Ноябрь 2017 / Кислев 5778

ВСТУПЛЕНИЕ

ВСТУПЛЕНИЕ

Вечные странники

Смотри на все с точки зрения вечности.

Барух Спиноза

Евреи оказали миру столько добра и причинили ему столько зла, что мир к ним ни- когда не будет относиться справедливо.

Эрнест Ренан

История вершится в повседневности, но когда человек размышляет о ней, то обычно подразумевает под этим крупные события, чреватые опасностями или же обещающие исполнение великих надежд. Люди, как правило, ощущают поступь истории в эпохи соци- альных катаклизмов. Ход и цели этих событий для человека непостижимы, но всегда опасны и страшны. Но есть и другая история — творчества, поиска, духа, созидающая вековое здание культуры. Прогресс мировой культуры — это непрерывный процесс прораста- ния настоящего из прошлого. Культура — это память, и она, тесно связанная с историей, всегда подразумевает непрерывность интеллектуальной, нравственной и духовной жизни личности и общества.

Сознание человека устроено таким образом, что воспринимает прошлое и настоящее лишь тогда, когда это укладывается в факты истории. Раньше историю творил миф, затем — религия, сейчас — наука. Но сквозь тысячелетнее развитие мировой культуры — мифа, религии, философии, науки, искусства — при всех разрывах, различиях и взрывах, единой нитью тянется общая цель исканий, объединяющая все области проявления духовной мощи человека в освоении окружающего мира и мира в себе.

Масштабы четырехтысячелетней истории евреев — со времен Авраама до наших Д?1ей — всегда поражали воображение. Евреи самоидентифицировались, похоже, раньше всех прочих народов, доживших до сегодняшнего дня, и сумели пройти сквозь все бури и по- трясения. Именно они положили начало интеллектуальному проникновению в область неизведанного. Историк Пол Джонсон пишет: «Ни один народ не стоял так твердо, как евреи, на том, что у истории есть цель, а у человека — судьба. Еще в самом начале своего коллективного бытия они верили, что ими найден заданный свыше путь рода человеческого, поводырем для коего должно послужить их общество. Причем роль свою они проработали удивительно подробно и героически держались за нее перед лицом неимоверных страданий». Иной взгляд мы находим у Эрнеста Ренана: «Этот вечный Иеремия, этот «человек скорбей», вечно жалующийся, подставляющий под удары свою спину с терпением, которое само по себе нас раздражает; это создание, которому чужды все наши инстинкты чести, гордости, славы, деликатности и искусства, это существо, в котором так мало воинского, так мало рыцарского». Отто Вейнингер вообще отказывает евреям в праве иметь великих людей, в праве на гениальность.

Между тем, история ясно свидетельствует: евреи — важная составная часть мирового культурного процесса. Этот народ дал миру немало ученых, музыкантов, литераторов, философов, художников, актеров, государственных деятелей. Все они были создателями универсальных ценностей. И в этом отношении вопрос о том, были ли евреями Моисей или Маркс, Гейне или Кафка, лишается содержательного смысла. В любом случае влияние еврейской культурной традиции на формирование образа мыслей и стиля творчества той или иной великой личности бесспорно. В творческих взлетах великих представителей еврейского народа запечатлены достижения общечеловеческой культуры. Эти личности в высших проявлениях философии, науки, искусства в полном смысле слова творили мир. Своим интеллектом, волей, энергией, талантом они разрушали традиционное, косное пространство устоявшейся культуры. Многие из них, как подвижники, осуществляли свою миссию через самопожертвование и духовную работу, преодолевая ограниченность мира культуры.

Каждый выбирает для себя —

Женщину, религию, дорогу,

Дьяволу служить или пророку,

Каждый выбирает для себя.

(Ю. Левитанский)

Одной из самых влиятельных книг человечества стала Библия. Евреи сумели первыми создать логически выстроенную историю. Еврейство — это во многом воля, пассионарность, национально-религиозное самоощущение. Поставленные историей и окружающим миром в экстремальную ситуацию, они демонстрировали чудеса выживаемости, силу духа и интеллектуальной мощи. Генрик Ибсен так объяснял феномен сохранения евреями своей индивидуальности: «Благодаря чему иудейский народ, эти аристократы человечества, сохранил свою индивидуальность, свою позицию, вопреки всякому насилию? Благодаря тому, что ему не приходилось возиться с государственностью. Оставайся он в Палестине, он давно бы погиб под тяжестью своего государственного строя, как и все другие народы». Аристократизм евреев, о котором упоминает великий драматург, — это их социальная неприкрепленность, в некотором роде свобода. В тысячах и тысячах еврейских семей звучал монолог, обращенный к враждебному для них внешнему миру: — Вы считаете нас людьми второго сорта! Вы обрекаете нас на нищету и беспросветное существование!

Но мы не желаем быть такими. Мы не будем гнушаться никакой работы. Мы будем закройщиками, портными, менялами, лавочниками, но наши семьи не умрут с голоду. Наши дети получат образование, даже если мы будем себе во всем отказывать. И ребенок будет с утра до ночи играть на скрипке или думать над шахматами, чтобы выбиться в люди и жить лучше, чем его родители.

Общеизвестно особое отношение евреев к образованию, учености, знаниям, что во многом обусловлено культурно-религиозной традицией. Иудаизм связывает высокий престиж образования с тем, что знание есть высочайшее и чистейшее блаженство, которого чело- век может •добиться уже в этом, земном мире. Учение— занятие сугубо нравственное. Талмуд говорит: «Ученый важнее царя Израиля, потому что, если ученый умрет, некому будет его заменить, а если умрет царь, то весь Израиль может его заменить». В средне- вековье, когда население европейских стран было почти поголовно неграмотным, большинство евреев умели читать и писать. В XII веке один из монахов свиде- тельствовал: «Еврей, даже бедный, у которого десять сыновей, всех учит грамоте, и не только сыновей, но и дочерей, и не для выгоды, а для познания закона Божия».

Ученость в иудаизме приравнивается к богатству и успеху. Лишь тот заслуживает уважения, кто благодаря своему упорному труду, способностям, усердию сумел добиться благополучия и успеха. Но даже если ученый человек остался беден, он достоин всяческого уважения за то, что сумел приобрести знания. У евреев всегда считалось почетным породниться с ученым человеком, жениться на его дочери или взять в мужья его сына. Обида, нанесенная ученому, являлась тяжким грехом. Обидеть такого человека значило оскорбить Слово Божье. Сохраняемое во многих семьях и поныне традиционное уважение к образованности, пиетет к мудрецам объединяет евреев не в меньшей степени, чем язык, мироощущение и образ жизни.

Труд, творчество, деятельность в иудаизме рассматриваются как призвание. Человек, реализуя свою миссию в земном мире, стремится к успеху. Он не может отречься от своего Я, но в силах подчинить свою индивидуальность общезначимой деятельности. И чем 60лее одарен человек, тем больше пользы он приносит обществу и сам, в свою очередь, становится выше как личность. Культурно-религиозная традиция еврейства формировала веру в то, что успех зависит от самого человека. Достижение целей, которые человек поставил перед собой, вместе с тем означало реализацию духовных устремлений.

Скитания и лишения закаляли характер, формировали повышенную способность к выживанию. Торговля, ростовщичество, финансы — сферы, приносящие наибольшие доходы, со временем становятся как бы «еврейскими» профессиями. Это обстоятельство и стало во многом основой для формирования в европейском сознании образа «жадного и хитрого» еврея, который грабит «добрых христиан».

Надежда на то, что когда-то все изменится к лучшему, желание переделать мир, который к ним так несправедлив, становится неотъемлемой частью еврейской культурно-исторической традиции. Сознательно или интуитивно опираясь на нее, эту традицию, Аль- берт Эйнштейн, Карл Маркс, Зигмунд Фрейд, Норберт Винер — эти величественные фигуры новаторов планетарного масштаба, меняли наше восприятие мира и увеличивали власть над ним, трансформировали мышление. Если Христофор Колумб открывал новые миры в географическом пространстве, то Лев Троцкий творил «новый мир» в социальной реальности. Франц Кафка, Борис Пастернак, Осип Мандельштам, Иосиф Бродский создавали новую философско-художественную модель отношений человека и общества. Они несли людям знание о том, что мир совсем не таков, каким он выглядит. Рушился прежний миропорядок, создавалась новая Вселенная.

По оценке Пола Джонсона, евреи были не просто новаторами, но лицом всего человечества, высвечивая в чистом виде все те дилеммы, которые неизбежно встают перед нами. Открытие Эйнштейном того, что пространство и время являются относительными, а не абсолютными измерениями, равноценно по воздействию на наше восприятие мира открытию перспективы в искусстве, общая теория относительности изменила ньютоновскую картину мира. Фрейдовский психоанализ и марксизм до сих пор остаются весьма влиятельными системами мысли.

История евреев всегда была историей их взаимодействия с окружающим миром культуры. Великие евреи формировались в пространстве той национальной культуры, где они появились на свет и состоялись как личности. В 1922 году Лондонский университет вместе с Еврейским историческим обществом чествовал пять «еврейских философов» — Филона Александрийского, Маймонида, Спинозу, Фрейда и Эйнштейна. Все они сформировались в русле определенной национальной культуры: греческой, немецкой и т.п. Поэтому не имеет смысла отрывать Иосифа Бродского, Марка Бернеса или Леонида Утесова от русской культуры, Жака Оффенбаха или Джакомо Мейербера — от французской, Амедео Модильяни или Чезаре Ломброзо — от итальянской, Элиаса Канетти — от австрийской, Имре Кальмана — от венгерской. Все они — носители культуры общечеловеческой. Особенно ярко проявилось это, пожалуй, в науке, самой космополитичной сфере человеческой деятельности. Недаром из почти пятисот ученых и писателей, которым в XX веке присуждалась Нобелевская премия, каждый шестой — еврей.

 

Мировоззренческая основа еврейства

При всей вовлеченности евреев в общемировой культурный процесс всегда заметную роль в их жизни и деятельности играли культурно-религиозные традиции, система ценностей. С момента рождения и до своей смерти человек формируется и развивается в пространстве определенной культуры. Человеческая личность и индивидуальность обусловлены традицией, религией, языком, воспитанием, образованием, обычаями. Еврейская идентичность всегда строилась на общности языка, религии, традиции и культуры. Но существенную роль при этом играл негативный опыт трагического прошлого, выступающий мощным консолидирующим фактором. Пожалуй, прав был Бердяев, когда писал: «Евреи — народ особый, исключительно религиозной судьбы, избранный народ Божий, и этим оп- ределяется трагизм их исторической судьбы. Избранный народ Божий, из которого вышел Мессия и который отверг Мессию, не может иметь исторической судьбы, похожей на судьбу других народов».

По словам Голды Меир, быть евреем — значит не только соблюдать религиозные установления, главное — гордиться тем, что принадлежишь к народу, в течение двух тысяч лет сохранившему свое своеобразие, несмотря на все мучения и страдания, которым он подвергался. Особый духовно-интеллектуальный склад, который культивировался в еврейских семьях, прежде всего в городской среде, особое отношение к знаниям и культуре — именно это отличало их индивидуальность и самобытность.

Евреи появились в пространстве Истории сравнительно поздно. Истоки этого народа восходят к временам патриархов Авраама, Исаака и Иакова, то есть к XVIII — XVII векам до н.э. Египет в тот период был уже мощным государством, имеющим великую культуру. В Месопотамии начал возвышаться Вавилон. В Финикии и Ханаане возникли первые города-государства. Но все они со временем стали достоянием истории, исчезнув с поверхности земли. А маленький пастушеский народ, превратившись в вечного странника, навсегда вошел в мировую историю и культуру через Библию. Именно образ Бога в еврейской культуре является, пожалуй, ключом к пониманию иудаизма и еврейского мироощущения. Постоянная прочная связь иудаизма с божественными установлениями выделила евреев среди прочих этнических и религиозных общностей.

Эрнест Ренан так пишет об эпохе патриархов: «Призвание Израиля еще не стало очевидным. На челе этого народа нет еще вполне ясного знака, который отличал бы его от соседей и сородичей. Но детство избранных полно смутных предвестий и предзнаменований, которые становятся понятными только впоследствии». Традиционно считается, что приблизительно в 1250 — 1230 годах до н.э. Бог явился евреям у горы Синай на пути из Египта в Землю Обетованную и заключил с ними Завет (союз). После Синая на смену племенному делению израильтян постепенно приходит осознание себя единым народом, когда все племена (колена) стали подчиняться новой конституции — единому закону, который, зародившись приблизительно во II веке до н.э., окончательно сложился в эпоху Талмуда (с 332 г. до н.э. до 430 г.).

Впоследствии рассеянные по всему свету евреи никогда не теряли собственного культурного облика и веры в свое призвание. Как говорит Георгий Гачев, «еврейство замыкается в себе, внутри него — любовь, нежность, мягкость, взаимопомощь». Как же удалось им сохранить свой национально-религиозный образ жизни и свою сущность на протяжении множества веков, пребывая на положении меньшинства в зачастую враждебном окружении христианского или мусульманского мира? Прежде всего потому, что в еврейском обществе иудаизм был основой общенародной жизни и мировоззрения. И это, в сочетании с мессианской мечтой о реализации коллективного предназначения Израиля, пропитывало всю общинную жизнь евреев даже в самые тягостные времена их существования. Немаловажную роль играли и общественные санкции общины.

613 заповедей иудаизма, обеты, традиции, неукоснительно поддерживаемый образ жизни — все это предохраняло от распада еврейство, которое существовало среди чуждых народов. По замечанию Гачева, еврейство свернуло себя с земли — в Книгу и вернуло себя в родную плоть и кровь: в чистоте пронести через множество поколений особое семя и ген. Важную роль в консолидации евреев играла синагога, которая в диаспоре всегда выступала как оплот еврейства в среде иноверцев. Разбросанные по всему свету, но объединенные синагогой и раввинистической традицией, евреи сопоставляли себя с народами тех стран, в которых они обосновались, что способствовало более четкому осознанию своих культурных, религиозных и бытовых особенностей. Так что их святость определялась не отдельными людьми, а национально-религиозной культурой, которую евреи усваивали уже в детстве.

В конце XVIII века начинается период еврейского просвещения — Гаскалы, что влечет за собой эмансипацию евреев по всей Европе. В результате новых либеральных тенденций в Европе и ослабления христианских религиозных идей евреи обрели возможность выйти׳ за пределы своей общины и стать гражданами новых национальных государств. Историческая концепция универсальной еврейской нации теряет свою значимость, становится все более расплывчатой. Отныне евреи оставались таковыми по собственному выбору, на основе субъективных ощущений, а не в силу того, что их кто-то обязывал придерживаться еврейских ценностей и идеалов. По замечанию Бориса Парамонова, ассимиляция есть прямое нарушение воли Бога. Ассимилированный еврей — это еврей богооставленный. Если ассимилированный еврей сохраняет гений, он становится русским, польским, французским гением.

В условиях Гаскалы евреи все активнее вовлекались в окружающий мир. И возникала дилемма, для евреев особенно острая и болезненная, — они стремились стать личностью, а образ жизни, религия загоняли их назад, в мир традиционного существования. Выйти из черты оседлости — значит влиться в окружающую жизнь, но в то же время это означает перестать быть евреем. Включаясь в самые разнообразные сферы жизнедеятельноети и творчества, евреи одновременно становились творцами уже не только еврейской, но и национальной культуры тех стран, где они проживали. Гачев по этому поводу пишет так: «Немецкий композитор Феликс Мендельсон-Бартольди, немецкий национальный поэт Генрих Гейне, космополитический мыслитель крещеный еврей Карл Маркс... Дизраэли, Бергсон, Эйнштейн, Фрейд, Пастернак, Троцкий, — какое им и всем дело до их еврейства по происхождению? Они в этом смысле совершенно денационализировались — и были по- терей, беглецами, блудными детьми, уродами в семье».

Национальный характер евреев формировался веками, в том числе и под влиянием традиций стран, где они жили или живут сейчас. Все древние народы растворились в тумане истории. Евреи сумели сохраниться, ибо так пожелал Господь. А вера в него как историческую силу, вне зависимости от того, существует Господь или нет, превращается в движущую силу истории. Правда, многие исследователи сомневаются, что современные евреи восходят к тому же генеалогическому древу, что и их далекие предки. Ведь где бы евреи ни оседали, они неизбежно смешивались с местным населением. Многие, в нарушение запрета, заключали браки с неевреями. Но и сегодня значительное число иудеев предано своей древней религии. Евреи в основе своей всегда верили в то, что они — народ особый, избранный Богом. Они верили в это так страстно и истово, что стали им. Эти бродяги по диким полям истории сами сотворили сценарий своей истории и своей судьбы и твердо следуют ему.

 

Антисемитизм и консолидация еврейства

Встреча двух разных миров в истории культуры неизбежно обрастает непониманием, недоразумениями и мифами, когда формируются стереотипы для любви и для ненависти. Евреи слишком хорошо помнят о ненависти, объектами которой они были, и поэтому они всегда болезненно реагируют на проявления антисемитизма. Вместе с тем многие полагают, что именно погромы и ненависть сохранили евреев евреями, в противном случае они растворились бы в культуре тех народов, среди которых жили.

Если верно, что характер человека формируется в детстве, то погромы и ненависть стали одним из определяющих факторов в становлении духовного мира и жизненного ощущения еврейских детей. Голда Меир пишет: «Со страхом связано одно из самых отчетливых моих воспоминаний. Вероятно, мне было тогда года три с половиной-четыре. Мы жили в Киеве, в маленьком дойе, на первом этаже. Ясно помню разговор о погроме, который вот-вот должен обрушиться на нас. Конечно, я тогда не знала, что такое погром, но мне уже было известно, что это как-то связано с тем, что мы евреи, и с тем, что толпа подонков с ножами и палками ходит по городу и кричит: «Христа распяли!» Они ищут евреев и сделают что-то ужасное со мной и с моей семьей».

Еврейская история полна примеров гонений. Один из первых — судьба еврейской общины в Александрии Египетской — торговом и интеллектуальном центре эллинистического мира. Расположенный к евреям Александр Великий даровал им те же права в этом городе, что и грекам. Именно тогда евреям досталась завидная роль экономических посредников. Еврейская община преуспевала. Но после захвата римлянами Греции снова началось преследование евреев. То же происходило в завоеванной арабами Испании, где по своим богатствам испанские евреи не уступали самому халифу.

Народы, среди которых евреи жили, нередко высоко ценили их трудолюбие и энергичность и предоставляли им возможность добиться успеха, опираясь на свои достоинства. Однако зачастую и презирали их за культурную замкнутость и изолированность или же зави- довали их успехам. Почему евреи подчас воспринимались как «кошмар наций»? Мартин Бубер писал: «До сих пор нашего существования хватало лишь на то, чтобы сотрясать троны идолов, но не на то, чтобы воздвигать трон Господень. Именно в силу этого наше существование среди народов столь таинственно. Мы претендуем на то, чтобы научить абсолюту, но в действительности лишь говорим «нет» другим народам, или, пожалуй, мы сами являем собой такое отрицание и ничего больше. Вот почему мы стали кошмаром наций».

Эрнест Ренан, пытаясь понять корни антисемитизма, рассуждает так: «Еврей хотел пользоваться преимуществами нации, не будучи нацией, не участвуя в тяготах, лежащих на нациях. Ни один народ никогда не мог этого терпеть. Несправедливо требовать себе прав члена семьи в доме, который вы не строили». Со времени средневековья можно уже говорить о возникновении антисемитизма. Обостряются экономические и социальные противоречия между местным населением и еврейскими общинами. Еврейство уже тогда являло собой своеобразный прототип будущего буржуазного общества — капиталисты, торговцы, ремесленники. Начинается массовая депортация евреев: Англия — 1290 год, Франция — 1394 год, Испания — 1492 год.

В чем причины гонений на евреев? Рассеянные по миру, они повсюду оказывались в меньшинстве, исповедуя «странные» обряды и обычаи. По Б. Парамонову, «еврей в диаспоре — загадка и тайна человечества. Если угодно, в истории есть только одна тайна, и эта тайна — еврей». Обостренное чувство национальной принадлежности, память о прошлом, закрытая религиозная и социальная структура — все это помогало евреям выжить. Но именно в силу этого они нередко и становились объектом ненависти и погромов.

В условиях притеснений и периодических взрывов антисемитизма еврейство через века пронесло в душе надежду на то, что когда-нибудь все изменится к лучшему, желание перестроить мир, который так к ним несправедлив. Даже отказавшись от иудаизма, эмансипированные евреи так и не смогли встать наравне с соотечественниками-христианами. Они по-прежнему периодически ощущали антисемитизм. В этих условиях и зародился сионизм как коллективная реакция на страдания евреев.

У его истоков стояла группа молодых еврейских интеллектуалов. Писатели, журналисты, историки, воспитанные на ценностях еврейской культуры и ощущавшие «вечное одиночество» еврейства, — они вознамерились/изменить наконец-то судьбу своего гонимого народа. Именно тогда, в конце XIX века завершается процесс правовой эмансипации евреев в западноевропейских странах. Начинается их вхождение в европейскую культуру и политическую жизнь. Ответом на это стала новая волна антисемитизма. Именно тогда отцы сионизма переосмыслили религиозно-мистическую идею в рациональный проект. Лидером движения становится Теодор Герцль.

В августе 1897 года в Базеле на Первом всемирном сионистском конгрессе была создана Всемирная сионистская организация. Большинство делегатов конгресса прибыли из России, где еврейский вопрос был особенно острым. Нынешний Израиль является воплощением идеи и веры евреев. Израиль — это Земля Обетованная. Политически существование этого государства опирается на резолюцию Организации Объединенных Наций, этически — на тяжкий урок Холокоста.

Своим возвращением в Палестину и созданием государства евреи повторили исход из Египта, перейдя из рабства в свободу и наполнив историческое предание особым смыслом. Но переход этот дается им не менее трудно и болезненно, чем выход из египетского рабства.