Ноябрь 2017 / Хешван 5778

О чем, собственно, книга?

О чем, собственно, книга?

Эли Люксенбург

Книга, которую читатель держит в руках, основана на материале магнитофонных записей, сделанных профессором Тавгером в последний год жизни.

Бен-Цион Тавгер приехал в Израиль в 1972 году из Новосибирского Академгородка. Много лет потратил он на борьбу с КГБ и советскими властями за право жить на родине. За ним охотились, его преследовали, травили, пытаясь найти благовидный предлог и осудить “предателя”. Но Бог был милостив -Тавгер приезжает в Израиль и по прошествии некоторого времени поселяется в Кирьят-Арба, в Хевроне.

Те, кто приехал в Израиль в 70-е годы, стали свидетелями зарождения еврейского ишува в Кирьят-Арба, героической борьбы раввина Левингера и участников движения “Гуш-Эмуним” с израильскими властями и военной администрацией за право евреев селиться и жить на всей территории Эрец-Исраэль.

Активным участником этой борьбы был и профессор Тавгер. Уже тогда, более 20 лет назад, превосходно разобравшись в ситуации, он знал, как нужно действовать, чтобы возродить еврейское присутствие в Хевроне. Он не мог смириться с тем, что евреи в своей стране не имеют права жить и молиться там, где они хотят, посещать святые места, передвигаться свободно, без опаски. “Политика” израильских властей в те годы (как, впрочем, и сейчас) ставила евреев в зависимое положение: еврей не может делать, что хочет, не оглядываясь на реакцию араба, - не понравится тому что-то - забросает еврея камнями, подожжет его машину, иными словами, найдет способ выразить свой “протест”, и власти обязательно вмешаются и “утихомирят” еврея. И это в государстве, которое называет себя еврейским...

Крайне левые пресса, радио и телевидение изобрели и настойчиво употребляли новые термины: освобожденные Иудея, Самария, Газа и полуостров Синай получили название “завоеванных”, “оккупированных” территорий, что означало лишение евреев законного права владеть этими землями. Появился и еще один термин - “палестинцы” - применительно к арабам, живущим в Эрец-Исраэль. Следовательно, арабы признавались коренными жителями страны, а евреи - “захватчиками”, насильно сгоняющими арабов с их земель, отбирающими их дома и имущество. Такое “промывание мозгов” оправдывало акты арабского бандитизма и разбоя. Евреи, как в самом Израиле, так и в галуте, “должны были понять”, что возвращение на землю предков - это не величайший духовный акт, не исполнение одного из первейших заветов Торы, не обретение, наконец, личной и национальной свободы, а нечто антигуманное, связанное с попранием “законных прав палестинского народа”. По страницам газет пошли гулять такие выражения, как “иудео-фашизм”, “религиозные безумцы и агрессоры” и т.д. и т.п.

Такова была политическая ситуация в те годы. И надо было быть незаурядной личностью, человеком твердых принципов, чтобы посвятить свою жизнь делу, которому преданно служил Бен-Цион Тавгер.

Избрав постоянным местом жительства Кирьят-Арба, профессор Тавгер поначалу пытается осуществить свою давнюю мечту - создать собственный Институт Физики или, на первых порах, лабораторию в Хевроне. Куда только он не обращался! Сам Юваль Неэман, тогдашний президент Тель-Авивского университета, впоследствии министр науки, поддерживал его. Во всех инстанциях ему обещали содействие и финансовую поддержку. Но, увы, дальше обещаний дело не пошло - перед Тавгером словно вырастала глухая стена, пробить которую не мог никто. Долгие мытарства постепенно убивали надежду, и наконец кто-то сказал ему откровенно, что создавать научное учреждение в Хевроне нецелесообразно.

Но почему?! Разве Хеврон - не Эрец-Исраэль? Кто может отрицать право евреев на владение этой землей?

Осознав бесплодность попыток организации лаборатории, Тавгер устроился работать кладбищенским сторожем - надо было зарабатывать на жизнь, хотя бы гроши.

Кладбище представляло собой ужасающее зрелище: оскверненные еврейские могилы - следы погрома, учиненного арабами в 1929 году, кучи мусора, грязь. Тавгер задался целью восстановить кладбище в его первоначальном виде. У него появились единомышленники, и они решительно взялись за дело. Убежденность в справедливости своих поступков, обостренное чувство национального достоинства, бескомпромиссность придавали им силы и находили понимание жителей Хеврона - не только евреев, но и арабов. Да, как ни странно, и арабов, которые подчас даже помогали Тавгеру и его товарищам. Зато в лице израильских властей, армии и полиции они обрели могущественных врагов. Какие только препятствия не чинили им власть предержащие! Клеймили их, как преступников, арестовывали, затевали судебные процессы. На профессора Тавгера ополчилась “здравомыслящая” израильская пресса, против него выступали министры, члены Кнессета. И все это - лишь за его старания сделать доступными для евреев святые места, дать им почувствовать себя свободно на своей земле, на земле древнего Хеврона.

* * *

Хеврон - один из древнейших и святых городов Эрец-Исраэль - признан наследственным уделом колена Иегуды. Принято считать, что из четырех святых городов - Иерусалима, Хеврона, Цфата и Тверии, наиболее почитаем все-таки Хеврон, или иначе - “город праотцев”, потому что здесь находится гробница Меарат га-Махпела, где, по свидетельству Торы, покоятся Авраам и Сара, Ицхак и Ривка, Яаков и Лея. Более того, согласно многим авторитетным источникам, в этой же гробнице похоронены первые люди Земли, сотворенные Всевышним, - Адам и Ева.

Согласно библейской традиции, родоначальник евреев, первый патриарх, Авраам - уроженец древнего города Ура в Двуречье, прибыл в Эрец-Исраэль через Харан (Сирия). Библия повествует о Терахе, отце Авраама, жившем со своим семейством за Евфратом и поклонявшимся иным богам. Бог вывел Авраама из родного окружения и повел на запад.

«И сказал Бог Авраму: “Уходи из страны твоей, от родни твоей и из дома отца твоего в страну, которую Я укажу тебе...” И пошел Аврам, как повелел ему Бог... И прошел Аврам по стране этой до места Шхема, до Элон-Морэ..  И явился Бог Авраму и сказал: “Потомству твоему отдам Я эту страну”; и построил он там жертвенник Богу, который явился ему”» (Берешит, 1:1.).

Когда “сыны Эвера” (так называется в Библии этническая общность, частью которой были семейства патриархов) покинули долину Евфрата, что-то изменилось в их духовной жизни и началось формирование новой системы религиозных представлений.

В скитаниях по Эрец-Исраэль по главе многочисленного патриархального клана Авраам чаще всего жил в Хевроне. Именно здесь Авраам-авину удостоился встречи с тремя ангелами, сообщившими ему, что, несмотря на преклонный возраст, у него и у его жены Сары ровно через год родится сын Ицхак. Так оно и было.

Жена Авраама-авину Сара умерла в возрасте ста двадцати семи лет и была похоронена “в пещере поля Махпелы, против Мамрэ, он же Хеврон” (Берешит, 23:19). Эту землю Авраам-авину купил у местного жителя Эфрона: “...и отвесил Авраам Эфрону серебро... четыреста шекелей серебра... И стало поле Эфрона, что в Махпеле, против Мамрэ, - поле и пещера в нем, и все деревья в поле, во всем его пределе кругом - за Авраамом...” (Берешит, 23:17-18). Его сын Ицхак женился на Ривке, прожил в Хевроне сто восемьдесят лет, и тоже был похоронен в Меарат га-Махпела.

Яаков, сын Ицхака, со всем своим многочисленным семейством - женами и сыновьями, со всем имуществом и стадами, которые он привел с собой в страну после двадцатилетней службы у Лавана, - тоже поселился в Хевроне.

Именно отсюда он посылает сына своего Иосефа проведать братьев его в Шхеме, куда пошли они пасти скот. Далее Тора описывает все, что случилось с Йосефом: как был он продан в рабство в Египет и как возвысился там благодаря своей праведности, став вторым после фараона человеком в Египте. Шли годы. И пришлось Яакову с его многочисленным семейством из-за голода, постигшего их землю, перебраться в Египет. И пробыл в Египте еврейский народ 210 лет, пока не вышел оттуда... Хочется отметить тот факт, что Яаков завещал своим сыновьям не хоронить его в чужой земле, а отнести его в Хеврон и похоронить в Меарат га-Махпела. Его завещание было исполнено Йосефом и его братьями. Об этом тоже говорится в Торе: “И отнесли его сыновья его в страну Кнаан, и похоронили его в пещере поля Махпела, какое поле купил Авраам в собственность для погребения у Эфрона-хетта, против Мамрэ” (Берешит, 50:13).

Историческая традиция связывает исход из Египта, странствование по пустыне и превращение израильских племен в единую нацию с личностью законодателя и вождя Моисея (Моше).

Выйдя из Египта, Моше велел двенадцати представителям, по одному от каждого колена, пойти и разведать страну, в которую народу Израиля предстояло войти.

«И послал их Моше высмотреть страну Кнаан, и сказал им: “Вот, идите на юг страны, и взойдите на горы, и осмотрите страну, какова она, и народ, живущий в ней, силен он или слаб, малочислен он или многочислен. И какова страна, в которой он живет, хороша она или плоха, и в каких городах живет он, в открытых или укрепленных. И какова земля, тучна она или тоща, есть ли на ней деревья или нет, постарайтесь же и достаньте из плодов страны”» (Бемидбар, 13:17-20).

Тора подробно сообщает, что именно случилось при этом и как это событие отразилось на всей дальнейшей истории нашего народа. Посланные Моше разведчики пришли в Хеврон и обнаружили там плодороднейшую долину. Но живший здесь народ внушил им неописуемый страх. Разведчики принесли с собой образцы плодов той земли и рассказали следующее: «Пришли мы в страну, куда ты послал нас, и вот - течет она молоком и медом, и вот плоды ее! Но силен народ, живущий в этой стране, и города укрепленные, очень большие. Также детей Анака видели мы там... Успокоил Калев народ перед Моше и сказал: “Непременно взойдем и овладеем ею, ибо в наших силах это!” Люди же, которые ходили с ним, сказали: “Не можем мы идти на народ тот, ибо он сильнее нас”. И распускали они злую молву о стране, которую высмотрели... И зарыдало все общество, и плакал народ в ту ночь» (Бемидбар, 13:27-33, 14:1).

И стал весь народ роптать на Всевышнего и требовать от Моше возвратиться назад в Египет. Это было в ночь на Девятое ава. В эту ночь Всевышний вынес Свой приговор: за то, что народ пал духом и не поверил Богу, все поколение исхода было осуждено на сорокалетнее скитание по пустыне и должно было умереть, так и не ступив на Землю Обетованную. С днем Девятого ава связаны самые страшные и трагические страницы истории нашего народа: падение Первого и Второго Храмов, изгнание евреев из Испании.

Но двое из посланцев Моше - Йеhошуа, сын Нуна, и Калев, сын Йефунэ, - сказали: “Не восставайте же против Бога и не бойтесь народа той страны, ведь они - пища для нас, ушло благословение их, и с нами Бог!” (Бемидбар, 14:9). И когда делили Эрец-Исраэль в наследственный удел, достался Хеврон Калеву, сыну Йефунэ, из колена Йеhуды.

С того дня, как Авраам-авину купил у жителей Хеврона, хеттов, участок поля с Меарат га-Махпела, во все поколения и эпохи, вплоть до наших дней, не прекращалось здесь еврейское присутствие.

Хеврон был первой столицей царя Давида. Здесь он правил семь лет, до завоевания им Иерусалима.

Семьдесят восемь раз упоминается в ТАНАХе Хеврон, каждый раз под другим названием: либо “Хеврон”, либо “Кирьят-Арба”, либо “Элоней-Мамрэ”.

* * *

Еврейский историк Йосеф бен Матитьягу, известный миру как Иосиф Флавий, пишет о Хевроне своих дней: “Могилы праотцев пребывают в прекрасной сохранности - обложены мрамором, весьма красиво, как и подобает их великой памяти и достоинству” (Иудейские войны, 5-8).

Период римско-византийского владычества принес тяжкие бедствия еврейскому народу. В результате войны против Рима, продолжавшейся более четырех лет, пал Иерусалим, был разрушен Храм, десятки тысяч евреев пали в боях или попали в плен, значительная часть земель, принадлежавших евреям, была конфискована римлянами.

В IV в. н. э. христианский священник Евзевий, упоминая Хеврон в своей книге “Ономастикой”, называет его “большой деревней”, но ни слова не пишет об евреях - ни как о жителях, ни как о паломниках. Однако уже в следующем веке другой священник по имени Социнус, живший в Эрец-Исраэль, пишет следующее: “В Элоней-Мамрэ, что близ Хеврона, играют местные ребятишки, а также дети жителей Палестины, что несколько дальше”. И далее отмечает, что прибывают сюда и евреи, “поскольку почитают праотца своего Авраама”.

В 614 г. страну завоевали персы, и гонения на евреев прекратились. Им позволено было вернуться в Иерусалим и, как явствует из документов, также в Хеврон.

Арабский писатель Аль-Маккадусси, живший в конце X века, рассказывает, что в хевронском Хараме - мечети над Меарат га-Махпела - есть синагога для гостей: “это отдельная, основательная постройка, где повара пекут и жарят, угощают евреев чечевичным супом с оливковым маслом, и это для всех, как для бедных, так и для богатых” (из книги “Меарат га-Махпела в мусульманских традициях”).

По всей вероятности, речь идет о еврейской синагоге с гостиным двором, который наравне с евреями посещали и паломники-мусульмане и где ответственным “человеком при могиле патриархов” был рабби Саадия Хеврони, передавший впоследствии эту должность своему внуку Яакову бен Иосефу.

В 1100 году один из главных предводителей Первого крестового похода Готфрид Бульонский завоевал Хеврон, переименовав его в “Кастелиум Сент-Авраам”, что означает “Крепость святого Авраама”, а Меарат га-Махпела - в “Святую Пещеру”.

Большинство евреев в городах, захваченных крестоносцами, было убито или продано в рабство. После упрочения власти крестоносцев уцелевшие евреи стали возвращаться в свои селения. Хотя крестоносцы запрещали евреям проживать в Иерусалиме, а по некоторым сведениям, и в Хевроне, в городах Иудеи осталось небольшое количество евреев.

В этот период Меарат га-Махпела посещает Рамбам - великий еврейский религиозный философ, законодатель и мыслитель. День своего посещения гробницы он называет выдающимся днем для себя и своего поколения, особенно - для своих потомков. “В первую субботу месяца мархешван, девятого числа, вышел я из Иерусалима поцеловать могилы отцов в Пещере. В тот день я стоял в Пещере и молился, слава Богу, благословенно имя Его”.

К концу правления крестоносцев в 1171 году Хеврон посещает рабби Биньямин из Туделы. В числе прочих свидетельств о своем посещении Меарат Ра-Махпела, он пишет следующее: “Передо мной стояли бочки, полные еврейских костей, которые приносили сюда со дней Израиля; кости мертвецов кладут сюда по сей день”. И далее добавляет: “Там же алтарь с надписью “Сент-Авраам”, - в дни ишмаэльтян тут была синагога... Если еврей придет и даст мзду привратнику, тот откроет ему железную дверь гробницы”.

Бочки, полные еврейских костей в Меарат га-Махпела, о которых пишет Биньямин из Туделы, заставляют думать, что территория еврейского кладбища при Меарат га-Махпела, известного нам из арабских источников периода халифа Омара, была территорией весьма и весьма незначительной. И поскольку люди умирали довольно часто, то на кладбище не оставалось места для новых могил. Старые могилы раскапывались, из них извлекались кости давно умерших и складывались в бочки, а в освободившихся ямах хоронили других покойников.

Преследования и массовые убийства казались предвестниками избавления; никто из евреев не верил в прочность владычества крестоносцев в Эрец-Исраэль. Вера в то, что возвращение народа на свою родину, за обладание которой борются силы христианства и ислама, является необходимой предпосылкой избавления, не покидала их. Очевидный в XIII веке крах крестоносцев в Эрец-Исраэль стал источником надежды для евреев, как бы подтверждая их веру в то, что эта страна является достоянием одного дома Израиля.

С приходом к власти мамлюков в Хевроне снова возникла еврейская община. Рамбан, совершивший паломничество на землю предков в 1267 году, пишет в письме к сыну: “Пойду в Хеврон, чтобы умереть там и быть похороненным...” Однако желанию этому не суждено было осуществиться. Чтобы удостоиться подобной чести, человек заказывал себе место на маленьком хевронском кладбище задолго до своей кончины и платил изрядную сумму денег. Рамбан же, по-видимому, этого не знал, ибо не сделал “заказа” вовремя.

В XIV и XV веках еврейская община в Хевроне продолжала существовать. Об этом свидетельствуют как еврейские, так и христианские источники. В письме жителей Иерусалима к рабби Аврааму Галеви в 1456 году, говорится: “В Хевроне у нас имеется синагога, ... в городе около двадцати домовладельцев, все они раввины, половина из них происходят из анусим, прибывших сюда в надежде найти прибежище под крылами Шхины. Нечистых ишмаэлитов нет среди них, традиции Израиля в их надежных руках, ибо могила в Хевроне предпочтительней, нежели в Иерусалиме”.

В период мамелюков увеличился приток евреев в Эрец-Исраэль. Это способствовало повышению духовного уровня еврейства страны. Алия части евреев Испании и Португалии, главным образом из числа анусим, явилась самым важным событием в истории ишува под властью мамелюков. Евреи селились в Галилее, в городах Средиземноморского побережья, небольшое количество жило в Хевроне и Шхеме. В 1517 году Страна Израиля была завоевана турками-османами под предводительством султана Селима I. Еврейское население Эрец-Исраэль приветствовало турок, зная о благосклонном отношении султанов к изгнанникам из Испании и вообще к подданным-евреям.

Введенная османами новая организационная структура сформировалась в течение 50 лет, истекших после завоевания Эрец-Исраэль. Страна была разделена на четыре округа-санджака с центрами в Иерусалиме, Газе, Шхеме и Цфате. В противоположность анархии, царившей в конце правления мамелюков, османское владычество принесло с собой стабильность и относительную безопасность. Улучшение политических условий сказалось на увеличении вдвое населения, проживавшего в Эрец-Исраэль, в частности в Хевроне.

* * *

Развитие Каббалы и еврейской мистики оказало большое влияние на еврейскую общину Хеврона. Некоторые знаменитые каббалисты, такие, как рабби Элиягу де Видас, автор книги “Решит Хохма”, рабби Моше Кордоверо, ученики великого каббалиста Аризаля, перебрались из Цфата в Хеврон.

Рабби де Видас умер в Хевроне, могила его служила местом паломничества вплоть до 1929 года. Арабские погромщики разрушили тогда все еврейское кладбище и надругались над могилой рабби де Видаса. В книге профессора Тавгера есть упоминание об этом.

В 1662 году в Хевроне разразилась эпидемия, и большинство евреев было вынуждено перебраться в Газу. Турецкие власти требовали от еврейской общины огромных денег в виде налога “за пребывание”. Год от года эта сумма возрастала, и община вынуждена была посылать во все концы света своих представителей, чтобы собрать пожертвования и, таким образом, выжить и продержаться. С такой целью в 1664 году Хеврон посетил лжемессия Шабтай Цви, направлявшийся собирать средства в Египет по поручению евреев Иерусалима. Шабтай Цви произвел на хевронцев огромное впечатление. Как говорили люди из его свиты, жители Хеврона бодрствовали две ночи подряд, лишь бы увидеть его великолепие.

Шведский путешественник Михаим Эниман, посетивший Эрец-Исраэль в 1711-1712 годах, пишет об евреях Хеврона:

“Обе общины, сефардская и ашкеназская, посылают своих людей во все места, чтобы собирать пожертвования, во все синагоги Европы, в три отдельные копилки: одна для Иерусалима, одна для Хеврона и одна для Цфата”.

Согласно сохранившимся документам, в 1717 году долг хевронской общины составлял 12 тысяч реалов, а в 1727 он достиг 19 тысяч. Дороги тогда были очень опасны. Посланцев общины нередко грабили и даже убивали. Тот, кто возвращался домой благополучно, непременно произносил благодарственную молитву за избавление от опасности - “Биркат га-гомель” - возле свитка Торы.

В 1757 году в Хевроне была построена ешива “Кнессет Исраэль”. Однако жизнь евреев была нелегкой. Приблизительно в это время был издан указ об изгнании, ибо долг местной казне в 25 тысяч реалов не был выплачен. Постоянная вражда между арабами Бейт-Лехема и Хеврона тяжело сказывалась на положении хевронских евреев. Специальные уполномоченные в Константинополе, сосредоточившие в своих руках передачу средств иерусалимской общине и заботу о евреях-паломниках, распространили благотворительную деятельность и на Хеврон. Однако к 1773 году положение значительно ухудшилось из-за мятежей Али-Бея и вспыхнувшей войны между Россией и Турцией. Источники поступлений иссякли, а цены возросли неимоверно. Одному из чиновников Хеврона удалось добиться аудиенции у султана и отмены указа об изгнании.

В 1820 году рабби Дов-Бер из Любавичей, сын основателя Хабада рабби Шнеура-Залмана из Ляд, возглавил первую ашкеназскую общину в Хевроне. В своем послании хасидам он призывает тех, у кого расположено к тому сердце, дух и позволяет здоровье, переселиться в Хеврон. Первыми отозвались на этот призыв хасиды Цфата. К ним присоединились вскоре и другие хабадники. Тем самым ашкеназская община Хеврона, ставшая первым поселением Хабада в Эрец-Исраэль, значительно увеличилась. Это очень укрепило еврейскую общину Хеврона, но вызвало недовольство соседей-арабов. Началась волна гонений и преследований, продолжавшаяся по всей стране вплоть до конца века.

В середине XIX века голландский офицер Ван де Вальде, посетивший Эрец-Исраэль, пишет следующее:

“Насколько известно вам, города Иерусалим, Хеврон, Тверия и Цфат - четыре еврейских священных города. Известно также, что никогда Хеврон не оставался без еврейских жителей совершенно. Их могло быть одна-две семьи, но число их увеличивалось за счет пребывающих из Испании, Португалии, Германии, Польши и других мест. И нынче евреев в Хевроне около пятисот душ среди четырех тысяч мусульман. Есть у них школа и синагоги, жизнь их интенсивна, духовно насыщена и интересна, несмотря на то, что их постоянно притесняют, грабят, причиняют им страдания и убивают”.

Начиная с 1890 года в жизни ортодоксальных хевронских евреев произошли изменения. Богатые члены сефардской общины начали посылать своих детей учиться в школу Всемирного еврейского союза, открывшуюся в Иерусалиме в 1882 году. Некоторые отправляли своих детей на учебу в университеты Европы. Возникла необходимость открыть наряду с ешивой светскую школу. Еврейские дети стали обучаться различным ремеслам и профессиям. Это благоприятно сказалось на материальном состоянии еврейской общины. К тому времени еврейское население Хеврона составляло около полутора тысяч человек. Но моральный климат оставался тяжелым.

Известный французский писатель Пьер Лутти, побывавший в Хевроне в 1894 году, пишет в своем путевом дневнике об унизительном положении евреев:

“Бедные евреи прячут в воротники головы, словно пугливые лисы, льнут к стенам гробницы своих праотцев, пытаясь проникнуть в нее. Настал час, когда арабы, от мала до велика, повалили внутрь, чтобы молиться. Шли свободно, гордо, с насмешкой глядя на евреев, бросая при этом оскорбительные слова”.

Но несмотря на все, порой трагические, события, евреи Хеврона оставались преданными своей земле, святым местам, своей религии, традициям, верили, что придет наконец избавление, то время, когда каждый еврей сможет спокойно и достойно жить на своей земле. Эта вера составляет основу духовности еврейского народа.

В 1900 году рабби Шалом-Дов из Любавичей основал в Хевроне ешиву “Торат Эмет”, где стали учиться молодые хасиды. Богатый еврей из Багдада Йосеф-Авраам Шалом, построил здесь больницу “Хесед ле-Авраам”, известную ныне как больница “Хадасса”.

Начало Первой мировой войны прервало прогрессивное развитие Эрец-Исраэль и ишува. Страна была втянута в военные действия во время битвы за Суэцкий канал, за которой последовало вторжение британских войск, оккупировавших сначала южную (1917 г.), а затем северную (1918 г.) часть страны.

Большинство евреев было насильно мобилизовано в турецкую армию; страх перед этой службой был велик. В турецкой армии евреи страдали от голода и издевательств, болели тифом и другими тяжелыми болезнями, косившими солдат массами. Согласно документам “сионистского профсоюза”, к концу первой мировой войны еврейское население Хеврона сократилось вдвое и едва превышало семьсот человек.

Весной 1920 года хевронские арабы через Иерусалим отправились в свое ежегодное, традиционное шествие “Наби Муса” - с барабанами, знаменами, песнями и свистульками. На другой день в городе распространились слухи, будто в окрестностях Иерусалима на них напали “сионисты”, избили и изрезали ножами их знамена. Арабы тут же обратились к военному губернатору с требованием разрешить им прийти на помощь своим соплеменникам. Губернатор ответил отказом и немедленно перекрыл все дороги, ведущие из Хеврона в Иерусалим. Однако разрешил провести демонстрацию протеста на улицах Хеврона. На другой день разъяренные толпы арабов, одержимые жаждой мести, собрались на “мейдане” - торговой площади города. Они намеревались начать погром, но английские солдаты их окружили и потребовали немедленно разойтись, угрожая в противном случае открыть огонь. Так английская администрация, предупрежденная главами еврейских общин, предотвратила трагедию.

* * *

Эрец-Исраэль строилась и заселялась евреями. В Тель-Авиве, Хайфе, Иерусалиме сооружались дома, предприятия, население городов быстро увеличивалось. В Хевроне было построено здание Слободской ешивы. Неуклонно росло число репатриантов, в основном из Польши. Несмотря на кризисы 1923 и 1927 годов, население Эрец-Исраэль увеличилось почти втрое, достигнув 160 тысяч человек. Все это вызывало исступленную ярость как арабов, так и всего мусульманского мира. Ситуация все более осложнялась.

22 августа 1929 года хевронские арабы напали на еврейскую общину и учинили чудовищную резню. На сей раз евреи испили горькую чашу мученичества до дна. Было заколото кинжалами, изрублено топорами и саблями 67 человек. 60 раненых было эвакуировано в больницы Иерусалима, восемь из них скончались от смертельных ран.

В 1970 году иерусалимским издательством “Кетер” была издана “Книга Хеврона”. В ней во всех подробностях описывается это избиение. Приводятся имена и фамилии всех погибших (да будет благословенна их память!), имена раненых и чудом спасшихся, рассказывается, где и в каких домах зверствовали убийцы. Перечисляются арабские зачинщики и вожаки, представшие вскоре перед судом в Иерусалиме и отделавшиеся смехотворными наказаниями. Ведь судьями были их же родственники, единоверцы и единомышленники. И, как это было во все времена, виновными оказались сами жертвы.

Справедливо было бы отметить, что в этой же “Книге Хеврона” дан подробный список арабов - их более семидесяти человек, - спасших тем или иным образом около трехсот евреев, дав им приют и укрытие в своих домах.

Оставшиеся в живых беженцы хевронской резни были размещены в иерусалимской больнице “Натан Штраус”. Все они находились в столь тяжелом душевном состоянии, что не могли даже давать свидетельские показания. Евреи Эрец-Исраэль и многих других стран начали собирать пожертвования. В Англии, Канаде и Америке были основаны “фонды помощи” для восстановления домов и помощи беженцам. “Комиссия содействия евреям Хеврона”, организованная в Иерусалиме, обратилась с требованием к английским властям, чтобы те взяли под свою защиту оставшиеся в живых семьи, которые хотят вернуться в свои дома, а также возместили им причиненный моральный и физический ущерб. Однако суммы, выделенные для пострадавших, были урезаны вчетверо, да и эти деньги не достались несчастным.

Весной 1931 года 35 семей возвратились в Хеврон в свои разрушенные дома. Арабы их встретили откровенно враждебно. Возглавляли вернувшихся рав Хаим Баджаю и его приближенный Эзра-Франко Хасон. Двум полицейским-евреям было поручено охранять еврейскую общину.

Хотелось думать, что в конце концов наступит долгожданное спокойствие, и еврейская община снова пустит глубокие корни в городе праотцев Хевроне, как это было уже не раз в прошлые времена. Однако беспорядки, вспыхнувшие на Песах 1936 года, одним махом разрушили все надежды. 23 апреля того же года британские власти тайно, под покровом ночи эвакуировали хевронских евреев обратно в Иерусалим.

В Хевроне остался один-единственный еврей - Яаков Эзра, мастер по изготовлению особого сорта хевронского сыра. Шесть дней в неделю он находился там, а к субботе возвращался к своей семье в Иерусалим.

29 ноября 1947 года Организация Объединенных Наций приняла резолюцию о разделе Эрец-Исраэль. А на другой день разразилась война, вошедшая в историю Израиля как Война за независимость.

Хеврон превратился в одну из главных опорных баз арабских вооруженных банд. В основном их вылазки были направлены против поселений Гуш-Эциона - еврейского островка в море арабской ненависти. Жители Гуш-Эциона героически сражались в надежде выстоять, но силы были слишком неравны. Гуш-Эцион пал, а его жители были уведены в плен в Трансиорданию.

Многие годы, вплоть до Шестидневной войны, на еврейские поселения нападали банды федаинов, грабили, разрушали, сеяли смерть. Ими руководили главари арабских банд из Хеврона. Израильские силы безопасности неоднократно совершали рейды в это гнездо убийц, уничтожая их главарей, взрывая склады и военные базы. Удары эти, как правило, были молниеносны, неожиданны и весьма успешны.

В течение долгого времени находился Хеврон под арабской властью. Он как бы отошел на второй план общественной и политической жизни Израиля. Лишь малая часть евреев по-прежнему хранила память о своей духовной и физической связи с Хевроном. Но как только Хеврон в результате победоносной Шестидневной войны был освобожден, туда сразу же устремились тысячи людей, чтобы собственными глазами увидеть город праотцев.

В Песах 1968 года небольшая группа евреев во главе с раввином Моше Левингером приехала в Хеврон с твердым намерением возродить здесь еврейское присутствие. С этого и начинается новая страница в истории Хеврона - города, который никогда не оставляли евреи.

* * *

Последние десятилетия XX века вместили в себя массу грандиозных событий. Но самое значительное из всех - это возвращение еврейского народа на его историческую родину, откуда он был изгнан почти две тысячи лет назад.

Сбываются слова Торы, слова древних пророчеств:

“Даже если будут изгнанники твои на краю неба, то и оттуда соберет тебя Бог, Всесильный твой, и оттуда возьмет тебя, и приведет тебя Бог, Всесильный твой, в страну, которою овладели отцы твои, и овладеешь ею...” (Дварим, 30:4-5).

Еще в древности кто-то из мудрецов заметил, что если народ еврейский слабеет духом и опускается, то вместе с ним и другие народы погружаются во мрак и невежество. Но если Израиль процветает, то вместе с ним возвышается и все человечество.

Народы, жившие, словно в спячке, угнетенные, порабощенные и униженные, вдруг потянулись к свободе. Всем захотелось иметь свою родину, обрести независимость.

В процесс освобождения оказался вовлеченным весь мир. Те, кто еще вчера клеймил нас как агрессоров, оккупантов, захватчиков, сегодня ведут свою борьбу за независимость методами, во многом схожими с нашими. Л мы, день ото дня набирая духовную и физическую силу, превращаемся как бы во все расширяющийся круг Истины. И рушатся прежние связи и представления, низвергаются идолы и морали, философские концепции, учения и верования.

Сыны еврейского народа, осознавая свою связь с родиной и верно оценивая происходящее, оставляют галут и подчиняются воле Всевышнего. Те же, кто пока все еще не решается порвать с галутом, будут вынуждены сделать это, и очень скоро.

Яркий пример тому - бывший СССР. “Гласность и перестройка” Горбачева, ужас Чернобыля, возникновение общества “Память” с его чудовищным фашистским лицом, демонстрации больших и малых народов, требующих самостоятельности и независимости - такова цепь событий, приведшая страну к политическому, экономическому и социальному краху. Те, кто, несмотря на все, все же твердо решили пройти с русским народом его “трагический и прекрасный путь” до конца, переживают голод, разруху, полную бессмысленность скоропалительных “реформ” и полную безнадежность. Если евреи и сейчас не осознают необходимость вернуться на свою родину, то одному Богу ведомо, что с ними может случиться в России, когда под этим бурлящим котлом, под этой пороховой бочкой займется пламень сведения “старых счетов”.

Процесс возвращения на родину, в который вовлечен сегодня еврейский народ, по его значимости сравним разве только с Исходом из Египта.

Хотим мы этого, или не хотим - мир живет и будет жить по законам Торы. А Израиль - его народ и земля - проводники Божественной воли и милости на земле. Это иной уровень бытия и духовного сознания человечества. Поэтому несомненно - самым важным событием XX века будет и есть возвращение евреев на родину.

* * *

Расстановка израильских политических сил, галутный образ мыслей израильских руководителей, их отношение к так называемому “палестинскому вопросу” и арабскому миру привели к тому, что евреи в своем государстве не могут чувствовать себя в безопасности, быть полноправными хозяевами своей земли. Политика властей такова, что большинство военных достижений Израиля оборачивалось поражениями.

В Войне за независимость, в ходе тяжелых кровопролитных боев молодое еврейское государство отстояло свою свободу, доказав всему арабскому миру свою жизнеспособность. Все последующие попытки арабов с помощью военной силы уничтожить Израиль терпели крах.

Однако арабские государства до сих пор не унимаются. Они разработали стратегию действий против еврейской страны, включающую бойкот, засылку на нашу территорию вооруженных банд диверсантов и террористов. Террор стал главным орудием арабских стран против Израиля.

Идеологи арабского национализма провозгласили Израиль неотъемлемой частью “арабского отечества”, а Эрец-Исраэль - чужеродным телом, государством, основанным на принципах религиозной и расовой исключительности. Появилась обширная литература, изображающая еврейскую историю и еврейский генетический тип в самом омерзительном виде. Используя левую революционную идеологию, арабские режимы яростно опровергают “притязания” евреев на свою историческую родину, а Израиль называется “агентом империализма”, действующим против “прогрессивных” правительств Египта, Сирии, Ирака и других арабских стран.

План поэтапной ликвидации государства Израиль начинается с требований вернуть “палестинских беженцев” в их дома и кончается требованием отхода израильских войск к границам, предусмотренным резолюциями ООН пятидесятилетней давности.

Все арабы, оставившие свои дома во время Войны за независимость, сделали это добровольно, по совету своих лидеров. Поток арабских беженцев, рассчитывали они, поднимет всю арабскую нацию на “джихад”, священную войну против Израиля и сионизма. Распространялись провокационные слухи о жестокостях, якобы совершаемых евреями. Сыпались щедрые обещания вернуть беженцев в их дома. Лига арабских государств и Высший арабский комитет Палестины вели широкую пропагандистскую кампанию с целью побудить арабов Эрец-Исраэль “искать временное убежище в соседних странах”. Так началось массовое бегство арабов...

Вот как излагает историю тех событий богатый домовладелец из Хайфы Халим Джубран, выступавший перед американскими журналистами в 1962 году:

“Высшее арабское командование требовало от нас покинуть страну на пару недель, чтобы не мешать военным действиям. Пушки не различают арабов и евреев, говорили они нам, оставьте страну на две недели, зато вернетесь назад с победой, и все еврейское достанется вам” (Краткая еврейская энциклопедия, т. 3, стр. 672).

Число арабских беженцев составило около 600 тысяч. Треть из них осели в Иудее и Самарии, контролируемых в те годы Трансиорданией, примерно столько же - в Газе, сто тысяч в самой Трансиордании, а остальные - в Сирии, Ливане и других арабских странах. На этом их интеграция была искусственно остановлена. Арабские страны четко заявили, что решение проблемы беженцев “устранит живое свидетельство израильских преступлений”. Всеми проблемами беженцев и по сей день, спустя долгие годы, занимаются международные организации.

Надо отметить, что требования арабских стран - вопиющее нарушение всех резолюций ООН, ибо речь идет не о праве беженцев на возвращение, а лишь о решении проблемы в целом.

После второй мировой войны в мире насчитывалось около 40 миллионов беженцев. Решение их проблемы заключалось в необходимости найти им новое местожительство, но отнюдь не в обязательной репатриации.

Следует подчеркнуть, что государство Израиль приняло тогда десятки и сотни тысяч евреев-беженцев из Европы - тех, кто остался в живых после Катастрофы, и кроме того, 800 тысяч евреев-беженцев из арабских стран, вынужденных покинуть свои дома и имущество из-за растущей враждебности со стороны правительств и арабского населения тех стран.

В результате Шестидневной войны израильский контроль был установлен над всей территорией бывшей подмандатной Палестины, т.е. над территориями, на которых проживает большинство беженцев Войны за независимость. Так что Израиль получил возможность принять конкретные меры к решению проблемы этих беженцев. По инициативе израильского правительства и при его финансовом участии тысячи семей из жалких лачуг, где они влачили нищенское существование, стали переселяться в новые современные дома, с электро- и водоснабжением. Были построены дороги, открыты школы, арабские университеты, детские учреждения. Это ослабило на время действенность арабской пропаганды о “страданиях палестинских беженцев”, но позволило сосредоточить все усилия на требовании создать палестинское государство.

Как евреи, так и арабы прекрасно понимают, что Государство Палестина заранее обречено на нежизнеспособность. Оно никогда не сможет принять и абсорбировать сотни тысяч арабов. Основная цель его создания - постоянная военная угроза для Израиля, наличие очага террористической деятельности.

Разветвленная сеть террористических организаций, созданных по инициативе правительств арабских стран, формируется в основном за счет беженцев и располагает учебными базами, самым современным оружием и миллионными средствами. Все эти организации объединены в рамках так называемой Организации Освобождения Палестины, созданной решением Лиги арабских стран в 1964 году для координации террористической деятельности против Израиля.

В 1983 году, в результате Ливанской кампании, ООП раскололась на две основные группировки: проарафатовскую со штаб-квартирой в Тунисе, и просирийскую во главе с Абу-Мусой, расквартированную в Ливане и Дамаске.

Кроме этих основных группировок в составе ООП действуют:

народный фронт освобождения Палестины во главе с Джорджем Хабашем - организация явно марксистско-ленинского толка, поддерживающая тесные связи с радикальными подпольными группами во всем мире и бывшими странами коммунистического лагеря; демократический фронт освобождения Палестины во главе с Хаватмой; народный фронт освобождения Палестины во главе с Джибрилем и еще пять террористических организаций, находящихся под влиянием багдадского и ливийского режимов.

Идеологической платформой их деятельности является “Палестинская Хартия”, принятая в Каире в 1968 году.

Вот некоторые выдержки из этого документа:

“Освобождение Палестины является арабским национальным долгом, призванным ликвидировать сионистское присутствие...”

“Палестинский народ отвергает всякое решение палестинской проблемы, направленной на ее урегулирование, кроме освобождения вооруженным путем...”

“Только война - единственный путь освобождения Палестины...”

Следует сказать, что террористические организации получили официальное признание во многих стран мира, в некоторых даже функционируют их представительства на уровне посольств и консульств. Со времени создания государства Израиль арабский террор не прекращается. Характерной его особенностью является выбор гражданских объектов, нападение на мирных граждан.

Чтобы затруднить ответные израильские акции, террористы намеренно размещают базы в гуще своих же гражданских зданий: в школах, больницах и т.д., используя в целях пропаганды случайно пострадавших детей, женщин, стариков.

В результате Ливанской кампании инфраструктура террористических организаций вблизи северной границы нашей страны была частично разрушена. Террористы оказались разобщенными.

Зимой 1987 года со всеобщей забастовки арабов Иудеи, Самарии и сектора Газы начались беспорядки, которые в устах антиизраильской пропаганды во всем мире получили название “интифада”. Сейчас они приняли форму жестокой необъявленной войны арабского населения против евреев и государства Израиль. В ход пущено все: палки, камни, ножи, огнестрельное оружие. Покушения на солдат и убийства израильских военнослужащих стали обычным явлением. Ни один еврей-работодатель, использующий на своем предприятии или на стройке арабский труд, не может быть уверен, что повернувшись спиной к работ-нику-арабу, не получит удар ножом. Те арабы, которые “сотрудничают” с израильскими властями, в каком бы виде это сотрудничество ни выражалось, самым жестоким образом уничтожаются арабскими же “активистами” в назидание еще не примкнувшим к борьбе против евреев. На сегодняшний день ситуация такова: по одну сторону арабы Эрец-Исраэль, за которыми стоит весь арабский мир, а по другую - Израиль и его будущее. И чтобы у Израиля было это будущее, наш народ должен жить по законам, предписанным Торой, - иначе нашим страданиям не будет конца. Нет и не может быть мира с арабами.

* * *

Мы уже упоминали, что Тора повествует о “разведчиках”, посланных Моше осмотреть землю, на которую должен был ступить народ Израиля. И увидели разведчики “сынов Анака” -людей-великанов, “потомков исполинов”, и были разведчики “в глазах своих, как саранча”, и такими же были они и в глазах сынов Анака.

Об этих же великанах (анаким), живших в ту пору в Хевроне, чьи имена называет Тора: Ахима, Шешай и Талмай - пишет спустя полторы тысячи лет Иосиф Флавий в книге “Иудейские древности”:

“Их рост не поддается описанию. Эти существа не походили ни на одно человеческое существо, жившее когда-либо на земле. Кто их видел, либо слышал, как они выглядят, не верили ни глазам своим, ни ушам. По сей день сохранились кости этих существ. Своими размерами они не сравнимы ни с одним известным людям созданием”.

Вся разница между “разведчиками” заключалась в вере во Всевышнего. Те, кто не верили - видели себя “саранчой” в собственных глазах, ничтожествами, обреченными на погибель. А те, кто верили - видели в этих великанах не более, чем гору мяса, поскольку в духовном плане ощущали себя подлинными гигантами.

Агада сообщает, что Ог, царь Башанский, был одним из анаков, оставшихся в живых после Потопа. Выйдя на войну против Израиля, он выломал кусок скалы, величиною с целую гору, поднял ее над головой, намереваясь одним ударом уничтожить весь народ. Господь же сделал чудо: у Ога ослабла вдруг сила в руках, скала опустилась ему на голову, образовалось отверстие и скала оказалась у Ога на плечах. Взял Моше топор с длинной рукояткой, подошел к Огу и подрубил ему сухожилия на коленях. Ог свалился на землю, и тут Моше окончательно добил это чудовище.

В Шестидневную войну президент Египта Гамаль Абдель Насер, за несколько недель до начала военных действий воодушевляя арабскую нацию, выразился буквально так: “Если двести миллионов мусульман наберут в ладони землю и только бросят ее на Израиль, то даже тогда он исчезнет с карты арабского мира...”

Всему миру известно, чем закончилась Шестидневная война: Египет потерял Синай и Газу, Иордания лишилась Иудеи, Самарии и Восточного Иерусалима, включая Храмовую гору, Сирия отступила с Голанских высот. А “сыны Анака” - все их армии, вместе взятые, оказались наголову разбитыми.

Но кончина гнусного анака Насера - кончина внезапная и пока не совсем объяснимая - потрясает мир до сих пор.

Прекрасно известно, что самое лучшее советское вооружение беспрерывным потоком текло в арабские страны, начиная с Войны за независимость и вплоть до последнего времени. Тысячи арабских офицеров закончили советские военные академии. Десятки тысяч террористов обучались на закрытых военных базах чуть ли не во всех странах социалистического лагеря. Сатанинские планы уничтожения Израиля разрабатывались и осуществлялись с помощью советских военных стратегов, специалистов шпионажа, диверсий, мастеров разрушения государственных структур, растления и духовного опустошения народов.

И тут вдруг случилось нечто странное, необъяснимое: огонь, который советский анак приготовил для нас, вспыхнул в его же собственном доме. Настоящая “интифада” началась между народами “империи сатаны”, и довела ее до полного разрушения.

Вот так рушатся замыслы врагов наших. И не сбыться им и впредь. Еврейский народ должен решить проблему арабов однозначно. Нет и не может быть доброго араба, есть араб непримиримый, одержимый идеей “сбросить всех евреев в море”. Этого забывать нельзя, как нельзя смириться с арабским террором, уносящим жизни евреев - мирных жителей и солдат. Еврей не должен чувствовать себя чужаком в своей стране. Примером поведения для еврея может служить профессор Тавгер, который сочетал в себе честность, справедливость, непримиримость, стойкость и мужество.

Не случайно профессор Бен-Цион Тавгер поселился в Хевроне - наследственном уделе колена Иегуды, рядом с могилами праотцев. Он не вел дневников своей каждодневной войны с израильскими властями в течение десяти лет жизни в Кирьят-Арба.

Эта книга - единственный документ, в котором звучит голос самого Тавгера, волнующее свидетельство его подвига.

* Вступительная статья Э. Люксембурга была написана в 1992 году, в разгар “интифады”, до подписания соглашений в Осло, до автономии, до выхода ЦАГАЛа из большей части Хеврона. События в Хевроне опережают книжные издания...