Ноябрь 2017 / Кислев 5778

Дублированная реальность

Дублированная реальность

По словам Рамбама, тот, кто в своем представлении наделяет Творца телесной оболочкой, лишается своей доли в Мире Грядущем. Под телесной оболочкой подразумевается любая концепция такого рода: физическое тело, как у человека, отдельный элемент тела, абстрактное изображение или даже простая схема. Мы должны верить, что Всевышний находится за пределами материального восприятия, что Он совершенно трансцендентален и абсолютно бестелесен. У него нет ни тела, ни органов, ни других осязаемых признаков.

Однако проблема в том, что Тора часто говорит о Б-ге, применяя физические категории. Мы встречаем такие выражения, как "рука Б-га", "глаза Б-га", "перст Б-жий". Всем известны фразы типа - "Сильною рукою и мышцею простертою"; "Глаза Б-га ...на ней (Стране Израиля)". Если нам запрещено представлять Творца в телесном или каком-то ином конкретном облике, то почему это делает Тора? Мы знаем, что Б-г подчиняется Своим собственным правилам, что Он соблюдает заповеди Торы, но почему Он игнорирует этот запрет? Почему и, главное, каким образом мы должны устанавливать контакт с Б-гом, не пользуясь никаким изображением, если сама Тора описывает Его в зримых чертах?

Грех "агшама" - наделение Б-га физическими свойствами - действительно очень тяжел. Тот, кто молится Всевышнему, воображая Его в некоем образе или форме, нарушает этот запрет, что расценивается как один из видов идолопоклонства. Но почему Тора - учение Самого Б-га - изображает Его в таких ощутимых, телесных формах? Как мы должны представлять себе Творца, читая о Его "руке" или "ноге"? В самом деле, если нам запрещено иметь любое умозрительное представление о Б-жественной руке и ноге, почему Тора использует такие выражения?

Рамбам анализирует этот вопрос в своей работе "Илхот есодей а-Тора" ("Фундаментальные законы Торы"). Он пишет: "Дибра Тора келашон бней адам - Тора говорит привычным для человека языком". Другими словами, Тора пользуется метафорическими образами, когда речь идет о Б-ге; она описывает Его в понятных для нас выражениях, "заимствуя" наши представления и наш язык.

На первый взгляд кажется, что Тора говорит человеческим языком, поскольку мы не можем понять иную систему выражения мыслей; мы воспринимаем лишь те вещи и явления, которые являются частью окружающего нас мира. Мы живем в ограниченном, дифференцированном мире; нас окружают живые существа с руками, ногами и глазами, поэтому Тора использует эти привычные нам образы и названия. Как еще она может говорить с нами и быть понятной нам, простым смертным? Нет, мы, конечно, понимаем, что за метафорой, за этими антропоморфизмами скрывается нечто большее. Пользуясь простой лексикой, Тора облекает в плоть бесконечное множество своих глубинных смысловых пластов. Это всего лишь средство для более глубокого раскрытия значений. Поскольку абстракцию можно передать лишь конкретными средствами, Тора сознательно использует эту знакомую нам конкретную терминологию.

Таково общепринятое мнение о языке Торы. Однако более тонкий анализ показывает, что оно неверно. Если принять за основу мнение Рамбама, что Тора использует привычные для людей выражения как аналогию ("машаль"), нам предстоит ответить на два трудных вопроса. Во-первых, как может Тора употреблять слова, которые, строго говоря, неверны? Ведь мы знаем, что Тора абсолютно правдива, каждой своей буквой, каждым нюансом. Тора получена нами от Самого Творца, значит, даже ее внешние смысловые пласты должны быть предельно точными и выверенными. Аналогии и метафоры - вещь полезная, но они искажают правду. Нам понятно стремление Торы растолковать нечто очень глубокое и абстрактное при помощи такого простого образа, как, допустим, "рука Г-спода", но может ли она говорить о "руке", если отсутствует самое элементарное, буквальное значение этого слова? Иначе говоря, если у Б-га нет руки, но Тора говорит о руке, поскольку мы не можем выйти за рамки привычных нам, ограниченных по своей сути концепций, значит, она допускает неточность, в каком-то смысле идет на обман, не так ли? Допустима ли такая неправда только потому, что мы не в состоянии воспринять правду? Конечно, недопустима!

И во-вторых, наделение Б-га физическими свойствами не только ложно, но и прямо запрещено! Тора не разрешает представлять Творца в виде Существа, обладающего какими-то человеческими или физическими свойствами. Но почему она сама так поступает? Ведь от нас требуют обращаться к Б-гу как к абстрактной Сущности, не придавая ей в мыслях и воображении никаких ограниченно земных форм; почему же Тора сама использует эти формы? Снова подчеркнем, что ущербность нашего восприятия не может служить оправданием: Тора не должна пользоваться теми средствами, которые сама же запрещает.

* * *

Решение мы находим в источниках, рассматривающих этот комплекс проблем. Приняв его, отметим все же, что по мнению других, более авторитетных источников, недостаточно дать исчерпывающий ответ на наш вопрос. Согласно этому мнению, когда Тора упоминает качества Всевышнего - Его руку, Его глаза - она подразумевает так называемые "ан'агот", поведение Б-га в материальном мире и Его конкретные действия в нем. В этом смысле рука Б-га означает Его действия, поступки в физической сфере, глаза Б-га употребляются в том значении, что Он видит происходящее в мире, и т.д.

Такой взгляд на предмет нашего изучения кажется правильным, однако другие источники, анализирующие самые глубины Торы, отмечают, что он не позволяет решить проблему до конца. Ведь если под выражением "рука Б-га" подразумевается "ан'ага", образ поведения в физическом мире, то речь должна идти только об этом мире. Однако в Торе говорится, что Б-г имеет руку всегда: не только в действиях, которые могут быть восприняты людьми, но и вне сферы нашего восприятия и бытия. Рука действует и в Его внутреннем измерении, в той невыразимой высшей духовности, на которую указывает Сущностное Имя Творца.

Иначе говоря, если Тора говорит о руке Б-га, это должно означать, что Он действительно имеет руку, в самом буквальном смысле этого слова. Поэтому мы не можем утверждать, что, упоминая качества Всевышнего, Тора говорит лишь о Его проявлениях в нашем мире. Цель Торы ясна: если она утверждает, что эти специфические особенности Б-жественной сущности сохраняются даже за пределами материального мира, значит так оно и есть.

* * *

Теперь заглянем глубже, чтобы получить еще более точный ответ на поставленные вопросы, и тогда мы будем вынуждены кардинально изменить наше представление о реальности.

Может ли Б-г иметь настоящую руку? Ведь рука - это нечто конкретное, физическое; ее наличие противоречит бесконечному Единству Творца. Скорее всего, Б-жественная рука представляет собой некую аналогию, "машаль".

Итак, раскроем главную тайну. Рука Б-га - это и есть настоящая рука, а человеческая рука - "машаль"! Говоря о Б-жественной руке, Тора имеет в виду нечто реальное в глубочайшем смысле этого слова, нечто бесконечное и непротиворечащее абсолютному Единству Творца. Да, в Торе абсолютно правдив каждый нюанс: Б-г действительно имеет руку, но само понятие этой "руки" находится за пределами нашего восприятия в той же степени, что и любое другое Б-жественное качество, описанное в Торе, как и само понятие Б-га.

Разумеется, это значит, что мы не можем даже приблизиться к пониманию Б-жественных качеств, упоминаемых в Торе. Поскольку они все реальны и существенны и поскольку они все находятся в сфере Единства, у которого нет отдельных частей, их существование не противоречит концепции Единства Творца. Ни один человек не может даже приблизительно вообразить себе значение того, что считается специфичным и частным и при этом не вступает в противоречие с основополагающим принципом еврейской веры, в основе которой лежит идея Единства.

Теперь можно сказать, что у Б-га есть рука, но мы не в состоянии понять, что это означает. И тут наступает главный момент: мы созданы с руками именно для того, чтобы иметь возможность понять эту концепцию! Мы наделены телом, содержащим различные органы и обладающим многообразными свойствами, с одной главной целью: чтобы иметь хотя бы отдаленное представление об этих вещах в их изначальной форме. Мы и есть "машаль"! Б-г хочет, чтобы мы стремились понять Его. Такова одна из главных целей изучения Торы: приблизиться к пониманию - разумеется, на нашем ограниченном уровне - Б-жественной Сущности, и для этого нам даны осязаемые инструменты, без которых поставленная задача просто невыполнима.

* * *

Речь идет не только о человеческом теле. Весь мир представляет собой копию высшей реальности. Каждая деталь мироздания сообщает нам нечто важное о своем источнике в духовном мире; каждый элемент вселенной - это точный слепок с такого же элемента, существующего "по ту сторону". Идея вполне логична: ведь если бы нам было заповедано изучать и понимать духовную реальность, не имея доступа, ключа к этому знанию, то какой смысл в такой заповеди? Итак, дорога к истине открыта: нам предлагается заглянуть в такие глубины, которые не может различить человеческий глаз, а средством этого постижения становится тщательное и вдумчивое изучение того, что доступно нашему взору.

Подобно тому, как человек следит за лицом и поведением своего друга, стремясь понять, что происходит в его душе, точно так же мы изучаем структуру и динамику физического мира, чтобы познать его истоки. Другого пути просто нет, иначе мы не в состоянии понять сущность человека, какова его душа. У нас просто нет органа, который позволил бы проникать в душу. Нам остается лишь внимательно наблюдать за жестами, мимикой человека, пытаясь раскрыть его внутренний мир. Легкое телодвижение, мимолетная вспышка эмоций, чуть заметная улыбка или жест, едва различимое напряжение или расслабление в позе, - каждая такая деталь несет в себе массу сведений о человеке.

Так осуществляются практически все контакты между людьми. Сама речь - это ничто иное как звуковые волны, являющиеся результатом физических движений языка и губ и вызывающие физическую реакцию в ушах слушателя. Разве не чудо, что мы способны выражать сложные, глубокие мысли в физической форме, извлекая их из естественной среды - человеческого мозга? Но иначе и быть не может. Ведь чтобы получить доступ к мыслям и внутреннему миру другого человека, требуются конкретные физические "инструменты".

В общении с людьми этот переход от внешнего к внутреннему происходит без всяких усилий. При тесном контакте с другим человеком мы обычно не замечаем его телесную "преграду"; внутренняя сущность воспринимается, как будто по прямому каналу. Эта естественная способность людей посредством телодвижений, выражения лица, органов зрения и слуха суметь заглянуть в душу человека представляет собой величайший дар Творца, который учит нас, что такое восприятие вполне достижимо. Задача состоит в том, чтобы использовать таким же образом весь окружающий мир. Для этого надо задействовать все аспекты физического мира, изучать их, пытаясь извлечь из них правду о Всевышнем.

Такой взгляд на мир возвышает и окрыляет: каждый его предмет, каждое явление несет в себе Б-жественное знание, аналогию (машаль), позволяющую понять Творца и приблизиться к Нему. Он как будто облекает Себя в телесную оболочку, которая представляет собой вселенную, и просит нас внимательно изучить это "тело". Каждое движение, каждое изменение в этом космическом теле заключает в себе важный урок, позволяющий нам узнать что-то новое о Нем.

Его внутренняя сущность непостижима для нас. Мы пребываем в физической реальности и поэтому не в состоянии постичь трансцендентальные явления непосредственным образом, точно так же как мы не можем получить прямого доступа к душе человека. Но мы устанавливаем контакт с человеческой душой через ее внешнюю оболочку, т.е. физическое тело. Тот же принцип можно использовать и в постижении Б-га: мы пытаемся открыть для себя Б-жественную основу мироздания с помощью внешних средств, через Его "тело", которое называется материальным миром.

* * *

Поясним эту аналогию с помощью другой аналогии. Допустим, вы смотрите кинофильм. На экране мелькают лица, силуэты: это ничто иное как двухразмерная проекция света, создающая изображение на плоскости. Действие фильма вас увлекает; вы можете даже забыть на минуту, что перед вами всего-навсего искусственные картины. На самом деле, это лишь весьма условное изображение людей и мест, запечатленных на пленку для последующей проекции на киноэкран. Однако, что самое главное, это - точные копии оригинала.

Кинообразы совершенно иллюзорны по сравнению с их источником, но тот, кто внимательно рассматривает эту проекцию света на экране, обязательно узнает потом изображенных в фильме людей и ландшафты, если увидит их в действительности.

Аналогия ясна: глубоко исследуя этот мир, мы изучаем далекое отражение Источника, Который недоступен для нашего прямого восприятия. Но каждому человеку предстоит неизбежный переход из этого мира в мир иной, и тогда те из нас, кто был наблюдателен и пытлив, легко узнают каждую деталь истинной реальности. Они поймут, что этот мир, при всей своей красоте и внешней подлинности на самом деле лишь "машаль", аналогия Б-жественного Оригинала.

* * *

Каждое явление нашей жизни содержит в себе больше уроков, чем кажется на первый взгляд. Каждое явление - это ничто иное как ограниченный в пространстве и во времени оттиск некой бесконечной идеи. Человеческое сознание, заключенное в физические рамки, весьма поверхностно толкует глубокие по своей сути явления; наша задача - восстановить связь этого поверхностного восприятия с его глубинным источником.

Любой из нас может постигнуть основы мироздания и тем самым развить в себе глубокую веру - "эмуну", если оценит весь свой личный опыт в свете только что высказанной идеи. В самом деле, почему мы смеемся? Почему мы плачем? Почему мы охотно отправляемся в путь, но как только оказываемся вдали от дома, мечтаем скорее вернуться? Каждая деталь человеческого поведения, каждая реакция открывает нам какую-то грань души ("нешама"), обнажает ее источник, который в ответ одаривает нас безмерным изобилием духовного постижения. Мы не можем рассмотреть здесь все тонкости этого феномена; приведем для наглядности лишь один-два конкретных примера.

Почему мы скучаем по дому? Все знают: когда человек находится вдали от родных мест, особенно от дома, где он вырос, его неудержимо тянет туда. Когда долго живешь в каком-то месте, оно кажется тебе удивительно красивым, даже если на самом деле оно не столь уж и красиво. Сказано: "хен маком аль йошвав" - "Красиво место для тех, кто живет в нем". Но если все наши ощущения представляют собой физическую копию высших переживаний, то что означает ностальгия? Наша душа, "нешама", пришла из высшего мира; там находился ее дом, ее родное место, где она наслаждалась непостижимо тесной близостью со своим Творцом. Ее послали в этот мир, бесконечно далекий от ее "родины", чтобы она обитала в теле смертного человека. Но душа никогда не забывает свой дом: она безмерно тоскует по нему и мечтает вернуться. Это происходит на подсознательном уровне; "нешама" скучает по своей настоящей духовной обители, а мы воспринимаем это как ностальгию, как тоску по земному дому. Ничего удивительного, ведь отсюда, из этого мира, истоки нашей души просто не видны; "нешама" потеряла их из виду, а разум не способен их распознать. Поэтому наше сознание по-своему толкует ностальгию; ему кажется, что это одно из характерных свойств человеческой психики, хорошо знакомое каждому из нас.

Когда же мы находимся дома, нам хочется путешествовать. При всей своей любви к истокам, "нешама" постоянно стремится в наш материальный мир, далекий от ее дома; ей хочется насладиться красотой этого мира и обрести его богатства - бесценные сокровища исполняемых заповедей и личного совершенства. (Само стремление к этим "богатствам" есть ничто иное, как осознание их ценности нашей душой.) Внешним, осознанным проявлением этой глубинной душевной тяги становится хорошо всем известная "охота к перемене мест".

С этих позиций надо рассматривать каждую грань человеческого поведения и эмоций. Ни одна деталь нашего душевного состояния и окружающего мира не является случайной, беспричинной. Ведь мир - это проекция высшей реальности, и каждая его деталь отражает такую же деталь вне материальной сферы.

Все это дано нам в виде ключа для раскрытия истоков - наших собственных и всего мироздания.

* * *

Итак, весь наш земной опыт представляет собой отражение высшей реальности, и его цель - раскрыть нам эту реальность. Но тогда возникает еще один трудный вопрос: если вся наша жизнь иллюзорна на фоне ее подлинного источника в высших мирах, то что же такое сон? Что мы можем почерпнуть из сновидений о реальности? Если вся наша жизнь на земле относительно иллюзорна, зачем Б-г наделил нас способностью видеть сны, иллюзорные видения? Почему Он вложил иллюзию в иллюзию? Давайте разберемся: видя сон, мы не понимаем, что это ненастоящее видение, что мы всего лишь грезим; сны кажутся нам порой очень реальными. Иногда они доставляют нам безмерное удовольствие, иногда тяжело ранят. Сама острота этих переживаний объясняется тем фактом, что они кажутся нам жизненно реальными, настоящими. Вскочив с постели среди ночи, мы отираем холодный пот со лба и облегченно вздыхаем: слава Б-гу, пережитые волнения и страх всего лишь приснились нам. Но для чего нам нужны такие искусственные переживания, кажущиеся порой очень реальными?

Ответ прост и поучителен. Представьте себе человека, несведущего в высоких философских материях. Однажды ему сообщают о существовании двух миров - низшего и высшего. "Запомни, - убеждают его, - этот мир - всего лишь иллюзия по сравнению с Миром Грядущим. Он кажется тебе настоящим, но не будь дураком: в один прекрасный день ты покинешь его и попадешь в совершенно другое измерение. Там тебе станет ясно, что все увиденное и пережитое в жизни было лишь жалким отражением той реальности, которая открылась тебе по ту сторону. Настоящая жизнь ждет тебя только там; по сравнению с ней все, что ты знал прежде, ничтожно и пусто".

Этот человек может с полным правом возразить: "Какая абсурдная идея! Я не могу ее принять. Мне привычнее смотреть на мир своими собственными глазами. Почему я должен верить, что мое понимание реальности - это всего лишь иллюзия? То, что вы мне сообщили, находится за пределами моего восприятия и жизненного опыта. Я отвергаю такие фантастические и ничем не подтвержденные гипотезы!"

Такую позицию трудно опровергнуть. Вы не можете убедить человека отказаться от собственного восприятия окружающего мира, с которым он поддерживает тесный контакт. Если все органы чувств убеждают его в правильном видении мира, он ни за что не изменит свое мнение.

Его можно переубедить только...с помощью сновидений. Засыпая, мы как будто переносимся из одного, совершенно реального и привычного состояния в иное "измерение", где повседневная реальность превращается в иллюзию. Пережив несколько ярких снов, человек вынужден решать нелегкий для себя вопрос: допустим, вы увидели страшный сон, проснулись среди ночи и сели на кровати, не в силах унять дрожь и отирая холодный пот со лба. Вы испытываете громадное облегчение; вам радостно осознавать, что это был всего лишь кошмарный сон и что вы пробудились от него. Но вы уверены в этом? Вы точно знаете, что вернулись из иллюзорного состояния в реальный мир? Откуда вы знаете, что вы проснулись? Только лишь потому, что вы ясно ощущаете пробуждение? Но во сне вам тоже казалось, что вы бодрствуете!

Каждый, кому доводилось видеть яркие, запоминающиеся сны, чувствовал всем существом своим, что то бытие, которое мы называем жизнью в этом мире, не обладает исконной, безраздельной объективностью, что оно отнюдь не гарантировано. Один короткий сон может навсегда лишить человека казалось бы естественной уверенности в том, что его жизненный опыт абсолютно достоверен и что его ощущения, его восприятие - это и есть единственная существующая в мире реальность. Сны учат человека более смиренному отношению к жизни; они помогают верить в иную реальность. Сновидения не зря существуют в этом мире; они открывают нам важную истину, что в жизни есть нечто большее, чем окружающие нас предметы и явления. Всякий, кто видел сны, не сможет категорически это отрицать.

Следовательно, даже сны, эти иллюзорные переживания, учат нас видеть реальность. Сны не нарушают общее правило: весь наш жизненный опыт дает нам возможность укрепить веру.