Ноябрь 2017 / Кислев 5778

Книга Рут и комментарии к ней

Книга Рут и комментарии к ней

Книга «Рут»

1. 1. И было в дни суда судей: был голод в стране, и пошел человек из Бейт-Лехема в Иегуде пожить в полях Моава: он, его жена и два его сына. 2. А имя этого человека — Элимелех, а имя его жены — Нооми, а имена двух его сыновей — Махлон и Кильон, Эф-ратяне из Бейт-Лехема в Иегуде. И пришли они в поля Моава, и были там. 3. И умер Элимелех, муж Нооми, и осталась она и два ее сына. 4. А они женились на моавитянских женщинах: имя одной Орпа, а имя другой Рут, и жили там около десяти лет. 5. И умерли также они оба — Махлон и Кильон, и осталась женщина без обоих своих детей и без мужа. 6. И поднялась она со своими невестками, и вернулась с полей Моава, потому что слышала в полях Моава, что помянул Господь Свой народ, дав ему хлеб. 7. И ушла из места, в котором была, и две ее невестки с ней, и отправились в дорогу — вернуться в землю Йегуды. 8. И сказала Нооми двум своим невесткам: «Идите, вернитесь каждая в дом своей матери, а Господь воздаст вам добром, как вы делали добро мертвым и мне. 9. Господь воздаст вам тем, что вы найдете покой — каждая в доме своего мужа». И поцеловала их, и возвысили они голос, и заплакали. 10. И сказали ей: «Нет, с тобой мы вернемся к твоему народу». 11. И сказала Нооми: «Возвратитесь, дочери мои, зачем вам идти со мной? Есть ли еще сыновья в моум чреве, чтобы стать вам мужьями? 12. Вернитесь, дочери мои, идите, ибо слишком стара я, чтобы выйти замуж. Если бы и сказала я: «Есть у меня надежда», — если бы этой ночью я была с мужем и если бы родила сыновей — 13. Будете ли дожидаться, пока они вырастут? Стоит ли вам ради них оставаться безмужними? Нет, дочери мои! Горше мне, чем вам, ибо настигла меня рука Господня». 14. И возвысили они голос, и снова заплакали. И поцеловала Орпа свою свекровь, а Рут осталась с ней. 15. И сказала она: «Вот, вернулась твоя невестка к своему народу и к своим богам. Вернись за своей невесткой!» 16. И сказала Рут: «Не проси меня оставить тебя и уйти от тебя, ибо куда ты пойдешь — туда и я пойду, где ты заночуешь — там и я заночую; твой народ — мой народ, и твой Бог — мой Бог. 17. Как ты умрешь, там и я умру, и там буду похоронена. Так да сделает мне Господь и еще больше, ибо смерть разлучит нас с тобой!» 18. И увидела, что она упорно желает идти с ней, и перестала говорить с ней. 19. И пошли они вдвоем, пока не пришли в Бейт-Лехем. А когда они пришли в Бейт-Лехем, зашумел о них весь город: «Это ли Нооми?» 20. И сказала она им: «Не зовите меня Нооми, зовите меня Мара, ибо Всемогущий причинил мне великую горесть. 21. Я полной пошла и пустой возвратил меня Господь; зачем называть меня Нооми, ведь Господь свидетельствовал против меня и Всемогущий причинил мне зло!» 22. И вернулась Нооми и Рут, невестка ее, с ней, что вернулась с полей Моава. А пришли они в Бейт-Лехем в начале жатвы ячменя.

2.1. А у Нооми есть родственник ее мужа, достойный человек из семьи Элимелеха, имя его — Боаз. 2. И сказала Рут-моавитянка Нооми: «Пойду-ка я в поле и пособираю колосья за тем, в чьих глазах найду милость». И сказала ей: «Иди, дочь моя». 3. И пошла, и пришла, и начала подбирать в поле за жнецами. И случилось с ней так, что это поле — Боаза из семьи Элимелеха. 4. И вот Боаз пришел из Бейт-Лехема и сказал жнецам: «Господь с вами!» И сказали они ему: «Господь тебя благослови!» 5. И спросил Боаз у своего слуги, поставленного над жнецами: «Чья это девушка?» 6. И ответил слуга, поставленный над жнецами, и сказал: «Девуш-ка-моавитянка она, вернувшаяся с Нооми с полей Моава. 7. Она сказала: «Пособираю-ка я колосья за жнецами и буду собирать в снопы», — пришла и оставалась с самого утра и до сих пор, только немного сидела в доме». 8. И сказал Боаз Рут: «Ты слышишь, дочь моя? Не ходи собирать на другое поле и не переходи отсюда; здесь держись моих работниц. 9. Гляди на поле, где они жнут, и иди за ними, ведь я приказал работникам, чтобы они тебя не трогали. Когда захочешь пить — пойди к сосудам и пей из того, что начерпали работники». 10. И пала она ниц, и поклонилась до земли, и сказала ему: «Чем я снискала милость в твоих глазах так, что ты признал меня, ведь я чужая?» 11. И ответил Боаз, и сказал ей: «Мне рассказали все, что ты сделала для своей свекрови после смерти твоего мужа: ты оставила отца, мать и родную землю и пошла к незнакомому народу. 12. Да воздаст тебе Господь за твои деяния и да будет полной твоя награда от Господа, Бога Израиля, под крылами Которого ты пришла укрыться». 13. И сказала она: «Да найду я милость в твоих глазах, господин мой, ибо ты утешил меня и успокоил сердце твоей рабы, ведь я не стою ни одной из твоих рабынь». 14. И сказал ей Боаз, когда подошло время еды: «Подойди сюда и поешь от хлеба, и обмакивай свой ломоть в уксус». И села со жнецами, и набрал ей каленых зерен; она поела, насытилась и еще осталось. 15. И поднялась собирать, а Боаз приказал своим работникам: «Между снопами пусть тоже подбирает, и не смущайте ее. 16. И откидывайте ей пучки колосьев, и оставляйте, и пусть собирает, и не окрикивайте ее». 17. И собирала в поле до вечера, и обмолотила то, что собрала, и вышло около эфы ячменя. 18. И подняла, и пошла в город. И увидела ее свекровь, сколько она собрала; и достала она, и дала ей то, что оставила после того, как наелась. 19. И спросила ее свекровь: «Где ты собирала сегодня и где работала? Да будет признавший тебя благословен!» И рассказала своей свекрови, что она делала у него, и сказала: «Имя того человека, у которого я делала это, — Боаз». 20. И сказала Нооми своей невестке: «Благословен он Господом за то, что не оставил своей милостью живых и мертвых!» И сказала ей Нооми: «Наш родственник этот человек, из наших выкупателей он». 21. И сказала Рут-моавитянка: «И еще сказал мне: «Работников моих держись, пока не закончат всю мою жатву». 22. И сказала Нооми своей невестке Рут: «Хорошо, дочь моя, если будешь выходить с его работницами, и не тронут тебя на другом поле». 23. И держалась она работниц Боаза, и собирала до конца жатвы ячменя и пшеницы, и стала жить со своей свекровью.

3. 1. И сказала ей Нооми, ее свекровь: «Дочь моя, ведь я ищу тебе покой, чтобы тебе было хорошо. 2. А сейчас, ведь Боаз — наш родственник, с работницами которого ты была, — веет ячмень на гумне этой ночью. 3. Умойся, умастись, и накинь свои платья на себя, и спустись на гумно. Не открывайся никому, пока он не кончит есть и пить. 4. И когда он ляжет, узнай место, где он ляжет, приди, открой его изножье и ляг, а он скажет тебе, что делать». 5. И сказала ей: «Все, что скажешь мне, сделаю». 6. И спустилась на гумно, и сделала все, как приказала ее свекровь. 7. И поел Боаз, и попил, и стало у него хорошо на душе; и пошел ложиться спать с краю стога. И подошла она тихо, и открыла его изножье, и легла 8. И вот в полночь содрогнулся муж и схватился, и вот — женщина лежит в его изножье. 9. И спросил: «Кто ты?» И сказала она:

«Я Рут, раба твоя. Простри же крыло на твою рабыню, ибо ты выкупатель». 10. И сказал: «Благословенна ты Господом, дочь моя! Большее добро ты сделала сейчас, чем прежде: не пошла за юношами, ни за бедным, ни за богатым. 11. А теперь, дочь моя, не бойся: все, что скажешь, сделаю тебе, ведь весь мой народ знает, что ты достойная женщина. 12. Но вот, хотя я и выкупатель, есть другой выкупатель, более близкий родственник, чем я. 13. Переночуй, а утром, если он выкупит тебя — хорошо, пусть выкупает, а если не захочет выкупить — я выкуплю тебя, жив Господь! Лежи до утра». 14. И лежала она в его изножье до утра, и поднялась, когда еще не мог бы человек узнать другого. И сказал он: «Пусть не знают, что женщина приходила на гумно». 15. И сказал: «Дай платок, что на тебе, и возьмись за него». И взялась за него, а он отмерил шесть ячменя, и положил на нее, и пошел в город. 16. И пришла к своей свекрови, и та спросила: «Кто ты? Дочь моя?» И рассказала ей все, что сделал ей тот человек. 17. И сказала: «Эти шесть ячменя дал мне, потому что сказал мне: «Не приходи с пустыми руками к твоей свекрови». 18. И сказала: «Подожди, дочь моя, пока не узнаешь, как сложится дело, ибо не успокоится этот человек, пока не завершит это дело еще сегодня».

4.1. А Боаз взошел в ворота и сел там; и вот — выкупатель проходит, о котором говорил Боаз. И сказал он ему: «Сверни, сядь здесь, такой-то!» И свернул тот, и сел. 2. И взял десять человек из старейшин города, и сказал: «Сядьте здесь!» — и те сели. 3. И сказал выкупателю: «Участок поля, принадлежащий нашему брату Элимелеху, продает Нооми, вернувшаяся с полей Моава. 4. И я подумал: «Обращу твое внимание, сказав: купи ты в присутствии сидящих здесь и в присутствии старейшин моего народа. Если выкупаешь — выкупай, а если не выкупит — скажи мне, и я буду знать, ибо некому выкупить, кроме тебя, а я за тобой». И сказал тот: «Я выкуплю». 5. И сказал Боаз: «В день, когда ты купишь поле из рук Нооми и у Рут-моавитянки, жену умершего ты приобретаешь, чтобы восстановить имя умершего в его уделе». 6. И сказал выкупатель: «Я не могу выкупить себе, чтобы не погубить мой удел. Выкупи ты себе то, что должен выкупить я, ибо я не могу выкупить». 7. А было прежде так в Израиле при выкупе и обмене, чтобы подтвердить всякую сделку: снимал человек свой башмак и отдавал другому; и это свидетельство в Израиле. 8. И сказал выкупатель Боазу: «Купи себе!» И снял тот свой башмак. 9. И сказал Боаз старейшинам и всему народу: «Свидетели вы сегодня, что приобрел я все, что было у Элимелеха, и все, что было у Кильона и Махлона, из рук Нооми. 10. И Рут-моавитянку, жену Махлона, приобрел я себе в жены, чтобы восстановить имя умершего в его уделе и чтобы не искоренилось имя умершего среди его братьев и в воротах его города. Свидетели вы сегодня!» 11. И сказал весь народ, что в воротах, и старейшины: «Свидетели! Да сделает Господь женщину, входящую в твой дом, подобной Рахели и Лее, которые построили вдвоем дом Израиля. Преуспей в Эфрате и возгласи имя в Бейт-Лехеме! 12. И да будет твой дом как дом Переца, которого родила Тамар Йегуде, из потомства, которое даст тебе Господь от этой девушки. 13. И взял Боаз Рут, и стала она ему женой, и вошел к ней. И дал Господь ей беременность, и родила сына. 14. И сказали женщины Нооми: «Благословен Господь, что не лишил тебя ныне выкупателя! Да возгласит-ся его имя в Израиле! 15. И будет он для тебя возвратителем души, и он будет питать твою старость, ибо твоя невестка, которая любит тебя, родила его, а она лучше для тебя, чем семь сыновей. 16. И взяла Нооми ребенка, и положила его за пазуху, и была ему нянькой. 17. И дали ему соседки имя, говоря: «Родился сын у Нооми!» — дали ему имя Овед. Он отец Йишая, отца Давида. 18. Авот порождения Переца: Перец породил Хецрона, 19. АХецрон породил Рама, а Рам породил Аминадава, 20. А Аминадав породил Нахшона, а Нахшон породил Салму, 21. А Салмон породил Боа-за, а Боаз породил Оведа, 22. А Овед породил Йишая, а Йишай породил Давида.

Из комментария к книге «Рут»

РАШИ (раби Шломо бен Ицхак) 

1.12. Ибо слишком стара я, чтобы выйти замуж. Чтобы выйти замуж и родить сыновей, за которых вы могли бы выйти замуж. А они не будут запрещены вам, и вы не будете запрещены им по закону о «жене брата, которого еще не было на свете» (которая не имеет права заключать с ним левиратный брак), потому что к вам вообще не относится закон о левиратном браке. Браки Мах-лона и Кильона с ними не считались законным браком, ведь тогда Рут и Орпа еще не приняли еврейства: это они захотели сделать только сейчас, как сказано: «С тобой вернемся к твоему народу», — отныне мы будем принадлежать к одному народу.

16. Не проси меня — не упрашивай.

Ибо куда ты пойдешь — туда и я пойду. Отсюда наши мудрецы сделали вывод, что желающему принять еврейство рассказывают немного о наказаниях за нарушение заповедей, и если он раздумает принимать еврейство — пусть не принимает. Из слов Рут можно понять, что говорила ей Нооми: «Нам запрещено выходить за «субботний предел»», — а Рут ответила: «Куда ты пойдешь — туда и я пойду»; «У нас запрещено уединяться мужчине с женщиной, если она не его жена» — «где ты заночуешь — там и я заночую»; «Наш народ отличается от других народов тем, что нам нужно выполнять 613 заповедей» — «твой народ — мой народ»; «Нам запрещено идолопоклонство» — «твой Бог — мой Бог»; «Еврейский суд имеет право присуждать к четырем видам казней» — «как ты умрешь, там и я умру»; «Два рода погребения совершает суд, одно — для побитых камнями и сожженных, а другое — для убитых мечом и задушенных» — «и там буду похоронена» (Талмуд, Йевамот 47б).

18. И перестала говорить с ней. Отсюда мудрецы сделали вывод, что желающего принять еврейство не отговаривают слишком упорно и не придираются к нему (Талмуд, Йевамот 476),

19. И пошли они вдвоем. Сказал раби Абагу: «Смотри, как любезны принявшие еврейство Всевышнему! Когда Рут решила принять еврейство, Писание приравняло ее к Нооми» (Рут Раба 3,5).

4. 1. Такой-то. Его имя не упомянуто здесь (чтобы не опозорить его), потому что он не желал выкупать.

Такой-то («плони-алмони») передано в арамейском переводе книги Шмуэль (I 21:3) как «скрытый и тайный». «Плони» — это скрытый, как «если будет скрыто («йиппале») от тебя это» (Два-рим 17:8), «разве есть что-нибудь недостижимое для Бога?» (Брей-шит 18:14). «Алмони» — вдовец («алман») по отношению к имени, безымянный. Другое объяснение: «алмони» — он был вдовцом («алман») по отношению к словам Торы: ему нужно было знать закон о том, что не может сочетаться браком с евреями «аммонитянин, но не аммонитянка, моавитянин, но не моавитянка», а он сказал: «Чтобы не погубить мой удел» (Рут Раба 7, 6).

6. Чтобы не погубить мой удел. Потомство, как сказано: «Удел Господа — сыновья» (Тегилим 127:3). Не хочу нанести ущерб своему потомству, как сказано: «Да не войдет аммонитянин и моавитянин в общину Господню» (Дварим 23:4). Но он ошибся, так как этот закон распространяется только на аммонитянина, но не на аммонитянку.

18. А вот порождения Переца. Поскольку родословная Давида здесь возводится к Рут-моавитянке, Писание снова упоминает его родословную, но теперь уже возводит ее к Йегуде.

Из комментария к книге «Рут»

МАЛЬБИМ (Меир Лейбуш бен Йехиель-Михл)

1. 4. А они женились. Сыновья Элимелеха продолжили грешить тем, что женились на моавитянках, не обратив их в еврейство, как говорит мидраш (РутРаба2,9). Поэтому сказано«имя одной Орпа»: ведь при обращении в еврейство меняют имя, а эти остались при прежних именах. (Правда, Рут не изменила имени и после обращения в еврейство, и об этом в трактате Брахот (листЭ) говорится, что ее имя означает «напоение»: это указание на то, что ее потомок Давид «напоит» Всевышнего хвалебными песнями, поэтому ей не было нужды менять имя). Кроме того, на это намекает слово «женились»: о законном браке в Танахе обычно говорится «взять жену», а «женятся» на иноземках, как в книгах Эзры и Нехемии, или на «неглавных» женах, как Рехавам: «На восемнадцати женах женился и на шестидесяти наложницах» (Диврей fa-ямим П11:21), — ао двух главных женах Рехавама сказано «взял в жены».

15. Вот, вернулась твоя невестка. Так как она вернулась к своему народу, она вернулась и к своим богам, говорит мидраш (Рут Раба 2, 21). Она не желала переходить в еврейскую веру, и ты, скорее всего, тоже не желаешь, а потому — вернись вслед за твоей невесткой.

16. Не проси меня. Мидраш (Рут Раба 2,22) понимает эти слова как «не греши против меня и не подступай ко мне». Дело в том, что глагол «лифгоа» имеет три значения: «поражать» — «и поразил его, и он умер» (Млахим 12:25), «подходить» — «и подойдет граница к Иерихо» (Иегошуа 16:7) и «просить» — «и попросите за меня Эфрона» (Брейшит 23:8). По мнению мидраша, «подходить» и «просить» могут быть объединены в одном значении — «просить, чтобы другой пошел ему навстречу и исполнил его просьбу». Таким образом, мидраш считает, что Рут использует глагол «лифгоа» сразу во всех его значениях: как в значении «поражать» — если она

оставит Нооми и ее Б-га, она погибнет духовно, и об этом говорит мидраш «не греши против меня», так и в значении «подходить» и «просить» — не думай, что я пойду тебе навстречу, выполню твою просьбу и соглашусь с тобой, а потому «не подступай ко мне».

Оставить тебя и уйти от тебя. Я не оставлю тебя, так как не хочу разлучаться с тобой, и даже если мне придется оставить тебя, я не уйду от тебя и не вернусь на землю Моава, но пойду в землю Иегуды и приму там еврейство — если не при твоем посредстве, то при посредстве других, говорит мидраш (Рут Раба 2, 22), но все же лучше мне сделать это при твоем посредстве.

Ибо куда ты пойдешь, туда и я пойду. Не думай, что цель моего похода иная, чем твоего: ты идешь затем, чтобы соблюдать Тору и заповеди, которые возможно исполнить только в Стране Израиля, а я — только ради некоей корысти. Нет, моя цель — та же, что и твоя. И не думай, что я надеюсь на какой-либо преходящий успех, например, выйти замуж за богача, но где ты заночуешь, там и я заночую — как пришелец в стране и как праведники, для которых этот мир — лишь временное жилье, ведь суть моего похода — твой народ — мой народ и твой Бог мой Бог: я уже приняла Учение твоего Бога и обычаи твоего народа и считаю себя частью твоего народа.

17. Как ты умрешь, так и я умру. Это главная цель моего похода: умереть смертью праведных, как умрешь ты, чтобымоядуша вернулась к Источнику жизни, и там быть похороненной — там, где будешь похоронена ты, в Святой Земле, вместе с праведниками, которые восстанут в будущем из мертвых.

Так да сделает мне Господь. Этими словами Рут поклялась выполнить свое обещание, потому что смерть разлучит нас с тобой: «Я поняла, что смерть нас разлучит — в жизни я держалась тебя, и хотя веры наши были различны, все же нас связывала взаимная любовь. Но после смерти мы будем разделены — ты прилепишься к Богу всех душ, а я буду отвергнута и окажусь среди идолопоклонников. Поэтому я хочу принять еврейство, и тогда даже смерть нас не разделит». Этими словами Рут показала, что все основы веры уже укоренились в ее сердце: существование Всевышнего и Его единственность, как сказано: «твой Бог — мой Бог»; Тора Израиля и его обычаи, как сказано: «куда ты пойдешь, туда и я пойду», то есть пойду по пути добра и по дороге Торы — «твой народ — мой народ»; бессмертие души, награда и наказание в Грядущем Мире и воскресение из мертвых, как сказано: «как ты умрешь, так и я умру и там буду похоронена». А наши мудрецы сделали из этого вывод, что Рут также приняла на себя исполнение

практических заповедей, как сказано: «куда ты пойдешь, туда и я пойду» - в субботу». И еще сказали наши мудрецы: «Всезаповеди и добрые дела, которые ты можешь совершить в этом мире - совершай, ибо в Грядущем Мире - «смерть разлучит Меня и тебя» (Рут Раба 2, 25).

18. И увидела. После того как Нооми увидела, что Рут собирается принять еврейство от всего сердца (ведь глагол «амац» означает душевную силу и настойчивость, и в этом его отличие от «казак»), она перестала говорить с ней, как того и требует закон о принятии еврейства.

19. И пошли они вдвоем. Мидраш говорит: «так как Рут решила принять еврейство, Писание приравняло ее к Нооми» (Рут Раба 3,5): слово «вдвоем» в этом стихе лишнее, а значит, указывает на их равенство (такое же значение имеет и слово «втроум»). Но возможно, что слово «вдвоем» объясняет сказанное дальше «и зашумел весь город»: ведь у Нооми всегда были рабы, рабыни и домочадцы, и, когда она уходила из дома, она была окружена множеством народа, а сейчас они пришли вдвоем с невесткой, как всеми оставленные бедняки, поэтому и зашумел весь город.

2. 6. И ответил... и сказал. Ответил на его вопрос и сказал даже то, что у него не спрашивали: на вопрос «Чья это девушка?» — ответил: она не родня никому из жнецов, но девушка-моавитян-ка. А если ты спросишь, как я позволяю собирать упавшие колосья нееврею — «вернувшаяся с Нооми с полей Моава»: она приняла еврейство и имеет право на них.

11. И ответил Боаз и сказал ей: То, что ты снискала милость в моих глазах, имеет две причины: 1) мне рассказали все, что ты сделала для своей свекрови, и это указывает на твое доброе сердце и хорошие качества, ведь обычно невестка не любит свекровь, тем более после смерти мужа, а ты стала для нее надежной опорой, и 2) то, что ты приняла еврейство бескорыстно, не ища никакой выгоды, ведь ты оставила отца и мать и пошла к незнакомому народу, поэтому принятие тобой еврейства было наверняка бескорыстным.

Зачем нужно повторять — Да воздаст тебе Б-г за твои деяния и да будет полной твоя награда»?

12. Да воздаст тебе Господь за то, что ты сделала для своей невестки, и да будет полной твоя награда за то, что ты приняла еврейство, от Господа, поскольку Он — Господь, Бог Израиля,

Он не оставляет без внимания евреев и тех, кто присоединился к ним, — за то, что ты пришла укрыться под Его крылами, говорит рав Хаса в мидраше (Рут Раба 5, 4). Я уже объяснял в комментарии

на Тору (глава Кдошим, параграф 30 мидраша Сифра), что есть разница между «платой» и «заработком», между «наймитом» и «рабочим»: рабочий или ремесленник, например портной, получает деньги за сделанную работу, поэтому они называются «заработком», в то время как наймит нанимается на определенное время, например на три года, и не имеет значения, какую работу он делает и делает ли вообще. За каждую выполненную заповедь человек получает отдельную награду — «заработок», и об этом сказано: «да воздаст тебе Господь за твои деяния», а за то, что Рут приняла еврейство и обязалась служить Всевышнему и соблюдать Его заповеди всю жизнь и как бы «нанялась» на службу Ему на всю свою жизнь, ей причитается «плата» наймита — постоянная награда, которую она получает, даже если ей не привелось выполнить какую-либо заповедь, и об этом сказано: «да будет полной твоя награда» — постоянная плата за то, что ты пришла укрыться под Его крылами. Именно об этом говорит рав Хаса в мидраше. Я говорил в книге «Айелет га-шахар», что в самом служении Всевышнему и выполнении Его заповедей заключена величайшая награда — будь то душевное совершенство, достигаемое этим, будь то сознание служения великому Царю, Творцу всего — и поэтому непонятно, зачем Тора обещает нам еще какую-то награду за выполнение заповедей, если «награда за заповедь-заповедь» (Авот4,2)? Я объяснил, что тому, у кого есть сердце, способное понимать, и душа, способная чувствовать сладость и приятность заповеди, действительно нет нужды обещать награду за заповеди, кроме самих заповедей. Но поскольку большинство людей на это не способны, Творец был вынужден обещать им награду в материальном мире, чтобы они исполняли заповеди ради награды, пока не достигнут той ступени, на которой будут способны выполнять их ради них самих. Об этом говорит стих: «Да воздаст тебе Бог за твои деяния», — даст тебе заработанное тобой, но на самом деле «будет полной твоя награда от Бога»: главной твоей наградой будет то, что ты пришла укрыться под Его крылами, и говорит раби Хаса, что это и есть главная награда.

4. 2. И взял десять человек. Наши мудрецы толковали (Талмуд, Ктубот 76), что слово «взял» означает «подготовил» их и объяснил им закон «аммонитянин, но не аммонитянка, моавитя-нин, но не моавитянка», разрешающий Рут принимать еврейство и выходить за еврея^замуж.

11. И сказал весь народ, что в воротах... «Свидетели!» Кроме того, собравшиеся благословили их свадебным благословением, а оно включает три благословения:

1) Благословение жены. Хотя она и дочь язычников, но поскольку входит в твой дом — дом праведника — да будет она по своей праведности как Рахель и Леа, которые также были дочерьми Лавана-арамейца, но за то, что соединились с Лаковом, удостоились построить вдвоем дом Израиля. Так же да построит эта жена верный дом — дом царской династии, — от которого зависит благополучие всего дома Израиля.

16. И взяла Нооми ребенка, и была ему нянькой, ведь он фактически ее сын, поэтому она носила его, как мать носит ребенка. Это сказали и соседки: «Родился сын у Нооми!» — ведь так оно и обстоит на самом деле; этим именем — «сын Нооми» — его и назвали. Кроме того, ему дали имя Овед, так как он будет служить («лаавод») Богу; он стал отцом Йишая, от которого произошла династия Давида.

Раби Ицхак Лурия в «Сефер fa-гилгулим», комментируя стих «когда властвовал человек над человеком во зло ему» (Когелет 8:9), писал, что некоторые святые души до нисхождения в этот мир находятся в плену сфер зла, которые угнетают их, питаясь их жизненной силой. Чтобы удержать их, эти силы показывают им, в какую нечистоту им предстоит вселиться в этом мире в надежде, что души погнушаются миром и не захотят нисходить в него, и таким образом останутся в их власти; но в конце концов душа превозмогает своих угнетателей. Так случилось с душами сыновей Яакова, основателей колен Израиля, которые были спущены в утробу Рахели и Леи. Силы зла, сделавшие это, надеялись, что эти души узнают, что им предстоит появиться на свет в семье, где две сестры замужем за одним человеком — а это запрещено Торой, — и не захотят появляться на свет. Так же было с душой Переца, спустившейся в утробу Тамар, забеременевшей от своего деверя Иегуды, так же было с душами Рут и Наамы, жены царя Шломо, оказавшимися среди народов Моава и Аммона. Об этом сказал Давид: «Сыны человеческие! Доколе моя честь — на позор?» (Тегилим 4:3), — потому что про него говорили: «Давид произошел от Рут-моавитянки!» На это Давид отвечал им: «Помыслите в сердце о вашем ложе» (там же, 4:5): разве вы все не произошли от запрещенного брака — двух жен, бывших сестрами? — «и молчите!» Это и имели в виду старейшины и народ, сказав: «Да сделает Господь жену, входящую в твой дом, подобной Рахели и Лее... и да станет твой дом подобным дому Переца, которого родила Тамар»: все это было необходимо, чтобы вывести эти души из-под власти угнетающих их сил.

К пониманию книги « Рут»

Рав Арье СТРИКОВСКИЙ

Десять первых стихов книги «Рут» охватывают отрезок времени в целых десять лет и словно пятью вспышками молнии освещают картины несчастий. В свете первой вспышки мы видим человека, уходящего из Бейт-Лехема в Моав; при свете второй — около него оказываются его жена и два сына; третья вспышка показывает нам «поля Моава» и овдовевшую женщину с осиротевшими сыновьями; в четвертой вспышке к ним прибавляются фигуры двух жен-моавитянок, а пятая — освещает трех вдов, плетущихся по дороге в Бейт-Лехем.

В тексте не упоминается ни о каких грехах, послуживших причиной этих бедствий, однако об этом говорят мидраши1. Больше всего мне нравится объяснение, которое дает раби Йегошуа в той части «Нового Зогара», которая посвящена книге «Рут» (77а). Согласно ему, Элимелех не совершил никакого особенного греха — он всего-навсего ушел от своего народа, однако из-за этого его перестали защищать заслуги всего общества в целом, и, когда Всевышний вспомнил о жителях Бейт-Лехема, он не был в числе его спасенных жителей.

Комментируя стих «И осталась она [одна] с двумя своими сыновьями» (1:3), раби Ханина, сын раби Абагу, сравнивает эту вдову с остатками мучного приношения в Храм2, а следующий: «И умерли также оба они, Махлон и Кильон, и осталась та женщина [одна, ] без обоих детей своих и без мужа» (1:5) — с «остатками остатков»3.

Как известно, коген выбирал из мучного приношения пригоршню муки с маслом и все крупицы благовоний и сжигал это на жертвеннике, а остальное съедали когены. Нечто подобное произошло с семьей Элимелеха. Сначала умер он сам — пригоршня муки, основное возношение Всевышнему, а затем погибли его сыновья — съедено то, что еще осталось от мучного дара, и остались женщины — наподобие последних остатков после трапезы когенов. Самой ценной частью приношения было благовоние, которое целиком воскуряли на жертвеннике. Так мидраш намекает на различия между Элимелехом, ушедшим из Страны Израиля в Моав из-за голода, и его сыновьями, женившимися на моавитянках и готовыми остаться навсегда в чужой стране. Элимелехушел в тот мир подобно жертве всесожжения, жертвеннике4, тех же — съела и переварила страна, в которой они поселились.

После смерти сыновей Нооми направляется в Бейт-Лехем. Из-за несчастья она оставила его и возвращается в него из-за несчастья. И тут начинается коллизия: Нооми трижды обращается к своим невесткам, прося их возвратиться в Моав. В первый раз она слышит решительный отказ: «Нет, только с тобой мы вернемся к твоему народу!» (1:10). Второе обращение убеждает Орпу повернуть назад, а третье укрепляет Рут в намерении остаться с Нооми. На первый взгляд та старается ее переубедить. Но если бы Нооми действительно была заинтересована в этом, она применила бы более действенные аргументы и подробно перечислила бы все выгоды, которые ожидают Рут при возвращении в Моав. То, что она говорит вместо этого, звучит несколько провокативно: «Вот, вернулась твоя невестка к своему народу и своим богам — вернись и ты вслед за своей невесткой!» (1:15). Вернись к Кемошу, богу Моава! Провокация удается: «И ответила Рут: Не упрашивай меня!.. Твой народ — мой народ, и Бог твой — мой Бог... Пусть мне воздаст Господь и прибавит [сторицей], если не смерть одна нас разлучит!» (1:15-16). Провозгласив: «Бог твой — мой Бог», — Рут тем самым исполнила заповедь: «И Его именем клянись». Сходным образом убеждает народ и Йегошуа Бин-Нун: «Не сможете вы служить Господу!..» Но ответил народ Йег ошуа: «Нет, мы будем служить [только] Господу!» (Йегошуа24:19,21).Рамбам пользуется тем же педагогическим приемом, говоря о порядке приема гера: «Как принимают праведных геров? Когда придет один из [сынов] других народов, чтобы стать гером, проверят его и не найдут [никакого корыстного] повода, ему говорят: «Зачем тебе становиться евреем? Разве ты не знаешь, что сыны Израиля в наше время в печали и унижении?» Если ответит: «Я знаю, но не считаю себя достойным...» — принимают его немедленно5. Но Нооми здесь бросает невестке еще более смелый вызов. Она говорит Рут: «Разве ты не знаешь, что «очень мне горько — больше, чем вам, потому коснулась меня рука Господа?» Вот, я — как Иов, не могу я обеспечить тебе помощь Всевышнего».

Таким образом Нооми добилась того, что из самой глубины души Рут вырвались возвышенные слова, выражающие привязанность и преданность. Нооми, хорошо знавшая своих невесток, была убеждена в том, что Рут и только Рут способна принять вызов гиюра — способна на переживания, связанные с приобщением к чужому народу. Понять величие этого шага нам помогают слова Боаза: «И оставила ты отца своего, и мать свою, и родную страну, и пошла ты к народу, которого еще совсем недавно не знала» (2:11), приравнивающие Рут к Аврааму, первому геру, которому Всевышний сказал: «Уходи из страны твоей, от родни твоей... в страну, которую Я укажу тебе». Только Аврааму было за это обещаны благословения свыше, а Рут услышала слова, вырвавшиеся из болящего и любящего сердца, содрогающегося от тяжелых предчувствий.

Ответ Рут: «Не упрашивай меня...» — в подлиннике аль тифцери би. Это можно перевести двояко: во-первых — так, как перевели мы, а во-вторых — «не причиняй мне боль». Я больше не моавитянка, твой народ — мой народ, и твой Бог — мой Бог. И как говорит мидраш: «В любом случае, мое стремление — войти в еврейство, лучше с твоей помощью, чем с помощью кого-то другого»6 .

«И было: как пришли они в Бейт-Лехем — и зашумел весь город из-за них, и стали говорить женщины: «Это ли Нооми?!» (1:19). Прошло только десять лет — и такая перемена! И Нооми отвечает, как ответил бы Иов: «Не называйте меня Нооми (сладкая), зовите меня Мара (горькая), потому что великую горечь послал мне Всевышний... Господь свидетельствовал обо мне, Всемогущий послал мне зло» (1:20,21). Поясняет мидраш: «Свидетельствовал обо мне» — все внимание Свое сосредоточил на мне», — а Раши добавляет: «Свидетельствовал о том, что я согрешила против Него». Ибн-Эзра же отсылает нас к словам Иова: «Новых свидетелей Ты приводишь против меня» (10:17): в городе, в котором Нооми надеялась на то, что Всевышний снова вспомнит о ней, Он продолжает ее мучить, посылая против нее свидетелей ее прежнего благополучия7.

Мучительное чувство стеснения охватывает Нооми, очутившуюся лицом к лицу со свидетелями ее прежнего благополучия, при виде проданного ею поля, ныне приносящего благословенный урожай своему новому хозяину. Всевышний вспомнил о Своем народе — но не о ней. А Рут — что она чувствует? Ведь само ее присутствие тут — еще одно свидетельство против Нооми! Уже в уста Авраама мидраш вложил слова о том, что ожидает пришельца: «Гостя, что пришел в город, о том, что он ест и пьет, спрашивают?!»8 И действительно ли так вели себя жители Бейт-Лсхема? А с каким чувством выходит Рут, чтобы найти поле, на котором можно собирать колосья? Не чувствует ли она на себе и там враждебные взгляды? Расслышала ли она нотки пренебрежения в словах руководителя работ: «Девушка-моавитянка она, вернувшаяся с Нооми с полей Моава»! (2:6)

Обе они — и Нооми-Мара, и Рут — надеются на избавление. Мара надеется снова стать Нооми, а Рут-моавитянка стремится осесть в Бейт-Лехеме. Согласно нашим мудрецам, только что овдовевшему Боазу тоже требуется избавление — от страха одиночества. Согласно «Зогару» даже Всевышний нуждается (если можно так выразиться) в помощи: «Когда бедняк видит себя в стесненных обстоятельствах, он начинает пререкаться с Небесами, и тот, кто поддержит его и окажет ему благодеяние, как бы восстановит мир со Всевышним... — «Кто крепко держится за твердыню Мою — мир создаст Мне, мир создаст мне»9. Своей щедростью Боаз восстановил мир между Всевышним и Нооми.

Но вернемся к Нооми и Рут. Их первая забота — уцелеть. Нооми не предлагает Рут унизиться до того, чтобы собирать колосья на чужих полях: только после того, как Рут сама заявляет о своей готовности сделать это, Нооми добавляет ей свое благословение.

Добавим несколько слов, чтобы прояснить фон происходящего: новая претендентка на упавшие колосья была обязана дождаться согласия хозяина поля на то, чтобы войти в число собирающих такие колоски. И из Талмуда, и из древневосточных изображений видно, что между подобными собирателями нередко происходили ссоры. Робкая и деликатная Рут, без сомнения, особенно нуждалась в поощрении хозяина поля.

И вот появляется хозяин. Танах не сообщает нам, что особенного нашел Боаз в Рут, но мудрецы наши говорят, что больше всего она понравилась ему своим скромным поведением и скрупулезным соблюдением ограничений, которые Тора налагает на собирание упавших колосьев. Кроме того, они отмечают исключительную красоту Рут. Постепенно, после достойных ответов Рут, он привязывается к ней и все больше раскрывается перед ней. Сначала — «Дочь моя, будь вместе с моими работницами... захочешь пить — пей из того, что начерпают слуги». А когда она отвечает: «Чем я снискала приязнь в глазах твоих — так что ты признал меня, а ведь я — чужеземка?» — он орошает ее дождем благословений: «Да будет награда твоя от Господа, Бога Израиля, полной за то, что пришла ты укрыться под крылами Его!». И та откликается: «Утешил ты меня — а ведь я не стою ни одной из рабынь твоих!» Если мы сравним эти слова с реакцией Авигаиль на предложение Давида выйти за него замуж10, мы легко обнаружим в них намек на готовность к браку. Хотя Боаз не спешил принять этот намек, он предложил ей сесть рядом со жнецами и угостил обжаренными зернами пшеницы.

Как было сказано, Нооми-Мара подозревала, что все бейт-ле-хемские знакомые от нее отвернулись, когда Всевышний сделал ее жизнь настолько горькой, но когда она слышит от Рут о случившемся, то благословляет Боаза и благодарит Всевышнего: «Благословен он у Господа за то, что не оставил своей добротой ни живых, ни мертвых!» Буквально: «И воспряла Нооми духом!». С этой минуты и далее похоже, что Божий дух направляет ее шаги.

Когда Рут радостно рассказывает ей: «И еще вот что сказал он мне: «С работниками моими оставайся...», Нооми мягко ей отвечает: «Хорошо, дочь моя, если будешь выходить с его работницами» (2:22). Рут не надеется выйти замуж за Боаза, она была бы довольна, если бы ее взял в жены один из его слуг. Однако Нооми верит, что именно Боаз должен стать ее супругом. Несколько позже, на гумне, Боаз похвалит Рут за то, что она «не пошла за юношами» (3:10), и отметит ее приход как особую милость. И еще: ведь Рут поклялась не расставаться с Нооми, а только в доме ее родственника, имеющего право выкупа поля, возможно осуществить эту клятву.

Рут продолжает собирать колосья на поле Боаза. Легко можно представить себе ее душевное напряжение: каждое приветливое слово Боаза, каждый его ласковый взгляд пробуждает в ней надежду. Однако время жатвы проходит, а никакого предложения выйти замуж она не получает. И тогда Нооми решает, что Рут сама должна попытать счастья. Пусть она пойдет на гумно, чтобы напомнить Боазу о себе.

Танах особо отмечает любовь Рут и Нооми (4:15), но мне кажется, что меж строк вплетена также нить любви Рут к Боазу. Любовь эта подчеркивается сценой на гумне. Когда Рут просит Боаза простереть на нее свое милосердие, они оба понимают, до какой степени любят друг друга. Но тогда же Рут узнает, что у нее есть другой, ближайший родственник, что является юридическим препятствием для брака с Боазом, который обещает разрешить эту проблему; тем самым ей становится понятна и его сдержанность. В этот момент Нооми поддерживает в Рут веру в то, что Боаз уже не отвернется от них. Мы вздыхаем с облегчением, когда выясняется, что безымянный родственник отказывается от своих прав, потому что опасается ущерба для своего владения. И действительно: не ему предназначено стать супругом Рут и предком Машиаха!

К концу книги, в исполнение всех благословений, рассказывается о рождении Давида, провозвестника грядущего Избавления. Задним числом выясняется, что Рут и Боаз совершили важный для истории шаг. Тамар, сноха Иегуды, переоделась блудницей ради того, чтобы восстановить род Иегуды; дочери Лота легли с отцом в намерении сохранить человеческий род; а Рут и Боаз исправили эти два события далекого прошлого. Как Тамар, Рут вышла навстречу мужчине — но отнюдь не в обличий блудницы — не как дочери Лота. Как и они, Рут пришла к Боазу ночью, но Боаз, в отличие от Лота и Иегуды, не осознавших своих поступков, руководствовался своим разумом, потому между ними не возникло ничего такого, что могло бы быть нарушением Торы. Гумно, которое временами превращалось в арену разврата в честь языческих божеств11, явилось местом чистой любви.

Рука Всевышнего незримо управляла происходящим и свела ручейки индивидуальных судеб в русло всеобщего Избавления, ожидаемого многими поколениями. Но только о двух событиях книга открыто говорит как о проявлениях Божественной воли: «Вспомнил к добру Господь о народе Своем, чтобы дать ему хлеб» и «Господь дал беременность Рут». Первое — возвратило Нооми и Рут в Бейт-Лехем, второе — восстановило род Махлона, залечило раны Нооми и зажгло зарю Грядущего Избавления12.

Избавление приходит к Нооми в несколько этапов. Сначала — это спасение от голода благодаря преданности Рут и щедрости Боаза, который дал им пропитание до нового урожая. Когда Рут уходит с гумна, Боаз посылает с ней «шесть [мер] ячменя», чтобы она не возвращалась к своей свекрови с пустыми руками, — как бы в ответ на слова Нооми: «С пустыми руками вернул меня Господь» (1:21). Немного позже Боаз выкупает поле Нооми, и она снова становится самостоятельной землевладелицей. В начале книги, сравнивая себя с Иовом, Нооми говорит с горькой иронией: «[Даже если бы] я решила: есть у меня надежда... и родила бы сыновей» (1:12), а в конце у нее как бы появляется потомство: «невестка твоя, любящая тебя, родила его — та, которая лучше тебе, чем семь сыновей» (4:15), «И стали называть его соседки по имени, говоря: «Родился сын у Нооми»»(4:17). К отверженному Иову вернулись его друзья, чтобы утешить и ободрить13, а к Нооми-Маре, считавшей себя отверженной, пришли женщины, чтобы благословить ее (4:14). Подобный путь прошла и Рут: при первой встрече с жителями города те вообще не заметили ее, руководитель работ на поле Боаза назвал ее «девушкой-моавитянкой», «Рут-моавитянкой» ее называют вплоть до замужества. Комплимент Боаза «потому что знают в воротах народа моего, что женщина геройская ты» (3:11) воплощается в действительность тогда, когда народ ставит ее в один ряд с Рахелью, Леей и Тамар (4:11-12). А когда у нее рождается сын — вот тогда она удостаивается полноты благословений: в земном Бейт-Лсхеме она находит дружественную поддержку в своей свекрови и соседок, а на небесах ее включают в число матерей еврейского народа.

Любовь к земле Израиля в книге «Рут»

Рав Ицхак АРАМА

Задача книги «Рут» — дать представление о сути Божественного Провидения... воздающего каждому по его делам... Так произошло с Элимелехом: не желая растратить свое достояние, помогая беднякам своего народа, он покинул святую страну и отправился жить на полях Моава... С полными руками он ушел туда — но с пустыми руками вернул Всевышний его вдову. Из-за попытки присоединиться к чужому народу умерли он и оба его сына в нечистой земле, которую они избрали. Обратное произошло с Нооми и Рут, женщинами-героинями, единственными оставшимися из этой семьи: вернувшись в святую страну в бедности и нужде, после богатства и всеобщего уважения в Моаве, они удостаиваются избрания Всевышним и приближения к руководителям народа... От них произошло праведное потомство, восседающее на троне Дома Давида, из которого выйдет наш праведный Машиах!

(Акедат-Ицхак, Рут)

Примечания к книге «Рут»

Рав Шломо АЛЬКАБЕЦ

«И увидела та, что она тверда» (Рут 1:18). От учителя моего слышал я, что здесь имеется в виду не Рут, а Нооми: что твердость и сила ее зависела от того, что с нею шла Рут, поскольку та была женщина энергичная и сердце ее было всецело обращено к Небесам, и каждый, кто приближался к ней, укрывался под сенью ее заслуг. Вот поэтому-то Нооми перестала уговаривать Рут вер нуться и смело пошла вперед.

«Так вернулась Нооми с Рут-моавитянкой, невесткой своей, вместе с ней пришедшей с полей Моава» (1:22). Свидетельствует Писание, что Рут пришла [к Всевышнему] «с полей Моава» — то есть из пределов моавитянских, — что, как только она переступила границу земли Моава, она приняла бесповоротное решение принять еврейство.

И сказала Нооми: «И одень (весамт) одежды твои « (3:3) — имея в виду, как поясняет Гемара14, субботние одежды, чтобы у нее была еще и эта заслуга — заслуга субботних одежд. И для того чтобы их пропитал аромат и осветило святостью субботы, потребовалось участие Нооми — на что и намекает это слово, которое пишется весамти, а читается весамт — «и я одену [на тебя]». То есть: я одеваю тебя и иду вместе с тобой на гумно.

(Шореш-Ишай)

«Так вернулась с полей Моава...»

Раби Яаков КРАНЦ, Магид из Дубны

«И собралась она с невестками своими, и вернулась с полей Моава, потому что услышала в полях Моава, что вспомнил к добру Господь о народе Своем, чтобы дать ему хлеб» (Рут 1:6).

Мидраш: она услышала это от торговцев, переходящих из города в город. Представляется возможным разъяснить слова мидраша на основе сказанного в нем же. Написано: «Ибо не отринет Господь Свой народ ради Имени Своего великого» (Шмуэль 112:22) — и написано еще: «Ибо не отринет Господь Свой народ и наследие Свое не оставит» (Тегилим, 94:14). Здесь нет противоречия: в то время, когда сыны Израиля исполняют волю Всевышнего, Он не оставляет их как свой народ и как Свое наследие, а в то время, когда они не исполняют Его волю, — Он не оставляет их ради Имени Своего.

Притча на эту тему. На одном постоялом дворе собралось много гостей, и хозяин кормил и поил их за плату. И был среди них один, у которого не было денег заплатить, и потому он не шел к столу вместе со всеми. Однажды устроил хозяин для всех гостей пир за свои деньги, бесплатно, — и тогда также бедняк пошел к столу, решив: «Есть за деньги я не в состоянии, но если кормят бесплатно — я не хуже других!»

Мораль. Если бы Всевышний давал хлеб сынам Израиля согласно букве закона — Рут решила бы, что она недостойна получать вместе с ними. Однако, увидев, что это проявление милосердия, она тоже положилась на помощь свыше.

(Комм. «Коль гатор» к книге «Рут»)

«Кто ты?!»

Рав Хаим-Эфраим ЗАЙЧИК

«...И пришла она к свекрови своей, и спросила та: «Кто ты?..» И рассказала ей [Рут] обо всем, что сделал для нее тот человек» (3:16).

Можно предположить, что вопрос «кто ты?» относится к духовному облику Рут. Нооми задала его, потому что увидела, что лицо Рут изменилось и светится новым светом. Она поняла, что после того, как Рут обязалась слушаться своей свекрови и делать все, что та скажет, она совершила нечто великое и удостоилась подняться на более высокую духовную ступень. Однако на первый взгляд тот шаг, который Нооми посоветовала ей сделать, — весьма опасный, странный и совершенно выходящий за рамки приличий.

Положение, в котором оказывается Рут, напоминает о праотце нашем Яакове, в аналогичной ситуации сказавшем своей матери: «Вдруг дотронется мой отец до меня, и я буду в глазах его обманщиком, и навлеку на себя проклятье, а не благословение» (Брейшит 26:12). Для этого поступка, представлявшего собой немалое испытание и требовавшего необычной уступчивости, Рут нужна была особая сила, чтобы победить то естественное чувство, которое молодая женщина испытывает к старику. Ведь, согласно мудрецам нашим, Боазу в то время было уже 80 лет, а «женщина более любит юношу-бедняка, нежели богача-старика» (Рут Раба 6).

Из-за того что Рут послушалась свекрови, приняла и осуществила все, что та ей велела без малейшего возражения, она удостоилась особого духовного подъема, и лицо ее сияло светом этой высокой духовности. Нооми поняла, что это означает, и, застигнутая врасплох, во внезапном приливе радости, спросила: «Кто ты?» Ты стала совсем иной — над твоей головой я вижу небесный свет, ты глубоко изменилась духовно!

(Коль мевасер, 5742)

Первое доброе дело — гиюр

Рав Хаим ФРИДЛЕНДЕР

Книга «Рут» упоминает несколько добрых дел, совершенных Рут, и первое из них — гиюр. Слова Боаза «эта твое последнее доброе дело лучше первого» (3:10) таргум -перевод на арамейский язык — комментирует так: «Первое доброе дело — то, что ты перешла в еврейство». Следует понять, кому Рут оказала милость, сделав этот шаг: ведь на первый взгляд она оказала милость прежде всего самой себе, войдя в избранный народ и благодаря этому став праматерью царей?

Однако, согласно Торе, даже если совершающий доброе дело одновременно приносит пользу самому себе, его заслуга не становится меньше15. Поэтому несмотря на то, что Рут, без сомненья, выиграла от того, что прошла гиюр, — она совершила этот поступок из стремления к истине, для того чтобы приблизиться ко Всевышнему и доставить Ему удовольствие. Согласно «Зогару»16, это настоящая милость: «Кто истинно благочестив — тот, кто оказывает милость Владетелю своему». И Нооми, с которой она пришла и которая стала ей столь близка, она тем самым принесла добро. Так что поистине гиюр — это доброе дело.

Сифтей-эмет, Бней-Брак, 5755;

(Автор был духовным руководителем йешив «Поневеж» в Бней-Браке и «Ганегев» в Нетивот)

Великодушие Боаза

Рав Ханох ЭРЕНТРОЙ

Согласно мидрашу, одна из причин чтения книги «Рут» в день Дарования Торы — то, что своим рассказом эта книга дополняет содержание Торы.

«Слышишь, дочь моя, не ходи собирать [колосья] на другом поле и также не уходи отсюда, так, как сегодня, оставайся с моими работницами» (2:8).

Мидраш раскрывает сокровенный смысл написанного, сопоставляя слова «на другом поле» с заповедью «да не будет у тебя других богов»; «не уходи отсюда» — с «это Бог мой, и я прославлю Его»; «так, как сегодня, оставайся» — с «а вы, прилепившиеся к Господу, вашему Богу, все живы сегодня»; «с моими работницами» — вместе с праведниками17.

На первый взгляд слова мидраша уводят нас от буквального значения слов и придают этому стиху совершенно иной смысл. Попробуем же понять слова наших мудрецов и разгадать их загадки — и увидим, что эта книга действительно очень соответствует дню Дарования Торы. Некоторые называют ее «Песнь песней милосердия» — и они не преувеличивают: на примере Боаза можно поучиться деликатности и мягкости в отношениях с другими людьми.

«И спросила ее свекровь: «Где ты собирала сегодня и где [все это] делала? Да будет тот, кто признал тебя, благословен!» — и рассказала та своей свекрови то, что сделала ему, и сказала: «Имя человека, которому я [все это] сделала, Боаз»» (2:19). Комментируют наши мудрецы: «Не сказано: «то, что я сделала для себя», а — «то, что я сделала ему», — то, что бедняк делает для хозяина, больше того, что хозяин делает для бедняка. Вот поэтому-то сказала Рут: «...То, что я сделала ему», — много, много добрых дел я совершила для него ради того, чтобы он дал мне пищи на самую мелкую монету»18.

Милость, которую человек оказывает бедняку, весьма мала по сравнению с тем благословением, которое приносит ему бедняк. Поэтому бедняк должен выглядеть в его глазах не получающим, а дающим, приносящим ему благословение. Нет ничего более возвышенного и существенного для понимания смысла заповеди цдака, чем эта идея. И все это мы узнаем из книги «Рут». Безусловно, бедняку не пристало вести себя по отношению к хозяину по-господски, но хозяин обязан принимать бедняка с приветливым лицом и подчеркивать то, что тот оказывает ему большую услугу. В словах Рут «то, что я сделала ему» она выражает чувства, которые испытывала на поле Боаза, изумленная его приемом. Вместо подавленности, горечи и унижения того, кто просит подаяние, — неожиданная приветливость Боаза привела к тому, что Рут почувствала не себя нищей геркой — но уважаемой госпожой, оказывающей ему важную услугу.

Она была права. В словах самого Боаза можно услышать почти умоляющую нотку: «Слышишь, дочь моя, не ходи собирать [колосья] на другом поле и также не уходи отсюда». В них звучат отголоски ревности и желание исполнить все заповеди во всей их полноте.

...Так же можно понять и слова мидраша: «Не ходи собирать [колосья] на другом поле» — от имени кого это сказано? От имени Того, Кто сказал: «Да не будет у тебя других богов». «И также не уходи отсюда» — от имени Того, про Которого сказали сыны Израиля: «Это Бог мой, и я прославлю Его», — тогда, когда освободил Он нас из Египта, из дома рабства и когда мы приняли на себя обязанность возвеличивать Его Имя в мире. «Так, как сегодня, оставайся», — сказано в духе заповеди Торы: «А вы, прилепившиеся к Господу, вашему Богу, все живы сегодня». Как объясняют наши мудрецы: «Подражай Его поведению: как Он милосердный — так и ты будь милосердным» — настолько, насколько человек из плоти и крови в состоянии уподобиться Превечному и Бесконечному.

(Комеу, Гаминха, выступления на темы Торы, Иерусалим, 5756, с. 155-156)

Гиюр Рут

Йегуда-Арье-Лейб АЛТЕР, ребе из Гур

Смысл чтения книги «Рут» в праздник Шавуот в том, что посредством исполнения Торы сыны Израиля собирают искры Святости, рассеянные среди народов мира. Приход (к еврейству) Итро подобен дарованию Письменной Торы, и именно благодаря Итро возвысился Моше, учитель наш, источник всей Торы. А приход Рут сходен с дарованием Торы Устной, соотносимый с ней царь Давид появился на свете благодаря Рут. Так же как сыны Израиля сотворены для того, чтобы свидетельствовать о Творце, да будет благословенно Имя Его, — как написано: «Вы — Мои свидетели», — так же представители иных народов, приходящих благодаря величию поступков праведников, — свидетели сынов Израиля.

(Сфат эмет, Шавуот, 5645)

Еще кое-что по поводу книги «Рут». Ее читают в Шавуот, чтобы показать, что, хотя Всевышний избрал нас и дал нам Тору, тем не менее мы готовы принять любого, кто придет, чтобы войти в нашу среду. Представляется верным, что гер («проживающий на чужбине») называется так потому, что он до сих пор находился в изгнании среди сил нечистоты; безусловно, как только он пройдет гиюр, он станет таким же евреем, как все сыны Израиля, — несмотря на то что до сих пор он был сокрыт в совсем другом месте. Об этом сказано: «Господь бережет геров» — Всевышний бережет души, тонущие в нечистоте. То же произошло и с сынами Израиля в Египте: Всевышний вывел оттуда души, утонувшие в скверне.

Сказано, что три драгоценности приобрел Всевышний: праотца нашего Авраама, первого из геров, Израиль — величайшего из геров, удостоившегося избрания Всевышним в качестве Его народа, и Давида — царя-помазанника, рожденного вследствие гиюра (его прабабки). Потому во времена Машиаха больше не будут принимать геров — по той причине, что все души, достойные прилепиться к Святости, будут полностью очищены от скверны и достигнут совершенства.

(Там же, 5649)

Сыны Израиля сотворены для того, чтобы собирать искры святости во всем мире, и, когда удостаиваются, они могут это сделать силой Торы. Если же нет — им приходится делать это иным способом: в изгнании, рассеиваясь по всему свету. Так случилось с Элимелехом, который оказался вынужденным уйти из Страны Израиля для того, чтобы обрести душу Давида — грядущего Избавителя. Рут же к Боазу пришла сама, она вошла в его дом силой Торы, на которую указывает его имя: Боаз -бооз(«в нем — мощь»). Возможно, что именно на это намекает мидраш, обращая внимание на слова Боаза: «...За то, что пришла ты», — величайшую похвалу Рут заслужила за то, что пришла сама, по собственному желанию. И потому — « будет награда твоя от Господа, Бога Израиля, полной!» Когда искры святости собираются сами — они достигают высочайших вершин.

(Там же, 5659)

Установили чтение книги «Рут» в праздник Шавуот для того, чтобы подчеркнуть: благодаря тому, что сынам Израиля дарована Тора, они стали образцом для всех будущих геров. Сыны Израиля были выделены для того, чтобы на их примере показать, какое будущее ожидает все человечество. «Тогда [уста] всех народов Я превращу в чистые уста». Но по правде — те, которые присоединяются к сынам Израиля из среды прочих народов, поднимаются выше всех. Сыны Израиля поняли это — что они избраны для того, чтобы весь мир приблизить к Всевышнему, — и воскликнули: «Все, что сказал Господь — сделаем!» Слово: «сделаем»-наасе, созвучно (словам Творца): «Сделаем человека». И еще сказано: «...И душ, которые они сделали в Харане», — а Онкелос перевел: «...Которых они привели к Торе». По мере того как сыны Израиля движутся к совершенству, принимая геров из других народов, в них все больше и больше проявляется свет Торы. Воистину сыны Израиля — часть самого Всевышнего и Его Торы, однако творить благо, приближая к Всевышнему далеких от Него, приходящих во имя Небес, — тоже проявление истины... Это относится и к потомкам Лота, таким, как Рут-моавитянка.

(Там же, 5664)

Речи и лекции

Цви-Перец ХАЙЕС

Книга «Рут»

Самый древний пример присоединения к иудаизму как результата признания содержащихся в нем великих гуманистических идей и любви к ним дает нам книга «Рут». Это образец духовного империализма иудаизма. Термин «империализм» здесь не должен вводить в заблуждение: речь идет не о грабеже и угнетении слабых — нет, речь идет о подъеме, духовного уровня. Если бы эту цель не дискредитировали грабежом, в различные периоды истории существовали бы массовые движения геров, приходящих в иудаизм. В новое время происходят подобные процессы, свидетельствующие о свежести и силе притяжения к иудаизму, о вечно юном духе нашего народа.

Примечания

[1] См. в моей книге «Народ и земля, предназначение и вызов», с. 64 — 72, об эмиграции из Страны Израиля в свете мидрашей.

[2] Рут Раба, 2:8.

[3] Там же, 2:10.

[4] Мнахот 110а, Тосафот «Умихаэль»

[5] Яд гa-хазака, Арайот 141

[6] Рут Раба 2 22

[7] Это ощущение обостряет мидраш, сообщая, что Нооми и Рут пришли в Бейт-Лехем в первый праздничный день Песаха. Так важно было им добраться до Бейт-Лехема к началу жатвы урожая, благословленного Всевышним, и вот — такая «торжественная» встреча!

[8] Комм, к Брейшит 20:11.

[9] Йешаягу 27:5; Зогар Хадаш, Рут 75.

[10] Шмуэль, I, 25:41.

[11] Гошеа 9:1.

[12] Мой друг, проф. Йегуда Радай, обнаружил хиазм между началом книги и ее окончанием. Согласно ему, Овед появляется как замена Махло-ну, а Давид - Элимелеху.

[13] Иов 42:11.

[14] Шабат 113б.

[15] Даже если получают пользу от неживой природы, необходимо испытывать к ней чувство признательности, не портить ее и не выказывать к ней презрения. Так говорят мудрецы наши (Бава кама 92б): «В колодец, из готорого попил, не бросай землю».

[16] Мишпатим II 114б.

[17] Ялкут Шимони, Рут, 2

[18] Рут Раба 2.