Ноябрь 2017 / Кислев 5778

ЧАСТЬ 2

ЧАСТЬ 2

Молчание

1) Знание

Подобно времени и жизненному опыту человеческий разум имеет две фазы существования - ограниченную физическую и трансцендентальную. Наилучшим образом эту мысль можно выразить так: человек состоит из тела и души, а разум состоит из внешней, земной оболочки и внутреннего, духовного ядра. Проблема в том, что у нас нет подходящих слов для описания внутреннего разума, но мы должны найти их, потому что именно это ядро превращает каждого из нас в человека, еврея, неповторимую личность. Давайте обсудим эту важную тему и попытаемся понять ее несмотря на терминологические трудности.

Внутренний разум - это сосуд знания, "даат". В Талмуде сказано: "Деда бей, кула бей; дло да бей, ма бей? - Тот, кто имеет, имеет все; тот, кто не имеет, что он имеет?" Можно привести и более резкие высказывания о человеке, не имеющем "даат", внутреннего знания. Талмуд выражает проблему отсутствия "даат" таким изречением: "Ми ше-эйн бо деа, асур лерахем алав" - нельзя проявлять "рахманут" (жалость, милосердие) к человеку, лишенному "даат", мудрости. Почему?

Признайтесь, вы не дадите деньги наркоману - деньгами вы ему не поможете, а только усугубите его состояние. Точно так же и здесь: нам приходится отказывать в определенных видах помощи человеку с дефицитом "даат", потому что такая помощь лишь повредит ему.

"Даат" - это способность размышлять, взвешивать, принимать решения. Человек с высоким уровнем "даат" умеет правильно решать возникающие проблемы даже при полном равновесии аргументов "за" и "против". "Даат Тора" и есть та уникальная, бесценная способность, благодаря которой знаток Торы находит правильный выход из любого положения, даже если все варианты кажутся равноценными, настолько его разум глубок и восприимчив.

Именно здесь сосредоточена вся ценность разума. В Торе единица валюты называется "шекель" - корень этого слова означает "взвешивать", "сравнивать" ("лишколь"). Поэтому всякий "киньян", приобретение, является функцией "даат". Ребенок не имеет "даат", и все сделки, которые он заключает, юридически недействительны. В возрасте "бар-мицвы", еврейского совершеннолетия (13 лет), к мальчику приходит "даат", и с этого момента он несет юридическую ответственность за свои поступки. Отныне юноша (или девушка с 12 лет) может совершать "киньяним", приобретения, на законных основаниях. Сказано в Талмуде: "Да кани, ма хасер? Да ло кани, ма кани? - Если ты приобрел это (даат), чего тебе не хватает? А если у тебя нет этого, то что ты приобрел?" Другими словами, без "даат" нет "киньяна", приобретения, а в более широком смысле, нет и духовного роста.

Вот почему человек, лишенный "даат", попадает в такую отчаянную, безвыходную ситуацию, что ему нельзя ничем помочь. На эту тему есть мрачный каламбур: тот, у кого так мало "даат", что он не может даже получать "рахманут", - действительно нуждается в "рахманут", жалости.

В чем суть этого особого знания?

Для раскрытия представленной концепции требуются многословные, обстоятельные объяснения. Но когда вы, наконец, поймете ее, она покажется вам такой фундаментальной, такой очевидной, что вы невольно удивитесь - зачем потребовалось так много слов для ее раскрытия? Это похоже на обучение ремеслу: никакие слова не могут передать все нюансы, необходимые для выработки навыка и стиля работы. Но мастер не только объясняет; он еще и показывает, стремясь подвести ученика как можно ближе к сути ремесла, чтобы в какой-то момент тот ухватил эту суть - почти случайно. Постигнув секрет ремесла, ученик будет считать его легким, очевидным и сохранит на всю жизнь. Ему, конечно, потребуется много сил, чтобы научить этому навыку другого ученика. На самом деле, из самого определения "даат" мы узнаем, что никакие слова не подходят к нему, - слова просто не могут существовать в этом измерении. И все же надо помнить, что глубинная мудрость - лишь описание реальности: тонкий, восприимчивый человек непременно распознает ее.

***

В изучении "даат" лучше всего пользоваться методом исключения. Вначале надо понять, какие элементы разума не входят в него. Проведя разграничительную черту между разными категориями разума, мы сумеем затем проникнуть в сферу "даат". Классическое описание этой идеи было предложено рабби Деслером. Он говорил так.

Разум состоит из двух частей - внешней, "мабат а-хицони", "внешнего взгляда" или "внешнего глаза", и внутренней части, "мабат а-пними", "внутреннего взгляда" или "внутреннего глаза". "Внешний глаз" легко описать словами: это такая часть разума, которая воспринимает окружающий мир с помощью пяти органов чувств; она включает в себя способность к рациональному или логическому мышлению. Внешняя часть занимается материальными, измеряемыми, арифметическими и логическими категориями. Все, что относится к этой части, можно выразить словами, подвергнуть проверке, доказать или опровергнуть. На этом уровне можно установить полное взаимопонимание между людьми. Практически все, что существует в физическом мире, доступно этой сфере познания. Неслучайно, ее функции легко дублируются машинами и механизмами, которые обладают порой большей эффективностью, чем сам человек. В качестве примера можно привести компьютеры и вычислительные устройства.

Теперь перейдем ко второй части. Все аспекты нашего сознания (и само сознание), не входящие в это определение, составляют "внутренний глаз" или "даат". "Даат" - это истинное знание. Оно воспринимает вещи такими, как они есть, и потому, что они такие, а вовсе не потому, что их можно измерить, доказать или как-то выразить. В действительности, те вещи, которые осознаются "даат", никогда нельзя выразить, доказать или измерить. Они не бывают физическими, ограниченными. Ни в одну машину нельзя заложить знание типа "даат". Этот внутренний аспект знания и есть "я", моя истинная сущность. Те внешние механические аспекты разума, которые может дублировать машина, это не "я"; это всего лишь инструменты, свойства, которые мой внутренний разум использует для общения с окружающим миром. Внешние вещи, которые я знаю, просто регистрируются, как элементы компьютерной программы; а вещи, которые я знаю внутри себя, не регистрируются - они и есть то самое внутреннее знание.

В действительности, "даат" означает скрытую, интимную общность. Близость в браке Тора называет "познанием", "даат". Это связано с тем, что внутренний разум и его знание тесно и неразрывно переплетены между собой. Знатоки еврейской мистики говорят: если ты знаешь что-то своим внешним разумом и это знание ложно, оно просто вычеркивается из сознания; но если ложным окажется нечто, усвоенное внутренним разумом, - ты перестаешь существовать. Таков характер интимного контакта. На самом деле, ничто из того, что усваивает наш "даат", не бывает ложным, ибо эта часть разума - вместилище правды. В чистой среде "даат" мы что-то понимаем или не понимаем, но неправильное понимание исключено.

***

Какие элементы содержатся в "даат"? Беглый анализ показывает, что речь идет о всех вещах, играющих важную роль в нашей внутренней жизни. Упомянем некоторые компоненты "даат": знание о своем существовании (это главное знание "даат"); знание о настоящем; знание о своем свободном выборе; ощущение, что в жизни есть значение; видение подлинной правды и лжи; и наконец, "даат" - это вместилище знания о трансцендентальной реальности (мистики говорят, что на самом деле речь идет о самом первичном знании "даат" в его расширительном значении - что я существую; ведь одно из Имен Б-га - "Ани", бесконечное "Я").

Просмотрев этот перечень, мы увидим, однако, что при всей своей безусловной важности для понимания концепции человеческой сущности, эти положения невозможно доказать. Хотя они глубоко изучены, их нельзя выразить словами. Как бы мы ни отстаивали реальность морали, упрямый скептик всегда может ее опровергнуть. Еще никому не удалось формально доказать факт, что "я существую"; это старейшая проблема философии. (Крылатое изречение "я мыслю - следовательно, я существую" вовсе не значит, что мое существование доказано благодаря физиологической работе мозга. Здесь не больше доказательства, чем в физиологии любого другого человеческого органа. В данном случае мы просто имеем дело с исходным утверждением "даат". На самом деле, это изречение значит: "Я знаю, что я есть, поэтому я - есть". Но поскольку явления "даат" невозможно описать словами, приходится просто заявить: "Я мыслю - следовательно...", и посвященный сразу поймет, о чем идет речь.)

***

Итак, дилемма ясна. Как проверить, очистить, возвысить разумом все эти сферы, если их невозможно доказать или выразить? Как мы можем вообще логически рассуждать о них? На эти вопросы существует простой, но неожиданный ответ. Подобно тому, как внешний разум используют для восприятия доступных ему вещей, точно так же "даат" должен воспринимать материал предназначенный именно для него. Нельзя пользоваться одним режимом сознания для усвоения материала из другого режима. Рабби Деслер, поясняя эту мысль, использует следующий яркий пример. Внешний разум, говорит он, похож на фотоаппарат. Фотоаппаратом можно снимать все, что угодно, кроме него самого. Если вы попытаетесь развернуть фотоаппарат объективом внутрь, вы его просто сломаете. Точно так же и здесь: логический, арифметический, ограниченный глаз внешнего разума нельзя направить во внутрь. Он должен всегда смотреть наружу, на внешний мир, в то время как внутренний "даат" призван использовать свое чувствительное, духовно чистое и ничем не затуманенное око для восприятия собственной сущности, собственных граней.

Я изначально знаю, что существую; это самоочевидно. Мне не требуются никакие специальные сенсорные датчики, чтобы убедиться в собственном существовании. Я просто знаю это, мое убеждение глубоко и незыблемо. Даже если человек лишен способности обонять, слышать, видеть, осязать и пробовать на вкус, он все равно наверняка обладает собственным сознанием, знает о своем существовании. Таким образом, все содержание "даат" изначально известно - это исходные принципы. При попытке вывести доказательство "даат" разрушается.

***

Существуют особые упражнения, с помощью которых можно увидеть коренные различия между этими двумя измерениями - внутренним и внешним. Одно из них особенно популярно у молодежи. Подросток смотрит в небо и думает: где же оно кончается? С этого вопроса начинается обычно такой внутренний диалог: "Оно не кончается, продолжается вечно". Через несколько секунд следует возражение: "Но это невозможно. Должен быть где-то конец. Наверняка есть конец". Еще через несколько секунд новый вопрос: "Но что там за этим концом? Должно же быть какое-то продолжение. Есть, конечно, есть, и оно тянется вечно", и т.д. Перед нам простой пример попеременного использования внутреннего и внешнего образов мышления в быстром режиме. "Даат" легче воспринимает бесконечность, а внешняя мудрость не может усвоить эту идею. Она немедленно возражает доводам "даат", пытается их анализировать. Но у нее не получается - фотоаппарат ломается, и "даат" получает свободу. Однако спустя некоторое время "фотоаппарат" снова исправен, и попытка повторяется. Именно такие колебания происходят в мышлении, когда человек пытается думать о Б-ге.

В классическом случае "даат" получает свободу, когда мы испытываем отчаянный страх. Человек летит на самолете, философски размышляя о том, существует он или нет, и вдруг машину начинает сильно трясти. Разве можно избавиться в эти мгновения от страха за свое существование? Наш пассажир теперь больше ни о чем не думает, кроме: "Б-же, не дай мне умереть!" (или "Спаси моего ребенка!" - это, по существу, та же самая реакция, только распространенная на другое, самое близкое существо). Страх эффективно парализует внешнее мышление, и остается лишь богатый опыт своего личного существования.

Такие же сильные чувства охватывают человека, пережившего смертельную опасность. Один мудрец рассказывал, как его однажды захлестнули океанские волны. Он уже терял сознание, но в последнее мгновение успел выплыть на поверхность и хлебнуть глоток живительного воздуха. "Это был глоток чистого "даат", - сказал мудрец. Так он описал свое суперощущение жизни, когда сама его жизнь висела на волоске.

(Знатоки тайного учения объясняют, что в основе всякого удовольствия лежит обостренное чувство жизни. Вот почему благословение, которое мы произносим на удовольствие от еды, "биркат а-неэнин", звучит так: "Благословен Дающий жизнь мирам!" Мы используем ощущение удовольствия, чтобы осознать факт своего существования - мы используем возможность сказать благословение на саму жизнь.)

***

"Даат" проявляется в своем чистом виде через медитацию. К этой теме тоже нелегко подобрать точные слова. Знатоки говорят, что для медитации надо "выключить сознание". Эта неуклюже сформулированная рекомендация (как и все другие характеристики "даат") прямо противоположна тому, что известно посвященным в ее тайны. "Выключение сознания" - это не медитация, а бессознательное состояние. Возможно, так достигают релаксации, но отнюдь не медитации. Медитация - это не выключение, а, наоборот, активизация разума. Впрочем, все эти слова лишены смысла, поэтому нам обычно предлагают "отключиться". В действительности речь идет о выключении внешнего разума, что как раз ведет к активизации "даат". Поскольку эти два элемента находятся изначально в конфликте - "даат" стремится к трансцендентальности, а внешняя мудрость хочет удержаться в рамках физической реальности, их столкновение должно быть прекращено до того, как внутреннее знание одержит верх. Все эти положения очевидны - надо лишь признать их.

***

На самом деле, у внутренней и внешней мудрости более глубокие взаимосвязи. Хотя они функционируют в несовпадающих режимах, их тесная связь неоспорима. (Здесь мы видим, что для "даат" изначально характерно стремление к интимному слиянию.) Дальнейшие рассуждения покажут, что даже внешние факты регистрируются разумом отнюдь не автоматически. В ходе такой регистрации происходит их усвоение, понимание; они становятся частью сознания. Иными словами, есть внешние факты - логические, поддающиеся доказательству, выраженные в четких терминах. Они входят во внешний разум, но после этого сливаются со всем разумом, и тогда "даат" взаимодействует с ними, впитывает их, близко познает.

"Даат" видит разницу между регистрацией факта и его пониманием. Классической иллюстрацией этого может служить типичная ситуация, когда человек часами бьется над какой-то задачей, не видя ее решения; или даже он видит решение, но не понимает его, не может вникнуть в него. Наконец, он сдается и идет спать. Ночью его осеняет и проснувшись утром, он восклицает: "Я нашел решение! Я понял!" Мистические источники объясняют причину такого явления: когда человек бодрствует, могучее логическое мышление подавляет "даат" и занимает весь разум; однако сон ослабляет напор логики, действующей в строгих границах, и тогда "даат" восстанавливает свои позиции. Решение приходит именно в тот момент, когда человек перестает думать над задачей. Словесные объяснения здесь неуместны; тот, кто испытал сей феномен, не нуждается в словах.

Человеку требуются обе способности: умение выделять внешнюю информацию из окружающего мира путем взаимодействия с ним, четко анализировать ее, пользуясь вычислительно-компьютерными функциями мозга, и чутко схватывать эту информацию своим внутренним мышлением, на что ни одна машина не способна. Информация, не "схваченная" таким образом, не понятая, не является достоянием человека. Понимание без информации невозможно - связь должна происходить с чем-то. Таково значение слов мишны: "Им эйн даат, эйн бина; им эйн бина, эйн даат - Если нет "даат", то нет и "бина" (логическое, аналитическое знание); если нет "бина", нет и "даат". Из этой формулировки следует, что не может быть ни капли одного без другого: "даат" и "бина" должны всегда усваиваться одновременно.

***

Именно связь внутренней и внешней мудрости, их гармония составляют красоту разума; этот скрытый союз является основой нашего бытия. Если обе части взаимодействуют правильно, если внешний разум остается под контролем, отдавая свой канал восприятия в распоряжение "даат", а "даат", в свою очередь, правильно понимает всю внешнюю мудрость, то мысль человека развивается плодотворно. Только при слиянии мужского и женского элементов мышления рождается плодотворная, созидательная энергия разума. Такова скрытая логика "бар-мицвы": ребенок приобретает "даат" лишь после того, как физически созревает его организм.

Пользуясь нашей терминологией , можно сказать, что внешний разум - это нижний уровень, ограниченный физической реальностью и привязанный к ней, а внутренний разум, "даат", относится к более высокой сфере, истинно человеческой, истинно безграничной. Нижний разум легко обучить и развить; над развитием высшей мыслительной способности приходится трудиться всю жизнь. В том и состоит наша задача - встать над физической реальностью, над механикой природы и широко раздвинуть горизонты "даат"; начать с простого и глубокого осознания, что "я - есть", и устремиться к восприятию высшего Существования, к знанию, что это Существование истинно и подлинно. Такова цель "даат", вместилища истинного знания.

***

Конечным спасением и высшим откровением будет раскрытие "даат". Знание высшей Реальности, Самого Б-га и есть цель нашего существования. Рамбам пишет, что цель Сотворения мира заключалась в создании "ума ше-хи йодаат эт Ашем - народа, который знает Б-га": "знает" с мудростью "даат". "Ки мал'а а-арец деа - Ибо земля наполнена знанием", уточним - истинным знанием. "Аскель ве-ядоа оти - Становитесь мудрыми и познайте Меня".

Мы должны открыть вместилище души и наполнить его этим знанием. Один мудрец нашего поколения сказал, что мы не можем позволить себе недостатка "даат" - иначе мы не удостоимся "рахманут", в котором так остро сейчас нуждаемся. Главное для нас - открыть вместилище, и тогда оно непременно наполнится.

2) Молчание

Самым ценным инструментом для развития внутреннего знания является молчание. Поскольку внутреннюю мудрость невозможно выразить словами, она целиком заключена в молчании. Рассмотрим это положение.

Слова ограничены и преходящи. Как бы тщательно и изобретательно мы их ни подбирали, они все равно дают нам только фрагменты значения. Это всего лишь кирпичики, строительные элементы, с помощью которых мы пытаемся наладить связь. Человек с глубоким духовным восприятием знает: чем глубже наш опыт и чем ближе мы подходим к сути рассматриваемого предмета, тем труднее его выразить. Самые значительные моменты в жизни не требуют слов - они требуют тишины. Когда слова вторгаются в эти особые моменты, они опошляют их, снижают до уровня пародии. Мы глубоко страдаем, когда не можем поделиться с другими прекрасными моментами жизни, неповторимыми переживаниями, - у нас просто нет нужных слов. Лучшее лекарство от таких страданий - побыть вместе с другим человеком, обладающим таким же внутренним чутьем на подобные вещи; тогда никакие слова не потребуются.

Есть мнение, что слова всегда лгут. Они не могут точно передать наше сознание. Еврейский алфавит начинается с букв "алеф-бейт-гимел-далет". Первая буква "алеф" указывает на мистическое знание, высшую мудрость; ее числовое значение - один, символ Б-жественного Единства. На письме она состоит из верхней буквы "йод" и нижней, зеркально отраженной "йод", соединенных буквой "вав". Арифметическая сумма этого трехбуквенного сочетания равняется 26, что соответствует числовому значению Имени Б-га. В "алефе" содержится еще множество других тайн, но в данном случае для нас важна лишь одна из них: "алеф" - молчаливая буква, непроизносимая на письме. Всеохватывающее высшее знание не имеет звука. Зато следующие после "алефа" три буквы ведут нас в осязаемый физический мир; "бейт-гимел-далет" образуют вместе слово "бегед", одежда или внешняя оболочка невидимого ядра. Впрочем, "бегед" означает не только одежду, но и предательство. Иначе говоря, одежда может лгать; она скрывает сущность, не дает ей проявиться - такова функция одежды. Молчаливое ядро не лжет, но его внешние оболочки, которые обладают звуком, речью, способны говорить - лживо, предательски. (Кстати, такое же значение и у слова "меиль", верхняя одежда, пальто. От этого корня образуется слово "меила", осквернение святыни, измена святости, вероломство.)

***

Короче, слова создают трудноразрешимую проблему. Маарал объяснял, что Моше-рабейну не умел хорошо говорить именно поэтому. Принято считать, что пророк страдал дефектом речи, вызванным каким-то физическим изъяном. В действительности все наоборот: он не мог хорошо говорить именно из-за своего абсолютного совершенства, в том числе физического. Моше находился в мире правды, где все воспринимается в своем истинном виде, постигается чистой мерой "даат". Когда видишь мир таким, по существу, пророческим видением, его невозможно описать словами. Любая попытка трансформации неизбежно ведет к снижению Б-жественного знания до уровня ограниченной в пространстве и времени материи. О том, что Моше не был простым заикой, свидетельствуют события Синайского откровения. После чуда дарования Торы на Синае произошло именно то, что должно было произойти: преобразуя сверхъестественным образом Слово Б-га в слова Торы, Моше говорил вполне нормально - внятно и с хорошей дикцией, как сказано: "Эле а-дварим ашер дибер Моше - Вот слова, которые говорил Моше". Короче, чтобы высказать высшую истину, "одеть" сущность в надлежащие одежды, не "предав" ее, необходимо чудо.

Именно этим объясняется скрытость мистического учения, называемого "сод", тайна. По мнению непосвященных, слово "тайна" употребляется здесь потому, что мудрость этого учения хранится в тайне, о ней никто не рассказывает. Совсем не так. На самом деле слово "тайна" означает, что эту мудрость невозможно пересказать, ее нельзя выразить словами. Даже если ты знаешь эту "тайну", она остается тайной.

***

Нагляднее всего ограничительное воздействие речи проявляется в агадическом рассказе о процессе рождения человека. Как уже говорилось, ангел учит Торе еще неродившегося младенца. Когда ребенок постигает всю мудрость Торы и начинает перемещаться в наш мир, ангел ударяет его по губам, и тот забывает все, что выучил. Странно: почему ангел бьет по губам? Удар по голове более уместен, чтобы лишить памяти. В каббалистических источниках мы находим красивое объяснение: удар по губам наделяет младенца даром речи. В мистическом значении, удар - это всегда толчок к росту, к развитию новой способности, достижению нового уровня, а по губам, потому что губы - это орган речи. Как только ребенок приобретает элементарную способность формулировать слова и предложения с их ограниченными возможностями выражения идей, он теряет ясное и глубокое представление о высшей мудрости. Здесь важна не последовательность событий, а их причинная связь. Ребенок забывает Тору именно потому, что приобрел речь. Выражая в словах свои мысли, человек, сам того не желая, втискивает абстрактные понятия в ограниченную языковую форму, т.е. делает нечто противоположное расширению понятий до их беспредельной сущности. И только чудо может восстановить былую связь - чудо или напряженный труд молчания.

***

Молчание способствует глубокому развитию личности. Это не роскошь, а обязанность. Ведь личность не может ограничиваться только тем, что можно выразить. Если вам предложат рассказать о себе за несколько минут, то вся ваша суть уложится в те немногие предложения, которые вы успеете произнести - от начала до конца. Но сколько бы вы ни сообщили, ни высказали, - это еще далеко не вся информация, к ней можно добавить бесконечно много других сведений. На эту тему в Торе приведен яркий, эмоциальный рассказ. Когда царь Давид доставлял в Иерусалим Ковчег Завета, он танцевал перед ним с радостным исступлением. Тора описывает его публичный танец исключительно экспрессивно, поскольку Давид выразил в нем свое глубочайшее почитание и любовь к Творцу.

Затем он отправился домой, и его жена Михаль, дочь предыдущего царя Шауля, стала упрекать мужа за несолидное поведение на глазах у подданных. Она обвинила его в том, что он вел себя легкомысленно перед служанками и всем народом, "ке-эхад а-рейким - как пустой человек". Давид резко возразил жене. Он объяснил, что по сравнению с честью Творца его честь ничего не стоит и что он готов даже на нечто большее: на глазах у тех же служанок, говорит он, "ункалти од ми-зот - я готов пойти и дальше этого", готов вести себя еще легкомысленнее. Затем мы узнаем, что в наказание за неуместную критику Михаль не имела детей до самой смерти, а более внимательный анализ текста показывает, что на самом деле она родила ребенка в последний день своей жизни и умерла от родов.

В чем смысл этого спора? Что именно беспокоило Михаль? И что значит ответ Давида? Какая связь их разговора с родами и почему его последствия оказались столь тяжелы? Чем Давид рассердил свою жену? Тем, что обнажил какую-то часть своего тела - ступни, лодыжки? Мы знаем, что у Торы бездонная глубина. Что скрывается здесь под оболочкой слов?

В этом рассказе заключена важная мысль, имеющая прямое отношение к нашей теме. Давид обнажил не лодыжки, вообще ничего в физическом смысле; он приоткрыл свою душу. Ведь танец представляет собой очень мощное средство самораскрытия. Говорят, что человека, его душевную глубину можно узнать по походке. По танцу тем более! В танце Давида проявилась такая мощь, такая сила, что Михали показалось, будто он раскрыл на улицах Иерусалима всю свою душу, вывернул ее наизнанку, "ке-эхад а-рейким - как пустой человек, без чувства гордости и достоинства, - а это недопустимо! На самом деле, ни одному из нас не позволено раскрывать всю свою душевную глубину, до самого дна. Если все открыто, все снаружи, то где останется место для связи с Источником, с глубинным истоком духовности?

Трудно представить себе все напряжение этой сцены. Михаль была великой женщиной, и ей показалось, что она увидела всю душу Давида, измерила ее глубину, потому что в танце царя отразился чистый огонь его духовности. Но незабываемый ответ Давида поставил все на свои места: "Я готов пойти и дальше этого", иначе говоря: "Неужели ты думаешь, что увиденное тобою - это все, что есть у меня? Во мне осталось гораздо больше нераскрытого, чем то, что ты уже видела. Я не забыл свою обязанность беречь от посторонних глаз и пестовать недра моей души. Тебя ведь это беспокоит? Но ты ошиблась, недооценила мою глубину". Так надежно эта глубина была упрятана даже от самого близкого человека.

Теперь мы можем предположить, что неправильное представление Михаль о ее великом муже, каким бы величием она сама ни обладала (и возможно, именно из-за этого величия), привело к тому, что Михаль заплатила собственной жизнью за рождение ребенка - совершила высший акт раскрытия сокрытого.

Желание

1) Желание

Подобно тому, как наше тело связано своими корнями с душой ("нешама"), внутренняя мудрость тоже имеет свой корень. Этим корнем мудрости является "рацон", желание. В нем находится источник всей внутренней жизни. Внешний разум не может проявить инициативу, он только откликается, реагирует. Зато наш внутренний разум предельно инициативен, и его собственное начало выражено в желании.

У каждого процесса есть начало. До начала процесса нет ничего, одна пустота. Вдруг что-то появляется - проблеск идеи, вспышка энергии, воспринимаемые разумом в самый первый момент. На границе, разделяющей эту пустоту, этот потенциал и первую искру мысли, находится желание – его можно назвать движущей силой, творящей из пустоты. Конечно, это желание очень мимолетно: как только мы осознаем присутствие мысли, она тотчас же предстает перед нами в готовом виде. Но этот момент вспышки успевает оставить энергетический след в нашем разуме, и какое-то время мы наслаждаемся им.

Для любого действия нужна мотивация. Эта мотивация и есть "рацон" - "желание" или "воля". Она выражается в неожиданном озарении.

"Рацон" представляет собой загадочную силу, присутствующую в нашем сознании. Она - источник всякой внутренней жизни. Числовое значение "рацон" такое же, как у слова "макор", источник, и "Шмо", Его Имя (которое представляет собой высший источник). Ни одну мысль и ни одно действие нельзя проследить глубже, чем до этой точки. Ни одну причину нельзя определить на более глубоком уровне. "Рацон" - это корень любой причины, глубочайший источник всех процессов, которые происходят в разуме и душе. На самом деле, если набраться смелости, необходимой для данного анализа, и проследить свою мотивацию до самого сокровенного желания, которое включает в себя все более поверхностные желания, то это всеохватывающее желание и окажется в принципе точным определением человеческой сущности. У каждой мотивации есть причина, цель: если я добьюсь этого, то это приведет к тому-то и т.д. Но в конечном итоге, одной конечной, главной целью ("тахлит"), к которой ведут все пути и у которой нет никакого постороннего элемента, целью, которой добиваются, потому что изначально хотят ее, является сам источник.

Из этого глубокого корня берут средства, обеспечивающие свободу выбора ("бехира"). Теперь мы понимаем, почему "бехира" определяется как венец славы человека, как "целем Элоким", "образ Б-га", важнейший элемент в нашей структуре. Свобода выбора представляет собой функцию этого источника; ничто не может повлиять на подлинную свободу выбора. Таково подлинное значение слов "рацон Ашем", Б-жественная воля; это и есть высший источник.

Эта часть "рацона" не только содержит в себе основу личности; в определенном смысле она и есть вся личность. Как только возникает активное желание, все прочие части личности превращаются в механические средства для его осуществления. Для примера рассмотрим принцип выполнения любого физического действия. Как только мозг выработает нервный импульс, который передается по нервным каналам к мышцам, процесс идет автоматически. Функции нервов и мышц - механические. В этом смысле человек ничем не отличается от животного, и даже машина способна действовать аналогичным образом. Единственной неповторимо человеческой частью данного процесса является первоначальная генерация идеи, которая затем осуществляется с помощью механических средств. Но она, эта часть, и есть весь процесс с точки зрения его значения. Все остальное - техника. Значительные изменения могут происходить только на уровне воли, на уровне решения, касающегося дальнейших действий. Изменения в механике процесса - какие мышцы использовать в процессе и как - несущественны. Здесь речь идет всего лишь о выборе средств.

Точно так же любые внешние изменения в личности представляют собой лишь изменения в стратегии: как достигнуть той же цели другим путем. Единственным значительным изменением может быть только изменение в корне. Все технические средства разума и тела находятся в рабском подчинении у цели, "рацон". Внешние изменения легко осуществить. Они зачастую отражают упрямую, но весьма эффективную тактику ухода от конфронтации с ядром, "истинным я". Однако для духовного роста такая конфронтация необходима, какой бы трудной она ни была. Цель схватки в том и состоит, чтобы пробиться к собственному ядру, осознать его присутствие и раскрыть его, достигнуть той границы, за которой находится Корень души, расположенный вне самой души, но оживляющий и вдохновляющий ее.

2) Желание и глубина молитвы

Лучшим упражнением для развития этого контакта с корнем желания является "тфила", молитва. Чтобы понять, о чем идет речь, надо вначале ответить на ряд принципиальных вопросов, касающихся молитвы.

В молитве есть такие аспекты, которые не поддаются объяснению. Наши молитвы сформулированы в виде просьб. Мы просим Творца удовлетворить наши нужды - это главная составляющая молитвы. Но помогут ли эти просьбы? Ведь Б-г знает, чего мы хотим, еще до того, как мы Его попросим, и поскольку Он - наш любящий Отец, нет сомнений, что Он не станет удовлетворять те просьбы, которые могут привести к отрицательным последствиям для нас. Поэтому зачем вообще просить? Иначе говоря, можем ли мы заставить Б-га изменить Свое мнение? Если Он решил, что какое-то событие должно произойти, разве можно переубедить Его? В таком деле даже малейшая перемена стала бы откровенным чудом.

Но если наши молитвы все равно ничего не решают, то почему мы все-таки молимся? Неужели мы стали бы изливать душу в глубоко эмоциональной молитве, заранее зная, что наши мольбы не дадут результата? В самом деле, почему молитвы сформулированы в виде просьб? Ведь если молитва представляет собой вид медитации, духовного общения, то личные просьбы, пожалуй, далеко не самая подходящая для нее форма. Не лучше ли прибегнуть к обезличенной концентрации сознания? К тому же, молитва считается формой служения, а ходатайство о выполнении личных нужд - это нечто противоположное.

В молитве есть и другие парадоксальные аспекты. Само слово "тфила", молитва, образовано от корня с двумя противоположными значениями: "пилел" (пей-ламед-ламед) подразумевает надежду на осуществление совершенно непредсказуемых, нелогичных событий, веру в то, что несмотря на неблагоприятные обстоятельства, свершится акт большого милосердия, как сказано: "Рео панеха ло пилалти - я не мог надеяться вновь увидеть твое лицо", - этими словами Яаков выразил свою радость, когда после долгих лет разлуки вновь встретился со своим сыном Йосефом. Но тот же корень означает также строгий, справедливый суд; "плили" - это подсудность в узком юридическом значении, т.е. нечто прямо противоположное нежданному подарку судьбы. Почему эти взаимоисключающие элементы содержатся в молитве?

Есть тут еще один более серьезный вопрос. В Талмуде прямо сказано, что Б-г молится. Сам Владыка вселенной, способный мгновенно удовлетворить все просьбы и ходатайства, Источник и Строитель всякой реальности, - молится? Но кому!? Как понять это талмудическое сообщение?

***

Начнем с ответа на первую часть заданных нами вопросов, где ставилась проблема неизменности воли Б-га несмотря на просьбы молящегося. В действительности, молитва нужна не для того, чтобы в чем-то убедить Творца, а для изменения нас самих. Идея проста: труд молитвы (на иврите молитву называют "авода ше-ба-лев", труд сердца) - это работа над собой, попытка изменить себя, свою личность. Говорят даже, что если ты не стал другим человеком, сделав три шага назад в конце "Шмоне-эсре" (главной молитвы в Б-гослужении, состоящей из восемнадцати благословений), значит плохо молился. Работа над собой требует внесения изменений в свой характер: нужны какие-то улучшения, какой-то рост.

Перенесем эту мысль на обсуждаемые нами вопросы. Мы не зря надеемся, что наша "тфила" даст результаты - приведет к позитивным изменениям в мире или в наших личных обстоятельствах. Для этой надежды есть прочное обоснование. Конечно, мы не сможем убедить Б-га в том, что нам нужно то или это, если Он считает иначе. Однако мы в состоянии изменить себя настолько, что предмет нашей просьбы приобретет другое значение. Например, если человек хочет богатства, и ему в этой просьбе отказано, потому что это будет плохо для него (богатство может стать тяжелым испытанием), никакие мольбы не помогут. Но если он работает над собой, постоянно улучшая свои личные качества, лучше понимает цель жизни и вырабатывает в себе правильное отношение к богатству, то ситуация может измениться, и этот дар пойдет ему на пользу. Другими словами, если человек изменил себя, в системе причитающихся ему благ тоже происходят изменения, и он удостаивается новых "даров". Отсюда мы видим, что "тфила" - это не просто медитация, поиск контакта, но и стремление получить желаемые результаты. Совершенно очевидно, что труд молитвы заключается не только в выпрашивании благ. Молящийся хочет, в первую очередь, изменить себя, и это требует от него тяжелой и честной работы.

(При этом самые первые изменения происходят в его отношениях с Б-гом. Даже свои просьбы он оценивает теперь по-другому и просит лишь о том, что приходит из "чистых" источников. Одного этого достаточно, чтобы человек получил то, в чем раньше ему было отказано. Б-г хочет, в первую очередь, чтобы, читая молитву, мы ставили себя в положение просителей. Обращаясь к Нему с просьбой, мы тем самым признаем в Нем источник всех благ и готовы благодарить Его за удовлетворение наших нужд. Поясним эту мысль с помощью аналогии: отец хочет и готов дать своему ребенку какую-то вещь, но он придерживает ее, потому что главная цель состоит в упрочении доверия между ним и ребенком. Все, чего отец ждет от ребенка - это искреннее признание его отцовского статуса дарителя.)

***

Прежде чем перейти к другим поднятым нами вопросам, рассмотрим сперва суть тех изменений, которых добивается Всевышний. Как уже говорилось, настоящее изменение личности - это изменение желания, "рацона". Только коренные перемены в сфере "тахлит", конечной цели, можно считать существенными; все остальное относится к поверхностной технической перетасовке. Но как изменить свой "рацон"? Как закрепить в себе новое желание? В том и состоит главная проблема.

На первом этапе молитва должна попасть в "рацон" - вознестись в сознании и проникнуть в самое ядро личности. Чтобы добиться подлинных изменений, надо обратиться лицом к своему исходному желанию, квинтэссенции своей сути, которая формирует всю нашу внутреннюю жизнь и внешнее поведение, бесстрашно и честно взглянуть ей в глаза. Это и есть высшая медитация. Надо отогнать от себя все посторонние мысли и добиться полной концентрации сознания.

Куда труднее понять другое: допустим, мы проникли, наконец, в эту глубину - как теперь приступить к изменениям? Как создать новое желание? Как искренне захотеть того, что выше, чище, духовнее нашей прежней сущности, если мы еще не желаем перемен? Говоря языком каббалистов, разве можем мы подняться "выше" себя, чтобы достать новое желание? Разумеется, нет. Максимум, что можно сделать, это нащупать корень своей тайной сущности - но где взять приставную лестницу, чтобы подняться выше? Просто сказать, что я хочу чего-то другого, было бы ложью. Это другое надо чувствовать и знать глубже всего остального.

Решение таково. Вы не можете проявить новый "рацон". Ибо "рацон" - это по определению первопричина, и его нельзя создавать на основе каких-то других причин. Проще говоря, ваш самый глубокий уровень "рацона" - это вы сами, а себя, как известно, не переделаешь. Вы не можете этого сделать, но Б-г может! Изменение и возвышение глубинной сути человека - это Его бесценный дар. Мы уже говорили об этом в другом контексте: восхождение на вершину требует личных усилий; дальнейший подъем над вершиной - это уже дар. Он возможен только благодаря помощи извне; это новый уровень, новая гамма ощущений. Это и есть высший дар, в нем - ответ на молитву!

(Хотя мы не можем создать новое желание по собственной воле, есть одна вещь, которую мы в состоянии глубоко ощутить естественным путем: это стремление к изменению. Нельзя сказать: я хочу достичь того или иного уровня самоотверженного служения - это будет ложь. Но мы можем сказать: "Г-сподь, я искренне хочу иметь более высокий "рацон", я хочу ощутить по-настоящему возвышенное желание. Я хочу, чтобы у меня возникло такое желание! Продумав эту мысль, надо излить ее сердцем в молитве, попросить у Б-га духовного возвышения.)

Но как заслужить этот дар? Если он рождается вовне, как притянуть его к себе с высот духовности? Ответ таков: чтобы получить поток Б-жественной энергии ("шефа"), и заполнить им душу, надо самому стать вместилищем для него. Поток всегда есть; единственный вопрос: где сосуды? Желание Б-га давать - максимально и постоянно, но идем ли мы Ему навстречу? (Блестящую иллюстрацию этого положения мы находим в истории с чудесным благословением, которое пророк Элиша дал бедной женщине. По указанию Элиши она принесла сосуды, и они стали чудесным образом заполняться маслом. Масло текло до тех пор, пока не осталось ни одного пустого сосуда. Короче, с маслом нет проблем - сосудов не всегда хватает.)

Но как стать сосудом? Что это значит и как этого добиться? Существует мистическая идея, что высшая суть личности кристально чиста и прозрачна, но ее затуманивает наша нижняя сущность, наше эго. (Духовная красота подразумевает прозрачность, которая пропускает свет Б-га. Когда мы видим праведника, перед нами возникает частичка Самого Всевышнего. Ограниченная человеческая сущность проясняется, и за ней открывается более высокая реальность. Антипод красоты - уродство, на иврите "киур"; его корневые буквы такие же, как и слова "акур", мутный.)

В качестве аналогии можно привести такую мысль: когда мы сосредоточиваем внимание, решая какую-либо задачу, эта концентрация направлена вовсе не на решение - у нас нет пока никакого решения. Говоря о концентрации внимания, мы просто имеем ввиду, что очистили разум от посторонних мыслей, отгородили его от умственных "шумовых помех", подготовили в нем место для решения, и теперь решение придет само собой. Идея не создается - она появляется. На идише "идея" - "эйнфаль", нечто падающее к ногам, само приходящее в голову.

Чем сильнее выражена нижняя сущность человека, проявляющаяся в его приземленных устремлениях, эгоизме, тем больше тумана в его "рацоне". Парадокс духовного бытия в том, что приобретая величие, приближаясь к высшей реальности, надо отказаться от грубых, материалистических желаний, агрессивно домогающихся нашего внимания. Величайший человек всех времен Моше был также и самым смиренным. Это не случайно: именно в смирении - источник его величия. Когда человек полностью опорожняет себя, изгоняет из души все мелочное, суетное, образовавшуюся пустоту заполняет Б-г. Наша задача состоит не в том, чтобы помочь свету воссиять, а лишь в том, чтобы убрать с его пути все препятствия. Перефразируя известное высказывание мудрецов, можно сказать: мир наполнен светом, а мы отбрасываем тени.

***

Духовный путь усеян парадоксами. Настоящий почет приходит только к тому, кто бежит от него (в буквальном смысле бежит: один человек пожаловался мудрецу Хазон-Ишу, что он всю жизнь бежал от почестей, и те все еще не настигли его. Хазон-Иш мягко пожурил его: "Убегая, вы слишком часто оглядывались через плечо"). Настоящее содержание можно найти лишь у тех, в ком есть настоящая пустота.

С точки зрения "рацона" этот процесс очищения, прояснения необходим для того, чтобы отдать весь свой "рацон" Б-гу. Таково значение стиха "асе рецонха рецоно - Сделай свою волю Его волей": избавься от своих желаний настолько, чтобы хотеть того, что Он хочет. Это вовсе не значит, что мы должны быть пассивными, безжизненными пешками. Наоборот, надо страстно хотеть - но лишь того, что хочет Б-г. Такой уровень дается в награду за способность обуздывать свои собственные негативные побуждения и интересы.

Таким образом, медитация и труд молитвы помогают нам выявить свою глубочайшую духовную сердцевину и посвятить ее высшему служению. Мы как будто говорим Б-гу: "Г-сподь, вот моя сущность. Это все, что есть во мне. Здесь, в моем сокровеннейшем желании, собран весь смысл моей жизни. Возьми, Г-сподь, эту сущность и делай с ней все, что Ты считаешь нужным. Я отдаю себя в Твои руки".

В принципе, здесь скрыта главная тайна жизни по Торе, и она раскрывается в "тфиле".

Парадокс молитвы, требующей напряженного сердечного труда, состоит в том, что мы отдаем свой "рацон" и одновременно формируем свой "рацон". Мы так решительно обуздываем свои желания и страсти, что перестаем их чувствовать, и затем сосредоточиваем внимание на усилении высшего "рацона", который возникает благодаря нашим действиям. При этом мы позволяем нашим желаниям полностью раскрыться, чтобы поставить их на службу Б-гу.

Вот почему наши молитвы состоят из просьб, из высказанных пожеланий. Такова среда молитвы, ибо молитва - это труд, направленный на изменение желаний. Труд молитвы представляет собой работу над "рацоном". Рав Хаим из Воложина ("Нефеш хаим") объясняет это так. Мы формулируем свои молитвы в виде просьб - так мы работаем над нашим "рацоном", но когда мы просим о том, что упоминаем в "тфиле", нам следует просить об этом для Б-га, а не для себя. Иначе говоря, мы используем свое желание, но ради Него. Дай нам мудрость - для служения Тебе, Г-сподь. Дай нам здоровье - чтобы исполнять твои заповеди и т.д. Получается прекрасное упражнение по саморазвитию, в котором наши потенциально эгоистические мотивации используются для возвышенных целей. Впрочем, так и должно быть, ибо обращаться к Всевышнему только ради того, чтобы предъявлять Ему список личных пожеланий, было бы явной наглостью - такую молитву нельзя назвать служением.

Рав Хаим отмечает, что мы учим многие аспекты и детали "тфилы" у Ханы, матери пророка Шмуэля, пришедшей в Святилище, чтобы вымолить у Б-га ребенка. Рассмотрим подробнее этот пример. Тора сообщает, что Хана молилась очень самозабвенно, в какой-то степени переходя границы дозволенного. Рабби Йосеф-Дов Соловейчик из Бриска ("Бейт алеви") поясняет, что, стремясь добиться своей цели, Хана пошла на крайнюю меру: пригрозила Б-гу, что если Он откажет ей, не даст ребенка, она уединится с чужым мужчиной, чтобы подвергнуться испытанию "сота", которое предназначалось в древности для женщин, заподозренных в неверности своему мужу, и в ходе которого Имя Б-га стирали с пергамента и растворяли в воде. Когда подозреваемая женщина-"сота" пьет эту воду, результат зависит от того, как она в действительности вела себя: если женщина виновна в измене, ее ждет мучительная смерть, но если на ней нет вины, то в виде компенсации за перенесенные унижения и страх женщина вознаграждается беременностью и рожает ребенка - таково обещание Торы. Хана решила использовать это обещание. Хана сказала: "Г-сподь, я твердо намерена это сделать. Поскольку я буду невиновна, Тебе придется дать мне ребенка, ведь ты обещал это в Своей Торе и Ты никогда не нарушишь то, что в ней написано". Рискованная молитва отчаянной женщины.

Но мысль ясна. Как утверждает рав Хаим из Воложина, Ханой двигал не личный интерес, а стремление укрепить честь и славу Творца. На самом деле, Хана хотела сказать в своей молитве следующее: Г-сподь, пройдя испытание "сота", я наверняка буду иметь ребенка. Но я прошу у Тебя ребенка без этого испытания, чтобы не пришлось стирать Твое Имя с пергамента. Дай мне конечный результат без этого промежуточного звена, без необходимости осквернить Твое святое Имя. В Ханином искреннем благочестии не приходится сомневаться. В конце концов у нее родился мальчик, и она с раннего возраста посвятила его Б-гу. Хана отдала Шмуэля в Святилище ("мишкан"), чтобы его готовили там для пожизненного служения Творцу. Получается, что само ее желание иметь ребенка было изначально посвящено Б-гу. Она хотела сына ради Всевышнего. Она возвеличила свое страстное желание стать матерью и поставила его на службу Б-гу.

Само имя мальчика - Шмуэль, "Б-г слышит" - прекрасно подходит для этого случая. Перед нами блестящий пример, на котором еврейский народ может изучать законы молитвы: еврейская женщина целиком посвятила Б-гу свое личное желание стать матерью.

***

Теперь мы сможем, наконец, понять парадоксальное значение корня "пилел" в слове "тфила": здесь строгая линия судьбы сочетается с почти невероятным милосердием, дающим неожиданные результаты. Б-г хочет давать, намеревается давать, но Он ждет нашей молитвы. Он ждет, когда мы воплотим свой "рацон" в Его "рацоне". Он ставит свое желание давать в зависимость от нашего желания получать. Когда мы просим, Он реализует то, что должно случиться. Результат приходит только потому, что мы просим, но в нем раскрывается воля Самого Всевышнего.

Приведем пример из Торы. Мидраш сообщает, что Адам не видел вначале Эденского сада. Там не было ни травы, ни листьев. Растения не прорастали на поверхности земли из-за отсутствия дождя. А дожди не шли, потому что "ва-адам эйн лаавод эт а-адама - не было человека, который мог бы работать на земле". В данном случае под словом "работать" подразумевается сердечный труд - молитва. Другими словами, дожди не выпадали, потому что некому было молиться о них. Если Адам не просит дождя, то дождя и не будет. Несмотря на то, что дождь ждет, что он готов пролиться, будучи составной частью Творения, дождя не будет до тех пор, пока человек не выразит однозначно свое желание получить его. Но как только он попросит дождь, Эденский сад мгновенно превратится в то райское место, о котором мы знаем.

Дождь - одна из немногих вещей в Творении, которыми Б-г управляет Сам, а не через посредников. Этим примером Тора учит нас, что наши молитвы обладают огромной силой, отклик на них может быть поистине грандиозным: Сам Творец ждет нашего обращения, и тогда на землю выпадает дождь, живительный дождь.

Теперь мы видим, что сущность молитвы проявилась еще в начале истории, в самых истоках мироздания. Молитва - это не что-то полезное, не вопрос нашего выбора, а абсолютная необходимость. Ее результатом становится гармония Б-жественной и человеческой воли, гармония, которая в буквальном смысле творит мир. Отсюда изречение: "Кол милин деалма ло тальин эла береута - Все в мире зависит от желания".

***

Теперь настало время узнать, что имели ввиду мудрецы Талмуда, утверждая, будто Сам Б-г молится. Мы уже определили "тфилу" как изменение желания. Но что такое "тфила" Б-га? В Талмуде сказано, что Он молится так: "Да будет воля Моя встать с престола суда и перейти на престол милосердия". "Йеи рацон милфанай... Да будет воля Моя!" Отсюда мы учим, что акт молитвы заложен в основе мироздания и является актом изменения "рацона", воли. Следуя примеру Творца, Который говорит: "Йеи рацон милфанай... Да будет воля Моя", мы говорим: "Йеи рацон милфанеха...Да будет воля Твоя".

Итак, молитва - это проникновение в корень личности для его соединения с Корнем мироздания. Когда мы устанавливаем эту связь, Б-г изливает Свою энергию на нас и в мир. Но как осуществить эту связь? Надо распахнуть сердца, преодолеть туман мелких страстей и низких инстинктов. Надо проникнуться желанием проявить желание Всевышнего. Лучше всего этому можно научиться у Давида, явившего образец абсолютного подчинения своего эго Высшей воле и своим великим царствием раскрывшего миру подлинный "малхут", Царствие Б-га. Давид, предтеча Машиаха и величайший из певцов Б-жественной Славы, был предан Б-гу всеми фибрами души. О себе он сказал: "Ва-ани тфила" - не "я молюсь", а "я - молитва".

Интеллект и воображение

Рассмотрим теперь внешний разум. Мы уже видели, что "даат" (внутреннее знание) имеет более высокий исходный уровень - "рацон" (воля, желание). Точно так же внешний разум состоит из двух уровней. Это интеллект ("сехел") и "димьон" (воображение). К ним можно отнести все аспекты первичных или "корневых" уровней и их взаимоотношения с вторичными или внешними уровнями. Подобно тому, как на фазе опыта есть более высокий источник вдохновения, за которым следует более трудная фаза, и подобно тому, как "даат" содержит вдохновенно-возвышенный источник, называемый "рацон", точно так же во внешнем разуме есть "сехел", более высокий уровень, и "димьон", нижний уровень. Давайте проследим эту связь, чтобы узнать нечто более глубокое и фундаментальное о гармонии разума. В ходе предстоящего обсуждения мы узнаем нечто очень важное о системе управления разумом и способности концентрировать мышление.

Все пары мужских и женских, точнее, абстрактно-плановых и конкретно-строительных составляющих имеют одинаковые исходные элементы. Давайте определим их и затем примерим в связке "сехел-димьон". Плановый или кодовый уровень абстрактен, но он содержит в себе все необходимые инструкции для управления физическим уровнем (точно так же как в генах отца, есть все необходимое для участия в формировании плода во чреве матери.). Абстрактному уровню не хватает энергии. Все силы для физического строительства дает мать на своем физическом уровне. Абстрактный уровень - целиком теоретический; физический уровень - это ничто иное, как осязаемая реальность. Один уровень без другого бесполезен: план, не реализованный строителем, остается теорией; а строитель, не имеющий плана, построит хаотичную, лишенную логики мешанину. Зато при наличии обоих компонентов - строителя и плана - получается ценное, хорошо спланированное и безупречно возведенное здание.

Маарал (рабби Иегуда Леве бен Бецалель из Праги) представлял эту связь как соотношение формы и сущности. Форма - абстрактная концепция, сущность - осязаемая. Форма навязывает свои условия сущности, поэтому сущность имеет форму. Всякая сущность должна иметь какую-то форму, и всякая форма должна иметь какую-то сущность, чтобы выражать ее. Гармония достигается в том случае, если сущность предельно точно и красиво выражает свою форму. Такова формула любого искусства и эстетики.

Как эти положения воплощаются в интеллекте ("сехел") и воображении ("димьон")?

Интеллект - это чистая теория. Он представляет собой набор инструкций, логических ходов, которыми разум пользуется для мышления. Это чистая форма, чистая абстрактная логика. Воображение представляет собой набор графических образов, хранящихся в разуме; когда разум конструирует эти образы, получается сущность, которой манипулирует мысль. Интеллект - это, если хотите, компьютерная программа, а воображение - специфическая информация, которую надо заложить в компьютер, чтобы работала программа. Интеллект - это логика математического уравнения; воображение - набор конкретных чисел, которые содержит данное уравнение.

Интеллект не обладает собственной энергией; воображение - обладает. Когда мы откидываемся на спинку кресла и расслабляемся, интеллект выключается, а воображение работает. Интеллект требует специфической мотивации, направленности. Чтобы выстроить логическую цепочку мыслей, надо стремиться к этому, приложить соответствующие усилия. Чтобы отдаться стихии воображения, надо лишь приглушить логику.

Более того: нам чрезвычайно трудно долго сохранять логическое мышление и даже просто сосредоточенно думать об одном предмете сколь либо длительное время. Обычно происходит следующее (причем именно тогда, когда мы этого меньше всего хотим): посреди стройного логического хода мыслей в сознание неожиданно врывается какой-то посторонний образ, и тут же вспышкой проносится целая серия ассоциаций. В результате мы начинаем думать о чем-то, настолько далеком от исходной темы, что потом трудно вспомнить, как мы дошли до этой мысли.

Попытайтесь хотя бы раз сосредоточенно прочесть молитву "Шмоне-эсре" (главную молитву еврейской литургии, состоящую из восемнадцати благословений), и вы поймете, как трудно сохранять предельно логический, продуктивный и упорядоченный ход мыслей.

Эта проблема вызвана тем, что интеллект пассивен - его надо толкать, вести, зато воображение бурлит энергией - оно летит на своих крыльях. Поскольку воображение - это, по определению, набор графических образов, воспоминаний, картин, и оно не имеет собственной логики, его ассоциации беспорядочны и непоследовательны. И поскольку вся энергетическая сила заложена в воображении, оно напрямую связано с эмоциями и первичными побуждениями личности. В воображении содержится вся энергия, необходимая для строительства, для получения осязаемых результатов, и оно убегает из-под контроля, стоит лишь спустить его с тормозов.

Получается до боли знакомый маршрут: вы перемещаетесь из пункта "А" в пункт "Б" по логической мысленной цепочке, пытаясь решить, допустим, какую-то задачу или составить план важного мероприятия. Но едва вы достигли "Б", как некая периферическая, посторонняя деталь этого "Б" провоцирует мощный взрыв воспоминания (воспоминание - это графический, заряженный энергией продукт воображения). Это воспоминание, чисто ассоциативное, пробуждает еще одну цепь воспоминаний. Под воздействием какой-то периферической детали той второй цепи в памяти всплывает новый образ или картина. В результате вы тонете в море фантазий, настолько бурном, что забываете об исходной задаче, которую намеревались решить. Вас охватывают раздражение и досада, вы стряхиваете с себя хоровод грез и возвращаетесь к началу логичного мыслительного процесса, продвигаетесь от пункта к пункту - до следующей предательской атаки воображения.

Все это хорошо знакомо каждому из нас. Редко кому удается так дисциплинировать свое мышление, чтобы думать, не отвлекаясь, хотя бы несколько минут кряду лишь об одном предмете.

Добиться такой дисциплины мышления можно лишь одним путем: поставить воображение под контроль интеллекта. "Димьон" должен служить "сехелу". "Сехел" должен информировать и направлять "димьон". Интеллект должен вызывать из воображения только те элементы - образы, воспоминания, факты, - которые необходимы для данного этапа мыслительного процесса, и не более того. По завершении этапа, надо подавить инициированные графические элементы и перейти к следующему этапу мышления, мобилизовать новую серию элементов. Нельзя допускать, чтобы воображение перегружало интеллект, вторгалось в него со всем своим богатым арсеналом воспоминаний, образных картин и чувств. Такая согласованность позволит контролировать мысль, добиваться концентрации мышления.

Гармония мысли равно проявляется в самых различных формах. Например, талантливый художник дает волю своему воображению, не ставя перед ним практически никаких барьеров. Интеллект контролирует процесс лишь в той степени, которая позволяет добиться единства темы и творческого поиска - баланса и эстетической связи. Суть такого баланса можно выразить в образе могучего коня, на котором восседает маленький, но очень чуткий и опытный всадник.

Зато у блестящего математика в мышлении почти целиком доминирует логика. Его логика нуждается в фактах, цифрах, числовых выкладках, которые в совокупности дают ей необходимую базу для дальнейших поисков.

Таков анализ мышления. Знание перечисленных факторов поможет развить в себе способность к концентрации мыслей. Наша главная цель - добиться полной гармонии между абстрактной формой и осязаемой сущностью, между абстрактным истоком логики в разуме и графическим проявлением воображения. Ибо подлинная красота заключена в гармонии противоположностей.

Красота и источник стыда

В предыдущих главах рассматривалась связь между желанием ("рацон") и знанием ("даат") и между интеллектом ("сехел") и воображением ("димьон").

Теперь давайте разберем, как соотносятся между собой душа ("нешама") и тело ("гуф"). Мы уже обсуждали с разных позиций связь между вдохновением и формами его проявления, между корнем и его ростками. Но как "нешама", наш личный корень, проявляет себя в физической среде - в нашем теле? В чем суть напряжения между ними? И как это напряжение превращается в гармонию? В этой интересной теме скрыто немало удивительных тайн.

По мере удаления от духовных сфер и приближения к физической среде все ярче проявляется напряжение или дисгармония между внутренним ядром и внешней оболочкой. Физические или внешние слои начинают бунтовать, все громче заявляют о себе; внутренний чертеж и внешнее здание перестают соответствовать друг другу. Нам все труднее поддерживать гармонию между ними. Особенно остра проблема взаимоотношений души и тела. Попытаемся вникнуть в нее как можно глубже.

В тандеме "нешама" - тело, как и в других парах, состоящих из внутренней сущности и внешней оболочки, должно соблюдаться максимальное равновесие. Тело должно полностью соответствовать душе и верно служить ей. Нельзя позволять телу блуждать за своими страстями и желаниями. Ему отводится роль сосуда, инструмента, целиком и полностью подлежащего контролю. Тело должно походить на автомобиль, управляемый изнутри; само его существование оправдано лишь в роли верного слуги.

Именно таким было тело Адама сразу после Сотворения мира. Оно представляло собой бесплотную, светящуюся структуру, в которой находилось ее духовное содержание. Адам занимал пространство от земли до неба и буквально излучал чистоту. В Талмуде сказано, что даже после смерти свет, исходивший от его пяток, был ярче солнца. Он был неописуемо красив. Адам и Хава (Ева) были духовно чистыми людьми и обладали чистыми телами. И что особенно важно, они не носили одежды и не стыдились своей наготы. "Вайийу шнейэм арумим а-адам ве-ишто ве-ло итбашашу - И были они наги - человек и жена его, - и не стыдились".

Когда внутренняя сущность ясно выражена во внешнем облике, когда духовность "нешама" оживляет тело и наполняет его энергией так, что оно светится, стыд невозможен. Ведь стыд - это боль человеческого разума, преданного телом. Ангельское по своей сути ядро заслуживает и ангельского обличия; поэтому, если обличье напоминает животное, стыд неизбежен.

Стыд возникает как результат разрыва между внутренней сущностью и внешним обликом. Правда и красота требуют, чтобы внутреннее содержание правильно, без искажений отобразилось снаружи. Когда наружность противоречит внутреннему ядру, это означает, что она беззастенчиво унижает, позорит его.

Разберем этот момент. Когда Адам и Хава появились на свет, они не стыдились, потому что их телесные оболочки полностью отражали их души. Тело хранило полную верность душе. Но первородный грех все изменил. Этот грех стал уступкой телу. Он превратил человека в элемент физического мира, хотя прежде человек стоял над этим миром и поддерживал с ним гармоничную связь. В результате своего греха Адам и Хава опустились на самый низкий уровень физического мироздания и стали подвластны материальной стихии вместо того, чтобы, как прежде, повелевать ею. Ангельское ядро было приговорено к заключению в теле, неотличимом от тела животного. В том и состоял позор, стыд. Очутившись в столь унизительном положении, Адам и Хава испытывали самый острый стыд, какой можно себе представить. Они знали, что сами виноваты в своем падении, и это дополнительно усугубляло чувство стыда.

Телу позволили высказаться, и оно захватило всю власть над человеком. Оно перестало быть верным слугой и превратилось в хозяина.

***

Разрыв между внутренней и внешней сутью - вот источник всякой моральной боли. То же самое можно сказать и о лжи, "шекер". Речь должна показывать скрытое. Ее задача состоит в раскрытии того, что хранится в тайниках разума. Если речь выполняет свою задачу, ее можно считать полезным инструментом. Но когда слова лгут, когда инструмент чистого выражения используется для искажения скрытого, речь становится средством предательства. Предательство - это беззастенчивое использование верхней одежды с целью обмана. Предатель носит одежду, которая вводит окружающих в заблуждение. Правдивое самовыражение гармонично соединяет внутренний мир с внешним миром, устанавливает верный контакт между двумя разумами. Ложь, наоборот, подло и предательски ломает связь между внутренним и внешним. В том и состоит аморальность лжи. Слово "шекер", ложь, состоит из тех же букв, что и "кешер", связь. И это глубоко символично.

***

Стыд выражается в том, что человеку хочется спрятаться. Адам закрыл свою наготу - спрятал себя. Он прятался также в Эденском саду; одна из причин этого странного поступка - тоже стыд. Как мы уже отмечали, ивритское слово "бегед", одежда, имеет тот же корень, что и предательство. На иврите одежда называется также "лавуш". В некоторых источниках сказано, что это слово представляет собой аббревиатуру "ло вуш", нестыдящийся или не допускающий стыда. Но этим аналогия с одеждой не ограничивается. Одежда не только скрывает, но и открывает, - она покрывает тело и выявляет личное достоинство того, кто ее носит. Царские одеяния покрывают царя с головы до ног, одновременно демонстрируя его монархический статус. ("Оте ор касалма - Б-г носит свет, как одеяние"; иными словами, природа скрывает Всевышнего, но убедительно доказывает Его присутствие!)

Состояние морального падения, стыда можно исправить путем правильного использования одежды: надо прикрыть наготу и обнажить достоинство. Скрыть животное и одновременно раскрыть свою человеческую сущность. Использовать средство неудачи для конечного спасения. Б-г научил этому Адама; Он изготовил для него подходящую одежду в дополнение к тому минимальному покрову из листьев, которым тот пользовался раньше - Он дал ему не покров, а одежду.

Более глубокое объяснение этому мы находим в мистической традиции. До своего греха Адам пользовался одеждой из света - "ор" (буквы "алеф-вав-реш"); это была одежда его эпохи, эпохи Творения. После греха материалом для одежды стали служить кожи, точнее шкуры, на иврите "ор" (буквы "айн- вав-реш). В первом корне "ор" есть непроизносимая буква "алеф"; она наделяет это слово светом, духовностью, высшим откровением. Второй корень "ор", с буквой "айн", означает не только кожу, но и состояние слепоты - покров из этого материала не столько раскрывает, показывает, сколько становится преградой.

***

В результате грехопадения Адама возникло напряжение между душой ("нешама") и телом, между духовностью и материализмом. Эти два начала были созданы для того, чтобы гармонировать друг с другом, быть партнерами, но они стали непримиримыми врагами. Тело, призванное служить вместилищем духовности, наоборот, уводит нас от духовности. Они ведут непрерывную войну за территорию: когда одно из них расширяется, второе отступает, сжимается. Поэтому, прежде чем развить в себе духовность, надо стать более восприимчивым к высоким материям, надо обуздать свои животные инстинкты. Если человек стимулирует свою физическую сущность, его духовность притупляется. Вместо взаимного притяжения происходит взаимное отталкивание этих двух начал. Тот, кто хочет изучать Тору, должен научиться управлять своей материальной природой. В результате, в его личности начнут преобладать ценности Торы, а физические влечения окажутся под бдительным контролем, будут приручены.

Талмуд демонстрирует взаимное отталкивание этих двух начал на таком ярком примере. Рабби Иеошуа бен Хананья беседовал однажды с римской принцессой. Рабби Иеошуа назыали "хакима де-иеудай - мудрецом евреев". Он был истинным гигантом духа и умело защищал евреев на диспутах, навязанных ему язычниками той эпохи. Кроме своей легендарной учености он выделялся также своим внешним уродством. Он и в самом деле был настолько безобразен, что принцесса, преодолев смущение, откровенно спросила его: неужели столь отвратительный сосуд может содержать в себе столь много мудрости и знаний?

Рабби Иеошуа ответил ей вопросом на вопрос: "В чем хранит вино ваш отец?"

"В глиняных кувшинах", - сказала она. Все вина, включая царское, хранили тогда исключительно в глиняных емкостях.

"Разве это достойно Императора? - воскликнул рабби Иеошуа. - По-моему, император должен держать свое вино в более дорогих сосудах - из золота и серебра!"

Дочь цезаря согласилась. Вернувшись во дворец, она распорядилась перелить все вино ее отца в золотые и серебряные сосуды. Но в результате винный спирт вступил в химическую реакцию с металлом, и вино скисло. Когда цезарь отведал это вино, он разгневался и потребовал объяснений. Дочь сказала ему: "Так велел поступить рабби Иеошуа бен Хананья".

Цезарь вызвал рабби Иеошуа и грозно спросил его: "Что здесь происходит?"

Ответил рабби Иеошуа: "Я просто ответил вашей дочери на ее вопрос. Я хотел показать ей, что ценный сосуд может испортить свое содержимое". В этих словах проявилась его глубочайшая мудрость!

Давайте проанализируем эту притчу. Вопрос о сосуде и его содержимом был неслучайно задан женщиной-римлянкой. Рим был продолжателем идейного наследия Греции, опиравшегося на эстетические ценности. Красивое содержимое требует красивых емкостей - такова сущность эстетики и искусства. Причем главным выразителем красоты в этой культуре считается женщина. Она, римлянка, не понимала, как могут сочетаться красота и уродство, как может великая и прекрасная мудрость храниться в такой неказистой "емкости", в уродливом теле еврея.

Рабби Иеошуа объяснил ей, что в мире духовных ценностей идет смертельная схватка между двумя началами. Чтобы вино оставалось чистым, незамутненным, его надо держать в простом сосуде. Лишь такой смиренный сосуд не влияет на то, что в нем хранится. Моше был величайшим человеком всех времен; он носил в себе всю Тору именно потому, что сам был образцом смирения.

Но это еще не конец рассказа. Талмуд сообщает, что ответ рабби Иеошуа не удовлетворил дочь цезаря.

"Но как быть с вашими коллегами?" - спросила она, имея ввиду, что некоторые из великих еврейских мудрецов обладали удивительной внешней красотой. (Можно привести в пример рабби Йоханана. Однажды он пришел к заболевшему другу. Этот человек был очень беден и лежал в полной темноте. Войдя к нему, рабби Йоханан закатал рукав, и весь дом ярко осветился его красотой. Одного его обнаженного предплечья оказалось достаточно, чтобы разогнать мрак.) Дочь цезаря была в замешательстве: если уродство является непременным условием для мудрости, то почему некоторые мудрецы были и красивы, и мудры?

Рабби Иеошуа ответил ей: "Если бы они были уродливы, то обладали бы гораздо большей мудростью". Иначе говоря, эти люди достигли высот мудрости несмотря на свой физический "недостаток" - красивую наружность.

***

Отсюда мы учим, что для достижения высот духовности человек должен управлять своей физической сущностью. Поэтому в еврейской традиции так много внимания уделяется личной скромности, "цниют", особой привилегии еврейской женщины. Женская красота завораживает, вызывает чувственную реакцию. Если эту красоту не контролировать, если видеть в женщине лишь красивое животное, духовное начало увядает и гибнет. Особая священная задача еврейской женщины состоит в том, чтобы представлять физическую наружность в нужном свете, чтобы сквозь красоту светила душа. Если женщина выставляет тело напоказ, следуя веяниям моды, если она стремится выразить себя лишь как физический объект, это огрубляет ее и ведет к профанации святости. Главное правило гласит: духовность расцветает лишь в скрытом состоянии. Женщина по-настоящему красива в еврейском понимании этого слова, лишь когда ее красота глубоко скрыта от посторонних взоров, когда ей сопутствуют твердые нравственные принципы.

В Хумаше только один мужчина удостаивается "женского" определения - красивый. Это Йосеф. И именно он решительнее всех сопротивлялся разврату, проявляя порой нечеловеческую стойкость перед соблазном. Эти два качества вполне гармонируют друг с другом с точки зрения еврейской традиции.

***

Внутренние духовные ценности обратно пропорциональны материальным. Этот принцип действует на многих уровнях. Духовные пути противоположны телесным. Например, в мире духовности время способствует улучшению, повышению уровня: мудрость накапливается с годами, если беречь ее и развивать. А в физическом мире все наоборот: вещи со временем портятся, теряют свою ценность. Как бы вы ни следили за своим телом, к старости оно изнашивается и слабеет. Физическая среда находится в прямом контакте со злом, с силами смерти; она подчинена этим силам и развивается в негативном направлении - от силы к слабости и распаду. В отличие от нее духовная среда поддерживает связь с высшей реальностью и поэтому движется в позитивную сторону - от слабости к силе.

Все вещи в физическом мире изнашиваются, ухудшаются со временем. Кроме вина! Неслучайно, беседуя с принцессой, рабби Иеошуа привел в пример вино. Это был хороший урок духовности для нее (и для нас). Вино представляет собой физический продукт, благодаря которому человек может получить доступ в скрытые от глаз миры. Оно раскрывает сокровенные тайны и подчиняется законам духовности. Неслучайно, числовое значение еврейского слова "яин", вино, такое же, как и у слова "сод", тайна. Отсюда известная поговорка: "нихнас яин яца сод - Когда входит вино - выходит тайна". Вино обладает способностью раскрывать тайны самыми разными путями.

Вино может, в частности, опустить неумеренно пьющего человека на самое "дно бутылки", привести его к физическому и нравственному вырождению. Но если правильно пользоваться вином, оно возвышает, обостряет восприимчивость сознания. В этом свойстве ярко проявляется сущность вина - физической субстанции, поддерживащей контакт с духовной средой.

Это раскрывает перед нами особое значение еврейского стремления к внутреннему росту. Наш путь, наш основанный на Торе метод, позволяющий преодолевать трение между духовным и материальным, состоит в том, что мы соединяем эти два начала, ставя духовное над материальным. Мы не пренебрегаем материальным, но используем его только как средство достижения духовных целей. Вот почему мы пользуемся вином в тех особых случаях, когда происходит встреча этих двух начал: на свадьбе, где соединяются два физических тела, возвышаясь вместе до уровня духовности; на торжестве по случаю обрезания младенца ("брит-мила"), с которого начинается долгий процесс освящения человеческого тела; произнося субботний "кидуш", когда физическая среда будней встречается с запредельной святостью Шаббата; наконец, во время пасхального седера, которым мы отмечаем свой выход из рабства на вечную свободу.

Таков наш путь: создавать гармонию между внутренними и внешними мирами; не отвергать материальное (отвергнуть всегда легко), а ставить его под контроль духовности; обучать тело абсолютному подчинению душе. Такая гармония противоположностей и есть красота - та особая красота, которая излечивает от стыда. Этим путем мы должны идти до конца истории, до наступления той желанной эры, когда тело и физическая среда его обитания снова превратятся в сияющие духовностью сосуды, какими были созданы изначально.