Ноябрь 2017 / Кислев 5778

Интимность и мораль

Интимность и мораль

Чтобы понять, как взаимодействуют высшие и низшие миры, надо вникнуть в суть отношений между мужчиной и женщиной. Именно здесь особенно важны такие качества, как чувство долга и верность. Не случайно, деградация интимной сферы, наблюдаемая в современном обществе, играет ключевую роль в обострении многих социальных проблем нашей эпохи.

В чем суть интимных отношений между мужчиной и женщиной и почему она занимает такое важное место в нашей духовной жизни? Почему общество уделяет этой сфере человеческой активности так много внимания? Естественное влечение к объекту противоположного пола объясняется не только стремлением получить удовольствие; человек, удовлетворяя свои потребности, получает множество удовольствий, но среди этого множества интимные отношения занимают, пожалуй, главное место. Библиотеки всего мира забиты книгами, в которых в той или иной мере затронута эта тема. Достаточно бегло проанализировать современную рекламу, чтобы прийти к однозначному выводу: использование сексуальной тематики - основной прием для привлечения внимания потребителя. Но почему так устроен мир?

* * *

Интимная сфера окутана тайной. Дело в том, что отношения мужчины и женщины - это проекция скрытых взаимоотношений между высшими и низшими мирами, между Б-жественным Источником и физическим миром, между Всевышним и еврейским народом.

Чтобы понять духовную глубину обсуждаемой темы, надо начать с рассмотрения ее внешних проявлений. Глубокий и тщательный анализ взаимодействия мужского и женского начал даст нам ключ к пониманию ее основ. В чем конкретно суть этой самой сильной и загадочной эмоциональной потребности человека? Чем она так властно покоряет сердца и умы людей? Почему столь неотвратимо притягивает к себе? Ведь неслучайно многие ученые, изучающие природу человека, считают, что именно в этом корень любой его мотивации, всех его поступков, желаний и устремлений.

Все дело в том, что в сокровенной глубине этой связи заключено чувство достижения конечной цели, ощущение, что вам больше некуда да, пожалуй, и не надо никуда стремиться. В глубине сознания возникает мысль, что процесс завершен, все движение прекращается в этой точке и наступает глубочайший, ни с чем не сравнимый покой. То удовлетворение, которое мы получили, это не простая чувствительность нервных окончаний и животная страсть; его исходные составляющие безмерно усиливаются сознанием "тахлит", достижения цели, возвращения "домой". Мы воспринимаем это чувство не как процесс или подготовку; в нем нет ощущения будущего. Скорее, прошлое и будущее сами растворяются в настоящем, столь бурно-напряженном, что оно как бы разрастается до бесконечных пропорций.

Почему так происходит? Какая космическая энергия питает эту связь?

Дело в том, что в интимных отношениях скрыта целая вселенная, ощущение глобального завершения, встречи миров, достижения результата, первичного слияния тела и души, возвращения к истокам жизни. Здесь сходятся сеятель и жнец; духовность наполняет своей энергией физическую материю. Здесь формируется земная картина небесной встречи Б-га и Вселенной, Б-га и избранного Им народа. Возникает ощущение перехода из нашего материального мира в Мир Грядущий, где все процессы достигают результата, где вся боль тяжкого труда и ожидания сменяется восторженным слиянием с Высшей Целью жизни. Что же удивительного в том, что эта сфера, если подходить к ней разумно и с позиций духовности, способна формировать невыразимо глубокие связи между людьми? Неслучайно именно в ней, в этой интимной сфере человеческих отношений, формируется сама жизнь!

* * *

С другой стороны, неудивительно, что именно она подвергается самому беспощадному осквернению порочным, бездуховным поколением. Если допустить в священную зону интимности необузданное животное, если удалить из этого хрупкого заповедника глубину чувств и возвышенную правду, если разрушить неповторимую деликатность и скромность, присущие этой сфере, то в мире плоти не останется ничего духовного, и мы не сможем приблизить физический мир к Истине.

Тора выдвигает эту тему на первый план в рассказе о жизни и личности Йосефа, любимого сына праотца Яакова. В более глубоком смысле Йосеф олицетворяет качество "йесод", "основы", где формируется союз между мужчиной и женщиной. Йосефа традиционно называют Йосефом-праведником, Йосеф-а-цадик. Слово "цадик" указывает, в первую очередь, на стремление делать именно то, что требуется, без малейших отклонений и поблажек. Проявив нечеловеческую выдержку, Йосеф решительно отверг ухаживания жены своего хозяина. Несмотря на молодость, он сумел подавить в себе по существу непреодолимое влечение, выдержал испытание, которому в течение длительного времени подвергала его искусительница. Йосеф символизирует абсолютное владение чувственными побуждениями в отношениях между мужчиной и женщиной, абсолютное подчинение этой энергии истинному предназначению, без всяких уступок своему естественному желанию.

В определенном смысле Йосеф является одним из праотцев еврейского народа. В отличие от других сыновей Яакова, каждый из которых стал основателем колена, Йосеф представлен сразу двумя коленами - их возглавили его сыновья Эфраим и Менаше. Поэтому Йосеф - это, скорее, отец, чем сын. Отцовство выражает его главную суть. Отцовство Йосефа абсолютно лояльно. Его отцовская энергия внутри еврейского народа направлена исключительно туда, где она уместна. Она категорически отвергает соблазн недозволенного применения его мужского начала. Эти две сопряженные грани духовной сущности Йосефа представлены в его сыновьях: имя Эфраим соотносится с корнем "плод", он - чистый плод, выросший на чистом дереве; "Менаше" означает держаться на расстоянии, избегать, в данном случае, всего непристойного и нечистого.

Отец Йосеф привил своим детям и всему еврейскому народу умение владеть собой. Благодаря этому в высшей степени жесткому самоконтролю, говорят наши мудрецы, евреи унаследовали способность преодолевать такого рода соблазны. Все долгие годы египетского рабства евреи сохраняли свою моральную чистоту. Они не запятнали себя развратом, который был нормой в поведении египтян, и оставались нравственно чистыми, несмотря на рабство и унижения, несмотря на то, что они еще не получили Тору. Отвращение к половой распущенности закрепилось в еврейских генах на все последующие тысячелетия.

* * *

Именно этот фактор становится определяющим в борьбе за истинную человечность, в стремлении к духовности в этом мире. Выбор ясен и неизбежен: подчинение животному инстинкту, для которого существует только настоящее, или - стремление к личным, духовным отношениям, в основе которых - вечность.

Заглянем глубже в тайну интимных отношений: каково значение человеческого опыта, сконцентрированного в этой сфере? Откуда берется чувство преодоления времени и прибытия в "конечный пункт", которое неизменно присутствует в отношениях мужчины и женщины?

Это - невероятно глубокая тайна. Источник всего того, что формирует интимную близость мужчины и женщины в физическом мире, в действительности отражает существование в Мире Грядущем. Мы способны лишь к примитивному восприятию того блаженства, которое ждет нас в Мире Грядущем. Отметим лишь, что оно состоит в сближении очищенной и возвышенной души с ее Творцом. Этот невыразимый контакт рождает уникальное чувство, точнее, знание достижения конечной цели. Когда к нам приходит это состояние единения, высшего и абсолютного, нам просто некуда дальше идти. Человеческая душа (нешама) не желает ничего лучшего и больше никуда не стремится. Здесь, на непостижимо высоком уровне, время и движение с поистине космической силой внедряются в бесконечно плотный сплав души и ее Источника. Дифференциация переходит в Единство, а двое становятся Одной сущностью. Именно здесь, в самом первичном смысле, зарождается жизнь.

Всякий опыт в этом мире отражает свой источник на уровне высшего бытия. Если это высшее бытие представляет собой предельное и вечное слияние Творца и человеческой души, то параллельное бытие в этом мире, которое оно создает, должно быть исключительно мощным и экстатичным.

* * *

Если заглянуть глубже и попытаться точнее сформулировать характер ощущений, переживаемых душой в Мире Грядущем, можно заметить, что главной особенностью существования там является отсутствие обязанностей. Наш мир создан для труда, но Мир Грядущий устроен по-другому: в нем только получают награду. В том блаженном состоянии никакая работа не требуется; там лишь наслаждаются плодами прижизненного труда. Человек ощущает себя "патур", свободным от всякой работы и от любых обязательств. Его охватывает чувство высшей, абсолютной свободы. Когда человек покидает этот мир, мы называем его уход словом "нифтар", умер, которое в точности обозначает прекращение работы и получение награды - в буквальном смысле "освободился"; он теперь свободен от мицвот и других обязанностей.

Оперируя привычными для нас понятиями, такое состояние "освобождения" можно сравнить с чувством свободы, которое мы испытываем в те моменты, когда с нас снимают обязанности, когда завершается очередной этап работы или каких-то иных обязательств. Пьянящее чувство свободы, которое охватывает нас в начале отпуска, в тот момент, когда за нами закрываются двери конторы, или когда звенит последний школьный звонок и нам предстоит беззаботный уик-энд, или когда мы расслабляемся на пляже с радостным ощущением, что нам не надо спешить на заранее назначенную встречу и выполнять в срок задание, - таковы размытые, приблизительные штрихи того состояния, в котором существование оправдано само по себе и не требует никаких пояснений. В эти моменты время словно останавливается, и нас охватывает чувство, будто мы завершили путешествие и нам некуда больше спешить.

Чувство прибытия в конечный пункт, из которого дальнейшее движение не требуется, да и невозможно, особенно сильно проявляется в близости мужчины и женщины, когда они ощущают друг друга с особым напряжением, когда бьется пульс самой жизни. Но в этой зоне интенсивных ощущений, как на минном поле, кроется опасность. Если вести себя ответственно, сознательно, с единственной целью - созидать, освящать, устанавливать чистые отношения, такая интенсивность чувств вполне себя оправдывает. Как ни парадоксально, это чувство свободы необходимо использовать в супружеских отношениях, в целях своего предназначения. Если его пытаются использовать для того, чтобы увильнуть от созидания, от работы, то оно теряет всякий смысл, поскольку этот мир создан не для свободы от духовного роста и обязанностей; такая свобода характерна для Мира Грядущего, но здесь, на подступах к высшей реальности, ей не место. Тот, кто ищет свободы в этом мире, пытаясь сбросить с себя все обязательства, фактически пренебрегает теми высотами, которых может достичь.

Еврей не стремится увильнуть от своих обязательств. Этот мир тем и хорош, что он дает возможность почувствовать свободу Грядущего Мира, выполняя свои повседневные обязанности здесь, в физическом пространстве. На самом деле, из этих повседневных действий и формируется вечная свобода. Когда сближение происходит на основе верности, с глубокой преданностью высшей цели, такие действия создают прочную основу для свободы и помогают ощущать ее реально и постоянно.

* * *

Есть еще один род человеческой деятельности, дающий глубокое чувство удовлетворения исключительно благодаря самому процессу этой деятельности. Это то, что мы называем игрой. Суть игры в том и состоит, что она нравится нам лишь за то удовольствие, которое доставляет. Конечно, заниматься игрой можно с разными намерениями, но если внимательно изучить это занятие, мы увидим, что в основе игровой деятельности лежит удовольствие от процесса, который ни к чему не ведет. Чистая игра затевается только ради самой игры. В том и кроется секрет удовольствия от игры: когда я поглощен игрой, неважно какой, я забываю о повседневных заботах, я нахожусь в том состоянии, когда моя цель заключена в самой деятельности, и я не стремлюсь к какой-то конечной точке в будущем; я даже не пытаюсь выйти за рамки настоящего.

Игра может сопровождаться самыми тривиальными манипуляциями, но при этом доставлять невыразимое наслаждение. Не правда ли, странное явление? Но в том и заключается тайна ее притягательности; она увлекает нас именно тем, что действия, которые ей сопутствуют, не имеют никакого смысла. В процессе игры образуется зона чудес, заповедная зона, свободная от связей и нужд реальной жизни, которая целиком состоит из обязанностей и работы. Тут важно понять, что уход от мира работы - это не просто возможность забыться, отвлечься, что дает обычный отдых. Таков характер игры - она сама становится убежищем, надежным и естественным.

Поняв эту мысль, вы без удивления обнаружите, что в более глубоких источниках высший мир называют миром игры. В Гемаре сказано, что Б-г "играет" Торой (и с Левиатаном, таинственным морским животным, - последнее утверждение требует специального разъяснения). Это кажется очень странным, но если вспомнить, что Тора занимается только сутью, а не внешними проявлениями, начинаешь понимать, о чем идет речь: в данном случае "играть" означает заниматься самодостаточной деятельностью, где сам процесс и есть цель; он не требует оправдания извне и ориентирован только на себя. Тора - это основа и суть жизни. На глубоком понятийном уровне она не стремится ни к чему постороннему; наоборот, все пути ведут к ней. Мир был создан ради Торы; она - конечная точка и подлинная, изначальная цель Б-га. Поэтому Его отношение к Торе необходимо охарактеризовать как высший "тахлит", высшее предназначение. Он не пользуется Торой в каких-то иных целях, кроме нее самой, но смысл всего сущего концентрируется в Торе и нигде больше.

Эта мысль наиболее ярко отражена в самом слове "играть", на иврите - "шаашуа", которым обозначено непостижимое взаимодействие Творца с Его Торой. "Шаашуа" - любопытное слово; оно состоит из двух одинаковых компонентов: из удвоенного корня "ша" (шин-айн), означающего "обратиться к чему-либо". Например, в книге "Берешит" сказано: "Ва-иша а-Шем" - "И обратился Б-г к..."; или "ло шаа" - "Он не обратился к...". Двойное употребление этого корня в слове "шаашуа" в буквальном смысле означает: "обратиться к тому, что обратилось к...". Такова изначальная суть игры - в полностью замкнутом движении к себе и внутри себя.

Здесь же скрыт источник радости и смеха, порожденный игрой в нижнем мире человеческой деятельности. Ивритские слова "цхок" (смех) и "игра" ("схок") очень похожи, и неслучайно первое из них употребляется в Торе в значении брачных отношений между мужем и женой: "Ве-ине Ицхак мицахек эт Ривка ишто" - "И вот Ицхак смешит Ривку, жену свою", что трактуется комментаторами (и, на самом деле, следует из контекста) как супружеская близость. В Торе нет пустых эвфемизмов; тонкий и чистый язык Торы всегда конкретен.

* * *

Мир Грядущий можно рассматривать как высшее ощущение игры, как блаженство чистого существования в себе, без внешней зависимости. В тех же выражениях можно описать тесную связь в том мире между Б-гом и человеческой душой (нешама). Наслаждение чистой близостью, основанной на духовности, - это наслаждение созиданием, когда благодаря ей появляется на свет чистейший плод, реальный и ощутимый.

Именно потому, что реальный плод рождается в этой интимной сфере, и поскольку от нее зависит существование человеческого рода, Творец наделил ее неповторимой сладостью, ни с чем не сравнимым блаженством. Образно говоря, он намазал здесь особенно толстый слой меда, чтобы открыть тайные глубины этой сферы и усилить влечение к ней.

Великий реб Иерухам говорил, что меда здесь особенно много, потому что цель поставлена самая важная. Далее он проводит аналогию: мать, желая пробудить у ребенка аппетит, намазывает хлеб медом. Она больше заинтересована в том, чтобы малыш съел хлеб, но ребенка интересует мед; хлеб его не прельщает, и он согласен есть его только с медом.

Б-г дает нам сладость меда в этой сфере, потому что Он заинтересован в реальных плодах взаимоотношения мужчины и женщины, в том, чтобы привести в этот мир души, и в том, чтобы семейные отношения между людьми строились на любви и верности. Когда хлеб покрыт медом, он сладок, и эта сладость позволяет достичь конечной цели.

Но бывает иначе: плохой ребенок, "шлехтер кинд", слизывает мед и выбрасывает хлеб. Поколение, отвергающее замысел Творца в этой наиболее священной и целесообразно построенной сфере человеческой деятельности, стремящееся насладиться ее медом и отвергающее свою ответственность, не лучше (а, пожалуй, даже хуже) неразумного ребенка, который презрительно бросает облизанный кусок в лицо своей доброй, мудрой матери. Когда ешь чистый мед, он кажется сладким совсем недолго; очень скоро начинаешь испытывать отвращение к нему. Легкомысленно экспериментируя со сладчайшей сферой человеческого бытия в своем эгоистичном стремлении лишить ее смысла, человек неизбежно придет к краху: вначале к краху своей личности, а затем - к распаду всей сферы индивидуальных, семейных и общественных отношений.

Тора дает простое решение: есть хлеб вместе с медом. Она показывает, что уклонение от своих обязанностей, от глубоких и чистых отношений, которые должны существовать между мужчиной и женщиной, это отступление от духовности. Перед евреем стоит ясная задача: извлечь тот опыт, который естественным образом выводит человека из сферы обязанностей, и целиком использовать его для выполнения обязанностей. Другими словами, надо "запрячь" функцию ухода от обязанностей в самую мощную упряжку обязательств. Таков единственно правильный путь: надо вернуть этот дар Б-гу в качестве собственного дара; только так можно заслужить его для обретения вечной и единственно реальной свободы.