Ноябрь 2017 / Кислев 5778

Тело Торы

«Тело» Торы[1]

«Поскольку вы не поверили в Меня, чтобы освятить Меня на глазах сыновей Израиля, то не введете эту общину в Землю, которую Я дал им. Это – воды Меривы…»[2]

«И пришел Господь к Биламу, и сказал: кто эти люди с тобой?»[3] «Билам же решил: иногда не все Ему открыто, не всегда Он всеведущ! Значит, и я найду время, когда смогу проклясть их, а Он не заметит»[4].

Тяжесть греха возле вод Меривы

В Торе мы находим, что Моше и Аарон согрешили возле вод Меривы и были наказаны тем, что не удостоились войти в Землю Израиля.

Но то, как эта история приводится в Торе, не проясняет для нас суть их греха:

«И не было воды для общины, и собрались они против Моше и Аарона. И повелел Б-г Моше: возьми посох и собери общину, ты и Аарон, твой брат, и обратитесь к скале на глазах у них, и она даст воду, и извлечешь им воду из скалы, и напоишь общину и их скот. И взял Моше посох от лица Господа, как Он повелел ему. И собрали Моше и Аарон общину возле скалы, и сказали им: послушайте, непокорные! Из этой ли скалы мы извлечем для вас воду? И поднял Моше руку, и ударил по скале своим посохом дважды… И сказал Б-г Моше и Аарону: поскольку вы не поверили в Меня, чтобы освятить Меня на глазах сыновей Израиля, то вы не введете эту общину в Землю, которую Я им дал. Это – воды Меривы…»[5]

Во многих Мидрашах и комментариях Ришоним (Первых комментаторов), благословенной памяти, объясняется, что грех Моше и Аарона состоял в неточности исполнения повеления Б-га. Всевышний им сказал: «обратитесь к скале, и она даст воду», – а вместо этого Моше поднял руку и ударил по скале. Моше и Аарон ошибочно посчитали, что и на этот раз вода потечет из скалы после удара по ней посохом, как уже было в Рефидим. Там Б-г повелел Моше: «и ударь по скале…»[6], – но не сказал: «обратись к ней». Рашбам объясняет, что «Моше ошибся в понимании повеления Б-га взять посох. Поэтому он не поверил, что сможет извлечь воду из скалы, обратившись к ней словом, а решил, что должен ударить по ней посохом, как уже было в Рефидим, и был наказан, поскольку с праведников Б-г взыскивает более строго. Так и следует понимать слова Всевышнего «Поскольку вы не поверили в Меня, чтобы освятить Меня…» – тем, что должны были обратиться к скале словом…»[7] Мнение Рашбама совпадает с мнениями многих Ришоним и словами Мидраша, согласно которым грех Моше и Аарона был следствием их ошибки. И хотя они согрешили непреднамеренно, все равно были наказаны, ведь с праведников Всевышний взыскивает более строго.

Однако этот вопрос необходимо исследовать глубже. Следует разобраться, почему Моше и Аарон были столь сурово наказаны за невольный грех, совершенный по ошибке? И еще один вопрос: в чем заключался их грех, о котором говорит Тора: «Поскольку вы не поверили в Меня, чтобы освятить Меня на глазах сыновей Израиля»? Разве не произошло невероятное чудо, разве не потекла вода из скалы, когда Моше по ней ударил? Разве не было в этом освящения имени Небес?

Объяснения Рашбама и Мидрашей по-видимому основаны на том, что и невольный грех тоже укоренен в душе человека и является следствием осознанного греха. Ведь не будь это так, человек никогда не смог бы согрешить даже по ошибке! Моше и Аарон действительно ошиблись, посчитав, что извлечь воду из скалы следует, ударив по ней посохом, а не обратившись к ней словами. Их заблуждение имело место и духовный корень в их душах и из него произросло.

Ведь даже самый великий человек не может полностью освободиться от всех телесных ограничений, неразрывно связанных с его материальной природой. Влияние материального, при всем старании человека от него освободиться, остается в людях, властвует над ними и воздействует на их души. В материальном мире мы сталкиваемся с подобным явлением: если любой предмет разделить на мельчайшие, незаметные глазу части, его сущность при этом не изменится. Это по-прежнему все тот же предмет со всеми присущими ему свойствами. То же самое относится и к душевным силам человека: сколь бы чистым и утонченным он не стал, все же природные силы воздействуют и на него. Даже самый великий из людей, оставаясь в материальном теле, не может полностью очиститься и освободиться от власти своего природного начала.

Человек, зависящий от своей природы и чувств, считает естественным и ощущает, что чем более очевидна и осязаема причина, тем она более действенна и эффективна. Это представление распространяется и на чудеса, причина которых – Б-жественное могущество. Нам неосознанно кажется, что вероятность чуда возрастет, если его подкрепить силой физического воздействия. Это проявилось и в случае со скалой. Разумеется, чудо не стало меньшим от того, что вода потекла после удара посохом, а не по слову Моше. Но все же человек склоняется к ощущению, что если ударить по скале посохом, будет легче извлечь из нее воду. Ведь в этом случае появление воды воспринимается как следствие материальной причины. Совсем другое – обратиться к скале словесно. Ведь речь – это чисто духовное явление! Но даже если разум и логика человека не противопоставляют материальные и духовные причины, все же люди больше тяготеют к материальному.

Именно это привело Моше и Аарона к ошибке в толковании повеления Б-га. Всевышний повелел им взять посох, а они трактовали это как наказ ударить по скале, чтобы чудо и на этот раз было явлено посредством удара посохом. В этом и состоял их грех. Моше и Аарону, согласно их величию и высоте духовного уровня, следовало обладать абсолютной и безоговорочной верой, чтобы противостоять природной склонности к материальному. Осознание ими могущества и реальности Б-га должно было быть предельно сильным и действенным, чтобы незначительное влияние оставшейся в них материальной природы не могло сбить их с пути и ввести в заблуждение, что вода может появиться в результате удара посохом по скале, а не как следствие обращенных к ней слов.

В том, что Моше и Аарон последовали за этой природной склонностью и допустили ошибку, проявился недостаток ясности их веры, знания и ощущения того, что ничто не сможет устоять перед волей и всемогуществом Всевышнего. Поэтому Б-г и сказал им: «Поскольку вы не поверили в Меня…»[8]

То, что в природе человека заложена склонность воспринимать материальные причины как более эффективные и действенные, привело к недостаточному освящению Б-жественного имени. Если бы вода потекла из скалы не в результате удара посохом, а только по слову Моше и Аарона, люди осознали и восприняли бы это невероятное чудо гораздо с большим трепетом. Чувства и ощущения человека устроены так, что он более восторженно воспринимает чудо, произошедшее без участия физического воздействия. А поскольку Моше и Аарон ударили по скале, освящение Б-жественного имени стало меньше. Поэтому Всевышний объявил: «Поскольку вы не поверили в Меня, чтобы освятить Меня на глазах сыновей Израиля, то не введете эту общину в Землю, которую Я дал им»[9].

Это же объяснение мы находим и у Раши. «Чтобы освятить Меня» – если бы скала дала воду по вашему слову, Я был бы освящен в глазах общины. Народ бы понял: «Вот скала, которая не говорит, не слышит, не нуждается в пропитании – и все же она исполняет речение Всевышнего, а тем более мы…» Но неужели о скале, источающей воду, можно сказать, что она «исполняет речение Всевышнего»? Как раз это мы уже объяснили. Если бы Моше и Аарон обратились к скале словом, и она дала воду, то сыновья Израиля более ясно осознали бы могущество Всевышнего в том, как слово Б-га воздействует на реальность, изменяя ее согласно Его воле, и имя Всевышнего было бы освящено. И это побудило бы сыновей Израиля исполнить волю Б-га по его слову.

Все, что мы уже сказали, опирается на сказанное во многих Мидрашах, у Рашбама и других Ришоним.

Однако Рамбан, благословенной памяти, в связи с этим открывает нам великую тайну. В своем комментарии на Тору он пишет: «В этом сокрыта великая тайна Торы»:

«Вначале Б-г сказал Моше: «Вот, Я встану перед тобой на скале, в Хореве, и ударь по скале…»[10] Это означает: «Мое великое имя будет на скале, в Хореве» – слава Б-га, огонь, испепеляющий на вершине горы. Поэтому Моше ударил по скале только один раз – и потекли обильные воды. Но сейчас Б-г ему не заповедовал этого напрямую, и Моше и Аарон пришли к выводу, что по скале нужно ударить дважды. Это и было их грехом, и Б-г сказал: «вы не поверили в Меня», не упрочили веру в Мое имя, чтобы ею было явлено чудо. И поэтому сказано: «вы были непокорны Моим устам» – не подчинились духу святости, который называется «устами Б-га». И поэтому же сказано: «предали меня», – а предательство означает ложь. Таким образом их грех прямо указан в Писании…»

Действительно, в своих книгах Рамбан пишет, что не следует вдумываться в глубокие тайны его комментариев, стараясь найти им разъяснение. Но в данном случае его мнение необходимо разъяснить. Он считает не так, как Рашбам, согласно которому Моше и Аарон ошиблись в том, что ударили по скале вместо того, чтобы обратиться к ней словом. Ведь на самом деле, когда Б-г повелел Моше взять посох, Он имел в виду, что Моше ударит по скале точно так же, как ему было указано в Рефидим. Кроме этого, Моше и Аарон должны были еще и обратиться к ней, как сказано: «И обратитесь к скале...»[11] Они сделали и то, и другое – и ударили, и обратились.

Их грех состоял совсем в другом, и его смысл надо искать глубже. В первый раз, в Рефидим, когда Б-г обратился к Моше: «И ударь по скале», – сказано так: «Вот, Я встану перед тобой там». Всевышний приблизился к тому месту и поместил там Свою Шехину, и тогда Моше почувствовал, что чудо произошло благодаря появлению Шехины и раскрытию в том месте славы благословенного Б-га, а удар по скале был лишь физическим действием и никак не способствовал совершению чуда, которое произошло только благодаря присутствию Шехины! Поэтому Моше и ударил по скале только один раз, как ему и было велено. Но возле вод Меривы, Б-г не сказал ему, что «встанет перед ним там», Он не раскрыл Свою Шехину явственно именно в том месте. Чудо должно было быть явлено не через Шехину, а через реальность Б-га, наполняющую все мироздание, ибо «нет места, свободного от Его присутствия». А Моше и Аарон решили, что и их действия должны быть не такими, как в Рефидим, и что они тоже должны способствовать явлению чуда. Поэтому они и ударили по скале дважды.

Разумеется, к этому их привело не только логическое рассуждение. Они не могли придти к решению ударить скалу дважды только потому, что на этот раз Б-г не сказал им: «Вот я встану перед тобой там». Дело в другом. У них возникло ощущение, что в этот раз они должны привнести в совершение чуда нечто свое. Их содействие показалось им необходимым и привело ко второму удару. И хотя это не было запланировано заранее и произошло неосознанно, тем не менее Рамбан пишет: «И они оба сошлись на том…» Ведь Всевышнему открыты силы души человека, и Он знает, какое движение души привело Моше и Аарона ко второму удару. В Рефидим они понимали, что чудо произойдет благодаря присутствию Шехины Всевышнего. А у вод Меривы, где Шехина не раскрылась, им показалось, что и от них тоже требуется некое действие, – потому они и ударили по скале дважды.

На самом деле, – объясняет Рамбан, их ощущение было ошибочным. Чудо должно было стать следствием веры, близости народа Израиля к Всевышнему и его единения с Шехиной, наполняющей все миры. Не было необходимости в том, чтобы Шехина раскрылась в каком-то определенном месте, и чудо произошло именно там. Чтобы удостоиться чуда, человек должен возвыситься через веру и истинное слияние с Б-жественной реальностью.

Из недостатка этого знания, Моше и Аарон решили, что и они должны участвовать в явлении чуда. Этим они и согрешили. И сказал Б-г: «поскольку вы не поверили в Меня…»[12] И несмотря на то, что на тот момент уровень сыновей Израиля был чрезвычайно высок, это знание не пробудилось в них, и на глазах всей общины Израиля освящение имени Б-га уменьшилось. Поскольку еврейский народ увидел, что необходимо еще и ударить по скале, чудо не стало таким невероятным и проникло в их сердца не так глубоко. Таково мнение Рамбана по этому вопросу.

Ниже он пишет:

«Наши учителя говорят в этой связи о гневе Моше рабейну. По их мнению, когда он ударил по скале в первый раз, просочилось лишь несколько капель воды, поскольку гнев мешал Моше рабейну сосредоточиться на чуде. Тогда Моше и Аарон решили, что нужно ударить по скале еще раз. В этом и состоял их грех».

Согласно мнению мудрецов, оба удара по скале были нанесены осмысленно. Но, по мнению Рамбана, это произошло неосознанно. Моше и Аарон недостаточно подчинили себя всемогуществу Б-га, не почувствовали, что «чудо будет явлено верой», и это привело их к неосознанному удару по скале, и за это они были наказаны запретом ступить в Землю Израиля.

Итак, обе приведенные линии – мнение Рашбама и Мидрашей наших мудрецов, а также основанное на великой тайне мнение Рамбана, говорят о беспрецедентном значении освящения имени Б-га. Ведь Всевышний так тяжко наказал Моше и Аарона именно потому, что их духовный уровень предполагал высочайшее освящение имени Небес, но их поступок приуменьшил его. За это их и постигло тяжкое и суровое наказание – запрет ступить в Землю Израиля, куда стремились их души и о чем они мечтали все свои жизни и все годы скитания по пустыне.

Понятия, заключенные в «теле» Торы разъясняются в ней только намеком

После изучения различных объяснений греха Моше и Аарона, у меня возник важный вопрос: почему Тора никак не объяснила суть этого греха? Тора повествует предельно сжато и завуалировано: «И не было воды для общины, и собрались они против Моше и Аарона. И повелел Б-г Моше, и сказал: возьми посох и собери общину, ты и твой брат Аарон, и обратитесь к скале у них на глазах, и она даст воду, и извлечешь им воду из скалы, и напоишь общину и их скот. И взял Моше посох от лица Господа, как Он повелел. И собрали Моше и Аарон общину перед скалой, и он сказал им: послушайте, непокорные! Из этой ли скалы мы извлечем для вас воду? И поднял Моше руку, и ударил по скале своим посохом дважды… И сказал Б-г Моше и Аарону: поскольку вы не поверили в Меня, чтобы освятить Меня на глазах сыновей Израиля, то вы не введете эту общину в Землю, которую Я дал им. Это – воды Меривы…»[13] Тора никак не объясняет суть греха, за который Моше и Аарон были столь сурово наказаны!

И даже нельзя сказать, что недопонимание сути этого греха – следствие узости и скудости нашего разума. Ведь и мудрецы Талмуда, и Ришоним размышляли об этом, стараясь проникнуть в его суть!

Таких мест в Торе еще немало. Тора не объясняет своих слов, для нас они остаются неясными. В связи с выходом Моше из Мидьяна сказано: «И было в пути, на ночлеге, и встретил его Б-г и пожелал умертвить. И взяла Ципора каменный нож, и обрезала крайнюю плоть ее сына, и приложила ее к его ногам, и сказала: ибо жених крови ты мне. И ангел оставил его, и тогда она сказала: жених крови обрезания»[14]. Здесь тоже ничего не сказано о том, в чем состоял грех Моше, за который он заслужил наказание смертью? Этот отрывок совершенно неясен. Раши объясняет: «Всевышний пожелал предать Моше смерти, потому что он не сделал обрезание своему сыну Элиэзеру». И дальше Раши приводит толкование раби Йоси: «Упаси Б-г, Моше не проявил халатность. Он рассуждал так: «Я могу сделать сыну обрезание и выйти в путь – но в первые три дня для ребенка это будет опасно. Я могу сделать ему обрезание и подождать три дня, но Б-г повелел мне: «иди, вернись в Египет!»[15]» За что же Моше заслужил смерть? За то, что вначале занялся обустройством ночлега». Но сама Тора никак не объясняет грех Моше.

То же самое относится к истории Надава и Авиу и старцев. Сказано в Торе: «А к великим людям из сыновей Израиля не протянул Б-г Своей руки, и они увидели Господа, и ели, и пили»[16]. Раши объясняет: «Не протянул Своей руки – это значит, что они заслужили, чтобы Он протянул над ними Свою руку, то есть наказал их». Но в Торе ничего не сказано о том, за что же они заслужили наказание!

Все это совершенно непонятно! Почему Тора подробно не разъясняет все это, говоря только намеком? Ведь не таков путь Торы. Наоборот, мы видим, что многие ее повествования и поднятые в ней темы переданы со всеми подробностями!

На самом деле, этот вопрос не так уж труден. Ведь все повествования Торы, – только «одеяние» для более высокого и возвышенного знания.

В святых книгах сказано, что Тора, дарованная нам в этом мире, – это совсем не то, что Тора, которая будет у нас в будущем, после прихода Машиаха[17]. Мудрецы сравнивают ее с кожурой, позволяющей лишь отчасти ощутить вкус плода, она – только «одеяние». И еще сказано в святых книгах, что святая Тора записана черным огнем на белом огне[18].

Идея здесь в том, что суть Торы – это высший Б-жественный свет, и все ее буквы – имена Всевышнего[19]. Это означает, что основы мироздания и все заключенные в нем силы сокрыты в корне Торы. Эти силы и этот свет, последовательно спускаясь от уровня к уровню, в конце концов достигают нашего мира в образе видимых нам явлений, которые в повествованиях Торы предстают перед нами в виде букв[20].

А раз так, нас не должны удивлять лаконичные повествования и описания, данные в Торе только намеком. Дело здесь в следующем. Хотя в нашем мире, где мы сталкиваемся только с «одеянием» Торы, возможно изложить эти темы более ясно и подробно, однако в корнях высших миров, из которых буквы Торы спускаются в этот мир, не существует света, благодаря которому этот рассказ мог бы попасть в наш мир более подробным.

Итак, пока мы не нашли решения и потому не ощущаем удовлетворения. Остается непонятным, почему же в Торе «не хватило» букв на раскрытие именно этих тем[21]?

Истинный ответ таков: невозможно, чтобы эти вопросы были разъяснены в Торе во всех подробностях. Как мы уже сказали, Тора в ее простом смысле, – это «одеяние» для более высокого Знания. Суть Торы связана с этим «одеянием», но не может проявиться в нем в полной мере. А для таких тем, как грех Моше и Аарона возле вод Меривы, нет места в «одеянии» Торы. Ведь согласно мнению Ришоним (Первых комментаторов) и великой тайне, открытой Рамбаном, их грех состоял не в том, что они ударили по скале или сделали это дважды. Суть их греха коренилась в тайных глубинах их душ и относилась к аспектам, которые не проявляются в ее «одеянии».

Действительно, в Торе есть много ясных и подробных повествований. Например, рассказ о продаже Йосефа. Там грех – продажу родного брата – можно рассказать и записать. Хотя грех был совсем не простым – он основывался на соображениях великой важности[22] – все же в конечном итоге все эти возвышенные причины привели к продаже Йосефа – греху, который может быть передан нам через «одеяние» Торы. Но у греха, совершенного у вод Меривы, не было никакого внешнего «одеяния». Даже если бы в Торе было сказано: «Почему вы не заговорили со скалой?», – или: «Почему вы ударили по ней?», – грех из-за этого не стал бы более понятным. Ведь он состоял не в том, что Моше и Аарон ударили по скале, а не обратились к ней словом, как им повелел Б-г, и не в том, что они должны были ударить по ней один раз – а ударили дважды. Совсем не так: грех состоял в душевных побуждениях, которые и привели к содеянному.

То же самое относится к истории с выходом Моше из Мидьяна, когда он в первую очередь занялся обустройством ночлега. Здесь грех тоже не был явным. Комментарий Раши о том, что Моше «вначале занялся обустройством ночлега», не следует понимать буквально, то есть что Моше на какое-то время отложил исполнение заповеди обрезания. Будь это так, опять возник бы вопрос, который поднял Раши: да разве мог Моше, упаси Б-г, пренебречь заповедью? Ведь совершенно очевидно, что Моше не медлил и при первой же возможности намеревался совершить обрезание своего сына. Ему лишь недоставало расторопности, присущей его уровню и исключительности его величия. Когда его семья остановилась на ночлег, все мысли и побуждения Моше должны были быть направлены на исполнение Б-жественной заповеди обрезания, поскольку до сих пор она откладывалось из-за опасности для сына. Когда они остановились на ночлег, все препятствия исчезли. И если бы это чувство наполняло его целиком, он поторопился бы с исполнением этой заповеди. Всевышний посчитал грехом то, что в то время некоторое место в его мыслях занимала проблема обустройства ночлега, то есть в его душе осталось свободное от исполнения заповеди место для других размышлений.

И этот грех тоже невозможно описать прямо. Это не тот грех, который можно разглядеть невооруженным глазом, он тоже коренится в тайных глубинах души человека. Это не был простой грех, задержавший совершение обрезания. Моше не хватило душевной расторопности, желания поскорее исполнить заповедь, что соответствовало бы его уровню и величию души.

То же самое – грех Надава и Авиу и старцев. Он не выражался в определенном поступке, который можно описать словами в рамках «одеяния» Торы, грех таился во внутренних, тонких областях души: эти люди не ощутили должного страха и трепета при явлении Шехины благословенного Б-га. Их грех потому был упомянут только намеком, что его истинное место – в «теле» Торы, и сколь подробно его ни объясняй, он все равно останется непонятным.

Тора свидетельствует о своей сокровенности

Итак, подобные темы не могут быть ясно изложены в Торе как из-за того, что этого не позволяет свет высших миров, так и из-за того, что грехи, совершенные в тайных глубинах души, не поддаются описанию словами. На самом деле, обе эти причины связаны между собой, так что для наделенного мудростью человека они – единое целое. Это вызывает у нас огромное восхищение правдивостью Б-жественного Учения. Сама Тора дает нам свидетельство своей великой сокровенности. Мы видим в ней такие чудеса, что воочию убеждаемся: Тора безоговорочно истинна, Б-жественна, закреплена печатью Самого Б-га!

Мы встречаем в Торе повествования и темы, совершенно ясно переданные во всех мельчайших подробностях – такие, как рассказ о поиске Элиэзером рабом Авраама, невесты для Ицхака и многие другие. И в ней же есть много таинственных, лаконичных и загадочных рассказов, изложенных лишь намеком. Это возможно только потому, что Тора основана на тайнах, проистекающих из ее корня наверху, в месте святости.

Точно так же мы можем непосредственно убедиться в великой истинности Устной Торы. Вдумываясь в слова Письменной Торы, мы находим в ней столь удивительные открытия, что со всей непреложностью признаем: вместе с Письменной Торой нам передана и Тора Устная. Не будь ее, как можно было бы понять темы, которые Тора окутала тайной и не объяснила? Только перенимая традицию, передаваемую из поколения в поколение, можно достичь понимания трудных и неясных мест в Торе! Когда я дохожу до подобных тем, меня снова и снова приводит в трепет святость Б-жественного Учения.

Грех Аарона и Мирьям

Эти рассуждения помогут нам понять и сказанное в главе Беаалотха:

«И стали говорить Аарон и Мирьям по поводу жены Моше из земли Куш, которую он взял, ибо жену из земли Куш он взял. И сказали: разве только с Моше говорил Б-г? Ведь и с нами говорил! И услышал Б-г. И спустился Б-г в столбе облака… И сказал: послушайте, пожалуйста, Мои слова: если будет у вас пророк… не таков Мой раб Моше…  почему вы не побоялись говорить о Моем рабе, о Моше?»[23]

Здесь тоже нет ясного описания их греха. Тора не говорит, чем согрешили и за что были наказаны Аарон и Мирьям. И упрек Б-га в их адрес звучит таинственной загадкой.

Суть их греха разъясняют комментаторы Торы. По их словам, Аарон и Мирьям упрекнули Моше в том, что он отделился от своей жены. Но в Торе их грех не объяснен, о нем сказано лишь намеком.

Объяснение здесь – то же, что мы уже приводили. На самом деле они не совершили настоящего греха. Они обсуждали между собой возвышенные вопросы и великие темы и высказали ошибочные суждения о Моше, не осознавая в полной мере его величия и значимости. В «одеянии» Торы нет места для подробного описания сути их греха.

И упрек, обращенный к ним Всевышним – это не прямой укор, а лишь намек, глубоко лежащий в области тайн Торы, но не в ее «одеянии». Всевышний сказал им: «И почему вы не побоялись говорить о Моем рабе, о Моше?» Раши объясняет этот упрек следующим образом: «Всевышний не сказал: «О Моем рабе Моше». Он разделил эту фразу на две части: «О моем рабе, о Моше». Вам нельзя было говорить плохо о Моем рабе, даже если бы он не был Моше, и о Моше, даже если бы он не был Моим рабом. Ведь даже в этом случае он был бы достаточно велик, чтобы вы трепетали перед ним. Тем более теперь, когда он Мой раб, – а «царский раб сам подобен царю», – вы должны были понять, что царь любит его не без причины. А если вы скажете: «Ты не знаешь всех его поступков», – это будет еще более тяжким грехом, чем все остальное!»

Суть ошибки Аарона и Мирьям

Мы сможем понять, что произошло между ними и Моше, если обратимся к главе Балак: «И пришел Господь к Биламу, и сказал: кто эти люди с тобой?»[24] Раши говорит об этом так: «Б-г хотел ввести его в заблуждение. Билам подумал: иногда Ему не все открыто, Он не всегда всеведущ! Значит, я найду время, когда смогу их проклясть, а Он не заметит». Но непонятно, как Билам мог допустить такую ошибку, как мог подумать, будто есть такие мгновения, когда благословенному Б-гу не все открыто, когда Он не всеведущ? Ведь Билам был пророком, а потому постиг тайны Б-жественного. По мнению наших мудрецов, он был пророком того же уровня, что и Моше рабейну[25], и Тора свидетельствует, что он «видения от Вездесущего лицезреет». Как же он мог допустить ошибку, непростительную даже для невежды?

Это нужно понимать следующим образом. Когда мы называем Всевышнего различными именами: Б-г, Господь и другими, это не означает, что они описывают различные силы Б-га. Мы не подразумеваем, что имя Б-г означает более мощную силу, более высокую и возвышенную реальность, а имя Господь – меньшую силу, властвующую над бытием более низкого уровня. Упаси нас Б-г так думать!

Различие в именах легче понять на основе примера, который приводит автор Ликутей Амарим[26], говоря о том, как Б-г помещает в нашем мире Свою Шехину. На самом деле, говорит он, Шехина наполняет всю землю, – «нет места, свободного от Его присутствия». Так и душа человека наполняет все его тело, все двести сорок восемь органов, от головы до ног, и все же главное место ее пребывания, основное ее пристанище – в мозгу. Именно из мозга душа распространяется по всему телу, и каждый орган получает от нее жизненную силу, необходимую ему по его природе и свойствам. Глаз получает способность видеть, ухо – слышать, рот – говорить, ноги – ходить. Мы сами можем заметить, что мозг воспринимает все, что происходит с органами тела.

В любом органе тела человека душа присутствует не в меньшей степени из-за того, что находится и в других органах или в мозгу. Она в одинаковой мере присутствует во всех органах, но на каждый из них она влияет именно в той степени, в которой орган в ней нуждается: на ногу – согласно ее природе и свойствам, на глаз – согласно его природе и свойствам и на мозг – согласно его природе и свойствам. Нога использует силу души в меньшей степени, нежели мозг. Мозг – это центр всего тела; от него каждый орган получает жизнь и силу согласно его потребности. По этой причине мозг получает от души больше, чем другие органы. Но душа распространяется по всем органам и присутствует в них всех. Таким же образом можно понять и идею различных имен Б-га.

Впрочем, давайте приведем более понятный нам пример из жизни: «Из своей плоти узрю Господа»[27]. Иногда мы видим, что человек выполняет работу, почти не концентрируя на ней внимания, без размышлений и глубоких расчетов, так что результат получается как бы сам собой. Разве нас не должна заинтересовать природа таких явлений? Ведь человек вкладывает душу в любое действие. И у него нет двух разных душ, которые могут по-разному сосредоточиться, и иногда действует одна, а в иных случаях – другая? Ответ таков: конечно, у человека только одна душа, и сосредоточиться может только она. Но в одних случаях человек пользуется ею целиком, полностью концентрируясь на том, что делает, а иногда лишь до определенной степени. Но и это ослабленное состояние рождено душой, которая способна действовать и в полную силу.

То же самое относится к именам Б-га. Ни в коем случае нельзя полагать, что «Господь» –  это сила меньшая, чем «Б-г». И также нельзя считать, что Господь – это некая часть более общей реальности, которую мы называем словом «Б-г». На самом же деле есть только одна великая реальность – Всевышний, Побуждение всех побуждений и Причина всех причин. У этой реальности нет внутренних границ, и она не может быть разделена на части даже в отношении воздействия на мир. Ведь мы вообще не имеем права говорить о сущности Всевышнего, ибо «мысль совершенно не может Его охватить», – речь может идти только о восприятии Б-жественного воздействия. А каждое творение в мире воспринимает его в той мере, какая ей требуется. Каждое явление в мире подчинено Б-жественному управлению в том виде и объеме, которые ему подобают согласно его сути. Этим и различаются имена Всевышнего.

Этим Господь и ввел в заблуждение Билама, когда спросил его: «Кто эти люди с тобой?»[28] Билам обладал великими познаниями и, безусловно, знал, что обвинение и проклятие могут проявиться не везде. В самых высоких областях, близких к корню мироздания – к «Короне» – обвинение обладает весьма ограниченной властью, а в саму «Корону», где властвует только абсолютное милосердие, оно вообще не может проникнуть. Но когда Господь спросил Билама: «Кто эти люди с тобой?», – тот решил, что своим ответом сможет что-то добавить к знанию Всевышнего. Поэтому он подумал, что Б-гу открыто не все, что Его всеведение ограниченно, и стал дожидаться времени, когда из-за этого «Б-жественного забывания» в мире уже не будет проявляться вся сущность Б-га во всем ее объеме и силе. Билам надеялся определить наступление такого момента и осуществить свое проклятие и обвинение, «скрыв» их от Всевышнего. Тогда его проклятие и возымеет силу – Билам сможет проклясть еврейский народ так, что Всевышний этого «не заметит».

Теперь мы можем понять упрек, который Всевышний обратил к Аарону и Мирьям: «И почему вы не побоялись говорить о Моем рабе, о Моше? А если вы скажете: «Ты не знаешь всех его поступков», – это будет еще более тяжким грехом, чем все остальное». Ошибка Аарона и Мирьям состояла в их недостаточном понимании того, что сила пророчества Моше связана с корнем Б-жественного воздействия на мир, где Б-жественное всеведение действует в полной мере и где «все грехи нашей юности – перед светом Его лица». Они думали, что эта сила достигает только тех мест, где уже проявляется сокрытие реальности благословенного Б-га, а там его поступки не так видны и заметны, и по этой же причине в пророчестве Моше есть недостаток. На это Всевышний и ответил им, сказав, что это «более тяжкий грех, чем все остальное». Ведь «лицом к лицу Я говорю с ним, видением – а не загадками, и образ Б-га он видит»[29]. Поэтому все поступки Моше были связаны с истинной реальностью, и, конечно, были известны Б-гу!

Заповедь освящения имени Всевышнего

Отсюда следует много выводов относительно заповеди и нашего великого долга освящения имени Всевышнего.

Пожалуйста, задумайтесь над тем, что постигло Моше и Аарона, когда они, пусть даже непроизвольно и в малейшей степени, воспрепятствовали освящению имени Небес в то время, когда могли способствовать этому. Сколь тяжкое и суровое наказание они за это получили! И если такое наказание постигает того, кто не освятил имя Б-га там, где мог это сделать, насколько сильнее накажут того, кто осквернил имя Б-га! Насколько тяжким будет приговор, сколь строго будут судить человека, когда придет великий и ужасный День!

Однако сейчас я хочу говорить не об осквернении имени Всевышнего, а только об освящении Его славы. Я хочу, чтобы вы поняли и почувствовали, насколько нужно быть внимательными, чтобы не упустить ни одной возможности освятить имя Б-га. Там, где можно этому способствовать, нужно непременно сделать все от нас зависящее и, упаси Б-г, не упустить это.

Как тяжко и страшно наказание, постигшее Моше и Аарона за недостаточное освящение имени Б-га, ведь из-за этого они не удостоились войти в Землю Израиля! После всех тягот многолетнего скитания по пустыне, после радужных надежд увидеть свой народ в его уделе на Святой Земле во благе и процветании – Б-г лишил их всего этого. Как велико было их страдание, как сильна боль!

В конце главы Везот Абраха Мидраш описывает нам душевное состояние Моше и его чувства в день, когда он должен был расстаться с жизнью. Мидраш описывает все, что происходило в его рвущемся и кровоточащем сердце в день, когда он должен оставить все освещавшие его путь надежды:

«Сказал Моше Всевышнему: «Властелин мира! Если Ты не введешь меня в Землю Израиля, оставь меня в этом мире, и пусть я буду жить и не умру!» Ответил ему Всевышний: «Если ты не умрешь в этом мире, как Я смогу оживить тебя в мире Грядущем?!» Сказал Моше Всевышнему: «Властелин мира! Если Ты не введешь меня в Землю Израиля, сделай меня подобным одному из полевых зверей, которые едят траву и пьют воду, и живут, и обретают свой мир. Пусть я буду подобен одному из них!» И затем Моше попросил: «Оставь меня в этом мире подобным птице, которая летает по всем четырем сторонам света и каждый день собирает себе пропитание, а к вечеру возвращается в гнездо. Пусть я буду подобен одной из них!»»[30]

Из этого можно понять и ясно увидеть силу страдания Моше, когда ему было суждено оставить этот мир и расстаться с надеждой ступить на Землю Израиля. Все это постигло его лишь из-за того, что он недостаточно освятил имя Небес, когда был в состоянии это сделать.

А вы – вы не замечаете этого! Когда вы находитесь в ешиве среди множества юношей, которые пока еще пребывают в заблуждении и разыскивают свой путь, вам недостает веры и трепета, вас на самом деле не интересует их положение, вы не стараетесь помочь им и указать им верное направление...

Ведь вы постоянно слушаете наставления во всех вопросах веры, изучаете мудрость Торы, и в определенной степени уже обрели знание истины. И если бы все это наполняло вас, если бы вы жили этим, то излучали бы это знание и другим. Если бы вы действительно дорожили освящением Б-жественного имени, то заботились о ближних. И тогда они были бы окружены потоком святости, исходящей от вас. В этом и состоит ваш долг, пока вы все вместе учитесь в святой ешиве. Исполните свой долг, почему вы бездействуете? Ведь за все вам будет предъявлен счет!

Каждый из вас должен стараться влиять и воздействовать на других ради освящения Б-жественного имени. Конечно, Всевышний желает и стремится увидеть Своих сыновей счастливыми и благоденствующими, но как человек сможет достигнуть этого блага и счастья, если не исполнит своих обязанностей перед Б-гом?!

Это желание Б-га – увидеть благоденствие Своих сыновей – я ощутил не так давно, когда в России был немного приподнят железный занавес и возникла какая-то связь с живущими там людьми. Из России начали приходить письма, и для меня открылись врата надежды увидеть оставшихся там «своих сыновей». Как росло и ширилось в моей груди стремление их увидеть, и как росла радость от этой вновь открывшейся надежды встретиться с ними, а особенно – найти их благоденствующими и счастливыми! Откуда приходит к нам это стремление? Оно – лишь слабый отблеск великой любви нашего Небесного Отца к Своим сыновьям! Всевышний, истинный Отец, – с какой беспредельной силой Он желает блага Своим детям! А ведь мы – сыновья Всевышнего. Как же мы можем не приложить всех сил, чтобы с нашей помощью это стремление Б-га было реализовано?!

И если мы действительно являемся Его рабами, то будем беречь и хранить ценности нашего Хозяина – когда Его владения рассыпаются и пропадают! Вдумайтесь в это, начните служить Всевышнему и освятите Его имя!

 

[1] Произнесено в святой Шабат Хуккат-Балак 12 Таммуза 5676 (1926) года. Записано позже нашим учителем, великим мудрецом раби Х.М.Камацем, благословенной памяти.

[2] Бемидбар 20:12-13.

[3] Бемидбар 22:9.

[4] Раши.

[5] Бемидбар 20:2-13.

[6] Шмот 17:6.

[7] Шмот 17:10.

[8] Бемидбар 20:12.

[9] Там же.

[10] Шмот 17:6.

[11] Бемидбар 20:8.

[12] Бемидбар 20:12.

[13] Бемидбар 20:2-13.

[14] Шмот 4:24-26.

[15] Шмот 4:19.

[16] Шмот 24:11.

[17] Коэлет Раба 2:1.

[18] Йерушалми, Сота 8:3.

[19] Зоар, гл. Мишпатим 124а.

[20] См. Шиурей Даат, «Душа Торы».

[21] См. Шиурей Даат, «Не иссякнет ароматное вино».

[22] См. Шиурей Даат, «Чем более велик человек, тем сильнее его дурное побуждение».

[23] Бемидбар, гл. 12.

[24] Бемидбар 22:9.

[25] Сифри, Браха 16.

[26] Танья 1:51.

[27] Ийов 19:26.

[28] См. Шиурей Даат, «Забывание и вспоминание», где наш учитель объясняет, что такое «вспоминание Всевышнего». Он пишет, что для человека предусмотрена возможность пробудить и усилить знание Всевышнего о мире, которое появится в Нем, и что в этом и состоит идея молитвы. Наши мудрецы сказали об этом: «Произнесите передо Мной отрывки о воспоминании, чтобы воспоминание о вас поднялось передо Мной к добру». Однако здесь не требовалось подобного пробуждения знания о том, «кто эти люди», и Билам ошибся в оценке сути этого «забывания Всевышнего». И вдумайся в это. (Примечание редакции).

[29] Бемидбар 12:8.

[30] Дварим Раба 11:5.