Ноябрь 2017 / Кислев 5778

Главы 26-43 (запрещенные работы 16-39)

Главы 26-43 (запрещенные работы 16-39)

Глава 27. Работы 16, 17, 18: прясть (тове), натягивать продольные нити (мейсех) и устанавливать нити в рамы ткацкого станка (осе шней батей нирин)

(1) Прядение из всего, из чего можно прясть, — будь то прядение вручную, как прядут женщины, наматывая нити на веретено, или прядение на прядильном станке, или даже если человек берет нити и сплетает их в одну, или делает войлок — все это входит в работу «прясть». И совершающий одно из перечисленных действий, ответственен по закону Торы.

А тот, кто устанавливает нити для того, чтобы ткать, ответственен по закону Торы за нарушение запретов «натягивать продольные нити» (мейсех) или «устанавливать нити в рамы ткацкого станка» (осе шней батей нирин)1.

1 Подробнее см. в книгах: Млэхет Шабат, гл. Млэхет а-арига; Мишнат а-Шабат гл. 21-23.

Глава 28. Работа девятнадцатая: ткать (орег)

(1) Тот, кто ткет, как ткань, так и циновку, или делает из древесных волокон плетенку, которую изготовляют, чтобы она создавала тень, или ткет из волос и любого другого материала, — ответственен по закону Торы. И таков же закон относительно того, кто переплетает две нити или два волоса, — это тоже называется «ткать». И запрещено заплетать косы на голове или распускать заплетенные, как будет разъяснено далее, в главе 41, посвященной работе «строить» [боне).

Глава 29. Работа двадцатая: распускать ткань (поцеа)

(1) Тот, кто распускает две нити, т. е. разделяет продольные нити от поперечных или поперечные от продольных, ответственен по закону Торы. И врачи-евреи должны остеречься, когда им необходимы отдельные нити, чтобы обработать рану, — так как запрещено отделять их от ткани в Шабат.

Глава 30. Работы 21, 22: завязывать узел (кошер) и развязывать (матир)

(1) Когда связывают две вещи вместе одним узлом, это не называется «завязывать узел», так как такой узел не будет держаться, пока не завяжут два узла. (И тот, кто завязал двойной узел, ответственен по закону Торы за нарушение запрета «завязывать узел».) Но на одной стороне даже один узел будет держаться — поэтому запрещено делать узел на одном конце шнурка или платка и на любой вещи.

Есть люди, которые в Йом кипур делают узел на платке и наливают на этот узел спирт, чтобы нюхать, — и получается, что они совершают запрещенную в Шабат, а следовательно, и в Йом кипур, работу.

Но всякий узел, который обычно завязывают и развязывают каждый день, разрешено завязывать и развязывать и в Шабат. Но такой узел, который порой передумывают и не развязывают (например, головной платок, который женщина иногда снимает и не развязывая), — даже если имеется намерение развязать его в тот же Шабат, все же запрещено завязывать и развязывать. И поэтому шнурок на рубахе, которую принято сменять только раз в неделю, запрещено завязывать узлом и развязывать, а следует сделать бантик. А если шнурок, который обычно не завязывают узлом, а делают бант, вопреки его намерению все же завязался узлом, разрешено его развязать.

(2)    Бечевку, которой обвязывают горлышки сосудов, разрешено развязать или разрезать ножом. И также разрешено разрезать шнурки, чтобы открыть бутылку с напитком.

(3)    Разрешено разрывать веревку, соединяющую любые виды пищи, которые были связаны, — так как на это распространяются те же законы, что и на узлы, которые обычно развязывают каждый день. И также разрешено завязывать узел на оторванной травке и развязывать его, — но завязывать узел на лулаве (ветке финиковой пальмы) или на соломе запрещено, так как такие узлы обычно держатся крепко.

И, во всяком случае, даже на тех вещах, которые разрешено завязывать узлом, не следует делать сильный и крепкий узел, поскольку это уже считается «профессиональной работой» (маасе уман).

(4)    Если с ведра, которым черпают воду, сорвалась веревка, можно привязать к ведру ремень или платок (патчеле) — т. е. вещь, которую не оставляют там навсегда. Ведь после Шабата ее заменят простой веревкой — а, следовательно, на узлы, завязанные на этом ремне или платке, распространяются те же законы, что и на узлы, которые обычно развязывают каждый день.

(5)    Скручивающий две или несколько веревок в одну, ответственен по закону Торы за нарушение запрета «завязывать». И так же тот, кто разделяет шнур на несколько составляющих его веревок, нарушает запрет «развязывать».

(6) Если ремешок выдернулся из обуви или одежды, — там, где обычно делают на его конце узел, чтобы ремешок не выскакивал, — запрещено его возвращать. И уж тем более, в новой обуви или в брюках, так как запрещено вставлять в них ремни даже без узла: это установление мудрецов, вынесенное из опасения, как бы он не завязал узел. И даже в старой обуви или одежде, если отверстие узкое и ремень тяжело вставить, это запрещено1. И смотри дополнительные объяснения в главе 41, посвященной работе «строить».

Если пара ботинок сшита вместе, не следует облегчать и разрезать связывающую их веревку перед глазами невежественного в законах Торы человека (ам а-арец) — разве только в случае крайней необходимости.

1 И даже в тех случаях, когда обычно не делают узлы на концах (Мишна брура 317:20).

Глава 31. Работа двадцать третья: шить (тофер)

(1)    Тот, кто дважды прошил ткань, — т. е. просунул нитку с иголкой через ткань и вновь просунул так, что два конца нити находятся с одной стороны, и, поскольку такой стежок не держится без узла, закрепил его узлом — он ответственен по закону Торы за нарушение запрета «шить». А также тот, кто трижды прошил ткань, — даже без узла.

(2)    Тот, кто затянул нить в стежке в месте, где ткань должна быть собрана в складки за счет натяжения нити, — и, когда складки немного разошлись, он затягивает нить, чтобы их соединить и укрепить, — он ответственен по закону Торы. И следует этого остеречься, если, конечно, одежда изначально не сделана так, что ее одевают подобным образом (например, затягивают с помощью шнурка)1.

(3)    Разрешено возвращать набивку2, выпавшую из подушек и одеял. Но запрещено изначально закладывать ее в подушки, так как это является изготовлением вещи. И еще, это запрещено из опасения, как бы он не зашил набитую подушку или одеяло.

(4)    Запрещено наклеивать бумагу и т. п. на что-либо, так как это тоже считается нарушением запрета «шить»[1].

Комментарий «Дополнительная душа»

[1] Заклеивание одноразовых подгузников

Склеивание лвух предметов (например, двух листов бумаги) или двух плоскостей одного предмета является производной работой от основной «шить» (Рамбам, Шабат 10:11; Шульхан арух 340:14). Но некоторые законоучители полагают, что если склеивание производится на короткое время (менее 24 часов), оно не запрещено из Торы, - так же, как и временное завязывание узла (см. гл. 30, п.1). И, в соответствии с этим мнением, разрешают заклеивать в Шабат такие бумажные подгузники (памперсы), поверхность которых позволяет провести заклеивание несколько раз (т.е. в случае, если заклеил криво, можно отклеить и исправить свою ошибку). Ведь в данном случае очевидно, что заклеивание производится всего лишь на считанные часы (а то и минуты), - и оно «подобно застегиванию пуговицы», а не сшиванию (Шмират Шабат ке-илхата 15:81/250/; Орхот Шабат 11:36/48/ от имени р. Ш.-З. Ойербаха, р. Ш. Вознера и р. Н. Карелица). Но есть законоучители, которые запрешают и это. (Орхот Шабат 11:36/49/ от имени р. Й.-Ш. Эльяшива).

Тому, кто собирается использовать в Шабат памперс, следует еще в канун Шабата разъединить слепленные кониы ленточки-фиксатора, сложенные на фабрике пополам, а затем слепить их обратно, так как некоторые законоучители полагают, что произведенное на фабрике склеивание этих концов имеет алахический статус «постоянного склеивания», а следовательно, разъединять такое склеивание в Шабат запрещено из Торы. Но когда в канун Шабата эти концы разлепляются и вновь склеиваются до использования в Шабат, статус этого склеивания меняется на «временное», а такое «временное склеивание» разрешено разъединять и в Шабат (Орхот Шабат 11:35/46/-36; Мишнат а-Шабат 27:2/2/). Но есть законоучители, которые считают, что производимое на фабрике склеивание ленточки-фиксатора совершается вообше не ради «соединения», а лишь для того, чтобы сохранить на длительное время ее клеящую поверхность, и поэтому не имеет статуса «постоянного склеивания» (Р. Ш-3. Ойербах, Тикуним у-милуим ле-сефер Шмират Шабат ке-илхата 35:63; Орхот Шабат 11:35/46/-36 от имени р. Н. Карелица), - и, согласно этому мнению, если забыли разъединить концы ленточки-фиксатора в канун Шабата, разрешено сделать это в Шабат (Мишнат а-Шабат 27:2/2/).

Следует остеречься, чтобы перед выбрасыванием в Шабат использованного памперса не заклеить его в виде «упаковки», так как такое заклеивание делается уже навсегда (Орхот Шабат 11:36/50/; Мишнат а-Шабат 27:2/5/). И согласно всем мнениям, запрещено заклеивать в Шабат такой одноразовый памперс, который невозможно расклеить (а только разорвать по месту склейки), - но такой памперс можно закреплять в Шабат иным способом (например, с помощью безопасной булавки) (Мишнат а-Шабат 27:2/4/).

Но лучше всего использовать в Шабат такие памперсы, которые закрепляются с помошью застежек-липучек с шероховатой поверхностью (например, памперсы фирмы «Hugges»). На соприкасающиеся поверхности этих застежек вообще не нанесен клеящий слой - на одной из них имеется множество мельчайших пластиковых крючочков, а на другой - множество петелек, и их соединение вообше не является запрещенным «склеиванием», так как оно не плотное и его легко расцепить (Шмират Шабат ке-илхата 15:78/244/; Биньян Шабат, Тофер 10:1, ам. 73).

1 Например, когда по краю рукава или ворота продернуты тесьма или шнур, которые затягиваются при одевании и распускаются при снимании, - если отверстия, через которые продет шнур, достаточно широкие, разрешено затягивать его и в Шабат (Шульхан арух, Орах хаим 340:7, Мишна брура 28-30; Кицур Илхот Шабат 26:3). И также разрешено затягивать подобный шнурок на капюшонах плащей и на вязаных шапочках и носках для маленьких детей (Орхот Шабат 11:4).

2 Такой набивкой может быть вата, обрывки изношенной одежды, а также перья (Мишна брура 340:31)

Глава 32. Работа двадцать четвертая: рвать (кореа)

(1)    Запрещено рвать что-либо даже в том случае, если при этом нет намерения изготовить какой-либо предмет. И уж тем более запрещено рвать бумагу, чтобы ею вытираться, ведь это изготовление предмета1.

И также запрещено обрывать листья с лулава (ветки финиковой пальмы) — и даже в йом-тов, — чтобы перевязать ими лулав, и это тоже считается изготовлением вещи, ведь, не оторвав листа, невозможно перевязать им.

(2)    Запрещено разрывать листы бумаги, склеенные вместе, — если они были склеены намеренно и для того, чтобы они оставались в склеенном виде. Однако, если страницы в книге склеились случайно из-за попавшего между ними воска и т. п., разрешено их раскрыть2.

(3) Если необходимо открыть сосуд, горлышко которого закрыто с помощью веревки или ткани, разрешено порвать веревку или разорвать ткань3.

1   А если при этом он стремится разорвать бумагу на куски определенной величины, то нарушается и запрет «мехатех» - разрезать на куски определенной величины (Мишна брура 340:41)

2   Но если страницы склеились в месте, где есть буквы, разделять их запрещено. И если страницы новой книги еще не были разрезаны до Шабата, запрещено разрывать их - и даже запрещено, чтобы нееврей сделал это для еврея, так как это запрет из Торы (там же 340:45).

Так как разрешено портить (мекалкель) для нужд Шабата (Хаей адам, Илхот Шабат 29:4).

Глава 33. Работа двадцать пятая: ловля (цейда)

(1) Тот, кто ловит живые существа, на которые принято охотиться, например, зверя или птицу, ответственен по закону Торы. А ловить существа, на которых обычно не охотятся, запрещено мудрецами — и поэтому запрещено ловить мух и блох. И только если они кусают его, их можно взять рукой и выбросить, но нельзя убивать их, как объяснено в главе 34 (пункт 1).

И уж тем более, запрещено ловить скотину, зверя, кошку или птиц, когда они вырываются и убегают, ־־־ и если он кого-либо из них поймал, то обязан принести грехоочистительную жертву.

Гусей и кур, и любую скотину или животное, которые выросли в доме и уже привыкли к дому настолько, что, даже когда выходят, сами возвращаются обратно, — если они вышли из дома, их запрещено ловить и хватать руками, так как, во всяком случае, они — мукце1. Но, если он боится, как бы они не потерялись, то разрешено попросить нееврея поймать их. И если их ловит ребенок, ему не препятствуют в этом. И также можно разрешить еврею встать перед покинувшим дом животным — так, чтобы оно зашло в какое-либо помещение или в какое-либо иное охраняемое место. Но если лошадь или кошка, не подчинившись своему хозяину, заупрямились и не возвращаются домой, то и это запрещено — и таков же закон в отношении гусей и кур, которые недавно куплены и еще не привыкли к дому настолько, чтобы возвращаться самостоятельно.

Общее правило, относящееся как к гусям, так и к иному скоту, зверям и птицам: если они уже привыкли к дому и возвращаются домой самостоятельно, то разрешено вставать перед ними, чтобы они таким образом возвратились в дом или в другое помещение; но если они еще не привыкли к дому, то и это запрещено. И, во всяком случае, если люди не желают следовать устрожениям, можно разрешить, чтобы нееврей загнал их для еврея в охраняемое помещение, ведь даже после того, как они будут загнаны в помещение, они еще не пойманы, поскольку и там их схватить не просто. Однако нееврей не должен ловить их руками, так как это «ловля», запрещенная из Торы.

(2) Если птица залетела в дом через окно, то запрещено закрывать это окно. И только в холодное время — если вообще не имеется в виду поймать эту птицу — это разрешено, поскольку в таком действии все еще нет нарушения запрета «ловли» из Торы, ведь даже в доме не легко ее схватить2. Поэтому, если птица вылетела из своей клетки, называемой «дер штейг», в комнату, а затем вновь залезла в клетку сама, нельзя закрывать дверцу клетки, так как это «ловля», запрещенная из Торы. И также, если куры и гуси еще не привыкли к дому, запрещено загонять их в курятник или птичник, который находится внутри помещения, и закрывать курятник, чтобы они не вышли, так как все это — «ловля», запрещенная Торой.

(3) Запрещено ставить в Шабат мышеловку, чтобы ловить мышей.

(4) Тот, кто извлекает рыбу из места, в котором прежде, чем ее извлечь, ее необходимо поймать, — и даже из места, в которое ее поместили после того, как однажды она уже была поймана, — ответственен по закону Торы.

1 Но в книге Хаей адом указано, что этот запрет относится именно к курам, поскольку по своей природе, вырываясь из рук, они пытаются взлететь и приподнимаются над землей, - и получается, что он перемещает мукце. Но других домашних животных, которые по своей природе не поднимаются над землей, разрешено схватить за загривок или с боков и отвести домой (Илхот Шабат 30:4). О законах, связанных с мукце, см. далее в гл. 51.

2 Но если в дом проникло животное или птица, на которых обычно охотятся и которых легко поймать в доме, - например, олень, - то тогда закрывать дверь запрещено. И даже если нет намерения его поймать - ведь это псик рейша (т. к., оказавшись в доме, они уже пойманы независимо от его намерения) {тамже 30:2).

Глава 34. Работа двадцать шестая: зарезать (шохет)

(1) Тот, кто зарезает домашний скот или птицу, а также убивает любое живое существо1, — даже блоху или паука, — ответственен по закону Торы, и поэтому запрещено придавить рукой блоху. Но вшей разрешено убивать, поскольку они не называются «творениями», так как не размножаются обычным образом2. И в Шабат разрешено убивать только вшей с головы, так как там обычно нет блох. Но тому, кто очищает от насекомых свою одежду, запрещено убивать даже вшей, так как там бывают и блохи, и мудрецы запретили это из опасения, как бы он не убил также блох. А ночью, когда не известно, блоха это или вошь, запрещено даже придавить насекомое, ведь оно может оказаться блохой, — но можно сбросить его с себя.

(2) Выпускающий кровь или делающий на животном кровоподтек, в котором собирается кровь, ответственен по закону Торы за нарушение запрета «зарезать», так как «душа — в крови». И также тому, кто порезал палец и т. п., запрещено высасывать кровь3. И еще запрещено высасывать кровь из десен между зубами. И еще запрещено помещать на рану мазь, которая вытягивает кровь. И также следует остеречься, когда необходимо поставить пиявку больному, жизнь которого находится вне опасности, — пусть ее не ставит врач-еврей, а пусть это сделает нееврей. И тем более, еврею запрещено делать больному кровопускание, если речь не идет об опасно больном.

(3) Живую рыбу, которую в канун Шабата поместили в воду, запрещено извлекать оттуда, даже если при этом нет необходимости в ловле.

И тот, кто сделал это, ответственен по закону Торы, поскольку это приводит к лишению ее жизни — ведь как только у нее немного высохнет чешуя у плавников, даже если ее вновь поместят в воду, она уже не выживет. И, тем более, ее запрещено извлекать, когда она находится в большом сосуде, в котором может уклониться от рук, ведь при этом нарушается и запрет «ловли».

1    Кроме живых существ, представляющих опасность для жизни человека (Шульхан арух, Ораххаим 316:10).

2   См. Мишна брура 316:38, где разъясняется разница между этими насекомыми в отношении данного закона.

3   Ведь, поскольку «душа - в крови», высасывающий кровь (или выпускающий ее иным способом) как бы извлекает часть души человека (Мишна брура 316:29; Кицур Илхот Шабат 29:2).

Глава 35. Работа двадцать седьмая: снимать шкуру (мафшит)

(1) Снимающий шкуру с туши1 — ответственен по закону Торы.

1 И запрещено сдирать кожу даже в самом малом количестве (Мишна брура 327:16).

Глава 36. Работа двадцать восьмая: солить и выделывать кожу (молеах у-меабед)

(1)    Тот, кто солит или выделывает кожу каким-либо из путей, принятых для ее выделки, ответственен по закону Торы. Поэтому запрещено топтать кожу ногами, чтобы она затвердела, или размягчать ее вручную, как делают шорники. И запрещено класть невыделанную шкуру, чтобы по ней ходили. И понятно, что запрещено размягчать кожу маслом или другими веществами, — поэтому запрещено смазывать ботинки маслом, даже если он намеревается только их почистить.

(2)    В отношении веществ, которые не являются в полной мере пищей — например, нутряной жир или иной жир, — по некоторым мнениям, тоже существует «выделка», запрещенная из Торы. И тот, кто солит нутряной или иной жир, ответственен по закону Торы. Однако в отношении обычной еды, по всем мнениям, нет запрета Торы. Но, во всяком случае, не следует приготовлять большую порцию соленой воды, чтобы залить ее в соленья или добавить ее в масло, как это обычно делают, — но только то, что необходимо для ближайшей трапезы. И также мясо или рыбу и вареные яйца и т. п., на которые соль не воздействует, — разрешено солить для этой трапезы, но не для другой трапезы1.

(3)    Но редьку, лук, бобовые и огурцы, на которые соль оказывает воздействие, запрещено посыпать солью даже для того, чтобы съесть их сразу, — а можно обмокнуть каждый кусочек в соль и съесть. И также запрещено посыпать солью фасоль и бобы — даже для того, чтобы сразу съесть. И тем более, запрещено заквашивать любые виды овощей или фруктов даже без соли, но только в воде.

(4)    Запрещено солить сырое мясо или рыбу, чтобы они впитали соль, и даже в случае возможных убытков.

(5)    Запрещено замачивать мясо, которое еще не было засолено. А если боятся, что пройдет срок в три дня от шхиты, в течение которого разрешено замачивать мясо перед засаливанием, — то все же разрешено, чтобы нееврей замочил это мясо для еврея.

(6)    Разрешено сделать приправу, которую приготовляют из кусочков редьки и лука, ведь, поскольку в нее сразу же добавляют растительное масло и уксус, это ослабляет воздействие соли[1].

(7)    Запрещено наливать брагу или вино в сосуд, в котором есть уксус, для того, чтобы и этот напиток скис2.

Общее правило: любую пищу, на которую воздействует соль, — запрещено солить, поскольку это немножко похоже на «выделку».

Комментарий «Дополнительная душа»

[ 1 ] Как солить И разрешено солить также салат из свежих о во шей, в салат? который добавляют растительное масло или уксус, ослабляющие воздействие соли (Мишна брурз 321:14; Кицур Илхот Шабат 31:3; Шмират Шабат ке-илхата 11:1). А по мнению ряда авторитетных законоучителей, следует устрожить и налить масло или уксус в салат еше до того, как его посолят (Киот а-шульхан 128:3/5/).

И разрешено солить продукты, которые вообще не принято засаливать или мариновать, - например, яйиа или вареные овоши (Шульхан арух, Орах хаим 321:3, Мишна брура 18). Поэтому салат, большинство ингредиентов которого составляют такие продукты, которые не принято засаливать или мариновать, можно посолить даже в том случае, если в него не добавляют уксус или растительное масло, смягчаюшие действие соли (Орхот Шабат 7:10/20/).

Но лучше посолить салат перед самой трапезой, так как если посолить и оставить его надолго, это будет выглядеть как засаливание (Мишна брура 321:21; Шмират Шабат ке-илхата 11:2).

1 А если в жаркие дни еду посыпают солью, чтобы она не испортилась, - можно облегчить и разрешить это для другой трапезы (Мишна брура 321:21).

2 Так как это напоминает засаливание и маринование овощей (Хаей одам, Илхот Шабат 32-33:8). Но если он сделал это только для того, чтобы ослабить остроту уксуса, га, согласно всем мнениям, это разрешено (там же 321:15).

Глава 37. Работа двадцать девятая: скоблить (мемахек)

(1) Тот, кто скоблит шкуру, т. е. удаляет с нее волос или шерсть, делая ее гладкой, или тот, кто растирает, даже рукой, кожу, натянутую на раме, как делают писцы для изготовления пергамента или как делают кожевники, ответственен по закону Торы за нарушение запрета «скоблить». И так же тот, кто снимает с кожи один из слоев. И поэтому не скоблят ножом, и даже ногтем, обувь — как новую, так и старую, поскольку при этом снимаются слои кожи. Но можно очищать ее о бревно или глиняным черепком, если он приготовлен для использования еще до Шабата и, следовательно, его не запрещено перемещать.

И также разрешено очищать обувь об железный брус, закрепленный перед синагогой, если он не заострен, но является плоским сверху1.

(2) Запрещено протирать обувь в Шабат рукой или чистить ее с помощью ткани[1], и понятно, что запрещено натирать ваксой, так как это работа «намазывать» (мемареах) — производная от основной работы «скоблить»2. И тот, кто намазывает воском и любым веществом, которое размазывается, например, дегтем или нутряным жиром и т. п., на лечебную повязку или на обувь, или на любую вещь, — ответственен по закону Торы. И поэтому запрещено смазывать бинт, за исключением тех случаев, когда это делается для больного, жизнь которого находится в опасности.

Но в отношении пищи нет запрета «скоблить», и поэтому можно намазывать масло или мякоть плодов на хлеб3[2].

(3) Тот, кто ощипывает птичье перо, чтобы получить гладкий стержень без волосков, ответственен по закону Торы за нарушение запрета «скоблить».

(4) Разрешено натирать посуду песком4, но, только не добавляя к нему воды, чтобы не нарушить запрет «месить»5. Но запрещено натирать серебряную посуду «винным камнем»6 и солью, потому что так делают ремесленники.

Комментарий «Дополнительная душа»

[1] Разрешено ли очистить обувь от пыли?

Следует отметить, что «протирать обувь рукой иди чистить ее с помошью ткани» запрещено в Шабат только в том случае, если при этом стремятся ее отполировать и придать ей блеск. Если же обувь запылилась, то разрешено снять слой пыли рукой или тканью, но делать это следует легкими касаниями, чтобы при этом ее не полировать. Однако обувь, изготовленную из замши или ткани, запрешено очишать даже таким способом, так как при этом нарушается запрет «отбеливать» (мелабен) (Шмират Шабат ке-илхата 15:37-38; Орхот Шабат 13:18-19).

А если к обуви присохла грязь или глина, то соскабливать ее запрешено, так как при этом нарушается запрет «молоть» (тохен) (см. гл. 19, п.З), - но если человек стесняется ходить в грязной обуви, то разрешено попросить нееврея соскоблить глину (Мишна брура 302:36; Орхот Шабат 5:24).

[2] Бутерброд с бананом и авокадо   

Специфические проблемы возникают при намазывании на хлеб таких плодов, как банан и авокадо. Согласно мнению Хазон Иша, при растирании банана совершается работа «молоть» (тохен). При этом не помогает и то, что размельчение производится перед самой едой, поскольку растирание (рисук) банана, в отличие от разрезания его на куски, и даже на мелкие, не является обычным способом употребления его в пищу (дерех ахила), но рассматривается как придание этой пише иной формы (Хазон Иш, Илхот Шабат 57). Исходя из этого, большинство законоучителей запрещает намазывать на хлеб мякоть банана или авокадо, так как при этом происходит их растирание (Шмират Шабат ке-илхата 6:7/18/; Орхот Шабат 5:8,12). Однако, р. Ш.-З. Ойербах полагает: когда плоды переспели и стали настолько мягкими, что, если ухватиться за часть плода и потянуть ее, остальная часть не потянется вслед за ней, - разрешено намазать такую мякоть на хлеб, поскольку она считается как бы уже измельченной и перемолотой (Шмират Шабат ке-илхата 6:7/18/). Но Хазон Иш запрещает и это (Хазон Иш, Илхот Шабат 58; Орхот Шабат 5:12). А некоторые законоучители полагают, что растирание банана вообще не является работой «молоты», поскольку плод при этом не разделяется на маленькие куски, а остается вязкой единой массой (Киот а-шульхан, Балей а-шульхан 130:19; Игрот Моше 4:74, Тохен 2).

Но даже с точки зрения Хазон Иша, разрешено размельчать банан измененным способом - например, ручкой вилки или ножа (Хазон Иш, Илхот Шабат 57; Шмират Шабат ке-илхата 6:8; Орхот Шабат 5:17; см. также выше - гл. 19, п.1). И р. Моше Файнштейн, хотя и не видит в растирании банана нарушения запрета «молоть», тем не менее, считает, что изначально следует устрожить в соответствии с мнением Хазон Иша и измельчить банан измененным способом (Игрот Моше 4:74, Тохен 2).

1    В книге Хаей адам отмечается, что подобным железным брусом разрешено воспользоваться только в случае, если для очистки обуви нет никакой иной возможности (Илхот Шабат 35:3). Однако в кодексе Мишна брура указано, что, если чистят осторожно? не нажимая с силой ногой на брус, тогда не следует устрожать и, тем более, если глина сырая и сравнительно легко сходит с обуви (Мишна брура 302:26).

2    И это также является нарушением запрета «красить» (Мишна брура 327:12).

3    А если некую пищу невозможно съесть, не размазав ее предварительно, то мудрецы запретили ее размазывать даже для этой трапезы (Мишна брура 321:81). И запрещено размазывать пищу не для еды - например, чтобы заткнуть дырку в бочке (Мишна брура 321, Беур алаха, «Таво алав браха»).

4    Приготовленным для этой цели заранее, до наступления Шабата (там же 323:38).

5    См. там же.

6   «Винным камнем» называли высохший и затвердевший винный осадок (Шульхан арух, Орах хаим 323:9).

Глава 38. Работа тридцатая: размечать (месартет)

(1) Тот, кто размечает — т. е., желая разрезать кожу или бумагу, или другой материал, вначале намечает направление разреза, и также размечает бумагу или пергамент, или любой иной материал, чтобы написать на нем даже всего две буквы, — ответственен по закону Торы. И не имеет значения, размечает ли он краской или ногтем, или любым предметом — он ответственен по закону Торы за нарушение запрета «размечать».

Глава 39. Работа тридцать первая — разрезать по размеру (мехатех)

(1) Тот, кто разрезает и выделанную кожу, и любой другой материал, — если он стремится отрезать кусок определенного размера, и даже щепку, чтобы чистить ею зубы, — называется «разрезающим по размеру» и ответственен по закону Торы1. И поэтому, если, не дай Б־г, человека принуждают в Шабат продать товар и т. п., он должен остеречься, чтобы не разрезать товар (например, ткань), так как он стремится отрезать кусок определенного размера, — но пусть это сделает нееврей.

Но в отношении пищи, — и даже пищи для скота, подобной соломе или сечке, — нет запрета «разрезать по размеру». И поэтому можно отломить соломку, чтобы почистить ею зубы. Но если он отрезает солому, чтобы заткнуть ею отверстие в бочке и т. п., он ответственен по закону Торы.

1 Этот запрет нарушает, например, тот, кто стремится разорвать бумагу на куски определенной величины (Мишна брура 340:41), и, в частности, рвет туалетную бумагу по перфорации (Орхот Шабат 11:40/57/).

Глава 40. Работа 32, 33 — писать (котев) и стирать написанное (мохек)

(1)    Тот, кто пишет чернилами или любым устойчивым материалом на пергаменте или на бумаге, или на любом устойчивом материале, — и даже если он пишет только две буквы, а есть законоучители, говорящие, что даже выводит два знака, как делают для памяти, — ответственен по закону Торы. И, по мнению большинства законоучителей, даже если он написал две буквы не тем шрифтом, которым пишут в свитке Торы, а любым шрифтом и на любом языке, — он ответственен по закону Торы. И поэтому не следует облегчать и делать так, чтобы нееврей писал для еврея, — разве только в случае очень большой необходимости.

(2)    Запрещено писать любую букву или делать любой рисунок, и даже напитком по столу или на запотевшем оконном стекле, или на песке. И даже сделать ногтем черточку на бумаге — тоже запрещено. И уж тем более, запрещено делать черточку на вощеной дощечке1.

(3)    Буквы из серебра, которые упали с занавеса, закрывающего арон кодеш — шкаф со свитками Торы, — запрещено их прикреплять, но разрешено приколоть их иглой таким образом, что это не сможет остаться надолго, а будет лишь временным соединением2. Но даже и это следует сделать только левой рукой, т. е., измененным способом. А левша пусть сделает это своей правой3.

(4)    И все то, что запрещено писать, запрещено также и стирать. И поэтому, пироги, на которых что-либо написано с помощью измельченного сахара, или пироги, на которых написано краской или есть цветное изображение, — их запрещено разламывать4. Но рисунки или буквы, выдавленные на самом пироге без употребления краски, разрешено разламывать даже руками.

(5)    И если воск от свечи накапал на буквы, запрещено его снимать5.

(6)    Запрещено разламывать печать, на которой есть буквы, и даже сказать нееврею, чтобы он это сделал, — запрещено. И когда приносят запечатанное письмо, запрещено сказать нееврею не только, чтобы он разломал печать, но даже, чтобы разорвал бумагу вокруг печати6. Но можно сказать ему: «Ведь я не могу прочесть!», — и он сам поймет. Однако и это только при серьезной необходимости, так как, по великим нашим грехам, из этого часто происходит осквернение Шабата — ведь, помимо этой проблемы с открыванием конверта, запрещено читать письма, в которых изложены коммерческие проблемы и сообщения о войнах. И даже просмотреть такое письмо, не читая его вслух, запрещено. Но если он не знает, что там написано, тогда разрешено только просмотреть его.

(7)    Если в Шабат необходимо открыть книгу, на боковом срезе которой написаны буквы или сделаны рисунки, — а другой у него нет, — разрешено открывать ее и закрывать7.

(8)    Запрещено заниматься в Шабат любой коммерческой деятельностью: покупать или продавать, нанимать или сдавать в аренду8. Мудрецы запретили это из опасения, как бы при заключении сделки не вели записей. И также запрещено совершать любое приобретение в Шабат, — и даже «обменную сделку», приобретая в обмен на свой товар платок покупателя, что называется «киньян судар» (приобретение платком).

(9)    Запрещено играть во всякую игру, при которой обычно ведутся записи, — и это запрещено из опасения, как бы не записали и в Шабат. А азартные игры — любые из них запрещены.

1    Но разрешено изображать подобие букв в воздухе или на столе, если он не влажный (Хаей адам, Илхот Шабат 37:4).

2    Т. е., проделав не более двух проколов иглой на ткани (там же 37:6).

3    А тот, кто в равной мере владеет двумя руками, ответственен за работу, выполненную любой рукой, и поэтому ему запрещено делать это любой из них (там же).

4    Но разрешено откусывать от них те места, где нет букв. И также разрешено угостить ими ребенка. И можно разрешить есть пирожные, на которых буквы выполнены с помощью меда, разведенного на воде, или с помощью различных соков. А, по мнению некоторых законоучителей, разрешено откусывать даже в тех местах, где находятся сами буквы (Мишна брура 340:14-15,17). Но есть и законоучители, устрожающие во всех этих случаях (Хазон Иш 61:1).

5    И даже если воск накапал всего на одну букву (Хаей адам, Илхот Шабат 38:3).

6    В случае большой необходимости, можно облегчить, допустив, чтобы нееврей вскрыл письмо для еврея (т. е., даже если запечатан тот самый лист, на котором написано письмо), и тем более, если письмо вложено в конверт (Шульхан арух, Ораххаим 340:13, Мишна брура, Беур алаха,«А-неяр»).

7    И, согласно всем мнениям, изначально лучше не писать букв на боковых срезах книг (Мишна брура 340:17, Шаар а-циюн 25).

8    См. также дополнительные детали этого закона в главе 50, посвященной запрету купли и продажи в Шабат.

Глава 41. Работы 34, 35, 36: строить (боне), разрушать (сотер) и завершать изготовление чего-либо (маке бе-фатиш)

(1) Тот, кто строит или разрушает постоянное строение, ответственен по закону Торы. И поэтому мудрецы постановили, что следует запретить возводить даже временное «строение» — т. е. вывешивать в качестве «перегородки» ткань или устанавливать ширму, если эта перегородка изменит алахический статус помещения или сделает разрешенным что-либо, запрещенное без нее. Например, если тот, у кого нет сукки, сделал стенки временной сукки из ткани, это запрещено, ведь, если он привязал ткань сверху и снизу, он тем самым сделал стены, благодаря которым сукка стала пригодной для выполнения заповеди «жить в сукке». Но если он не привязал также и снизу ־־ так, чтобы ткань смогла удержаться в натянутом положении на обычном ветру, — это не считается «перегородкой», и тогда она совершенно не влияет на статус сукки. И так же, когда в комнате есть святые книги или горящая свеча, и необходимо сделать перегородку, чтобы стала разрешенной близость с женой, — запрещено делать такую перегородку в Шабат1. И только в случае, если такая завеса уже была частично натянута в канун Шабата, хотя бы на «ладонь» (шефах)2, тогда разрешено растянутьее полностью в Шабат, так как это лишь добавление к «временному строению», а это разрешено.

И запрещено также повесить занавеску на проходе или на окне, если она закреплена снизу и сверху3, но если ее не закрепляют снизу, — разрешено, поскольку это вообще не называется «перегородкой». И всякая вещь, которая не в состоянии удержаться при обычном ветре, вообще не считается «перегородкой» и никак не влияет на алахиче-ский статус помещения.

(2) Если есть окно или отверстие в стене, разрешено заткнуть его вещью, которую не принято оставлять навсегда в подобных местах, — например, одеждой. Но вещью, которую обычно оставляют там, запрещено даже временно, поскольку этим как бы добавляют к постоянному строению новую деталь.

(3) Засов, которым запирают двери, — т. е., делают отверстие в стене возле двери и вставляют туда палку, — если эту палку не приготовили для такого использования в канун Шабата, ее запрещено даже передвигать, поскольку она считается мукце. И даже если ее приготовили для этого и всегда в будни запирают именно ею, то и тогда остается сомнение, — и, возможно, в таком случае также запрещено4, а разрешено, только если палка привязана к двери5. Но когда этот засов является не просто «палкой», раз от разу используемой для этой цели, а специально изготовленным приспособлением [кли), — тогда им запирают, даже если он не привязан.

(4) Окна и двери дома, даже если они висят на петлях, — тот, кто снимает или возвращает их, ответственен по закону Торы за нарушение запретов «строить» или «разрушать». И даже сделать это с помощью нееврея — запрещено. И тем более, ответственен по закону Торы тот, кто вынимает или возвращает на место окна, установленные в стене дома без петель.

(5) Тот, кто выкапывает ямку в земле — и даже в земле или песке, отделенных от грунта, например, в цветочном горшке, или в мусоре, — если ему необходимо для использования место внутри этой ямки, он подлежит наказанию за нарушение запрета «строить»6. И поэтому тот, кто прячет в вырытую ямку деньги или некий товар, так как боится, что его ограбят, подлежит наказанию, ведь ему необходимо для использования место внутри ямки.

(6) И если в доме есть ямка, и он наполнил ее землей, то он нарушил запрет «строить». И поэтому запрещено подметать в доме — из опасения, как бы не заровнять ямки, и даже если пол выложен досками или каменными плитками, так как при вынесении этого запрета мудрецы не сделали исключений7. Но можно подмести измененным способом — гусиным крылом или тряпкой, или пусть нееврей сделает это для еврея.

(7)    Запрещено вынимать репу, закопанную для хранения в земляном полу дома, так как при этом образуются ямки, — и мудрецы запретили это из опасения, как бы после этого не стали заравнивать ямку. Но если репа закопана в песок или землю, отделенные от грунта и приготовленные до Шабата, так что они не запрещены в качестве мукце, — то, хотя при этом и образуется ямка, это разрешено, поскольку ямка образуется сама по себе (т. е. без всякого намерения с его стороны).

(8)    Если плюнул на землю, не следует растирать ногой слюну — из опасения, как бы не заровнять ямки. Однако разрешено наступать на этот плевок, но только не растирать.

(9)    Во дворе, который «развезло» в дождливые дни, запрещено насыпать на землю что-либо, чтобы прикрыть грязь, например песок или золу, так как при этом как бы добавляют к «строению»8. Но если в его намерение не входит починить земляное покрытие двора, а только украсить двор или прикрыть нечто, неприятное для глаз, это разрешено9.

(10)    Тот, кто сделал отверстие в доме или в ином строении, ответственен по закону Торы. И запрещено проделывать новое отверстие в бочке. И также запрещено заделывать отверстия, даже затыкая их соломой и сечкой, но не-еврею можно сделать это для еврея. Однако замазывать отверстие глиной, дегтем, воском и тому подобными материалами — это работа, запрещенная из Торы, и нельзя даже, чтобы нееврей сделал это для еврея.

(11)    Запрещено делать шатер в Шабат и поэтому запрещено натягивать полог, если он окружает кровать с трех сторон и также сверху10. И запрещено также натягивать простыню над коляской или колыбелью младенца. Но если она натянута уже в канун Шабата хотя бы на «ладонь»11, тогда разрешено ее растянуть дальше, ведь, в подобном случае это всего лишь добавление к временному «шатру».

И такие сундуки, на которых есть крышки, и, чтобы открыть сундук, эту крышку стаскивают, — запрещено стаскивать всю крышку, а если стянули всю, то запрещено ее возвращать. И так же ящик высотой в «ладонь», полностью вытащенный из стола, — запрещено его возвращать.

(12)    Когда на многолюдных трапезах возникает необходимость в дополнительных столах и для этого кладут доски на бочки, следует остеречься, чтобы поставить открытую часть бочки вниз, к земле.

(13)    Запрещено держать в руке зонт, защищающий от дождя или солнца, ведь при этом создается шатер. И есть законоучители, запрещающие также одевать в Шабат шляпу с широкими полями12.

(14)    В отношении хозяйственной утвари нет запрета «строить» и «разрушать». Поэтому, если дверца сундука привязана веревкой, которую невозможно развязать, разрешено ее разорвать.

Но тот, кто изготавливает законченный предмет утвари или чинит предмет, который сломался, — и необходимо мастерство, чтобы возвратить его в прежнее состояние и починить, — он ответственен по закону Торы за нарушение запрета «строить».

А если сундук достигает величины «локоть» на «локоть» при высоте в три «локтя», то к нему в полной мере применяется закон в отношении «строения», а не закон в отношении «утвари».

(15) Если потерялся ключ от предмета домашней утвари (например, сундука, шкафчика и т. п.), запрещено разламывать петли или замок, так как при этом нарушается запрет «разрушать» [1]. И уж, тем более, запрещено устанавливать петли или замок на подобном предмете, и даже при посредстве нееврея, так как это работа «маке бе-фатиш», запрещенная из Торы, — а именно, «завершение предмета» (тикун кли). И если дверца сорвалась с петли, запрещено ее возвращать, — мудрецы запретили это из опасения, как бы не стали прибивать петли к косяку (однако возвращение двери комнаты или здания является нарушением запрета Торы «строить»).

(16) В составных предметах, сделанных так, что их крышка открывается посредством отвинчивания винта, — поскольку они приспособлены, чтобы их всегда открывали и закрывали именно таким образом, — отвинчивать винт разрешено. Но те предметы, которые не сделаны для того, чтобы их постоянно разбирали, — несмотря на то, что они соединены с помощью винтов, — запрещено разбирать или возвращать в собранное состояние. И поэтому мудрецы запретили перемещать в Шабат составной светильник, даже если в нем не зажжены свечи, так как он легко разбирается и есть опасение, как бы он не распался на части и его бы не возвратили в собранное состояние.

(17) Скамья, у которой отвалилась одна из ножек и ее возможно возвратить в прежнее положение, — запрещено возвращать (и вообще переносить). И эту скамью запрещено опереть на другую скамейку из опасения, как бы не вставили отлетевшую ножку. И только в случае, если она была подперта другой скамейкой еще в канун Шабата, — поскольку он не вставил ножку на место даже в канун Шабата, не запрещают подпирать ее скамейкой и в Шабат. А если ножка сломалась или потерялась, не опасаются, как бы он не изготовил другую ножку, и поэтому разрешено подпирать ее другой скамьей. И также разрешено класть доски, приготовленные в канун Шабата, на скамьи, чтобы образовались дополнительные сиденья, — и только не следует устанавливать их на поленья, поскольку поленья — мукце.

(18)    Запрещено вставлять ремешки (и шнурки) в новую обувь или ремень в новые брюки, или даже в старые, если отверстие узкое и их трудно вставлять[2], так как это «завершение предмета» (тикун кли).

(19)    Тот, кто соединяет деревянный предмет с деревянным предметом, — соединяет ли он гвоздем или с помощью деревянного клина, — ответственен по закону Торы. И тот, кто вставляет топорище в топор ит. п., ответственен по закону Торы.

И даже из пищевых продуктов возможно «строить», — и тот, кто, например, изготавливает сыр или слепляет друг с другом плоды, намереваясь образовать из них продолговатую фигуру или квадрат, ответственен по закону Торы.

(20) Тому, у кого есть гноящаяся рана, разрешено ее вскрыть, чтобы выпустить гной. Но если он вскрыл нарыв таким образом, чтобы тот оставался открытым, как делают врачи, то он ответственен по закону Торы, поскольку сделал постоянное отверстие.

Запрещено заплетать волосы в Шабат, так как это подобно «строительству», и также запрещено распускать заплетенные волосы.

(21)    Запрещено распрямлять иголку, которая изогнулась, а также любой другой подобный предмет. И также запрещено точить затупившийся нож, так как это «завершение предмета» (тикун кли).

(22)    Запрещено изготавливать свечу из жира или нутряного жира, которые для этого разрезают в соответствии с определенным размером, а также из любого иного материала — и даже для больного, если его жизнь вне опасности, — так как это «завершение предмета».

(23)    Всякое создание звука с помощью музыкального инструмента запрещено из опасения, как бы не стали чинить музыкальный инструмент. И также не хлопают в ладоши и не танцуют13.

(24) Всякое завершение работы по изготовлению утвари или любых предметов образно называется «удар молотком» (маке бе-фатиш). И поэтому тот, кто извлекает из одежды нити, торчащие после изготовления, или древесные волокна, вплетенные в нее ненамеренно, — если он имел в виду сделать одежду более красивой, то ответственен по закону Торы14. И тот, кто извлекает нити, которыми портной временно приметал части одежды друг к другу, ответственен по закону Торы.

(25) Любой предмет, который невозможно использовать без определенного исправления, — это исправление делать запрещено, так как это «завершение предмета». И это относится даже к пищевым продуктам: например, когда забывают отделить «халу» в канун Шабата, то, поскольку без отделения запрещено есть, — если ее отделят в Шабат, это будет «изготовлением».

Но, во всяком случае, (вне Земли Израиля) разрешено есть в Шабат халы, от которых не было совершено отделение. И как следует поступить? Пусть оставит кусок от хлеба до исхода Шабата, и тогда отделит «халу».

(26) И также запрещено окунать в микву новую посуду.

И только в случае, если ее возможно наполнить водой, например, кастрюлю или тарелку, — следует наполнить их водой из колодца, и это будет считаться для них «окунанием»15. Либо можно отдать посуду в подарок нееврею и затем взять ее у него взаймы16. Но во всяком случае, если все это невозможно, то разрешается окунуть.

(27) Запрещено отломить щепку, чтобы поковырять ею в зубах, и тот, кто отщепил ее ножом, ответственен по закону Торы, так как это «завершение предмета». Но в отношении соломы и подобных вещей, пригодных в пищу скоту, нет запрета, связанного с «завершением предмета», и разрешено отсекать соломинку даже ножом.

(28) Запрещено входить на паром или заходить на корабль, если они не привязаны к берегу, — за исключением тех случаев, когда есть великая необходимость. И всё это запретили из опасения, как бы в другой раз не изготовили «плавающее средство» (например, небольшой плот).

(29) Запрещено мыть посуду после завершения третьей трапезы. Но после вечерней и утренней трапез — разрешено, так как это делается для нужд Шабата. А посуду для питья разрешено мыть весь день, поскольку нет установленного времени для питья17. Но, во всяком случае, запрещено мыть посуду, оттирая ее овсом или песком и землей.

Комментарий «Дополнительная душа»

[1] Разрешено ли взломать запертый сундук?

На первый взгляд, законы, изложенные в пунктах 14-ом и 15-ом, противоречат друг другу. В 14-ом пункте указано, что в отношении хозяйственной утвари нет запрета «строить» и «разрушать», и поэтому, «если двериа сундука привязана веревкой, которую невозможно развязать, разрешено ее разорвать». Но в 15-ом пункте сказано, что при утере ключа «запрешено разламывать петли или замок» на домашней мебели или утвари, так как при этом нарушается запрет «разрушать».

В чем же разнииа между этими двумя случаями?

В кодексе Шульхан арух разъяснено, что в отношении домашней и хозяйственной утвари (келим) законоучители различают «важное разрушение» (стира гмура), и «незначительное» (стира груа). Так, когда разрывают или разрезают веревку на дверие сундука, сам сундук не затрагивается, - а узел на веревке не является постоянным, так как веревка и предназначена для того, чтобы ее периодически завязывать и развязывать. Но разламывание петель или замка считается «важным разрушением», и такое разрушение запрешено даже в отношении келим (Шульхан арух, Орах хаим 314:7; Хаей алам, Илхот Шабат 44:1-2; Мишна брура 314: 30-34; Орхот Шабат 12, Исур стира бе-хелим).

[2] Ремень В соответствии с этим, разрешено вставить в ношеный бо-и шнурки тинок шнурок, который из него выпал, - конечно, при условии, что отверстия для шнурков достаточно широкие

или у шнурков есть металлические наконечники, облегчающие их продевание. Но если приходится просовывать их с трудом, то это запрещено (Кицур Илхот Шабат 25:7; Шмират Шабат ке-илхата 15:60; Орхот Шабат 8:64).

Но новый шнурок запрещено вставлять даже в старый ботинок (Мишна брура 317:18). Однако, если новый шнурок настолько отличается по ивету от ботинка, что в дальнейшем его наверняка извлекут и заменят на более подходящий, разрешено вставить его на время (Киот а-шульхан 146, Балей а-шульхан 3). И также разрешено вставить даже новый шнурок измененным способом - например, только в верхние или только в нижние отверстия, - так, что его затем обязательно извлекут и вставят обычным образом. Такое временное продевание не считается «тикун кли» (завершением предмета) (Шмират Шабат ке-илхата 15:60; Орхот Шабат 8:63).

И разрешено вставлять даже в новые брюки или юбку обычный ремень, так как подобные ремни не принято навсегда оставлять в одежде (Мишна брура 317:16). Однако, если ремень является составной частью данного костюма или брюк и предназначен для использования именно с ними, вставлять его в Шабат запрещено, так как это «завершение предмета» (Шмират Шабат ке-илхата 15:62). Но когда подобный специальный ремень уже был продет в одежду до Шабата, но выпал, его разрешено возвратить (Орхот Шабат 8:66).

И запрещено вставлять в Шабат такие шнурки или ремешки, которые в будни принято пришивать или привязывать к одежде постоянным узлом (кешер шель каёма), - из опасения, как бы он не пришил или не привязал и в Шабат (Мишна брура 317:20; Кицур Илхот Шабат 25:7).

1    Но, в случае серьезной необходимости, сделать временную завесу, закрывающую книги или свечу, все же разрешено, - и для этого можно натянуть завесу снизу и сверху, чтобы она удержалась на обычном ветру (Мишна брура 315:10).

2    «Тефах» (буквально: ширина ладони) - мера длины, равная 9,6 см в соответствии с мнением Хазон Иша, или 8 см в соответствии с мнением р. Хаима Наэ.

3    Но там, где эту занавеску принято постоянно открывать, несмотря на то, что занавес натянут и привязан, он не считается «перегородкой», и, возможно, что мудрецы это не запретили (там же 315, Шаар а-циюн 6).

4    Но в случае необходимости можно облегчить (Мишна брура 313:7).

5    И тогда в канун Шабата нет необходимости мысленно предназначать эту палку для использования в Шабат (там же 313:13, Беур алаха «Ве-эйн ноалим»).

6    А если ему нужна не ямка, а только выкопанная земля, - это запрещено мудрецами (Хаей Адам, Илхот Шабат 40:2).

7    Но если все дома в городе (или большинство из них) - с покрытым полом, и тем более, если дом был подметен в канун Шабата, - тогда не следует устрожать и можно подмести дом в Шабат мягкой щеткой (Мишна брура 337, Беур алаха «Ве-еш махмирин»). Не только деревянный, но и каменный пол тоже считается «покрытом полом» - и если

полы в большинстве домов в городе выложены каменными плитками, то разрешено подметать (Хут шани 1:21 /36/ от имени Хазон Иша).

8   Ведь, выравнивая поверхность двора, он тем самым засыпает образованные дождями ямки. Но разрешено измененным способом набросать солому или любой другой материал, который там не останется после Шабата (Хаей одам, Илхот Шабат 40:8).

9    В книге Хаей адам отмечается, что это разрешено только в таком дворе, в котором производят уборку и впоследствии уберут положенное в Шабат, но если этот двор не принято убирать и положенное в Шабат там останется надолго, это запрещено (там же).

10    По мнению, приведенному в кодексе Мишна брура, если остов полога закреплен постоянно, то по Торе запрещено натягивать даже только его верхнюю часть - без боковых (Мишна брура 315:3, Беур алаха *Мита»).

11    См. выше - примеч. 2.

12   Но только в том случае, если поля очень твердые и не гнутся. И, во всяком случае, не следует останавливать того, кто облегчает в этом вопросе (Мишна брура 301:151-152).

13   Но в честь Торы разрешено танцевать и хлопать в ладоши. И также разрешено хлопать, ударяя ладонью по тыльной стороне руки. И не останавливают тех, кто хлопает в ладоши для младенца, чтобы он не плакал {Хаей Адам, Илхот Шабат 44:19).

14   Но и если он не имеет в виду сделать одежду более красивой - это запрещено мудрецами (Мишна брура 302:11).

15    Но такое «окунание» совершают только в том случае, если у него нет другой посуды на Шабат (там же 323:36).

16    И после Шабата следует еще раз окунуть ее без благословения или окунуть ее после Шабата с другой новой посудой - и тогда возможно благословить (там же 323:35).

17    Но все это в общем случае. А если известно, что посуда потребуется после третьей трапезы в сам Шабат, - это разрешено, и если известно, что она не потребуется после утренней трапезы, - то запрещено. И так же в отношении посуды для питья - если известно, что больше пить не будут, то запрещено ее мыть (Мишна брура 323:28-29).

Глава 42. Работы 37, 38: тушить (мехабе) и разжигать (мавъир) огонь

(1) Тот, кто тушит или разжигает огонь, даже самую малость, — ответственен по закону Торы. Но когда, не дай Б-г, случается пожар и есть опасение, и даже самая малая вероятность, что вследствие этого возникнет опасность для жизни, например, больного или ребенка, или спящего человека, — тушить разрешено[1]. Однако, если пожар вспыхнул днем и не создает никакой опасности для жизни людей, — тушить запрещено1 [2].

А в отношении спасения того имущества, которое находится в доме, в книге «Исур ве-этер» указано, что можно спасать любую вещь, так как, если не разрешить, то станут тушить огонь, поскольку человек из-за своего имущества впадает в панику. И можно спасать даже деньги и иные предметы, имеющие алахический статус мукце, и нарушать другие запреты мудрецов. Но можно нарушать только запреты мудрецов, однако, рыть землю и осквернять Шабат, выполняя ради спасения имущества любую другую работу, запрещенную из Торы, — запрещено и в случае пожара.

И преступать любые запреты мудрецов при спасении имущества от пожара разрешается только хозяину дома, его жене и детям, потому что они пребывают в большой панике. Но другим людям, которые не настолько возбуждены, разрешено спасать для погорельца только вещи, имеющие статус мукце, — однако автор книги «Исур ве-этер» сомневается, разрешено ли им преступать другие запреты мудрецов. И он не разделяет, живут ли люди, пришедшие на помощь, в доме, где возник пожар, или в других домах.

Однако авторы книг «Байт хадаш» и «Маген Авраам» пишут — и так же видится мне, и мое скромное мнение приведено в моих книгах «Хаей адам» и «Нишмат адам», — что это разрешение спасать из пожара предметы-мухце относится только к людям, живущим в домах, которые расположены в другом дворе. И хотя они не настолько впадают в панику, но все-таки они возбуждены — и поэтому мудрецы сказали, что, если не разрешить им спасать имущество, они преступят и более строгий запрет. Но жители дома, в котором возник пожар, пребывают в очень большой панике, и если разрешить им переносить имущество, имеющее статус мукце, они станут тушить огонь, чтобы спасти всё. И поэтому им не разрешают переносить никаких вещей — только святые книги2 можно переносить и выносить из горящего дома, даже если не сделали «эрувей хацерот» (т. е. не объединили несколько дворов в одно владение)3. И если в сундуке были сложены святые книги и деньги, то разрешено переносить весь сундук. А из одежды разрешено одеть все вещи, какие сможет, — и таким образом их разрешено также и выносить, даже во «владение многих»4, ведь он использует их как одежду. И если спасают пищу, вынося ее во двор, принадлежащий многим хозяевам, которые объединили его в одно владение, — он имеет право переносить только то, что необходимо для Шабата. И также другим разрешено переносить таким образом5. И если он переносит спасенные вещи в свой двор или в дом товарища, с которым объединил свои владения, разрешено спасать любую вещь, которую можно переносить в Шабат. Но вещи, имеющие статус мукце, спасать категорически запрещено.

Но все же в наше время, когда не слушают устрожений, можно облегчить, разрешив, чтобы другие спасали для погорельца, так как другие все же не настолько впадают в панику,  но хозяин дома, его жена и дети пусть не спасают. А с помощью нееврея разрешено спасти всё.

И разрешено позвать неевре-ев и сказать им: «Каждый, кто потушит, не останется без награды»[3]. И разрешено дозволять тушить даже неевреям, которые работают у него по найму. Но ребенку, который знает, что это выгодно отцу, запрещено позволять тушить.

(2) Горящую свечу или искры, которые упали на стол, разрешено стряхнуть, наклонив стол, — но только не должно быть намерения погасить их.

И если это можно сделать при посредстве нееврея, тогда пусть еврей этого не делает. Но масляную свечу запрещено стряхивать со стола, ведь при этом она неминуемо погаснет, и будет нарушен запрет «тушить».

(3)    Запрещено открывать дверь или окно напротив горящей свечи, если она находится близко к ним, из опасения, как бы ее не погасил ветер. И даже если ветра вообще нет, само открывание двери, как известно, порождает движение воздуха6. Но разрешено закрыть дверь или окно, так как этим не гасят и не разжигают.

И понятно, что даже при обычном слабом ветре запрещено открывать дверь или окно, если близко к ним находятся пылающие дрова, так как ветер разжигает огонь. И это запретили из опасения, как бы не открыли дверь или окно при ветре сильнее обычного, — и тогда огонь разгорится наверняка7.

(4)    Запрещено закрывать поддувало печи, когда внутри есть огонь, так как этим нарушается запрет «тушить», — а также открывать его, так как нарушается запрет «разжигать».

(5)   Запрещено читать или внимательно рассматривать что-либо перед масляным светильником, и даже если светильник очень высок, из опасения, как бы не наклонили светильник, чтобы масло лучше поступало к фитилю. А перед свечами из воска и нутряного жира, согласно общепринятому обычаю, это разрешено8. Но перед светильником на расплавленном нутряном жире, который называют «лампа», мне кажется, что запрещено, так как с таким светильником, безусловно, следует опасаться, как бы его не наклонили.

Комментарий «Дополнительная душа»

[1] Тушение пожара в случае опасности для жизни

В наше время, если, не лай Б-г, возникает пожар в ломе, следует тушить его, так как в большинстве случаев может возникнуть опасность для жизни, - ведь огонь может перекинуться и на другие дома. И тем более разрешено тушить пожар, вспыхнувший в многоквартирном доме, так как огонь способен распространиться на другие квартиры, где могут оказаться старики, больные или маленькие дети, которые не в состоянии покинуть дом. И также разрешено вызвать по телефону пожарную команду, и не следует опасаться, что кто-либо другой уже позвонил туда. И даже если впоследствии выяснится, что несколько человек по отдельности позвонили, каждому из них будет дарована за этот поступок награда от Святого, благословен Он. И разрешено отключить электричество во всем доме, чтобы проводка не воспламенилась (Кицур Илхот Шабат 38:12; Шмират Шабат ке-илхата 41:1/2/; Мишнат а-Шабат 40:2:2/14/).

[2] Тушение огня косвенным путем грам кибуй   

И хотя в случае, когда пожар не представляет никакой опасности для жизни, еврею запрешено его гасить, - тем не менее, когда огонь может причинить серьезный убыток, разрешено косвенным образом способствовать тому, чтобы он не распространился и постепенно угас (!Шульхан арух, Орах хаим 334:22, Рамо). Например, если загорелась одна сторона шкафа, можно поливать водой на вторую сторону, чтобы огонь погас, дойдя до мокрого места (Шмират Шабат ке-илхата 41:16). И если загорелся край скатерти, можно намочить оставшуюся часть скатерти на некотором отдалении от огня. Но когда скатерть сделана из впитывающего жидкость натурального материала, ее нельзя поливать водой, так как при замачивании в воде был бы нарушен запрет «отбеливать» (мелабен) (Шуль-хан арух, Орах хаим 334:24), - а следует пропитать ее какой-либо цветной жидкостью (например, соком), но при отсутствии в доме достаточного количества сока, можно добавить к нему воды (Кииур Илхот Шабат 38:8). И разрешено обложить огонь мокрыми простынями или покрывалами, а также полиэтиленовыми пакетами с водой - чтобы эти пакеты лопнули от жара и залили пламя (Шмират Шабат ке-илхата 41:16).

[3] Помощь неевреев

Если пожар не угрожает жизни людей, - например, он возник в частном доме, вокруг которого нет никаких других зданий, и точно известно, что в доме не осталось людей, которые не способны его покинуть, то и в этом случае разрешено позвать на место пожара неевреев, но только не нарушая при этом никаких запретов Шабата (т.е. не по телефону и т.п.), - и нельзя прямо просить не-еврея погасить огонь. И вне Земли Израиля, там, где в пожарных командах работают неевреи, можно сказать соседям-неевреям или прохожим: «Тот, кто вызовет пожарников не останется без награды!» (Кииур Илхот Шабат 38:13; Шмират Шабат ке-илхата 41:14).

Однако, если в загоревшемся помещении находятся свитки Торы, святые книги (сифрей койдеш) или тефилины, разрешено прямо попросить у нееврея вынести их даже во «владение многих» (решут а-рабим). А если невозможно их вынести, тогда, чтобы спасти святые книги (в том числе, тома Талмуда, алахические книги, комментарии к ним и т.п.), разрешено прямо попросить неевреев потушить пожар. Л если нет неевреев, то и еврею разрешено вынести священные книги и предметы в огороженное место (например, во двор) - даже если не был сделан «эрув хаиерот» (Шульхан арух, Орах хаим 334:18; Мишна брура 334:68; Кицур Илхот Шабат 38:13; см. также ниже - гл. 43 и 55). И так же можно попросить неевреев погасить пожар, чтобы спасти от огня мезузы, закрепленные в дверных проемах (Шмират Шабат ке-илхата 30:12).

1    В наше время, когда мы пребываем в изгнании и живем между неевреями, разрешено гасить пожар в Шабат, и тот, кто проявляет в этом проворность, достоин похвалы. Но, во всяком случае, если существует уверенность, что пожар не приведет ни к какой опасности, запрещено гасить и в наше время (Рамо, Орах хаим 334:26).

2    Таз разрешает им переносить также и деньги, и поэтому не следует останавливать тех, кто облегчает в этом вопросе (Мишна брура 334:2, Беур алаха «Ве-еш матирин», Шаар а-циюн 3).

3    См. далее - гл. 55.

4    См. далее - гл. 43.

5    Но только в том случае, когда они спасают для себя. А если они спасают для самого погорельца, им разрешено выносить больше пищи, чем требуется для трех трапез Шабата (Мишна брура 334:20).

6    И даже медленно открыть - запрещено. Но в случае серьезной необходимости, если в это время нет ветра, можно облегчить и открыть аккуратно и медленно (Мшима бру-ра 277:2-3).

7    Но если вообще нет ветра, то это разрешено. А если порыв ветра возникнет от хлопка дверью - запрещено (там же 277:10).

8    Но если в этом нет особой необходимости, то следует устрожить. А при стеариновых свечах, согласно большинству мнений, читать разрешено (там же 275:4).

Глава 43. Работа тридцать девятая: выносить (а-моци)

(1) В Шабат различают четыре вида «владений»: «владение многих» (решут а-рабим), «частное владение» (решут а-яхид), кармелит и «разрешенное место» (меком птур).

«Владение многих» — это место размером как минимум шестнадцать «локтей» на шестнадцать «локтей»1, подобное торговым улицам в городах. И даже в городе, окруженном стеной, — если его ворота расположены друг против друга и их двери не закрываются на ночь, — тогда все переулки, выходящие на эту улицу, называются «владение многих», и даже если они в дальнейшем сужаются. И также дороги шириной как минимум в шестнадцать «локтей», проходящие из города в город, — «владение многих».

Пространство над «владением многих» сохраняет этот статус только до высоты в десять «ладоней»2, но выше, чем десять «ладоней», — это «разрешенное место». А если воткнуть в землю бревно и на его вершине поместить полый предмет (например, шкаф), высота которого десять «ладоней», а стороны по четыре «ладони», — несмотря на то, что под ним находится «владение многих», тем не менее, сам этот предмет обладает статусом «частного владения».

И есть законоучители, говорящие, что в наше время вообще нет «владения многих», так как оно должно быть подобным стану в пустыне Синай, в котором перемещалось шестьсот тысяч человек[1].

(2) А что такое «частное владение»? Любая полость, высотой в десять «ладоней» от поверхности земли и площадью четыре «ладони» на четыре «ладони». И даже утварь (кли), например, повозка и т. п., — это «частное владение». И также холм или балка высотой в десять «ладоней» и шириной в четыре «ладони», находящиеся во «владении многих», — несмотря на то, что внизу «владение многих», вверху — «частное владение». И также яма глубиной в десять «ладоней» и шириной в четыре «ладони» — такая яма считается «частным владением». И также пространство, окруженное загородками высотой в десять «ладоней» и между ними площадь в четыре «ладони» на четыре «ладони», — это «частное владение»[2]. И к нему относится даже верхняя грань загородок, несмотря на то, что толщина загородок не достигает четырех «ладоней»3.

Пространство над «частным владением» сохраняет этот статус, поднимаясь до небес.

(3) А что такое кармелит? Это места, не используемые для прохода людей — например, моря, реки, а также леса, если через них не проложена дорога, приспособленная для перемещения многих[3].

К этой же категории относится пространство площадью четыре «ладони» на четыре «ладони», если высота загородок не достигает десяти «ладоней», или яма, глубина которой не достигает десяти «ладоней», а также предмет, соединенный с землей, или столб, или холм во «владении многих», если они выше трех «ладоней», но ниже десяти «ладоней», а их ширина — четыре «ладони».

А пространство над кармелитом сохраняет этот статус только до высоты в десять «ладоней», как и пространство над «владением многих». Однако выше десяти «ладоней» оно считается «разрешенным местом». Но в морях и реках высоту измеряют от поверхности воды, а не от дна.

(4) «Разрешенное место» — это пространство, не достигающее четырех «ладоней» в длину и четырех «ладоней» в ширину4, а высотой превышающее три «ладони» — и даже до небес. И также считается «разрешенным местом» канавка площадью менее, чем четыре «ладони» на четыре «ладони» и глубиной более, чем три «ладони».

Итак, «владение многих» — это место, где проходят многие, и его ширина не менее, чем шестнадцать «локтей». 

И пространство над ним считается «владением многих» только до десяти «ладоней» в высоту, но выше десяти «ладоней» — это «разрешенное место».

А «частное владение» — это место площадью как минимум четыре «ладони» на четыре «ладони» и высотой в десять «ладоней» от земли. И пространство над ним считается «частным владением» даже до небес.

И кармелит — тоже площадь как минимум четыре «ладони» на четыре «ладони», но только в высоту он не достигает десяти «ладоней». Однако, когда кармелит находится посреди «владения многих», его высота должна быть не менее трех «ладоней». И пространство над кармелитом сохраняет этот статус только до десяти «ладоней» — подобно пространству над «владением многих».

«Разрешенное место» не достигает по ширине четырех «ладоней» — и не имеет значения, доходит ли оно высотой до небес или составляет в высоту только три «ладони». А пространство ниже трех «ладоней» считается частью земли и принимает алахический статус этой поверхности земли.

И какое-либо пространство называется «разрешенным местом», только если оно располагается во «владении многих». Но когда оно находится на кармелите или между «частным владением» и кармелитом, или между «владением многих» и кармелитом, — мудрецы говорят, что это место «нашло свою породу», ведь, согласно закону Торы, кармелит так же, как и «разрешенное место», не считается особым «владением». Это место считается частью кармелита, и его алахический статус точно такой же, как и у кармелита.

(5) Тот, кто выносит любую вещь из «частного владения» во «владение многих» или вносит из «владения многих» в «частное владение» — независимо от того, выносит ли он эту вещь, выходя вместе с ней, или выкладывает протянутой рукой или бросает, — ответственен по закону Торы.

А тот, кто выносит на кармелит, не подлежит ответственности по закону Торы, но это запрещено мудрецами. А выносить на «разрешенное место» — изначально разрешено.

(6) Колодец площадью четыре «ладони» на четыре «ладони» и глубиной десять «ладоней», расположенный во «владении многих», является «частным владением». А, следовательно, запрещено вытаскивать ведро с водой во «владение многих». И даже если у колодца есть ограда высотой в десять «ладоней», верно было бы остеречься, чтобы не ставить ведро на ограду. Ведь, несмотря на то, что ограда входит в состав «частного владения», а значит ведро по-прежнему находилось бы в «частном владении» — есть опасение, как бы он не выдвинул его наружу, а там — «владение многих». Поэтому поставить ведро на такую ограду можно только в случае большой необходимости. А если у колодца нет ограды высотой в десять «ладоней», запрещено доставать ведро из колодца, так как оно сразу же выносится из «частного владения» во «владение многих».

И так же повозка, которая находится во «владении многих», — и ее площадь составляет как минимум четыре «ладони» на четыре «ладони», а высота — десять «ладоней» без учета колес, — это в полной мере «частное владение», и запрещено выносить из нее во «владение многих» и наоборот. И следует остеречься даже от того, чтобы просунуть голову в повозку и выпить там воды или водки, или чего-нибудь другого — из опасения, как бы не вынести стакан из повозки, подобно тому, как объяснялось выше, в примере с колодцем.

(7)    В некоторых местах перед домами делают навесы, как перед входом в магазин, и этот навес опирается на столбы. Запрещено выносить из домов под этот навес и также вносить оттуда в дома, кроме тех случаев, когда сделано необходимое исправление (тикун): установлены столбики со стороны дома, с двух сторон, так, чтобы с обоих краев навеса образовалась «форма входа» (цурат а-петах)5. А если навес перед двумя домами, необходимо также сделать «объединение дворов» (эрув хацерот)6.

(8)    Если крыльцо перед домом имеет высоту десять «ладоней» и ширину четыре «ладони», оно считается «частным владением». Разрешено выносить из дома на него, но не с него — во «владение многих». Но если оно не достигает высоты десяти «ладоней», а ширины четырех «ладоней», — это «кармелит», и запрещено выносить из дома на него или с него — в дом. И также запрещено выносить с него во «владение многих» или из «владения многих» — на него. И даже если крыльцо расположено между косяками входа, — тоже запрещено.

И поэтому, когда дом заперт и нееврей приносит ключ, чтобы отпереть дверь, следует остеречься — и если ключ вставлен внутрь, запрещено протягивать руку и выносить ключ наружу.

(9) Навес, примыкающий к корчме, — запрещено вносить туда и выносить, разве только с разрешения знатока Торы, умеющего устанавливать «форму входа» (цурат а-петах), как требует закон.

И также запрещено омывать руки водой из ведра, стоящего под этим навесом, на балке, на которую опираются столбы, поддерживающие края навеса, между «владением многих» и помещением под этим навесом. И это не разрешено делать без указания знатока Торы, умеющего вносить «исправления», необходимые для того, чтобы, согласно закону, пространство под таким навесом приобрело статус «частного владения». И смотри в моей книге «Жизнь человека» (Хаей адам), глава 53, пункты 14 и 15.

(10) Стоял в доме, и в его руке был свиток или т. п., и этот свиток развернулся в его руке, и один его конец упал во «владение многих», а второй край — по-прежнему в его руке. Если упавший конец свитка лежит на месте, которое находится ниже десяти «ладоней» от поверхности земли, — тогда запрещено возвращать его из опасения, как бы он не поднял свиток и в том случае, если упадет весь свиток и в его руке не останется даже части, а весь свиток будет лежать во «владении многих». Но если упавший конец свитка не лежит на земле или какой-нибудь опоре, а висит в воздухе, в пространстве над «владением многих», тогда разрешено его возвратить7.

(11) Не следует, стоя в «частном владении», мочиться на «владение многих» и также наоборот. И не следует плевать подобным образом8. И также, если во рту есть сгусток слюны, который уже отделился и переместился во рту с места на место, не следует проходить четырех «локтей» во «владении многих» или переходить из «частного владения» во «владение многих».

(12)    Тот, кто перенес любую вещь на четыре «локтя» во «владении многих», ответственен по закону Торы. А переносить на четыре «локтя» по кармелиту — запрещено, но меньше четырех «локтей» — разрешено9.

(13)    Тот, кто выносит из «частного владения» во «владение многих» или вносит, или переносит на четыре «локтя» во «владении многих», не подлежит ответственности по закону Торы до тех пор, пока не совершит «отрыв» (акира) и «укладывание» (анаха). Например, он «отрывает» предмет от его опоры в «частном владении» и «укладывает» на какую-либо опору во «владении многих» или дает в руку кому-либо, стоящему там. Но если он совершил «отрыв», но не положил, — например, взял предмет в «частном владении» и протянул руку с этим предметом во «владение многих», а другой, стоящий снаружи, взял из его руки, — он не подлежит ответственности по закону Торы. Но, во всяком случае, это запрещено мудрецами. И поэтому, когда облегчают и доставляют продукт питания и т. п. из одного вида «владения» в другое при посредстве нееврея, следует остеречься, чтобы не давать сосуд в руки нееврея, ведь тогда получается, что именно еврей совершает «отрыв» сосуда от опоры. Но пусть нееврей сам возьмет этот сосуд со стола и т. п. И также, когда нееврей приносит какой-либо предмет, пусть еврей не берет у него из рук, ведь тогда еврей совершит «укладывание». Но пусть нееврей поставит на стол, чтобы и «укладывание» сделал именно нееврей.

И поэтому, когда в месте, где запрещено переносить, делают обрезание младенцу в синагоге, нужно остеречься и устроить    так,    чтобы    нееврей    вынес младенца из дома, — и не следует    давать    младенца ему в руки, но пусть нееврей сам возьмет его и вынесет наружу, и там положит его в руки еврейки. И тогда один передаст его другому, а другой — следующему. Но только пусть остерегутся, чтобы один не пронес младенца на расстояние в четыре «локтя», ведь в таком случае он бы перенес на четыре «локтя» во «владении многих», а это запрещено — но разрешается только на расстояние менее четырех «локтей». И когда достигнут здания синагоги, пусть нееврей снова возьмет младенца у еврея, но еврею не следует самому давать ребенка ему в руки. И нееврей внесет младенца в синагогу и положит на скамью, и тогда его возьмет еврей. И так же нужно поступать, когда его будут возвращать.

И также, когда нееврей приносит письмо или любую вещь еврею, следует остеречься, чтобы не взять у него из рук, — но пусть нееврей положит на стол.

(14) Есть еще одно «владение», называемое «загон» (карпеф), которое огорожено не для жилья. Например, ограды, сделанные не для того, чтобы жить внутри, но для того, чтобы что-либо сохранить, — подобно заборам вокруг полей и огородов. И если площадь внутри этой ограды составляет более, чем «бейт сатаим» — и это семьдесят «локтей» и две трети на ширину семьдесят «локтей» и две трети, даже если эта территория не является квадратной, — она считается кармелитом, и запрещено выносить из нее и в «частное владение», и во «владение многих». И запрещено переносить внутри нее на расстояние более четырех «локтей», ведь, поскольку эта территория так велика, ее могут спутать с «владением многих». А значит, в деревнях, которые в землях Пруссии, — несмотря на то, что вокруг них делают ограду с двух сторон и подобие ворот при входах, — запрещено переносить внутри них, потому что они огорожены не для жилья.

Но если площадь огороженного пространства только «бейт сатаим», и, тем более, меньше, — несмотря на то, что это пространство огорожено не для жилья, — разрешено переносить по всему огороженному пространству10. И все же, запрещено выносить домашнюю утварь в это пространство11, даже когда оба владения принадлежат одному и тому же человеку. И хотя выносить домашнюю утварь в огороженный двор разрешено, статус такого «загона» уступает статусу двора. И именно ту утварь, которая при наступлении Шабата находилась в доме, запрещено выносить в «загон». Но утварь, которая при наступлении Шабата находилась во дворе, разрешено переносить по такому «загону» и также наоборот, так как в этом отношении алахический статус «загона» соответствует статусу двора, ведь и двором, так же, как «загоном», пользуются не настолько постоянно, как домом.

(15) А, следовательно, в отношении огорода, примыкающего к дому, — если там посажены деревья и он огражден для жилья, — применяется точно такой же закон, как и в отношении двора: из него переносят в дом и наоборот, так как деревья не препятствуют проживанию, ведь обычай людей — спать под деревьями. Но если там есть посевы зерновых и овощей — даже если посеяно во дворе — к нему применяется такой

же закон, как и к «карпефу», ведь посевы зерновых «отменяют» жилье (т. е. они ясно свидетельствуют, что это место не отведено для жилья), и запрещено выносить из дома туда и наоборот. И эти законы хорошенько разъяснены в моей книге «Хаей адам», глава 53.

(16) Согласно принятой алахе, «живой человек сам себя переносит» (т. е. не считается грузом), и поэтому тот, кто выносит живого человека из «частного владения» во «владение многих», освобожден от ответственности по закону Торы12. И хотя человек, которого вынесли, был одет в одежды, они не принимаются в расчет и считаются как бы придатком к человеку. Но это относится только к взрослому человеку, который может ходить. Однако тот, кто вынес ребенка, который еще не умеет ходить, или взрослого, который болен или связан, ответственен по закону Торы. Поэтому запрещено переносить младенца во «владении многих»13. А если он настолько вырос, что уже ходит своими ножками, разрешено взять его за руку, чтобы он шел, — и это не запрещают из опасения, как бы его не подняли. И именно живой человек «сам себя переносит», но тот, кто вынес животное или птицу, ответственен по закону Торы.

(17) Забылся и по ошибке вынес в Шабат какой-либо предмет из «частного владения» во «владение многих» — если вынесенный предмет находится в сохранном месте, запрещено приносить его домой. Но когда есть опасение, как бы его не украли, — если его возможно внести при посредстве нееврея, пусть скажут нееврею, чтобы тот внес. А если невозможно, тогда разрешено перенести короткими отрезками, меньшими, чем четыре «локтя»14, как мы разъяснили выше в пункте 13, — но, во всяком случае, запрещено вносить в дом (а также в любое огороженное место — например, двор), так как при этом он внес бы из «владения многих» в «частное владение»[4].

(18) Находился в канун Шабата в пути, и в кармане у него были деньги — если он имеет возможность передать их на хранение или спрятать, запрещено оставлять их в кармане, даже в том месте, где разрешено переносить, и даже когда он собирается постоянно находиться в помещении, так как они — мукце. А если невозможно сдать на хранение или спрятать, пусть в канун Шабата зашьет их в одежду — и в месте, где нет «эрува», следует остеречься и оставаться весь Шабат в одном доме. Но если он боится, что из-за того, что он будет сидеть в доме весь день, распознают, что у него есть деньги и ограбят его, разрешено выходить наружу. Ведь, поскольку деньги зашиты в одежду, здесь нет запрета из Торы «выносить», так как таким образом обычно не выносят, и в случае опасности это разрешено15.

(19) И когда его имущество в опасности, — например, собираются похитить его товары и деньги, — даже если они не вшиты в одежду, разрешено выносить их в наше «владение многих»16, но, конечно, только в том случае, если невозможно вынести при посредстве нееврея. Ведь если не разрешить ему вносить и выносить имущество, которому угрожают воры, он станет рыть ямки, чтобы его спрятать, а это запрещено из Торы, как разъяснено выше, в главе 41, посвященной работе «строить». И если возможно, то пусть сделает таким образом, чтобы один и тот же человек не совершал и «отрыв», и «укладывание»17. Но пусть один встанет снаружи, а тот, кто внутри, протянет ему наружу деньги или товар, и тот, кто снаружи, возьмет из его руки. И получится, что тот, кто внутри, совершит только «отрыв», а тот, кто снаружи, — только «укладывание». А затем и находившийся внутри выйдет наружу, и пусть они переносят короткими отрезками, меньшими, чем четыре «локтя» — то есть один передает другому, как объяснено выше, в пункте 13.

Или же пусть он выбросит свой кошелек с деньгами наружу через плечо, стоя спиной к выходу, — и тогда это будет вынос необычным путем.

(20) А если товар — в сундуке, тогда пусть вынесет часть его во «владение многих» (т. е. положит его так, чтобы часть сундука оставалась внутри дома, а часть — уже снаружи), но не выносит весь сундук сразу. И после того, как сундук полежит так мгновение, пусть возьмет и вынесет его полностью. Но только не следует его волочить, так как это обычный путь выноса, — но пусть ненадолго оставляет его в покое или привяжет его к своим ногам. А если это маленький предмет, то пусть положит его в свои ботинки, — ведь все это не является обычным путем выноса. Но все это разрешили только в случае внезапной опасности, когда он может в возбуждении нарушить запрет Торы. Но если он нашел ценную вещь в Шабат, он не настолько возбужден, — тогда все это запрещено18. И «благословен муж, который полагается на Г-спода» (Ирмея 17:7).

(21) Запрещено носить часы в Шабат, ведь это вообще не одежда, и тот, кто их выносит, ответственен по закону Торы[5]. И запрещено выходить с очками, и даже если они одеты на переносицу, и даже если они из серебра[6].

А женщинам следует остеречься и не выйти с тампоном из ветоши, который помещают в то место для того, чтобы защитить одежду от крови при месячных выделениях. Но когда она использует эту ветошь как часть одежды, разрешено.

А когда идут дожди, запрещено накидывать платок на голову, чтобы укрыться от дождя, — кроме тех случаев, когда его подвязывают как головной убор. И то, что мужчины помещают платок на шляпу во время дождя, — запрещено, ведь его помещают не как одежду, а только чтобы защитить шляпу от порчи, и это является «грузом», перенос которого в Шабат запрещен19.

(22) Хромому или тому, который вообще не способен ходить без костыля, разрешается ходить с костылем. Но если костыль используется только для того, чтобы опираться на него в качестве дополнительной поддержки, без которой возможно обойтись, — это запрещено из опасения, как бы его не пронесли четыре «локтя» по «владению многих». И даже в месте, где есть «эрув», — если нет серьезной необходимости, это запрещено20, поскольку это будничный способ передвижения21.

(23) Тому, у кого есть рана, разрешено выходить с тампоном, а также с ветошью, намотанной на него, так как ветошь считается несущественным придатком по отношению к тампону, ведь она используется только для того, чтобы он не упал. Но запрещено наматывать на тампон «важную вещь» (т. е. вещь, имеющую собственное значение) — например, платок и т. п., так как такая вещь не считается несущественной по отношению к тампону.

(24)    Разрешено выходить во «владение многих» в талите, закутавшись в него. Но, не закутываясь в него, — запрещено.

(25)    В местах, где принято носить пояс для красоты, не следует протестовать против этого, однако запрещено обматывать пояс платком и привязывать его к поясу, так как это выглядит уловкой, предпринятой для того, чтобы вынести платок. Но пусть примотает платок к брюкам или под пальто так, чтобы одежда отделяла платок от верхнего пояса22. Но если платок повязывают на шею таким образом, что каждому видно, что его намерение только вынести, — это запрещено, но пусть повяжут на шею, как шарф, — в качестве одежды.

(26)    Когда на талите или на иной одежде есть кисти (цицит), ставшие непригодными для выполнения заповеди, запрещено выходить с ними во «владение многих», так как даже остальные кисти считаются переносимой вещью, ведь его намерение — дополнить недостающие кисти и сделать их пригодными для заповеди[7].

И так же всякая парная вещь, которую имеют в виду дополнить. Например, если оторвался ремешок с одной стороны одежды, а также застежка, даже металлическая, с одной стороны, — поскольку он намеревается восполнить оторвавшуюся деталь, та, что осталась, является переноси-мои вещью .

А если это важные детали одежды, например, ремешок из шелка или застежка из серебра, — поскольку это «важная вещь», она обладает собственной ценностью и не рассматривается как часть одежды. И поэтому, даже если он не имеет в виду дополнить недостающую деталь на другой стороне одежды, все равно запрещено выходить в такой одежде во «владение многих» или на кармелит.

(27) Всякая вещь, которая присоединена к одежде, считается частью этой одежды, и поэтому разрешено выходить во «владение многих» с карманами, пришитыми к одежде, а также с пришитым капюшоном, висящим сзади, чтобы прикрывать им голову в час дождей. Но это относится именно к деталям одежды, которые обычно так пришивают. Однако запрещено пришить платок к одежде, чтобы выйти с ним во «владение многих», ведь известно, что в наше время так не принято и он не считается частью одежды24. И даже если пришить его к поясу, — это не поможет, если он будет висеть со стороны. Но с ним можно выйти только в том случае, если в канун Шабата привязать его надежным узлом или пришить к поясу и подпоясываться им как частью пояса — и тогда это будет подобно длинному поясу.

Комментарий «Дополнительная душа»

[1] Подобно стану в пустыне Синай

«Владение многих» (решут а-рабим) - это пространство, предназначенное для прохождения большого количества людей, например, дорога, соединяющая два города, или улицы и торговые площади в городах (Шабат 6а, Раши).

Критерии, определяющие «решут а-рабим», установлены в соответствии с основными характеристиками стана сынов Израиля в пустыне Синай (Шабат 98а; Раши на Шабат 6а, «Ло ки-решут а-рабим»). Так, «владение многих» должно быть шириной не менее 16 «локтей», потому что такой ширины были проезды для повозок в Синайском стане. Это пространство не должно быть ограждено с трех (и тем более, с четырех) сторон или покрыто крышей, так как стан в Синае не был огражден и не имел крыши. Но широкая улица, проходящая через обнесенный стеной город - от ворот до ворот, тоже считается «владением многих» - при условии, что ворота не закрываются даже на ночь (Шабат 98а,99а; Шульхан арух, Орах хаим 345:7, Рамо; Мишна брура 345:18-19).

По мнению Раши, улица или площадь приобретают статус «решут а-рабим» только в том случае, если они находятся в городе, где проживает как минимум шестьсот тысяч человек (шишим рибо), ведь именно столько сынов Израиля было в Синайском стане (Раши на Эрувин 6а, «Решут а-рабим»). И хотя при подсчете в пустыне не учитывалось число женщин и детей, а также иноплеменников, примкнувших к народу Израиля при исходе (эрув рав), но только то количество сынов Израиля старше двадцати лет, которое прямо названо в Торе, т.е. «шишим рибо», - в наше время при количественной оценке жителей того или иного города учитываются и женщины с детьми, и неевреи (Тосафот на Эрувин 6а, «Кейиал»; Мишна брура 345:23).

И хотя многие авторитетные законоучители оспаривают это мнение Раши, оно приведено в кодексе «Шульхан арух»: «Есть говоряшие, что всякое место, где не проходят шестьсот тысяч человек ежедневно, не является владением многих» (Шульхан арух, Орах хаим 345:7). Если следовать такой формулировке, то практически невозможно найти место, которое бы являлось «решут а-рабим» из Торы. Однако важно отметить, что сам Раши и другие ришоним, которые придерживаются его мнения, говорят только о том, что в городе должны проживать шестьсот тысяч человек (или находиться в нем - включая гостей, бродячих торговцев и т.п.), и таких городов достаточно много, - но требование о том, что все эти «шишим рибо» должны проходить по этому месту, да еше «ежедневно», упомянуто только в «Шульхан арухе» (Мишна брура 345:24, Беур алаха «Ше-эйн шишим рибо»; Игрот Моше, Орах хаим 1:139/5/).

И все же, поскольку составитель «Шульхан аруха» сначала приводит другую точку зрения, согласно которой возможно «владение многих» и без «шишим рибо», а мнение Раши предваряет словами «есть говоряшие», можно заключить, что он сам не определяет алаху в соответствии с этим мнением. И тому, кто желает блага своей душе, следует устрожить и считать «владением многих» любые улицы и дороги, которые отвечают остальным названным требованиям, - даже если по ним и не проходит шестьсот тысяч человек ежедневно и они не располагаются в городе, где есть «шишим рибо» (Хаей алам 49:13; Мишна брура 345:23, Беур алаха «Ше-эйн шишим рибо»), И тогда под это определение подпадает большинство проезжих дорог, улиц и многие переулки. Но метро не является «владением многих», даже если в нем ежедневно проезжает более шестисот тысяч пассажиров, ведь туннели и станции имеют крышу (Шмират Шабат ке-илхата 17:3/16/).

И от того, есть ли в городе улицы шириной в 16 «локтей», а также «шишим рибо» жителей и гостей, зависит, возможно ли сделать вокруг этого города «эрув» в виде так называемой «формы входа» (иурат а-петах; см. подробнее коммент. «Эрув в гороле» к гл. 55, п. 12).

[2] «Частное владение»

Сушность «частного владения» (решут а-яхил) заключается в том, что это место закрыто для прохода большого количества людей, - либо с помошью перегородок (мехицот), например, здание, либо с помощью естественных преград, например, яма или холм, имеюшие определенный размер (Шабат 6а; Шульхан арух; Орах хаим 345:2). И хотя на вершине холма нет ограды, тем не менее, она считается «решут а-яхил», так как здесь действует правило «гуд асик» (продолжится выше): склоны холма рассматриваются как «перегородки», которые продолжаются и вверх вокруг вершины холма (Раши на Шабат 66, «Ка машма лан»). И также возможно сочетание «перегородок» и естественных преград: например, с одной из сторон место огорожено холмом высотой в пять «ладоней», на котором установлена ограда высотой в пять «ладоней», - всего десять (Шульхан арух, Орах хаим 362:2).

Ровная крыша дома тоже является «решут а-яхил» - ведь стены дома как бы «продолжаются выше». Но та часть крыши, которая выступает за стены дома на четыре «ладони» (а по ряду мнений - и меньше), рассматривается как кармелит, - и в этом случае запрешено переносить по всей крыше, так как «частное владение» открыто на кармелит (Мишна брура 345:65-66, Беур алаха «Гаг а-болет»),

Рамбам полагает, что необходимо ограждение со всех четырех сторон, - и только тогда это место считается из Торы «частным владением» (Илхот Шабат 14:1). Но, по мнению большинства ришоним, достаточно, чтобы перегородки огораживали «частное владение» лишь с трех сторон. Однако в плоскости практической алахи мудреиы запретили переносить в таком месте - до тех пор, пока не будет огорожена четвертая сторона (Шульхан арух, Орах хаим 363:1, Беур алаха «Асру хахамим»; см. далее - гл. 54, п. 1).

«Частным владением» могут быть также предметы определенных размеров, стояшие во «владении многих»: например, шкаф, сундук, телега или карета (Шульхан арух, Орах хаим 345:6, Мишна брура 345:13,16). И автомобиль, если высота его салона составляет не менее десяти «ладоней», тоже является «частным владением» (Шмират Шабат ке-илхата 17:2).

При определенных условиях статусом «решут а-яхил» может обладать огороженный двор и даже огороженный стеной город, если его ворота запираются хотя бы на ночь (Шмират Шабат ке-илхата 17:2; см. далее - гл. 54-56).

[3] Что такое «кармелит»?

Согласно мнению Раши, определение «кармелит» образовано от слова «кармиль», которое обозначает «высокий лес» (Раши на Шабат 36, «Баей»). А по интерпретации Радака и некоторых других комментаторов, слово «кармиль» обозначает плодородную местность, занятую полями и виноградниками (см. Раши и Радак на Ишая 10:18). Однако и при том, и при другом истолковании - это местность, не предназначенная для прохождения большого количества людей, но она также и не предназначена для жилья и не имеет соответствуюших ограждений, которые придавали бы ей статус «частного владения» (Раши на Шабат 6а).

Существуют и другие объяснения термина «кармелит». Так, составители Тосафот считают, что источником этого термина является слово «кар-мель», обозначающее свежее зерно, как в стихе Торы: «Из измельченных свежих зерен приноси хлебное приношение...» (Ваикра 2:14). Эти зерна находятся как бы в промежуточном состоянии: они еше не засохли, но в них уже нет сока, которым полны неспелые зерна, - так и кармелит: он и не «частное владение», и не «владение многих» (Тосафот на Шабат 6а, «Кармелит»; Рамо, Орах хаим 345:1, Мишна брура 1). Л Рамбам полагает, что этот термин образован от арамейского слова «ке-армелит» («как вдова»), т.е. и не девушка, и не замужняя женшина - так и кармелит: и не «частное владение», и не «владение многих» (Перуш а-мишнайот, Шабат 1:1).

По Торе «кармелит» вообше не является особым «владением» и считается «разрешенным местом» (меком птур) или, в ряде случаев, «частным владением» (например, место, огороженное лишь с трех сторон), а соответственно, в нем разрешено переносить любые вещи, вносить и выносить из него - но все это запрещено мудрецами (Шульхан арух, Орах хаим 346:1 -2; Мишна брура 345:85). Помимо лесов, садов и полей, к этой категории относятся улицы, ширина которых не достигает шестнадцати «локтей», дворы и переулки, огражденные только с трех сторон, а четвертой выходящие во «владение многих», крытые плошали и рынки, различные водоемы, а также пустыни (разумеется, кроме пустыни Синай в период, когда по ней переходили сыны Израиля) (Шульхан арух, Орах хаим 345:14; Мишна брура 345:18).

[4] Чтобы не совершить дополнительных нарушений..

А как следует поступить, если человек по забывчивости вышел во «владение многих» с неким предметом в кармане или в руке - и уже на ходу обнаружил свою оплошность?

В этой сложной ситуации необходимо действовать осмотрительно и обдуманно, чтобы не добавить к уже совершенной оплошности дополнительных прегрешений. Ведь, с одной стороны, ему нельзя продолжать ходьбу, так как в таком случае он сознательно и намеренно перенесет забытый в кармане предмет на четыре и более «локтя» по «владению многих», а это запрешено из Торы (см. выше - пункт 12). Но с другой стороны, запрещено и остановиться, поскольку такая остановка будет рассматриваться как «укладывание» (анаха) во «владении многих» предмета, который он вынес из «частного владения», и уж тем более, запрешено прямо выложить этот предмет во «владении многих» (см. выше - п. 13).

Что же он может сделать?! Ему следует, не останавливая своего движения, медленно повернуться назад и пройти менее четырех «локтей», а затем вновь повернуться и пройти такое же расстояние вперед, - и так кружить туда и сюда внутри четырех «локтей», тем временем обдумывая, что же предпринять дальше.

Если внутри его четырех «локтей» есть «меком птур» («разрешенное место»), например, некий столбик или парапет, не достигающий четырех «ладоней» в длину и четырех «ладоней» в ширину, а высотой превышающий три «ладони» (см. выше - п.4), то пусть положит по ошибке вынесенный предмет на это место. Если же «меком птур» имеется лишь на некотором расстоянии от него, но зато рядом с ним находится его спутник, то пусть попросит этого спутника прямо на ходу взять у него предмет и пронести его на расстояние меньшее, чем четыре «локтя», в сторону «меком птур», а затем на ходу забрать у него и еше пронести менее четырех «локтей» - и так несколько раз, не останавливаясь до тех пор, пока они не достигнут «разрешенного места» и не выложат на него предмет.

Ну, а если поблизости нет подходящего «меком птур», тогда можно обратиться к нееврею и, разумеется, не останавливаясь, попросить его, чтобы он взял предмет и положил его в подходящее для этого место. А если этот предмет представляет большую ценность и его потеря принесет серьезный ущерб, можно попросить нееврея принести этот предмет домой или в другое сохранное место, но лучше обратиться к нему не в повелительном наклонении (например, «возьми», «принеси»), а намеком - в форме рассказа о своем затруднении, чтобы нееврей сам понял, какого именно действия от него ожидают (см. ниже - коммент. «Только при серьезной необходимости» к гл. 47, п.1).

А если вокруг нет неевреев, к которым можно было бы обратиться со столь деликатным делом, следует, по-прежнему продолжая движение внутри своих четырех «локтей», выложить предмет самому, но измененным способом - не так, как делают это в будни.

Если же в момент, когда был обнаружен предмет в кармане, человек находился в таком месте, где невозможно ходить туда и сюда в пределах своих четырех «локтей», например на проезжей части, на которой оставаться опасно, - есть законоучители, разрешающие в подобной ситуации извлечь предмет из кармана и засунуть под одежду или между одежд, - ведь тогда он будет переносить предмет измененным способом - и пройти до безопасного места, где он сможет прохаживаться туда и сюда на небольшом пятачке, внутри четырех «локтей», и уже там осуществить одну из предлагаемых выше рекомендаций.

В случае, когда забытым в кармане предметом, является элемент одежды (например, шерстяная шапка или шарф), также не следует останавливаться и одевать его (или одевать на ходу), так как само одевание рассматривается как «укладывание» (анаха) этого предмета во «владении многих», но следует действовать описанным выше образом.

А если забытый в кармане предмет был обнаружен в каком-либо «частном владении», то следует, не останавливаясь (но в этом случае можно продолжать движение в любом направлении), попросить нееврея совершить «укладывание» предмета или, при отсутствии нееврея, положить предмет самому, но измененным способом.

И чтобы избежать подобных сложных и запутанных ситуаций, следует перед Шабатом внимательно проверить, не осталось ли каких-либо предметов в карманах субботней одежды (особенно в городах и поселениях, где нет «эрува») - и еше раз проверить карманы перед выходом из дома в Шабат. И есть благочестивые люди, следящие за тем, чтобы вообше не класть никаких предметов в карманы субботней одежды, в которой принято выходить из дома (Кицур Илхот Шабат 39:15-16).

[5] Наручные часы

Данный запрет относится именно к карманным часам, которые прикрепляются цепочкой к поясу (Мишна брура 301:45, Шаар а-циюн 46-47; Хут шани 4, ам. 120). Но некоторые законоучители разрешают выходить во «владение многих» в наручных часах, футляр которых изготовлен из золота, при условии, что человек не снимает такие часы с руки, даже если они не работают, - в этом случае часы считаются украшением. Но в обычных наручных часах запрещено выходить не только во «владение многих», но и на кармелит, ведь такие часы не используют в качестве украшений и снимают, когда они не работают (Шмират Шабат ке-илхата 18:27; Мишнат а-Шабат 43:5:9). А некоторые авторитетные законоучители, в том числе р. М. Файнштейн и р. Ш.-З. Ойербах, облегчают и в отношении обычных ручных часов, ведь, когда часы застегнуты прямо на руке (но не поверх рукава), их носят подобно одежде {лерех мальбуш) и они могут рассматриваться в качестве особого предмета одежды (Игрот Моше, Орах хаим 1:111; Шмират Шабат ке-илхата 18/111/; Шульхан Шломо, Шабат 1, 301:11/6/, 301:25/22/). И все же р. Файнштейн не рекомендует Б-гобоязненным людям выходить в подобных часах во «владение многих», поскольку несведущие в Торе люди могут не уловить отличие между одеванием прямо на руку и одеванием на рукав, и ошибочно заключить, что разрешено выходить в часах, одетых поверх одежды (Игрот Моше, Орах хаим 1:111).

Однако р. Нисим Карелии считает, что наручные часы невозможно рассматривать в качестве «одежды», поскольку они используются вовсе не для того, чтобы согреть или закрыть тело, - но только для того, чтобы узнать время. И он разрешает женщинам выходить во «владение многих» только в таких часах, которые в первую очередь являются украшениями, - и в них можно выходить во «владение многих», даже если они «не ходят». Но для мужчин даже золотые часы являются в первую очередь прибором для измерения времени, а не украшением, - и поэтому мужчинам следует устрожить (Хут шани 4, ам. 120).

[6] Очки

В книге Хаей алам указано, что во «владении многих» запрещено носить очки из опасения, что они упадут с переносицы и их пронесут в руках на расстояние в четыре «локтя» (Илхот Шабат 56:3; Мишна брура 301:44). Однако некоторые законоучители последнего поколения разрешают тому, кто плохо видит без очков и всегда их носит, выходить во «владение многих» в очках для дали (а также в таких, которые предназначены как для дали, так и для чтения), ведь очки современного производства, в отличие от старинных моноклей и пенсне, закрепляются с помощью наушных дужек и сами, как правило, не спадают. И не следует опасаться, что человек их снимет и перенесет на расстояние в четыре «локтя», так как эти очки необходимы ему для зрения (Шмират Шабат ке-илхата 18:16; Пискей тшувот 301:4/12/). И уже распространился обычай выходить на улииы в очках современного типа, не опасаясь, что они упадут (Шабтотай тишмору 2:27/11 -12/).

Но выходить в очках, предназначенных исключительно для чтения.

запрещено, так как они мешают смотреть в даль и человек может их снять. И также запрещено выходить во «владение многих» в солнечных очках, ведь они необходимы только пока ярко светит солнце, - но в очках для дали с затемненными линзами или линзами, изменяющими свой цвет (photogrey), выходить разрешают (Игрот Моше, Орах хаим 3:45; Шмират Шабат ке-илхата 18:16,18). А если глазам данного человека вреден яркий солнечный свет и в будние дни он обычно ходит в затемненных очках, ему разрешено выходить в них в Шабат даже во «владение многих» (Пискей тшувот 301:4).

Следует отметить, что Хазон Иш устрожал даже в отношении обычных очков для дали и не разрешал выходить в них во «владение многих» - но только на кармелит. И если существует хотя бы малейшее опасение, что очки могут слететь - например, при резком наклоне вперед, - Хазон Иш рекомендует даже при выходе на кармелит привязывать их за дужки. И если в обычные дни человек привык снимать очки на ходу, то ему не следует выходить в очках даже на кармелит, так как он может забыть про Шабат и перенести их в руке или в кармане, как в будни. Однако если очки привязаны, то он неминуемо вспомнит, что теперь Шабат, - и в таком случае Хазон Иш разрешал выход на кармелит (Хут шани 4, ам. 123).

[7] Если оторвался цицит

Как указано выше в п. 24, разрешено выходить во «владение многих», закутавшись в талит, предназначенный для молитвы, - при этом кисти-цицит рассматриваются в качестве украшения одежды (Шульхан арух, Орах хаим 301:29; Мишна брура 301:115; Шмират Шабат ке-илхата 18:6,28). И поэтому разрешено выйти в талит-катан даже в ночь Шабата, и хотя ночь - не время для исполнения заповеди о иииит, тем не менее, эти кисти рассматриваются в качестве украшения, а не в качестве предметов, пришитых к одежде для их переноса (Мишна брура, Беур алаха 301, «Бе-талит савив а-иавар»; Шмират Шабат ке-илхата 18:38).

Но если нити иииит оторвались так, что талит перестал быть кошерным, запрещено выходить в нем во «владение многих», поскольку оставшиеся кошерными нити не рассматриваются более как часть одежды, а считаются «переносимой вешью» - ведь на этом талите они более не выполняют функции заповеданных иииит, а имеют самостоятельное значение и в дальнейшем могут быть использованы на этом или другом талите. И это не считается выносом «измененным способом», так как кисти-иииит принято носить именно таким образом. А следовательно, тот, кто нарушил этот запрет, ответственен по закону Торы (Шульхан арух, Орах хаим 13:1, Мишна брура 3; 301:38, Мишна брура 143-144).

И если человек, идуший в Шабат по «владению многих», заметил, что у него оторвалась нить и талит перестал быть кашерным, его необходимо сразу же снять (см. выше - коммент. «Чтобы не совершить дополнительных нарушений»). Однако на кармелите разрешено дойти до места, где снять талит будет более удобно. Но когда человек не имеет в виду воспользоваться кошерными кистями, оставшимися на талите (например, потому что они слишком изношенные и их кониы уже растрепались), они не имеют самостоятельного значения и рассматриваются как часть одежды, и поэтому нет запрета выходить в таком талите во «владение многих». И таков же закон, если стали некошерными все кисти-иииит (но, в любом случае, запрещено оставаться в четырехугольной одежде без кошерных иииит) (Шульхан арух, Орах хаим 301:3; Мишна брура 13:3,9; Шмират Шабат ке-илхата 18:34/140-141/-35).

[8] Перенос ключа

Этот закон может быть применен и при переносе ключа.

Безусловно запрещено выносить ключ во «владение многих» и на кармелит в кармане или в руке. Но разрешено присоединить его к ремню брюк таким образом, чтобы он выполнял роль «пряжки» или «крючка», посредством которых застегивается ремень, - в таком случае ключ считается составным элементом ремня (Мишна брура 301:45; Кицур илхот Шабат 39:24).

Для того, чтобы вынести ключ разрешенным образом, следует взять веревку или шнур как минимум в два раза длиннее, чем необходимо для опоясывания, и продеть в отверстие ключа приблизительно до середины шнура. Затем следует связать два конца шнура бантом (но не двойным узлом) - и это можно сделать даже в Шабат, а перепоясаться нужно так, чтобы закрепить бородки ключа в петлях банта, завязанного на концах шнура. И не следует повязывать этот пояс поверх обычного ремня, так как в таком случае становится очевидным, что пояс использован только для того, чтобы вынести ключ, а не в качестве элемента одежды. Если на ключе нет зубчиков и бородок, следует, как и в предыдущем случае, продеть шнур через отверстие в ключе, а затем, подпоясавшись, продеть кониы шнура в отверстие ключа и завязать бант на самом этом отверстии (Шмират Шабат ке-ил-хата 18:48). Но некоторые законоучители оговаривают, что такой перенос ключа разрешен только в том случае, если ключ помогает закрепить этот пояс лучше, чем он был бы закреплен без него (Шульхан Шломо, Шабат 1, 301:11/8/), и рекомендуют пользоваться для этой иели только специально изготовленными поясами, в которых ключ жестко закрепляется и становится составной частью пояса (Луг шани 4, ам. 125).

Если на двери, выходяшей во «владение многих» или на кармелит, установлен врезной замок и его отверстие уходит внутрь двери (т.е. является частью «частного владения»), тогда можно открывать и закрывать дверь снаружи, только не снимая пояса, ведь иначе получится, что ключ вносится из кармелита или «владения многих» в «частное владение». Но пока ключ находится на поясе и является его интегральной частью, это не является нарушением (так как это подобно краю одежды человека, например, рукаву, который был занесен вместе с рукой с улииы в открытую дверь дома) - и поэтому лучше использовать для шнура растягивающийся материал (например, резину). Но если установлен навесной замок или «замок безопасности», который крепится с наружной стороны двери, тогда пояс можно снять и воспользоваться ключом. В таком случае следует перед тем, как выйти из дома на кармелит или во «владение многих», перепоясаться поясом с ключом, а затем, захлопнув за собой дверь, снять пояс, запереть дверь ключом и сразу же снова закрепить ключ на поясе. И точно так же по возвращении: нужно сначала снять пояс и отпереть дверь, а затем, вновь закрепив на себе пояс с ключом, войти в дом. Ну, а если дверной проем выступает в сторону «владения многих» как минимум на четыре «ладони», это место считается «частным владением» - и нельзя, стоя вне его, открывать ключом дверь, но следует войти в этот проем и лишь затем снять пояс и отпереть или запереть дверь (Шмират Шабат ке-илхата 18:48-49).

1    «Локоть» (ама) - мера длины, равная 57,6 см, в соответствии с мнением Хазон Иша, или 48 см, в соответствии с мнением р. Хаима Наэ.

2    «Ладонь» (шефах) - мера длины, равная 9,6 см. в соответствии с мнением Хазон Иша или 8 см. в соответствии с мнением р. Хаима Наэ.

3    Однако толщина загородок не учитывается при измерении площади огороженного пространства - и для того, чтобы оно считалось «частным владением», в нем должно быть четыре 4 «ладони» на 4 «ладони», помимо толщины загородок (Мишна брура 345:3).

4    И даже пространство в тысячу «локтей» длиной - если оно не достигает в ширину четырех «ладоней», это «разрешенное место» (там же 345:81).

5    См. далее - гл. 54, пункт 5.

6    Законы, связанные с "эрув хацерот", представлены далее - в главе 55.

7    Но это разрешено только в соответствии с мнением тех законоучителей, которые полагают, что в наше время нет «владения многих» из Торы (там же 53:21). Носогласно другому мнению, упомянутому в кодексе «Мишна брура», в подобном случае разрешено возвратить именно свиток, потому что законоучители облегчают требования закона в отношении свитков со священными текстами. Но если конец иного подобного предмета (например, длинного пояса или шарфа), выпавшего через окно, повис над «владением многих» на высоте менее десяти «ладоней», то запрещено его возвращать (Мишна брура 352:15).

8    И тот, кто помочился или плюнул из одного вида «владения» в другое, ответственен по закону Торы. И даже если он высунул свое лицо из одного «владения» в другое и плюнул туда - все равно запрещено, и даже из «частного владения» на кармелит (Хаей адам, Илхот Шабат 53:22).

9    И даже во «владении многих». Но одному человеку не следует переносить предмет небольшими отрезками, каждый из которых меньше четырех «локтей». А двум людям разрешили переносить таким способом в случае необходимости даже на далекое расстояние (т. е. каждый проносит меньше четырех «локтей» и передает другому). Однако нельзя выносить предмет за его тхум - субботние границы (там же 53:18).

10    При условии, что его длина не превышает его ширину более, чем в два раза - с разницей хотя бы в один «локоть» (там же 51:1).

11    А есть законоучители, которые разрешают, и при крайней необходимости можно положиться на это мнение (Мишна брура 372:1, Беур алаха «Оле-гаг»).

12    Нои это запрещено мудрецами (Примеч. редактора).

13    И таков же закон относительно кармелита (там же 52:8).

14    И в перерывах между этими отрезками следует каждый раз делать полную остановку {Примеч. редактора).

15    А в книге Хаей адам сказано, что разрешено выносить и в случае вероятного убытка (Илхот Шабат 54:5). И если не сумел зашить деньги в одежду, то можно выносить их измененным образом, положив между нижней одеждой и телом или в обувь (Мишна брура 301:123).

16    Так как есть законоучители, полагающие, что в наше время не существует алахиче-ского статуса «владение многих» (см. выше - пункт 1 и коммент. (*) «Владение многих»).

17    См. выше - пункт 13.

18    Но можно облегчить и поднять найденную вещь при помощи нееврея, однако запрещено просить его отнести ее к еврею в дом. А если нееврей по собственному почину приносит эту находку в дом еврея, не следует его останавливать (Мишна брура 266:38).

19    Но если его намерение заключается в том, чтобы защититься от дождя самому, это разрешено, - только следует хорошенько привязать платок к шляпе (Мишна брура 301:54).

20    Однако, согласно постановлению, приведенному в кодексе Мишна брура, в месте, где есть «эрув», разрешено пользоваться тростью или палочкой, если в них есть какая-либо необходимость (там же 301:66).

21    В книге Хаей адам сказано, что в этом выражается пренебрежение к Шабату (Илхот Шабат 56:6; Мишна брура 301:66).

22 И хотя такой способ тоже вызывает очень большие сомнения, поскольку и в этом случае платок не становится частью одежды, - все же такой способ несколько предпочтительнее, чем оборачивание платка вокруг верхнего пояса (Хаей адам, Илхот Шабат 56:11).

23 Но если он не собирается дополнять оторванную деталь, в такой одежде разрешено выходить во «владение многих», так как оставшаяся деталь не имеет самостоятельного значения и рассматривается как часть одежды (том же 56:14).

24 И в этих законах многое зависит от того, какую одежду принято использовать в ту или иную эпоху (там же 56:15).