Ноябрь 2017 / Кислев 5778

ЧАСТЬ 3

ЧАСТЬ 3

Время

Мы уже знаем, что наш жизненный опыт формируется поэтапно - вдохновение, потеря вдохновения и борьба за возвращение вдохновения. Мы видели, что в ткань нашего разума и души вплетены элементы, соответствующие этим этапам. Рассмотрим теперь сущность времени, поищем в нем истоки той энергии, которая питает жизненный опыт. Умение воспринимать время таким образом помогает добиться гармонии между разумом и душой, с одной стороны, и временем, с другой. Оно учит нас скользить по волнам времени.

Время - это главный сосуд, содержащий остатки Творения. Время не однородно и не однопланово - оно течет циклично под воздействием пульсаций энергии. Эти циклы точно соответствуют различным энергетическим уровням, упомянутым нами применительно к человеческой природе, точнее, они составляют структуру или вместилище сущности человека. Однако, мы существуем во времени и тесно взаимодействуем с ним. Если мы умеем чувствовать поток временных циклов, нам не составит труда правильно настроить нашу духовную энергию и в результате значительно ускорить свой духовный рост.

Время проходит циклично через цепь моментов, часов, дней, недель, месяцев и лет. На самом деле, эти циклы имеют форму спиралей, потому что нет двух одинаковых мгновений - мы неизменно возвращаемся к одним и тем же моментам, но на более высоком уровне. От нас требуется "исправить" или правильно зарядить энергией каждый момент. Ни один момент времени не возвращается к нам дважды в одном и том же виде, и поэтому каждый день жизни и даже каждый ее миг требует особого духовного напряжения. Рабби Хаим из Воложина ("Нефеш хаим") объясняет, что сегодняшний "шахарит" (утренняя молитва) совсем не такой, каким будет завтрашний "шахарит" - ибо сегодня не похоже на завтра и требует совершенно особых энергетических затрат. Те же самые слова, которые мы произнесем завтра на молитве, окажут абсолютно иное воздействие на высшие миры. Эти моменты времени представляют собой наше самое бесценное достояние - саму нашу жизнь.

Говоря конкретнее, каждый момент заряжен специфической энергией, помогающей нам достигнуть того, что нам требуется достигнуть в данный момент. Время - это не пассивная матрица с оттисками наших действий; это исходная энергия действий.

Рассмотрим данное положение на конкретных примерах. Отмечая годовщину того или иного события, мы обычно думаем, что это событие произошло много лет назад в это время, которое в силу такого совпадения заслуживает того, чтобы выделить его из будней. Например, мы празднуем Песах весной, поскольку Исход произошел именно в это время года - так исторически сложилось. На самом деле, тут обратная зависимость. Исход произошел в весенний сезон, потому что мистические силы времени сделали его тогда возможным, даже необходимым. Время - это причина, а не посторонний наблюдатель. Можно напомнить, что Авраам-авину ел мацу в период Песаха, хотя Исход произошел лишь несколько столетий спустя, и, по существу, ему было нечего отмечать - даже еврейский народ еще не появился на исторической сцене. Просто энергия того времени года требовала мацы, требовала Песаха. Нет сомнений, мы празднуем Песах в память об Исходе, но сам Исход со всеми его атрибутами представляет собой воплощение тех энергетических сил, которые заложены во времени.

То же самое относится и к другим еврейским праздникам, более того, к каждому дню в отдельности. Таково истинное значение известной фразы "ба-ямим а-эм ба-зман а-зе - В те дни, в наше время". В это время года появляется энергия, эквивалентная той, которая пульсировала в мире тогда, "в те дни", и мы должны не предаваться сентиментальным воспоминаниям, а деятельно использовать ее.

Итак, мы видим, что год представляет собой цикл, состоящий из неповторимых, уникальных пунктов. Каждый такой пункт обладает громадным энергетическим зарядом; он вырабатывает волны энергии, которые порождают конкретные события, и создает условия для определенных достижений именно в той хронологической точке. Каждый пункт времени требует от нас определенных усилий - как на индивидуальном, так и на общенациональном уровне. Каждая жизнь - это круг или спираль; каждый день нашей жизни требует определенной восприимчивости, определенного роста, конкретного достижения. Нам предоставляются благоприятные моменты, которые больше не повторятся. Именно так можно объяснить крылатую фразу из Книги Коэлет (Экклезиаст): "Всему свое время, и свой срок всякой вещи под небесами...".

***

Рассмотрим теперь, в чем может заключаться уникальность момента, какие возможности в нем заложены. В Талмуде разбирается эпизод из Пятикнижия, в котором Моше-рабейну просит Б-га открыть ему Свою славу, полнее раскрыть Свое Присутствие. Б-г отказывает ему на том основании, что Моше не может видеть больше того, что уже видел.

Ответ Моше нетрудно заранее предугадать: "Но Г-сподь, когда я стоял у горящего куста, Ты Сам хотел открыться мне. Однако мне было страшно тогда смотреть на Тебя. Теперь я чувствую себя увереннее, я могу смотреть и поэтому прошу Тебя - раскройся больше передо мной".

Талмуд приводит ответ Б-га: "Кше-рацити, ло рацита; ахшав ше-ата роце, эйни роце - Когда Я хотел открыться перед тобой, ты не хотел. Теперь, когда ты хочешь, Я не хочу". Далее объясняется: когда Моше спрятал свое лицо в первый раз, боясь взглянуть на Творца, он ничего плохого не сделал. Он вел себя логично и похвально. Поэтому речь идет не о наказании за проступок. Идея совсем другая: то было подходящее время для более глубокого раскрытия Б-жественной Сущности, но пророк упустил его. А теперь - не время. Перед нами наглядный урок на тему "упущенные возможности".

В Песни Песней сказано: "Я сплю, но бодрствует сердце мое; я слышу звук - это стучится друг мой: Отвори мне, сестра моя, подруга моя, голубка моя, чистая моя... Я скинула одеяние свое, как же надену я его?! Омыла ноги мои, как же замараю я их?!" И чуть дальше: "Встала я отворить возлюбленному моему... а он ускользнул, сокрылся". Минутное промедление из-за лени - и возможность упущена. На стук в дверь надо отвечать немедленно.

Следует развить в себе глубокую восприимчивость к потоку энергии во времени; мы должны знать, ощущать, чего и когда можно достигнуть. Знатоки еврейской мистики подробно разбирали этот вопрос. Ученики великого каббалиста Аризаля, рабби Ицхака Лурии, жившего в Цфате более четырех веков назад, вспоминали, как однажды в пятницу перед наступлением шаббата, когда они стояли со своим учителем в окрестности города, готовясь встретить царицу-Субботу, он неожиданно повернулся к ним и живо сказал: "Давайте пойдем в Иерушалаим". Ученики были поражены: Иерушалаим далеко от Цфата, а до захода солнца оставались считанные минуты. Что он задумал? Аризаль, видимо, имел ввиду, что они перенесутся в Святой город вне времени; возможно, в его странном предложении скрывалось нечто еще более глубокое и значительное, чем намерение посетить Иерушалаим. В группе возникло минутное замешательство, кто-то несмело заметил, что надо бы предупредить семью, - и Аризаль печально сказал: "Все, уже поздно".

Великий ученик (талмид) Аризаля рабби Хаим Витал упоминает такой эпизод в своих записках. После смерти учителя он находился в Иерушалаиме. Однажды к нему пришел иерусалимский султан и приказал открыть воды Гихона. Гихон был подземным водным источником, протекавшим под Иерушалаимом. Его замуровал царь Хизкияу, как сказано в Талмуде, против воли мудрецов того поколения.

Очевидно, закрытие и открытие этих вод имели куда более глубокое значение, чем соображения технической целесообразности, но мы ограничимся лишь внешней канвой событий. Султан знал, что великий каббалист рабби Хаим Витал обладает достаточной трансцендентальной силой, чтобы "распечатать" источник, спрятанный много веков назад. Рабби Витал боялся выполнить это указание, но он знал, что ему грозит смерть, если он откажется. Поэтому он с помощью особого каббалистического приема мгновенно перенесся в Дамаск.

В ту же ночь к нему во сне явился его ребе, Аризаль. "Почему ты отказался сегодня открыть Гихон?" - спросил он своего ученика.

"Я боялся использовать святые имена Б-га для выполнения этого приказа", - ответил реб Хаим.

"А как ты очутился в Дамаске?"

Реб Хаим, видимо, не нашелся, что ответить, и Аризаль продолжил: "Ты знаешь, что твоя душа - это "гилгуль" (реинкарнация) царя Хизкияу и что ты пришел в этот мир для того, чтобы вновь открыть этот источник, замурованный много лет назад?"

Нетрудно представить себе состояние реб Хаима в этот момент. Он дал учителю такой ответ (эти слова приведены в его записках): "Я вернусь туда завтра и все сделаю".

Ответил Аризаль: "Нет, теперь ты ничего не сможешь сделать. Сегодня был этот день, но благоприятная возможность необратимо упущена".

Не вдаваясь дальше в эту бездонную мистику, отметим лишь главное: отрезки времени наделены огромной силой, и мы должны учиться правильно и своевременно использовать предоставленные нам возможности. Нельзя упускать драгоценные мгновения! Но нельзя и подталкивать время - "дохек эт а-шаа"; ведь действие, совершенное слишком рано, так же бесплодно, как и запоздалое действие. Группа евреев из колена Эфраима покинула Египет раньше других; эти нетерпеливые зелоты были убеждены, что время спасения пришло. Но они ошиблись, и, в результате, все погибли. Всему свое время.

***

Но как правильно рассчитать время? Как не пропустить свой шанс? Мы знаем, что Б-г никогда не дает нам таких задач, которые мы не способны выполнить. Если Он хочет, чтобы мы использовали какую-то возможность, нам будет дан соответствующий знак, вполне доступный нашему пониманию. Человек с развитой душой получит тонкий намек. Когда Элиша был молод и в один из дней пахал на отцовском поле, к нему приблизился великий пророк Элияу, духовный лидер того поколения. Он на ходу набросил на Элишу свой плащ, и этого оказалось достаточно: Элиша попрощался с родителями и пошел вслед за человеком, в котором он признал своего наставника. Со временем он сам стал пророком и одним из величайших героев еврейской истории. А все началось с "адерет Элияу", плаща Элияу. Одного жеста оказалось достаточно для судьбоносного решения. Элиша знал, что надо относиться серьезно к намекам великих людей. У таких вещей, как наброшенный плащ, есть глубокое значение. Их нельзя игнорировать.

Один из учеников Хафец-Хаима получил удивительно мудрое напутствие от своего ребе. В молодости он покинул иешиву Радина, но прежде, чем отправиться в путь, пришел к Хафец-Хаиму, чтобы попрощаться с ним и попросить у него "браху" (благословение). Он подошел к Хафец-Хаиму, но не успел произнести ни слова, как тот неожиданно выпалил: "Я - коэн".

Ученик замер на месте, не в силах понять, что имеет ввиду его учитель.

Но Хафец-Хаим невозмутимо продолжал: "А ты - нет. Тебе известно, что это значит? Я скажу тебе. Когда придет Машиах и будет воздвигнут Бейт-Амикдаш (Храм), мы все побежим туда. Когда ты подойдешь к воротам, тебе скажут: "Тебе нельзя входить - ты не коэн". А меня впустят. Ты знаешь, почему? Потому что более трех тысяч лет назад в Синайской пустыне был совершен тяжкий грех и потребовалось защитить честь Б-га. Моше встал и воскликнул: "Ми ла-Шем элай - Кто за Б-га - ко мне!" Люди из колена Леви, мои предки, немедленно откликнулись и подбежали к нему. А твои предки смолчали. И вот результат. Отсюда и разница между нами".

Затем после паузы он добавил, глядя на своего оторопевшего ученика: "Когда-нибудь и где-нибудь, находясь там, в большом мире, ты услышишь призыв: "Ми ла-Шем элай - Кто за Б-га - ко мне!" Как только прозвучат эти слова - не медли, беги!"

Начни сначала - Рош а-Шана

Энергия времени, циклично проходя различные фазы, достигает своих наивысших показателей в определенные, наиболее благоприятные для нее периоды. В частности, тот ее элемент, который способствует особому душевному подъему и оживлению "точки начала", максимально возрастает в Рош а-Шана, Новый год. Тот, кто желает возвысить и усилить свою способность к новому творению и к обновлению, должен максимально использовать духовный прилив Рош а-Шана. Рассмотрим глубже идею Рош а-Шана, попытаемся найти те энергетические источники, которые проявляются в этот период. Это поможет нам не упустить представившуюся возможность, использовать ее в максимальном объеме. Усилив вдохновение в первой фазе этого процесса, мы получим ключ к огромным запасам сил и стойкости, необходимых нам для второй фазы, когда вдохновение циклично снижается.

Рош а-Шана - это начало года. Те духовные силы, которые действуют в моменты начала, поистине уникальны. "А-коль олех ахар а-рош - Все идет за своим началом". Другими словами, весь ход любого процесса определяется его началом. Это объясняется тем, что начало подобно зачатию, при котором в будущий организм закладываются гены, которые станут базой всего, что разовьется позже. Духовное правило гласит: чем ближе к моменту зачатия, тем больше потенциал скрытых сил и тем серьезнее последствия любых действий. Небольшое повреждение, причиненное организму взрослого человека, может никак на нем не отразиться. Зародыш в период его внутриутробного развития намного чувствительнее к любым раздражителям, и малейшее изменение в генной структуре может иметь такие далеко идущие последствия, которые даже трудно вообразить в данный момент.

При зачатии жестко кодируются свойства организма. Ясно, что речь идет об очень важном, судьбоносном моменте. Ни один другой последующий момент не будет обладать такой силой, энергетикой и таким значением, как этот первый момент. Вспышка зачатия содержит в себе все. Последующее развитие будет лишь проявлять те элементы, которые были сотворены в момент начальной вспышки.

***

Рош а-Шана - это зачатие года, а последующие десять дней - период беременности. Вот почему эти дни так важны для всего наступившего года. Представ перед Б-гом в Рош а-Шана, человек судится на весь год. Его личность кристаллизуется в этот момент, приобретает законченную форму; изменить ее потом будет чрезвычайно трудно. Куда легче вносить изменения в Рош а-Шана - вы можете тогда легко манипулировать "генами" своего характера. Люди, обладающие глубокими духовными знаниями, очень стараются в эти два дня жить и вести себя по высшим стандартам, потому что происходит зачатие года. Многие следуют традиции не спать, по крайней мере, в утренние часы. Они хотят заложить гены наступающего года в полном сознании, а не в состоянии забытья.

Где находится источник этой особой энергии? Первым в истории Рош а-Шана, наиболее ярко отразившим его подлинную суть, был день Сотворения человека. Тот день Творения был самым первым, и его главнейшим событием стало появление человека на исторической сцене. Вот почему этот день всегда несет в себе потенциальные возможности для воссоздания человека. Когда мы искренне и твердо решаем возвысить себя в Рош а-Шана, воодушевиться для более одухотворенной и значимой жизни в наступающем году, мы начинаем черпать скрытую энергию этого дня - дня сотворения человека. Этот день наделен способностью совершать реальные изменения, он помогает человеку преобразиться, стать другим.

***

Традиция утверждает, что Адам был создан в том самом месте, где позже стоял "мизбеах" (жертвенник) Иерусалимского Храма. "Адам ми-маком капарато нивра - Адам был создан из места своего искупления". Самый первый момент его жизни материализовался из земли, собранной со всех концов света и сконцентрированной в одной точке – там, где значительно позже люди стали совершать жертвоприношения, т.е. совершать такие действия, которые глубже и лучше всего искупают грехи, приближая человека к Б-гу. Поэтому момент творения человека стал моментом самой концентрированной новизны; одновременно, он вобрал в себя качество самых глубоких, какие только возможны, перемен - от греха до его искупления. Такой скачок воистину подобен новому творению. Вот почему в Рош а-Шана заложена такая непостижимо могучая сила, толкающая нас к обновлению. Отсюда происходит и мистическая традиция максимально сократить сон в эти два дня.

***

Служба этих дней (на самом деле, они рассматриваются как один день) наглядно отражает эту духовную заряженность, наше внутреннее стремление достичь своих духовных корней. Литургия Рош а-Шана делится на три части: "мальхует" (Царствие), "зихронот" (Память) и "шофрот" (Трубление в шофар).

"Мальхует" (Царствие) отражает стремление человека обновить основу всего Творения и высшего служения - добиться того, чтобы власть Б-га была абсолютной и неоспоримой. Прежде чем взвалить на себя бремя конкретных мицвот, мы должны признать Царствие Всевышнего в целом. Поясним эту мысль с помощью аллегорической притчи ("машаль"). Одного великого царя попросили установить законы для страны. Царь согласился, но с условием, что вначале люди признают его власть над собой. Лишь тогда введенные им законы станут обязательными и осмысленными. В основе Творения - Царствие Б-га; оно же - источник всякого духовного роста. Эта мысль лежит в основе всего Рош а-Шана; она требует глубокого проникновения в самые сокровенные тайны желания ("рацон") в процессе молитвы. Ее цель - достигнуть глубин сознания и пробудить желание установить полную и безраздельную власть Всевышнего.

"Зихронот" (Память) несет в себе идею памяти - истинно духовной и глубокой - об истоках мироздания, о происхождении еврейского народа и его судьбе. Эта глубинная память ассоциируется с возвращением к мужской фазе нового зачатия - мы стремимся вернуться к изначальной вспышке или искре, чтобы заново пережить эту фазу, ярко и отчетливо. У слова "захор", помнить, такой же корень, что и у слова "захар", мужской. Связь тут очевидная. Сущность мужского начала в том и состоит: переносить концентрированную сущность всех предыдущих поколений в своем семени для формирования следующего поколения. Семя - это "память" о прошлом. Смысловая аналогия подтверждается в языке: слово "зихрон", память", и "зера", семя, имеют одинаковое числовое значение. Труд памяти, стремление заново пережить вспышку Творения вполне соответствуют духу Рош а-Шана и являются необходимым условием его празднования.

"Шофрот" (Трубление в шофар) выражает - в рамках обсуждаемой нами темы - стремление проникнуть в сердце, в корень души и личности. Особенность шофара заключается в том, что он имеет голос, но не произносит слов. Каббалисты объясняют, что голос - это корень речи и содержит в себе нечто гораздо большее, чем простую возможность строить цепочку слов. Слова могут нести в себе информацию, но голос дает представление о человеке. Вот почему пророчество называют часто "голосом", но не словами. Когда Б-г велит Аврааму следовать пророческому совету его жены Сары, Он говорит: "Шма бе-кола - слушайся ее голоса", а не "слушайся ее слов".

Б-г велит пророку: "Кра бе-гарон, аль тахтох - Кричи из своего горла, не молчи". Ибо пророчество исходит не из уст, не из полости рта, где формулируются слова, а из горла, источника "сырого", необработанного звука. Когда трубят в шофар, мы произносим благословение "лишмоа коль шофар", на "слушание голоса шофара". Шофар издает простой звук, простой плач, лишенный всяких модуляций; поэтому он обладает способностью раскрывать душу. Никакие в мире слова не могут выразить чувства ребенка, плачущего ночью, зовущего мать. Шофар издает именно такой детский крик.

***

Правильное поведение в Рош а-Шана дает нам максимальный энергетический заряд. Полученной в этот день энергии должно хватить на весь год, чтобы прожить его по высшим стандартам - не привычно, по инерции, а с постоянным ощущением новизны. Из искры возгорится пламя; это пламя должно зажечь новый огонь, - и так всегда. Таков еврейский образ жизни. Известная каббалистическая формула гласит: если ты живешь сегодня, потому что ты жил вчера, значит, ты мертв. Быть по-настоящему живым означает генерировать свою жизнь - сегодня, в данную минуту, не как пассивный результат прошлого, а как взрыв нового бытия, сейчас и всегда.

У ивритского корня "ани", я, есть два производных - "ана" и "эйн". Слово "эйн" выражает отрицание - "нет", "не"; "ана" гораздо труднее перевести: это слово означает невыразимую просьбу или стремление, как, например, во фразе "ана Ашем ошиа на", выражающей тягу к спасению. Эти слова - "эйн", "нет", и "ана", страстная надежда на лучшее будущее, имеют и другие значения: "откуда" и "куда". Вопрос "Откуда ты пришел?" звучит на иврите: "ме-айн бата?" - "Куда ты идешь?" переводится "ана (или: леан) телех?" Но любопытное дело, стоит отвлечься от буквального значения этих выражений, как перед нами открывается удивительно глубокая мысль: "ме-айн бата - откуда ты пришел?" буквально означает: "Ты пришел из ничего". А "ана телех - Куда ты идешь?" значит: "Ты идешь в невыразимо огромное измерение".

Иврит, язык святости, обладает неисчерпаемой духовной глубиной. Простое будничное сообщение о человеке, прибывающем из какого-то другого места, выражена в разговорном иврите как переход из ничего в его нынешнее состояние ("йеш ме-айн - нечто из ничего"). Иначе говоря, в духовном понимании этот момент связан с предыдущем моментом в той же мере, как существование связано с небытием. Это и есть новизна! И переход от этого момента до следующего обозначен таким мощным взрывом, что его невозможно перевести. Таково устремление духовно восприимчивого человека - он желает постоянно вырабатывать в себе новую внутреннюю жизнь.

Аврам-авину говорил о себе: "Ва-анохи афар ва-эфер - Я - прах и пепел". Тора - не поэтическое произведение, не литературный памятник. В ней каждый нюанс имеет бесконечно глубокий смысл. Что значат эти два определения - "прах и пепел"?

Идея здесь такая. Пепел - это простые частицы, остающиеся после полного сгорания субстанции. "Прахом земли" называют плодородную почву, в которой происходит рост. Авраам наиболее ярко воплощал собой идею новизны, отцовства; он был праотцом еврейского народа. Он заложил принципы совершенно нового образа жизни. Он непрерывно сжигал себя, чтобы использовать остающиеся частицы в качестве почвы для нового роста. Ни одна частица его развития не оставалась пассивной; ни одна не присутствовала сегодня лишь потому, что она была здесь вчера. Вся его сущность преобразовалась в память, ставшую ядром нового рождения - для последующего воспроизведения в непрерывной цепочке поколений. В том и состоит сила "хидуша", воспроизводящей самою себя новизны, источника духовной жизни и роста.

Быстрее времени – Песах

Энергия начала требует более глубокого рассмотрения. Рош а-Шана и Песах - это два начала года. Рош а-Шана воплощает собой новое творение человека как личности, а Песах ознаменовал новое творение в коллективном плане - создание еврейского народа. Чему нас учит эта параллель?

Духовные силы, действующие во время Песаха, таковы, что позволяют еврейскому народу и каждому еврею в отдельности достигнуть невозможного. Попытка прыжка на совершенно новый уровень восприимчивости и личного развития может оказаться успешной, если предпринять ее в Песах; в другое время достичь в этом успеха гораздо проблематичнее.

В эти дни нам предоставляется особая Б-жественная помощь, благодаря которой можно одним прыжком достигнуть многих уровней духовного роста. В обычных условиях на эти уровни приходится долго и упорно карабкаться, как к заоблачным вершинам. Само слово "Песах" означает "перепрыгивать", а, в более глубоком смысле, речь идет о перепрыгивании через несколько уровней роста, которые при нормальных обстоятельствах надо одолевать по очереди.

Эта энергия особенно сильна в первую ночь Песаха, когда вся атмосфера заряжена предельно мощным вдохновением. В мистических источниках сказано, что все другие ночи наш "маарив" (вечерняя молитва) устанавливает определенную связь с высшими мирами, а в первую ночь Песаха эти связи возникают автоматически, нам для этого не нужно никаких усилий. Но почему тогда мы произносим вечернюю молитву в ночь Седера? Ведь получается, что она излишняя. Мы молимся для того, чтобы соединить себя с тем, что происходит в высших мирах. Чтобы притянуть часть этих очень высоких энергий к нашему уровню. Эта ночь не требует той обычной защиты, какой мы пользуемся в другие ночи. Она сама - "лейл шимурим - ночь защиты"; ни в одну другую ночь года мы не получаем от Всевышнего такой надежной охраны. Она действительно "отличается от всех других ночей", как сказано в пасхальной Агаде. Поэтому давайте зададим этот древний вопрос с еще более глубоким значением: "Почему эта ночь отличается от всех других ночей?"

***

Пользуясь ранее рассмотренными положениями, мы неизбежно придем к выводу, что эта ночь обладает, по-видимому, какой-то несравненной энергией; ибо в эту ночь был съеден первый "корбан Песах", пасхальная жертва. Кульминацией десяти египетских казней была смерть первенцев. Она произошла в полночь. Поражая египтян, Б-г миновал, буквально, "перепрыгнул" через еврейские дома - Он лично, а не Его посланники-ангелы. С этого момента начался Исход; процесс спасения разворачивался на глазах у всего человечества. Спасение произошло с молниеносной быстротой (ке-эреф айн - в мгновение ока): даже приготовленное тесто не успело взойти, и евреи вынесли его из Египта в виде мацы. Такие события являются убедительным физическим проявлением невыразимой духовной энергии, ее мощного разряда в высших сферах. Разберем теперь характер тех событий и попробуем нащупать их истоки. В чем состоит глубинное значение этой быстроты? Что означает маца?

Начнем с вопроса, который беспокоит некоторых близких нам по времени комментаторов. Существует распространенное мнение, что в последние годы своего пребывания в Египте евреи оказались на сорок девятом, предпоследнем уровне нечистоты, и их необходимо было немедленно спасти, вывести на свободу, потому что следующий пятидесятый уровень был необратим. Освобождение произошло именно тогда, потому что при малейшем промедлении евреи навсегда исчезли бы, растворились среди египтян. Б-г спас нас в самый последний момент. В тот момент накануне Исхода наша судьба, наше будущее висели на волоске - задержись мы в Египте чуть дольше, и Всевышнему уже некого было бы спасать, было бы слишком поздно.

Теперь возникает вопрос: почему один-единственный момент пребывания в Египте мог привести к нашему полному духовному исчезновению, растворению в египетской нечистоте? Получается, что этот момент был величайшим в нашей истории, мгновением высшего откровения, когда мы предельно остро, буквально собственной кожей чувствовали близость Творца. Этот полуночный момент излучал чистоту; он стал кульминацией длительного процесса, начавшегося несколькими месяцами ранее с первой казни и положившего конец рабской эксплуатации евреев. В последующих казнях евреи видели явное проявление всевластия Б-га, Его активного участия в мировых событиях ("ашгаха"). Эта ночь стала вершиной этого процесса. Но как мог появиться луч свободы на безотрадном фоне распада еврейского народа, его необратимого погружения в нечистоту и неизбежного ухода в небытие, если бы эта тенденция сохранилась хотя бы ненадолго? С другой стороны, при еще большей интенсивности откровения вчерашние рабы могли сразу обратиться в ангелов!

В источниках, рассматривающих данный вопрос, сказано, что речь идет буквально об одном единственном моменте этого состояния - не о добавочном времени к предыдущей стадии рабства и преследования в целом, а об очень специфичном периоде, добавленном к последней ночи в Египте. Как же решить эту проблему?

***

Метод ее решения мы находим в мистических источниках. Есть мнение, что человек может жить в физических измерениях пространства и времени, находясь в их власти целиком или частично, либо он может жить в них, но при этом выходить за их границы. Чтобы добиться второго варианта, надо свести к минимуму свои контакты с физическими элементами. Во временном пространстве это стремление выражается словом "зризут", усердие или рвение в исполнении мицвот и служении Б-гу. Маарал объяснял: если человек двигается быстро, сокращает период своих действий, он может преодолеть тесные границы времени. Конечно, для каждого действия требуется определенный, строго очерченный срок, но дело в том, что духовность вступает в противоречие с ненужным расширением физических измерений пространства и времени. Когда затрачиваемое время сокращают до минимума, это вовсе не противоречит духовности; наоборот, ревностно выполненное действие ставит физическую сущность на духовный уровень. Поскольку духовный мир находится вне времени, объясняет Маарал, мы можем установить с ним контакт путем максимального приближения к нему с помощью наших усилий, путем уменьшения физического компонента наших действий, сведения его к абсолютно необходимому минимуму.

Иначе говоря, лень и замедленные действия приводят к расширению физической сферы, в результате чего мы становимся частью этой сферы. Вялость и инертность прямо противоположны духовности. Лень несовместима с духовным ростом.

Пользуясь терминами из предыдущих глав, можно сказать, что духовная жизнь вырабатывается в бесконечно малую долю времени, в момент вспышки зачатия, который соответствует мужской фазе реальности. Перед женской фазой стоит задача сохранить духовную энергию этой первой фазы и принести ее в материальный мир, но это возможно лишь при условии, что созидательная зачаточная фаза достаточно напряжена, подвижна и не обременена физической тяжестью.

Вернемся к тому судьбоносному моменту, который наступил в Египте в полночь Исхода. Проблема с возможной затяжкой времени заключалась не в тлетворном влиянии египетской нечистоты - эта опасность давно миновала. Нет, проблема состояла в самом затянувшемся времени. Разберем эту мысль. Освобождение должно было наступить "ке-эреф айн", в мгновение ока, поскольку для сохранения духовного заряда этого события требовалось проворство. Если бы мы медленно вышли из Египта, спокойно, расслабленно, мы стали бы обычным народом. Но в тот момент зарождалась еврейская нация, и момент ее рождения должен был содержать в себе элемент трансцендентальности, поскольку "все идет от начала". Короче, мы были и остаемся духовным народом, потому что наше начало было духовным. Момент нашего формирования как народа занял абсолютный минимум времени, и с тех пор мы всегда жили на грани физической вселенной, на той грани, которая соприкасается с трансцендентальным, Б-жественным. Проблема с затяжкой времени в Египте состояла в самом времени; здесь скрывалась страшная опасность. Под нечистотой, о которой мы говорим, подразумевается нечистота нации, созданной для духовности, но не сумевшей подняться выше физического уровня, оставшейся самым обычным народом.

***

В том и состоит тайна Песаха - мы проносимся на гребне трансцендентальной волны за минимально короткое время. Мы преодолеваем время. Мы вышли из Египта слишком быстро, не дав завершиться физическим процессам; слишком быстро, чтобы позволить естественному миру затормозить нас, замедлить наш взлет; слишком быстро, чтобы остаться в материальной среде, в узких рамках физической реальности. Слишком быстро, чтобы тесто успело взойти, чтобы пища, дающая нам жизнь, успела вырасти, распухнуть и отяжелеть.

Народ за гранью природы, живущий на скудном хлебе, который представляет собой лишь сумму своих ингредиентов.

Идем дальше. Что означает маца, с которой связана одна из главных заповедей Песаха? В чем разница между хамецом (заквашенными продуктами) и мацой? Ни в чем, кроме времени! Никакой разницы в составляющих элементах - только разница во времени. Мука и вода, испеченные в минимум времени, становятся мацой. Секундная передержка - и получается хамец. Буквы из которых сложены сами эти слова - хамец и маца, отличаются друг от друга только маленькой чернильной точкой (в этих словах две одинаковые буквы - "мем", "цади"; третья буква в хамеце - "хет", в маце - "эй": они очень похожи на письме; кажется, что "эй" - это чуть-чуть недоведенная до конца "хет"). Такое же крохотное различием между хамецом и мацой существует и во времени.

Но до чего велики последствия этого едва различимого отличия! Есть мацу - побудительная мицва из Торы; награда за нее безмерна. Есть хамец - тяжкое нарушение запрета Торы, и наказание за это нарушение - "карет", отсечение души. Получается, что одна секунда становится непреодолимым барьером между жизнью и смертью.

***

Неслучайно говорили мудрецы: "мицва абаа ле-ядха, аль тахмицена - Когда мицва идет тебе в руки, не дай ей зачерстветь", буквально, "не дай ей стать хамецом, закиснуть". "У-шмартем эт а-мацот - и берегите мацу". Эту фразу можно перевести и по-другому: "И берегите мицвот". Здесь мы видим не простую игру слов. Идея такая: как маца становится хамецом, если затянуть ее приготовление, так и мицва, духовная жизнь человека, исполняющего ее, становится "хамецом", подвергается брожению, скисает, если она превращается в составную часть естественной природы. Мицва - это физическое действие, содержащее беспредельный заряд духовной энергии, но исполнять ее надо тоже на духовном уровне. Если мицва совершается лишь как физическое действие, она может потерять связь с духовным миром. Мицвот подобны маце: когда их делают на высоком уровне, страстно и с энтузиазмом, они приобретают качество трансцендентальности; но при вялом, неохотном исполнении они "скисают", "портятся".

Физическая среда содержит источник, из которого в пространстве и времени развивается "тума", нечистота. Египетские чародеи не смогли повторить Б-жественную казнь с использованием "киним", вшей. Комментаторы объясняют причину их затруднений: вши были слишком малы. "Тума", которой обладали чародеи, действует только при наличии достаточного физического материала. Когда этот материал сокращается до минимума, нечистота перестает действовать на него.

***

Итак, нам частично открылось глубинное значение той последней ночи, которую евреи провели в Египте. Мы быстро и с большим энтузиазмом покинули Египет, сведя к минимуму период нашего национального рождения и усилив тем самым влияние этого момента. Мы родились, когда гибли египетские первенцы. Момент Сотворения мира, воплощенный первым из Десяти созидательных речений Творца за несколько десятков веков до египетского рабства, вновь осуществился в сходном и одновременно противоположном по замыслу событии - в гибели первенцев Египта - за их "первенство" - при одновременном рождении нашего "первенства". Эта связь была установлена Авраамом, его решимостью принести в жертву своего первенца (от жены Сары). Жертвоприношение Ицхака стало кульминацией десяти испытаний, закаливших Авраама и в результате которых возник еврейский народ. Все эти моменты "первенства", рождения были сложены вместе; их совокупная энергия дала толчок тому главному моменту на все века - во времени и вне его. Эта ночь и воистину "отличается от других ночей"!

***

Глубинная связь между египетской ночью чудес и последующей еврейской историей красиво объяснена рабби Иегудой Арье Лейб Альтером из Гура ("Сфат эмет"). Он спрашивает: почему мы называем застолье в первую ночь Песаха "седером", ведь слово "седер" означает на святом языке "порядок", заранее подготовленную и предсказуемую серию действий. Не странно ли, что мы отмечаем важнейшую в нашей истории цепь чудес, кардинальное отклонение от нормального порядка вещей - словом "седер", порядок? Ответ Гурского ребе заслуживает того, чтобы высечь его в камне. Для еврейского народа, говорит он, чудесным является естественный порядок вещей. Наш "седер" - это седер чудес. Мы сформировались в невероятных условиях, наше зачатие произошло в фейерверке чудес; мы родились вне времени. Мы уже больше никогда не вернемся в естественное, будничное состояние. Такое возвращение стало бы для нас самой худшей порчей; мы бы попросту скисли - маца превратилась бы в хамец, что в нашем случае равносильно смерти.

***

Согласно традиции, фаза зачатия происходит вне всяких измерений, а фаза продолжения и сохранения образует замкнутый круг. Круг представляется в образе женской фазы конкретизации, формирования физической сущности. Круг - это единственная фигура, у которой нет особых точек. В отличие от других геометрических форм круг состоит из идентичных сегментов. Можно взять самую маленькую дугу - все остальное предсказуемо. Здесь нет ничего нового. Опасность этой фазы заключается в том, что она подвержена застою, выхолащиванию созидательного элемента, легко поддается силе привычки, инерции и...депрессии. При умелом обращении с женской фазой, она способна непрерывно продуцировать новизну; в противном случае она застывает, лишается жизни и чувств. Это состояние нагляднее всего символизирует еврейская буква "самех", изображаемая в виде круга. Тора учит, что новизна должна быть абсолютно свежей и максимально производительной. На это указывает, в частности, полное отсутствие буквы "самех" в том месте книги "Берешит", где описывается Сотворение мира. Обратите внимание, в этом длинном тексте нет ни единого "самеха"! Тора содержит еще один раздел ("парша"), написанный без единой буквы "самех" - это "парша бехор", в котором излагаются законы, относящиеся к первенцам.

***

Мы должны жить на уровне "хидуша", новизны, и не стремиться в естественные сферы. Самое первое положение в кодексе еврейских законов "Шулхан арух" относится к началу дня, к нашей первой обязанности после пробуждения. Это галахическое повеление требует от нас быстро и резво встать с постели. В принципе, неплохой практический совет. Но в нем скрыто нечто гораздо большее: мы получаем здесь урок всех начал: если ты силен, как лев, когда встаешь утром, если ты начинаешь день без лени, не позволяешь своей естественной природной инерции портить момент пробуждения, если эта инерция не затуманивает проснувшийся разум, то можно надеяться, что день будет успешным, что он пройдет на высоком духовном уровне.

Все определяется началом. Чистое начало, начало вне времени не оставит места душевному застою и депрессии. Трудно придумать более подходящее вступление к своду еврейских законов: проснувшись, будь "как лев".

В моменте нового творения нет негативизма. Пока течет энергия созидания, нет места подавленности и отчаянию. Духовный корень депрессии - это отсутствие личного роста. Когда время уходит в песок и ничего нового не происходит, когда все неизменно, душа ощущает холодное дыхание смерти. Конец жизненного пути печалит нас потому, что никакая деятельность уже невозможна, изменений больше не будет, и все застыло, заморожено. В том и состоит главное отличие жизни от ее противоположности; душа предчувствует это финальное состояние, когда она бездействует в этом мире. Такова истинная причина распространившихся депрессий; неслучайно, лучшим методом их лечения специалисты считают активную деятельность. Вначале это просто общественно полезная деятельность, но затем (и как можно скорее) она должна перейти в труд души, в движение и рост.

***

Итак, первая ночь Песаха. Невероятно мощная энергия, невероятные возможности. Время трансцендентального начала. Время вдохновлять детей, только вступающих на путь духовности. Время заряжаться вдохновением. Время достигать невозможного, преодолевать границы времени.

Счет дней, сотворение времени - "Сфират а-омер"

Мы изучили ряд положений и элементов, охватывающих процесс вдохновения, продолжающегося труда. Вопреки потере вдохновения, результаты этого труда возвращают нам вдохновение. Приобретенные знания помогут нам исследовать духовный путь, ведущий от Песаха к Шавуоту. Надо изучить этот путь, чтобы понять сущность энергетических потоков, текущих к нам в это время из духовных миров.

***

Мудрецы приводят "машал", аллегорию, которая наглядно демонстрирует этот путь и объясняет положение о том, что Песах надо воспринимать как нечто целое, а "сфират а-омер", период между Песахом и Шавуотом, наоборот, как последовательность индивидуальных частей.

Отец и сын шли в опасном месте и вдруг натолкнулись на ларец с драгоценностями. Сын хотел сразу пересчитать все камни по одному. Но отец сказал ему: "Здесь слишком опасно. Если мы задержимся, то можем потерять все. Давай не будем открывать ларец, а возьмем его с собой. Когда мы придем в безопасное место, у нас будет возможность открыть его и без спешки пересчитать все содержимое".

Так и Песах надо воспринимать как скачок к новому уровню, который находится, возможно, на несколько ступеней выше нашего прежнего состояния. При таком скачке нам не потребуется останавливаться на промежуточных ступенях. Но затем начинается счет, где за каждый этап придется отвечать особо. Что это значит?

***

Как уже не раз отмечалось, Песах - это период взрывного потенциала; он дает возможность достигнуть того, что в обычных услових недостижимо. Но после взлета Песаха начинается трудное время "сфират а-омер", счета омера. Этот период состоит из сорока девяти дней, ведущих к Шавуоту, дарованию Торы. В это время существует мицва считать дни между Песахом и Шавуотом. Но что дает такой счет? Что создается в душе и мире, когда мы считаем дни или ступени? Труд, затраченный на этот счет, ведет нас к симхе, радости Шавуота?

Вначале отметим одну любопытную проблему, которая возникает, если придерживаться мнения Рамбана в отношении этой мицвы. Рамбан считает, что речь идет об одной из мицвот, которые не создаются временем ("ше-ба-зман грама"). В иудаизме есть заповеди, привязанные ко времени, обусловленные временем. Такие мицвы надо выполнять в определенный срок, потому что это время требует данной конкретной мицвы; в каком-то смысле оно является причиной мицвы. Трудно представить себе другую мицву, более привязанную ко времени, более соотнесенную со временем, чем "сфират а-омер". Ее полагается выполнять в строго определенный срок - между Песахом и Шавуотом, ежедневно, в начале каждого двадцатичетырехчасового периода, после выхода звёзд. Эта мицва целиком подчинена времени; она отмечает смену дней между Песахом и Шавуотом. Как же мог Рамбан утверждать, что эта мицва не "эсе ше-а-зман грама" - не мицва, обусловленная временем? Ведь само слово "Шавуот" означает "недели", поскольку он наступает после отсчета семи недель от Песаха. Есть ли в этой мицве хоть что-нибудь, не относящееся ко времени?

***

Прежде чем попытаться ответить на этот трудный вопрос, зададим вначале один-два добавочных вопроса. Принято считать, что счет омера - это счет дней, остающихся до Шавуота, - естественное занятие для человека, с нетерпением ждущего какого-то желанного события. Когда мы ждем этого события, мы считаем дни, которые отделяют его от настоящего момента. Но почему тогда мы ведем не обратный счет - к нулю, а от Песаха по нарастающей? Ведь если мы ждем Шавуота, нам следовало бы считать на уменьшение - десять, девять, восемь, семь..., - а не увеличивая сумму, число остающихся, а не прошедших дней. Во время "сфират а-омер" мы суммируем дни: "один день омера", "два дня омера" и т.д. Чем объясняется такой порядок?

Обратим внимание еще на одно обстоятельство того же явления: мы считаем дни к Шавуоту, но при этом называем счет "сфират а-омер" - счет омера. Под омером имеется ввиду пожертвование, приносимое на Песах. Почему мицва называется по точке отсчета, а не по ее цели? В основе этих семи недель лежит, конечно, идея развития - от более простого приношения омера ячменя в Песах к более изысканному приношению муки в Шавуот. В комментариях отмечается, что в прежние времена ячмень шел на корм скоту, а мука тонкого помола предназначалась для людей. Идея тут простая: надо взять свою неразвитую животную сущность и поэтапно возвысить ее. Но если мы говорим о росте, о подъеме на более высокий уровень, то зачем оглядываться назад? Таковы фундаментальные вопросы, относящиеся к этой мицве.

***

Теперь давайте разберемся. "Хидуш", принципиально новая идея, состоит здесь в том, что с позиции Торы, счет - это не сентиментальная пометка рубежей времени, ведущих к желанной цели; это само строительство цели. Счет - это труд. Считать означает давать отчет и развивать каждую составляющую процесса целиком, ответственно и в правильной последовательности. Только если каждая деталь счета тщательно оформлена и включена в процесс, можно утверждать, что цель достигнута - на самом деле, это и есть сама цель. Мы отвечаем за правильную последовательность; если она верна - путь к цели открыт. Сама цель, в ее духовном значении, не может быть создана или достигнута прямым путем, поскольку она трансцендентальна. Но можно создать ее материальные компоненты. Если это делается правильно, результат приходит к нам, как дар Б-га.

Для ясности приведем такую аналогию. Музыка - наглядный и яркий пример красоты, открытой человеку в этом мире. Общее впечатление от музыки намного сильнее, чем от суммы ее элементов, отдельных нот, которые сливаются в мелодию в процессе игры. Нас волнует музыка в целом, взаимодействие и гармония нот, которые вместе образуют неповторимое по качеству музыкальное звучание. Но такой эффект достигается игрой отдельных нот: каждая нота должна быть сыграна правильно и в нужный момент, чтобы получилась музыка. Невозможно одним-единственным действием создать музыку "в целом”. Она возникает только благодаря добросовестному и точному исполнению каждой отдельной ее частицы.

Эта аналогия неслучайна. Музыка состоит из семи нот (восьмая нота в октаве - та же, что и первая), которые в совокупности образуют нечто гораздо более сложное, чем сыгранные по отдельности. В "сфират а-омер" мы считаем семь недель по семь дней в каждой, и в мистическом смысле эти элементы опираются на ту же основу, что и семь музыкальных нот. Неслучайно, глубинный источник семи элементов, на которых базируется физический мир, носит мистическое название "сфирот", в буквальном значении - элементы счета. ("Сфор" - на иврите "считать"; это корень слова "миспар", номер.) Весь мир построен на счете; он представляет собой комбинацию особых "узлов", соединенных таким образом, что в результате получается целая вселенная. Отсюда, кстати, произошло известное выражение "музыка сфер".

***

Пользуясь той же музыкальной аналогией, попытаемся теперь проникнуть в эту мысль еще глубже. Каббала утверждает, что человек может слиться с Творением, раствориться в его единстве и совокупности, если он правильно понимает конструкцию частей Творения. Того же результата можно достигнуть и с помощью музыки - благодаря особому утонченному восприятию. Сказано, что когда пророку требовалось вдохновение для прорицания, он просил музыку. Говорят, что музыка успокаивает и возвышает, дает настрой для пророчества.

На самом деле, речь идет о более глубоком явлении. Музыка выражает совершенную гармонию отдельных компонентов, необходимых для получения новой сущности, нового переживания. Это и есть необходимое условие для пророчества - взять материальные компоненты физического бытия и превратить их в сосуд святости - для раскрытия высшей сущности. Сказано, что на пророка снисходило откровение, когда играл музыкант - "ве-айя ке-наген а-менаген". Но при более внимательном анализе слов напрашивается другой перевод: Когда музыкант сливался с музыкой, именно тогда он достигал истинного пророчества.

Эти мысли, как уже не раз отмечалось, очень трудно выразить словами. Слова представляют собой отдельные, изолированные ноты. Чтобы их можно было услышать, требуется правильная "игра".

***

Счет омера и есть такая игра. Трансцендентальное состояние Шавуота, получения Торы, достигается не одним создающим его действием, а целенаправленным, кропотливым строительством каждого из семи дней во всех семи неделях. Результатом этого труда становится Шавуот. Мы занимаемся процессом, а не результатом, мы прокладываем путь, и результат приходит сам собой.

Самой яркой иллюстрацией к этому положению может служить тот факт, что хотя Тора повелевает нам "и отсчитаешь ты пятьдесят дней", мы считаем только сорок девять. Почему? Почему мы не включаем в счет сам пятидесятый день Шавуота в точном соответствии с заповедью? На этот справедливый вопрос мы получаем неожиданный ответ: мы не можем считать пятидесятый день, потому что он - чистая запредельность, он принадлежит совершенно другому миру, находится вне досягаемости обычного счета. Ведь речь идет о Шавуоте, периоде дарования Торы. Дав ему определенный номер, мы тем самым принизим, ограничим его. Но Шавуот - это не элемент, а совокупность. Мы считаем сорок девять ступеней, ограниченных в пространственно-временном восприятии, и в итоге Шавуот и сопутствующая ему запредельность приходят к нам как дар, как восхитительная награда за наше внимание к деталям. На самом деле, мы выполняем заповедь Торы, повелевающую считать пятидесятый день, именно тем, что мы не включаем его в счет - не ограничиваем его физическим числом. Только так можно достигнуть Шавуота - надо сделать все физически возможное, и затем позволить святости ("кедуша") самой проявить себя.

Такова природа духовности - она возникает на тщательно подготовленной и правильно использованной физической основе. Цельность и единство духовности намного превосходят сумму крохотных частиц, из которых она состоит. Мы считаем сорок девять дней; Б-г считает день пятидесятый.

***

Вот почему мы считаем от Песаха, а не к Шавуоту. Мы не можем приблизить Шавуот, но мы в состоянии проложить путь к нему. Мы строим этот путь на омере, на том, что выражает начало Песаха. Именно сюда направлены наши усилия и наше внимание: "Сегодня один день омера" - это значит, что мы построили один день; "сегодня два дня омера" - мы построили два дня. Когда мы построим таким образом - точно и правильно - все сорок девять дней, им на смену придет Шавуот. И мы вместе с нашим счетом перейдем в разряд высшей реальности - "ве-айя ке-наген а-менаген".

Счет - это строительство. Некоторые люди считают в период "сфиры" черты своего характера, деля их на семь категорий (семь недель) по семь единиц в каждой, и напряженно работают над каждой чертой в соответствующие дни. Они "катаются на волне" времени, пользуясь духовной заряженностью этих особых дней. Но счет омера строит и без этой дополнительной задачи. Согласно традиции, когда женщина считает "заин некиим", семь дней до своего более высокого уровня чистоты, которого она достигает в микве, ей надо считать сами дни - не следить за соблюдением требуемого срока, а именно считать дни, каждый день, активно и сознательно, ибо сам счет и строит для нее тот высокий уровень чистоты.

***

Итак мы видим, что считать надо от Песаха, а не к Шавуоту. Вот почему праздник Шавуот - это "недели". Он назван так по периоду времени, который мы считаем, приближаясь к нему; и по той же причине мистические "сфирот" получили столь странное, на первый взгляд, название в иудаизме - "сфирот", подсчеты.

Теперь вернемся к загадочному высказыванию Рамбана, что "сфират а-омер" - это мицва, не создаваемая временем. Рамбан раскрывает здесь удивительную мысль: Тора учит нас, что, вопреки нашим представлениям, время - это вовсе не фиксированная сущность, вызывающая определенные изменения и события в мире. Многие убеждены, что время всегда здесь, с нами, что оно требует, побуждает к определенному отклику. Нет, необязательно. В действительности, наши действия, наши мицвот могут опираться на гораздо более глубокую основу. Заблуждается тот, для кого время - это "квиа ве-каяма", фиксировано и существует неизменно. В действительности оно может зависеть от нас. Говоря конкретнее, "сфират а-омер" - это не мицва, обусловленная временем; наоборот, само время обусловлено этой мицвой. Ведя счет омера, мы строим реальность.

Перед нами блестящий образец созидательной, побуждающей силы Торы и заповедей, истинная основа реальности - "квиа ве-каяма".

***

Данный пример раскрывает перед нами глубинную суть духовности. Мы не ждем, когда события произойдут, когда нас посетят вдохновение и благословение особых периодов еврейского календарного цикла, их возвышенная святость; мы сами строим эти блага. Нельзя оставаться неподвижным во времени, стоять, как утес, омываемый бурлящими волнами. Наша задача - идти вперед, навстречу этим великим моментам. Мистики говорят, что если ты ждешь "кедушу", святость, она придет к тебе нескоро. Надо идти к ней навстречу, и тогда она сама поспешит к тебе.

Такое явление существует и в пространственном измерении. В праздники Песах, Шавуот и Суккот нам заповедано совершать "алия ле-регель", паломничество в Бейт а-микдаш, Иерусалимский храм, где сосредоточена пространственная святость. И именно в эти три праздника, называемые "регалим", каждый еврей концентрирует свое внимание на "кедуше", святости во времени.

У каббалистов существовал обычай выходить в открытое поле для встречи Шаббата. Мы говорим в молитве: "Ликрат шаббат леху ве-нелха - Давайте отправимся встречать Субботу (навстречу ей)". Шаббат - ядро святости во времени, надо искать его, к нему стремиться, приближаться. Лишь тогда он станет "мекор а-браха", источником благословения.

***

Считая дни, мы творим время. Нельзя быть пассивным пассажиром в курьерском поезде времени. Мы должны сами строить нашу жизнь, превращать время в реальность. Пассивный дрейф во времени приводит к тому, что время неумолимо разрушает жизнь. И наоборот, когда мы строим свою жизнь по кирпичикам, сознательно и активно, в атмосфере святости, время сметает физические границы, переходит в вечность, увлекая нас за собой, и мы сливаемся воедино с этой грандиозной музыкой.

Реальное существование - Шаббат

Шаббат занимает центральное место в Торе и еврейской жизни. Поэтому он должен отражать ту фундаментальную схему, которую мы изучаем. Неделя начинается и заканчивается Шаббатом - вдохновенное начало, неделя труда и вдохновенное завершение недели: от святого - к будничному и опять к святому.

Каков смысл этого недельного цикла? Какие энергетические источники питают его и как можно их использовать? Почему мы нуждаемся в Шаббате каждую неделю, а в других "моадим" (праздниках) лишь раз в год. По всей видимости, Шаббат представляет особую ценность для нашей души; он дает ей важный урок, требующий столь частого повторения.

***

В Шаббате заложено множество идей, но, пожалуй, самая распространенная из них гласит, что этот день представляет собой конечную точку, "тахлит" процесса. Недельные будни - это период работы, строительства. В Шаббат строительство прекращается, и мы начинаем осознавать его значение, испытываем чувство удовлетворенности тем, чего достигли. Шаббат - это не просто отдых, бездействие. Это празднование успешно завершенной работы. Вместе с Шаббатом Тора всегда упоминает шесть дней работы. Идея ясна: Шаббат приходит только после работы, благодаря ей.

Каждый процесс должен иметь завершение, наполняющее его смыслом. Если работа не дает результата, значит, это глупая, никому не нужная работа. Когда изобретатель создает машину, которая полностью себя обслуживает - обеспечивает себя топливом, смазывает и чистит свои детали и узлы, его хвалят: он создал умную машину - но при условии, что она производит что-то полезное, ценное. Машина, занимающаяся только обслуживанием своих нужд, никому не нужна, попросту абсурдна.

Результат оправдывает затраченные усилия; конечная точка оправдывает весь процесс. Чувство свободы и беззаботности, расслабленность, которые охватывают нас в конечной точке, это прямое следствие чувства удовлетворения от осознания того, что работа завершена. Шаббат прекрасен, когда недельный труд подошел к концу и дал реальные плоды - тогда мы испытываем полное расслабление и истинное наслаждение.

Мудрецы говорят, что "талмид хахам", знаток Торы, достоен имени "Шаббат". Что означает это странное на первый взгляд определение? Речь идет вот о чем. Тора - это конечный пункт; весь мир был создан лишь для того, чтобы раскрыть правду Торы. Тору учат ради нее самой, а не как средство достижения иной цели. Она - не средство, она - сама цель. Поэтому человек, правильно изучающий Тору, впитывающий в себе ее знание, как будто излучает ауру Шаббата. Всем своим обликом он выражает "тахлит", идею осуществленной цели. Отсюда мы видим, что между Торой и Шаббатом существует глубокая связь.

Шаббат учит нас, что всякая работа должна иметь цель. Путешественник не просто блуждает - он идет к намеченной цели. Одна эта мысль заслуживает еженедельного повторения. Нам надо постоянно напоминать, что каждое действие должно преследовать цель, ориентироваться на реальный и значимый рост. Ни одна коммерческая фирма не управляется наобум - администрация стремится вести дела по определенному плану, ставит цели и стремится к их достижению. Наша жизнь заслуживает, по крайней мере, не менее четкого, планомерного управления.

***

Но это еще не все. Мы не только начинаем каждую неделю отдохнувшими и воодушевленными после Шаббата и стремимся прийти к более возвышенному, более совершенному состоянию семь дней спустя. Следует также помнить, что по той же схеме развивается вся наша жизнь: человек рождается из высоких сфер; ему дается время для духовной работы, чтобы давать и добиваться, но в конечном итоге, он стремится к возвращению в высшие миры с послужным списком тяжелого прижизненного труда. Эта жизнь - и есть трудовая неделя, а отдых придет с наступлением главного Шаббата. Шаббат возвращается к нам каждую неделю, чтобы научить нас этому важному принципу: в конце концов, рано или поздно, завершится период трудовой деятельности и начнется долгий Шаббат.

Мы часто предаемся иллюзии бессмертия; нам порой кажется, что мы будем жить вечно. Но проходят семь дней, всего семь, и нам говорят: помни Шаббат.

***

Вдумаемся в это положение. У Шаббата и мира грядущего ("олам а-ба") много общего. Мы готовимся к Шаббату в эрев-Шаббат, пятницу, и это очень похоже на то, как готовят умершего человека к последнему пути в могилу: ему стригут ногти, его моют и облачают в белый саван. Мы заранее готовимся к Шаббату: ведь к закату солнца все приготовления должны завершиться. Когда наступает Шаббат, мы прекращаем всякую творческую, созидательную деятельность в физической сфере. Это означает также, что после окончательного перехода из этого мира в Мир грядущий, уже ничего нельзя ни исправить, ни дополнить; строительство и подготовка завершаются на этом рубеже. В Мире грядущем "нешама" вынуждена оставаться на том уровне, которого она достигла при жизни. Радость нового бытия происходит от осознания, что твой прижизненный труд дал реальные плоды. Там человек остается лицом к лицу с собственной истинной сущностью; никакие иллюзии, никакой фасад не закроют от него реальность. Там проявляется все, что было заложено в его личность. Он лишается строительного сырья, которым пользовался в физическом мире, и с ним остается лишь сама "прибавка", те изменения, которые были достигнуты с помощью этого сырья. Такова главная сущность Мира грядущего.

С другой стороны, попав в Мир грядущий, мы испытываем невыносимую боль от ощущения нехватки - нехватки тех элементов души, тех личных качеств ("мидот"), тех возвышенных свойств, которые мы могли приобрести, должны были приобрести еще при жизни. Здесь все очень просто: мы воспринимаем себя, свое истинное положение без всякого буфера, без защитных барьеров.

Такова сущность главного Шаббата. Вся деятельность замирает, возникает чувство завершенности, и человек видит перед собой результаты своего прижизненного труда. То, что было заранее подготовлено, становится реальным. То, что не было подготовлено, теряется навеки. Новый мир похож на путешествие в открытом океане: до берега далеко, и мы пользуемся лишь той провизией, которой запаслись перед отплытием. Продуктов, которые мы не взяли с собой, у нас попросту нет.

***

Можно продолжить эту параллель. Одна из замечательных особенностей Шаббата состоит в том, что в этот день все вещи остаются такими, какими они были в момент его начала. Возьмем для примера "мукце" ("мукце" - это предметы, которыми не пользуются в Шаббат, и поэтому их нельзя трогать). Предмет считается субботним "мукце", если он был "мукце" в момент захода солнца, даже если затем произошли какие-то изменения. Например, стол, на котором лежат предметы "мукце", сам считается "мукце", если эти предметы находились на нем с самого заката. Даже если они были потом каким-то образом удалены, стол остается "мукце" до окончания Шаббата. Вещи не меняют своей сущности в Шаббат, потому что Шаббат - сфера существования, а не становления, и после его начала статус вещей неизменен.

То же самое происходит и в Мире грядущем. Мистические источники утверждают, что там духовный статус человека остается таким же, каким был в момент его прихода из земной жизни. Не "средним арифметическим" всех жизненных взлетов и падений; речь идет о состоянии, зафиксированном лишь в последний момент. Как ни удивительно, это означает, что плохо прожитую жизнь можно исправить перед самой смертью; один такой момент может нейтрализовать все то плохое, что совершил человек за прожитые годы. (Мы вовсе не рекомендуем возлагать надежду на этот момент: может получиться так, что у грешника просто не будет возможности или не хватит способности сделать полную "тшуву" - искренне раскаяться за миг до ухода в Мир грядущий.) И наоборот, хорошо прожитая жизнь может быть основательно подпорчена, если человек изменит себе на последнем рубеже.

Один раввин так пояснил это положение. Жизнь похожа на урок гончарного дела. Человеку дается мягкая глина для лепки. По истечении отведенного времени глиняную фигурку ставят на конвейер, по которому она поступает в печь для обжига. После обжига фигурка приобретает законченную форму - никакие изменения, поправки уже невозможны. Если человек ленив и ничего не делает с глиной в выделенный срок, ему будет трудно сделать что-нибудь красивое в последние секунды перед отправкой на конвейер, но все, что он успеет сделать, застынет навечно. С другой стороны, если он старался, работал в поте лица, и у него получилось красивое изделие, ему надо быть осторожным, чтобы не испортить его в конце. Одно неловкое движение на заключительном этапе - и фигурка превратится в бесформенный ком глины; после обжига в ней не останется и следа тех усилий, которые затратил мастер.

При всей своей упрощенности этот пример очень точно отражает суть явления. Шаббат требует прекращения всякой работы и подготовки; физические предметы остаются в Шаббат такими, какими они были в момент его наступления. В конце жизни тоже прекращаются все изменения, развитие останавливается, и "нешама" застывает на пороге нового мира - статичная, неизменная.

Поэтому Шаббат настойчиво учит нас: не теряйте времени, непрерывно трудитесь, направляйте свою деятельность на верные цели, готовьтесь к долгому путешествию по жизни и, главное, всегда сохраняйте свою веру, даже (и особенно) в самом конце пути. Результатом этих усилий, наградой для вас будет вечный "онег Шаббат" - субботнее наслаждение, и "Шаббат менуха" - субботний покой.

***

Шаббат называют "ме-эйн олам а-ба" - отголоском Мира грядущего, малой долей испытываемых там ощущений. Согласно традиции, все духовные реалии имеют в нашем мире хотя бы одну физическую копию, дающую представление об этой реалии: иначе, без такой прямой связи, нам было бы гораздо труднее воспринимать абстрактные понятия. Сон - это одна шестидесятая часть смерти; сновидение - одна шестидесятая пророческого озарения. А Шаббат - это одна шестидесятая доля нашего состояния в Мире грядущем.

Почему именно шестидесятая? Что особенного в пропорции один к шестидесяти? Тот, кто восприимчив к духовным материям, оценит по достоинству следующее объяснение. Один к шестидесяти - это соотношение на грани восприятия. В законах кашрута (разрешенной и запрещенной пищи) есть общее правило, согласно которому запрещенные пищевые смеси по-настоящему запрещены лишь в тех случаях, когда добавка запретного компонента составляет более одной шестидесятой доли от общего количества. Если капля молока нечаянно попадет в мясное блюдо, это блюдо останется разрешенным для еды при условии, что этого молока будет меньше одной шестидесятой всего объема. При таком малом соотношении молоко невозможно ощутить на вкус в сочетании с мясом. Короче, галахическая граница установлена на рубеже вкусового ощущения.

Когда мы говорим, что в Шаббате заключена одна шестидесятая часть атмосферы Мира грядущего, мы имеем ввиду, что эта доля находится на границе вкусового ощущения. Если человек правильно соблюдает Шаббат, он наверняка почувствует вкус Мира грядущего. Если нет, этот вкус будет ему недоступен.

***

Но как ощутить этот высший вкус? Путем отказа от работы. Не от работы в смысле физического напряжения - такое представление о субботнем отдыхе глубоко ошибочно. В Шаббат надо прекратить созидательную деятельность, которая на святом языке называется "мелаха". Тридцать девять видов такой созидательной работы требовались для постройки Мишкана (Святилища) в пустыне. Каждая из этих работ обладает мистическим сходством с теми работами, которые Б-г совершал при Сотворении вселенной. Мишкан - это микрокосм, модель вселенной. Б-г отдыхал от Своей созидательной деятельности, и мы воздерживаемся от аналогичных действий. Наши недельные будни заполнены такими конструктивными действиями; суть Шаббата - в отказе от них. Мишкан представлял собой вместилище "кедуши" (святости) в пространстве. Шаббат - вместилище "кедуши" во времени.

***

Шаббат приходит к нам в конце недели. Но неделя им же и начинается. Шаббат - это начало и конец. Он открывает неделю как воплощение цели, идеала. Его сменяют недельные будни, заполненные работой. Но после будней приходит новый, более возвышенный Шаббат. То, что было целью, идеалом неделю назад, становится реальностью теперь. "Соф маасе ба-махшава тхила - Последнее в действии, первое в замысле".

Слово "берешит" (в начале) можно разложить на два слова: "ире шабат" - благоговение перед Шаббатом. Среда генезиса, зарождения жизни, содержит в себе среду вечности, а формулировка генезиса - это формулировка цели.

Говоря о Песахе как о начале периода счета омера, начале строительства, Тора называет его "Шаббатом". Песах в значении вдохновленного начала содержит в себе аспект Шаббата. Подобно тому, как Шаббат начинает неделю в роли ее трансцендентального истока, с Песаха начинается семинедельный период счета дней, устремленный к Шавуоту, высшему источнику духовности. Вот почему, говорит рабби Шмуэль Борнштейн из Сохачева ("Шем ми-Шмуэль"), мы начинаем считать омер со второго дня Песаха, а не с первого: в первый день мы находимся в таком возвышенном состоянии, что нам не требуется никакого счета - это время естественного вдохновения. Лишь после его ухода мы должны приступить к самостоятельному строительству. Шаббату подходит определение "квиа ве-кайма" - он получил святость во времени еще в момент Творения и тем отличается от других "моадим", праздников, которые устанавливаются каждый раз заново по началу месяца. В Песахе тоже есть доля этого аспекта трансцендентальности - неслучайно Тора называет его Шаббатом.

Тора говорит о Шаббате сразу после описания строительства Мишкана, чтобы научить нас правильному соблюдению Седьмого дня: те самые работы, которые вы только что выполняли, строя святость Мишкана, должны быть прекращены в Шаббат для ощущения святости этого дня.

Но Тора упоминает Шаббат и раньше, до указаний по строительству Мишкана. Тем самым она учит нас, что Шаббат важнее Мишкана: не стройте его в Шаббат. Материальное сооружение - вторично; духовная цель - первична.

Цель ставится вначале и достигается в самом конце. Шаббат - это одновременно план и результат. Это жизнь недели, искра святости, оживляющая время.

***

Субботний отдых дает возможность для самоанализа. Чего я достиг за эту неделю? Стал ли я лучше, убежденнее, восприимчивее? Что конкретно я должен исправить, улучшить в себе? Это и есть ревизия души, честная конфронтация с самим собой. В ней также виден отблеск финального самоотчета, одного из главных переживаний, уготованных каждому из нас в Мире грядущем. Медитация Шаббата - это медитация существования, а не становления. Но из этого осознания возникает также "становление" следующей недели.

***

Шаббат завершается "авдалой", ритуалом отделения святого от будничного. "Авдала" имеет прямое отношение к нашей теме; из нее можно извлечь очень важный урок.

Шаббат уходит, неделя начинается. У нас возникает естественное чувство заброшенности, сиротливости: святость ушла, и мы погрузились в низшее состояние материальных будней. Вот почему мы нюхаем благовония во время "авдалы" - чтобы оживить увядающую душу.

Но здесь нам раскрывается более глубокая тайна: на церемонии "авдалы" мы пьем вино. Как уже отмечалось, вино символизирует духовный подъем. Что означает этот парадокс?

Здесь скрыта следующая мысль. Конечно, неделя начинается с печали - мы тоскуем по уходящему Шаббату, ощущая уход святости. В утешение мы нюхаем благовония. Однако наступающая неделя сулит нам новые возможности для продолжения строительства; она позволит нам поднять свой нынешний статус до уровня следующего Шаббата, который будет выше предыдущего: в нем отразится духовный труд предстоящей недели и рост, добавленный ко всем предыдущим этапам роста. Поэтому мы пьем вино. Это называется "йерида ле-цорех алия - снижение ради подъема", более высокий и более значительный подъем, чем прежде.

***

Шаббат тесно связан и с понятием "тшувы" (раскаянием, мицвой исправления прошлой ошибки). Переставив буквы в слове "Шаббат", мы получим корень "таш-шин-бейт", образующий слово "тшува". Шаббат отмечается в память о Творении; это возвращение к первичному идеальному состоянию, возвращение к Источнику. "Тшува" тоже означает возвращение - к состоянию чистоты, которое существовало до первородного греха, нарушившего баланс в мироздании. Но и это еще не все. Подобно тому, как каждый Шаббат создается путем погружения в трудовые будни из возвышенного состояния предыдущего Шаббата и воплощается в более высоких результатах работы в эту неделю, так и состояние "тшувы" в какой-то мере выше того первичного безупречного состояния, которое предшествовало грехопадению.

"Тшува", мотивированная и правильно осуществленная, обладает способностью трансформировать грех в заслугу. Этот кажущийся парадокс действует таким образом. До того, как человек согрешил, потенциал этого греха дремал в его личности. Он представлял собой ранее неизвестную и ничем не выраженную слабость, которая только ждала своего часа, чтобы выйти наружу. Греховное действие раскрыло эту слабость, проявило ее в личности. Получается, что до греха в человеке существовал серьезный дефект; он нес в себе порок. Возможность согрешить подтвердила его тайную склонность - в результате порок раскрылся и был затем нейтрализован.

Когда человек совершает искреннюю "тшуву", то даже оказавшись в положении, благоприятном для греха, и перед большим искушением, он не повторит этот грех. Дефект устранен. Грех раскрыл слабость, и "тшува" исправила ее. Получается, что грех был составной частью достижения нового уровня, на котором дефект характера, породивший грех, эффективно уничтожается. Получается, что сам грех был использован как средство роста - грех трансформировался в заслугу.

Это вовсе не значит, однако, что надо сознательно грешить ради использования описанного процесса. На самом деле, грех, совершенный преднамеренно с этой целью, блокирует путь к "тшуве". В идеале человек должен признать дефект своего характера, прежде чем тот проявит себя в грехе, и немедленно уничтожить его. Такой путь развития личности не приведет к ущербу от совершенного греха. И тем не менее, если дефект не был своевременно выявлен и исправлен и если он привел к греху, искренняя и полная "тшува" искупит его и даже обратит его в заслугу.

Еще раз проследим все этапы нашего идеального маршрута: состояние, не опороченное грехом; снижение к состоянию греха; и восхождение на новый уровень, более прочный и ясный. Получается, что снижение произошло "ле-цорех алия", ради возвышения.

***

Итак, мы видели, как в цикле Шаббата и будней ярко и убедительно раскрывается наша главная тема: высокое начало, снижение и потеря прежнего высокого уровня святости - но лишь для того, чтобы приступить затем к работе, дерзать и стремиться к новому подъему. Результат этой работы не замедлит сказаться: мы вернемся в сферу начала более высокого, более вдохновенного и разумного - ближе к финальному, высшему Шаббату, и будем лучше подготовлены к нему.