Ноябрь 2017 / Кислев 5778

ГЛАВА МАТОТ

ГЛАВА МАТОТ

Законы об исполнении и отмене обетов

Предыдущий раздел заканчивается описанием законов о жертвоприношениях в йом тов. Данный же раздел начинается с разъяснения законов об обетах. Такое «соседство» учит нас тому, что давший обет принести жертву обязан выполнить его, придя в Храм в ближайший йом тов.

Никогда не следует торопиться давать клятву или обет.

Каково различие между обетом и клятвой?

И то, и другое — разновидности обещаний. Обет подразумевает обещание ограничить себя в отношении какого-то определенного объекта. Например, обет полностью исключить из употребления вино. Если обещание не относится к объекту, то термин «обет» не подходит; к такому случаю больше подходит термин «клятва». Клятва — это личное обещание, которым человек ограничивает себя в совершении каких-то действий. Например, он обещает не ложиться спать ночью. Исполнение обещаний того и другого типа является абсолютно обязательным, даже если человек и не произнес Имени Ашема.

Легкомысленно дающий, а затем не выполняющий их уподобляется человеку, хватающему кинжал, который заколет его самого; он непременно пострадает.

Есть три ситуации, когда принятие обета достойно похвалы, так как способствует максимальной самоотдаче еврея:

1. Если человек желает совершить тшуву и избавиться от дурных привычек, он может принять обет, чтобы подкрепить свое решение. Например, если он обжора, то может дать обет в течение некоторого времени воздерживаться от еды; если пьяница — воздерживаться от алкоголя; если он жаден — отказываться от подарков и т.д.

2. Если еврею предоставляется возможность исполнить мицву, он может поклясться, что не упустит подходящего для этого случая.

3. Со времен праотца Яакова существует традиция давать обеты во времена бедствий.

Спасаясь от своего брата Эсава, Яаков дал обет отделять Б-гу десятую часть всего заработанного, если Он сохранит его невредимым и будет поддерживать во время нужды. Тем не менее даже великий праведник Яаков, страдая от невзгод, выполнил свой обет с опозданием.

Дающий обеты и клятвы в отношении тривиальных вещей совершает большой грех и причиняет хилуль Ашем.

Человек по имени рабби Шимон бен Антипатр славился своим гостеприимством. Однако ушей мудрецов достигли странные слухи. Говорили, что, принимая гостей, он очень хорошо угощал их, провожал их в путь, но перед тем, как вернуться назад, избивал их.

Узнав об этом, рабби Иоханан бен Закай попросил рабби Иеошуа посетить этого человека и расследовать слухи.

Рабби Иеошуа был встречен в доме рабби Шимона весьма сердечно. Вместе с хозяином они изучали Тору, пока не наступил вечер и не был подан хороший ужин. На следующее утро рабби Шимон сказал ему:

— Пойдем в микву.

Когда они вернулись, их вновь ожидала замечательная трапеза. Поблагодарив хозяина, мудрец сказал:

— Я должен покинуть твой дом. Кто меня проводит?

— Я сделаю это сам, — ответил хозяин дома.

Рабби Иеошуа шел впереди, нервничая в предчувствии удара, который мог обрушиться на него в любой момент. Наконец наступило время прощания, но ничего плохого так и не произошло, и хозяин уже направился к дому. Тогда рабби Иеошуа окликнул его:

— Позволь мне задать тебе вопрос. Почему ты всегда бьешь кнутом своих гостей, но не ударил меня?

Рабби Шимон отвечал ему:

— Ты талмид хахам и вел себя в моем доме благородно. Другие гости давали всевозможные клятвы. Они клялись не есть, не пить и не совершать каких-нибудь поступков, а потом пренебрегали своими обещаниями. Я слышал, что тот, кто дает клятву и нарушает ее, заслуживает наказания сорока ударами.

— Конечно, заслуживает, — согласился рабби Иеошуа. — Сорок ударов от тебя, сорок — от меня, а еще сорок — от мудрецов, которые послали меня расследовать этот случай.

Даже тот, кто, дав клятву, исполняет ее, должен быть наказан, если имеет привычку клясться без необходимости.

Царь Янай правил более чем двумя тысячами поселений, и Б-г разрушил все его владения. Почему?

Обитатели его владений имели привычку говорить: «Клянусь, что пойду в такое-то место; что буду есть такую-то пищу и т.п.». И хотя они исполняли свои клятвы, Б-г наказал их, потому что никто не должен клясться без необходимости.

Выполнение клятвы или обета обязательно для мальчиков, начиная с тринадцатилетнего возраста, и девочек, начиная с двенадцатилетнего возраста (а также для мальчиков двенадцати лет и девочек одиннадцати лет, если они понимают их значение).

Так как Ашем прекрасно понимает человеческую природу и знает, что позднее человек может пожалеть о том, что дал обет, Он дает нам возможность отказаться от него.

Отмена обетов

Если кто-либо, дав клятву или обет, позднее осознает, что исполнение их для него слишком трудно, он может обратиться либо к мудрецу — знатоку закона, либо к трем судьям. Они могут освободить человека от выполнения обета на основе заявления, из которого следует, что, давая обет, он не полностью осознавал, с какими трудностями сопряжено его выполнение, и, таким образом, обет был дан по ошибке.

Нарушивший обет объясняет детали своего обещания мудрецу (или судьям), который определяет, позволяют ли обстоятельства освободить человека от его выполнения. Если судья находит, что те аспекты обета, в невыполнении которых человек раскаивается, не были ему известны, судья может этот обет отменить.

— Дал бы ты обет, если бы знал, что позднее будешь сожалеть об этом? — спрашивает судья.

— Нет, — отвечает человек, который дал обет.

— Ты свободен от него, — провозглашает судья.

Тот факт, что обеты могут быть отменены, не должен побуждать человека давать их с легкостью. Во времена Цидкияу весь Санхедрин был приговорен к смерти за то, что аннулировал обет.

Вавилонский император Нэвухаднэцар обращался со своим вассалом, царем Цидкияу, очень уважительно. Когда Цидкияу приехал в Вавилон, чтобы подтвердить свою преданность императору, Нэвухаднэцар разрешил ему свободно проходить в его дворец и назначил его правителем над царствами Эдома, Моава, Амона, Цора и Цидона.

Однажды Цидкияу без предупреждения зашел в личную столовую Нэвухаднэцара и обнаружил, что император отрывает конечности от живого зайца, чтобы затем съесть их.

Потребление в пищу частей живого животного запрещено законами потомков Ноаха даже для неевреев. Испугавшись, что его жестокая привычка станет достоянием гласности, Нэвухаднэцар приказал Цидкияу:

— Поклянись, что ты никогда не расскажешь о том, что видел!

— Клянусь, — ответил Цидкияу.

Позднее он пожалел, что данная им клятва не позволяет ему раскрыть постыдное поведение императора, и потребовал, чтобы Санхедрин ее аннулировал. Отмена судьями этой клятвы оказалась роковой для них.

Однажды пять царей, чьи государства находились под управлением Цидкияу, беседуя, высмеивали Нэвухаднэцара.

— Ты больше, чем он, заслуживаешь быть императором, — льстили они Цидкияу. — Ты потомок династии Давида, и твое поведение благороднее.

— Можете быть уверены, что он действительно жестокий человек, — поспешно согласился Цидкияу. — Однажды, войдя в его комнату, я застал его пожирающим живого кролика.

Пять царей немедленно послали гонца в Вавилон, чтобы сообщить Нэвухаднэцару: «Еврей, которому ты разрешил свободно входить во дворец, заявляет, что видел, как ты ел живое животное».

Нэвухаднэцар расценил его слова как измену, но сомневался, наказать ли за нее одного Цидкияу или весь еврейский народ.

Приехав в город Дафне, расположенный поблизости от Антиохии, Нэвухаднэцар приказал Цидкияу и членам Санхедрина предстать перед ним.

Еврейским мудрецам Нэвухаднэцар предоставил почетные места.

— Садитесь, — приказал он, — и разъясните мне вашу Тору.

Мудрецы переводили для него один раздел за другим. Когда они дошли до обетов в разделе Матот, император спросил:

— Если кто-то захочет аннулировать свою клятву, может ли он это сделать?

— Он может пойти к мудрецам, — отвечали они, — имеющим достаточный авторитет для отмены его обета.

— Теперь мне понятно, как предал меня Цидкияу! — гневно воскликнул император. — Он пришел к вам, и вы отменили его клятву!

Трепеща от страха перед смертным приговором или пытками, мудрецы воззвали к Всемогущему, умоляя Его вспомнить все великие заслуги их праотцев и помочь им, но Ашем не принял их молитвы.

Нэвухаднэцар приказал, чтобы каждый член Санхедрина был привязан за волосы к хвосту лошади и таким образом протащен от Иерусалима до Луда.

Этот трагический эпизод был одним из многих событий, предвещавших разрушение Иерусалима и Храма.

Аннулирование обетов

Некоторые из обетов, данных маленькой девочкой, могут быть отменены ее отцом, а обеты, данные замужней женщиной, могут быть аннулированы ее мужем.

Отец имеет право отменить обет, причиняющий страдание его дочери, если она моложе двенадцати с половиной лет. Муж уполномочен отменить любой обет, затрагивающий отношения между ним и его женой, а также обет, заставляющий его жену страдать.

Отец (или муж) может отменить обет дочери (или жены) только в том случае, если объявит о своем несогласии с обетом в тот самый день, в который он о нем услышит. Если он не прерывает обет именно в этот день, он утрачивает право сделать это позднее.

Почему Моше называется «Б-жественным мужем» (Дварим 33:1)? Подобно мужу, он обладал уникальной привилегией отменять обеты, данные Всемогущим.

После совершения греха поклонения золотому тельцу Ашем грозил: «Я поклялся, что тот, кто служит иным силам, кроме меня, будет уничтожен».

Защищая народ Израиля, Моше умолял Его: «Разве Ты не учил меня на Синае законам об отмене обетов? Учитель, желающий, чтобы его правила выполнялись другими, должен сам поступать в соответствии с этими правилами. Поклоняясь золотому тельцу, евреи считали свои действия дозволенными. Не следует ли Тебе отменить свой обет?»

Облаченный в талит, Моше восседал, исполняя роль мудреца, отменяющего обеты. Всемогущий же, если так можно выразиться, стоял перед ним, прося освободить Его от клятвы.

Этот мидраш подчеркивает:

1. Великую доброту Ашема к еврейскому народу, ради которого Он отменил Свою клятву.

2. Силу молитв праведников, превращающих суровые указы в указы милостивые и влияющих, тем самым, на ход истории.

Подготовка к войне против мидьянитов

Ашем сказал Моше: «Отомсти за евреев мидьянитам, которые соблазнили их к идолослужению. Сделав это, ты приобщишься к своему народу».

Зная теперь, что не умрет, пока не уничтожит Мидьян, Моше мог бы отложить войну на несколько лет, чтобы продлить свою жизнь, однако он не колебался ни мгновения и немедленно начал собирать войска для битвы.

Противоположным образом поступил Иеошуа которому Б-г пообещал, что он не умрет до тех пор пока не поделит для евреев всю Землю Израиля. Иеошуа рассуждал так: «Дня меня выгодно не особенно торопиться завершать битву против тридцати одного ханаанского царя. Пока длится война, я буду жить и управлять народом Израиля. Это очень важно, ибо мне открыто, что после моей смерти евреи предадутся разврату и не будут более всецело отдавать себя служению Ашему».

Итак, Иеошуа не спешил завершать битвы с хананеями, как сказано: «Долгое время Иеошуа вел войну с этими царями». {Иеошуа 11:18).

Так как из-за Иеошуа задержалось поселение сынов Израиля в Земле, обладающей десятью уровнями святости, Б-г, мида-кенегед-мида, сократил его жизнь на десять лет. Вместо того, чтобы дожить до 120 лет, как Моше, Иеошуа умер в возрасте 110 лет. Так исполнились слова стиха: «Много помыслов в человеческом сердце, но исполнится то, что задумал Ашем» (Мишлей 9:21).

Хотя завоевание Эрец Исраэль закончилось и не под предводительством Иеошуа, слова Б-га о том, что именно он разделит всю Землю, исполнились, ибо даже незавоеванные ее участки были поделены между коленами при его жизни.

Моше объявил народу:

— Мы отомстим мидьянитам за Ашема! Уничтожив их, мы очистим имя Ашема, оскверненное их нечестивыми делами.

Ашем спросил:

— Моше, почему, говоря о войне с мидьянитами, ты называешь ее войной за Мою честь? Вы мстите мидьянитам за себя, поскольку они нанесли вам большой ущерб!

— Владыка вселенной, — ответил Моше, — Ты знаешь, что если бы мы, как и мидьяниты, были необрезанными идолослужителями, отрицающими Твои заповеди,

они не стремились бы уничтожить нас. Значит, мы ведем войну за Твою честь!

Моше собрал небольшое войско из 12 000 праведников, по тысяче от каждого колена (никто из них не был причастен к греху с моавитскими женщинами, ибо согрешившие не были достойны мстить за Всемогущего).

Еще по одной тысяче евреев от каждого колена было выбрано для охраны принадлежащего армии имущества и снабжения пищей. Третья тысяча представителей всех колен молилась, стоя у поля битвы.

По указанию Моше Пинхас возглавил еврейское войско в войне против Мидьяна. Сам Моше битвой не руководил, ибо вырос среди мидьянитов и не мог отплатить за оказанную ему доброту черной неблагодарностью.

Моше сказал: «Пусть Пинхас, который убил Зимри и Козби, завершит выполнение мицвы своим участием в войне».

Когда воины услышали, что Моше суждено умереть сразу же после сражения, они стали отказываться от участия в нем. Каждый из них умолял его: «Пожалуйста, замени меня кем-нибудь другим! Я не хочу участвовать в битве!»

Сыны Израиля любили своего вождя столь же горячо, сколь подчас противоречили ему, и поэтому способствовать приближению его смерти они, конечно, не желали.

Тогда Ашем повелел Моше: «Брось жребий, и он укажет на тех, кто должен участвовать в этом сражении». Будучи избранными Б-жественным жребием, воины пошли на битву не по своей воле, а для того, чтобы исполнить Волю Всевышнего.

Моше сказал Пинхасу: «Я предвижу, что на поле битвы ты встретишь Билама. Возьми Ковчег и одежды коэна, а также циц (головную ленту первосвященника), обладающий свойством противостоять силам нечистоты. Когда Билам начнет творить свои чудеса, подними циц, обратив его в сторону колдуна».

Перед началом сражения Моше вдохновил воинов на совершение тшувы, которая должна была очистить их даже и от налета греха. Он предвидел, что Билам вызовет силы нечистоты, и понимал, что евреи смогут одолеть их лишь в том случае, если будут совершенно безгрешны.

Уничтожение мидьянитов и Билама, гнев Моше на военачальников

Следуя указанию Торы, евреи собрали свое войско трубными звуками шофара.

Завидя приближение столь малочисленного войска мидьяниты уверились в своей победе. «Мы победили их даже тогда, когда в их войске было 600 000 мужчин (благодаря мору, постигшему евреев, после греха в Шитиме), — насмехались они. — Почему же они пришли к нам теперь с армией в 12 000 человек?»

В сражении участвовали пять мидьянитских царей, в том числе отец убитой принцессы Козби. Билам также был на поле битвы.

Что делал в Мидьяне Билам?

Узнав, что, следуя его наущениям, мидьянитские девушки соблазнили еврейских мужчин и что это стало причиной смерти 24 000 евреев, он решил получить плату за свой совет. Но поговорка гласит: «Верблюд пришел просить рога, а ушел с отрезанными ушами». На этот раз жадность Билама стоила ему жизни.

Хотя силы противников были не равны, евреи чудесным образом одолели вражеское войско и убили всех мидьянитских солдат.

Желая спасти себя и пятерых мидьянитских царей, Билам произнес магические заклинания, благодаря которым и он сам, и его сообщники взлетели в воздух.

Билам летел все выше и выше, пока не достиг Трона Б-жественной Славы, но Пинхас преследовал его и здесь.

Мидраш имеет в виду, что Билам принес совершенный в Шитиме грех к Небесному Трону, однако Пинхас победил его, опровергнув предъявленные чародеем обвинения.

Подняв циц, на котором были написаны слова «Кодеш лаАшем» (Святыня Ашему), Пинхас обратил его в сторону Билама и мидьянитских царей, и они тут же упали вниз.

Билам умолял Пинхаса:

— Позволь мне остаться в живых! Я обещаю никогда больше не пытаться проклинать твой народ. Пинхас отвечал:

— Не ты ли всю свою жизнь стремился уничтожить наш народ? Не ты ли посоветовал фараону истребить нас? Не ты ли после Исхода из Египта подстрекал Амалека к войне против нас? Не ты ли, увидев, что не можешь проклясть евреев, дал Балаку гнусный совет, следуя которому мидьянитские дочери соблазнили наших мужчин? Ты стал причиной смерти 24 000 евреев, за все это ты будешь лишен жизни.

С этими словами Пинхас вытащил меч и убил Билама.

Евреи убили мидьянитских мужчин, но оставили в живых женщин и детей. Они сожгли мидьянитские города и, взяв множество трофеев, принесли добычу Моше, чтобы тот распорядился ею должным образом. Не было ни одного воина, сокрывшего добычу в корыстных целях.

Моше, Элазар и главы колен вышли навстречу возвращающемуся войску, чтобы приветствовать его и взять под охрану добычу, ибо некоторые юноши из лагеря Израиля пытались захватить ее.

Моше надеялся, что командующие войском и без особых приказов с его стороны осознают, что мидьянитские женщины, явившиеся причиной происшедшей трагедии, будут опасны и в будущем, а потому должны быть убиты. Увидев, что евреи взяли в плен женщин и детей, он пришел в негодование.

— Разве вы не поняли, что должны истребить женщин? — упрекал он военачальников. — Ведь именно они и побуждали вас грешить!

— Возможно, — сказал Моше воинам, — вы уступили греху, подобно тому, как сделали это в Шитиме, и поэтому сохранили жизнь женщинам?

— Нет, — единодушно отвечали они, — НИ один из нас не согрешил. Мы не заходили в дома мидьянитов поодиночке и прежде, чем отобрать у женщины украшение чернили ее лицо. И тем не менее мы хотим принести искупительные жертвы.

— Если вы не грешили, почему вы считаете, что нуждаетесь в искуплении? — удивленно спросил Моше. Полученный им ответ был таков:

— Нам не удалось не встречаться взглядом с мидьянитскими женщинами, и поэтому мы хотим очистить себя от возникавших при этом греховных мыслей, принеся жертву.

И хотя до этого Моше бранил их за то, что они оставили женщин в живых, услыхав такие слова, он не мог удержаться от похвалы армии, воины которой беспокоились о своих греховных мыслях.

Мидьянитских женщин заставили пройти перед цицем. Лица тех из них, которые годились для замужества, становились зеленого цвета, и они были убиты.

Моше предупредил солдат, ставших нечистыми от контактов с трупами, чтобы они не входили в лагерь Шехины. В соответствии с законами об оскверненных трупной нечистотой, они должны были пройти ритуал очищения и подвергнуться окроплению водой рыжей коровы.

Элазар объясняет законы кашерования нечистых сосудов, Моше и Элазар распределяют трофеи

В этой войне евреями были захвачены сосуды, прежде использовавшиеся для некашерной пищи, и Элазар объяснял законы их кашерования.

Почему эти законы не были объяснены ранее? В предыдущих войнах евреям разрешалось пользоваться некашерной посудой, так как во время завоевания Эрец Исраэль они имели специальное разрешение употреблять некашерную пищу (Хулин 17а), а следовательно, и некашерные сосуды. Война против мидьянитов велась вне Эрец Исраэль, на чужой территории, и использование нееврейских сосудов было запрещено.

Элазар узнал эти законы от Моше, однако сам Моше в тот момент их вспомнить не мог, поскольку был объят гневом на военачальников, а человек, поддавшийся гневу, теряет часть своей мудрости.

Объяснения Элазара были следующими: «Сосуды, использовавшиеся для некашерной пищи, должны быть тщательно очищены от грязи и ржавчины.

Метод кашерования зависит прежде всего от прежнего использования посуды. Например, вертел, на котором некашерная пища жарилась на костре, должен быть откашерован путем накаливания на огне. Если сосуд использовался для приготовления горячих жидкости и пищи, он кашеруется погружением в кипящую воду. Тарелки и чашки, применявшиеся только для холодной пищи, нуждаются лишь в тщательном мытье.

Более того, сосуды, изготовленные неевреем и перешедшие во владение еврея, должны быть освящены погружением в микву.»

Ашем приказал Моше и Элазару сосчитать захваченных у мидьянитов пленников и скот и отдать половину тем, кто принимал участие в войне; другая половина должна была быть распределена среди всех евреев. Воины были обязаны отдать одну пятую часть своей доли Элазару, остальные евреи — отделить пятидесятую часть полученного и отдать ее левитам.

Поделены были только пленники и скот. Захваченные сосуды и украшения остались у воинов, каждому из них было разрешено оставить себе все, что ему удалось добыть. Тем не менее они добровольно посвятили часть своих сосудов и украшений Мишкану.

Два колена и половина колена Менаше готовятся к поселению на восточной стороне Иордана

До того, как присоединиться к остальным коленам в походе в Эрец Исраэль, колена Реувена, Гада и половина колена Менаше построили города для своих семей и загоны для скота на восточной стороне Иордана.

Кроме того, они переименовали все уже возведенные на их землях города, ибо эморейцы называли их именами своих идолов.

Таким образом, эти два колена и половина колена Менаше продемонстрировали, что, несмотря на географическую отдаленность от своего народа, они служат Единому Б-гу, как и их братья в Эрец Исраэль.

Один из потомков Менаше, Новах, назвал завоеванные и обустроенные им земли своим именем. У него не было детей, и он надеялся, что таким образом увековечит свое имя, однако это имя не сохранилось в нашем народе.

Этот упомянутый в Торе эпизод должен научить нас следующему: Б-г не желает, чтобы мы стремились увековечить память о себе посредством возведения грандиозных каменных строений. Еврейские памятники — это духовные достижения в жизни, посвященной изучению Торы и исполнению заповедей.