Ноябрь 2017 / Хешван 5778

Забывание и воспоминание

Забывание и вспоминание[1]

«Каждый раз, когда Я говорю о нем, Я долго помню о нем»[2]

Значение понятий «забывания» и «вспоминания» по отношению к пересчету сыновей Израиля

В главе Бемидбар сказано: «И говорил Б-г Моше в пустыне Синай… Пересчитай всю общину сыновей Израиля…»[3] Раши пишет об этом: «В своей любви к ним Всевышний постоянно пересчитывает их. Он пересчитал их при Исходе из Египта. Он пересчитал их после наказания за грех золотого тельца, чтобы знать сколько осталось. Всевышний пересчитал их, когда намеревался поместить среди них Свою Шехину. Первого Нисана был освящен Мишкан, а первого Ияра Он пересчитал их».

Эти слова Раши вызывают недоумение. Как мы можем связывать одно с другим? У человека бывает побуждение пересчитывать то, что ему дорого. Но неужели и Всевышний, если можно так сказать, тоже постоянно пересчитывает то, что Ему дорого?! Пересчитывание человеком своих ценностей связано с извечным желанием знать их количество. Но неужели Всевышний, для Которого нет сокрытого, тоже нуждается в подсчете, чтобы знать результат?!

Действительно, иногда случается наблюдать, что человек пересчитывает свои ценности, хотя и знает их количество. Но это связано с тем, что знание человека недостаточно отчетливо и он хочет убедиться в нем своими глазами, пересчитать еще и еще раз, чтобы результат был несомненным. Но разве может быть, упаси Б-г, сомнение перед Небесами? Среди людей порой встречается такая привязанность к своим деньгам, что они находят удовольствие в их пересчитывании. Мы обнаруживаем это свойство у примитивных людей, «мышей, лежащих на динарах». Но это мелочное чувство мы ни в коем случае не можем отнести к Святому, благословен Он!

Даже если допустить, что подобное ощущение может быть и у Всевышнего, неужели у Него есть потребность в удовольствиях? Разве Всевышний может повелеть пересчитать народ Израиля только для Своего блага?!

Действительно, в Торе и в высказываниях наших мудрецов мы встречаем упоминания о том, что Всевышний получает удовольствие от праведных поступков людей. Например, о «приятном благоухании»[4] жертвы Раши говорит так: «Это – удовольствие для Меня оттого, что Я повелел – и Мое повеление было исполнено». Но это относится только к исполнению заповедей, которые Б-г дал нам для нашего счастья и блага. С их помощью мы исправляем свои души и поднимаемся по ступеням, ведущим к совершенству, для чего мы и пришли в этот мир! Поэтому, совершая добрые дела, мы тем самым исполняем волю благословенного Творца, Который желает нам добра. Именно эту идею мы выражаем словами о том, что Всевышний «получает удовольствие» от наших добрых дел, и Ему это «приятно». Но мы нигде не находим, чтобы Всевышний повелел нам сделать нечто, не связанное с заповедями, необходимыми для совершенствования души человека, а только для Своего удовольствия! Разве Всевышний ищет для Себя удовольствий?

И еще один вопрос. Если Всевышний пожелал пересчитать евреев для Собственного удовольствия, зачем Он просил это сделать Моше и Аарона, да еще и с помощью глав колен? Ведь Он Сам мог бы охватить весь народ одним взглядом! Зачем Ему прибегать к «участию» людей?

Но самый большой вопрос вызывает повествование Торы в главе Ки Тиса: «И пусть каждый из них даст Господу выкуп за свою душу при счислении их, и не будет среди них мора при счислении их»[5]. Почему пересчет сыновей Израиля – знак великой любви к ним Б-га – может вызвать мор, так что для спасения им необходимо дать выкуп за свои души?

Вот что говорят наши мудрецы о стихе Торы, в котором Б-г повелевает пересчитать еврейский народ:

««И говорил Б-г Моше в пустыне Синай»[6]. Он сказал им: «Вознесите ваши головы…»[7], – буквально именно так звучит фраза, означающая: «пересчитайте ваше количество». Всевышний сказал народу Израиля: «Я никого так не возлюбил, как вас, поэтому Я вознес вас, дабы вы уподобились Мне. Я вознесен над всеми созданиями мира, ибо сказано: «Тебе, Б-г, величие...»[8] И для вас Я тоже сделал все, чтобы «ваши головы были вознесены», поэтому и сказал: «Вознесите ваши головы», – дабы исполнился стих: «И возвысил мощь Своего народа»[9]. И еще сказано: «И поставит тебя Б-г, твой Господь, превыше всех народов земли»[10]»[11].

Таким образом, этой заповедью Всевышний дал еврейскому народу величие и славу, из которых евреи узнали, что удостоились особой любви Б-га. Почему же при пересчете среди них должен был разразиться мор?

Наше удивление по этому поводу так сильно потому, что нам кажется, будто цель Всевышнего при пересчете народа Израиля заключалась в том, чтобы узнать их количество. Но на самом деле в Торе, в книгах Пророков, в словах наших мудрецов и в молитве мы видим, что с Всевышним может быть связана идея «вспоминания».

Например, в молитве мы произносим: «Да поднимется и да войдет, и да проявится память о нас…», «вспомни нас для жизни». А в трактате Талмуда Рош Ашана наши мудрецы говорят: «В этот день перед Всевышним нужно произнести отрывки о царствовании, о вспоминании и о шофаре… О вспоминании – чтобы память о нас поднялась перед Ним к добру»[12]. В Торе есть несколько стихов, прямо говорящих об этом: «И вспомнил Господь Ноаха»[13], «и Я вспомню Мой союз»[14], «каждый раз, когда Я говорю о нем, Я долго помню о нем»[15], – и таких мест в Писании так много, что и не счесть. И мы недоумеваем: может ли к Всевышнему относиться понятие «вспоминания»? Ведь Б-г ничего не забывает, зачем же Ему вспоминать?

Эти «странности» обычно объясняют тем, что такие выражения – не более чем метафора. Пересчет евреев, например, Тора метафорически сравнила с тем, как человек пересчитывает свои сокровища. То же самое говорят и о вспоминании: Тора воспользовалась метафорой о человеке, вспоминающем то, о чем ему напоминают. На самом же деле происходит нечто совершенно иное.

Даже метафора должна обладать некоторыми чертами сходства с тем, что призвана раскрыть. Суть, заложенная в метафору, должна проявиться в ее объяснении, иначе теряется весь смысл, который мудрецы хотели до нас донести. Если по отношению к Всевышнему Тора применяет метафору «вспоминания», мы должны проникнуть в ее суть и выяснить, в каком отношении это понятие может быть отнесено к Всевышнему.

Это очень важный принцип. Разумеется, многие слова наших мудрецов чрезвычайно возвышенны, и их смысл от нас сокрыт. Кто мы, чтобы претендовать на понимание высказываний мудрецов древности, которые «глубже, чем море»?  Но все же мы должны постараться понять их так глубоко, как только сможем.

Встречая в высказываниях мудрецов непонятное для нас место, мы не должны относить его к чему-то, не связанному с его буквальным пониманием. Напротив, мы должны искать толкование, которое разъяснит это высказывание в его изначальном виде. Ведь у любого утверждения есть множество аспектов. Пока мы не нашли верного разъяснения, нам кажется, что заключенная в высказывании идея трудна для понимания и очень странна. Но если мы вдумаемся и найдем верный аспект толкования, наши глаза раскроются, и мы узрим свет.

Наши мудрецы сформулировали следующее правило: «Писание никогда не отходит от своего буквального смысла»[16]. То же самое относится и к высказываниям мудрецов: сколько бы мы ни искали заключенный в них скрытый смысл, сколько бы ни старались их понять, нам не следует отходить от их буквального смысла. Когда мы найдем верный аспект их толкования, то увидим и поймем, насколько слова, переданные нам мудрецами, верны и истинны, достойны доверия и притягательны!

Пределы нашего постижения Творца: раскрытие Его управления миром

Мы уже не раз убеждались в том, что в Писании и в словах мудрецов имена и качества благословенного Б-га никогда не раскрывают Его истинной сущности[17]. Упаси Б-г приписывать ей наши понятия или подобие чему-то из сотворенного в нижних или высших мирах. Он выше всего возвышенного. Он сокрыт более чем все сокрытое. И наша мысль не может Его постичь!

Мы говорим только о Б-жественности, «сжатой» Всевышним, если только можно так сказать, в Творении, которое Он создал по Своей воле, со всеми его ограничениями и аспектами в высших и нижних мирах. Даже Четырехбуквенное имя – это первоначальная ступень основного замысла Б-га, корень мироздания, ведущий его к окончательной цели Творения[18]. Человек – избранное творение Б-га – в состоянии возвыситься настолько, чтобы осознать Его как Творца всего. Но он не способен постичь того, что находится за пределами Б-жественности, раскрывшейся в мире после его сотворения через «сжатие».

В сотворенном мире мы можем постичь Творца только посредством Его связи со Своим Творением. Мы прославляем и возвеличиваем Его, относя к Нему эпитеты, характеризующие Его Б-жественность согласно ее раскрытию в Творении, возникшем по Его воле. Мы способны понять только Его «качества» и принципы управления миром, в соответствии с чем и называем Его тем или иным именем.

Вся мудрость Истинного Учения основана на постижении «первоначального замысла» Б-га. Тайное Учение начинается со слов: «Когда пожелал благословенный Творец...»[19] Это означает, что мы видим только Б-жественность, заключенную в Творении после того, как в нем уже воплотился первоначальный замысел. То есть все известное нам связано только с мирозданием и не имеет никакого отношения к истинной сути благословенного Б-га, которую нам запрещено себе представлять и относить к ней любые имена и качества.

Не только определения, особенно ярко отражающие всесилие и великолепие Всевышнего, полностью зависят от наших представлений о мироздании. То же самое относится и к Его «грозным» определениям, когда мы говорим, например: «Даже тьма ничто не скроет от Тебя»[20]. Это тоже сказано только о Б-жественности, проявляющейся в мироздании. Смысл этого определения понятен: даже тьму и полный мрак проницает взгляд благословенного Б-га. Но в Своей истинной сути Б-г не имеет никакого отношения к свету и тьме, и также ко всему, что с ними связано, и мы ничего не можем об этом сказать.

«Забывание» и «вспоминание» – управление нашим миром

Поскольку мы говорим о Б-жественности, связанной с мирозданием и подверженной различным ограничениям, можно сказать, что к ней относится идея «вспоминания». Ведь все, что есть в мироздании, – это влияние благословенного Б-га, которое определило структуру мира в целом и его границы. Все явления мироздания во всех мирах – от высшего корня и до самого низа – чем бы они ни были, – «влиянием» или «созданиями», «творениями» или «производными», имеют свои определенные законы и границы. Их силы ограничены, и они подвержены воздействию поступков человека. Поэтому к ним тоже относится идея «забывания» и «вспоминания».

Некоторое представление об этом мы можем получить, если обратимся к примеру, который приводит святая книга Танья. Она обсуждает то, как Б-г поместил Свою Шехину в Святая Святых Храма. Что именно там произошло? Ведь «вся земля полна Его славой», и «нет места, свободного от Его присутствия»!

Автор пишет, что идея здесь та же, что и в стихе: «Из плоти своей увижу Господа»[21]. Душа человека наполняет все его двести сорок восемь органов с головы до ног, и все же основное место ее пребывания – мозг, откуда она распространяется по всему телу, и каждый орган получает от нее жизненную силу, необходимую для него согласно его устройству и предназначению. Глаз получает от души способность видеть, ухо – слышать, рот – говорить, ноги – ходить и так далее. И то, что различные органы получают от души разную жизненную силу, не связано с самой сутью души. Дело не в том, что ее внутренняя суть разделяется на двести сорок восемь различных частей, которые облачаются в двести сорок восемь материальных «одеяний», соответствующих предназначению органов тела. Будь это так, оказалось бы, что внутреннюю сущность души можно описать в материальных понятиях образа и устройства, так же, как мы описываем тело, упаси Б-г. На самом деле душа представляет собой единую и неделимую духовную сущность, свободную от всех материальных представлений, у нее нет ограничения или места, размера или материальной границы. Она не претерпевает никаких изменений. Каждый орган получает от нее необходимую ему силу согласно его существованию и сути.

То же самое относится и к пребыванию Шехины в Храме. Истинная сущность Творца одинакова в высших и нижних мирах. Присутствуя в высших мирах, Он так же присутствует и в нижних. Различие между высшими и низшими мирами зависит только от способа их восприятия жизненной силы согласно их сути[22].

На самом деле в сотворенном мироздании нет никакой иной реальности, кроме Б-жественности, «сжатой» Всевышним в процессе сотворения мира. Он пожелал, чтобы возникли «Творение» и «творения», которые могли бы осознать «Творца» и «Творение». Однако с точки зрения истинной сущности Б-га, мироздания не существует, поскольку «нет ничего, кроме существования Всевышнего»[23]. Но, тем не менее, благословенный Творец пожелал, чтобы, с точки зрения сотворенного мироздания, существовали различные миры и населяющие их бесчисленные создания, и чтобы Б-жественная власть, неизменная ни внутренне, ни как целое, действовала согласно реальности каждого из этих миров и во всем Творении – согласно его реальности и сущности. Поэтому даже в самом высшем и вознесенном мире существуют различные ограничения, и Б-жественная власть действует там в строгом соответствии с ними[24]. В этих мирах возможно «забывание», и наша задача – пробудить в них «вспоминание».

Управление нашим миром через «забывание» и «вспоминание»

Однако того, что мы разъяснили, еще недостаточно. Упаси нас Б-г думать, что в корнях мироздания, в высших мирах, в творениях, происходящих от сути благословенного Б-га, возможно «забыть или не обратить внимания» в нашем простом понимании. Не дай Б-г, чтобы идея «забывания» в подобном виде хоть на секунду возникла в наших мыслях! Разве Б-жественность, раскрытая в мироздании, может быть подвержена «забыванию»? Разве может хоть что-то из происходящего в нашем мире ускользнуть от внимания Творца? «Да не случится такого в Израиле», чтобы у кого-то возникла столь безумная мысль!

Поэтому мы должны искать и найти верный аспект идеи «забывания» и «вспоминания» в высших и возвышенных мирах.

Также нам следует прояснить комментарий наших мудрецов на стих Теилим «Благо тому, чье преступление прощено, чей грех искуплен»[25]:

«Об этом Писание говорит: «Прощено преступление твоего народа»[26]. В Йом Киппур Сатан обвиняет народ Израиля во всех совершенных им грехах. Он говорит Всевышнему: «Властелин мира! Среди других народов есть грешники – и у Израиля тоже…» В ответ на это Всевышний перечисляет все заслуги Израиля – и что Он делает? Берет весы и взвешивает грехи против заслуг, и оказывается, что их вес равен, чаши весов уравновешены. Сатан уходит на поиски других грехов, чтобы чаша с грехами перевесила чашу с заслугами. Что же делает Всевышний, пока Сатан ходит и разыскивает грехи? Он снимает грехи с чаши весов и прячет их под Своим царским одеянием. Сатан возвращается и не находит греха! Об этом сказано: «Будут искать грех Израиля – а его не станет»[27]»[28].

Совершенно непонятно, о чем говорит этот Мидраш. Как можно взвесить грехи? Каким образом Всевышний прячет их под Своей царской одеждой, и зачем Ему вообще нужно прятать наши грехи? Почему Сатан не приносит все грехи сразу, куда он уходит на их поиски и как понимать выражение «пока Сатан не видит»?

Сегодня мы не будем все это разъяснять. Но, как бы то ни было, мы видим ту же самую идею. Сатан, то есть дурное побуждение, знает все поступки человека и его мысли – и все же может оказаться, что какие-то грехи будут от него сокрыты. Сейчас не так важно, каким образом это происходит.

В этом высказывании содержится очень много непонятного и помимо сказанного выше. Но мы должны знать, что если в словах наших мудрецов заключено некое знание, надо воспринять его таким, как оно есть и, насколько это в наших силах, постараться понять. И даже если глубинный смысл их слов окажется сокрытым от нас, необходимо приложить все усилия, чтобы выяснить смысл изречения наших мудрецов.

То же самое и в вопросе о сокрытии грехов. Как бы ни трактовать высказывание мудрецов о поиске грехов, их взвешивании и сокрытии, в любом случае ясно, что от Сатана что-то скрывают. В отсутствие Сатана проявляется качество Б-жественного милосердия, которое скрывает от него грех.

Отсюда мы извлекаем знание, явно содержащееся в буквальном смысле этого высказывания: оказывается от Сатана можно что-то скрыть! По-другому эти слова никак не объяснить. А теперь мы должны понять, как столь могущественный ангел может не знать всего, что происходит в нашем мире?

Суть «забывания» и «вспоминания» в применении к человеку

Необходимо понимать, что одно и то же явление можно понимать совершенно по-разному, и одно «знание» не будет подобно другому. Даже у человека, обладающего конкретным и четким знанием, всегда остается возможность придти к его еще более ясному пониманию.

Первый пример: граница «точного знания» согласно Торе – «необходимость предупредить мудреца Торы»

Мы уже разъясняли спор между раби Йоси бар Йеуда и другими мудрецами, приведенный в трактате Сангедрин[29]. Он считает, что нет необходимости предупреждать мудреца Торы, если он собирается совершить запрещенный поступок, поскольку предупреждение необходимо только для уверенности в том, что человек совершает нарушение не по ошибке, а злонамеренно. Другие мудрецы оспаривают эту точку зрения.

Рамбам подводит итог этому спору: «Предупредить нужно и мудреца Торы, и необразованного человека, поскольку предупреждение необходимо для свидетельства того, что нарушение совершается не по ошибке, а злонамеренно»[30]. Законоучители удивляются решению Рамбама: он следует мнению остальных мудрецов, но при этом приводит причину, указанную раби Йоси бар Йеуда: предупреждение необходимо, дабы убедиться, что человек не совершил нарушение по ошибке!

Мнение Рамбама соответствует сказанному в Талмуде. Спор между раби Йоси и другими мудрецами касается утверждения, что предупреждение необходимо только для свидетельства, что нарушение совершается не по ошибке, а злонамеренно. И Рамбам считает, что именно по этой причине мудреца Торы тоже необходимо предупредить!

Все согласны с тем, что формального знания о наличии запрета недостаточно. Из Закона следует, что преступление не считается злонамеренным, если между предупреждением и нарушением прошло больше времени, чем необходимо для произнесения фразы: «Мир тебе, учитель!» Но ведь никто не считает, что человек забудет закон сразу же по истечении этого времени! Проблема в том, что знание о запрете сразу после предупреждения не таково, как знание о нем по истечении даже небольшого промежутка времени. Любое знание человека – это «пламя на угольке»[31], которое нуждается в постоянном раздувании, ведь со временем оно тускнеет и гаснет. За считанные секунды знание теряет свою первоначальную ясность, в определенной мере забывается, после чего, даже если человек совершит нарушение, его действие не будет считаться полностью осознанным.

Ведь от несомненной ошибки до несомненной злонамеренности существует бесчисленное множество промежуточных ступеней. Наши мудрецы, благословенной памяти, глубоко постигли принципы Торы, изучили душевные силы человека и установили, что «злонамеренный преступник», которого Тора приговорила к наказанию, – это человек, получивший знание о запрете непосредственно перед его нарушением, но не ранее. А если прошло хоть немногим больше времени, чем нужно для произнесения приветственной фразы, знание уже ослабевает и поступок не достигает той степени злонамеренности, за которую Тора определила смертную казнь или телесное наказание.

Поэтому все сходятся на том, что предупреждение необходимо для того, чтобы убедиться в злонамеренности поступка. Любой уровень осведомленности о запрете, который окажется ниже этого, отнесет преступившего уже к категории действующего по ошибке. Поэтому мудрецы, спорящие с раби Йоси, и решили, что мудрецу Торы тоже необходимо предупреждение. Хотя он и знает Закон, все же это не относит его к уровню злонамеренности, за которую Тора определила наказание. Только если мудреца предупредят непосредственно перед нарушением запрета, пока его осведомленность остается несомненной и четкой, его поступок будет считаться злонамеренным. А раби Йоси бар Йеуда считает, что изучение Торы развивает мышление человека, так что его знание остается несомненным и ясным и без предупреждения. Такому человеку приписывается уровень злонамеренности в совершении греха, даже если его не предупредят. Поэтому раби Йоси и сказал, что мудрец глубоко знает Тору, и этого достаточно для того, чтобы считать его преступление злонамеренным даже без предупреждения.

Рамбам, как мы видели, разделяет мнение остальных мудрецов, согласно которому мудреца Торы тоже необходимо предупредить, чтобы его знание стало настолько четким и несомненным, что могло бы свидетельствовать о злонамеренности. Для объяснения он привлек ту же самую причину: «Предупреждение необходимо только для того, чтобы свидетельствовать, что нарушение совершается не по ошибке, а злонамеренно». Недостаточно формально знать закон, чтобы поступок стал злонамеренным – необходимо еще и предупреждение.

Мы видим, как много различных уровней знания. Даже ясное и несомненное знание человека до предупреждения качественно иное, чем после него. Это различие настолько существенно, что непредупрежденного мы посчитаем согрешившим по ошибке, а получившего предупреждение – поступившим злонамеренно.

Второй пример: граница «окончательного решения» согласно Торе – законченное высказывание

Подобную идею мы находим в комментарии Рана на трактат Недарим, где он задает следующий вопрос: «Раби Йоханан полагает, что все слова, которыми заменяется слово «святое» в выражении «для меня этот предмет свят, а потому запрещен в силу обета», – это слова, заимствованные из других языков»[32]. Но если это так, почему Мишна приводит в пример именно слова «конам», «конах» и «конас», а не другие? Ведь можно было бы сказать гораздо короче: человек может сформулировать принятие обета любыми словами». Ссылаясь на великого мудреца раби Йеуду бар раби Хасдаи, Ран отвечает: «Мишна дает нам новое знание. Разумеется, – говорит она, – если человек принимает на себя обет на чужом языке, его решение имеет силу – ведь он воспользовался реальным словом! Но если для принятия обета он воспользуется искаженными словами Святого языка, можно было бы предположить, что такие новообразования, как «конам» «конах» или «конас» лишают обет силы. Поэтому Мишна особо подчеркивает, что, поскольку неевреи пользуются такими словами, то хоть они и не принадлежат к их языкам, а являются искажением слов Святого языка, – все же принятие обета имеет силу. Это можно подтвердить толкованием из Иерусалимского Талмуда».

На первый взгляд, оно вызывает недоумение. Если неевреи на практике используют эти слова, разве важно, принадлежат они к их языкам изначально или с искажением заимствованы из Святого языка?

Это необходимо понимать следующим образом. Языки мира сложились не в результате соглашения народов называть предметы и действия определенными словами. Язык отражает мышления народа, соответствующее его внутренней сущности и способу постижения реальности. Обладая глубочайшим Б-жественным знанием, наши мудрецы разделили все языки мира на семьдесят групп в соответствии с разделением людей на семьдесят народов. В своей Б-жественной мудрости наши мудрецы увидели, что постижение реальности народами мира подразделяется на семьдесят различных способов, поэтому языки тоже делятся на семьдесят групп[33]. Хотя реально в мире языков больше, наши мудрецы определили, что принципиально отличных языковых основ ровно семьдесят, поскольку различных групп народов тоже семьдесят. Это связано с тем, что на Небесах есть семьдесят ангелов-властителей, каждый из которых оказывает влияние на свой народ[34].

Существуют определенные действия, которые, согласно Высшему разуму, могут быть осуществлены только посредством четкой словесной формулировки. Так, например, готовность принять обет необходимо «возвестить устами». Даже если человек в своей душе уже принял решение, оно не станет абсолютно ясным и окончательным, пока не будет сформулировано словами. Словесное выражение подчеркивает мысль, делает ее определенной и завершенной. Иногда человек намеревается что-то сделать, обдумывает вопрос со всех сторон, принимает окончательное решение и проговаривает его вслух, хотя никто этого и не слышит. Человек инстинктивно чувствует, что решение, произнесенное вслух, будет более четким и определенным, и окончательно утверждается в готовности его реализовать.

Но наши благословенной памяти мудрецы заглянули в душу человека еще глубже. Они увидели, что многое зависит и от того, какое именно словесное выражение он избрал. Если человек формулирует свое решение правильными словами своего языка, имеющими корни в его душе, – это совсем не то же самое, как если бы оно было высказано неправильным языком. У искаженных слов нет никакой основы в системе понятий говорящего. Это не его собственные слова, он их просто услышал от евреев и неправильно понял, поскольку в корне его души у этих слов нет никакой основы. Дело обстоит совсем не так, когда речь заходит об используемых словах языков других народов, пусть даже они и заимствованы. Такие слова не связаны с корнем этого народа, а вошли из других языков, поскольку между людьми есть взаимодействие и народы в той или иной степени делятся друг с другом своими способами мышления. Тем не менее, даже такие слова связаны с корнем души говорящего, а потому находят отклик в его сердце. А искаженные слова – это просто ошибки, в них нет ясного выражения мысли. Поэтому можно было бы полагать, что, согласно закону Торы, требующему словесного выражения обета, высказывание с использованием таких искаженных слов не дает окончательной уверенности, достаточной для его принятия. Однако Талмуд делает вывод из Торы, что такой формулировки все же достаточно.

Все это нам дает представление о том, насколько разными могут быть уверенность и осознание человека. Действительно, нам трудно это как следует прочувствовать, но наши мудрецы своим глубочайшим постижением проникли в тайны святой Торы, которая «глубже моря», и увидели в ней указание, насколько могут различаться знание и уверенность человека.

Талмуд рассматривает еще одну тему: «При передаче женщине кольца для посвящения в жены, мужчина должен сказать: «Вот этим (кольцом) ты посвящаешься мне в жены». А что будет, если он сказал вместо этого: «ты только моя», «ты мне предназначена», «ты – моя помощница», «ты –напротив меня»? Мы обсуждаем здесь ситуацию, когда вручение женщине кольца мужчина сопроводил одной из этих фраз. Вопрос состоит в следующем: произнося эти слова, он намеревается посвятить эту женщину себе в жены или нанять на работу?»[35]

Трудно предположить, что мудрецы действительно сомневаются в намерении этого мужчины. Безусловно, его цель – взять ее в жены! Вопрос тут в другом. Чтобы придать завершенность замыслу, решению и как следствие посвящению в жены, мужчине необходима четкая словесная формулировка. Если решение принимается и формулируется ясными и определенными словами, это совсем не то же самое, как решение, выраженное словами, допускающими двоякое толкование. Ведь мужчина думает именно о женитьбе, но его формулировка посвящения в жены, выбор слов, которые можно истолковать как предложение найма на работу, не позволяет ему самому прочувствовать происходящее посвящение в жены так, как этого требует Тора. Его решение остается недостаточно четким и определенным! Поэтому Талмуд и поднимает вопрос, имеют ли перечисленные формулировки силу посвящения в жены[36].

Вдумавшись в это, мы должны преклониться перед мудростью Торы, глубиной ее корней и величием наших мудрецов! На каких глубинных тайнах мышления человека основана Тора, насколько точно, «до толщины волоса», ее законы соразмерны с силами души человека. Дело не только в том, что принципы законов Торы выстроены на корнях самого мироздания и его скрытых, непостижимых в своей глубине основах. Даже когда эти законы приходят в наш мир и соприкасаются с силами души человека, они так поражают своей невероятной глубиной и утонченностью, что, увидев это, каждый разумный человек, воскликнет: «Только Господь всего Знания мог сотворить такую великую и святую Тору!!!»

Причины проникновения Торы в столь тонкие различия степени знания

На самом деле эти различия не столь уж маловажны, просто на нашем нынешнем уровне мы не можем охватить их истинный смысл. Но в корнях мироздания, откуда проистекают законы Торы, знание человека непосредственно после предупреждения неизмеримо больше знания, отделенного от предупреждения даже долей секунды. Так что неудивительно, что более слабое знание помещает человека в категорию «действующих по ошибке». И выражение, сформулированное искаженными словами, не имеющими основы в языке, так же как выражение, допускающее и иное толкование, в высших мирах по праву относится к категории «сомнительного», в отличие от правильно озвученного высказывания. В этом – мудрость нашей святой Торы, и так ее изучали наши мудрецы, благословенной памяти!

Даже знание, свидетельствующее в нашем мире о злонамеренности человека, и решение, получившее «окончательное и однозначное выражение», – это еще не высшая ступень, не самые ясные знания и решения. Но разум человека уже не в силах постичь дальнейшие различия. В действительности, даже знание, которым человек обладает непосредственно после предупреждения, можно разделить еще на множество ступеней, от более ясного и отчетливого до более слабого[37].

В нашем мире есть создания, которые можно увидеть только при многократном увеличении. И даже нечто крошечное, размером с острие иглы, еще не мельчайшее творение в мире. Ведь при еще большем увеличении мы обнаружим множество созданий, не видимых человеку ранее. Каждый раз, когда нам кажется, что мы уже дошли до «мельчайшего», оказывается, что его тоже можно разделить на несчетное количество новых составляющих. То же самое относится к чувствам и знаниям. Даже если нам кажется, что уже невозможно найти новые различия в степени ясности знания, всегда остаются бесчисленные способы их усмотреть.

На самом деле, можно считать, что возможность разделить даже самые маленькие материальные предметы на множество новых частей связана с тем, что то или иное творение видится нам «маленьким» только в рамках наших представлений о мироздании, в сравнении с привычными нам категориями. Однако в аспекте корней мироздания это – большое творение; ведь в корнях – первичная сущность творений. Только в наших понятиях, в нашем узком мире оно «сжимается» до размеров создания, которое нам видится маленьким. Однако истинная реальность каждого творения не такова. Согласно его истинной сути, его размеры необозримы, и на сколь мелкие части его ни делить, в своей реальности они все равно будут существенными, и возможностям такого деления нет предела.

Эти тонкие различия, несомненно, существуют и в корнях мироздания, в самых высоких и возвышенных мирах. Но если в нашем мире некое различие столь тонко, что вообще не ощущается, то в высших мирах, согласно их уровню, оно существенно.

Граница управления нашим миром через «забывание» и «вспоминание»

Все это относится и к идее «забывания». Согласно определению Торы, забывание воспринятого происходит у человека по истечении «времени произнесения приветственной фразы». Но, разумеется, та степень забывания, которую мы считаем мельчайшей, на самом деле весьма велика. Нет сомнения, что в высших мирах, у ангелов, такое забывание невозможно. И уж тем более его не может быть в Б-жественном корне мироздания, из которого путем «сжатия» возник мир.

Однако некоторая степень «забывания», пусть даже в нашем понимании самая утонченная, есть и там. Ведь мы уже говорили, что Б-жественность, претерпевшая «сжатие» в мироздании, подчиняется определенным ограничениям, и в ней, пусть даже в самой малой степени, присутствует все то, что мы воспринимаем своими органами чувств в нашем мире. Поэтому и идея «забывания» там тоже существует.

Знайте, что сотворение мироздания – есть «забывание» истинной реальности Всевышнего. На самом деле нет ничего, кроме Него, помимо Него нет существования. Мы говорим, что Всевышний «облачился» (то есть сокрыл Свою сущность) в «царское одеяние» мироздания и стал в нем невидим. Именно вследствие «сокрытия Б-га в мире», «забывания» Его сущности, высшие и нижние творения помимо истинной сути Всевышнего могут ощущать своими чувствами мироздание и в нем самих себя. Ощущение творениями реальности собственного существования основано на сокрытии. Ровно в той степени, в которой отделение мира от сущности Всевышнего связано с наличием в мире властвующего там забывания, в нем возможно и «вспоминание»[38].

Вспоминание как приближение

Все Б-жественное воздействие на мир осуществляется сверху вниз через особые пути, заложенные в мироздании. У человека есть возможность влиять на Б-жественное воздействие «пробуждением снизу». То же самое относится и к «вспоминанию». Молитвой, направленной к Небесам, человеку дана способность пробудить «вспоминание» и в определенной степени устранить «забывание», заложенное в корне мироздания. Святая Тора превыше всего мироздания. Она – корень всех корней – обладает знанием наивысших причин существования в мироздании идеи «забывания» и открывает нам как уменьшить степень «забывания», пробудив «вспоминание».

Поскольку народ Израиля любим Всевышним, Он постоянно повелевает пересчитывать своих сыновей, пробуждая в верхних мирах «вспоминание», что приближает людей к Творцу, ибо вспоминание усиливает знание, которое и есть близость к Б-гу[39].

Во многих местах Торы мы встречаем мысль о том, что знание – это особое приближение и любовь. Раши говорит об этом в комментарии на стих: «Ибо Я знаю его, поскольку он повелит своим сыновьям…»[40]: «Ибо Я знаю его» – это выражение любви, как сказано в стихах Писания: «человек, знавший ее мужа», «вот Боаз знает нас», «и Я знаю его по имени». Основной смысл «знания» в этих источниках, – проявление любви, приближение к себе». То же самое видно и в Торе: «И Адам познал Хаву, свою жену»[41]. Ведь, как мы уже разъяснили, любовь и близость пробуждают знание.

Чем больше человек постигает и узнает своего ближнего, тем больше он ощущает с ним связь и тем больше его любит. Поэтому мы можем понять, что полученное через пересчет знание, приближая народ к Всевышнему, могло привести и к мору, упаси Б-г. Ведь чем больше мы узнаем человека, тем лучше помним и тем отчетливее видим в том числе и его недостатки! Поэтому здесь было необходимо искупление, дабы возрастающая близость сынов Израиля к Всевышнему не явила бы Ему их недостатки яснее, чем раньше, и Он не навел бы на них мора.

Знание возвышает человека

Эта истина о знании содержит множество практически важных для нас наставлений. Человек должен постоянно стараться помнить и по-новому узнавать все, что необходимо сыну Израиля, и главное в этом – знание о существовании Б-га и нашей святой Торы. Ведь более ясное и обновленное знание разительно отличается от знания, дремлющего в нашей памяти. Это различие столь велико, что из-за него, согласно законам Торы, человека будут считать в одном случае «ошибающимся», а в другом – «действующим злонамеренно»; в одном случае – принявшим твердое решение, а в другом – неуверенным и колеблющимся. Чем выше человек поднимается в своем знании, тем более четко и глубоко оно проникает в его сердце. Даже если мы не замечаем его отличия от знания других людей, – в корне мира и в корне существования этого человека различие становится настолько существенным, что человек, знание которого менее отчетливо, по сравнению с ним переходит в категорию «невежественного и незнающего».

Поэтому в словах наших мудрецов мы видим, что даже ради одного нового знания, ради одного позитивного душевного пробуждения человек заслуживает великих сокровищ, которыми будет наслаждаться вечно.

Сказано в книге Пророка: «…и дело ваше – от речения»[42]. Наши мудрецы комментируют это так:

«Сказал раби Леви: все благие и утешительные деяния, которые Всевышний в будущем сотворит для народа Израиля, будут явлены лишь в заслугу единственного речения, произнесенного еврейским народом на горе Синай, когда они провозгласили: «Все, что сказал Б-г, – исполним»[43]»[44].

Разве мы можем представить себе все благо, которое в будущем Всевышний совершит для Своего народа, Израиля?! Ведь все пророчества об утешении, о которых говорили наши пророки, касаются только эпохи Машиаха, но благодеяний Грядущего мира «ничей глаз не видел, только Твой, Господь!»[45]

Все утешения и все великое и вечное наслаждение нам обещано лишь за одно речение – одно пробуждение доброго чувства в душе, одно глубокое постижение, которое заставило народ Израиля воскликнуть: «Мы исполним и услышим!» Эта фраза оставила глубокий след в корнях мироздания, и он никогда не сотрется и приведет народ Израиля к вечному счастью и благой цели, предназначенной народу Б-га!

Иногда мы чувствуем, что одна верная мысль дарует человеку изобилие святости, благодаря которой он сможет постичь высочайшую истину.

Когда мне сегодня задали вопрос, собираюсь ли я дать урок, признаюсь, что никакой подготовленной темы у меня не было. Но я знал, что мой урок ждут, и решил положиться на Б-га, Который ради заслуг общины вложит в мои уста нужные слова. Но это не успокаивало меня, пока в конце концов я не подумал, что, по меньшей мере, Всевышний убережет меня от позора и поношения, и я не буду безмолвствовать, когда вы все придете на мой урок. Ведь Всевышний спасает людей от позора! Наши мудрецы говорят об этом в комментарии на стих: «Ибо тогда я бы тебя убил, а ее оставил в живых»[46], – и все ради того, чтобы люди не сказали: «Ангел умертвил ослицу, которая переспорила Билама своими доводами, а ему нечего было ответить!»[47] Именно эта мысль побудила меня сегодня дать урок, и, слава Б-гу, из него можно многое извлечь.

Как велико и значительно знание о том, что в высших мирах происходит «забывание» в том смысле, о котором мы сегодня говорили, и как это важно для постижения Б-га!

Мы должны вдуматься в это и осознать глубину мудрости Торы, величие наших мудрецов, благословенной памяти, принципы, на которых основаны законы Торы и различия между которыми столь тонки. Ведь, вдумываясь в эти принципы, мы открываем, сколь огромно различие в их Б-жественных корнях. Только Тора Б-га, корень которой выше всех корней мироздания, может быть построена на подобных принципах. И только Тот, Кто даровал Тору, знает все их различия, только Он мог установить законы и ограничения Торы в соответствии с их корнями и основами[48].

Мы извлекаем отсюда и еще один важнейший урок. Встречая у наших мудрецов некую идею, понять которую нам не по силам, мы не должны объяснять ее как иносказание, иначе утратим ее прямой смысл. Раскрыть метафору должна сама идея, о которой напрямую говорится в тексте. Нам следует искать истинную точку зрения, соответствующую тому, чему нас учат наши мудрецы. Более того, даже если мы не удостоились на должном уровне понять затронутую ими тему, то должны обдумывать их слова, извлекать из них то, что способны, и выводить из них наставление, которое можем воспринять. И когда мы изучим слова Торы и наших мудрецов путем, на который они нас наставили, то откроем для себя, с Б-жьей помощью, их глубинные корни. И в Своем безграничном милосердии Б-г в Своей Торе явит нам чудеса! И да будут наши глаза видеть верно!

 

[1] Произнесено во вторник 25 Ияра 5685 (1925) года. Записано нашим учителем, великим мудрецом раби А.И.Блохом, благословенной памяти, да отомстит Всевышний за его кровь.

[2] Ирмеягу 31:19.

[3] Бемидбар 1:1-2.

[4] Ваикра 1:9.

[5] Шмот 30:12.

[6] Бемидбар, гл. 1.

[7] Бемидбар 1:2.

[8] Диврей Аямим (I) 28:11.

[9] Теилим 148:14.

[10] Дварим 28:1.

[11] Бемидбар Раба 1:7.

[12] Рош Ашана 16а, 34б.

[13] Берешит 8:1.

[14] Берешит 9:15.

[15] Ирмеягу 31:19.

[16] Шабат 63а.

[17] См. Шиурей Даат, «Провидение», а также «Ибо все, на Небесах и на земле», часть 3.

[18] См. Шиурей Даат, «Чудеса и природа», часть 2.

[19] Эц Хаим, раздел 7, 1.

[20] Теилим 139:12.

[21] Ийов 19:26.

[22] Часть 1, глава 51. И см. комментарий Ибн Эзры на Тору (Шмот 25:40).

[23] См. Шиурей Даат, «Царствования» и «Ибо все, на Небесах и на земле», часть 2.

[24] См. Шиурей Даат, «Чудеса и природа», часть 2. Это объясняет строки из «Песни о единстве Б-га» (день третий): «Всемогущество Б-га с Его желанием связано, только с волей Б-га, не с иным». На первый взгляд, эти слова вызывают вопрос: ведь Его всемогущество ничем не ограничено, и Он может содеять все, что пожелает! Но слова нашего учителя проясняют, что в мир заложено, если только допустимо так сказать, «ограничение» Его всемогущества. Он ограничил Свое всемогущество по Своей воле, и это «ограничение» связано только с Его желанием и волей и ни с чем другим. (Примечание редакции).

[25] Теилим 32:1.

[26] Теилим 85:3.

[27] Ирмеягу 50:20.

[28] Псикта дерав Каана, гл. 45.

[29] Сангедрин 8б.

[30] Законы Сангедрина 12:2.

[31] Выражение из книги Рамхаля Дерех Эц Хаим.

[32] Недарим 2б.

[33] В главе Ноах об этом тоже ясно сказано: там перечислены семьдесят народов, на которые разделилось человечество после прекращения строительства Вавилонской башни. См. комментарий Малбима на Тору (Берешит 10:25) (Примечание редакции).

[34] См. Шиурей Даат, «Мудрость, понимание и знание».

[35] Кидушин 6а.

[36] См. Шиурей Даат, «Святость Торы».

[37] Если бы в течение мгновения после предупреждения полученное знание никак не ослабевало и в конце мгновения оставалось таким же, что и в его начале, то и по истечении мига оно не должно было бы изменяться. (Примечание редакции).

[38] См. Даат Твунот Рамхаля (Примечание редакции).

[39] См. Шиурей Даат, «Песнь».

[40] Берешит 18:19.

[41] Берешит 4:1.

[42] Йешаягу 41:24.

[43] Шмот 19:8.

[44] Ялкут Шимони, гл. 450.

[45] Брахот 34б.

[46] Бемидбар 22:33.

[47] Раши.

[48] См. Шиурей Даат, «Святость Торы».