Ноябрь 2017 / Кислев 5778

БИЛ’АМ

БИЛ’АМ

Бил’ам в Торе — чрезвычайно противоречивая личность. Его поступки свидетельствуют о том, что этот человек находился одновременно во власти сил тьмы и света.

Он знал своего Властелина, ибо это о нем сказано: ”Знает замыслы Всевышнего”, и был величайшим из пророков. Талмуд говорит: ”И не поднимется пророк в Исраэле, подобный Моше (Дварим 34, 10) — но поднимется он среди народов мира. И кто же он? — Бил’ам”. С другой стороны — это человек, в мерзости своей разрушивший все нравственные устои и опустившийся ниже самого последнего злодея. Написано в Гемаре (Авода Зара, стр. 6): ”Я не только езжу на тебе днем, но более того — ночью я с тобой (с ослицей)”.

Трудно охватить разумом такие крайности, но все возможно в заблудшем и запутанном человеческом сердце. И эта тема — основа учения о нравственности.

Сказали мудрецы: ”Видела и последняя рабыня (при переходе через Красное море) то, чего не видел Иехэзкель (великий пророк времен вавилонского изгнания), о котором известно, что он ”видел Колесницу Всевышнего”. Сказано в Шират а-ям (песня, которую пели евреи, перейдя Ям Суф ), что весь еврейский народ произнес: ”Это мой Б-г и восхвалю Его...!” В этот момент связь народа со Всевышним была настолько полной, что и простые люди почувствовали это и поднялись на высочайшую ступень духовности. Рабыня не была достойна пророческого дара и не подготовилась к тому, чтобы осознать и принять его, и потому осталась, как и была, рабыней. А величайший из пророков Иехэзкель бен Бузи удостоился пророческого дара посредством непрестанных усилий, непрестанной работы над собой, направленной на искоренение в себе зла, и его мы называем ”Пророком Всевышнего”, хоть и не дано ему было увидеть то, что было дано увидеть рабыне при рассечении моря.

Пророческий дар Бил’ама дан ему без усилий с его стороны и без работы над собой, и поэтому он остался тем, кем был, несмотря на все свои знания и постижения.

Можно предположить, что Бил’ам, являясь дурным человеком, старался передать своим ученикам самое значительное и лучшее из того, чем обладал, то есть разум и духовные прозрения. Читаем в Трактате Авот 5, 19: ”Если ты видишь в человеке — айн а-ра (дурной глаз, зависть), руах гво’а (гордыня, высокомерие) и нэфэш рэхава (жесткость) — знай, что этот из учеников злодея Бил’ама”.

Рабейну Йона спрашивает: ”Почему не сказано про учеников Бил’ама, что у них айн а-ра и т.д”?

Чтобы подчеркнуть, что эти три качества не были им свойственны изначально, а были почерпнуты ими из учения злодея Бил’ама, потому что именно на этих качествах построено его учение, а в них-то и заключен корень зла.

Мишна объясняет нам, что самое плохое не в том, что эти дурные качества были присущи Бил’аму, а в том, что он насаждал их в своих учениках.

Наш праотец Авраам воспитывал в учениках совершенно другое: айн това (букв., — хороший глаз, доброжелательность) — чтобы не было у них зависти к товарищу и чтобы его честь была им дорога, как своя; руах нэмуха — скромность, нэфэш шфэла (мягкость, покладистость) — чтобы человек не возносился над людьми.

То, чему обучал Бил’ам, было прямой противоположностью этому: — айн а-ра (дурной глаз) — когда человек не терпит ничего хорошего у ближнего и стремится единолично получить все почести; нэфэш рэхава (жесткость) — когда человек настаивает на своем, не считаясь с мнением других людей.

(Следует пояснить, что в данном случае подразумевается под словом мягкость. Все знают, что такое скромность, но что мы здесь имеем в виду под словом мягкость? Написано в трактате Таанит 20, 2: ”Да будет человек гибким, как лоза, а не твердым, как кедр”. То есть человек должен уметь ”сгибать” себя и прислушиваться к мнению других. Он не должен быть похож на кедр, который невозможно согнуть никоим образом. ”Мягкость” — это умение прислушаться к мнению других, способность согласиться с другими людьми. Есть люди скромные, но отнюдь не ”мягкие”, не ”сдвигаемые” со своей позиции и полагающие, что они всегда правы).

Вот эти дурные качества были сутью учения Бил’ама и источником его злой мудрости. Ничтожнейшие из ничтожных создали из низости целое учение, обучили этому своих учеников и сделали из них своих последователей, которые всюду сеют зло.

И еще одной вещи учит нас глава о Бил’аме. С одной стороны, он был великим пророком и слышал слова Всевышнего. Но когда сказал ему Творец: ”Не ходи с ними, не проклинай народ этот, ибо он благословен” (Бамидбар 22, 12) — ответил Бил’ам посланцам Балака: ”Не хочет Б-г позволить мне идти с вами” (Там же 22, 14). Объясняет Раши, что он хотел этим сказать: ”... а только с посланцами более знатными, чем вы”. То есть Бил’ам понял слова Творца так, как он сам хотел понять: Б-г предостерегал Бил’ама от проклятий в адрес Исраэля только потому, что, дескать, не подобает такому человеку, как Бил’ам, идти с посланцами недостаточно высокого ранга.

Нечто подобное этому явлению описано в Гемаре (Гитин 45а): ”Рав Илиш попал в плен. Сидел он в тюрьме с одним человеком, который понимал язык птиц. Прилетел однажды ворон и стал кричать. Спросил рав Илиш у того человека: ”Что он кричит?” Ответил тот: "Илиш, брах! Илиш, брахГ (Илиш, беги! Илиш, беги!”). Сказал рав Илиш: ”Ворон — обманщик, не буду полагаться на него”. Потом прилетел голубь и стал ворковать. Спросил: ”Что он говорит?” Ответил ему: "Илиш, брах! Илиш, брахГ Тогда он сказал: ”Община Исраэля уподоблена голубю, значит, произойдет со мною чудо”.

Раби Акива Эйгер приводит в Гильон а-Шас: ”Написано в книге Лрух, что рав Илиш понимал язык птиц”. Спрашивается в книге Сефер а-дорот: ”Но ведь из рассказа следует обратное?” (Ведь рав Илиш каждый раз спрашивал у другого человека, о чем говорят птицы — Пер.).

Приведем вопрос Маарша: ”Ведь если рав Илиш не поверил ворону, то он не должен был верить и тому человеку, который, по всей видимости, не был евреем”.

Можно ответить на оба вопроса. Видимо, вопрос Маарша встал и перед автором ”Арух”. И из этого он вывел доказательство того, что рав Илиш и сам понимал язык птиц. Он спрашивал у другого человека, о чем кричит ворон, только для того, чтобы убедиться, что он не ошибается (то есть слышит не то, что ему хотелось бы услышать, а то, что в самом деле кричала птица). Он подозревал, что его уши слышат то, что хочет услышать его сердце, и поэтому он спрашивал у другого. И только когда тот подтвердил, что он слышал то же самое, — тогда и рав Илиш поверил, что он не ошибается. Это ответ на вопрос Маарша и на слова Арух.

Мы учим отсюда, что человеку свойственно слышать то, что он хочет услышать. Это произошло и с Бил’амом, который услышал в ответе Всевышнего совет идти с более знатными посланцами.

Есть еще интересный момент в истории со злодеем-Бил’амом: он очень беспокоился о жизни в о лам а-ба — будущем мире. И просил он у Всевышнего: ”Да умру я смертью прямых, и да будет кончина моя, как у них”. Объясняется в Гемаре (Авода Зара 25), что Авраам, Ицхак и Яаков называются прямыми. Именно их и имел в виду Бил’ам, прося кончины, ”как у них”.

Знал Бил’ам, что основное качество наших праотцев — это прямота. И действительно, это одно из важнейших качеств человека. Как написано: ”Сотворил Б-г человека прямым”, и благодаря прямоте достигли наши отцы настоящей цельности.

О Самом Творце сказано: ”...цадик вэ йешар” (Праведен и прям Он). И Его Учение, наша Святая Тора называется ”йешарим даркей а-Шем” (прямы пути Всевышнего). Прямота — это очень важное, центральное качество на всех ступенях духовного роста. Прямота необходима человеку, на каком бы духовном уровне он не находился. Все отклонения от прямоты, даже если они вызваны ”многими расчетами” приводят к гибельным последствиям. Как написано (Коэ’лет 7, 29): ”Сотворил Б-г человека прямым, а они делали многие расчеты”.

О Хане говорится (Шмуэль 1), что она молилась Б-гу, чтобы дал Он ей сына — ”не умного и не глупого”. ”Не умный” — чтобы был он ”не слишком уж умен” и не делал ”многие расчеты”, как царь Шломо, сказавший: ”Я умножу и не сверну” (вопреки завету Торы, который предписывает еврейскому царю: ”И не умножит себе жен, дабы не свернуло его сердце...”). Она просила, чтобы сын ее был ”не умным” и не глупым (не дай Б-г!), а прямым — таким, каким изначально сотворил человека Всевышний.

И просьба ее была выполнена, потому что сказала Хана: ”Об этом юноше я молилась”. Этот юноша был пророк Шмуэль, который приравнен к Моше и Аарону вместе.

Все это знал Бил’ам, и он молился, чтобы его кончина была, как у йешарим, наших праотцев. Но посмотри на его ”прямоту”: жить он хочет в мерзости, а умереть — как Святые Отцы. Но и в этом нет никакого противоречия, ибо так выглядит ”прямота” у человека, извратившего свой путь, обладающего тремя качествами — завистью, гордыней и жесткостью. Это его жизнь. Эти качества определяют суть его учения о жизни, и в то же время его разум и сознание направлены на то, как умереть.

Если человек не принимает близко к сердцу то, что понимает его разум, то в его знаниях нет связи с ним самим, с его сущностью. В трактате Ш’вуот (5а) сказано, что нечистый человек, там'э (имеется в виду ритуальная нечистота; человек может стать там’э, прикоснувшись к некоторым мертвым животным), по ошибке вошедший в Иерусалимский Храм, обязан принести очистительную жертву (если ему было известно, что он нечист, но он забыл об этом). Спрашивает Гемара: ”Достаточно ли для исполнения этого закона знание, полученное у учителя?”

Объясняет Раши, что имеется в виду под ”знанием, полученным у учителя”. Человек слышал от своего учителя, что ”дотронувшийся до мертвого животного” — ”тамэ”, нечист; и он знает, что он дотронулся. Но он не вдумался в это, ”не принял это к сердцу”, и поэтому знание о том, что •он дотронулся, как бы совершенно к нему не относится, и он входит в Храм, как будто не был осквернен. Он знает, что дотронулся, и что дотронувшийся — ”тамэ”, но сам он как бы чист, потому что не принял это знание к сердцу.

Седьмая казн!,, которой были наказаны египтяне — это град. В Египте было известно, что если Моше предрекает казнь, то она непременно приходит в назначенный час. Написано, что те, кто это не ”приняли это близко к сердцу”, — оставили своих рабов и свою скотину в поле.

Удивительно! Ведь знает человек, что смерть настигнет скот в поле, но это знание его как бы не касается. И он спокойно оставляет скот в опасном месте, не думая, что рискует своим имуществом. Еще более удивительно, что сами рабы остались в поле и не вошли в дом, чтобы спастись. Писание свидетельствует, что они верили предсказанию и знали об опасности, но не ”приняли к сердцу”, — и остались в поле, не ощущая, что рискуют жизнью.

Кто был более велик, чем царь Давид? Но когда к нему пришел пророк Натан и рассказал притчу о том, как отобрал богатый у бедного последнюю овцу, то ”возгорелся гнев Давида и поклялся он, что смерти подлежит человек, сделавший это”. И ни о чем не догадался Давид, пока не сказал ему пророк Натан: ”Ты — этот человек”.

Эти понятия — основы учения о нравственности. Счастлив тот, кто размышляет об этом и прочувствовал сердцем эти важнейшие основы Торы.