Ноябрь 2017 / Хешван 5778

ОБРЕТЕНИЕ ВЕРЫ

ОБРЕТЕНИЕ ВЕРЫ

I

И не следуйте за сердцами своими...» (Бемидбар  15:39), - ибо это минут (вероотступничество). На первый взгляд, причиной вероотступничества является ошибочное мировоззрение, порча, лежащая в сфере интеллекта, местообитание которого у человека — в голове, а не в сердце. И потому упомянутое выше предупреждение Торы должно было бы звучать так: не следуйте за взглядами и теориями своими и за своими головами! Однако, в действительности, во многих местах в Писании мы видим, что свойство мудрости относится именно к сердцу, как, например, «.. .видело сердце мое много мудрости...» (Коэлет 1:16), «Мудрый сердцем изберет (себе в удел) заповеди...» (Мишлей 10:8). И нужно пояснить, какое отношение имеет мудрость к сердцу.

II

Писал Рамбам в Сефер а-мицвот (заповедь первая), что обязан человек знать и верить, что есть Всевышний (см. там). Мы должны понять: как вообще может существовать такая заповедь — верить? Другое дело — заповеди, которые человек исполняет физически, посредством органов своего тела, повелевающие делать что-то или чего-то не делать; исполнение их — во власти человека и зависит от его желания... Но вера в Б-га и в Его Тору — это нечто существующее само по себе, независимо от воли человека! Если она есть, то зачем приказывать человеку, чтобы он верил, а если, не дай Б-г, вырвана вера из сердца его — как может он приобрести ее? И выходит, что он не ответственен за самого себя во всем, что связано с верой, ибо сердце, в котором ее нет, властвует над ним! А между тем мы видим, что по законам Торы грех неверия чрезвычайно тяжек, тяжелее, чем идолопоклонство! Идолопоклонника надлежит судить в суде, для этого нужны свидетели и предупреждение (об ответственности за это преступление). В то же время жизнь человека, отрицающего Б-га, не защищена законом Торы ни в каком месте и ни в какое время, и не нужно предупреждения, и не нужен Сангедрин (суд из не менее чем 23 судей — знатоков Закона). То же самое можно сказать о том, кто верит в идолопоклонство и жертвует собой за него или приносит в жертву своего сына Молеху... На первый взгляд, на него тоже надо смотреть как на человека, не отвечающего за самого себя, — ведь его вера в идола так сильна, что он даже жертвует ему сына! Его наказание должно быть легче, чем того, кто преступает заповедь, веря во Всевышнего!

Между тем в Торе мы видим обратное: грех идолопоклонства чрезвычайно тяжел, и Рамбам писал, что нигде в Торе мы не находим выражений, говорящих о ревности Всевышнего, — и только из-за идолопоклонства Он ревнует и мстит...

III

Более того, заповедь веры обязательна для всей общины Израиля, включая еврейских детей, — сразу же, как только они достигают совершеннолетия (мальчики — в 13 лет, а девочки — в 12 лет). А между тем известно, что в вопросах веры потерпели провал величайшие философы, например Аристотель. Рамбам писал о нем, что разум его был лишь на одну ступень ниже пророческой. Другими словами, если бы не пророчество и дух святого постижения, не было бы в мире большего мудреца, чем он; тем не менее, вся мудрость его не помогла ему достичь истинной веры! Если это так, то как же святая Тора обязывает детей, чтобы они небольшим своим умом достигли большего, чем Аристотель? А ведь известно, что Всевышний не требует от людей чего-либо чрезмерного!

IV

И еще удивительно: неевреи обязаны исполнять семь заповедей, и если они не делают этого, то, несомненно, будут наказаны в будущем. А теперь представим себе такого человека, который всю жизнь пьянствовал и был (неграмотным) пастухом... Но когда он явится на Высший суд, осудят его там на наказание в аду за то, что не соблюдал семь заповедей... И закричит он: «Откуда мне было знать, что я обязан соблюдать их?» Его претензии кажутся совершенно справедливыми, и все же он будет признан виновным в суде... Все это требует разъяснения.

V

Однако, вглядевшись внимательно, мы можем прийти к выводу, что вера в то, что Всевышний сотворил мир, неизбежно должна стать уделом всякого, у кого есть разум, всякого, кто лишь перешагнул границу, отделяющую неосознанное бытие от осознанного... При этом нет нужды ни в какой философии, чтобы дойти до истины, как сказано об этом в Х.овот а-левавот (Шаар а-ихуд, гл. 6): «Есть люди, говорящие, что мир существует по воле случая, без Того, кто его сотворил, не дай Б-г. Удивительно мне: как может прийти в голову подобная мысль? Ведь если скажет кто-нибудь, увидев водяное колесо, посредством которого подается вода на поле, что оно оказалось здесь само, без замысла мастера, то его сочтут глупцом и сумасшедшим... И известно, что ни в чем, что сделано без предварительного замысла, не найдешь ты признаков разума, и если кто-то прольет чернила на чистый лист бумаги, невозможно, чтобы таким образом появилась там осмысленная запись. А если кто-то покажет нам что-нибудь написанное и заявит, что это получилось от случайного пролития чернил на бумагу, то мы объявим его обманщиком!» Но как же может разумный человек сказать обо всем Творении, что оно образовалось само собой? Ведь мы видим на каждом шагу признаки глубочайшего, бесконечного разума! Сколько чудесной мудрости заложено в строении человеческого тела, в совершенном взаимодействии его органов и стройной гармонии его сил, как свидетельствуют об этом все умудренные в тайнах врачебного искусства и хирургии... Как можно сказать об этой чудесной «машине», называемой человеком, что она сделалась сама, без замысла Того, кто сделал ее, тогда как всякого, кто скажет, что «часы сделались сами», сочтут сумасшедшим? Рассказывает мидраш, как один вероотступник пришел к раби Акиве и спросил его: «Кто сотворил весь мир?» Ответил р. Акива: «Святой, будь Он благословен!» Сказал тот: «Докажи мне это!» Спросил его р. Акива: «Кто соткал твою одежду?» Тот ответил: «Ткач!» Сказал ему р. Акива: «Докажи мне это!» И сказал р. Акива своим ученикам: «Так же, как плащ свидетельствует о ткаче, дверь — о столяре, а дом — о строителе, так и весь мир свидетельствует о своем Творце, будь Он благословен». И если мы нарисуем в своем воображении человека, который родился с полностью развитым интеллектом, то не сможем представить себе того потрясения, которое он испытает, внезапно увидев перед собой небеса с их небесным войском, и землю со всем, что есть на ней...

Если мы спросим его, получился ли этот мир, который он впервые видит перед собой, сам собой, без всякого замысла, или же сделал его мудрый Творец, то, вдумавшись, он, конечно же, ответит, что дело миротворения свершено с чудесной мудростью, в высочайшем едином порядке, как сказано в Писании: «Небеса рассказывают о Славе Б-жественной...» (Теплим 19:2), «Из плоти моей узрю я Б-га» (Мое 19:26). Если это так, то поистине непонятным и удивительным становится другое, обратное тому, о чем мы спрашивали вначале: как могли великие философы дойти до такой глупости — утверждать, что мир создался случайно?

VI

Разгадку этого мы находим в нашей Торе, раскрывающей нам все тайное: «Не бери взятку, ибо взятка ослепляет глаза мудрых...» Щварим 16:19). Минимальный размер взятки, согласно Торе, — одна прута (самая мелкая монета во времена Талмуда), такой же, как в случае воровства, грабежа и займа под проценты (запрещенного Торой). Запрет взятки распространяется на всех людей, даже на самого мудрого из них, и на праведника, подобного нашему учителю Моше, — если он возьмет взятку в одну пруту, ослепнут очи его разума, и не сможет он судить справедливо. На первый взгляд было бы довольно странным сказать о Моше и Аароне, что из-за крохотной выгоды, полученной от одной из судящихся сторон, изменится их взгляд на вещи, и они станут судить несправедливо! Однако Тора говорит нам, что это именно так, и свидетельство Всевышнего истинно! Приходится признать, что это — закон природы, властвующий над силами человеческой души и устанавливающий, что желания человека влияют на его разум. Понятно, что влияние это зависит от желания и от разума, и небольшое желание мало повлияет на сильный разум, а на малый разум — больше, а сильное желание — еще больше. Однако совсем освободиться от этого влияния невозможно. Даже небольшое желание способно свести самый сильный разум с путей истины. В Талмуде (Ктубот 1056) приведены две истории о том, как из-за ничтожной выгоды, предложенной одним из судящихся, судья — мудрец Торы сразу же ощущает в себе последствия этого! Он чувствует желание помочь тому человеку, найти доводы, которые тот мог бы привести в суде в свою пользу... И это — несмотря на то, что он отверг приношение и отказался быть судьей в этом деле! Он говорит в заключение: «да испустят дух берущие взятки и т. д.» (см. там). А теперь вглядимся во все это и задумаемся. Если великие наши мудрецы, подобные ангелам необъятной шириной своего разума и святостью своих душевных качеств, ощущали воздействие самой ничтожной предложенной им выгоды и то, как она заставляет их разум отклониться от истины, то тем более это верно для людей, целиком погрязших в удовольствиях этого мира! Людей, подкупленных своим «дурным побуждением», которое твердит им: «Смотри, перед тобой — мир, в котором нет хозяина! Делай в нем все, чего пожелает твое сердце!» Какая могучая сила заключена в этом грубом соблазне, чтобы ослепить очи разума! Ведь в деле, в котором человек подкуплен, он уже не сможет разглядеть истину, если только она противоречит его желаниям! В этом он подобен пьяному, а ведь даже мудрейшему не сослужит службы его мудрость, когда он пьян! В свете всего сказанного нет ничего странного и удивительного в том, что великие философы отрицали Творение мира, ибо сколь ни велик их разум, еще более велика их страсть к наслаждениям, и подобная «взятка» в состоянии извратить суждения человека и внушить ему, что дважды два не четыре, а пять! Ведь человеческий ум только тогда в состоянии распознать истину, когда он не подкуплен в деле, о котором судит. Однако тогда, когда выявление истины противоречит желаниям человека, не сможет ум его, даже самый могучий, озарить глаза его.

VII

Из всего сказанного следует, что основы веры сами по себе очень просты, настолько, что прийти к ним неизбежно должен всякий нормальный и разумный человек, и невозможно усомниться в истинности их. Но это — лишь при условии, что человек не «подкуплен», то есть свободен от вожделений и от влияния своих желаний; и потому причина вероотступничества и отрицания Б-га вовсе не в каком-то «дефекте» разума, а в желании человека удовлетворять свои вожделения, желании, которое отклоняет разум от истины и ослепляет его. Теперь нам становится понятным предупреждение Торы: «...и не следуйте за вашими сердцами» — это вероотступничество! Другими словами, Тора предупреждает человека, что он обязан обуздать свои желания, — так, чтобы разум его был свободен от их влияния. Тогда он найдет и признает истину, к которой неизбежно должен прийти всякий разумный человек: Всевышний создал мир, и, как сказал раби Акива, мир свидетельствует о том, что Творец создал его! А отрицанию Б-га нет места в человеческом разуме, и только в желаниях и вожделениях пристанище его. Не будь эти желания столь низменными и грубыми, никоим образом не дошел бы человек до ошибки отрицания Б-га или идолопоклонства. И потому столь велика и непростительна вина человека, когда он позволяет своим вожделениям и влечениям победить разум, так, что тот не может увидеть простой истины... Итак, заповедь веры включает в себя обязанность не дать желаниям победить разум, ибо тогда вера обязательно придет, и нет нужды в каких-то специальных усилиях по ее приобретению. Нужно лишь убрать то, что мешает, и она придет сама, ведь даже самый грубый и простой человек в состоянии увидеть, что мир свидетельствует о Всевышнем, создавшем его! Кроме того, очевидно, что любое действие, совершаемое тем, у кого есть разум, делается им с какой-то целью; и поскольку мы видим перед собой сотворенный мир — дело рук Всевышнего, ясно, что у него тоже есть своя цель! Не сможет пьяница оправдаться (на Высшем суде), заявляя, что он считал (в своей земной жизни), что целью сотворения неба и земли было питье водки! Ясно и очевидно, что целью всех сотворенных является исполнение воли Творца. Этот человек должен был понять, для чего он пришел в мир: для того, чтобы исполнять волю своего Творца! Он должен был исследовать этот вопрос, искать и стараться найти, в чем же состоит Его воля. И если не искал, то должен быть наказан, ведь наши мудрецы говорили, что сын Ноаха (нееврей) достоин наказания за то, что, будучи обязанным изучить (все эти вещи), не делал этого. В этом же заключается причина того, что наказание за идолопоклонство столь строго, ведь если бы разум человека был свободен от порабощения желаниями, то он не мог бы впасть в заблуждение идолопоклонства. Вера в идолов пришла к нему из-за мощи его вожделений, чтобы беспрепятственно творить любые мерзости, как это принято у идолопоклонников; и сказали наши мудрецы, что сыны Израиля только для того и занимались идолопоклонством, чтобы разрешить себе предаваться разврату открыто.

VIII

Рассказывают, что однажды какой-то философ-иноверец спросил знаменитого мудреца Торы р. Ионатана Айбешюца (автора книги Баал а-тумим): «Сказано в Торе: "за большинством склоняйся". Вы — меньшинство среди народов; почему же вы не принимаете нашу веру?» Ответил ему рав Айбешюц, что закон, предписывающий следовать за большинством, действует только в случае сомнения, но не тогда, когда все совершенно ясно. Например, когда девять магазинов торгуют кошерным мясом, а один — некошерным, и нашли кусок мяса, по которому не видно, из какого он магазина, — в такой ситуации мы следуем за большинством (и считаем мясо кошерным). Однако, если мы видим, что мясо из того единственного магазина, где торгуют некошерным мясом, то чем же поможет большинство? Так и мы: у нас нет сомнений в истинности нашей веры, и никакое большинство не заставит нас от нее отказаться! Объяснение это — истинное и совершенно ясное; однако в свете сказанного выше вопрос вообще неуместен. Приведенные выше слова Торы («за большинством склоняйся») относятся к судьям, пригодным для судейства, у которых нет личного интереса в этом деле. Однако если у большинства судей есть такой интерес, а у меньшинства — нет, то нужно следовать за меньшинством! В вопросах веры и служения Г-споду человек только тогда может достичь истины, когда он совершенно свободен от всех вожделений этого мира, а подобные люди не встречаются среди иных народов. Ими могут быть только святые мудрецы Израиля, подобные Б-жьим ангелам! А если и были среди мудрецов других народов в какие-то времена люди, чистые от вожделений, то их было ничтожно мало по сравнению с нашими святыми мудрецами, которых были тысячи и десятки тысяч. И о наших пророках сказано, что их было вдвое больше, чем евреев, вышедших из Египта, но те, в чьих пророчествах не было нужды в последующих поколениях, не вошли в Танах. Так же было и после них, в поколениях танаим (авторов Мишны) и амораим (авторов Гемары)... Таким образом, из самого же этого закона («следовать за большинством») вытекает, что мы обязаны принять наследие, полученное от наших благословенной памяти мудрецов. Только они были достойны судить в вопросах, касающихся веры, так как разум их был свободен от малейшего влияния желаний и интересов. И когда спрашивают, почему евреи не должны подчиняться в вопросах веры другим народам, мы можем уподобить это такой сцене: некий человек заходит в кабак, где валяется в грязи и нечистотах сотня пьяниц, и они говорят ему: «нас ведь много, а ты — только один; почему же ты не делаешь, как мы?» Так и в вопросах веры: кроме мудрецов Израиля, все остальные (мудрецы других народов) подобны пьяницам, одурманенным своими вожделениями, а наши мудрецы сказали: только тот может быть назван свободным, кто занимается Торой, ибо без нее ни один человек не может освободиться от дурного побуждения, склоняющего разум вслед за вожделениями...

IX

Из первого принципа — веры во Всевышнего — вытекает неизбежное следствие, принцип второй, а именно то, что Тора — с Небес. Ибо цель всех сотворенных — исполнять волю своего Творца, а между тем совершенно ясно, что разум человеческий не в состоянии постичь мысль Всевышнего и узнать самостоятельно, в чем состоит Его воля. Ведь если Он сам не сообщит, в чем она, то Творение так и не достигнет своей цели, ибо невозможно человеку исполнить то, чего он не знает. Из этого с абсолютной неизбежностью следует, что Всевышний сообщил людям, чего Он от них хочет, путем раскрытия Б-жественного присутствия в мире. А это и означает, что Тора — с небес, и отсюда мы также черпаем веру в приход Машиаха. Ибо с одной стороны, как это совершенно ясно, все сотворено Им для исполнения воли Его, а с другой стороны — мы видим, что в мире все идет наоборот. Люди погрязли в пучине вожделений, и, как сказано, «нет разумного, который искал бы Б-га» (Тегилим 14:2)... Ясно, что ради подобных людей не стоило бы создавать небо и землю! Из всего этого следует, что сказанное в Писании неизбежно исполнится в будущем, и раскроется слава Всевышнего, «и будет Г-сподь царем над всей землей...» (Захария 14:9), амен.