Ноябрь 2017 / Кислев 5778

Глава III. Предисловие к основному тексту

Глава III. Предисловие к основному тексту

Благодарности

Свою посильную лепту на разных этапах работы над рукописью Книги Памяти крымчаков внесли:

1) члены правления Кърымчахлар – Юрий Моисеевич Пурим, Нина Юрьевна Бакши, Давид Ильич Реби, Аркадий Михайлович Ачкинази, Юри Изадла Сабри и Наталья Александровна Сумина,

2) добровольные помощники – Леонид Абрамович Измерли, Анатолий Григорьевич Гальперин и Олег Игоревич Маневич (по маме – Токатлы),

3) рядовые крымчаки с активной жизненной позицией – Борис Аронович Лехно, Яков Харитонович Борохов, Анатолий Исаакович Хондо, Леонид Евсеевич Пейсах, Валерий Ефимович Ачкиназе, Елизавета Яковлевна Марьяхина (Коген), Вероника Борисовна (Ачкеназе), Евгений Леонидович Кубланов (Пейсах), Виктор Юрьевич Пейсах, Лазарь Львович Мангупли, Алина Михайловна Шолом, Жанна Александровна Цирюльникова, Владимир Ефимович Леви, Иосиф Аронович Ломброзо и,

4) многие - многие другие крымчаки и их потомки, которые проживая в различных государствах, говоря на различных языках, тем не менее, помнят о своем происхождении, считают себя крымчаками и проявляют нескрываемый интерес к судьбе собственного народа.

Выражаю свою особую признательность членам правления Крымского Республиканского культурно-просветительского общества крымчаков «Кърымчахлар» (крымчаки): Давиду Ильичу Реби, Нине Юрьевне Бакши, Аркадию Михайловичу Ачкинази, Марку Исааковичу Пурим и Юри(ю) Изадла Сабри за одобрение темы исследования и постоянную готовность к оказанию посильного содействия в продвижении работы над рукописью Книги. Их заинтересованность и постоянный интерес, психологическую поддержку и доброжелательное отношение я испытывал постоянно с самого первого дня работы над Книгой. Считаю также своим приятным долгом поблагодарить правление Крымского Республиканского культурно-просветительского общества крымчаков «Кърымчахлар» за проводимую им политику невмешательства в процессы сбора и обсуждения первичной информации о крымчаках, за самоустранение от решения проблем идентификации крымчаков на фотографических материалах и отстранение от работы в качестве консультантов по разработке критериев их систематизации. За всё это я вас всех благодарю.

Мои благодарности направлены крымчакам, которым не удалось лично донести до меня биографические сведения о своих прямых и/или боковых родственниках, даже если они по каким-либо причинам стеснялись поделиться этой внутрисемейной информацией с членами правления. Мои благодарности и извинения адресованы и тем крымчакам, которые ответственно отнеслись к моей просьбе: выяснить, уточнить, записать и передать для меня через членов Правления биографические сведения о расстрелянных крымчаках, проживавших в населенных пунктах сельской местности, поскольку эта информация по независящим от меня причинам так и не дошла до меня. Выражаю свою благодарность руководству Кърымчахлар за предоставление морально устаревших Списков крымчаков, проживавших в конце прошлого века в крупных городах Крыма, а также за оставление автора идеи создания пятитомника «Книги Памяти крымчаков» без какой-либо помощи и поддержки (будь то информационной, консультационной, исследовательской, технической, редакционной, материальной, издательской и пр.). В конечном итоге эти обстоятельства позволили нам самостоятельно разыскивать информаторов, дозваниваться и знакомиться с крымчаками по междугороднему телефону (а позднее и скайпу), договариваться с ними о встрече и осуществлять, таким образом, сбор первичной информации об их погибших родственниках.

Благодаря руководству Кърымчахлар сбор семейных данных поступавших от информаторов и из различных архивных и литературных источников осуществлялся в г. Москве в отлучённом так сказать от крымчакского сообщества, режиме. Дело в том, что в обществе крымчаков, имеющем в своем распоряжении обогреваемые и холодные помещения общей площадью под три сотни квадратных метров, не нашлось письменного стола, электрической розетки и свободного угла, пригодного для работы и временного проживания не притязательного крымчака-исследователя. Вследствие чего первая глава Книги Памяти выявила и учла далеко не все довоенные семьи. Она же может содержать досадные ошибки и неточности, которых возможно удалось бы избежать в период работы над рукописью, если бы только мне был обеспечен беспрепятственный доступ к городскому симферопольскому телефону. За это я не перестаю кланяться и благодарить родное общество «Кърымчахлар», а крымчакам и их потомкам – приношу свои извинения.

Я признателен председателю правления общества крымчаков, заслуженному работнику культуры АР Крым Доре Товьевне Пирковой (Бакши) за предоставленную мне возможность беспрепятственно приезжать в Крым и сканировать хранящиеся в Музее Кърымчахлар фотографические снимки. Считаю своим долгом выразить ей живейшую благодарность: 1) за организацию ежегодного посещения мест массового расстрела крымчаков на 10-м километре Феодосийского шоссе, 2) за огромную организационную работу, направленную на проведение траурного мероприятия крымчаков – тъкуна, в зале общества «Кърымчахлар», 3) за добросердечное приглашение проголодавшихся и замерзших иногородних крымчаков к поминальному столу. Благодаря атмосфере простонародного радушия и материнской заботы сопрово-ждавшей Д.Т. Пиркову повсюду, в Кърымчахларе я постоянно ощущал себя желанным гостем, которому она всегда готова была прийти на помощь. Если же оказание запрашиваемой мной в основном технической помощи было невозможно по каким-либо причинам, то Дора Товьевна никогда не чинила мне препятствий в выборе способов самостоятельного решения этого вопроса. Более того, я признателен Доре Товьевне за предоставленный мне доступ к биографическим материалам, в избытке хранящимся в Музее, за позволение отбирать и сканировать интересующую меня информацию по своему усмотрению, за отсутствие сколь-нибудь выраженного интереса с ее стороны к моей работе.

Публикация Книги Памяти крымчаков была бы невозможной без своевременного подключения почетного председателя общества «Кърым-чахлар», заслуженного работника культуры АР Крым и Украины Юрия Моисеевича Пурим, благодаря которому было написано предисловие к этой книге от имени крымчакского республиканского культурно-просветительного общества «Кърымчахлар» (крымчаки). Я особенно благодарен Юрию Моисеевичу за подаренные мне книги по крымологии и антропонимам караимов. Более того, он всегда бескорыстно делился со мной своими знаниями, почерпнутыми из писем пожилых крымчаков и работ И.С. Кая, последними новостями и свежими выпусками альманаха «Кърымчахлар».

Моя глубокая благодарность и первому заместителю председателя общества «Кърымчахлар», редакционному самовыдвиженцу научно-популярного и литературно-художественного альманаха «Кърымчахлар» (крымчаки) Зенгиной Наталье Ивановне за искусно создаваемые мне препятствия в посещении и общении с выдающимся ученым-языковедом, носителем и знатоком крымчакского языка, моим духовным наставником и учителем – Дауд Илья Шолома Реби (Давидом Ильичом). Я благодарен также Н.И. Зенгиной за ее бестактную попытку ведения учета и контроля времени, отводимого мне на общение с одиноко живущим участником Великой Отечественной войны который, несмотря на свой весьма преклонный возраст сохранил здравомыслие, работоспособность и ясность ума. Мои слова благодарности обращены к Наталии Ивановне за предоставленную мне возможность произвести сканирование фотографий и копирование дважды просмотренных и отсортированных ею документов, хранящихся на электронных носителях ее рабочего компьютера. По мнению первого зама общества Кърымчахлар, такая фильтрация информации необходима для правильного (с ее точки зрения) освещения проблемы происхождения крымчаков. К сожалению, этот богом забытый памятник духовной культуры крымчаков довоенного периода (речь идет о фотографическом фонде) до сих пор, не атрибутирован и не систематизирован. Благодаря самородному и непревзойденному ни кем дару Наталии Ивановны – «хранить в компьютере всё от всех» большая часть фотографических снимков брошенных эмигрировавшими в Израиль и США крымчаками (фактически крымчакских довоенных реликвий) до сих пор не идентифи-цирована и не введена в научный оборот. А это значит, что потомки крымчаков не найдут в Книге Памяти фотографии своих не таких уж и далеких родственников и предков, за что я, разумеется, весьма признателен и низко кланяюсь Наталии Ивановне.

Выражаю свою огромную признательность и искреннюю благодар-ность крымчакской поэтессе Карасубазарской, члену правления Крымского Республиканского культурно-просветительского общества крымчаков «Кърымчахлар» (крымчаки), заведующей и главному хранителю фондов историко-этнографического Музея крымчакского народа, члену редколлегии литературного альманаха «Кърымчахлар» (крымчаки) Бакши Нине Юрьевне за психологическую поддержку и реальную помощь в работе над рукописью Книги Памяти крымчаков. Жаль, что это плодотворное сотрудничество по независящим от меня причинам, длилось весьма и весьма недолго. В противном случае количество присутствующих в книге неточностей стремилось бы к нулю. Считаю своим долгом искренне поблагодарить и члена правления Крымского Республиканского культурно-просветительского общества крымчаков «Кърымчахлар» (крымчаки), бывшего главного редактора литературного альманаха «Кърымчахлар» Сумину Наталью Александровну за интерес, проявляемый к рукописи Книги, за неоднократное предоставление уточненной информации о своих знакомых, соседях и родственниках, например, о четырех участниках трудового фронта. Разумеется, я безмерно признателен Наталье Александровне за редакционное и критическое замечание, за дважды озвученные мне деловые предложения о возможной профессиональной помощи в написании Книги Памяти крымчаков на коммерческой основе (например, в написании главы, посвященной крымчакским трудоармейцам или предисловия от имени Кърымчахлар и т.д.). К сожалению, я не торгую памятью предков. Первый том Книга Памяти крымчаков будет издан на мои гробовые сбережения. Такова моя воля и таков мой вклад в увековечивание Памяти моего «народа, погибшего от рук солдат».

Пользуясь случаем, хочу поздравить с узаконенным бракосочетанием и одновременно поблагодарить молодого специалиста Леви Ольгу Анатольевну за реализацию амбициозного проекта, направленного на восстановление родственных связей в нескольких генеалогических линиях крымчаков. Жаль, что эта уникальная работа, так и осталась предметом ее девичьей гордости, а крымчакскому сообществу так и остались, не ведомы результаты ее многолетних трудов, поскольку вводить их в научный оборот она собирается лишь в пострепродуктивном периоде, после выхода на пенсию.

За время работы над рукописью Книги я постоянно ощущал на себе пристальное внимание и заинтересованные взгляды со стороны самопровозглашенного председателя зарубежного общества крымчаков, Михаила Абрамовича Измерли, находящегося сейчас в местечке Bet-Shemesh, Ирусалим, Израиль. Не смотря на присущую ему болезненность и чрезвычайную загруженность думками о своих семейных проблемах, Михаил Абрамович всегда выкраивал время для общения со мной на темы, не имеющие прямого отношения к изданию данной Книги. Михаил Измерли постоянно делился со мной информацией о новых исторических фильмах, смешных фотографиях кошек и братьев наших меньших, печатной продукции крымчаков и пр., постоянно уклоняясь при этом от реальной информационной, консультативной, технической, фотографической, финансовой и пр. помощи, за что я, безусловно, выражаю ему свою признательность. Вместе с тем М.А. Измерли, как выдающийся из крымчакской среды человек, добровольно взваливший на себя обязанности модератора группы «Крымчаки, где вы ?» (учрежденной Ниной Афанасьевной Бакши-Народицкой – в развлекательной социальной сети «Одноклассники», – которая предназначена для общения с единомышленниками, друзьями, земляками и пр.) неоднократно отлучал меня от этой группы за принципиальное несогласие с научными фактами изложенными мной в статье «Генетический паспорт крымчака», которая базировалась на результатах антропогенетического исследования моей семьи. Разумеется, я бесконечно признателен Михаилу Абрамовичу за тысячи самостоятельно выявленных, откопированных, сопоставленных, проанализированных и отобранных документальных свидетельств, приведших к появлению этой Книги. Более того, эта книга никогда не увидела бы свет, если бы М.А. Измерли с «сотоварищи» не проводил бы многолетнюю политику негласного сдерживания (или ограничения) моего стремления к получению документальных сканов и оцифрованных фотокопий из семейных архивов зарубежных крымчаков. Огромное спасибо, Михаил Абрамович, вам за это. Вместе с тем, я безмерно благодарен Измерли Михаилу Абрамовичу за наивные попытки приобщения меня к невежеству и обучению искусству подковёрной возни. За его самобытное восприятие науки генетики, генеалогии и популяционной антропогенетики в качестве самостоятельных разделов гинекологической науки, за понуждение автора этих строк к публичному отречению от общеизвестных научных истин и фактов, не укладывающихся почему-то в голове нашего глубокоуважаемого модератора. За всё это, пережитое и оставшееся далеко позади, в прошлом, я благо дарю Михаила Абрамовича Измерли вместе с теми израильскими крымчаками, мнением которых он так дорожил.

В заключение считаю своим приятным долгом поблагодарить всех крымчаков, проживающих за границей, но помнящих о своей родне в восходящих поколениях: администратора группы «Крымчаки, где вы ?», высоко квалифицированную операционную сестру и экстрасенса Нину Афанасьевну Народицкую (Бакши), виртуозного исполнителя крымчакских напевов и сына нашего просветителя – Пейсах Леонида Евсеевича, бывшего замполита старшего офицерского состава – Борохова Якова Харитоновича и многих – многих других зарубежных этнических крымчаков приславших сведения о себе и своих близких родственниках. Пользуясь случаем, хочу выразить самые сердечные слова благодарности всем – всем российским крымчакам за живой и своевременный отклик на мои призывы ответить на вопросы трех опросников (анкет), за неугасающий интерес к судьбе своего народа. Хочется поблагодарить всех родственников, свойственников и друзей, сотоварищей, единоверцев и соплеменников за их большое и доброе сердце, за их генетическую память о крымчакском народе, благодаря которой биографические статьи в Книге Памяти постоянно уточнялись и дополнялись. Недостаток места, однако, не позволяет мне, к сожалению, привести здесь длинный перечень лиц поддержавших данное начинание. Поэтому всех – всех крымчаков, проживающих на территории России, я еще раз сердечно благодарю.

Безусловно, я признателен санкт-петербургским крымчакам: Кубланову (Пейсах) Евгению Леонидовичу, Бесчастной (Карагоз) Ольге Давидовне, Леви Владимиру Ефимовичу, Тревгода Александру Михайловичу и всем тем крымчакам, с которыми мне приходилось общаться в процессе сбора информации для книги и, которые вошли в мою жизнь, сделав ее, светлей и прекрасней. Вместе с тем я не перестаю кланяться и искренне благодарить всех тех людей, которые вышли из нее, сделав ее еще более чистой и привлекательной.

Наконец следует сказать пару теплых слов о моих добровольных помощниках без реальной помощи которых, этот том Книги Памяти крымчаков, пожалуй, не вышел бы из печати. Наибольшую помощь в сборе первичного материала мне оказал Леонид Абрамович Измерли. Я благодарен Нине Юрьевне Бакши за консультативную помощь и Олегу Игоревичу Маневич (Токатлы) за любезно проявленный интерес к Книге в процессе ее подготовки к изданию. Пользуясь случаем, выражаю моим добровольным помощникам свою искреннюю симпатию, признательность и сердечную благодарность за бескорыстное служение крымчакскому народу.

Дорогие мои крымчаки и крымчачки, к сожалению и сегодня вы всё ещё можете невольно столкнуться с так называемыми информационными лакунами, которые до сих пор встречаются в Книге Памяти крымчаков. Тем не менее, мы продолжаем работать и искренне верим в то, что со временем подобные прецеденты и белые пятна в современной историографии крымчаков навсегда сгинут, вместе с крымчаками.

Рабочая группа Книги Памяти крымчаков с благодарностью рассмотрит критические замечания, пожелания, предложения о помощи.

Наш адрес:

тел./факс (8499) 616-82-10,
тел. моб. 8-903-748-54-75,
e-mail:
boris-k@list.ru
скайп-имя: boris-k3

Предисловие от автора – составителя

Уважаемый Читатель в Ваших руках книга, которая ориентирована на крымчакское сообщество и посвящена крымчакам (этно-религиозному изоляту, который с незапамятных времен обитал в Крыму). В настоящее время крымчаки рассеяны по всему миру. На Крымском полуострове их проживает не более двухсот человек. Полагаю, что крымчакам хорошо живется везде. И не имеет значения, где они живут, важно знать, что они потомки древнего и самобытного … варварски уничтоженного нацистами Народа.

Я и мои добровольные помощники ни о чем не просим. Мы ни на что не претендуем. Мы хотим лишь одного: запечатлеть в коллективной памяти народа имя каждого крымчака вовлеченного в эту беспощадную историческую мясорубку.

Написание этой Книги является данью уважения к предкам и формой почитания многострадального народа. Поэтому самое дорогое для меня, по-видимому – это любовь к моему народу (севда меным сÿвийым öз халкъыма).

Дорогие мои крымчаки, в этой Книге вы найдете персональную ин-формацию о своих предках и близких родственниках, о друзьях и милых знакомых из поколения ваших дедов/прадедов или их праотцов, которых вы, быть может, никогда не видели, но наверняка слышали о них от пожилых крымчаков или от старших членов своей семьи.

Предыстория работы. Меня потомка евпаторийских крымчаков (мен кърымчахлардан), всегда интересовали и одновременно ставили в тупик кровнородственные связи в крымчакском сообществе. Много лет тому назад, еще в студенческие годы я приступил к сбору генеалогической информации. Однако находясь вдали от родины, от Крыма, сберегая лишь семейные традиции, я вдруг поймал себя на мысли, что постоянно испытываю острый информационный голод из-за отсутствия систематизированных сведений о крымчаках и их семьях, погибших в Крыму.

Для сохранения памяти об исчезающем народе и оказания посильной помощи его потомкам в восстановлении родственных связей между довоенными и послевоенными поколениями, я приступил к сбору сведений о погибших крымчаках и их семьях. На первых порах составлялись многочисленные и несообразные Списки погибших крымчаков и членов их семей для каждого населенного пункта. Затем были разработаны три варианта анкет («Био-демографическая», «Медико-генетическая» и «Генеалогическая»), с помощью которых осуществлялся сбор естественной семейной информации и выявление генеалогических связей в местах расселения крымчаков.

Вместе с тем, значительная часть Книги Памяти крымчаков основана на документах и личных свидетельствах крымчаков, к сбору которых я приступил еще в молодости и много позднее, во время своих экспедиционных выездов в Крым. Многие очевидные для меня информационные пробелы в Книге, к сожалению, я не могу сейчас заполнить. Тем не менее, я решился, уступая уговорам Михаила Абрамовича Измерли подготовить Книгу Памяти крымчаков к печати, насколько это осуществимо в современных условиях. Решающую роль в этом сыграло убеждение в том, что в ближайшем будущем при современном (удручающем) состоянии крымчакского народа вряд ли кто-нибудь сможет предложить заинтересованному читателю более или менее исчерпывающий материал. Более того, быть может то, что я сейчас вам скажу, кому-то покажется странным, а может вообще прозвучит кощунственно из моих уст, но мой народ действительно мне дороже моей семьи. Возможно, что в этом признании сокрыта эволюция духовного развития человека как личности. По крайней мере, на данном отрезке жизни главное для меня – это хызметкьарльык меным халкъыма (служение моему народу).

Цель создания Книги Памяти – состоит в проведении поименной «переклички» всех крымчаков, проживавших не так давно на территории Крымского полуострова на момент начала Великой Отечественной войны 1941 – 1945 гг. и, таким образом, предоставить возможность молодому поколению самостоятельно судить о геноциде и делать выводы о его последствиях. Задача Книги Памяти: собрать максимально полные фотографиче-ские и биографические сведения о крымчаках вообще и о гражданском населении в частности, мученически погибшем от рук нацистских палачей. Другими словами по мере сил своих увековечить имя каждого безвинно убиенного крымчака, которому суждено было родиться, жить и быть варварски уничтоженным в это лихолетье.

Кого считали крымчаками в Книге Памяти ? Наивный вопрос, … – разумеется, всех тех, у кого в паспорте стояла национальность «крымчак или крымчачка», – скажете вы, и будете, безусловно, правы, если бы не одно обстоятельство. При выдаче и обмене паспортов в паспортных столах СССР готовы были вписать любую национальность (на выбор: русский, татарин, еврей и пр.), кроме национальности «крымчак», поскольку считалось, что уничтожение фашистами более 80 % народонаселения, автоматически влекло за собой и утерю национального самосознания и самой национальности «крымчак». Следовательно, в советской национально-бюрократической неразберихе ориентация на одну графу – национальность неразумна.

Поэтому, не делая умышленного упора на графу «национальность» в паспортах и военных билетах, к крымчакам относили всех тех людей, которые считали себя крымчаками и/или соответствовали совокупности из следующих требований:

1) люди, родившиеся и/или проживавшие до войны в Крыму, в местах компактного проживания крымчаков;
2) носящие фамилии, имена и отчества, входящие в так называемый крымчакский ономастический фонд;
3) потомков с не крымчакскими фамилиями, которые происходили от смешанных браков (при этом их учитывали наравне с потомками национальных браков). Точно также не делалось исключения и для
4) близких родственников со стороны одного из супругов не крымчакского происхождения (мужа или жены, т.е. родственников по браку или сво’йственников), имеющих, казалось бы, косвенное отношение к крымчакской общине. Например, в смешанных браках для не крымчакской родни мужа или жены, невестки или снохи, зятя или деверя и пр.
5) пришлые (или «приблудные») единоверцы, фамилии которых встречались в Списках прихожан крымчакских къаалов (молитвенных домов) и/или в материалах первой общинной Переписи крымчаков 1913 года (хранящихся в Архиве Российского этнографического музея, Санкт-Петербурга), а также
6) люди, хоть и относящиеся по своему происхождению к другим этническим группам, но добровольно ощущавшие себя крымчаками, ассоциировавшие себя с крымчакской культурой, живущие интересами общины и не отделяющие себя от жизни и судьбы крымчакского сообщества.

Следовательно, крымчаки это немногочисленный относительно обособленный народ длительное время проживавший в Крыму, объединенный общностью происхождения и совместным проживанием, кровнородственными связями и иудейским вероисповеданием, тюркским языком и татарскими обычаями, имеющий специфический фамильный фонд и осознающий собственную этническую индивидуальность.

Крымчакский ономастический фонд представлен здесь тремя Базами данных собственных имен, состоящих из: 1) фамилий, 2) мужских и 3) женских имен крымчаков (не считая Отчество в качестве самостоятельного имени и базы данных). Если на каждое собственное имя смотреть как на слово, которое развивается по законам языка, то с помощью именуемых объектов (как маркерами), порой, можно фиксировать и наглядно демонстрировать наиболее парадоксальные ситуации, происходившие в религиозном изоляте под действием разнообразных этно-исторических и социо-экономико-географических факторов. Возможно, что эти языковые маркеры, помогут в дальнейшем пролить свет и на традиции имянаречения у крымчаков.

Мужские и женские имена крымчаков в основном подчинялись иу-дейской традиции имянаречения. Это лишний раз указывало на ортодоксальное иудейское вероисповедание и подчеркивало религиозную изолированность крымчаков от внешнего мусульманского и христианского окружения.

Фамилии крымчаков – как этнический определитель. На начальном этапе работы исходили из распространенного в этнографической литературе мнения о том, что фамильный фонд крымчакского сообщества уникален и содержит порядка 120 – 130 фамилий. Он образовался из разных по этническому происхождению фамилий, не встречаемых в сопредельных с Крымом этнических группах. Так, к примеру, фонд крымчакских фамилий до 70% образован от слов тюркского происхождения, а 30 – 35% наследственных имен – имеют сефардское и ашкеназское происхождение. Следовательно, крымчакские фамилии могут служить достаточно надежным этническим определителем [Вейнберг, 1913]. При всем при том, спустя какое-то время (особенно после работы с электронными базами данных) вдруг неожиданно выяснилось, что часть «крымчакских» фамилий встречается и в других этнических группах, например, Леви среди евреев - ашкенази, Валид – среди башкир, Борохов – в украинских и некоторых тюркоязычных группах и пр. Это обстоятельство вынудило нас к тотальному сбору генеалогической информации в крымчакской популяции и проведению генеалогической экспертизы в каждом спорном случае. На момент начала войны фамильный состав крымчакской популяции насчитывал уже примерно 210 – 240 фамилий.

Примечание 1. Написание и произношение крымчакских фамилий не всегда подчиняется правилам современного русского языка. Например, используемые в Книге Памяти фамилии хоть и были расположены в алфавитном порядке, но по сути своей они отражали лишь формы их написания, которые присутствовали в исторических документах военного времени. А это значит, что одни и те же фамилии могли иметь различное написание при полном или частичном их совпадении по так называемому звуковому индексу. Речь здесь идет о возможных ошибках (так называемых «мутациях фамилии») в написании и воспроизведении одной и той же фамилии среди представителей разных этнических (языковых) групп. Более того, даже в пределах одного семейного клана порой встречалось различное ударение, произношение и даже написание своего родового имени – т.е. фамилии. Так, к примеру, существуют крымчакские семьи с фамилиями Пястро, Пиасор, Пиястро и Пиастров, вместо Пиастро по правилам написания современного русского языка; Кейа, Кея и Кайа, вместо Кая; Кахья вместо Кагья; Ашкинази, Очкинази, Ачкеназе, Ачкинадзе или Ачкиназа, вместо Ачкинази и пр.

Эффект «горлышка бутылки». Однако вскоре при проведении генеалогических экспертиз на предмет отнесения носителя той или иной фамилии (распространенной в двух этнических группах) к крымчакскому сообществу, восстала первая серьезная проблема, именуемая в популяционной генетике человека – «эффектом горлышка бутылки». Этот «эффект» возник в Крыму после массовых ликвидаций (расстрелов и применения газовых автомобилей) нацистами и их пособниками порядка 80% гражданского населения иудейского вероисповедания. Отголоски этого «эффекта» прервали все семейные связи и кровнородственные узы между смежными поколениями довоенных и чудом переживших войну, крымчаков. С конца 1940-ых годов это породило генеалогическую проблему, а спустя два – три десятка лет и этногенетическую, возникшую в результате тотальной ассимиляции крымчаков сопредельными народами, проживавшими в Крыму. Причина этого явления состояла в том, что грубо говоря, существовало два массива генеалогических данных относящихся к родительскому и дочернему поколениям, между которыми почти не наблюдалось взаимных связей и отношений.

Так в одночасье прервалась живая нить многовековой истории и духовной преемственности в религиозно-этнической общности коренного народа Крыма. Так нарушилась связь между смежными поколениями: родительского и дочернего периодов. Так возникла «генеалогическая» пропасть между менталитетом довоенного населения и самосознанием крымчаков, переживших это беспрецедентное событие, получившее название холокост (в переводе с греческого означает – «всесожжение»). Постепенно к выжившим крымчакам приходило осознание главного: для того чтобы жить дальше необходимо отречься от традиционного самосознания (менталитета). От этого камуфляжа зависело самосохранение рода. И, как следствие всего этого, со временем в многострадальном крымчакском сообществе наметился раскол в отношениях к духовным установкам и расслоение в воззрениях на историю формирования крымского религиозно – этнографического изолята. Так, к сожалению, разрывались и забывались кровнородственные связи между чудом выжившими и разбросанными по всему миру соплеменниками.

Численность крымчаков. Проблема холокоста усугубляется еще и тем, что крымчаков почему-то всегда трудно было сосчитать. Замкнутость и немногословность всегда были отличительной чертой их характера. Крымчаки под разными предлогами избегали любых контактов, будь то местная (царская) административная власть или переписчики (добровольные помощники из группы И.С. Кая при проведении первой общинной переписи в 1913 г.). Нередко за этими поступками стояло обычное невежество: «как бы чего не вышло …» или унаследованная от предков норма психической реакции на стандартный раздражитель, сформировавшаяся в результате многовековой религиозной изоляции. К сожалению, сами того не подозревая, эту или подобную точку зрения разделяли и тайно проводили в жизнь руководители и духовные лидеры крымчаков, чиня тем самым препятствия в проведении массового анкетирования и интервьюирования среди современного населения. Трудно в это поверить, но даже сегодня в обществе «Кърымчахлар» не ведется статистического учета, а саму идею, к примеру, проведения ревизии среди ныне живущих крымчаков, не говоря уже о воскрешении и увековечивании «Списка расстрелянных фашистами людей в Крыму», почему-то до сих пор считают лишенной всякого смысла.

Источники информации. Для преодоления эффекта «генеалогической» неосведомленности крымчака (т.е. компетентности о своей родне ближайших степеней по боковым линиям родства) привлекались электронные Базы данных и официальные источники архивной информации, заимствованные из задокументированных свидетельств этих катастрофических событий. К ним относятся:

- 1) листы свидетельских показаний, хранящиеся в зале Имен Мемориала Yad Vashem (Израиль),
- 2) Книги памяти о репрессированных жителях Крыма, Украины, краев и областей СССР, изданные в последнее время при активном участии местных мартирологов,
- 3) донесения боевых частей о безвозвратных потерях в Вооруженных Силах СССР, находящиеся в ЦАМО (Центральном Архиве Министерства Обороны) и Картотеке безвозвратных потерь ЦВМА (Центральном Военно-Морском Архиве),
- 4) сведения о награждении военными наградами СССР, хранящиеся в Центральном Архиве Министерства Обороны (ЦАМО) и Картотеке безвозвратных потерь Центрального Военно-Морского Архива (ЦВМА),
- 5) списки советских военнопленных в немецких архивах,
- 6) результаты анкетирования и интервьюирования крымчаков,
- 7) обширные литературные данные, в том числе альманах «Кърымчахлар» (крымчаки) и Аналитический справочник Л.Л. Полевого «Русские евреи» и пр.

Тема крымского холокоста достаточно объемна и многогранна. Она отнюдь не изучена до конца. Поэтому мы попытались охватить и проанализировать все документальные базы и представить выжимки из них в одной публикации. Таким образом, основу Книги Памяти крымчаков составили подборки обобщенных сведений о крымчаках, заимствованные из разнообразных источников архивной информации, которые были дополнены фотографическими снимками, сведениями био-демографических и генеалогических анкет.

В I томе Книги Памяти крымчаков одной тысячью девятьюстами восьмьюдесятью двумя (1.982 записями) персональными биографическими статьями увековечена память крымчаков, фамилии которых начинаются на буквы с «А» до «Д» включительно. Структура Книги Памяти в общем виде состоит из мартиролога и вспомогательного раздела. Вспомогательный раздел Книги содержит разносторонние материалы, облегчающие читателю осуществить историческое «погружение» и самостоятельно разобраться в истоках трагедии крымчакского народа. Вторая составляющая ее часть – сказание о народе-мученике, мартиролог или основной раздел Книги Памяти для удобства читателя был искусственно расслоён и разнесен по тематическим разделам:

1. Семейные формирования. В этом разделе приведен реконструированный перечень крымчакских семей, проживавших в Крыму на момент начала там военных действий. Каждая биологическая семья (отец, мать и их дети) характеризовалась стандартным набором демографических признаков (фамилия, имя, отчество, годы жизни и место проживания). Сочетание этих социальных примет (или персонально-поисковых признаков) способно однозначно идентифицировать человека в гражданском обществе. Данный раздел содержит сведения, полученные в результате широко охватного анкетирования, интервьюирования и опроса крымчаков.

2. Военные потери. Во втором разделе Книги приведены краткие биографические сведения о безвозвратных потерях среди воинов-крымчаков, сражавшихся на фронтах Великой Отечественной войны 1941 – 1945 годов. Данные о крымчаках - защитниках Отечества, взяты из официальных архивных документов, хранящихся в Центральном архиве Минобороны РФ, Центральном военно-морском архиве Минобороны РФ и Российском государственном военном архиве (http://www.obd-memorial.ru/html/).

3. Геноцид гражданского населения. В основу данного раздела положены результаты анкетирования и интервьюирования крымчаков, а также подборка «Листов свидетельских показаний», хранящаяся в Базе данных имен жертв Шоа, мемориала «Яд Вашем», находящегося в Израиле (http://db.yadvashem.org/names/search.html?language=ru). Совокупность этих безмолвных свидетельств сообщенных соседями, родными и близкими погибших, служит бесспорным доказательством целенаправленного и планомерного уничтожения нацистами гражданского населения Крымского полуострова по этническому признаку. В немилость к фашистам попали крымские цыгане, а также евреи и крымчаки (за исключением караимов), как приверженцы иудейского вероисповедания.

4. Потери, вызванные политическим террором. Этот раздел Книги содержит информацию о людских потерях, возникших в крымчакской общине вследствие политического террора, обусловленного двумя составляющими: а) узниками немецких концлагерей и б) репрессированными крымчаками. В первом случае речь идет о военнопленных и депортированных крымчаках, тогда как во втором – о репрессированных крымчаках ставших жертвами политического террора в СССР с 1920-х – по 1950-е годы. Именные списки заключенных этих эшелонов, были дополнены сведениями анамнестического характера.

5. Крымчакское подполье. В этой главе приведены имена и краткие биографические сведения о скромных и незаслуженно забытых нацменах Крыма (национальных меньшинствах, как говорили в те годы) – крымчаках, принимавших активное участие в партизанском движении, как на полуострове, так и далеко за его пределами. Из партизанского движения Крыма в самостоятельный подраздел Книги была искусственно выделена информация о немногочисленной группе нацменов (агентов-крымчаков) оставленных НКВД, крайкомом КПСС, горкомами и райкомами ВЛКСМ Крымской АССР для работы в подполье на временно оккупированных территориях Крыма в качестве резидентов, связных, разведчиков, наводчиков-рекогносцировщиков и пр. Разумеется, здесь вашему вниманию представлена информация лишь только из открытых источников. Что касается крымчаков – разведчиков, личные дела которых до сих пор не рассекречены МО и находятся под грифом секретности, то ни они, ни их имена в Книге Памяти не нашли своего отражения, не смотря на то, что нам они известны.

6. Трудоармейцы. Шестая глава Книги посвящена немногочисленным труженикам тыла или трудоармейцам, как иногда их называли. Это самая малоинформативная глава, состоящая из трудоспособных воинов-инвалидов, успевших эвакуироваться из Крыма женщин, подростков и незначительного числа специалистов инженерно-технологического состава.

7. Награды и подвиги сынов крымчакского народа. Седьмая глава Книги содержит краткие персональные сведения о конкретном воине-крымчаке и описании его поступка или военного подвига. Это позволяет читателю погрузиться в фактографическую основу исторических событий Великой Отечественной войны 1941 – 1945 гг. Основным источником сведений о подвиге защитника Отечества служил Наградной лист за подписью командира боевой части, хранящийся в Центральном архиве Минобороны РФ (http://podvignaroda.mil.ru/podvig-flash/). К сожалению, из-за недостатка информации в этот раздел Книги не попали сведения об условиях и месте труда, о достижениях и трудовых подвигах крымчаков-трудоармейцев.

8. Ветераны и участники ВОВ. В этой главе приведен список крымчаков (ветеранов, участников и инвалидов второй мировой войны) находящихся на территории Крыма с указанием мест их проживания. В основе своей этот список составлен по результатам анкетирования участников ВОВ и их ближайших родственников. К сожалению, часть ветеранов, проживавшая в послевоенный период за пределами Крымского полуострова не нашла своего отражения в Книге Памяти.

9. Места захоронения крымчаков. В заключительной главе приводятся сведения о местах захоронения воинов-крымчаков и местах массовых захоронений гражданского населения, тотальная ликвидация которого продолжалась в Крыму с декабря 1941 по июль 1942 года. В Книге приведены фотографические снимки памятных знаков, памятников и мемориальных досок установленных на местах массовых захоронений крымчаков. В этой же главе предпринята попытка выявления так называемых национальных секторов захоронений на городских кладбищах.

10. Справочный аппарат. Кроме того в Книге Памяти крымчаков для облегчения поиска нужной информации приводятся три Указателя: а) географический, б) административно-территориальный и в) именной. Именной или персональный указатель содержит личные сведения (фамилия, имя, отчество) лишь о тех крымчаках, о которых говорится на соответствующих страницах Книги. По географическому и административно-территориальному Указателю можно восстановить места довоенного расселения крымчаков на момент проведения нацистами массовых карательных мероприятий, а также судить о их местонахождении в период временной оккупации Крыма.

Структура памятной статьи. Все первичные материалы, характеризующие того или иного крымчака были приведены к одному стандартному виду, который выдерживался во всех разделах Книги. Архитектоника биографической статьи в общем виде состоит из:

1) символа (отличительного знака располагающегося в левом верхнем углу статьи), предопределяющего принадлежность биографической статьи к тому или иному разделу Книги Памяти (например, символ красной звезды ☆ - сопровождал всех защитников Отечества, голубая звезда Давида ✡ - гражданское население иудейского вероисповедания, символ http://istok.lc/krymchaki/pz.png- маркировал партизан; символ ✪ - советских военнопленных, а # - репрессированных и всех советских граждан, проходивших госпроверку в лагерях ГУЛАГа, значок http://istok.lc/krymchaki/ta.png- относился к трудоармейцам и пр.),

2) из стандартного набора персональных данных расположенных в определенной так называемой гнездовой последовательности (Фамилия, Имя, Отчество, дата и место рождения), При этом девичьи фамилии замужних женщин всегда заключались в круглые скобки. Отсутствие осведомленности по любому элементу индивидуальных данных обозначалось в статьях словами: (Фамилия), «Имя», «Отчество». Иногда отсутствие информации в биографических статьях обозначалось вопросительным знаком (?), если, к примеру, речь шла о годах жизни, месте рождения и месте проживания.

3) из легенды (или повествования), которые более напоминают лапидарный комментарий к этой легенде. Вместе с тем при описании индивидуальных особенностей человека всегда стремились использовать определенный (стандартный) набор описательных признаков.

4) из иллюстративной мини копии документа (изображенной в виде иконки в правой части статьи) предназначенной для визуального подтвер-ждения сведений, сообщаемых в легенде,

5) из сведений о ближайшем родственнике и месте его пребывания, по сути, отражающих связь крымчака с семьей и малой родиной.

6) из обязательной ссылки на источник, которая представляет собой средство перехода на ту часть первичного архивного документа, в котором присутствуют расширенные памятные сведения о крымчаке.

Приложение 2.

Тех, кто знает современный Крым, может удивить присутствие в Книге старых названий населённых пунктов, таких например как, Карасубазар (теперь Белогорск), Жданов (ныне Мариуполь), Сталино (ныне Донецк) и другие. Используемый в Книге биографический материал заимствовался главным образом из архивных источников МО РФ, в основе которых лежало административно-территориальное деление СССР довоенного периода. Вот почему каждый том Книги Памяти крымчаков снабжен независимым Указателем, - вспомогательным аппаратом, который обеспечивает возможность легкого поиска по месту проживания до войны (предметный, географический или адресный Указатель).

Фотографический фонд крымчаков. К величайшему сожалению, я не имею возможности привлекать фотографический фонд крымчаков, наполняя им Книгу Памяти, поскольку лица, запечатленные на старых фотографиях, не могут быть идентифицированы российскими крымчаками, а до израильских крымчаков мне так и не удалось достучаться. В этих условиях работа не могла получиться такой, какой я ее задумывал и представлял себе в самом начале. Вместе с тем нельзя исключать возможность подготовки этого фонда фотографий в виде самостоятельного тома с предварительным названием «Лица крымчаков».

P.S.:

В завершении этой главы хочу сказать, что я искренне верю в то, что наша с Вами общая история с ее трагической страницей в жизни крымчакского сообщества всё-таки будет дописана до конца. А память о расстрелянном нацистами народе переживет нас и проявится в генофонде нарождающихся поколений.

Умoляю вас лишь об одном: не позволяйте разногласиям разлучать вас с ближними, не позволяйте разнообразию мнений становиться причиной ссор, ненависти и раздоров в ваших сердцах. Вместо этого займитесь достойным делом, усердно ищите истину, а всех людей в своем окружении делайте своими друзьями.

В заключение приношу свои публичные извинения всем тем крымчакам и коллегам, которых я мог невольно обидеть, сам того не желая.

А от имени горстки чудом оставшихся в живых крымчаков, прошу: НАРОД МОЙ, простите нас за те испытания, которые выпали на Вашу долю. НАРОД МОЙ, сердечно благо дарю Вас за жизнь и ментальность, подаренную нам. Таким образом, эта Книга посвящена нашим РОДСТВЕННИКАМ, известным, малоизвестным и совсем неизвестным. Я, кажется, сделал все, что было в моих силах, для того, чтобы у вас сложилось объективное представление о причинах исчезновения нашего народа, чтобы вы познакомились со своим РОДОМ и своей многочисленной РОДНЕЙ. Теперь очередь за вами. Тот кто может, пусть сделает это лучше.

Благодарю,
Б.Н. Казаченко (Хондо)

Краткие указания к пользованию Книгой Памяти

Материал Книги Памяти представлен в форме маленьких микро биографических статей, тематически сгруппированных в девять разделов:

1) крымчаки в преддверии немецкой оккупации,
2) воинские безвозвратные потери,
3) истребление гражданского населения,
4) народные мстители Крыма,
5) жертвы политического террора,
6) участники трудового фронта,
7) подвиг сынов крымчакского народа,
8) участники Великой Отечественной войны и
9) места захоронений крымчаков.

В вводных статьях, помещенных перед разделами, приводятся характеристики первичного материала, его национальные и прочие особенности. Указываются принятые в тексте сокращения и условные обозначения, а также даются краткие пояснения к пользованию.

Приводимые в Книге Памяти сведения получены из официальных источников и в результате опроса и анкетирования крымчаков. Для справок в разделе «Указатели» приведены адреса довоенного проживания крымчаков и их реконструированный перечень. Краткие микро биографические статьи о каждом известном члене крымчакского сообщества представлены в соответствующих разделах Книги и размещены по алфавиту. Национальные имена и отчества приведены в том виде, в каком они были обнаружены в документальных источниках и/или были услышаны от информатора. Русифицированные фамилии, имена (и отчества) крымчаков записывались в соответствии с правилами русского языка.

Биографическая информация о крымчаке/крымчачке зачастую имеет за стандартизированный вид: фамилия, имя, отчество, год и место рождения, местонахождения во время войны, род деятельности, адрес местонахождения ближайшего родственника и, наконец, ссылка на источник информации.

Каждый том Книги Памяти крымчаков имеет подробное оглавление, содержащее перечень разделов сохраняемых во всех последующих томах, за исключением, пожалуй, последнего тома, резервируемого под фотографический фонд не идентифицированных членов крымчакского сообщества. В первом томе приводятся сведения о крымчаках, фамилии которых относятся к буквам А – Д, включительно; второй том будет представлен буквами Ж – Л, третий том отведен под буквы М – С, четвертый том будет содержать фамилии крымчаков начинающихся с букв Т – Я.