еврейство, невозможно было бы проявить снисходительность и принять данного нееврея. Для того чтобы избежать столь жестких ограничений, прием геров упоминается только в связи с другими заповедями, из которых выводятся принципы гиюра. Тем самым подчеркивается, что гиюр — заповедь необязательная и, когда нееврей желает принять еврейство, судья не обязан принять его. Если бы не это, Эзра не имел бы права требовать изгнания всех жен-неевреек, но должен был бы тщательно проверить каждый отдельный случай и выяснить, нет ли в сердце данной женщины хоть тени искреннего желания приблизиться в Торе Всевышнего — даже если оно вызвано любовью к мужу... Ведь и Рут-моавитянка в конечном счете пришла к народу Израиля из любови к своей свекрови, как сказано: «А Рут — осталась с нею», — и это подчеркивают слова: «Народ твой — мой народ, и Бог твой — мой Бог». Рут не говорит ни слова о своей любви к еврейскому Богу. Однако, убедившись в искренности любви Рут к Божьему народу, Нооми понимает, что перед ней женщина, вставшая на дорогу праведности, что она станет настоящей геркой, и потому принимает ее.

Так же должен был бы поступить и Эзра, если бы заповедь принять геров была бы четко сформулирована в Торе. Однако, как было сказано, Тора желает, чтобы окончательное решение в этой области, как положительное, так и отрицательное, принималось судьей или духовным руководителем поколения. Отрицательное — по примеру Эзры, решению которого, без всякого сомнения, предшествовали длительные размышления. Можно строить разнообразные предположения об их характере — предотвращение смешанных браков, укрепление религиозного образа жизни и т.п., — однако для нас важнее всего принципиальное право Эзры поступать по своему усмотрению, хотя с точки зрения буквы закона он мог бы согласиться на гиюр нееврейских жен. Положительное — когда нееврей приходит, чтобы пройти гиюр при условии, что его назначат первосвященником, или если он говорит, что хочет стать гером потому, что любит еврейку. Если бейт-дин видит, что этот человек всем своим сердцем стремится присоединиться к народу Израиля, принять его — поистине доброе дело и исполнение заповеди Торы.

Итак, Тора желает, чтобы вопрос о приеме геров всегда — в каждом поколении и в любом бейт-дине — рассматривался в связи с особенностями данного времени и данного места.

Гиюр в наше время

Теперь мы рассмотрим сущность гиюра в наше время и галахи-ческие способы решения связанных с ним проблем. В наше время существуют три вида геров:

1. Праведные геры. Это те, кто приходят к иудаизму в результате углубленного изучения Писания — священного также и для неевреев, кто понимает, что христианские комментаторы, открывающие в нем основы христианской религии, занимаются фальсификацией. Факт основания государства Израиль нанес страшный удар по самым основам христианства, в течение многих веков утверждавшего, что изгнание и преследования еврейского народа — наказание свыше за то, что он не признал «мессию», и, если признания не будет, изгнание не прекратится. Несостоятельность этой теории теперь понятна всем, и все видят, что народ Израиля остается избранным народом, которому благоволит Всевышний, которого Он вернул на его землю. Все, кто хотел понять, уже понимают, что осуществление предсказаний пророков — в будущем, согласно еврейской традиции, и что не христианскому «мессии», а еврейскому Машиаху предстоит спасти человечество.

Прием кандидатов, цель которых — поиски истины, безусловно, похвальное деяние.

2. Смешанные браки, число которых увеличил ось как в результате Катастрофы, так и в результате отхода евреев от Торы и заповедей, — явление, чрезвычайно распространенное в странах с высоким уровнем жизни. В принципе, эта ситуация весьма напоминает времена Эзры, однако у израильских бейт-динов уже сложился обычай в подобных случаях содействовать гиюру. Тем не менее за пределами Страны Израиля наиболее значительные бейт-дины и благочестивые раввины поступают противоположным образом. Там, где гер остается в окружении его бывших единоверцев, большинство претендентов желает пройти гиюр в целях брака, а искреннее желание принять на себя исполнение заповедей Торы встречается очень редко. И еще: общины, проявляющие наибольшую сдержанность в приеме геров, сохраняют свою чистоту, что доказывает значение такого отношения к гиюру как к преграде распространению смешанных браков. Рав Кук писал[11], что каждый, кто желает присоединиться к народу Израиля, должен приехать в святой город Иерусалим, где судьи тщательно проверят искренность его побуждений и истинным образом введут его под крылья Шхины.

По скудости моего разумения я вижу решение проблемы гиюра с целью брака в том, что представитель еврейской стороны должен соблюдать заповеди Торы. Тогда есть надежда, что от желания вступить в брак с евреем или еврейкой претендент придет к стремлению войти в народ Израиля «во имя Небес» и станет настоящим евреем. Основные проблемы с гиюром в наши дни проистекают не от гоев, а от евреев. Если бы все они или хотя бы большинство соблюдали заповеди Торы, проблема приема геров была бы несравненно более легкой. Однако в теперешней ситуации, когда гер выходит из дверей бейт-дина на улицу, надежда, что он действительно превратится в истинного еврея, весьма слаба...

3. Теперь перейдем к третьей разновидности геров — новой, появившейся совсем недавно.

Нееврейскую молодежь, снедаемую в своих странах духовной пустотой и скукой, уставшую от бесконечной погони за деньгами ради все новых наслаждений, привлекает свет халуцианства, самоотверженности и бескорыстия, все еще излучаемый некоторой светской частью израильского общества. Здесь, как им кажется, жизнь приобретает новый смысл, новое содержание — творческое и созидательное. Такая молодежь приезжает в Израиль не ради Торы Израиля, которая им практически неизвестна, но ради приобщения к образу жизни первооткрывателей.

И снова подчеркнем: если бы образ жизни народа Израиля соответствовал Торе и ее заповедям, все эти юноши и девушки очень быстро пришли бы к желанию пройти настоящий гиюр. Однако, когда они, прибывая в Израиль из лучших побуждений, обнаруживают здесь светское общество, ничего не желающее знать о Торе, есть ли надежда, что эта нееврейская молодежь когда-нибудь захочет войти в иудаизм «во имя Небес»? Наоборот: с точки зрения бейт-дина на это никакой надежды нет.

Предложение галахического решения проблемы

Третья разновидность потенциальных геров содержит в себе два подвида. Первый — те, которые приходят и заявляют во всеуслышанье, что все их стремления связаны с государством Израиль и его народом, а с Торой Израиля у них нет ничего общего. Совершенно ясно, что при всем уважении к их искренности категорически запрещается делать им гиюр. Однако есть и такие, которые приезжают в Израиль, побуждаемые любовью к государству, однако не имеют ничего против того, чтобы познакомиться с Торой Израиля. Как разъяснялось выше, несмотря на то что в подобных случаях отсутствует побуждение «во имя Небес», существует возможность принять таких геров, так как есть основание считать, что в конце концов они станут настоящими евреями, подобно Рут-моавитянке.

Но поскольку окончательное решение принимается «по усмотрению бейт-дина», здесь появляются две проблемы — одна общая, другая частная. Во-первых, следует принципиально решить, соответствует ли настоящему моменту прием таких геров, — и решить это обязан не кто иной, как главный раввинат Израиля. Но, по скудости моего разумения, я осмелюсь предложить, — поскольку эти юноши и девушки и так постепенно ассимилируются в среде израильского народа, оставаясь неевреями, не лучше ли принять их в еврейство вместо того, чтобы оттолкнуть? Однако существует также частная проблема, заставляющая всесторонне рассматривать каждый отдельный случай и выяснять, действительно ли кандидат на гиюр испытывает искреннее стремление войти в народ Израиля.

Понятно, что, если будет принято положительное решение, немедленно появится новая задача: преподавание этим кандидатам на гиюр основ иудаизма в специальных ульпанах, где им должны будут внушить любовь к Торе Всевышнего и ее заповедям, расселение их на какое-то время в религиозных поселениях для того, чтобы в момент прохождения гиюра в их сердцах уже появлялась симпатия не только к израильскому народу, но и к религии Израиля.

Будут ли они соблюдать Тору после того, как пройдут гиюр?

Среди части раввинов в последнее время проявляется отрицательное отношение к гиюру на основании положения: «Того, кто принимает на себя всю Тору целиком, кроме одной только частности, не принимают в еврейство». Эти же «геры», говорят они, без всякого сомнения, не будут соблюдать всю Тору, и поэтому нечего их принимать. Но это ошибка! Вышеприведенное положение относится к случаю, когда нееврей приходит, чтобы пройти гиюр, и выдвигает условие: я, мол, принимаю всю Тору, кроме чего-то одного, что мой разум отказывается принять; я, мол, всесторонне исследовал этот вопрос и пришел к выводу, что этот аспект Торы — неверен. Такого кандидата, безусловно, не принимают. Однако если тот, кто не изучал Тору, не исследовал и не пришел к пониманию ее, отрицает истинность какой-то частности или даже всей Устной Торы в целом, он еще не может называться безбожником, как мы разъясняли выше в связи с гиюрами, которые произвел Гилель. Ведь во время гиюра «сообщают ему некоторые из легких заповедей и некоторые из трудных» — только некоторые, но никак не все. Но если так, напрашивается вопрос: как вообще можно совершать гиюр — ведь кандидат еще не принял на себя все заповеди Торы? Однако если в момент гиюра он чистосердечно обязался исполнять заповеди, еще не имея понятия о многих из них, а назавтра, познакомившись с ними, не исполнит их по старой привычке, приобретенной еще тогда, когда был гоем, или по той причине, по какой множество коренных евреев не исполняют многие из заповедей Торы, — он все же остается истинным гером, и его считают евреем в полном смысле слова...

В конце концов в народ Израиля войдут только геры-праведники

И тем не менее мы уверены, что в будущем, когда вся земля наполнится знанием Всевышнего и речь всех народов превратится в ясный язык, чтобы взывать им всем во Имя Господа, чтобы служить Ему сообща, те геры, что станут ими по собственному почину, уйдут из народа Израиля. «Раби Иосе говорит: В будущие времена придут идолопоклонники... и станут герами с тфилин на головах и на руках, с цицит на полах своих одежд и мезузами на дверях своих домов; когда же они увидят войну Гога и Магога... каждый из них отречется от заповедей и уйдет, а Всевышний посмеется над ними» (Авода зара 36). То есть Всевышний найдет в будущем способ удалить из стана Израиля ненастоящих геров, и только геры-праведники удостоятся чести абсорбироваться в еврейском народе — как предсказывает пророк (Иешаягу 14): «Потому что сжалится Господь над Яаковом и снова изберет Израиль, и оставит их на их земле, и примкнет чужак к ним, и присоединятся к дому Яакова». А произойдет это, как комментируют Раши и Радак, именно в дни Машиаха, — да удостоит нас Всевышний увидеть это вскорости, в наши дни!

Процедура гиюра

Рав Мордехай ГАКОГEH 

...Наши мудрецы не называют того, кто приходит к нам, чтобы стать гером, «пришедшим к Торе Израиля», или «желающим принять религию Израиля», или «народ Израиля»... Они выражаются очень точно[13]: «Как наши отцы вошли в Завет через обрезание, очищение в микве и совершение жертвоприношения, так и они [геры из других народов] войдут в Завет только через обрезание и очищение в микве». Следовательно, тот, кто еще не вошел в Завет, кто находится в процессе гиюра и принимает на себя иго иудаизма, тем самым не переходит из одной религии в другую, из одного народа в другой; он присоединяется к Завету, который Всевышний заключил с нашими праотцами и с нами, — как будто бы вот сейчас Святой, благословен Он, заново заключает с ним этот Завет. Посему этот человек становится евреем в полном смысле этого слова — все равно как если бы он был зачат и рожден в святости [народа Израиля].

В этой связи крайне интересно отметить, что законы о герах в Шулхан-Арухе озаглавлены так: «Как принимают в еврейство мужчину и женщину, а также законы о святости гера, и об этом — 12 параграфов».

Действия, совершаемые в процессе гиюра

...Процедура гиюра, которую совершает еврейский раввинский суд (бейт-дин), включает в себя семь следующих этапов:

1. Расследование и расспросы.

2. Рассказ о судьбе народа Израиля.

3. Принятие бремени Царства Небесного и бремени заповедей.

4. Рассказ о наказаниях за нарушение заповедей.

5. Слова ободрения и поддержки.

6. Обрезание и очищение в микве.

7. Наречение новым именем.

Упомянем некоторые детали этих этапов:

Первый этап — расследование и расспросы

...Поскольку в наше время бейт-дин не имеет возможности изучить прошлое гера так, как следовало бы, и выяснить то, каковы в действительности его намерения и насколько можно ему доверять, принято назначать испытательный срок: год со дня открытия в раввинате дела о гиюре до дня совершения гиюра. В течение этого срока проверяют пригодность кандидата на гиюр и его честность с точки зрения гражданского поведения, обращаясь для этого за сведениями к полиции и силам безопасности. Также его обучают некоторым законам — например, о молитве, о соблюдении субботы и кашерности кухни.

Несмотря на то что немалая часть геров в наши дни — «геры [из] любви», по прошествии года бейт-дин принимает чистосердечное заявление кандидата, исходя из предположения о том, что в конце концов он станет гером «во имя Небес». Бейт-дин следует при этом правилу, сформулированному в следующем афоризме: «Таков путь любви, зависящей от обстоятельств: чем она старше, тем слабее и безопаснее».

Необходимость выжидать год — правило, принятое главным раввинатом Израиля. Хотя он имеет прочные основания в Гала-хе, это все же только правило, из которого возможны исключения. В конечном счете все зависит от мнения бейт-дина. Если он убежден, что кандидат стремиться пройти гиюр только и единственно «во имя Небес», без тени корысти или какого бы то ни было воздействия со стороны, возможно ускорить процедуру гиюра, не считаясь с обычаем выжидать целый год.

Пятый этап — слова ободрения и поддержки

Согласно Талмуду, нееврею, пришедшему, чтобы пройти гиюр, еще до обрезания и очищения в микве вместе с суровыми словами говорят также слова ободрения14: «Так же, как сообщают ему о наказаниях за [неисполнение] заповедей, ему говорят о награде за их [исполнение]». Согласно трактату Герим, как только он «окунулся в микве и вышел [из воды], говорят ему добрые слова, слова утешения: «К кому ты прилепился? Счастлив ты, что прилепился к Тому, Кто сказал — и возник мир, благословен Он! Ибо мир сотворен только ради Израиля... А все, что мы говорили тебе [прежде, чтобы отговорить от гиюра], мы говорили только для того, чтобы увеличить твою награду». В заключение всей процедуры геру говорят: «Ты — наш брат!» — и ободряют его.

Здесь — основание обычая произносить особую молитву «Тот, Кто благословил...» за гера, прошедшего очищение в микве. Молитва эта, среди других законов о гиюре, впервые упоминается в книге раби Гершома Гагозера: «Бог наш и Бог наших отцов! Сохрани этого мужа в Божественной Торе и в заповедях ее, и да наречется имя его в Израиле... Да возрадуется он Торой и возликует в заповедях. Благодарите Господа, ибо Он благ, ибо вечна милость Его! Этот — такой-то, сын Авраама, станет большим, пусть придет так же к божественной Торе и заповедям ее и к добрым делам!»

Иной вариант молитвы за гера после его очищения в микве приводится в респонсах раби Шломо сына раби Цемаха Дурана (Рашбаш). Вот она: «Бог наш, и Бог отцов наших! Способствуй успеху этого гера, имя которого в Израиле наречено... Помилуй его и так же, как Ты удостоил его укрыться под Твоими крыльями, внедри в сердце его любовь к Тебе и страх перед Тобой, открой сердце его для Торы Твоей и наставь его на путь заповедей Твоих, чтобы он исполнял волю Твою и нашел приязнь в глазах Твоих! Амен, такой да будет воля Твоя!»

Рамбам в одном из своих писем раби Овадии-геру15 заключает молитву «Тот, Кто благословил...» такими словами: «И Тот, Кто благословил Авраама, учителя твоего, да благословит тебя и воздаст тебе награду и в этом, и в будущем мире! Да удостоит Он тебя увидеть все утешения, которыми Он утешит Израиль в будущем; все добро, которое даст нам Бог, путь Он даст и тебе!» Окончание этой молитвы у Рамбама основывается на том, что сказал Моше Итро — первому из геров, названному по имени16: «И будет: если пойдешь с нами, то добро, которое даст нам Господь, мы дадим и тебе».

То, что молитва об успехе гера произносится после того, как он выходит из вод микве, имеет дополнительный смысл. Когда обрезают еврейского младенца, после благословения «Благословен... заключающий Завет» добавляют молитву: «Бог наш, и Бог отцов наших! Храни этого мальчика для отца его и его матери, и да назовется имя его в Израиле...»и т.д.. В случае гера эту молитву невозможно произнести после обрезания, потому что в тот момент он еще не является настоящим гером и, следовательно, невозможно «назвать его имя в Израиле». По этой причине установили, что ему желают получить благословение в среде народа Израиля после того, как он окунается в микве.

Шестой этап — обрезание и очищение в микве

В книге «Общие правила обрезания», написанной раби Гершомом гагозером, сыном раби Яакова, жившим во времена первых хасидов в Германии — Хасидей Ашкеназ, почти в эпоху авторов Тосафот, мы находим описание странного обычая, касающегося гиюра женщины-нееврейки. Вот что он пишет17: «Женщина, желающая пройти гиюр, обязана поститься перед очищением в микве месяц подряд — кроме суббот, в которые она не будет поститься».

Этот странный обычай не получил распространения в еврейском народе и забылся даже в тех местах, где возник, до сегодняшнего дня мы не нашли упоминания о нем больше ни в одной книге. Но, как бы то ни было, можно предположить, что в течение какого-то времени этот обычай все же исполнялся. Автор этой книги, раби Гершом, был потомственным моГелем, специалистом и знатоком своего дела, а также галахическим авторитетом и великим знатоком обычаев. Так что нам следует разобраться в том, как возник этот странный обычай, у которого нет обоснования в Галахе и подобия в других обычаях народа Израиля. Нужно понять также, почему именно женщина, готовящаяся к гиюру, должна поститься, а мужчина — нет?

По всей видимости, объяснение этого странного обычая кроется в общей тенденции бейт-динов затруднять прохождение гиюра, чтобы подвергнуть испытанию твердость и чистосердечность решения желающего войти в еврейство. Основания такого отношения приводятся в Талмуде: кандидату рассказывают о некоторых заповедях — как легких, так и трудных, чтобы он увидел, сколь многочисленные заповеди обязан исполнять еврей, а также сообщают ему, что за нарушение заповедей Всевышний наказывает. В чем смысл этого? «Если уйдет — пусть уйдет». Раввины во все времена опасались людей, легкомысленно решивших войти в еврейство, тех, которые сегодня проходят гиюр, а завтра возвращаются к своему прежнему состоянию, к своей прежней религии. История знает немало таких примеров, в основном среди геров, перешедших в иудаизм под давлением.

Главное испытание для мужчины — обрезание. Ведь взрослый мужчина не согласится на такую операцию, если не будет уверен в ее необходимости. Женщина же не должна выдерживать этого испытания, поэтому для нее установили другое, также достаточно нелегкое: поститься перед гиюром тридцать дней подряд. Почему именно пост? Очевидно, потому, что те первые хасиды сами очень много постились и вели аскетический образ жизни.

Седьмой этап — наречение нового имени

В народе Израиля широкое распространение получил обычай давать геру-мужчине имя «Авраам», а женщине — «Сара». Смысл этого в том, что Авраам был первым гером и праотцем всех геров во всех поколениях, а Сара — первой гийорет, праматерью всех женщин-неевреек, приходящих к иудаизму. Всевышний сказал Аврааму18: «Отцом множества народов сделаю Я тебя», — а Саре (там же 17:16): «И станет она [матерью многих] народов, цари народов произойдут от нее». И сказали мудрецы наши19: «Авраам приводил к вере в единого Бога мужчин, а Сара — женщин». Тем не менее далеко не все мужчины и женщины, приходящие к еврейству, получают имена «Авраам» и «Сара».

Поскольку наречение гера новым именем — обычай, а не галаха, ему дают любое еврейское имя по его желанию, но он не должен более его изменять. Впрочем, если не все геры называются именем «Авраам», то — и это обычай, ставший законом, — все они получают отчество «сын Авраама, отца нашего». Когда гера вызывают к чтению Торы, провозглашают: «Пусть встанет раби такой-то, сын Авраама, отца нашего!». И также каждую гийорет считают «дочерью Сары, матери нашей». Так пишется в ктубе и в гете: «Такой-то, сын Авраама, отца нашего», «такая-то, дочь Сары, матери нашей».

«Ставший гером — словно младенец, который только что родился»

Рав Шауль ИСРАЭЛИ

1. Есть правило, упомянутое в нескольких местах Талмуда: «Ставший гером — словно младенец, который только что родился»[20]. Правило это бесспорно, хотя в Писании ничего о нем не сказано. Обсуждается оно только в связи с родственными отношениями геров.

Так, это правило применяется в вопросах дозволенных и запрещенных связей, причем геру разрешены те сексуальные связи, которые были запрещены ему, когда он был неевреем, например, связь между братом и сестрой или родителей с детьми, которые по закону Торы запрещены как инцест. Но, в качестве исключения, на геров распространяются запреты, установленные мудрецами (дерабанан), как для того, чтобы геры не сказали: «Мы пришли из большей святости в меньшую», — так и для того, чтобы евреи не начали нарушать эти запреты.

Кроме того, даже единородные братья-геры могут свидетельствовать по одному делу, и мудрецы не запрещают этого, так как это не может привести ни к какому злоупотреблению или ошибке. В соответствии с этим же принципом установлено, что, согласно Торе, гер не может наследовать своему отцу, так как он не ведет от него свою родословную («Так как он подобен ребенку, который родился сам по себе», Раши, там же). Однако мудрецы разрешают в таком случае получение наследства (трактат Кидушин 176).

2. В то же время в других вопросах этот принцип неприменим. Гер не лишается владения имуществом, которым он обладал, будучи неевреем, и его прежний должник не освобождается от своего долга. Его долги другим людям также не списываются после гиюра. В галахических источниках содержится обсуждение следующего случая: еврей взял у нееврея долг под проценты, а тот сделал гиюр — должен ли еврей возвращать проценты геру. Постановлено, что если долг был зарегистрирован до того, как кредитор совершил гиюр, то еврей должен отдать весь долг с процентами, а если нет — то лишь сумму долга без процентов. Но здесь речь идет об устрожении закона по той причине, что еврею запрещено давать в долг под проценты (трактат Бава Мециа 72а, Шулхан-Арух, Йоре Деа 171).

Подлежащие судебному разбирательству проступки и преступления, которые гер совершил, будучи неевреем, не прощаются ему после гиюра, так как евреи также ответственны за них (хотя наказание в таком случае более строгое, см. трактат Сангедрин 716). В этом случае принцип «гер подобен новорожденному ребенку» неприменим.

Существует спор мудрецов Талмуда — раби Йоханана и Рейш-Лакиша — относительно того, выполнил ли заповедь «плодиться и размножаться» гер, у которого еще до гиюра были дети? (Йева-мот 206). Рейш-Лакиш считал, что эта заповедь им не выполнена, но не из-за упомянутого принципа, а из-за того, что эти дети после гиюра не считаются его детьми. По мнению же раби Йоханана смысл этой заповеди заключается в том, что дети населяют мир, гер в этом случае свободен от этой заповеди, поскольку здесь не идет речь о родственных отношениях.

Лишь в одном месте мы обнаружили особое мнение, которое использует этот принцип в вопросе, не связанном с отношениями родства. Речь идет о талмудическом высказывании (Йевамот 486): «За что в наше время геры страдают и подвергаются притеснениям? За то, что они не соблюдали семь заповедей сынов Ноаха. Раби Йосе говорит: «Человек, совершивший гиюр, подобен новорожденному ребенку [и поэтому не ответственен за прошлую жизнь]. Но [геры страдают] за то, что они не знают подробностей заповедей и не могут их точно исполнять. Видимо, мнение раби Йосе также основывается только на сказанном в Иерусалимском Талмуде (трактат Бикурим 3:2), что человеку, совершившему гиюр, отпускаются все грехи. Поэтому не может быть, чтобы он подвергался Божественному наказанию после того, как он отсек себя от своего прошлого. Однако это касается только Небесного Суда, а приговоры земного суда ни в коем случае не отменяются, как указано выше.

Ясно, что лишь в плане родственных отношений мы воспринимаем гера как вновь созданного человека, отрезанного от своей бывшей родни, семьи и народа, но не в каком-либо другом плане. Поэтому следует разобраться, в чем смысл слов «подобен новорожденному», которые применимы только в одной конкретной области.

Мне кажется, что мы сможем в этом разобраться, если поймем, в чем смысл гиюра вообще, какого его содержание.

3. Магараль в своей книге «Гур Арье» («Детеныш льва») — комментарии к Торе (раздел «Ваигаш») — обсуждает сказанное в Талмуде о том, что наши праотцы соблюдали все заповеди Торы и тем не менее брали себе в жены женщин, которые в Торе считаются запрещенными. Вот его слова:

«... И все еще трудно [понять, как получается, что] праотцы соблюдали всю Тору, и знали ее через посредство святого духа, и избегали брать себе в жены ханаанских женщин, но не остерегались инцеста, который запрещен в Торе.

Некоторые авторитеты объясняют, что есть разница между временем до дарования Торы и после дарования Торы. Ибо все праотцы соблюдали Тору полностью, но должны были принять Тору лишь как те, кто совершили гиюр, и были поэтому подобны новорожденным детям. И этому может быть только одно объяснение — из-за их статуса геров их совершенно не касались отношения родства, и таким образом не существовало инцеста. Так как они не родились с бременем заповедей, а приняли его по своей воле, они были как геры, для которых не существует инцеста и т. п.

Можно возразить, что таким образом и поколение вышедших из Египта могло бы жениться на близких родственниках, так как они получили Тору [сами], а не родились под ее бременем. Но это неверно, ибо они были вынуждены принять [Тору] насильственно, ведь [Бог] поднял над ними гору, [и угрожал обрушить ее, если евреи не примут Тору], и потому не походили на новорожденных. Иначе с тем, кто совершил гиюр по своей воле, так как он не был вынужден пройти гиюр, и сделал это по доброй воле, и потому стал совершенно другим человеком. Но евреи, вышедшие из Египта, были вынуждены принять Тору, что несвойственно новорожденному... В этом случае они не считаются герами и в вопросах инцеста...»

Различие Магараль, блаженной памяти, проводит между теми, кто вынужден принять Тору, и теми, кто делает это по своей свободной воле. Лишь о последних говориться, что они подобны новорожденным, но это все равно требует объяснения.

4. В предисловии к книге «Шав шаматата» ее автор, блаженной памяти, объясняет мнение школы Шамая о соблюдении заповеди «плодиться и размножаться». По их мнению, для исполнения ее необходимо родить двух детей мужского пола (Йевамот 61б). Это следует из примера пророка Моше, мир праху его, у которого было два сына, когда он отделился от своей жены. И это кажется непонятным, так как эти сыновья родились у него в Мидьяне перед дарованием Торы, а по Рейш-Лакишу гер, у которого были дети до гиюра, заповедь «плодитесь и размножайтесь» не выполнил. Автор объясняет это посредством приведенного выше рассуждения Магараля, в соответствии с которым к евреям, которые приняли Тору по принуждению, не применимо сравнение с новорожденным.

5. В том, что касается пророка Моше, мир праху его, от имени ребе из Островцев передаются такие слова о приведенном выше рассуждении Магараля:

«В трактате Зевахим сказано (102а): «Кто объявил нечистой Мирьям [когда она покрылась проказой]? Если скажешь, что Моше, — Моше для нее чужой, а чужой не может смотреть на пораженные места; а если скажешь, что Аарон, — Аарон ей родственник, а родственник не может смотреть на пораженные места». И отмечает МаГарша, что Талмуд не приводит для пророка Моше тот же довод, что и для Аарона, — что он ей родственник.

«И на это можно сказать, по мнению Магараля, что только все сыны Израиля (включая Аарона), которые принимали Тору по принуждению, не подпадают под сравнение с новорожденным ребенком, и поэтому сказано, что Аарону запрещено смотреть на пораженные места Мирьям по причине родства. Совсем другое дело — Моше, который был на горе Синай во время Дарования Торы и не входил в число принявших ее по принуждению. Поэтому на него распространяется определение «как новорожденный ребенок», как на каждого гера, и поэтому родство ему не мешает смотреть на пораженные участки тела Мирьям...»

6. Противоположным Магаралю путем идет выдающийся раввин р. М.Ш. Гакоген в своей книге «Мешех хохма» («Тяга мудрости») (раздел «Ваэтханан») в комментарии на стих «возвратитесь в шатры свои».

Он приводит там слова Хатам-Софера, что ни в одном месте не сказано, каков источник в Писании принципа «гер подобен новорожденному». И сказано, что это можно вывести именно из этого стиха. Как сказал им всемилостивый Господь после дарования Торы: «Возвратитесь в шатры свои», — а шатер — это не что иное, как жена. А разве те, кто были женаты на близких родственницах, не должны были отдалиться от своих жен? И из этого вытекает, что человек, совершивший гиюр, подобен новорожденному ребенку.

Таким образом, автор «Мешех хохма» прямо утверждает, что на народ Израиля в момент дарования Торы распространялся принцип о том, что гер подобен новорожденному. И более того — что этот принцип следует именно отсюда!

7. Но все это и в самом деле запутанно, так как в трактате Бей-ца (5а-5б) учат из этого стиха — «возвратитесь в шатры свои», — что то, что запрещено минъяном (собранием десяти евреев), может быть разрешено только минъяном. И там говорится, что это доказательство можно опровергнуть.

А можно прийти к выводу, что это сказано о заповеди выполнять супружеские обязанности вовремя (когда можно зачать), и Раши комментирует: «Не для того, чтобы разрешить интимную близость, так как она и так разрешена, но чтобы повелеть им выполнять заповедь царя даже помимо своей воли и не убавлять от периода (возможности зачатия) у своих жен».

И если на евреев в момент дарования Торы распространялось сравнение с новорожденным, то те браки, которые были заключены перед дарованием Торы, стали недействительными, и им нужно было заключить браки заново, и как это возможно, чтобы этот стих был предназначен для того, чтобы «повелеть им выполнять заповедь Царя», связанную с их прежним браком?

Дальнейшее удивит нас еще больше. Если на них распространялся принцип уподобления новорожденному, то не только Магараль был бы удивлен тем, как мудрецы толкуют стих «и оплакивали семейства свои» — они плакали об инцестах, которые им были запрещены, — ведь они вовсе не были запрещены этому поколению, в котором все были чужими друг другу. Но и прежде того, не понятно тогда все отношение к коленам и к нашим праотцам, Аврааму, Ицхаку и Яакову, если всякие родственные связи отменены и их больше не существует, и они уподоб-

лены тем, кто родился сам по себе (по приведенному выше выражению Раши).

Из всего сказанного следует, что в понимании принципа о подобии гера новорожденному существует какая-то ошибка и неясность.

8. Для разъяснения мы приведем еще кое-что из законов гию-ра. Как известно, процедура гиюра складывается из трех этапов: принятие заповедей, обрезание (для мужчин) и погружение. В То-сафот (Йевамот 456, на слова «мило тавла»), а также к трактату Кидушин 626 (на слова «гер») говорится, что только принятие заповедей, то есть первая стадия гиюра, должно происходить перед тремя людьми. И это извлекают из Талмуда (Йевамот 476): геру нужны трое (свидетелей) — и об этом написано: «закон». В то же время при обрезании и погружении по закону не требуется присутствие трех свидетелей.

И это кажется непонятным, так как принятие заповедей само по себе ничего не значит, и гер может разочароваться и передумать, и ни у кого не будет к нему никаких претензий. И даже если он совершит обрезание до погружения, на него не распространяются законы гера. Ибо до того, как погрузиться, он не входит в общество Израиля.

(См. небольшую книжку «Тшувот» раби И. Шварца, благословенной памяти, где он рассказывает о полемике, которая велась в 1848 г. по вопросу о человеке, совершившем обрезание, но не погружение: распространяется ли на него запрет соблюдать субботу, так как нееврей, который соблюдает субботу, повинен смерти, и т. д.)

И если так, если и в самом деле есть необходимость, чтобы гиюр совершался перед лицом суда, как сказано — «об этом написано «закон» (или суд)», то, по всей видимости, именно решающий этап — то есть погружение — должен происходить перед лицом троих свидетелей или судей. В соответствии же с Галахой, именно первый этап, который совершенно незначим в процедуре гиюра, предполагает присутствие суда из трех человек.

8. Следует выяснить, что значит — «геру нужны трое (свидетелей)», без чего нет гиюра, даже если гер и принял заповеди при свидетелях, а также совершил обрезание и погружение. А также нужно понять, почему при гиюре идет речь о «принятии» гера, как сказано в Талмуде (Йевамот 246): «В дни [царей] Давида и Соломона не принимали геров», — а также выше: «Не будут при-

ниматься геры». Если значение «перед тремя» таково, что для гиюра нужно присутствие троих свидетелей (подобно тому, как для бракосочетания требуются два свидетеля), тогда слово «принятие» не подходит здесь, так как гиюр зависит не от их принятия, а от совершения процедуры гиюра самим человеком. И мы видели в источниках, что слово «принятие» обозначает преграду. Как было сказано в трактате Кидушин (626) по поводу человека, который берет в жены женщину, «когда разведется», и там говорится, что он не может это сделать самостоятельно, так как «откуда он взял, что «он будет нужен этим троим (судьям)». В чем смысл этого выражения «будет нужен»? Ведь он может провозгласить перед тремя евреями (и даже перед тремя учеными людьми, заседающими в суде), что он принимает на себя все 613 заповедей в подробностях, не прося их одобрения или согласия. И так же он может погрузиться перед тремя свидетелями и сказать, что он совершает гиюр, и кто остановит его? И в самом деле, то, что ему сообщают некоторые легкие и некоторые суровые заповеди, не служит ему преградой, так как он, если захочет, может сказать, что ошибся и не знал, что на себя принимает, и тогда недостаточно сообщить ему только о части заповедей. Эта процедура существует только для того, чтобы он узнал что-то из заповедей Торы, но в принципе — он принимает все, что заповедано народу Израиля. Итак, казалось бы, гиюр зависит от простого заявления проходящего его человека, в чем же тогда смысл выражений «будет нужен» или «не будет нужен»?

9. Ясно из этого, что основной принцип гиюра, первичное его условие — это то, что общество Израиля принимает гера в свою среду, и это проявляется в том, что еврейский суд решает принять его и сообщает ему некоторые заповеди, а он перед ними их принимает. Поэтому, если это условие не выполнено, все действия, предпринятые человеком для совершения гиюра, не имеют никакой законной силы.

И отсюда следует, что то, что он должен делать перед судом, то есть принимать заповеди со своей стороны, выражает в основном согласие суда принять его в качестве гера. В то же время для действий, которые он совершает впоследствии — обрезание и погружение, — требуются только два свидетеля, которые подтверждают, что он со своей стороны сделал все необходимое для вхождения в общество Израиля.

Основой гиюра, таким образом, является вхождение в общество Израиля, и именно эта процедура требует полноценного суда

из трех свидетелей, которые и принимают его с его согласия. Действия с его стороны представляют собой лишь необходимые условия выражения его согласия.

10. И по этому поводу можно спросить, разве Тора и ее заповеди даны не Богом, почему же не может нееврей взять на себя обязанность исполнения заповедей без согласия общества Израиля принять его в свою среду? Почему гиюр связан с согласием суда в ходе принятия гером заповедей, что, как уже сказано, подтверждает его принятие в лоно народа Израиля?

Ответ на это представляется таким: да, он может сделать это, но тогда он будет принадлежать к тем, для кого заповеди необязательны, но он их соблюдает. В самом деле, всем людям не было заповедано соблюдать 613 заповедей, а только евреям. Поэтому, чтобы принадлежать к тем, для кого заповеди обязательны, и соблюдать их, нет другого пути, кроме как считаться членом еврейского народа, а для этого необходимо, чтобы еврейский народ принял его.

Да не покажется из наших слов, что все содержание гиюра — в присоединении к народу Израиля, но такое присоединение не может произойти, если гер не готов соблюдать Тору и ее заповеди; так как на горе Синай весь народ «вместе» произнес «сделаем и будем послушны», и не было никого в народе Израиля, кто не был при получении Торы. При этом событии народ Израиля объединился и стал единым с Торой. Поэтому, если кто-нибудь из другого народа присоединяется к народу Израиля, он тем самым включается в число принимавших Тору на горе Синай, как и еврейский ребенок обязан соблюдать заповеди в силу этого события. И то, что гер должен принять заповеди, — это не что иное, как выражение им согласия на это условие присоединения к народу Израиля. Поэтому достаточно сообщить ему только некоторые заповеди, даже если он не знает содержания всех заповедей, принимая их. С момента вхождения в народ Израиля он обязан соблюдать заповеди, как и всякий другой еврей. И это объясняется в книге Рут, откуда мы извлекаем некоторые подробности законов о гиюре. Рут сказала: «Твой народ — мой народ, и твой Бог — мой Бог». Это значит, что, когда она стала частью народа Израиля, Бог Израиля стал ее Богом! В этом основа гиюра, а все остальное — комментарии. Иди, изучай!

11. (Таким образом, нам стал понятен запутанный вопрос, который на первый взгляд казался неразрешимым.)

Мудрецы Талмуда разделились в мнениях (трактат Авода зара 646), что такое «гер тошав» (поселенец-нееврей среди евреев). Мнение меньшинства таково, что для этого недостаточно принятия 7 заповедей (которые обязаны соблюдать все люди), но что он должен принять все заповеди, кроме запрета на некашерную пищу. И это удивительно, ведь что мешает человеку, который уже принял на себя всю Тору со всеми ее запретами и ограничениями, принять также и запрет на некашерную пищу? Неужели ему так уж приятна некашерная пища, или те несколько грошей, которые он сэкономит, получая некашерную пишу даром, помешают ему стать гером? И это удивительно.

Нам кажется в этом случае, что речь идет о человеке, который готов принять Тору, но не согласен войти в общину Израиля, присоединиться к народу Израиля. Он хочет остаться в том народе, в котором родился, и не хочет считаться евреем по национальности. И он выражает это наглядно в том, что он ест некашерную пищу. Так как сказано «собаке бросьте это», по сказанному мудрецами (Мехильта 22), что во время исхода из Египта «собака не шевельнула языком» (здесь речь идет о других народах). В непринятии запрета на некашерную пищу содержится выражение непричастности к народу Израиля...

(Таким образом, существует возможность быть французом Моисеева закона, немцем Моисеева закона и т. п. Но к общине народа Израиля он не будет причислен, так как народ Израиля и Тора — едины.)

12. Так мы можем получить ответ на вопрос, почему поздние авторитеты затруднялись найти источник в тексте Писания для принципа «Ставший гером — словно младенец, который только что родился» . Самое удивительное, что мудрецы Талмуда не сочли нужным указать этот источник, вероятно, из-за простоты этого вопроса.

В соответствии со сказанным выше, Рут прямо говорит: «Твой народ — мой народ», — то есть содержание гиюра — в оставлении своего прежнего народа и в присоединении к народу Израиля.

И так как гиюр означает присоединение к народу Израиля, а не только принятие Торы (что можно сделать и без того, чтобы войти в народ Израиля, и тогда человек становится «гер тошав»), то ясно, что тем самым прерываются все семейные связи, относившиеся к прежней национальной принадлежности гера, ибо, если гер становится сыном народа Израиля, он не может в то же время оставаться членом семьи, представляющей собой ячейку того народа, из которого он вышел.

13. Само собой разумеется при этом, что о подобии с новорожденным ребенком говорят только в отношении семейных связей гера, но в других вопросах, таких, как имущество, долги и наказания за преступления, совершенные им прежде, гера нельзя воспринимать как новорожденного, так как это сказано только по отношению к национальной принадлежности, основанной на семейных связях, но в других вопросах это неприменимо.

Тем самым понятно, что народ Израиля при получении Торы не считается новорожденным, в том числе и в отношении семейных уз. И все семейные связи, начиная с родословной, ведущей от праотцев, и распределения по коленам и кончая связями в каждой семье, сохраняются.

Ибо народ Израиля при принятии Торы не вошел в лоно другого народа, но сохранил свою сущность и принял Тору как народ Израиля. И здесь, разумеется, неприменим принцип подобия новорожденным, так как не принятие заповедей в процедуре ги-юра любого человека делает его подобным новорожденному, а то, что он входит (посредством принятия Торы и ее заповедей) в общину народа Израиля. Поэтому к евреям, которые были народом Израиля во время получения Торы и, более того, именно как народ Израиля были вынуждены принять Тору, этот принцип совершенно неприменим. И это просто и ясно.

14. В этом и состоит смысл слов Магараля, который выделяет евреев, получивших Тору по принуждению и поэтому не считавшихся подобными новорожденным. Он сам объясняет это, прежде казавшееся непонятным, в своих книгах «Тифэрет Исра-эль» («Краса Израиля», глава 32) и «Нецах Исраэль» («Вечность Израиля», глава 11): «Ибо Господь, да будет Он благословен, избрал народ Израиля сам по себе, а не ради их добрых дел». И принуждение в истории с нависшей над ними горой лишь подчеркивает, что связь народа Израиля с Торой естественна и сущност-на и не относится к сфере свободного выбора. И в этом причина, как мы уже объяснили выше, того, что принятие Торы не требовало отвержения своего прошлого, наоборот, оно совершилось в национальном контексте, созданном цепочкой праотцев — Авраама, Ицхака и Яакова. И поэтому о народе Израиля не сказано, что в момент принятия Торы они были подобны новорожденным — «как будто родились сами по себе»!

15. (Автору «Мешех хохма» трудно понять, почему не отдалились от своих жен после дарования Торы те из народа Израиля,

которые были женаты на женщинах, запрещенных им по законам инцеста в Торе, вероятно, это можно разрешить тем же путем, которым идут наши мудрецы в трактате Хулин (17а) о кусках не-кашерного мяса, которые евреи внесли в Землю Израиля. Было ли запрещено их есть после того, как народу Израиля были даны заповеди о ритуальном забое скота? В трактате говорится, что, возможно, раз уж они были разрешены им в пищу прежде, то разрешены и теперь. И хотя там этот вопрос остается открытым, в нашем случае положение иное, так как евреи прежде дарования Торы совершили бракосочетание со своими женами, и эти браки не были расторгнуты, как сказано «Возвращайтесь в шатры свои», и тем самым Писание нам сообщает, что, раз эти браки были разрешены прежде, их разрешается сохранить и в дальнейшем. А то, что сказано «и оплакивал народ семейства свои» — о нарушившихся семейных связях, то здесь смысл ясен — речь идет о тех, кто не успел жениться на запрещенных им женщинах в момент получения этого одноразового разрешения во время дарования Торы.)

16. Итак, мы постигли понятие гиюра и основы принадлежности к еврейской нации, которые состоят в неразрывной связи между Господом, да будет он благословен, Торой и народом Израиля. Благословен Тот, кто избрал нас и даровал нам Свою Тору!

Гиюр в зеркале Галахи

Рав Шломо ГОРЕН 

И в Талмуде, и в мидрашах существуют противоположные подходы и различные мнения относительно гиюра и геров. Красной нитью проходит через весь Вавилонский Талмуд афоризм раби Хелбо, сказавшего: «Тяжелы для Израиля геры, словно чесотка, ибо сказано21: «И примкнут к ним геры, и присоединятся к дому Яакова»22. Это изречение четыре раза приводится в Вавилонском Талмуде, и никто против него не возражает. Цель его — предостеречь тех, кто принимает геров в еврейство. И не менее суровы слова толкования раби Ицхака: «Беда за бедой придет на принимающих геров...»23

Ранние комментаторы Талмуда дают различные объяснения как словам раби Хелбо, так и общей отрицательной позиции Вавилонского Талмуда по отношению к гиюру и герам. Раши говорит, что геры тяжелы для Израиля потому, что слишком привыкли к своему прежнему образу жизни и оказывают дурное влияние на евреев, которые полагаются на них в вопросах разрешенного и запрещенного24.

В чем геры превосходят урожденных евреев?

В противоположность негативной аргументации Раши авторы Тосафот объясняют слова раби Хелбо в пользу геров, которые оказываются выше урожденных евреев. По их словам, во-первых, Всевышний в 24 местах в Торе предостерег нас от того, чтобы обижать гера; а так как чрезвычайно трудно уберечься от того, чтобы не причинить геру неприятные переживания, то «тяжелы для Израиля геры, словно чесотка». Во-вторых, поскольку народ Израиля рассеян по всем странам именно для того, чтобы к нему присоединились геры, то получается, что именно геры являются причиной нашего изгнания. В-третьих, раби Авраам-rep поясняет, что геры «тяжелы для Израиля, словно чесотка», потому что они знают заповеди Торы лучше и исполняют их тщательнее, нежели урожденные евреи, и из-за этого Всевышний вспоминает грехи Израиля, не исполняющего Его волю25.

На первый взгляд эти доводы тосафистов не имеют силы, поскольку они же приводят от имени рабейну Ицхака: «...Если они прилагают многие усилия, чтобы войти в еврейство, мы можем их принять. Ведь мы находим, что и Авраам, и Ицхак, и Яаков были наказаны за то, что не приняли Тимну, пришедшую, чтобы пройти гиюр, которая потому стала наложницей Элифаза, сына Эсава [и родила Амалека, извечного врага Израиля]. А Гилель принял в еврейство и того, кто просил совершить ему гиюр: «... при условии, что сделаешь меня первосвященником», — и того, кто просил: «Научи меня всей Торе, пока я стою на одной ноге», — хотя они отнюдь не прилагали усилий, чтобы войти в еврейство. Знал Гилель, что в конце концов они станут настоящими герами, — как в действительности и произошло»26.

Если вышеприведенные доводы верны, то имеют ли какое-нибудь значение прилагагаемые герами усилия? Ведь именно для того, чтобы приблизить их, мы находимся в изгнании, и именно в связи с их праведностью вспоминаются наши грехи!

Однако следует сказать, что, когда они «прилагают многие усилия», мы по закону Торы обязаны их принимать, и Тора запрещает их отталкивать по причине нашего еврейского эгоизма.

Мнение Рамбама и его отношение к гиюру

Положение галахи, запрещающее создавать излишние препятствия нееврею, желающему стать гером, Рамбам объясняет так: «Как бы это не оказалось причиной того, что он с доброго пути уйдет на дурной; ибо в начале привлекают человека только мягкими и доброжелательными словами, и так говорит Писание: «Человечными путами Я привлеку вас...» — а затем «узами любви»27. Понятно из этого, что следует склонять к гиюру того, кто приходит во имя Небес. Это несмотря на слова раби Хелбо, которые сам Рамбам приводит там же, в главе 13. Он поясняет это: «...Сказали мудрецы, что тяжелы геры Израилю, как проказа, из-за того, что большинство из них возвращается [к прежнему образу жизни] по [материальным] причинам и вводит Израиль в заблуждение, а [в то же самое время] трудно отделаться от них, поскольку они прошли гиюр. Посмотри и поучись, что случилось в пустыне во время истории с сотворением золотого тельца и в [месте, которое было названо] «Могилы вожделения». Также большая часть испытаний, устроенных «сбродом», имела начало в их среде». Следовательно, если бы не существовало опасения, что они потом передумают, было бы поистине добрым делом привлекать их и вводить под крылья нашей веры.

Мидраши возвышают позицию геров и одобряют их принятие в еврейство

В противоположность мнениям раби Хелбо во всем Талмуде и рабейну Ицхака в Йевамот (109б), в других первоисточниках мы находим похвалы герам и одобрение их принятия и введения под крылья Шхины. Для того чтобы поощрить гиюр, говорят: «Милы геры, ибо не совершил себе Авраам обрезание ни в 20, ни в 30 лет, но в 90 — чтобы не затворять дверь перед герами». И особое свойство отмечают у Страны Израиля: она подтверждает истинность гиюра. Так, мы узнаем: «Мила Страна Израиля, ибо она подтверждает истинность гиюра: если был человек в Стране Израиля и сказал: «Я — гер», — немедленно принимают его; а за пределами Страны Израиля принимают только тогда, когда есть с ним свидетели».

В мидраше р. Танхумы28 сказано: «Раби Элиэзер говорит: «Всевышний сказал Моше: Я — приближаю, а не отдаляю, как сказано: «Близкий Бог Я, речет Господь, а не далекий Бог»29. Я приблизил Итро, а не отдалил его, и точно так же ты приближай человека, пришедшего к тебе, чтобы пройти гиюр, а не отдаляй». В мидрашах танаев и амораев есть источники, в которых сплетают венцы герам и поднимают их на высоту небес.

В Вавилонском Талмуде также есть мнения в пользу приема геров.

Из приведенной цитаты из мидраша р. Танхумы ясно, что, принимая гера, не следует отталкивать его, но всячески приближать. Если это сказано Моше об Итро, то приведенная цитата из Ирмеягу относится не только к тому, что было в прошлом, но также указывает на будущее. Путь Всевышнего — приближать далеких, как сказано: «Близкий Бог Я, речет Господь, а не далекий Бог», так же и мы обязаны подражать Ему. В трактате Недарим (32а) между объяснениями, почему в наказание Аврааму его потомки на 210 лет оказались порабощены в Египте, мы находим и такое: «РабиЙохананговорит: ...Зато, что[Авраам] недаллюдям войти под крылья Шхины, — как сказано: «Отдай мне души, а имущество бери себе!» Не следовало бы Аврааму возвращать царю Сдома его подданных, тогда бы они, оставшись с ним, превратились в геров.

Впрочем, мнение раби Хелбо ни разу не приводится в Иерусалимском Талмуде, несмотря на то что он один из выдающихся палестинских танаев. Ни в Иерусалимском Талмуде, ни в мидрашах нет следа толкования раби Ицхака. Наоборот, мидраш бесконечно умножает похвалы в адрес геров.

Гилель Старший обязал облегчать гиюр

Мнение Гилеля Старшего также представляется поощрением принятия геров без излишней придирчивости — как это видно из трех случаев, о которых рассказывается в трактате Шабат (31а). В первом из них нееврей поставил условие, что его будут учить только Письменной Торе, сказав: «Потому что в Письменную Тору я верю, а в Устную — нет», — и при этом Гилель принял его. Свое удивление по этому поводу выразили Раши и авторы Тосафот в трактате Йевамот (246), так как такой подход противоречит сказанному и в Сифри, и в Мехильте, и в трактате Бхорот, что в подобных случаях не принимают нееврея. И все-таки Гилель Старший его принял! Принял он также второго нееврея, который потребовал: «Произведи мне гиюр при условии, что научишь меня всей Торе, пока я стою на одной ноге», — Гилель сделал его гером, несмотря на то что в этом случае явно не было серьезного

намерения принять бремя Торы и заповедей. И также третьего гера, сказавшего: «Сделай меня гером при условии, что поставишь меня первосвященником», — Гилель принял, несмотря на то что это противоречило общепринятой галахе, запрещающей гиюр, который зависит от выполнения какого-либо условия. Несмотря на объяснение Раши, что Гилель был уверен, что в конце концов эти геры станут настоящими герами «во имя Небес» и что будущее подтвердило его правоту, если бы мудрецы разделяли точку зрения раби Хелбо, то и в самом лучшем случае Гилель не имел бы права поощрять неевреев пройти гиюр, и это не объявлялось бы одним из его достоинств. В трактате Мнахот (44а) рассказывается, как одна нееврейка пришла в бейт-мидраш раби Хии и сказала ему: «Прикажи мне и сделай меня гийорет». По букве закона также не следовало бы совершать ей гиюр, однако раби Хия видел, что в конце концов она превратится в истинную гийорет «во имя Небес», как пишут Тосафот в трактате Иевамот.

Различие между Вавилонским и Иерусалимским Талмудами в вопросе о приеме геров

Очевидно, что различие между двумя взглядами на прием геров отражает кардинальное различие между Талмудами — Иерусалимским и Вавилонским. В первом из них мы не находим выраженного отрицательного мнения о герах или предписания затруднять процесс гиюра. Наоборот: Иерусалимский Талмуд видит в приеме геров значительное духовное достижение.

Этот подход Иерусалимского Талмуда проявляется в словах Рава в трактате Кидушин, где обсуждают вопрос о тех, кто идет на гиюр из-за любви — нееврея к еврейке, или нееврейки к еврею, или для того, чтобы удостоиться «царского стола», или из страха перед наказанием со стороны еврейского Бога, а также о тех, кто стали герами в дни Мордехая и Эстер. Обо всех них высказывается мнение, что они не геры: «Рав сказал: «Закон говорит, что они геры, и запрещается отталкивать их так, как отталкивают нееврея, выразившего желание стать гером; наоборот, принимают их и выражают им свою доброжелательность так, как если бы они продали гиюр во имя Небес». Мы видим, что, с точки зрения Рава, в Иерусалимском Талмуде даже тех, о которых мы точно знаем, что их гиюр не был совершен во имя Небес, не отталкивают, но, наоборот, проявляют к ним всяческое дружелюбие.

Возможно также, что это зависит от того, где производится гиюр — в Стране Израиля или за ее пределами. Мы уже привели высказывание из трактата Герим: «Мила Страна Израиля, ибо она подтверждает истинность гиюра», — и это относится не только к необходимости подтверждения гиюра свидетелями. В Стране Израиля можно поощрять проведение гиюра — если есть шансы на то, что эти геры укоренятся в народе, в его религии и вере. Однако за пределами Страны Израиля будущее геров находится под сомнением: может, их побуждение зависело от какой-то посторонней причины, и когда эта причина исчезнет — исчезнет и их любовь к нашей религии и нашей вере. Потому поощрение гиюра не нашло одобрения со стороны мудрецов Вавилонского Талмуда, и они встали на точку зрения раби Хелбо и раби Ицха-ка. Однако в Стране Израиля, в Иерусалимском Талмуде встали на точку зрения Гилеля Старшего, который поощрял переход неевреев в иудаизм, так как знал, что в конце концов они укоренятся в еврейском народе и станут герами во имя Небес.

Гиюр и неприятие народа Израиля

Рав Шломо ГОРЕН

Позволяет ли Галаха сделать гиюр нееврею, который готов соблюдать заповеди по всем законам и правилам, но не готов присоединиться к еврейскому народу, а хочет остаться англичанином, голландцем, французом и т. п.? Вопрос этот содержит в себе ответ: такая возможность предполагает существование элементов Торы, противоречащих галахе, отрицает веру в существование еврейского народа как священный принцип Торы.

Ответ на вопрос о таком гере — резко отрицательный, как это следует из книги Рут, источника основ Галахи, связанной с гиюром, как это объяснено в Талмуде30. В книге Рут написано: «Твой народ — мой народ, и твой Бог — мой Бог». Из этого следует, что для того, чтобы совершить гиюр, надо присоединиться к народу Израиля, а не только принять Бога Израиля. Единство народа Израиля и Торы является одним из основных принципов нашей веры. Как говорится в Писании: «Я выделил вас из народов, чтобы вы были Моими» (Ваикра 20:26). И в мидраше объясняется31: «Если вы отделены от прочих народов — то вы принадлежите имени Моему, а если нет — то вы принадлежите Навухаднецару, царю Вавилона, и товарищам его [другим царям], о чем сказано в Писании также: «Выведи народ Мой, сынов Израиля, из Египта» (Шмот 3:10). Атакже сказано: «И выведу воинство мое, народ Мой, сынов Израиля, из страны египетской» (там же, 7:4). Народ Израиля совокупно, а не по отдельности называется народом Бо-жьим, как сказано: «Скажут о них: Народ Господа эти [люди] и выходцы из Его страны» (Иехезкель 36:20).

Единство между народом Израиля и Торой означает, что Тора и еврейский народ связаны, как душа и тело, как пламя и угли, и нет никакой возможности разделить их. Закон Израиля — это религия одного народа, а не многих. Этот принцип является одним из основных принципов нашей религии и самой Торы. Даже злодей Билам пророчествовал об особенности еврейского народа, когда говорил: «Вот народ отдельно живет и между народами не числится» (Бемидбар 23:9). Также сказано: «Внимай и слушай Израиль! Ныне стал ты народом Господу, Богу твоему» (Дварим 27:9). Союз между Богом и народом Израиля был заключен, «дабы сделать тебя сегодня народом Себе; а Он будет тебе Богом» (Дварим 29:12). Об этом высшем единстве между еврейским народом и дарованной ему Торой говорится и в полуденной молитве субботы, установленной мужами Великого Собрания (в доталмуди-ческий период): «Ты един, и Имя Твое едино, и подобен ли кто народу Твоему, Израилю, — [Твоему] единственному народу на земле». Причина включения этих слов в субботнюю молитву приведена в мидраше: «Народ Израиля, суббота и Господь свидетельствуют друг о друге. Израиль и Господь свидетельствуют о субботе, что это день отдыха. Израиль и суббота свидетельствуют о Господе, что Он един, а Господь и суббота свидетельствуют об Израиле, что он единственный [избранный народ] среди других народов»[32].

На самом деле, гиюр по своей основе — это присоединение совершающего его человека к еврейскому народу, а принятие на себя бремени Торы и заповедей перед гиюром — это предварительное условие гиюра, а не сам гиюр. По Галахе, лишь тот, кто принадлежит к народу Израиля, обязан соблюдать заповеди. А тот, кто не принадлежит к народу Израиля, считается сыном Ноаха и обязан соблюдать только 7 заповедей сынов Ноаха (обязательных для всех); в крайнем случае такой человек может считаться «гер тошав» (нееврей, живущий среди евреев) и, согласно некоторым мнениям в Талмуде33, может соблюдать заповеди, но он не считается евреем. Таким образом, обязанность каждого из сынов Израиля соблюдать заповеди — это следствие его принадлежности к еврейскому народу. Тот, кто не принадлежит к народу Израиля, 613 заповедей соблюдать не должен. Если человек, не принадлежащий к еврейскому народу, приватно соблюдает заповеди, то, по мнению некоторых, он совершает преступление34. Но даже если соблюдение заповедей неевреем не является преступлением, это все равно совершенно иное действие, чем соблюдение по обязанности. Посредством соблюдения заповедей присоединиться к еврейскому народу невозможно, их обязан соблюдать только тот, кто проходит всю процедуру присоединения к народу Израиля. Таким образом, мы не являемся евреями потому, что соблюдаем заповеди, но наша обязанность соблюдать заповеди является следствием того, что мы — евреи.

Соблюдение заповедей нашими праотцами до того, как была дана Тора (как об этом учат в трактате Кидушин: «Праотец наш Авраам соблюдал всю Тору еще до того, как она была дана»), еще не обязывает нас их соблюдать. Как постановляет Рамбам в комментарии на Мишну35: «В наши дни мы соблюдаем заповеди, которые заповедал Пресвятой, благословен Он, через пророка Моше, мир праху его, а не то, что он сказал прочим пророкам древности. Мы не едим плоть живых животных не потому, что Бог запретил это Ноаху, а потому, что Моше запретил нам это. И точно так же мы совершаем обрезание не потому, что праотец наш Авраам совершил обрезание себе и своим домочадцам, а потому, что Пресвятой, благословен Он, заповедал нам через пророка Моше совершать обрезание, как это делал праотец наш Авраам, мир праху его».

Причина такого отношения Рамбама в том, что праотцы соблюдали Тору индивидуально, прежде чем еврейский народ сформировался как народ, но на горе Синай Тора была дана евреям как народу, а не как отдельным людям. О даровании Торы сказано: «Будете Моим дражайшим уделом из всех народов, ибо Моя вся земля», а также: «А вы будете у Меня царством священников и народом святым» (Шмот 19: 5-6). И к этому месту есть комментарий в мидраше Мехильта: «Народом святым» — назвал их народом, как сказано «подобен ли кто народу Твоему, Израилю, — [Твоему] единственному народу на земле». И это значит, что Тора дается народу Израиля как народу, а не отдельным евреям.

Когда Пресвятой, благословен Он, избрал народ Израиля, он дал нам Тору, как пишет Рамбам36: «Как пророчествовал Моше, «Избрал Господь Израиль в (Свой) удел и увенчал их заповедями и сообщил им пути служения Ему». И в этом смысл стиха «Ты избрал нас из всех народов», что Господь избрал нас как народ, а не как отдельных людей, соблюдающих Тору и ее заповеди».

Праотец наш Авраам не стремился завещать веру в Господа и Его путь своим детям как индивидуумам. Его целью было создать избранный народ, знающий Господа, как сказано: «А Авраам ведь должен стать народом великим и могучим, и им благословятся все народы земли» (Брейшит 18:18). И то же пишет Рамбам37: «И это все усиливалось у сынов Яакова и примкнувших к ним людей, и в мире появилась нация, знающая Господа».

Невозможно было передать Тору на горе Синай сынам Израиля как отдельным людям, так как тогда Тора и Откровение не были бы вечным наследием, — в отличие от народа, живущего и существующего вечно, отдельные люди приходят и исчезают из мира. И сказано также: «И не с вами одними заключаю Я союз сей и клятвенный договор сей, с теми, которые стоят ныне здесь с нами перед Господом, Богом нашим, но и теми, которых нет здесь с нами ныне» (Дварим 29:13-14). Народ как общность не умирает, что подтверждается тем, что не умирает (не имеет срока давности) закон о прегрешении общества.

Мы видим, что то же писал Магараль из Праги в своей книге «Тифэрет Исраэль»: «И пойми, что то, что [Господь] дал Аврааму заповедь обрезания, а Яакову запрещение есть седалищный нерв, относится лично к ним, и поэтому Он дает им именно такие конкретные, личные заповеди; народу Израиля же заповеди даны потому, что Тора им предназначена, и это произошло, когда они вышли из Египта, так как тогда они получили имя Израиль. Это имя останется у них без изменений во веки веков, и именно им предназначена вечная и неизменная Тора. Как мог бы вечный и неизменный Закон быть дан смертным людям, непостоянным и изменчивым, даже таким, как Авраам, Ицхак и Яаков? Когда умирает Авраам — нет Авраама, и так же Ицхак и Яаков, и не для них предназначены незыблемые Божьи пути. Тора, которая является вечным Законом благословенного Господа, может принадлежать только тем, кто не подвержен изменениям, носителям коллективного имени, которое будет существовать вечно. Только когда евреи вышли из Египта, они получили общее имя народа, и поэтому же Тора не была им дана, пока их число не достигло 600 тысяч (и они не превратились в полноценный народ)».

Еврейский народ, в отличие от любого другого народа в мире, обладает особыми чертами: общность происхождения, страны проживания, языка и истории не являются основным определяющим фактором. Еврейский народ как носитель высшей религиозно-духовной миссии отличается, в первую очередь, духовными, религиозными и ценностными особенностями. Таким образом, Тора и ее заповеди являются онтологическими характеристиками еврейства. Именно так, в соответствии со сказанным в Талмуде38: «Наш народ обособлен от других народов посредством шестисот тринадцати заповедей», — мы должны понимать слова Раши в комментарии к книге Рут39. Понятно, что речь идет о народе Израиля, который обособлен от других народов, а не о различиях между одними людьми, соблюдающими 613 заповедей, и другими — не соблюдающими. Основание для соблюдения Торы и ее заповедей — это принадлежность к еврейскому народу как национальной общности, и именно она определяет обязанность соблюдать 613 заповедей, 7 заповедей сынов Ноаха или законы, обязательные для «гер тошав».

Этот священный принцип следует также из благословения на исходе субботы, когда мы говорим: «Отделивший святое от будничного, свет от тьмы, Израиль от [других] народов». В мире есть два типа наций — еврейский народ, с одной стороны, и все другие народы — с другой; других народов, обязанных соблюдать Тору и заповеди, не существует. Еврейский народ был избран для того, чтобы быть народом Бога и народом, знающим Его, вне принадлежности к которому нет и обязанности соблюдать 613 заповедей. Лишь принадлежность к избранному народу приводит к обязанности соблюдать заповеди, а не наоборот. Таким образом, монотеистическая религия зиждется на вере в единственность Господа, свят Он и благословен, в мире и уверенности в единственности народа, верящего в единство Господа и Его имени, как мы поясним ниже.

Об этом же говорит мидраш40: «Шесть вещей предшествовали сотворению мира, и некоторые из них были созданы, а некоторые задуманы, чтобы быть созданными (позже). Праотцы, и народ Израиля, и Храм, и имя Машиаха были задуманы, чтобы быть созданными (позже). Откуда это известно о народе Израиля — из сказанного: «Вспомни общину Твою, которую издревле приобрел» (Тегилим 74:2). А в другом мидраше41 объясняется, что народ Израиля является одной из семи вещей, которые были созданы до сотворения мира. Таким образом, наши мудрецы учат, что Израиль как община и как народ — это высшее, предшествующее природе творение. И это — духовная сущность избранного народа, с которым только и могут происходить такие возвышенные события, как Божественное Откровение, дарование Торы и нисхождение Шхины.

Представления Талмуда и мидрашей сходны с учением о мире идей Платона, как я уже подробно объяснял в другой статье. Здесь мы не будем говорить об этом более пространно. Наши мудрецы утверждают42 уникальность еврейского народа как особой национальной общности, что является частью еврейской монотеистической веры. «Сказал Святой, благословен Он, народу Израиля: «Вы сделали Меня единственной в своем роде сущностью в мире, и Я вас сделаю единственной в своем роде сущностью в мире. Вы Меня сделали единственной в своем роде сущностью в мире, как сказано: «Слушай, Израиль, Господь — Бог наш, Господь — Един». Я же сделаю вас единственной в своем роде сущностью в мире, как сказано: «И подобен ли кто народу Твоему, Израилю, — одному народу на земле». В Талмуде43 также говорится, что одно из четырех приобретений Господа в Его мире — это народ Израиля, как сказано: «Этот народ Ты приобрел», то есть Израиль как народ, а не как отдельных людей.

И мы видим в том же месте Талмуда, что Господь порицал пророка Гошею: «Как же ты говоришь, что можно передать это другому народу?» И подобное рассуждение мы нашли в мидраше44: «Весь мир принадлежит Тебе, но нет у Тебя другого народа, кроме Израиля, как сказано: «Этот народ Я создал для себя» (Йешаягу 43). И там же мы обнаружили такой комментарий на слова песни, которую пели при переходе через море: «Этот народ Ты спас»: хотя и весь мир — Твой, нет у Тебя другого народа». Отсюда мы выводим, что народ Израиля реализует идею народа в высшем смысле слова, и еврейский народ определяют не секулярные понятия, а религиозная идея, священная и метафизическая.

Вера в грядущее избавление обусловлена в первую очередь национальным самосознанием еврейского народа, как это сказано у пророка Ирмеягу (32:37): «Вот, Я соберу их из всех стран, в которые изгнал их во гневе Моем и в ярости Моей и в великом негодовании, и возвращу их на место сие и дам им безопасное житие. Они будут народом Мне, а Я буду им Богом». Сказано также и у Йешаягу (65:19): «И буду радоваться об Иерусалиме и веселиться о народе Моем» и т. д. И там же сказано (Йешаягу 49:8): «И сделаю тебя заветом народа, чтобы восстановить землю и возвратить наследникам уделы опустошенные», — и есть тому бесчисленное множество подтверждений в Торе и книгах Пророков и Писаний.

Высший духовный смысл Израиля как народа виден также и из слов Иерусалимского Талмуда45: «Сказал раби Ханания бар Папа: «Я изучил все Писание, и не нашел в нем места, где народ Израиля называется Сион, кроме следующего: «Скажу Сиону: «Ты Мой народ» (Йешаягу 51). Здесь мы видим отождествление народа Израиля как национальной общности и Сиона как высшей стадии святости, намекающей на Святая Святых в иерусалимском Храме, как это написано в священной книге Зогар46: «Благословенна эта Святая Святых внутри [Храма] — Сокровенное желание Единого, которое называется Сион».

Как решающее подтверждение того, что Тора дарована не сынам Израиля по отдельности, а всему еврейскому народу как национально-этнической общности и что лишь в силу этого евреи обязаны соблюдать Тору, мы приведем сказанное в мидраше47: «Спросил меня: «Раби, в мире есть две вещи, которые я люблю совершенной любовью, и это — Тора и Израиль, но я не знаю, какое из них было прежде», — и я ответил: «Сын мой, люди говорят обычно, что Тора прежде, как сказано: «Господь поставил меня началом пути Своего, прежде созданий Своих, искони» (Мишлей 8), но я говорю, что народ Израиля был прежде, как сказано (Ирмеягу 2): «Израиль — святыня Господа, начаток плодов Его».

Мидраш говорит о том, что народ Израиля предшествовал Торе, и именно народ, а не сыны Израиля как отдельные люди. Имеется в виду не реальный, физический народ Израиля, а идея Израиля, которая превыше Торы и предшествует ей. Из того, что Тора дается в силу этой идеи, а не наоборот, то есть идеальная структура еврейского народа предшествует Торе, следует, что народу Израиля присуще высшее метафизическое единство.

Поэтому невозможно прилепиться к Торе, не присоединившись к народу, который был создан, чтобы служить ей вместилищем.

В Талмуде48 говорится, что один из основных принципов Торы — «Все евреи ответственны друг за друга». Это правило следует из стиха: «И споткнется человек о брата своего...» (Ваикра 26), — то есть о грехи своего брата; стих говорит о взаимной ответственности. Это правило следует из многих мест в Торе, таких, как рассказ о получении Израилем благословений и проклятий на горе Гризим и горе Эйвал или раздел Ницавим, который говорит о вступлении «в союз с Господом, Богом твоим, и в клятвенный договор с Ним, который Господь, Бог твой, заключает с тобою ныне» (Дварим 29:11). Тема всего этого раздела — формирование национальной общности на основе коллективной ответственности. Мудрецы49 объясняли окончание этого раздела: «Сокрытое — это Господу, Богу нашему, а открытое — нам и сынам нашим навечно», — следующим образом: «Почему стоят точки над словами «нам и детям нашим» и над буквой «айн» в слове «ад» — «навечио»? Потому, что Господь не наказывал Израиль за тайные проступки, пока народ не перешел Иордан...» И Раши объясняет, что Господь не наказывал праведников народа Израиля за тайные проступки других евреев, а лишь за преступления, совершенные публично, пока евреи не перешли через Иордан и приняли благословения и проклятия на горе Гризим и горе Эйвал. После того Господь стал карать евреев друг за друга, даже если они не знали о чужих прегрешениях50.

Взаимная ответственность евреев следует из природы еврейского народа как единой общности. Цель ее — ослабить индивидуальный статус сынов Израиля, отметить их печатью единства и целостности, чтобы они стали как бы одним единым организмом. Как объясняется в Иерусалимском Талмуде51: «Если некто режет мясо, и нож, который он держит в одной руке, порезал другую руку, то кому придет в голову отомстить своей руке и порезать вторую руку за то, что та порезала первую? И то же самое верно относительно общины Израиля, так как все евреи вместе — как одно тело, и поэтому закон таков, что один еврей не может мстить другому, ибо это как будто он мстит своему телу». Нет более сильного доказательства того, что единство народа Израиля является одной из основ Торы и основных принципов нашей веры.

Из всего сказанного следует: если нееврей приходит, чтобы совершить гиюр, но не готов присоединиться к еврейскому народу, хотя и готов соблюдать все613 заповедей, ясно, что его слова неискренни. И это хуже, чем случай с человеком, принимающим на себя все заповеди, кроме одной, которого заведомо нельзя принять в качестве гера52. Гиюр — это тотальное присоединение к народу Израиля, а соблюдение заповедей — это лишь следствие этого присоединения к еврейской нации. Нежелание человека присоединиться к еврейскому народу является не просто нарушением процедуры, но отсутствием первичного акта гиюра.

Помимо всего сказанного, необходимо подчеркнуть, что и индивидуальная и национальная связь с Землей Израиля — это важный элемент сущности народа Израиля. Если нееврей не готов принять на себя заповеди, связанные с проживанием в Стране Израиля, к нему следует относиться, как к тому, кто не согласен принять на себя одну из 613 заповедей, и его нельзя принять в качестве гера. Заповедь проживания в Стране Израиля стоит всех остальных заповедей Торы, как сказано об этом в мидрашах53 и объяснено Рамбамом, который не включает эту заповедь в число 613 заповедей. Но эта тема должна рассматриваться особо, а здесь не место для слишком пространных рассуждений.

О статусе светского еврея в наши дни

Рав Йегуда АМИТАЛЬ 

Кого считать евреем? Этот вопрос в течение многих лет заботит израильское общество и весь еврейский мир. На первый взгляд ответ ясен, по крайней мере для тех, кто следует по пути галахи: еврей — это человек, родившийся от матери-еврейки. Такой ответ правилен с галахической точки зрения, но для определения еврейства он недостаточен — не может быть достаточным определение, которое не выражает связь евреев с Торой. Необходимо найти определение, которое, с одной стороны, отражает эту связь, а с другой — не исключает тех, кто оставил путь Торы, кто считает себя человеком светским и кого вовсе не привлекает еврейская традиция.

Народ Израиля делает особым народом тот факт, что ему заповедано соблюдать Тору и все ее заповеди

Решение этой проблемы дают Саадия Гаон, а также Рамбам. Широко известно определение Саадии Гаона: «Ибо народ наш, сыны Израиля, только в своей Торе является нацией»55.

Когда мы исследуем источник этих слов, мы поймем, что у них совершенно другое значение, чем принято думать. Как правило, считают, что Саадия хотел сказать: наш народ является нацией только тогда, когда он соблюдает Тору и ее заповеди. А если, не дай Бог, еврей не соблюдает Тору или же весь народ Израиля не соблюдает Тору, он перестает быть еврейским народом. Но это не так: еврей — это еврей, и народ Израиля — это народ Израиля, даже если Тора и не соблюдается ими. Чтобы понять исходный смысл слов Саадии Гаона, мы должны увидеть их в контексте.

Саадия, говоря о вечности Торы, задает следующий вопрос: будем ли мы обязаны соблюдать Тору вечно, или же, не дай Бог, правы христиане, которые говорят, что наступит такое время, когда Тора не будет обязательной для нас и будет заменена другим Законом. Гаон приводит доказательство того, что Тора вечна, и вот его слова: «Народ наш, сыны Израиля, только в своей Торе является нацией. И так как Творец сказал, что народ этот пребудет, пока небо будет пребывать над землей, из этого следует, что и его Закон [Тора] будет пребывать, пока небо будет пребывать над землей, и об этом сказано: «Так сказал Господь, [Он] установил солнце, чтобы светить днем, луну и звезды, чтобы светить ночью, Он успокоил море, и утихли его волны, имя Его — Господь воинств; если прейдут эти законы пред лицом моим, говорит Господь, то и семя Израиля перестанет быть народом навеки». Это значит, что сынов Израиля делает особым народом то, что им заповедано соблюдать Тору. Если мы представим себе возможность «упразднения Торы», как об этом говорит Саадия, то-есть что Тора, которая дана нам самим Богом, утратит свою силу и не будет больше накладывать обязательства на сынов Израиля, тогда они перестанут быть народом.

А вот что писал Рамбам56 о стихе Йешаягу 66:22: «Ибо как новое небо и новая земля, которые Я сотворю, всегда будут пред лицом Моим, говорит Господь, так пребудет и семя ваше, и имя ваше». Бывает так, что сохраняется «семя», но не «имя», ведь есть целые народы, относительно которых нет сомнения, что они из потомства «персов» или «греков», но они не носят особого имени, а их поглотила другая нация. И это суждение — о вечности Торы, из-за которой у нас есть особое «имя».

Таким образом, по определению как Саадии Гаона, так и Рамбама, еврей — это тот, кому заповедано соблюдать Тору. Его делает евреем сам тот факт, что ему это заповедано, даже если он не соблюдает Тору, но если он ее не соблюдает, он должен предстать перед земным или небесным судом. С неевреем дело обстоит иначе. Даже если он будет соблюдать все заповеди Торы, это не сделает его евреем, так как ему это не заповедано.

Но тут возникает вопрос: каким образом гер может присоединиться к еврейству? Ведь даже соблюдение заповедей не превращает его в еврея. Евреем является только тот, кому заповедано их соблюдать, а Тора дана лишь народу Израиля: «Закон заповедал нам Моше, наследие обществу Яакова» (Дварим 33:4). И в самом деле, в народе Израиля есть нечто особенное, нечто, чего нет ни у какого другого народа: к этому народу возможно присоединиться. Все другие нации и народы позволяют присоединиться к их религии, но не стать сыном народа, к которому не принадлежишь от рождения. Напротив, смысл гиюра состоит не только в принятии религии Израиля, но и в присоединении к народу Израиля, к народу, которому была заповедана Тора. Гер присоединяется к еврейскому народу, и, как для сына этого народа, Тора становится обязательной и для него. И лишь когда Тора и ее заповеди становятся для него обязательными, он становится евреем.

Вот как пишет об этом Рамбам57: «Каким образом принимают истинного гера? Если кто-то приходит, чтобы совершить гиюр, [ему говорят:] Знаешь ли ты, что евреи в наше время скорбят, притесняют их, они унижены и загнаны, и удел их — несчастья? Если он говорит: «Я знаю и готов на это», — то его принимают немедленно». И дальше Рамбам продолжает: «И сообщают ему основы религии, то есть единство Бога и запрет на идолопоклонство и т. д. и т. п.».

По-моему, в этом и заключена глубина высказывания: «Твой народ — мой народ, и твой Бог — мой Бог» (Рут 1:16). Прежде твой народ становится моим, а уж затем твой Бог становится моим Богом, и это может случиться только, когда твой народ становится моим.

Еврей может считать себя нерелигиозным и тем не менее оставаться евреем

Существует ли возможность выйти за рамки обязанности соблюдать Тору и уйти от награды или наказания за выполнение или невыполнение этой обязанности? Об этом говорит Рамбам в своем «Послании в Йемен»58: «Эта Тора — от нее не может сбежать или избавиться никто из семени Яакова, ни он, ни семя его, ни семя семени его, ни по его воле, ни против его воли. Но он [еврей] подвергается наказанию за несоблюдение любой заповеди из числа повелений, а также за нарушение любого из запретов. И да не придет никому в голову, что, исполняя важные заповеди, он может избавить себя от менее важных, не обращать на них внимания. Так Йоровам бен Неват был наказан и за то, что установил поклонение тельцам, согрешил сам и ввел в грех народ Израиля, и за то, что отменил заповедь строить шалаш в Сукот. И этот принцип является одной из основ Торы и еврейской религии».

Таким образом, еврей может считать себя светским, нерелигиозным, может даже для видимости перейти в другую религию, но тем не менее он остается евреем.

Еврей является евреем потому, что ему заповедано соблюдать заповеди, даже если он их и не соблюдает. У этого определения, разумеется, есть галахические следствия в личных отношениях, в том числе — в вопросах браков и разводов. Поэтому в сфере га-лахи используется правило: «Еврей, несмотря на то, что он согрешил, все равно еврей». Талмудическое высказывание: «Израиль согрешил» (Йегошуа 7:11) — сказал раби Аба бар Завда: «Хотя он и согрешил — все равно Израиль»59, — которое исходно относилось к мошеннику, применяется и к еврею, перешедшему в другую религию.

В заключение я позволю себе сказать следующее: совершенный еврей — это тот, кто обязан соблюдать заповеди и их соблюдает. Сознательный еврей — это тот, кто, даже если не соблюдает Тору, знает о ее существовании и переживает свое столкновение с ней. Вместе с тем каждый, кто обязан соблюдать Тору, даже если он не знает о ее существовании, является евреем.

Отношение к нарушающим заповеди в наши дни

Таким образом, считается доказанным, что нельзя отрицать еврейство любого еврея, какими бы ни были его убеждения и действия. Однако в рамках Галахи существуют и иные категории — «праведник» и «злодей», изменивший Торе и заповедям; и Галаха относится по-разному к представителям каждой из этих кате горий. Возникает вопрос, каково Галахическое отношение к тому, кто не принимает Тору, не верит в нее и считает себя светским, нерелигиозным евреем?

Мы должны признать, что принципиальное отношение Галахи к нарушителям весьма строго и нетерпимо. Приведем слова учителя нашего рава Авраама-Ицхака Гакогена Кука, благословенна память праведника60: «И это — дерзновеннейшая нация из всех, ревнивая и мстительная. И она мстит в ревности своей, которая тяжелее ада, тем, кто подрывает жизнь ее, невзирая на лица. Она не будет (в случае отступничества) признавать брата своего и не узнает своего сына. Еще живет в ее сердце звук призыва первого ее пастыря: «Так сказал Господь, Бог Израиля: «Да повесит каждый свой меч на бедро свое, пройдите взад-вперед по лагерю, от ворот до ворот, и убивайте своих братьев, и друзей, и родичей».

Такова принципиальная позиция, но есть большая разница между принципиальным отношением и практическими действиями. В самом деле, есть вещи, о которых авторитеты говорят: «Галаха такова, но так не следует поступать». Между принципиальной декларацией и практическим исполнением — дистанция огромного размера, но и у принципиального утверждения есть свое значение, в первую очередь — воспитательного характера. Ярким примером этого может служить различение Письменной и Устной Торы. Человек, изучающий Письменную Тору, часто обнаруживает в ней выражения, подобные «смертью умрет». В то же время известны слова Мишны61: «Сангедрин, казнивший одного (человека) в семь лет, назывался кровавым. Раби Элеазар бен Азария говорил: «(Даже казнивший) одного (человека) в семьдесят лет».« Раби Тарфон и раби Акива говорили:« Если бы мы были членами Сангедрина, никого бы никогда не казнили».

В соответствии с Устной Торой, практическая возможность вынести смертный приговор преступнику весьма редка, это практически невозможно, галаха62 требует, чтобы преступник был предупрежден перед совершением преступления в присутствии двух свидетелей, ему нужно сказать, какой казни он подвергнется, а он должен ответить: «Я знаю, и все равно [сделаю]». А если он сказал только: «Я знаю», но не сказал: «Все равно сделаю», — это не считается предупреждением. Это предупреждение должно быть сделано во время разговора о преступлении. Понятно, что такие случаи были чрезвычайно редки. И несмотря на это, ощущение строгости закона, которое возникает при чтении Письменной Торы, имеет большое воспитательное значение. Как однажды сказал учитель наш р. А.И. Кук: «В Кабале Письменная Тора называется «отец», а Устная Тора — «мать». Отец и мать оба воспитывают ребенка в тех же принципах, но отец делает это по-своему, а мать — по-своему. И чтобы воспитание ребенка было полным, ему требуются оба этих стиля. Иногда ребенку нужны строгие и дотошные отцовские наставления, которые не признают смягчающих обстоятельств, и вместе с тем ему нужна материнская мягкость, милосердная, прощающая, обращающая внимание на лица и вникающая в обстоятельства».

Можно задаться вопросом: если слова «око за око», как объясняется в Талмуде, имеют в виду имущественный штраф, почему в Торе не сказано прямо «имущество за око»? Потому что Письменная Тора, говоря о штрафе, провозглашает: «Око за око» с отцовской суровостью. Недозволенность нанесения телесных повреждений ближним подчеркивается категоричностью этого утверждения. Повторение этих жестких установок: «Око за око! Зуб за зуб!» — имеет большое воспитательное значение.

То же самое можно сказать и о нашем случае — строгое отношение к преступившим заповеди выражает требуемое Торой отношение к самому греху.

Когда мы приступаем к обсуждению отношения к преступившим заповеди в реальной жизни и в душе, у нас возникает следующий вопрос: «Актуальны ли сегодня те суровые слова, которые мудрецы Талмуда говорили о преступниках, еретиках и неверующих»? К этому вопросу можно подойти с двух точек зрения: 1) с точки зрения характера и значения греха в нашу эпоху: обладает ли он тем же весом, что и во времена Талмуда? 2) с точки зрения социума: коль скоро изменилось отношение еврейской общины в целом к соблюдению заповедей, остается ли отношение к их нарушению таким же, каким оно было во времена Талмуда?

Прежде, чем дать ответ на все эти вопросы, следует вкратце напомнить об отношении мудрецов Талмуда к преступавшим заповеди. Существуют различные степени нарушения закона. Мы приведем здесь слова мудрецов о самом легком случае — о еврее, нарушившем заповеди в присутствии другого еврея, причем нарушителя увещевали, но он не внял увещеваниям63. В самой тяжелой ситуации находится человек, подрывающий основы Торы, неверующий и тот, кто нарушает закон специально, чтобы прогневать Творца.

О первом случае в Талмуде64 говорится следующее: «Сказал Рав: «Такого человека разрешается ненавидеть, ведь сказано в Торе: «Если ты увидишь, как осел ненавистника твоего упал под ношей». Кто же такой ненавистник? Если ты скажешь, что ненавистник — это нееврей, то [мудрецы Мишны] четко объяснили: «Ненавистник — это еврей, а не нееврей». Но как же тогда [объяснить] сказанное в Писании: «Не ненавидь ближнего твоего в сердце твоем!»? Если есть свидетели преступления, то его позволено ненавидеть». То есть если кто-то видел человека, совершающего серьезное преступление и увещевал его, но тот не внял увещеванию, такой преступник и называется «ненавистник». Рав Нахман бар Ицхак говорит: «Заповедано ненавидеть его, как сказано: «Страх Господень — [это] ненависть ко злу».

О худшем из преступлений Рамбам[65] говорит так: «Неверующих, идолопоклонников, а также тех, кто нарушает заповеди назло, даже если они [только] едят некашерное или одевают запрещенную одежду... [и потому] считаются неверующими, тех, кто отрицает [истинность] Торы и пророчества, заповедано убить. Если он [еврей] может публично убить такого преступника мечом — то убивает; а если нет, подыскивает удобный случай, чтобы подстроить убийство. Каким образом? Например, он видит одного из них в колодце, куда ведет лестница. Он берет лестницу и говорит: «Я должен снять моего сына с крыши, а потом верну ее тебе...»

Галахическое отношение к таким преступлениям чрезвычайно сурово. Однако что происходит на практике? По поводу пер вого случая — преступника, которого разрешено ненавидеть, можно вспомнить следующий комментарий Тосафот: как известно, есть заповедь помочь разгрузить осла ближнего и заповедь помочь навьючить его. Разгрузка связана с облегчением страдания животного. Навьючивание же связано с помощью его владельцу. В Талмуде66 сказано: «Если перед тобой одновременно две ситуации: необходимость помочь [одному] при разгрузке, а другому — при навьючивании, сперва надо помочь при разгрузке, [чтобы облегчить] страдания животного. Если же тот, кому нужно помочь в навьючивании — ненавистник, следует помочь сначала ему, чтобы смирить свою злобу». Тосафот задаются вопросом: «Зачем нужно смирять свою злобу по отношению к тому, кого заповедано ненавидеть»? И они отвечают: «Того, кто является ненавистником, ненавидят даже его ближние, как сказано: «Как лицо [отражается] в воде, так и сердце человеческое [отражается] в сердце ближнего его». Таким образом можно дойти до абсолютной ненависти, запрещенной Торой.

Еврею следует смирять злобу и преодолевать ненависть. Но каким же образом бороться с ненавистью к тому, кого разрешено (и даже предписано) ненавидеть? Автор книги «Тания»67 говорит: «Даже тех, кого увещевали, а они не послушали, тех, кого заповедано ненавидеть, заповедано также любить: ненависть — за то зло, а любовь — за то добро, которое в них есть». Вот как на практике выглядит разрешение (или предписание) ненавидеть преступников.

Коль скоро мы упомянули книгу «Тания», стоит вспомнить, что там говорится об отрекшихся от Торы, которых уже нет смысла увещевать, в отличии от тех, кто вместе с тобой придерживается Торы и ее заповедей. Ненависть к таким людям категорически запрещена: «Именно про тех, кто не приходится тебе другом или родственником, сказал Гилель: «Будь одним из учеников Агарона, любящим мир, любящим людей и приближающим их к Торе»; то есть просто «людьми» называются те, кто далек от Господней Торы и служению Ему. [Таких] нужно тащить на веревках, свитых из любви, в надежде приблизить их к Торе и к служению Богу. [Того, кто так поступает], не минет награда за любовь [даже] к злодеям».

Даже в отношении тех, кто не внял увещеваниям, которых, казалось бы, предписано ненавидеть, речь идет не об абсолютной ненависти, не дай Бог, а о ненависти, смешанной с любовью. Вопрос в том, действует ли предписание или позволение ненавидеть грешников в наше время, не только в нашем поколении, но и в поколениях раби Тарфона и раби Акивы?

Ненавидеть позволительно только человека, по отношению к которому выполнена заповедь об увещевании. Но не каждый в силах выполнить эту заповедь. Написано в Талмуде68: «Учили, что сказал раби Тарфон: «Я не уверен, что в этом поколении хоть кто-то внял увещеванию. Если [один] скажет [другому]: «Вынь палочку из своих зубов», тот ответит ему: «Вынь бревно из его глаза». Сказал раби Элеазар бен Азария: «А есть ли в этом поколении кто-то, кто умел бы увещевать». Так как ненавидеть ближнего позволено только после исполнения заповеди об увещевании, которую мы не в состоянии выполнить, это разрешение становится недействительным. Так постановил Хафец Хаим, а вслед за ним — Хазон Иш. Вот что он пишет:«... Есть заповедь любить злодеев... ибо сперва должно идти увещевание, а так как мы не умеем увещевать, мы рассматриваем их (преступников) как нарушивших закон по принуждению». Сколь же велик разрыв между принципиальным утверждением о том, что нужно ненавидеть преступника и его практической реализацией!

Теперь обсудим практику отношения к тем преступникам, которые отрицают истинность Торы и пророчеств и нарушают закон назло, к тем, кому нет прощения и которых предписано убивать. Во-первых, следует задаться вопросом, как появился закон, разрешающий убить еврея — неверующего или принципиально нарушающего заповеди, ведь и на него распространяется запрет убийства?! Ответ таков: у мудрецов, стремящихся к исправлению всего общества, есть право издавать постановления, приговаривать к наказанию и казни даже не в соответствии с законами Торы69. Но если смысл этого постановления в исправлении общества, то в наши дни, когда это наверняка не принесет ничего, кроме вреда, запрет на убийство остается в силе.

С точки зрения Хазон Иша, этот закон представляет собой как бы галаху для мессианской эпохи; его применение ограничено тем специфическим периодом, когда такое наказание может повлиять и исправить:

«Этот закон действенен только тогда, когда Провидение Бога, благословен Он, явно: когда происходят чудеса и раздается небесный глас, и праведники поколения живут под явным для всех Божественным наблюдением. Неверующие тогда предаются страстям и буйству и практикуют особые нарушения закона. Тогда сожжение злодеев является оградой для всего мира и все понимают, что развращение поколения приведет к страшным бедствиям: чуме, и войне, и голоду. Но в эпоху сокрытия [Бога], когда народ лишен настоящей веры, в убийстве [злодея] нет ограды для закона, но лишь умножение преступлений. [Такое убийство] представляется душегубством и насилием, Боже сохрани, а так как задача наша — в исправлении мира, этот закон не может быть применен. Мы должны веревками любви возвращать [преступников к праведности] и стараться наставить их на путь Торы, насколько хватает наших сил»70.

Мы пока не получили ответа на занимающий нас вопрос: есть ли разница между теми неверующими, о которых говорят мудрецы Талмуда, и теми, кого называют неверующими в наши дни? Такое различие предопределило бы и иное отношение к ним. Рамбам71 говорит об этом следующее. Вот как он пишет: «Знай, что у нас есть традиция, полученная от отцов, которую группа передавала группе, а та — [следующей] группе, что в наше время, то есть во время изгнания, смертная казнь применима только к евреям, совершившим конкретное преступление, за которое карают смертью. Однако к еретикам, саддукеям и боэ-тусеям, следующим извращенному пути, закон относится иначе. Каждый, кто начинает [следовать] такому пути, изначально должен быть убит, чтобы он не ввел в заблуждение народ Израиля и не нанес урон вере. Именно так принято поступать в странах Магриба. Но те, кто родились и были воспитаны в соответствии с этими убеждениями, подобны тем, кого принудили [нарушать Тору], и к ним следует относиться, как к ребенку, плененному неевреями. Такие люди лишь по ошибке совершают преступления, как это объяснялось выше, но тот, кто первым начинает [распространять ложные убеждения], действует так не по ошибке, а злонамеренно».

Согласно этому утверждению следует различать тех, кто оставил пути Торы по злой воле, и теми, кто считается вынужденным нарушать ее. Исходя из него можно определить статус тех, кто называется неверующими в наши дни. Авторитеты много говорили об этом, в особенности учитель наш, рав Авраам-Ицхак Гакоген Кук. Эти авторитеты постановили, что в наши дни считается, что неверующих принуждают нарушать Тору культурная среда и общая атмосфера, в которой они живут. И не только их дети считаются плененными неевреями, но и те, кто вырос в религиозной среде, а после отошли от религии, также считаются вынужденными нарушать Тору.

Вот что пишет об этом рав Кук в своем письме: «А если кто-либо подумает... что можно оставить на произвол судьбы тех, кто отклонился от путей Торы и веры под напором бурного потока времени, то я заявляю в полный голос, что это не угодно Господу. По этому поводу в Тосафот72 приводится мнение о том, что подозреваемый в инцесте может свидетельствовать в суде, так как его преступление его можно считать вынужденным, потому что его одолел соблазн. Также говорится73, что те, кого служанка склоняет к блуду, считаюся принужденными к преступлению. Подобно этому, «злая служанка» быстротекущего времени, которой небесами дана власть, перед тем, как совершенно исчезнуть и развеяться, как дым всеми своими чарами старается соблазнить наших юных детей. Они вынужденны нарушать заповеди, и не дай нам Бог принимать принуждение за желание»74.

Нам следует обсудить также, соответствует ли неверие, распространенное в наши дни, определению неверия в галахе? Исходя из теории познания и пользуясь принятыми в наши дни способами рассуждения, человек может быть только сомневающимся: не верующим, но в то же время и не отрицающим основы веры. Тот, кто категорически отрицает самые основы религии, столь же «религиозен», сколь и человек верующий. Можно не верить в существование пророчества и в дарование Торы с небес, так как эти факты недоказуемы, но с уверенностью утверждать, что ничего подобного не было, может только человек с примитивным мышлением. Как же тогда определить человека, который не является верующим, но в то же время не является неверующим в полном смысле этого слова?

В Талмуде75 рассказывается о человеке, который пришел к Гилелю, чтобы совершить гиюр, но заявил, что в Письменную Тору он верит, а в Устную Тору — нет. гилель сделал ему гиюр, что Раши объясняет следующим образом: «Сделал ему гиюр [потому что] положился на свою мудрость и решил убедить его [гера] принять [Устную Тору]... ибо тот не отрицал Устной Торы в принципе, а лишь не верил в то, что она дана Богом». Как следует понимать эти слова? Разве тот, кто не верит в то, что Устная Тора дана Богом, не отрицает ее? Однако разница между тем, кто не верит, и тем, кто отрицает, весьма велика.

Согласно галахе, неверующий — это тот, кто высказывает категорическое отрицание76: «Пять категорий [людей] называются еретиками: тот, кто утверждает, что нет Бога и нет управляющего миром, тот, кто говорит, что есть управляющий миром, но их два...» и т. д. Об этом же говорит «Мигдаль оз»: «У многих нет отчетливых мнений, и их сердце не едино с их устами, но не таков путь еретиков — они верят в сердце своем [и то же самое] говорят устами».

Я слышал от рава Элимелеха бен Шауля, благословенна память этого праведника, что сомневающегося нельзя считать по-настоящему неверующим. И об этом говорит Рамбам77: «Если человек увлекается мечтами своего сердца, то по недомыслию он может разрушить мир. Каким образом? Иногда он будет стремиться к идолопоклонству, а иногда рассуждать о единстве Бога — есть оно или нет, о том, что вверху и что внизу, что впереди и что позади, иногда рассуждать о пророчестве — истинно оно или нет, а иногда о Торе — с небес ли она дарована. Он не знает, насколько возможно понять это, прежде чем ему откроется вся истина, и потому доходит до ереси и полного неверия». Рамбам подчеркивает, что он «доходит до ереси», но не является еретиком, хотя и сам не знает, еретик он или нет. Весьма сомнительно, что неверующих в наши дни Галаха считает неверующими. Человека с современным типом мышления трудно отнести к категории неверующих и подрывающих основы.

Как же относиться к нарушающим заповеди в эпоху, когда к ним может быть отнесена большая часть общества? Сказать по правде, мы не нашли в авторитетной литературе обсуждения этого вопроса, но внутреннее чувство подсказывает, что, даже если мы не принимаем во внимание аргументы, приведенные выше, сам тот факт, что столь большая часть народа Израиля покинула пути Господни, по-моему, должен заставить нас относиться к ним снисходительно. Это ощущение находит поддержку в высказываниях мудрецов Талмуда, которые оправдывали народ Израиля в те времена, когда большая его часть была идолопоклонниками78.

По мнению наших мудрецов, если все поколение — идолопоклонники, следует искать в них достоинства, а не недостатки. Тем более мы обязаны подчеркивать достоинства нашего поколения, о котором можно сказать словами Талмуда79: «Каждый, кто отрицает идолопоклонство, как бы признает всю Тору».

Примечания

[1] Йевамот 109б.

[2] Шир-гаширим Раба 6:17, в конце.

[3] В своей книге «Мидбар кдемот», ст. «Гер».

[4] Шабат 31а.

[5] Там же.

[6] Йевамот 109б, «Раа...».

[7] Там же.

[8] Йевамот24а, «Ло...».

[9] Йоре Деа 268, вконце.

[10] См. Шах 268:53.

[11] Даат коген 154.

[12] Йевамот 24б, 76а; Авода зара Зб.

[13] Критот 9а.

[14] Йевамот 47.

[15] Игрот-га-Рамбам 42-369.

[16] Бемидбар 10:32.

[17] Зихрон брит ларишоним, с. 136.

[18] Брейшит 17:5.

[19] Брейшит Раба 39.

[20] Йевамот 22а и др. 

[21] Йешаягу 14.

[22] Йевамот 47а.

[23] Йевамот 109а.

[24] Йевамот 47а.

[25] Кидушин 70а.

[26] Йевамот 109а, на слова «Раа».

[27] Рамбам, Законы о запрещенных половых связях 14:2.

[28] Итро 6.

[29] Ирмеягу 23.

[30] Йевамот 47б.

[31] «Торат-коганим», комментарий к этому месту.

[32] См. Тосафот, трактат Хагига 3, на слово «Уми»

[33] Авода Зара 64б.

[34] Сангедрин 58б.

[35] Хулин 7.

[36] «Яд га-хазака», Авода зара 1.

[37] «Яд гa-хазака», Авода зара 1.

[38] Йевамот 47б.

[39] К словам «твой народ (стал) моим народом».

[40] Брейшит Раба 1, 4.

[41] Танхума, Haco 11.

[42] Брахот 6а.

[43] Псахим 67б.

[44] Мехильта, Шира.

[45] Таанит 4, галаха 2.

[46] Вайешев 186а.

[47] Тана двей Элиягу 14.

[48] Сангедрин 27б.

[49] Сангедрин 43б.

[50] См. также Сота 37б.

[51] Недарим 9, галаха 4, на стих из Ваикра 19.

[52] См. Бхорот, 306, Рамбам, Яд га-хазака, Исурей биа 14.

[53] Сифрей двей Рав, раздел «Реэ».

[54] Публикуется с сокращениями.

[55] «Эмунот ведеот», статья 3, с. 132, изд. Капаха.

[56] Море Невухим 2:9.

[57] Яд гa-хазака, Арайот 14.

[58] Игрот-га-Рамбам, Мосад гарав Кук, с. 136.

[59] Бавли, Сангедрин 44а (см. также Хидушей агадот Магарша на это место и респонсы Радама, Эвен гаэзер 10).

[60] Маамарей Гарайа, с. 91.

[61] Макот, конец первой главы.

[62] См. Яд га-хазака, Сангедрин 12.

[63] Псахим 113б, Яд га-хазака, Деот б:8.

[64] Псахим 113б.

[65] Яд гa-хазака в конце гл. 4 «Законов об убийце».

[66] Бава мециа 32б.

[67] «Тания», гл. 32.

[68] Арахин 16б.

[69] Сангедрин 46а; Яд га-хазака, Сангедрин гл. 24.

[70] Йоре Деа 13-16.

[71] В комментарии к первой мишне трактата Хулин.

[72] Тосафот на Сангедрин 76б, к слову «Гехашуд».

[73] Тосафот на Гитин 41б, к слову «Кофин»

[74] Игрот Гарайа, часть 1, с. 171.

[75] Шабат 31а.

[76] Яд га-хазака, Тшува 3.

[77] Яд гa-хазака, Авода зара 2:3.

[78] Напр., Танхума, Хукат 4.

[79] Кидушин 40а.