Ноябрь 2017 / Кислев 5778

РАЗДЕЛ 3 ИЗУЧЕНИЕ ТОРЫ И СОХРАНЕНИЕ ТРАДИЦИИ ХАСИДЫ, МИТНАГДИМ И ОТВЕТ РЕФОРМЕ 1730-1870 гг.

РАЗДЕЛ 3 ИЗУЧЕНИЕ ТОРЫ И СОХРАНЕНИЕ ТРАДИЦИИ ХАСИДЫ, МИТНАГДИМ И ОТВЕТ РЕФОРМЕ 1730-1870 гг.

Среди трагедий и хаоса в еврейской жизни, вызванных погромами, ложными мессиями, Реформой и социально-политическими переменами в Европе, была одна светлая константа, которая гарантировала продолжение еврейской жизни и традиции. Это умножение изучения Торы, учености и книг. Как будто внутренний голос Израиля твердил себе, что лучшей защитой от всех внутренних событий будет интенсификация изучения Торы и усиление познаний в Торе. Взрывное распространение знания и творчества усилили первичность Торы в еврейской жизни, пробудили силы традиции и веры. Евреи повторяли слова царя Давида: «Если бы не Тора Твоя, отрада моя, пропал бы я в бедствии моем».1

Потоки еврейской учености широко разливались в восемнадцатом веке. Интерпретации Талмуда, основанные на трудах Раши,2 Тосафот3 и Ришоним4 продолжались и расширялись многими выдающимися учеными семнадцатого и восемнадцатого веков которых просто невозможно полностью перечислить. Как обычно, многих выдающихся ученых того времени мы просто не знаем, потому что они не оставили письменных работ.

Множество рукописей не было опубликовано, потому что у авторов не было на это денег. Эти рукописи, как и очень редкие и больше не печатаемые книги, были уничтожены Катастрофой, и это еще одна из неисчислимых потерь этого века. Нижеследующее перечисление только беглый взгляд на интеллектуальную мощь золотой эры творчества в Торе.

Среди главных комментаторов Талмуда этого времени следует назвать Яакова Йегошуа Фалька (16801754), раввина Фракфурта на Майне. Его труд При Йегошуа - один из основных в талмудической интерпретации. Другой выдающийся пример из этой же сферы - рав Йехезкель Ландау (1713-1793) из Праги. Его книга Целах (акроним Циюн ленефеш хая) обрела широкую популярность и высоко ценилась. А сам он был одним из крупнейших законоучителей своего времени. Его ответы на галахические вопросы были изданы под названием Нода беЙегуда. Эта книга стала классикой раввинской литературы и служила базой для начала многих последующих дискуссий о проблемах, поставленных современностью, развитием технологии и общества в Европе.1 Рав Ландау также принял активное участие в том, чтобы погасить пламя, поднятое обвинениями рава Яакова Эмдена против рава Йонатана Эйбишица. Он также решительно протестовал против перевода Библии на немецкий язык, который сделал Моисей Мендельсон, он верно предвидел, что его реформы поведут к ассимиляции и смешанным бракам.

Еще одним великим ученым того времени был рав Пинхас Горовиц (1730-1805), который стал раввином Франкфурта на Майне в 1771 году. Он родился в Литве и стал последователем ранних хасидских учителей. Его два главных комментария к Талмуду, Афлаа (к трактату Ктубот) и Макнэ (к трактату Кидушин) - выдающиеся примеры научного анализа и глубокой интерпретации, как и его комментарий к Торе - Паним яфот. Эти работы потом стали основными при начальном изучении Талмуда.

Два полных комментария к Иерусалимскому Талмуду были опубликованы в восемнадцатом веке. Для многих этот первый Талмуд оставался закрытой книгой, потому что не был снабжен таким подробным комментарием, как последующий Вавилонский Талмуд. Рав Моше Марголис (первый учитель Гаона из Вильно) из Кайдана (Литва) написал для этого Пней Моше. После его выхода второй комментарий, Корбан аэда, составил рав Давид Фрэнкел из Дессау (потом из Берлина). Он покрывает примерно половину этого Талмуда и более детализирован, чем первый комментарий. Вместе эти разъяснения позволили студентам изучать этот Талмуд, который с тех пор обычно печатаю вместе с этими комментариями.

Один из главных научных вкладов этого века сделал рав Арье Лейб акоэн Геллер (1754-1813) из Стрый (Галиция, Польша). В 1788 году он опубликовал свой великий труд Кцот ахошен, комментарий к разделу Шулхан аруха (главного, классического свода еврейского закона) по финансовым и гражданским вопросам. Его работа - это классический юридический анализ, разделяющий абстрактные законодательные концепции на основные компоненты. Его способность выявить концептуальные нюансы в почти аналогичных случаях разрешила многие трудные текстуальные проблемы о высказываниях Талмуда и Свода закона и разрешила многие конфликты в самом законе. Блеск этой работы сделал ее чрезвычайно популярной у современников и последующих поколений. Эта книга стало одной из основных в ешивах Литвы в следующем веке и до сих пор используется как образец раввинистической мысли и талмудических рассуждений. Он создал и другие важные работы, но они не получили такого распространения как этот шедевр.

Рав Яаков Лорбербаум из Лисы (1760-1838) написал Нетивот амишпат, сопутствующую Кцот ахошен. Обе эти работы были включены в Лембергское (Львовское) издание Закона в 19 веке и теперь считаются базовыми текстами законотворчества. Рав Яаков Лорбербаум написал еще много работ к Талмуду, Законам и Писанию и галахический комментарий к порядку молитв.

Еще один очень важный комментарий к Своду закона, При мегадим, вышедший в 1760 году, создал рав Иосеф Теомим (1712-1792), который сначала был меламедом (учителем начальной школы) в Лемберге, а потом раввином Франкфурта на Одере. Это комментарий на комментарии к Орах хаим и Йорэ деа - разделам Шулхан аруха, где он объяснял комментарии рава Давида аЛеви (Таза), рава Шабтая Коэна (Шаха) и рава Авраама Абале Гомбинера (Маген Авраам). Он интерпретировал трудные места и давал ясные обзоры разбираемой темы. Рав Теомим был не только выдающимся талмудическим ученым, но прекрасно владел ивритом и его грамматикой и обладал потрясающей логикой. Его введения к раздела Шулхан аруха - модели аналитической логики и упорядоченного изложения фундаментальных принципов и концепций, лежащих в основе групп законов. С тех пор почти все стандартные издания Шулхан аруха включают и комментарий При мегадим.

Умножение комментариев к Шулхан аруху угрожало затмить простоту самой работы. Столько усилий вкладывали ученые в изучение и анализ блестящих и стимулирующих суперкомментариев, что авторитетный характер самого источника уменьшался. Особенно для тех, кто не был ученым, им нужен был краткий и ясный свод закона, изложенный простым языком, описывающий повседневные практические ситуации.

Первым взялся за эту задачу рав Авраам Данциг (1748-1820). Он был учеником рава Йехезкеля Ландау из Праги и судьей в бейт дине (раввинском суде) Вильны во время Гаона из Вильно. Его два основных произведения были Хаей Адам и Хохмат Адам. Первое разбирает все религиозные законы о молитвах, благословениях, субботе, праздниках и тому подобное. Второе говорит о законах питания, ритуальной чистоте, трауре и похоронах. Обе книги стали основным законом для большинства восточноевропейских евреев. Они были написаны в этическом тоне и вселяли в читателей энтузиазм благочестия и служения Творцу.

Еще одним великим ученым того времени был раби Акива Эйгер (1761-1837), рав Позена в Пруссии. Его глубокая аналитическая респонса и работа о Талмуде до сих пор важная часть расписания всех ешив, постоянно выходят новые издания его работ. Он был великим ученым и непревзойден в поведении и скромности. Он был тестем рава Моше Софера, Хатам Софера, достижения которого мы уже обсуждали в этой книге.

Рав Яаков Райшер (время расцвета 1715-1730) был автором известной книги Швут Яаков и комментария к Шулхан аруху - Хок Яаков. Рав Йехезкель Катцеленбоген (время расцвета 1713-1740, умер в 1749), рав АльтоныГамбурга, был автором раввинской респонсы Кнессет Йехезкель. Рав Меир Айзенштадт (умер в 1744) помогал возродить традицию учености Венгрии после вторжения Австрийской армии, разрушившей еврейскую жизнь. Он издал авторитетную респонсу Паним меирот. Рав Хаим Коэн Рапапорт (процветал в 1750-1780), раввин Львова, который упорно противостоял ереси Яакова Франка в

Польше и был одним ведущих ученых своего века, также создал книгу респонс, носящую его имя. Рав Иегуда Ашкенази, даян Тиктина, выпустил в 1725 году краткий комментарий Беер хейтев к Шулхан аруху. А рав Хизкия да Сильва (1659-1695) издал в 1705 году важный комментарий При хадаш.

Первую знаменитую раввинистическую энциклопедию Пахад Ицхак создал рав Ицхак Лампронти (16791756), раввин Феррары (Италия), он был врачем, лингвистом и философом (и учителем Рамхаля). Он расположил в алфавитном порядке все темы, которые обсуждает Талмуд и последующая законодательная литература. Эта книга стала стандартным текстом для ссылок всех последующих работ раввинов в сфере Талмуда, Шулхан Аруха и респонс. Первые шесть томов его труда вышли при жизни автора, а остальное оставалось в рукописи до середины девятнадцатого века, когда было опубликовано в Германии. Это великая энциклопедическая работа, выполненная без компьютера, помощников и других вспомогательных средств, остается классикой и основой для всех последующих трудов подобной формы и цели.

Среди знаменитых сефардских раввинов того времени надо упомянуть рава Иегуду Розанеса (1657-1727) из Константинополя, автора Мишне лемелех, комментария к Рамбаму; рава Иом Това Альгази (1727-1802) из Турции и Израиля, автора респонсы Рит Альгази; и великого библиофила и ученого рава Хаима Давида Азулая (1724-1806), называемого акронимом Хида. Он был плодовитым автором и, собирая средства для сефардских евреев Иерусалима, он много путешествовал. Он посещал библиотеки по всему миру6, идентифицируя и копируя утерянные еврейские манускрипты. Его влияние на еврейскую ученость было широким и длительным. Рав Хаим ибн Атар (1696-1743) эмигрировал из Феса в Иерусалим в 1742 году и умер там годом позже. Он создал выдающийся комментарий к Торе, Ор ахаим (акадош), получивший всеобщее признание и уважение, интерпретируя Тору и на простом и на кабалистическом уровне.

Тест цивилизации, ее жизненности - духовная и интеллектуальная сила в тяжелые времена. Когда еврейский мир сотрясали события восемнадцатого века, изучение Торы и творчество в этой сфере было почти непревзойденным, исключая великие достижения одиннадцатого и двенадцатого веков. Эти замечательные достижения свидетельствовали о жизненной силе традиционной еврейской жизни перед новыми бедами, которые ожидали ее. Способ выживания Торы и еврейского народа был установлен тогда для последующих веков. Несмотря на все сопротивление и посягательства, Израиль будет жить, а интенсификация изучения Торы останется средством, которое будет гарантировать его выживание.

1 Псалом 119:92.

3 Рабейну Шломо Ицхаки (1030-1096), учитель Израиля и главный комментатор Библии и Талмуда.

3 Несколько сот французских и немецких ученых. Многие из них были учениками или внуками Раши. В 12-13 веках они создали комментарий к Талмуду, ставший основой его дальнейшего изучения.

4 «Ранние» - другие комментаторы Талмуда, в основном из Испании, Северной Африки, Германии и Франции, с одиннадцатого до пятнадцатого веков.

5 Таких как вскрытие трупов, бритье бороды, ношение «нееврейской» одежды и так далее.

6 Включая Ватикан

ХАСИДИЗМ - Бааль Шем Тов

Пертурбации в еврейской жизни девятнадцатого века происходили не только в Центральной и Западной Европе. Хотя ветры «эмансипации» и «разума» не легко преодолевали царские границы, в конце концов они достигли и Восточной Европы. Нищета, враждебность властей и окружающего населения, погромы побуждали евреев искать выход и строить надежды. Евреи на Западе в поисках смысла и цели обратились к внешнему миру, а на Востоке в основном внутрь, обретая надежду и силу в древней традиции и вере, но по-новому. Движение, которое осуществило эту перемену и вызвало острое столетнее противостояние, стало называться хасидут - хасидизм, а его сторонники - хасидами.

Окутанный легендами и рассказами о чудесах, хасидизм, его философия и мистика, исходил от личностей, его определяли не теории и исторические силы. Эти личности обладали выдающимися качествами и производили такое впечатление на людей, что смогли создать новое еврейское движение. Хасидизм так разнообразен, что трудно описать его в целом. Фактически, это не «движение» с единой программой и организационной структурой. Его можно описывать только в деталях и историях отдельных цадиков1 и лидеров, чтобы понять общее.

Основал хасидизм рав Исраэль бен Элиэзер по прозвищу Бааль Шем Тов (Владелец Доброго Имени). В еврейской истории так называли нескольких людей2. Он родился 18 элула 1698 года (или 1700 года) в деревне Окопы в польской провинции Подолия, около Днестра. Здесь начинаются легенды.

Исраэль родился, когда отец был стариком, и скоро остался сиротой. Он был необычный ребенок, в двенадцать лет уже помогал учителю, наблюдая за младшими детьми, провожая их в школу и домой. Скрытый праведник, он иногда выполнял работу резника или простого рабочего. Он ходил из деревни в деревню, казалось, без особой цели. Затем женился на сестре известного ученого рава Гершона Китовера, который вначале стыдился нового родственника. Бааль Шем Тов присоединялся к группам благочестивых людей, а потом несколько лет провел в изоляции в горах, в Карпатах рядом с Китовым. В итоге он осел в маленьком городе Тлусте в польской Галиции. Там, в возрасте тридцати шести лет он «раскрыл» себя и приобрел широкую известность как целитель и святой человек. Потом он стал посещать еврейские города и местечки Подолии, Волыни и Галиции, привлекая многочисленных последователей.

Он начал проповедовать основные положения, которые подчеркивал хасидизм в еврейском учении. Творец находится везде. Величие Его творения. Важность и значительность человека во вселенной. Влияние, которое человек и его действия оказывают на Самого Творца.3 В зле всегда есть добро, потому что ничто не может существовать, если нет в нем искры святости. Молитва - ключ к Б-гу и первое средство духовного подъема Израиля, главная поддержка еврейской жизни и его первое дело. Ежедневное омовение в микве4 - предпосылка духовного очищения. Радость - необходимый фон еврейской жизни, а пессимизм и депрессия ведут к греху и духовной апатии. Энтузиазм и сознание присутствия Б-га - главные условия для изучения Торы и исполнения мицвот. Заповеди надо исполнять эмоционально, чувствуя их святость. Молиться следует с предельной концентрацией (,каваной). Изучать Тору и исполнять заповеди - только с чистыми намерениями, без всяких посторонних мотивов, ради исполнения воли Творца. И наконец: цадик (святой человек) соединяет еврейский народ в одно тело Израиля и служит связью между Создателем и массами, которые могут быть неспособны к духовному подъему сами.

Ни одна из этих идей не была новой для иудаизма,5 но их комбинация создала новую, почти революционную программу. Наряду с этим, хасидут делал большой упор на кабалу в теории и поведении. С середины шестнадцатого века влияние Кабалы Аризаля на раввинов все росло, но история Шабтая Цви вынудила изучать ее в дальнейшем подпольно. Ее знание и использование запрещалось для необразованных еврейских масс. Это предубеждение к Кабале еще усилилось после Якова Франка.

В 1756 году Ваад арба арцот, Совет четырех земель, постановил, что изучать кабалу разрешается только мужчинам старше сорока лет. Это нарушил хасидизм, который поставил Зоар (основную книгу кабалы) на первый план еврейской жизни.

6Исходя из мистического взгляда на жизнь и Тору, он изменил ряд обычаев, давая предпочтение кабале перед принятым законом. Кроме того он поменял общий нусах 7молитвы своих последователей с традиционного ашкеназского на сефардский, поскольку он был больше ориентирован на кабалу 8 Бааль Шем Тов ввел и новый способ изготовления и заточки ножей для резки скота (гихиты). Это тоже вызвало протесты, хотя потом было общепринято. Короче, к моменту своей смерти 6 сивана 1760 года Бааль Шем Тов вызвал бурю в восточноевропейском еврействе. Это движение с его революционной страстью и благочестивым рвением навсегда изменило еврейское общество.

1 Праведники, представляющие душу Израиля, лидеры, друзья, советники, посредники между Б-гом и человеком, какими их считали их последователи.

2 Айзенштайн в своей энциклопедии Оцар Исраэль перечисляет пять Бааль Шемов. Даже рав Хай-гаон и Кузари их обсуждают.

3 См. Кдушат Леви ребе Леви Ицхака из Бердичева, парашат Насо. Он пишет, что фразу «Б-г - твоя защитная тень» можно понимать так: тень отражает то, что делает человек - и Б-г, отвечая нам, как бы зависит от нас.

4 Ритуальный бассейн, в который погружаются полностью, необходим для очищения, согласно закону Торы.

5 Идею о том, что добро Б-га можно найти во всем, включая зло, решительно оспаривал рав Хаим из Воложина в Нефеш ахаим, 3:3. Эту концепцию можно неверно интерпретировать, тогда она очень близка пантеистической ереси Спинозы и, вероятно, более чем все другие идеи этого движения, она вызвала разрыв с митнагдим - оппонентами хасидута.

6 Хасидут не был монолитным в этом вопросе. См. Ахасидут, Арон Маркус, Бней-Брак, 1980, стр. 66, где описана сильная оппозиция внутри самого движения раби Нахману из Бреслава за его популяризацию кабалистических тайн среди масс, которые, как чувствовали его оппоненты, были недостаточно подготовлены для этих занятий.

7 Порядок и подбор молитв. Изменения в ритуале, введенные хасидскими учителями, были основной причиной оппозиции к ним. Галахическое обсуждение этих конфликтующих взглядов можно найти в Ябиа омер (6:10) рава Овадьи Йосефа.

8 Он был принят не полностью, лишь те изменения, которые могли совместить Нусах ашкеназ с Кабалой Аризаля. Это вело к путанице, многие его взгляды не были точно известны, и не было общего согласия, до какой степени ему следовать. Основатель Хабад/Любавич рав Шнеур Залман из Ляд был первым из ранних хасидских лидеров, который опубликовал Сидур (молитвенник) с теми добавками из Аризаля, которые считал нужными. Поэтому его сидур стали называть Нусах Ари.

Магид из Межерич

Бааль Шем Тов основал хасидизм, но архитектором, который построил, придал форму и распространил его стал рав Дов Бер9, Магид из Межерич. Он родился в Лукаче10, в молодом возрасте его привлек Бааль Шем Тов, и он стал его ближайшим учеником и духовным наследииком. Рав Дов Бер был магидом, замечательным проповедником11 и выдающимся лидером хасидизма своего времени. Его стали называть Магид. Современники считали его блестящим талмудистом и знатоком кабалы.

Он выступал с речами в маленьких общинах Польши пока не осел в Межериче, где основал центр изучения хасидизма и вдохновил свое поколение. Хотя у его учителя было много великих учеников и соратников,12 но все построил и расширил Магид. До самой смерти в 1772 году он привлекал в свой центр блестящие умы, исключительные и сильные личности. И там растил их в великих лидеров, дальновидных политиков, практических мечтателей, вдохновенных учителей и святых людей. Магид мог взять человека выдающегося потенциала и развить его в цадика, ключевую фигуру успеха хасидизма.

Имена его учеников и коллег стали легендой. Среди них были рав Элимелех из Лиженска и его брат, святой и скромный человек, рав Зуша из Аниполи, рав Шнеур Залман из Ляд, рав Исраэль (магид) из Кожница и рав Нахум Тверский из Чернобыля, рав Аарон Перлов из Карлина, основатель хасидизма в Литве, рав Яаков Иосеф из Острога, рав Леви Ицхак из Бердичева, рав Хаим из Амдуры, рав Авраам Аба Вайнгартен из Любашева, рав Мешулам Файвиш Геллер из Збарича, рав Шломо Голиб из Карлина, рав Авраам из Калиска, рав Пинхас аЛеви Горовиц и его брат рав Шмелке из Никольсбурга.

Эти лидеры выбрали разные дороги в служении Творцу и народу Израиля, однако относились друг к другу терпимо и уважительно. Но, как обычно бывает, у нового направления возникло головокружение от успеха, и их последователи среди масс, которые считали свое направление единственно правильным, стали ссориться и публично браниться, иногда даже с применением насилия. Если в корне движение было сильным и здоровым, на периферии - из-за различия обычаев и стилей разных хасидских династий (потому что лидерство обычно передавалось по наследству, как у царей, а не зарабатывалось исключительно личными достоинствами и трудом, как у нехасидов) - возникали жаркие споры. Как во всех идеалистических движениях, возвышенные теоретические идеалы в переводе на повседневную жизнь нередко проваливались. А поскольку движение обращалось в равной мере к людям высокой духовности и интеллекта и самым простым, необученным евреям, те нередко внутреннюю борьбу за духовное возвышение путали с внешней борьбой за превосходство одной из групп. Обычно ребе пытались их утихомирить, но не всегда с успехом.

Несмотря на муки роста, хасидизм доказал свою способность облагораживать массы и сохранять в них жизненную силу традиции Торы.

Магид и его ученики воспитали следующее поколение цадиков, которые продолжали распространять хасидизм по Восточной Европе. Биологические потомки Бааль Шем Това17, рав Барух из Меджибожа, рав Моше Хаим Эфраим из Седикова (1740-1800), рав Исраэль Мертвый (прозванный так, потому что в детстве он, как считали, умер, а потом вернулся к жизни) и рав Нахман из Бреслава принесли весть хасидизма во все части Польши и Украины. Но преемником Бешта стал не его потомок, а Магид.

В первом поколении хасидскими лидерами становились обычно за заслуги, а не по династическим линиям19. Такие лидеры приводили движение в новые земли, благодаря своей учености, рвению, святости, силе личности. Правнук Магида, рав Исраэль Фридман из Рыжина20, стал легендой и во многом способствовал распространению хасидизма в Австро-Венгерской империи. Рав Шабтай из Рашкова привил хасидизм в Бессарабии, рав Йегошуа Гешель из Апта внес его на Украину, рав Ашер из Сталина - в польскую Литву, рав Дов Бер Шнеерсон в Белоруссию и рав Ицхак Тауб из Калева - в Венгрию. К 1810 году хасидизм доминировал в еврейской Восточной Европе за исключением Балтики: Пруссии, Литвы, Лавии и северной России. После 1815 года хасидские лидеры всегда избирались из родни. Это стало индикатором конца революционного периода хасидизма и его эволюции в «истэблишмент» большей части восточноевропейского еврейства.

9 Год его рождения неизвестен, где-то между 1704-1710 годами.

10 Или в неизвестной деревне на Волыни.

11 Он был магидом в Кореце и Ровно. Во многих местах был постоянный раввин, дающий законодательные решения практических вопросов, а магид обращался к сердцу народа. Часто они ездили с места на место, где говорили в синагогах, зарабатывая этим на жизнь.

12 Вот некоторые из его современников и соратников: рав Яаков Иосеф из Полно (автор Толдот Яаков Йосеф), рав Пинхас Шапиро из Кореца, рав Шабтай из Рашкова, рав Меир из Перемышлян, рав Цви Гирш из Каменки, рав Хаим из Красно, рав Лейб из Шполы (Шполер Зейде - дедушка из Шполы), рав Менахем Мендель из Витебска, рав Авраам Гершон из Китова (брат жены Бааль Шем Това), и рав Исраэль из Сатанова (вначале противник хасидизма, которого Бааль Шем Тов сделал своим учеником и последователем).

13 Основатель движения Хабад (названного по первым буквам слов Хохма, Бина, Даат - трех уровней мудрости) и династии ребе из Любавич (Шнеерсонов). Его книга Сефер аТания - одна из основ философии хасидской Кабалы.

14 Раби из Бердичева славился исключительной любовью к евреям и защитой народа от его врагов. В молитвах за еврейский народ он всегда подчеркивал его прирожденную доброту и достоинства, находя извинения нарушениям. Он дошел до того, что символически вызвал Творца на дин Тора - суд Торы - чтобы оправдать народ Израиля и освободить его из изгнания, этот суд дин Тора мит Готт (идиш) потом вошел в песню.

15 Вначале он был учеником Гаона из Вильно и яростным противником хасидизма, но Магид «обратил» его, и вместе с равом Менахемом Менделем из Витебска и равом Гершоном Китовером он основал хасидскую общину в Стране Израиля и конце девятнадцатого века.

16 Позднее он стал раввином Франкфурта на Майне и, хотя был известен как хасид, не проповедовал это публично в этом оплоте нехасидских евреев.

17 Его дочь Адель тоже была цадекет - праведницей, которая делала чудеса и фактически была хасидским лидером при своем отце (акроним - Бешт). В первом поколении хасидизма были и другие женщины, которые обрели статус лидеров, одной из них была Фейга, дочь Адели.

18 Один из самых замечательных персонажей хасидизма (1772 - 1810 гг). В отличие от других хасидских направлений, после его смерти его последователи не избрали другого ребе. Эти хасиды часто ездили на его могилу в Умань на Украине, несмотря на все трудности даже во время правления коммунистов. Учение рава Нахмана записал его великий ученик рав Натан Штайнгарц. Главные его книги: Ликутей Мохаран (молитвы и службы) и Сихот Мохаран (беседы), а также Сипурей маасиет (философские, кабалистические сказки - последние две книги есть в русском переводе, как и ряд работ о нем). Его кресло по кусочкам разобрали хасиды и перевезли в Иерусалим, где оно стоит теперь в главной бреславской синагоге. Многие называют его «мертвым хасидизмом», потому что ребе уже нет в живых, но жизнь бреславских хасидов опровергает такое название.

19 См. Диврей Хаим рава Хаима Альберштама, знаменитого рава из Цанз, который говорит, что наследие должно передаваться людям, наделенным высшим вдохновением и силой молитвы, а не просто по

наследству.

20 Родился в 1797 году, жил как князь, окруженный слугами, придворными, ездил на золотой карете, но все это для публики, чтобы вызвать уважение к положению цадика. Сам же избегал удовольствий, был склонен даже к аскетизму. Он привлек тысячи последователей, но и создал себе много противников среди других хасидских групп. Его ложно обвинили в смерти двух евреев-доносчиков и посадили в тюрьму на двадцать два месяца. После освобождения он все еще был в большой опасности, пока не переехал со своим двором из Рыжина царской России в Садигур, в то время под управлением Габсбургов. Его приезд в Буковину оживил там хасидизм, и десятки тысяч евреев стали его учениками. Но экстравагантное поведение в обществе вызвало сильную критику. Один из таких споров между хасидами Цанз и Садигура стал легендарным. Рав Исраэль умер в 1850 году (3 хешвана 5611). Умирая, он сказал, что не получил от этого мира никакой радости. Многие хасиды и другие современники признавали его святость, благочестие и вдохновенное руководство.

Контрреволюция

Хасидизм распространялся по Восточной Европе, а его дом и главный центр жизненной силы был в Польше. Но и там он вызвал сомнения и контрреволюцию. После смерти Магида лидером польских хасидов становится рав Элимелех из Лиженска, а потом его ученик по прозвищу Хозе (Провидец) из Люблина, рав Яаков Ицхак Горовиц (1745-1815). Хозе создал собственный «двор» (направление, группу приверженцев, которая продолжает движение лидера) еще до смерти своего учителя. В то время в польском хасидизме было принято искать глубокий смысл и новые духовные нюансы, даже если это умаляло достижения предыдущих ребе или всего хасидизма в целом. Хозе приобрел авторитет в последней декаде восемнадцатого века. Он вдохнул в хасидизм новые силы, сделал упор на интеллектуальном изучении Торы и способствовал дальнейшему распространению движения. Как и Магид, он собрал плеяду выдающихся молодых людей, и Люблин стал духовным домом хасидизма.

Хозе не просто продолжил предшествующую традицию, но возглавил корректирующую контрреволюцию внутри хасидизма, а его лучший ученик Яаков Ицхак Рабинович из Пшисхи, прозванный аИд аКадош (Святой еврей), продолжал ее еще радикальнее. Еще при жизни Хозе он собрал вокруг себя группу активных людей, готовых пожертвовать всем, чтобы раскрыть для себя внутреннюю истину хасидизма. Так он сделал Хозе, то, что прежде тот сделал своему учителю. Хотя он сохранял л ояльность к своему учителю, регулярно посещая Люблин, но партизаны Хозе скоро подвергли его остракизму.

Пшисха протестовала против социальной организованности хасидизма и, с точки зрения Других, установила слишком высокие стандарты. Там отказывались признавать лидеров, которых не считали достойными, высмейвали обычаи, принятые толпой, стыдили безграмотных и требовали от всех предельной честности. Они отрицали роскошь, излишества, династические правила, святость, основанную на чудесах, помпу и форму. Показывали нелепость комфорта и самоуспокоенности. Они искали только жертвы, истины и простоты. Были прямы и остры. Это была трудная дорога, многие считали ее странной, опасной. Некоторые из крупных хасидских лидеров того времени боялись новых радикалов, чувствуя, что в движении возник кризис, который угрожает самому его выживанию. Но когда в Суккот 1813 года Святой еврей умер, трещина была закрыта, и хасидизм вернулся в свою колею.

Последователи Святого еврея выбрали новым руководителем его выдающегося ученика, рава Симху Бунима, который перебрался из бурлящей еврейской жизнью Пшисхи в тихий немецкий город Данциг. Там ребе постарался привлечь внимание зажиточных местных евреев, которые склонялись к модернизму и Просвещению. Для этого он стал навещать их, современно одеваться и вести себя по манерам того времени. Он вел себя как делец и позднее стал фармацевтом. Играл в шахматы и другие игры, любил музыку и музыкальные инструменты. Это был его способ приближения удаленных, которых он привлекал своей исключительной личностью.

Рав Буним из Пшисхи был выдающимся ребе. Он демонстрировал мудрость с огнем, направлял с предвидением, надежду дополнял самокритикой. Человек очень острого интеллекта, он понимал, что далеко не каждый способен быть хасидом Пшисхи. Он искал элитную группу - несколько хороших людей - и привел их к Пшисхе. Среди них были три гиганта: рав Менахем Мендель Моргентштерн, будущий ребе из Коцка; рав Ицхак Меир Алтер, основатель династии ребе из Гур21; и рав Ицхак Калиш, который стал ребе из Ворки. Около трехсот превосходных молодых людей оставили дома и карьеры, чтобы греться у огня Пшисхи. Но рав Буним понимал, что должен достичь примирения с основным течением хасидизма. Такая возможность представилась во время грандиозной свадьбы в Устиле .

Там собрались более двухсот лидеров хасидских общин на свадьбу дочери и сына двух крупнейших ребе. Старейший из хасидских учителей рав Авраам Иеошуа Хешель из Апта созвал на свадьбе суд, чтобы выслушать обвинения Пшисхи против неприемлемых манер и норм хасидизма. Ребе Буним предпочел не появляться на свадьбе и послал вместо себя рава Ицхака Меира. А Аптер решил избежать публичного осуждения Пшисхи23. Так что конфронтации не состоялось, и хотя напряжение сохранялось еще десятилетия, разрыва не произошло.

Ребе Буним умер перед Рош ашана 1827 года. Ему наследовал более радикальный, загадочный и внушающий ужас рав Менахем Мендель Моргенштерн из Томашова. Он родился в 1787 году и был редким гением. Его коллеги, рав Ицхак Калиш, впоследствии ребе из Ворки, и рав Ицхак Меир Алтер, который потом женился на его сестре, избрали его преемником ребе Бунима.

Позднее реб Мендель перебрался в Коцк, где обрел бессмертное имя Коцкер Ребе. У него был несравненный интеллект и потрясающее знание Торы. А также очень подвижная личность, высочайшие стандарты честности и столь высокие требования к дисциплине, что ни один ребе не вызывал у учеников такого ужаса. Его афоризмы составили целую главу в хасидизме24. Он был вершиной контрреволюции и поиска внутренней души в хасидизме. Он не хотел быть ребе для масс, презирал этот мир, его богатство и занятия глупостями. Не переносил дураков и гневался на несправедливых. Он был сердитым человеком в самом положительном смысле слова, его раздражало несовершенство и преследование чего-то меньшего, чем идеал. Тяжело было служить такому ребе. Обычным людям нужны тепло и комфорт, человечный ребе, а не огненный, мстящий ангел.

В 1839 году реб Мендель отошел от общественной жизни, и хотя тысячи люди все еще считали его своим ребе, он не виделся с ними до самой смерти в 1859 году. В последние годы он пережил много разочарований. Его ученик рав Мордехай Йосеф Лайнер порвал с ним и увел большое число хасидов из Коцка в Ишбицы. Более умеренная версия реб Менделя: рав Мордехай Йосеф возглавил династию хасидов Радзинера. Внук, рав Гершон Хенох Лайнер , был гений и известный лидер, но противоречивая личность, замечательные достижения которой встретили яростное сопротивление.

Зять реб Менделя, Авраам Борнштейн из Сохачева26, отказался продолжать династию Коцка и создал собственное движение. Сын реб Менделя, рав Давид, не мог успешно продолжать дело отца. Муж сестры реб Менделя, рав Ицхак Меир Алтер, приобрел влияние в Варшаве и ее пригородах, поселившись в маленьком городе Гура Капвария, где создал мощную хасидскую династию Гур, основную в Польше двадцатого века. Другие ученики Коцкера стали предтечами знаменитых польских дворов. Среди них - рав Ицхак Калиш, ребе из Ворки, многих из учеников которого возглавил рав Шрага Файвел Данцигер, и они стали хасидами Александр. Ребе из Ворки и его двоюродные братья, ребе Амшинов и Гур, охватили большую часть религиозного польского еврейства. Так школа Пшисхе и ее революционное рвение возобладало в польском хасидизме.

23 См. Маркус, стр. 134 о совете, который дал Аптер Ров раву Ицхаку Меиру. «Шулхан арух для всех нас - царский путь. Но из-за жестокого изгнания на пути возникли препятствия, которые многим закрывают дорогу. Бааль Шем Тов нашел между горами и лесами обходной путь, который потом снова выводил на дорогу. Но когда по нему устремились многие, они выщербили его. Тогда стали искать тропу вы, но она еще опаснее прежней. Я сомневаюсь в вашем успехе. Попытайтесь просто прямо вернуться к царскому пути». Когда Рав Ицхак Меир стал ребе из Гур, он последовал этому совету.

24 Вот некоторые из его знаменитых высказываний: «Где находится Б-г? Там, куда Его пустит человек». «Если есть я и ты, потому что я это я сам, и ты это ты сам, тогда я это я, и ты это ты. Но если я есть, потому что ты есть, тогда я не я, и ты не ты». «Я предпочитаю злодея, который знает, что он злодей, благочестивому, который считает себя благочестивым». «Можно вернуть мертвого к жизни. Но еще лучше вернуть к жизни живого». «Все, что думают, не надо говорить, а что говорят, не надо писать, что написано, не надо публиковать, а что опубликовано, не надо читать». «Назначение человека поднять небо». «Не воруй - имеет в виду - не воруй у себя: не обманывай себя». Многие из его высказываний записаны в замечательной хасидской книге Эмет веэмуна, их цитируют и его ученики в своих работах.

25 Родился в 1839 г., умер в 1891г. Он написал «гемару» на мишну Седер таарот и назвал ее Сидрей таарот. Он провозгласил, что нашел хилазон, неизвестное морское животное, из крови которого делали синюю краску, тхелет - для кистей цицит. Оба этих достижения горячо оспаривали раввины в хасидских и нехасидских кругах.

26 1839-1910. Крупный ученый, его книги Эглей таль и Авней незер талмудическая и галахическая классика.

Хасидские лидеры

Важные хасидские династии процветали в Галиции, Польше, Румынии и Венгрии. Эта книга не дает детальное описание всех ветвей хасидизма, их особенностей и нюансов служения Б-гу и человеку, но важно хотя бы назвать больших людей, которые стояли во главе этих движений, повлияв на общее развитие еврейской жизни.

Рав Менахем Мендель Хагер из Косова (1778-1826) начал династию Хагер в 1802 году. Его внук, названный в его честь (1830-1885), зять рава Исраэля из Ружина, в 1854 году основал крупную ветвь хасидизма - Вижниц. После первой мировой войны он перебрался в Гроссверден в Венгрии/Румынии. У него были десятки тысяч последователей в Европе. После Катастрофы они обосновались в Израиле и США, славятся любовью к евреям, социальными и образовательными организациями.

Рав Шалом Рокеах из Бельз (1779-1855) был учеником знаменитого Хозе из Люблина, рава Шломо из Лузуа и рава Ури из Стрельска. Династия Бельз стало одной из главных в Галиции и Венгрии. Она была очень популярна, влиятельна и сильна, и сейчас располагается в Иерусалиме, с ответвлениями в США и повсеместно. Как многие хасидские дворы, она переплелась морганатическими браками с другими династиями и известна своими интересными проектами.

Тейтельбойм были лидерами в Сигете, а позднее в Сатмаре. Основателем был рав Моше из Уджел (17591841). Сегодня это одна из самых больших и сильных групп в мировом еврействе, в основном благодаря последнему сатмарскому ребе, раву Йоэлю Тейтельбойму, который пережил Катастрофу. Сочетая потрясающее знание Торы с харизмой лидера, он перестроил сатмарскую общину. Его благотворительность и социальная помощь легендарны, как и яростная оппозиция светской политике и влияниям сионизма. Центр движения сейчас в НьюЙорке и Нью-Джерси, но этих хасидов много и в Израиле и по всему миру.

Влиятельную румыно-венгерскую династию основал рав Йосеф Меир Вайс (1839-1990) из Спинки. Потомки рава Цви Элимелеха Шапиро (1738-1841) из Динова стали лидерами Спинки, а правнук рав Хаим Элазар Шапиро (1871-1937) - главой династии Мункач (Мукачево), где он создал ешиву. Он был в оппозиции сионизму. Эти выдающиеся личности постепенно превратили Румынию и Венгрию в бастион хасидизма, где ребе делили власть v влияние с учениками рава Моше Софера.

Наконец, от рава Хаима Альберштама из Цанзг (1793-1876) пошло много разных хасидских династий главным образом в Галиции и Венгрии. Один из ведущиз ученых своего времени и бескомпромиссный борец за еврейскую традицию, он был на переднем фронте многи: сражений еврейской жизни девятнадцатого века. Хасидские дворы Клозенбурга и Бобова произошли из Цанза как и многие другие, стертые нацистами. Эти центры хасидизма сейчас располагаются в Израиле и Нью-Йорке и насчитывают тысячи последователей и спонсоров.

Хасидизм возник не на пустом месте. Чтобы оценить его, нужно представлять его оппонентов и исторические силы того времени. Сто лет с 1750 года по 1850 год были эпохой больших перемен для Восточной Европы и тамошних евреев. Только на фоне общего развития событий можно оценить хасидизм и его достижения. Поэтому последующие главы, хотя и не прямо обсуждают его историю, но освещают это движение и его историческую судьбу.

ГАОН ИЗ ВИЛЬНО -Не правящий лидер

Ранние хасидские учителя были выдающимися и необычными людьми, способными вдохнуть новую жизнь в восточноевропейское еврейство в сфере традиции, Торы и алахи. Они были ориентированы на широкие массы еврейства и несли иудаизм народу. В то же время был другой учитель, который вел уединенную жизнь и, тем не менее, уникальным образом был монументальной силой этого века. Его влияние и знания останутся в памяти навечно. Это был рав Элиягу из Вильны, акроним Гра (Гро) - Гаон Рабейну Элиягу - или просто Гаон, исключительный гений1.

Он был эталоном еврейской традиции и учености своего века. Своим светом он затмил все светила интеллекта восемнадцатого века2. Его вспоминали, когда столетие давно закончилось, сравнивая с учеными, которых считали сверхлюдьми во времена великих Ришоним Испании, Франции и Германии3. Даже лидеры хасидизма, которым он твердо противостоял, относились к нему с глубочайшим уважением4.

Рав Элиягу был очень глубоким и блестящим человеком. Оценить уровень таких гениев и постичь их не могут те, кто с ними не был знаком5. У него было много парадоксальных качеств. Но мы немало знаем о нем из его сочинений, от современников и учеников, чтобы дать хоть какое-то представление об этой выдающейся фигуре.

Элиягу, сын Шломо Залмана, родился в 1720 году в Вильне. Он приобрел от людей два титула, которые вряд ли доставались одновременно одному человеку: его называли Гаон - выдающийся ученый и Хасид - истинно благочестивый слуга Б-га. В течение веков выдающиеся еврейские ученые были благочестивыми людьми. Но репутация рава Элиягу и в том и в другом отношении свидетельствовала о возвышенном характере и интеллектуальном гении.

Он никогда не был официальным раввином, у него не было общественного положения, он не возглавлял еврейской школы, организации, общины. Гаон проводил в уединении большую часть суток. Славу и влияние приобрел не благодаря личным контактам. Парадокс «не правящего лидера» еще больше подчеркивает титанические его размеры и достижения. Гаон воплощал в себе все течения многовекового еврейского знания.

Может быть, главным историческим вкладом Гаона было восстановление традиционной позиции первенства ученого Торы в еврейской жизни. Массовые убийства Хмельницкого и влияние лжемессии Шабтая Цви вкупе с войной, перемещениями и погромами ослабили инфраструктуру еврейской жизни и изучение Торы. Личным примером и усилиями Гаон укрепил статус учености в Торе. Героем еврейства должен был стать ученый, а не чудотворец. Изучая Тору, человек автоматически становится более рациональным и менее зависимым от фантастического восприятия Торы и еврейской жизни.

До этого многих из необразованных, приземленных еврейских масс Восточной Европы образ ученого не так привлекал, как бурное, эмоциональное сверхъестественное видение хасидизма. Ученый не обещали мгновенных результатов и не всегда облегчал бремя жизни. Но это был реалистический, фундаментальный подход к Торе и жизни, созвучный традиции Израиля. Он не поддерживал неоправданных надежд и мечтаний, но создавал прочную базу, на которой ученики Гаона строили современную систему обучения в ешивах и возрождали еврейский этический подход к жизни благодаря изучению Мусара. Ешива и движение Мусара в еврейской жизни, рожденные в девятнадцатом веке в Восточной Европе, происходят от Гаона.

1 Хотя многих в истории еврейского народа называли геоним, гениями, говоря Гаон без имени, понимают, что говорят о нем.

2 См. оценки рава Исраэля Липшица (Тиферет Исраэль) к Хошен мигипат, Кенигсберг 1863, и рава Хаима из Воложина к Орах хаим. Также Ландау, АГаон аХасид из Вильны - много примеров.

3 Сообщают, что его ученик, рав Хаим из Воложина, сравнивал его с Рашба, раби Шломо бен Адерет, выдающимся ученым четырнадцатого века в Испании. (Ришоним - ранние комментаторы Талмуда; в еврейской традиции принято считать, что с поколениями величие людей убывает. - Г.С.)

4 «Гаон и Хасид...известен всем как непревзойденный в свое время...Мы слышали, что нет никого в Литве, кто осмелился бы поставить под сомнение взгляд Гаона и Хасида...». Это пишет великий хасидский учитель рав Шнеур Залман из Ляд (основатель Хабада), к которому Гаон находился в решительной оппозиции. Письма Бааль аТания, D.Z.Hillman (ed.) 56,57,58.

5 Рав Аарон Котлер, знаменитый ученый и основатель крупнейшей американской ешивы Лейквуд, считал, что все попытки постичь и описать Гаона бесполезны. См. отзыв о Руса Элиягу, Иерусалим, 1848.

Титанический труд

Рав Элиягу взял на себя и завершил задачу, которая была под силу только его интеллекту, и достиг общего признания даже среди величайших раввинов своего времени: он издал и стандартизовал текст Мишны и Талмуда (состоящий из нескольких тысяч страниц). Безмерные знания, блестящая интуиция ученого и тщательное исследование текстов и рукописей, вместе с безошибочным святым чутьем истины,6 позволили ему исправить сотни ошибок переписчиков Талмуда, мидрашей и позднейшей раввинистической литературы в течение веков.

Благо и совершенство этой огромной и сложнейшей работы, выполненной одним человеком без помощи компьютера или ассистентов, потребовавшей таких усилий, трудно представить. Даже ученые не могут оценить многие из его трудов в полном объеме. Кроме того уважение рава Элиягу к источникам было так велико, что только огромный авторитет к Гаону не только как ученому, но и как Хасиду, позволил принять его многочисленные исправления в тексте. Эти поправки позволили преодолеть много противоречий, ответить на многие трудные вопросы, разрешить многочисленные ученые споры и снять большое число излишних пилпулистических7 интерпретаций, которые искажали идеи и решения Торы и галахи.

Благодаря глубокой талмудической учености, строгому следованию еврейской традиции, верности и уважению к святости предыдущих поколений еврейских ученых, его многочисленные поправки к Талмуду и изменение методов обучения были приняты как истинные и достоверные, следующие изначальному намерению мудрецов. Вслед за ним и светские люди последующих поколений пытались «научно» ревизовать и реорганизовать Талмуд, но их нововведения не были приняты, не прошли проверку временем. А работу Гаона используют все последующие поколения ученых Торы.

6 Его ученик рав Хаим из Воложина рассказывал, что Гаон постился, каялся и молился много дней, прежде чем делал малейшее изменение принятого текста Талмуда. См. рава Исраэля из Шклова - во введении к Таклин хадтин он описывает потрясающую работу Гаона в этой сфере.

7 Пилпуль - особая форма иногда очень сложных рассуждений в поисках нового смысла, принятая в талмудической мысли и логике. Она всегда была популярна в еврейской учености, особенно в польских кругах, острая, блестящая, иногда даже захватывающая дух своей способностью соединять разные темы и предметы и разрешать то, что казалось неразрешимым. Но со временем, начиная с семнадцатого века, некоторые ведущие раввины-мыслители, такие как Маараль из Праги, рав Йешайя Горовиц {Шла), рав Яир Бахрах {Хавот Яир) и рав Арье Лейб из Минска {Шаагат Арье) почувствовали, что развитие пилпуля достигло предела, логические умозаключения становятся слишком сложными и их достоинства превращаются в недостатки. Этот метод стали критиковать за то, что он не вполне соответствует точному изучению Торы. Гаон подчеркивал верность тексту, его истинному пониманию, рациональному анализу темы и был образцом противостояния пилпулистским завихрениям в Литве. В ешивах нашего времени слово пилпуль употребляется для обозначения лекции, в основе которой лежит анализ и текстуальная аккуратность. Эти принципы выдвигал Гаон, в отличие от отвергаемого им пилпулистического метода 17-18 веков.

Цена мудрости

Гаон был микрокосмом народа Израиля, поэтому он служил призмой, в которой все евреи, верные Торе и традиции, могли видеть отражение собственной точки зрения на фоне традиционной еврейской жизни и ценностей.

Если о каком-то одном человеке можно было сказать, что он знает все, так это был Гаон. Он знал Тору во всей ее глубине и широте, он был экспертом в математике, философии, музыке, медицине и других дисциплинах. Для него все сферы знания были в Торе и определялись Торой. Он не занимался тем, что расходилось с Торой и, тем более, ей противоречило. Он видел эфемерность такого исследования, лишенного позитивной реальности. Его научные изыскания и новшества, которые могли бы встретить протест, если бы речь шла о ком-то другом, от него принимались без сомнений, потому что всем было понятно, что это настоящее выражение мудрости Торы. Кто-то мог не воспринять эти занятия как находящиеся в рамках религиозной традиции, но взгляд Гаона был глубже.

Несколько примеров проиллюстрируют это. Гаон был знаком с тезисами Платона и Аристотеля по трудам Рамбама, Йеуды аЛеви, Саадии Гаона, Моше Хаима Луццато и других великих еврейских философов. Его метод изучения и интерпретации Торы был аналитическим и логическим, - прежде всего, рациональным. Однако никто не обвинял его в снижении святости и тайны Торы.

Он был величайшим знатоком еврейской философии в своем веке - «он знал философию до самой глубины»14 - но его никогда не критиковали за это даже те, кто считал философский рационализм подозрительным, если не запрещенным. Гаон сам отвергал философию как самостоятельную, самодостаточную дисциплину в отрыве от Торы и ее понимания. Он говорил, что из нее «научился только двум хорошим вещам» и что «ее баланс следует пересмотреть».15 Пытаясь дать иную интерпретацию высказываниям Талмуда, противоречившим тем или иным философским учениям, Гаон писал: «Все высказывания (мудрецов) следует понимать на простом уровне. Но у них есть и внутренний смысл как у источников истины, в отличие от искусственного, ненужного внутреннего смысла философии». Эта позиция в отношении софистики и фантазий философии, соединенная с неоспоримым благочестием, позволила ему снять противоречие между его знаниями и использованием философии, чегоине могли достичь даже величайшие из его предшественников.

Гаон из Вильны освоил и естественные науки, считая это необходимым для правильного понимания Торы. Его ученик, рав Исраэль из Шклова, рассказывает: «Поеле завершения комментария к Песне песней Гаон сказал, что все науки необходимы для понимания нашей святой Торы, ибо все они включены в Тору, поэтому он овладел ими. Он изучил алгебру, геометрию, строительное дело и музыку и объяснил их сущность. А в медицине - хирургию, анатомию и связанные с ними дисциплины. Он хотел учиться и фармакологию у современных ему врачей, но его отец-праведник отговорил его, чтобы это не отвлекало его от Торы».16

Еще Гаон говорил раби Исраэлю, что если человек не воспринимает музыку, он не сможет понять «большую часть акцентов и кантилляции Торы, секреты пения левитов и Тикуней Зоар»,17 и что с помощью музыки человек может достичь духовного подъема и экстаза. Гаон писал о точных и естественных науках19 и предлагал своим ученикам переводить на иврит некоторые книги по истории и науке.20

Но ясно, что Гаон считал всю эту мудрость ценной только как средство достижения полного знания и понимания Торы и воли Творца на земле. Это ясно из того, что он писал и делал. И он не включал эти знания в список еврейского образования. Его самый знаменитый ученик рав Хаим из Воложина также отказался ввести какиелибо светские предметы в программу ешивы в Воложине. Ясно, что Гаон считал необходимым для еврея всего себя отдать изучению Торы, пока не станет серьезным и признанным ученым. Лишь тогда большие ученые могут совершенствовать свои знания Торы, изучая дисциплины, второстепенные по отношению к Торе.

13 См. введение к Беур пеОрах хаим, как сообщили его сыновья.

14 Введение к знаменитому ученому труду Пеа ашулхан, рава Исраэля из Шклова, одного из выдающихся учеников Гаона.

15 Пеа ашулхан и Письма Хазон Иша, т. 2, пар. 171.

16 Пеа ашулхан.

17 Там же.

18 Поэтому делается такой упор на музыку и в хасидизме.

19 Аил мешулаш, книга по алгебре и тригонометрии. И Сефер атхуна, работа об астрономии, а другие считают, что не он был ее автором.

20 Рав Барух из Шклова писал, что перевел, по поручению Гаона, на иврит Эвклида, а рав Авраам Симха из Амицлова Иудейскую войну Иосифа Флавия.

Изучение кабалы

Гаон из Вильны был самым большим знатоком кабалы своего времени. Он изучил и разъяснял секреты Зоара и святых традиций еврейского мистицизма. Он занимался кабалой с такой интенсивностью и проникновением, как никто из его современников, включая основател ей хасидизма. Многие из его комментариев к Торе были выражены в кабалистических понятиях. Хотя многие протестовали против массового изучения кабалы изза эксцессов периода Шабтая Цви, их критика никогда не относилась к Гаону, поскольку он строго ограничивал круг своих учеников зрелыми учеными, имеющими право проникать в тайны Торы.22

В то же время ученики Гаона резко критиковали хасидских учителей за то, что те делали упор на кабалу и мистику в беседах и обучении масс, иногда даже за счет изучения Торы и галахи. В литовских ешивах, основанных наследниками школы Гаона, никогда формально не преподавали кабалу. Но те же оппоненты популяризации кабалы в хасидизме никогда не сомневались в правильности того, что делал Гаон, говоря на те же темы. Тот факт, что он сочетал мистику с рациональным подходом к Торе и жизни и показывал их истинную гармонию, считается одним из его величайших достижений.23

По иронии судьбы сам Гаон приобрел репутацию чудотворца. Многочисленные рассказы о его сверхъестественной силе и чудесах хорошо документированы независимыми источниками.24 Важно отметить, что сообщая обо всех этих уникальных событиях, его сыновья и ученики приписывают эту силу исключительно скромности Гаона и его знанию Торы.25 Сыновья Гаона говорили: «Величие Творца проявилось в том, что Он короновал этого великого человека короной Торы... Это помогало ему сверхъестественным образом узнавать и контролировать события.26

Летом 1794 года русская армия, в очередной раз пытаясь завоевать Польшу и Литву, заняла Вильну. Когда евреи молились в главной синагоге Вильны во время артиллерийского обстрела города, Гаон публично заверил их в том, что с ними ничего не случится. В этот момент ядро угодило в крышу синагоги и осталось на чердаке, не упав внутрь и не взорвавшись. Это чудо Гаона вспоминали в Вильне еще много десятков лет после его смерти.27 

Обычно Г аона справедливо вспоминают как главного противника хасидизма, но следует указать, что в каком-то смысле рав Элиягу был его спасителем. Критикуя эксцессы раннего периода этого движения, он устранил его экстремизм и преувеличения и усилил первичность интеллектуального изучения Торы и галахи в еврейской жизни. В этом смысле он был противоядием вирусу неудержимых и неограниченных перемен, поразившему еврейский мир в восемнадцатом веке. Удержав хасидизм в русле основного течения еврейской жизни и традиции, Гаон помог предотвратить его превращение в секту, отброшенную на периферию еврейской жизни и истории.28

Гаон умер девятнадцатого тишрея, на пятый день праздника Суккот 1797 года и был похоронен на большом кладбище в Вильне.29 Его дело продолжали дети и братья. Его сыновья: рав Иегуда Лейб, рав Авраам30 и рав Шломо Залман. Его зятья: рав Моше из Пинска, рав Ури из Дуброва, рав Цви Гирш из Дудина; его братья: рав Авраам,31 рав Иссахар Бер, рав Меир из Янишака и рав Моше из Паджелвы - все они сохранили его мысли и работы. Они издавали и публиковали его сочинения и распространяли его идеи и влияние в Литве, Латвии, Белоруссии, литовской Польше и Пруссии. Его основные ученики, сохраняя верность ему, изменили лицо и направление значительной части еврейства.

Среди них надо упомянуть братьев рава Залмана и рава Хаима из Воложина,32 рава Биньямина Ривлина из Шклова,33 рава Исраэля Ривлина из Шклова,34 братьев рава Менахема Менделя35 и рава Симху Бунима из Шклова,36 рава Шломо из Вилькомира37 и рава Яакова Кагане. Многие современники считали его своим учител ем, хотя не учились непосредственно у него. Такими были, например, рав Авраам Данциг,39 рав Шмуэль Авигдор,4() рав Арье Мейтес 41 и рав Барух Шик из Шклова.42 По большому счету, все еврейство стало его учениками. Редко один человек оказывал такое глубокое влияние на свой народ. Гаон был продолжателем традиции Раши, Маймонида, рава Йосефа Каро и рава Моше Исерлеса. Он был гигант среди гигантов. Благородная сень рава Элиягу покрыла все еврейство, а его традиция служила примером еврейской учености, этики и поведения, руководством для будущего всего еврейского народа.

21 См. Рав пеалим сына Г аона, рава Авраама, который цитирует (на стр. 29) слова своего отца о том, что тот написал тридцать книг комментариев к Зоару и не постеснялся бы представить их самому раби Шимону бар Йохаю, одному из мудрецов Мишны (II век н.э.) и автору Зоара, самого выдающегося, основополагающего произведения Кабалы.

22 Двух из его выдающихся современников, рава Йонатана Эйбишица и рава Моше Хаима Луццато критиковали за кабалистическую деятельность. Но Г аон упорно защищал их обоих, боролся и способствовал их оправданию.

23 См. Ландау, Гаон.

24 Рассказывают, что он передумал создавать голема («говорящего робота»), когда ему еще не исполнилось 13 лет (Введение рава Хаима из Воложина к Сифра децниюта)\ он помогал изгонять духов (как пишет рав Шаул из Вильно, рекомендуя эту книгу) и так далее...

25Ландау, Гаон...

26Введение к Беур аГра к Йорэ деа.

27 Hoax Гилель Штайншнайдер, Ир Вильна, стр. 50.

28 В Сефер аГра стр. 73, Мосад а Рав Кук, 1947, Маймон рассказывает, что его учитель, рав Йехиэль Эпштейн из Новардока, цитировал одного из великих любавических ребе Цемах Цедека, который сказал, что хасидское движение вышло бы из орбиты Торы и соблюдения галахи на стадии его формирования, если бы не противостояние Гаона в этот период. Но следует отметить, что эта история исходит от оппонента хасидизма.

29 Его останки перенесли со старого кладбища в 1946 году, а на территории кладбища местные власти разбили спортивный парк. Даже мертвые евреи - объекты ненавистнической программы антисемитизма. Его новая могила была приведена в порядок и памятник перестроен в 1960 году усилиями рава Пинхаса Тайца из Элизабета, НьюЙорк. Как сообщают, оэль - усыпальница Г аона содержит также останки его жены, его сына рава Авраама и Авраама бен Авраама, Гера цедека (праведника, принявшего иудаизм, - из рода богатейшего и знатнейшего польского магната графа Потоцкого) из Вильны.

30 Автор Рав пеалим, энциклопедии мидрашей, и других работ. Он опубликовал несколько работ Г аона со своими предисловиями.

31 Автор Маалот аТора, известный раввин в Литве.

32 Эти братья были легендарными фигурами в литовском еврействе. Рава Залмана воспринимали как ведущего ученика Гаона в Торе и благочестии, но он умер очень рано. А его старший брат рав Хаим в наибольшей мере может считаться преемником Гаона как ведущий авторитет Торы в Литве и Белоруссии. Он основал ешиву в Воложине и стал духовным отцом современного пути развития ешив.

33 Автор Гвии гвиа акесеф, лидер учеников Г аона в Шклове.

34 Автор Пеат ашулхан, духовный отец Старого ишува, возрожденных еврейских поселений в Цфате и Иерусалиме в 19 веке.

35 Он отвечал за публикацию многих рукописей Гаона, таких как комментарий к Мишлей (Притчам).

36 См. Алиет Элиягу. Эти два брата были среди основателей Старого ишува в Палестине.

37 Сыновья Г аона считали его вторым среди учеников Г аона вслед за равом Хаимом из Воложина.

38 Автор Геон Яаков к трактату Эрувин, зятя брата Г аона Иссахара, считалось, что он точно понимал учения своего учителя.

39 Автор знаменитого галахического произведения Хаей адам.

40 Главный раввин Вильны и лидер противостояния хасидизму в 1780 году.

41 Известный ходатай (штадлан) за евреев Вильно.

42 Скорее знакомый Г аона, чем его ученик, он был дедом двух белорусских светил Торы: братьев рава Яакова, автора Мишкенот Яаков, и рава Ицхака Фридмана, автора Керен Ора из Карлина.

МИТНАГДИМ - РЕАКЦИЯ НА ХАСИДИЗМ - Сильная оппозиция

Все революции вызывают реакцию. Хасидизм вызвал резкие изменения в жизни евреев Восточной Европы. В социальных отношениях, в новом эгалитарном духе и разнообразии социальной иерархии. Эти изменения происходили не в вакууме. Установившееся в этих местах руководство еврейских общин не радовали внезапные радикальные перемены, которые вводили хасидские учителя. Удивленные такой популярностью и успехом нового движения, испуганные его крайностью и мистицизмом, руководители общин реагировали резко и негативно. Но быстрое распространение хасидизма в Польше, Галиции и на Украине скоро заставило замолчать голоса оппозиции. Иначе было в Литве и Белоруссии. Здесь, в бастионе интенсивного изучения Торы под руководством титанической личности Гаона из Вильны оппозиция хасидизму была организованной, интенсивной и бескомпромиссной. Оппонентов прозвали митнагдим1 (митнагедами - букв, противниками), они пытались остановить развитие нового движения, считая его вредным для народа Израиля.

Были четыре основные волны противостояния хасидизму в 1772, 1781, 1797 и 1813 годах. Сохранились записи жарких споров между двумя лагерями.2 Лидеры с обеих сторон были праведными, учеными идеалистами, но многие их последователи были не на том уровне. Конфронтация постепенно вылилась в насилие, сплетни, доносы царскому правительству и другие формы неэтичного поведения. Семейная свара часто выходит из-под контроля.

На первом этапе, в апреле 1772 года вышел запрет хасидизма, изданный руководством виленской еврейской общины.3 Этот запрет, подписанный самим Гаоном, содержал сильные и детализированные обвинения против хасидизма. Его основными пунктами были:

1. Хасиды отделили себя от центральной синагоги своих общин и создали свои молитвенные группы в частных домах, называемых штиблах.

2. Они изменили молитвенный ритуал с ашкеназского на более кабалистический нусах Сфарад.4

3. Во время молитвы они кричат, танцуют и делают акробатические движения, несоответствующие молитве.

4. Не почитают ученых Торы и, более того, ученость в Торе.

5. Странно ведут себя в обществе.

6. Защищают употребление табака и крепких напитков, чтобы испытывать «радость».

Последующие запреты включали другие обвинения: хасиды не соблюдают галахическое время предписанных молитв утром и вечером,5 они ввели новый метод заточки ножей для убоя скота.6

Некоторые из обвинений были неважными, а были и значительные. Но главной причиной войны против хасидизма, по крайней мере со стороны Гаона и его учеников, было мнение, что это учение выступает против серьезного изучения Торы и Талмуда. Это основывалось на разных высказываниях и интерпретациях, иногда слухах. Вот слова одного из самых уважаемых хасидских учителей, отцов-основателей всего движения, рава Яакова Йосефа из Полонного (Толдот Яаков Йосеф, парашат Вайеце): «Не надо быть полностью погруженным в занятия, нужно смешаться с народом, главное, чтобы на лице была богобоязненность». Или: «Его (Баал Шем Това) душа сказала Раби (Баал Шем Тову), что он достиг общения с небесными сферами не благодаря тому, что выучил много Торы из Талмуда и комментаторов, а просто благодаря искренней молитве» {Цаваат аРиваш - цитируется Виленским).

Первенство ученого Торы было неоспоримым для восточноевропейских евреев. Эту позицию стала подрывать Аскала (Просвещение), которая надвигалась из Г ермании, но главной проблемой для установленной иерархии стал хасидизм. За несколько десятилетий перевернулся весь установленный веками жизненный стиль. Если бы не непрерывность изучения Торы, тяготы изгнания давно бы разрушили Израиль. А теперь хасидизм стал провозглашать другие идеалы и лишать значимости жизненную силу еврейского народа - изучение Торы. Это митнагдим восприняли как опаснейшую ересь, ведущую к национальному самоубийству.

Запрет 1772 года был только временным ударом по хасидизму. Митнагдим не могли повернуть колесо истории вспять, главной целью было сохранить Литву и Белоруссию от проникновения этого движения. Но запрет привел и к противоположному результату: он объединил прежде разрозненные и конфликтующие между собой группы хасидов. И, кроме того, вызвал симпатии и поддержку движению у тех, кто привык помогать гонимым, что, в свою очередь, дало хасидизму силу ответить ударом на удар.

1 Непонятно, кто избрал это имя: оппоненты или хасиды. Слово это несет негативный оттенок, но митнагдим этого не стеснялись.

2 В монументальной работе Хасидим и митнагдим Мордехай Виленский приводит обширную литературу об этом конфликте. Но сам иногда выражает антагонизм хасидизму, неоправданный его источниками.

3 Хотя отдельные протесты звучали еще в 1746 году, а сильная критика в 1760 году. Приложили руку к этому запрету в Вильно и воинственные митнагдим Шклова.

4 Как отмечалось выше, он отличается от принятого у евреев Испании и Ближнего Востока.

5 Это вызывало споры и оппозицию и внутри самого хасидизма, например, у Пшисхи-Коцка.

6 Многие оппоненты считали, что их метод увеличивает возможность зазубривания ножей, а Гаон из Вильно не протестовал против самого способа, но считал, что не нужно менять того, что принято. В наше время этим способом заточки пользуются повсеместно.

Примирение противоречий

Хасидские цадики решили пересмотреть свой взгляд на ситуацию с учетом оппозиции против них. И хотели вступить в контакт со своими критиками, чтобы решить спорные вопросы и защититься от нападений. Но время для снятия противоречий еще не наступило. Пока митнагдим не убедились, что хасидизм из еврейской жизни не уйдет, они боролись против него. Но запрет вызвал разочарование, хасиды продолжали действовать даже в самой Вильне.

А экстремисты с обеих сторон разжигали огонь ненависти. В 1781 году был издан еще более серьезный запрет, снова с подписями Гаона и рава Шмуэля Авигдора, главного судьи раввинского суда Вильны. Другие запреты издали общины Гродно, Пинска, Бриска и Слуцка. Их провозгласили на ярмарке в Жельве. Но после смерти Магида из Межрича в 1772 году хасиды перегруппировались, усилились и были лучше подготовлены к новым запретам и обвинениям. Их главным защитником стал рав Шнеур Залман из Ляд, основатель Хабада. Он без устали путешествовал (даже в Вильно, чтобы встретится с Гаоном, но ему не дали аудиенции), писал и говорил в защиту хасидизма, то есть стал ведущим представителем этого движения.

Рав Шнеур Залман был блестящим талмудистом и оригинальным мыслителем высшего порядка. Он составил знаменитый и авторитетный галахический труд Шулхан арух арав7, классику еврейского Закона. Но главным его трудом было философское и кабалистическое сочинение об основных идеях хасидизма Ликутей амарим, обычно называемое Тания (по своему первому слову). Эта книга впервые была опубликована в 1796 году (в Славуте, за год до смерти Гаона) и стала одним из основных текстов хасидизма. Эрудиция, стиль и ясное изложение абстрактных мистических идей подняло уровень дебатов с митнагдим на несравненно более высокий уровень. Книга была основана на кабалистическом учении рава Ицхака Лурии (Аризаля). Среди своих хасидов рав Шнеур Залман критически отзывался о сомнениях Гаона в этой системе кабалы, а также о том, что он якобы отказывал ей в статусе божественного откровения.

Его книга была такого высокого калибра, что требовала и соответствующего ответа со стороны митнагдим. На нее уже нельзя было отвечать запретами. В конце концов ответ на нее дал ведущий ученик Г аона рав Хаим из Воложина в книге Нефеш аХаим (озаглавленной так сыном автора, равом Ицхаком из Воложина), опубликованной уже после его смерти, в 1824 году. Этот труд был не только ответом на Танию, хотя он никогда не ссылался на нее, но во многих отношениях дополнял и отражал ее. Он был точной интерпретацией классической раввинистической мысли, четко очертившей новые отходы хасидизма от прежде принятых норм. Но из обеих книг становилось ясно, что общего у течений значительно больше чем противоречий. Появление этих работ знаменовало медленное взаимное признание двух лагерей, хотя двадцать пять лет до появления второй книги были весьма напряженными.

7 Он был впервые опубликован в Шклове, 1814. Но рукописные списки были доступны за много лет до этого.

Вмешательство властей

Первый запрет 1781 года был усилен в 1797 году, а за этим последовало новое развитие конфликта. В этом году 9 октября (19 тишрея) умер Гаон, и многие среди хасидских масс, но не среди лидеров, отметили его уход публичной радостью. Это оскорбление памяти Гаона побудило митнагдим отреагировать еще более резким запретом. В самой Вильне совет еврейской общины занял очень враждебную позицию против местного хасидского движения и постоянно преследовал его.9

Хасиды Вильны в отчаянии думали, куда бежать из этого государства. При этом они по глупости прибегли к помощи не той силы. Весной 1798 года хасиды Вильны обратились с жалобой к русскому правительству на поведение еврейского совета Вильно, обвинив его не только в плохом обращении с ними, но и в неправильном употреблении общественных фондов и нарушениях законов при сборе налогов, которые еврейская община должна была регулярно платить царскому правительству. Русское правительство очень обрадовалось открывшимся возможностям. 26 апреля 1798 года губернатор Виленской области издал прокламацию, оправдывая претензии хасидов и строго лимитируя власть еврейского совета Вильны.

Победа хасидов побудила некоторых из них пойти дальше. Они представили русским властям копию тайного письма, которое распространял Еврейский Совет, пытаясь собрать фонды для лоббирования в царском суде в Санкт-Петербурге. В июле 1798 члены Еврейского Совета были арестованы и допрошены русскими властями.

Тогда, напуганные последствиями вмешательства русского правительства на стороне хасидизма, митнагдим ответили огнем на огонь. Летом 1798 года они послали русским властям жалобу на хасидов вообще и рава Шнеура Залмана в частности. Среди обвинений был и сбор денег для отсылки в другую страну (Землю Израиля, которая тогда находилась под властью турок), что в царской России было серьезным преступлением.10 В октябре 1798 года рава Шнеура Залмана заключили в Петропавловскую крепость в Санкт-Петербурге, где его допросило высокопоставленное лицо. Согласно хасидской традиции, сам царь переоделся офицером тюремной стражи и пришел к раву Шнеуру Залману, убедился в его невиновности и освободил его 27 ноября 1798 года - 19 кислева.11 Его освобождение вызвало новую волну обвинений хасидов против еврейского совета. И в январе 1799 года он был распущен русским правительством, под «наблюдением» которого прошли новые «выборы», и все восемь новых членов совета Вильно оказались хасидами. Так Вильно, резиденция Гаона и бастион митнагдим, перешла под управление хасидов.

8 См. Тора лишма, Норман Лэм, Мосад аРав Кук, 1972, стр. 42.

9 Публичные порки, вынужденные публичные признания и унижение - вот некоторые примеры преследования хасидов.

10 Почти каждый раввин в царской России был «виноват» в «преступной» отсылке денег в Эрец Исраэль, поэтому на них в любой момент могли за это послать донос. Рав Шнеур Залман защищал себя тем, что помощь евреям на Святой Земле была древней традицией. Его обвинитель, рав Авигдор из Пинска, отвечал, что хасиды посылали больше денег, чем обычно принято. Это было правдой, потому что значительная группа хасидов осела в Эрец Исраэль в 5537/1777 году, и их товарищи в Польше им помогали. Других ашкеназим на Святой Земле в то время почти не было.

Битва стихает

Самым большим противником хасидизма был рав Авигдор из Пинска. Он повлиял на смещение рава Леви Ицхака (позднее прозванного Леви Ицхак из Бердичева) с раввинского поста в Пинске из-за его хасидских верований. А потом сам занял это место. Но в 1786 году хасиды перешли в контратаку, и в 1794 году сам рав Авигдор оказался смещенным. После этого он стал отдавать борьбе с хасидами все силы. Он был одной из главных движущих сил в запрете 1797 года в Вильне. Он ходатайствовал в Санкт-Петербурге против хасидов и стал известной фигурой в правительственных кругах. Наконец, весной 1800 года он передал властям длинный список обвинений против хасидов и рава Шнеура Залмана.

В первую очередь он подчеркивал социальную и религиозную анархию хасидизма, зная, что царь очень не любит анархии. Рав Аарон из Карлина распространял хасидизм в Литве в семидесятых годах, и его активность сделала его в глазах русского правительства «подрывным элементом». Кроме того, были еще общие обвинения против рава Шнеура Залмана. Но особое обвинение было больше, чем просто нелегальная передача денег в Турцию (Палестину). 21 ноября 1800 года он снова был арестован и помещен в русской столице в тюрьму. После расследования его снова освободили 9 декабря 1800 года, но он должен был оставаться в городе, пока дело не будет рассмотрено русским Сенатом. В результате убийства царя Павла и последующих пертурбаций в правительстве ему наконец разрешили уехать 20 апреля 1801 года. Но вследствие русского бюрократизма только в 1804 году правительство сняло все обвинения против него и воестановило права хасидов в Вильне и повсеместно.

К этому времени обе стороны были истощены ссорой и ее последствиями. Хасиды осознали тщетность попыток управлять еврейской Вильной, где преобладало нехасидское население, и они устранились. Рав Шнеур Залман использовал все свое влияние на хасидов, чтобы предотвратить дальнейшее насилие и доносы.13 А митнагдим стали постепенно понимать, что хасидизм не уйдет, он останется, и бороться против него силой бесполезно. Успокаивал их и рав Хаим из Воложина, и битва стала утихать.

Но в 1813 году огонь разгорелся снова. В результате наполеоновской войны в России и Польше и раскола еврейской общины по вопросу об отношении к Наполеону возникли новые подозрения русских властей. Тогда митнагеды обвинили некоторых хасидских лидеров в симпатиях к Наполеону, что отчасти было правдой, и послали новый донос царю. Кроме того, они формулировали и опубликовали новый запрет, включив в него все обвинения первого запрета 1772 года. И снова рав Шнеур Залман отразил удар. Он все время поддерживал Россию против Наполеона, о чем было известно правительству.

Новый запрет уже никак не повлиял на хасидов, у которых уже был иммунитет против этих обвинений.

Русское правительство уже выглядело не частично антихасидским, а просто антисемитским по отношению к обеим сторонам. И перед обеими сторонами теперь вырос новый сильный враг - Аскала, Просвещение. Вместо междоусобной борьбы им теперь нужно было создать против него единый фронт в защиту традиционного иудаизма. Так закончилась упорная борьба. Обе стороны научились приспосабливаться друг к другу, хотя попрежнему расходились по многим фундаментальным вопросам теории и практики.

11 Хабад ежегодно празднует этот День Освобождения Ребе.

12 Виленский считает, что он купил это место за большие деньги, которые дал местным влиятельным людям и городскому совету.

13 Виленский приводит копии его писем к хасидам.

ЕШИВЫ - Отход от традиции

Одним из главных достижений восточноевропейского еврейства в девятнадцатом веке было создание великих центров изучения Торы - ешив.1 Эти образовательные учреждения постепенно стали жизненными центрами еврейских общин, распространяя ученость и согласие, необходимые для поддержания традиционного образа еврейской жизни и поведения, вначале среди митнагдим, а затем и среди хасидов. Подъем этих ешив тоже был новшеством по отношению к методам обучения, принятым в 17 - 18 веках в Восточной Европе. В ту пору центры Торы были рассеяны и малы. Раввин общины отвечал за образование молодых людей2. Чем крупнее был ученый, тем больше учеников он обычно привлекал, но вся ешива была частным делом, сосредоточенным за столом у раввина или в местной синагоге. А новое движение сделало ешиву «учреждением», примерно таким, каким мы видим ее сейчас.

Большинство еврейских мальчиков учились в хедере3 с трех до десяти лет. После этого некоторые продолжали формальное образование, обычно до тринадцати лет, бар мицвы, посещая местные классы или частного учителя. А потом большинство молодых людей вливалось в местную рабочую силу, помогая ремесленникам или торговцам, или покидали дома, чтобы, терпя лишения, зарабатывать на жизнь в чужом, враждебном окружении. Другие продолжали обучение до шестнадцатисемнадцати лет, когда уже становились талмудическими учеными, поскольку изучение Торы было их единственным занятием с раннего детства. Было принято, чтобы все люди изыскивали время для занятий, хотя бы несколько часов в день.

Однако только избранные с выдающимися способностями, подающие большие надежды в Торе и интеллектуальном развитии, продолжали учиться целый день, а раввин общины был их учителем или наставником. Когда эти одаренные юноши исчерпывали знания местного раввина, им советовали поехать в другое место к большему знатоку Торы, выдающемуся раввину и учиться у него дома. Эти великие раввины принимали, учили, формировали их и постепенно передавали им звание раввина. Но в середине 18 века эта система стала давать сбои, рушиться. Раздел Польши, который длился с 1772 года по 1794 год, разрушил еврейскую экономику и социальную жизнь в Литве, северной Польше и Белоруссии. Хаос войны и социальной нестабильности подорвал традиционную еврейскую образовательную систему. Великим раввинам пришлось покидать свои дома, странствовать, претерпевая опасности, и изучение Торы сильно пострадало от этого.

Существует ностальгический миф относительно восточноевропейского еврейства, изображающий мир наших предков идиллией.4 Все были благочестивы. Процветало изучение Торы. Общественная жизнь евреев не была подвержена кризисам. И хотя материально жили бедно и свирепствовал антисемитизм, евреи в штетле5 были счастливы, терпимы и принимали свой жизненный удел. Мифы в лучшем случае преувеличивают, а часто и во многом они очень неточны. Таков и этот миф. В 19 веке (раздел 3, глава 16 «Просвещение») Аскала (Просвещение) становится серьезной угрозой традиционной еврейской жизни в Литве, северной Польше и Белоруссии, особенно в больших городах, хотя это движение захватывало и местечки.

«Гаон из Вильны ясно видел опасности беспрецедентного роста нового движения [Аскалы] и был очень озабочен его разрушительным влиянием [на соблюдение заповедей]».6 Уровень изучения Торы стал стремительно снижаться не только в деревнях, но даже в окрестностях Вильны, этого «литовского Иерусалима». Многие молодые евреи относились теперь к этому занятию без прежнего энтузиазма. Статус ученого Торы падал в глазах общества. В 1864 году рав Моше Йосеф, раввин из Кринака (Литва) написал письмо в поддержку Воложинской ешивы, описывая в деталях еврейскую жизнь в Литве в начале 19 века.

Мне семьдесят восемь лет, и когда святой рав [Хаим Воложин] основал ешиву, мне было пятнадцать или шестнадцать лет. Я был сообразительным и очень интересовался окружающим миром. До того, как он основал дом Б-га [ешиву в Воложине], мир литовского еврейства был заброшенным, пустым, бесформенным, никто тогда не знал даже ни названия «ешива», ни зачем она нужна, ни чему она учит. Талмудические ученые не пользовались уже славой и популярностью, потому что еврейский мир был лишен серьезных занятий Торой. И святые книги, например Талмуд, не везде можно было найти, а только у некоторых богатых людей. Даже в синагогах больших общин не было всех томов Талмуда, и люди не считали это необходимым, поскольку этим не пользовались.

7 Нет сомнения, это письмо рисует слишком мрачную картину, потому что в каждом местечке было несколько выдающихся ученых. Но верно, что традиционному миру митнагедов угрожало невежество, светское влияние и апатия. Он нуждался в жизнеспособной альтернативе хасидизму8 и в силе противодействия Аскале. Решением проблемы было создание ешив по всей Европе. Этим было положено начало движению молодых людей и ученых Торы, которое и до сих пор является одной из главных жизненных сил еврейской традиции.

Полный обзор всех ешив 19 века (и их наследников в 20 веке) выходит за рамки этой книги. Но даже беглый взгляд даст представление о масштабах этого явления.

Он позволяет понять, в чем источник внутреннего напряжения современного еврейского мира, потому что ешивы, по выражению известного неортодоксального еврейского поэта Бялика, это «национальная творческая работа еврейского народа».9

1 Примечательно, что почти все современные учебники истории еврейского народа игнорируют роль ешив. Например, Толдот ам Исраэль, Г. Сасин, Тель-Авив 1969, уделяет этому два параграфа, но посвящает несколько глав светским еврейским движениям, которые столетием позже уже исчезли.

2 Формальное образование для женщин в ортодоксальных кругах появляется лишь в двадцатых годах 20 века. Хотя во всех поколениях встречались женщины больших знаний, раньше их воспитывали дома, чтобы они могли достойно выполнять роль жены и матери, но образовательной структуры для этого не было.

3 Буквально «комната». Традиционное название начального учебного заведения у восточноевропейских евреев.

4 Прославление этого мира в литературе, драме и песнях повсеместно, яркий пример - мюзикл Скрипач на крыше на основе ШоломАлейхема.

5 Штетл - букв, маленькая деревня, местечко. Этот термин стал синонимом образа жизни евреев Восточной Европы до урбанизации еврейских масс и их постепенной эмиграции в 19 веке.

6 Эц хаим, Моше Синонвиц, Тель-Авив 1972, стр. 16.

7 Там же, стр. 15.

8 Рационалистическая, консервативная и неэмоциональная природа большинства литовских евреев делала хасидизм неподходящим для них.

9 Хаим Нахман Бялик (1873-1934), бывший ученик ешивы в Воложине, стал ведущим светским поэтом, особенно популярным в среде политического сионизма.

Рав Хаим из Воложина

Ешива в Воложине была «матерью» всех ешив девятнадцатого века. Ее основал знаменитый ученик Гаона из Вильны, рав Хаим Ицкович из Воложина (1749-1821). Готовясь к этому революционному начинанию, он разослал письма всем еврейским общинам Литвы и их раввинам. В них он подробно объяснял необходимость создания центрального национального дома учения, который будет привлекать ученых высшего калибра и создавать физическую и духовную среду, необходимую для поддержки интенсивного изучения Торы. Он писал:

Есть те, кто хотят учиться, но не имеют для этого средств. И есть такие, что хотят у шться и имеют для этого финансовые возможности. Но у них нет учителя, который бы направил их по истинному пути аналитического изучения. ...Они как овцы без пастуха. ...И хотя я недостоин короны, которая, по праву, не принадлежит мне, но недалеко то время, когда еврейский народ останется без лидеров. ...И двери дома учения будут закрыты... Поэтому я призываю всех моих возлюбленных братьев услышать истину... заделать брешь в нашей стене и поддержать Тору Б-га [с помощью ешив], изо всех наших сил, подкармливая бедных студентов и оказывая финансовую поддержку».1

Это письмо вызвало сильный резонанс в литовском еврействе. Лучшие молодые умы отбирались для обучения в ешиве. Рав Хаим посылал мешулахим3 (сборщиков средств) в еврейские общины Литвы, чтобы финансово поддерживать ешиву. Хотя ешива так и не достигла полной финансовой самостоятельности, она получала поддержку от сотен общин всего мира. И в этом Воложин отходил4 от принятой в Восточной Европе нормы, где эти учреждения поддерживались только местными общинами.

Рав Хаим был не только главой ешивы, его уважали как живое олицетворение ешивы. Его педагогический метод, аналитический стиль изучения Талмуда, внимание к малейшим деталям, философия жизни и образования, и наконец праведность и цельность стали отличительными особенностями Воложина. Он был не просто лектором и администратором, но учителем и наставником всех студентов и ведущей силой всего образовательного процесса. Рав Хаим был всем для учеников - отцом и матерью, учителем и доверенным лицом, другом и советником, критиком и начальником.

Так он стал прототипом и стандартом для всех, кто приходил после него и называл себя титулом Рош ешива (глава ешивы). Его философия образования была основана на четырех принципах: личное влияние и взаимодействие между учителем и учеником; общие, а не индивидуальные занятия; создание уверенности в себе и высокой самооценки у учеников, их психологического и духовного подъема; внесение радости и удовлетворения в изучение Талмуда.

Как истинный ученик Гаона из Вильны, рав Хаим противостоял пилпулистическому5 методу обучения, принятому при изучении Талмуда в течение последних веков и приведшему в своих крайних формах к негативному отношению к изучению Талмуда как серьезному и необходимому делу.

Аскала высмеивала софистику и смешные рассуждения малообразованных учеников того времени. Гаон, а потом рав Хаим решили восстановить баланс в методологии изучения Торы и не из-за Аскалы, но исходя из глубокого понимания истинного метода изучения Торы. Точность понимания текста благодаря знанию всех основных комментариев к Талмуду, строго логическое рассуждение, анализ, интеллектуальная честность и открытость, готовность слушать и понимать ::онфликтующие точки зрения стали символами «литовского способа» изучения, основополагающего в важнейших ешивах сего дня. Это аналитическое искусство и честность текстуального изучения заменили быстрые всплески вдохновения, которые отличали технику принятого раньше метода, с которым боролась школа Воложина.

Это был метод рава Хаима и его ешивы. Вкупе с потрясающей преданностью учению, быстрым темпом продвижения и святым соперничеством выдающихся личностей это сделало ешиву превосходящей интеллектуальной организацией своего времени. В ешиве терпимо относились к чужим мнениям, отличались скромностью, осмысленностью действий, оригинальностью мысли и решений. Ешива вдохнула новую жизнь в литовское еврейство и вернула короне Торы былую славу. Она высоко подняла знамя Гаона из Вильны, на котором было начертано: «Только благодаря изучению Торы может выжить Израиль».

1 Там же, стр. 33, 34.

2 Потом там была установлена географическая квота на число учащихся.

3 Буквально «посланников». Их также называли аббревиатурой шадар - шлухей дерабанан - посланных раввинами.

4 Прецедент международных поисков фондов был создан в великих вавилонских общинах с шестого по восьмой века, но в восточной Европе это прекратилось в шестнадцатом-семнадцатом веке.

5 Пилпуль - букв, «перец, приправа», как термин уже обсуждался в прим. к гл. 12. Здесь он употребляется в более узком смысле, как технический метод изучения, необходимый иногда для соединения разрозненных положений в одно целое, чтобы разъяснить предмет. Но, увлекаясь блеском головоломных логических построений, он выходил за рамки интеллектуальной честности. Уже говорилось о его отличии от пилпуля, современного термина для ясного логического анализа и изложения текста.

Передача мантии

Рав Хаим умер в 1821 году и мантия лидерства перешла к его сыну раву Ицхаку из Воложина, который наследовал своему отцу как раввин общины и глава ешивы.1 Это был мудрый и способный человек, под руководством которого ешива продолжала расти. Но главную славу он обрел упорством в неповиновении указам царя в сфере образования для русского еврейства (см. дальше). Он был и великим миротворцем в конфликте между хасидами и митнагдим и не раз объединял силы с крупными хасидскими лидерами своего времени, чтобы выступить вместе против Аскалы и тирании царя.

Но постепенно общественные обязанности стали отнимать у него слишком много времени за счет ешивы. В последние годы жизни постоянное подавление русских евреев со стороны царя повело к их дальнейшему обнищанию, и ешива страдала от серьезных экономических проблем. Они сказались на сокращении числа учеников, принимаемых в ешиву, и материальных трудностях тех, кто продолжали учиться. Но дух и влияние ешивы оставались сильными и живыми. Рав Ицхак умер в 1849 году, его преждевременная смерть вызвала кризис и напряжение.

Династию Бейт аРав - дома рава Хаима - теперь продолжали три его зятя. У рава Ицхака было трое сыновей, двое из них умерли в юности, а третий, рав Элияу Залман, не претендовал на титулы отца.2

1 В Восточной и Центральной Европе в маленьких еврейских общинах должности раввина и главы ешивы обычно совмещались в одном человеке. Преимущество этого было для всех очевидно. Но эта великая традиция за редкими исключениями не была воспринята в Израиле и США.

2 Его зять рав Йегуда Хешель Левин выразил желание стать главой ешивы после смерти преемника рава Ицхака, рава Элазара Фрида, но его кандидатуру отклонил совет ешивы.

Конфликтующие стили

Вторым зятем рава Ицхака был легендарный рав Нафтали Цви Йеуда Берлин - Нецив1 Он родился в известной раввинской семье в 1817 году, а в 1831 году женился на дочери рава Ицхака и приехал в Воложин. В течение жизни своего тестя он держался в тени, и его затмевал другой блестящий зять рав Элазар Ицхак Фрид. Но и в этот период он создал великие произведения того века: Аэмек Шейла - комментарий к тогда малоизвестной работе эпохи Вавилонских гаонов и Шеилот раби Хайгаона. Нецив во время болезни рава Ицхака Элазара Фрида начал давать талмудические лекции в ешиве. А когда рав Фрид умер, Нецива избрали равом Воложина и главой ешивы. Его помощником совет избрал праправнука рава Хаима из Воложина, рава Йосефа Дов Бера аЛеви Соловейчика. Рав Иосеф Дов Бер, блестящий, острый, чрезвычайно творческий человек, был гением. Его уроки, полные огня, столкновений мысли, парадоксов стимулировали и вносили свежесть в школу пилпуля. По контрасту с ним, метод и демонстрация Нецива были спокойнее, глубже, педантичнее и шире по охвату, использованию источников. Эти два великих человека дополняли друг друга в преподавании, социально и лично, и теперь Воложин рос и становился еще более важным и влиятельным.

Но постепенно два конфликтующих стиля и метода преподавания привели к расколу среди учеников. Заметив это, чтобы не допустить серьезных последствий, два лидера сразу попросили назначить суд Торы для решения вопроса, кто станет руководителем ешивы. Раввинский суд подтвердил прежнее распределение ролей: Нецива как руководителя и рава Дов Бера как его помощника. С этого времени Нецив формировал и развивал Воложин. А в 1865 году рав Дов Бер покинул этот город и стал раввином Слуцка, а затем Бриска, где обрел великую славу.

В 1865 году в Воложине, где дома и крыши были деревянными, произошел сильнейший пожар. Здание ешивы с библиотекой и многими оригинальными рукописями рава Хаима и Ицхака из Воложина сгорело дотла. Нецив всю свою энергию посвятил восстановлению ешивы. Было построено трехэтажное здание, туда приехали еще ученики, число которых достигло четырехсот.

В преподавательский состав влились новые силы и Воложинская ешива стала местом притяжения для лучших еврейских умов России в 1870-1880 годах. В 1873 году к ешиве присоединился рав Хаим аЛеви Соловейчик, сын рава Йосефа Дов Бера, и в 1880 году он был назначен вторым главой ешивы, помощником Нецива. Он завершил революцию в методике изучения Торы, которая стала маркой «литовских» ешив. Глубокий и точный анализ, разделение предмета изучения на отдельные части, каждая из которых исследуется до основания, четкая логика и интеллектуальная честность - это были основы дерех (метода изучения Торы рава Хаима).

Снова две великих личности и их разные подходы к изучению Талмуда дополняли друг друга и усиливали ешиву. Под их руководством там выросли почти три поколения еврейских лидеров: раввинов, профессионалов и даже светских людей. Влияние Воложина на еврейскую жизнь было огромным.

1 Акроним его имени означает на иврите «князь» или «лидер».

Вмешательство царского правительства

Опыт взаимодействия Воложина с царским начальством отражает общую судьбу российского еврейства. С 1827 года российское правительство начинает вмешиваться в еврейскую систему образования. В этом ему умышленно или по наивности помогали усилия Аскалы (сторонников светского просвещения) в России. В 1835 году вышло постановление о статусе раввинов, которые должны были отныне свободно владеть русским языком. В 1844 году русское правительство также в сотрудничестве с лидерами Аскалы основало два раввинских училища в Вильне и Житомире, чтобы сформировать раввинов «нового стиля», более подходящих царю. В 1853 году правительство объявило, что только выпускники этих официальных «семинарий» будут назначаться для исполнения функций раввина.1 В 1859 году правительство заявило, что в программу обучения ешивы необходимо включить светские предметы: математику и географию, русский язык и культуру.

Но Нецив не согласился и не подчинился этому указу правительства. Были периоды, когда светские дисциплины изучали в Воложине в отдельном здании с ограниченным числом учащихся под руководством учителей неевреев. Это делали, чтобы успокоить местные власти. При этом им еще регулярно давали взятки, чтобы не слишком вмешивались в учебный процесс. Но давление Аскалы и российского правительства продолжало расти.

В 1877 году исключенный из Воложина ученик ложно информировал власти о том, что ешива вообще и Нецив в частности замешаны в антиправительственных действиях. В «доказательство» он представил сфабрикованное им письмо, якобы подписанное главой ешивы. Нецива арестовали, но после расследования отпустили. Однако это оказало влияние на ешиву и на него самого. С этого дня власти сосредоточили внимание на Воложине. Часто стали появляться комиссии, стали издавать новые указы и обвинять ешиву в разных инстанциях.

Ситуацию осложнил большой пожар в Воложине в 1886 году, разрушивший деревню и новое здание ешивы. С огромными усилиями Нециву удалось продолжить занятия, разместить учеников по квартирам, и через двенадцать месяцев собрать средства, чтобы отстроить новое здание. Успех ешивы, пережившей все эти трудности, показал изумленному правительству ее мощь и ее роль в противостоянии евреев попыткам царского режима повлиять на них. Правительство удвоило свои усилия, чтобы контролировать ешиву, а потерпев неудачу, решило ее закрыть.

В 1877 году инспектор школ Виленской области приехал в Воложин и обнаружил «нелегальных» учеников. Многие слабо владели русским языком и недостаточно знали русскую культуру. Он не призвал к закрытию ешивы, но потребовал неукоснительно выполнять правила учебных заведений. Теперь вокруг ешивы собрались враждебные силы: царь, маскшим («просвещенцы») и ученики, бунтующие под влиянием изменений в России, и все это на фоне растущего обнищания населения.

И все же ешива процветала как учебное заведение и духовный центр. Из 425 учеников многие стали лидерами в последующие полвека. Уровень изучения Торы под руководством этих двух выдающихся лидеров достиг необычайной высоты, ее изучали творчески и преданно. Большинство студентов хранили верность Воложину, его целям, идеалам, системе. Но внутреннее напряжение росло.

С 1860 года в Воложине действовала активная ячейка Аскалы. Хотя лишь немногие ученики были связаны с ней, ее существование вносило раскол в ешиву. Это явление отражало то давление, которому подверглось все русское еврейство. Многие из учеников, сформировавших ячейку Аскалы, потом стали лидерами разных еврейских и нееврейских светских движений. Эти талантливые и самолюбивые люди принесли серьезный вред народу Израиля.

В ешиве была и другая группа Нес Цион (Флаг Сиона). К этой сионистской группе Нецив относился терпимо, поскольку и сам поддерживал организацию Ховавей Цион - Любящие Сион. Нес Цион сформировалась в 1885 году, ее деятельность вызвала в правительственных кругах подозрения в антигосударственных намерениях, что побудило ешиву сначала возражать против ее деятельности, а потом в 1889 году запретить ее существование внутри ешивы.2

В 1890 году в ешиве возникла новая группа Нецах Исраэль. Она требовала от своих участников горячей любви к своему народу, еврейской учености, соблюдения законов и предписаний Торы и преданности еврейским духовным лидерам. В нее вошли многие будущие раввины и лидеры.3 После закрытия Воложина группа распалась, но некоторые ее члены стали лидерами других организаций.

Нецив пригласил своего старшего сына, знаменитого раввина Москвы рава Хаима Берлина, в администрацию и правление ешивы. В 1890 году он переехал в Воложин вместе со своей знаменитой библиотекой иудаики и раввинской литературы и начал давать талмудические лекции в ешиве. Но его стиль не обрел популярности, в ешиве привыкли к гениальному блеску и методу рава Хаима Соловейчика, у студентов возникла и росла оппозиция. Удрученный Нецив не стал настаивать на семейной преемственности, и рав Хаим Берлин вскоре поехал в Берлин, Париж, Амстердам, Лондон и другие общины, чтобы собрать фонды для покрытия дефицита ешивы. Затем он поселился в Иерусалиме, где закончил свои дни почитаемым раввином.

22 декабря 1891 года русское правительство выдвинуло новые требования к ешиве, которые сделали ее существование невозможным.4 Смириться с этими требованиями было немыслимо. Фактически правительство цинично требовало таким образом закрыть ешиву. В январе 1892 года русская инспекция прибыла в Воложин, чтобы привести в действие указы. Нецив отказался им следовать. Ешиву закрыли, студенты разъехались. Еврейский мир переживал это событие.

Но стали расти новые ешивы. Учение Торы распространялось по Литве, появлялись все новые студенты. И все же это было не то. Новые ешивы шли по следам Воложина, но Воложин был только один.

1 Этот эксперимент завершился закрытием этих двух училищ в 1873 году, а ешивы, которые они должны были заменить, процветали и расширялись.

2 Позицию Нецива выражает его замечание: «Эти добрые дела могут выполнить и другие люди вне ешивы; они не требуют, чтобы учащиеся отвлекались для этого от изучения Торы». Мирский, стр. 65.

3 Среди них были раввины Шмуэль Аарон Тамерет, Ицхак Нисенбаум, Моше Мордехай Эпштейн, Исер Зальцман Мельцер, Авраам Дов Бер Кахане Шапиро, Менахем Краковский, Авраам Ицхак Кук, Йехуда Лейб Дан Ихье.

4 Главными были четыре пункта: никаких талмудических занятий ночью; светские предметы следует изучать с девяти утра до трех дня; учебный день не должен продолжаться более десяти часов; все преподаватели обязаны иметь дипломы признанных русских учебных институтов.

ЕШИВЫ РАСПРОСТРАНЯЮТСЯ - Мир

Лет через десять после организации ешивы в Воложине учебное заведение подобного типа создал в 1815 году в небольшом литовском городе Мир1 самый большой знаток Торы в общине и деловой человек Шмуэль Тикитинский. Первые восемь лет он один поддерживал ешиву, но затем к нему присоединился его сын Авраам, возглавив ешиву Мир. Она стала популярной и к 1840 году насчитывала сто учеников.

В 1835 году Шмуэль и Авраам Тикитинские трагически погибли. Возглавить ешиву пригласили рава Йосифа Давида Мирера, раввина Мира. А в 1850 году в ешиву вернулся внук основателя Хаим Лейб Тикитинский и стал ведущим равом ешивы. У него были выдающиеся педагогические способности, и под его руководством Мир стал очень важной ешивой, второй после Воложина по числу учеников и репутации.

Рав Хаим Лейб умер в 1899 году, и единственным, кто мог его заменить, став лидером, был его младший сын Авраам. Но, несмотря на официальное положение рош ешивы - главы ешивы, он тут же стал искать харизматическую личность, которая могла бы вдохновлять и расширять это учебное заведение. В то же время, в 1899 году рав Элияу Давид Рабинович-Тумим оставил пост раввина Мира, чтобы переселиться в Иерусалим. Появилась возможность взять одного человека как раввина города и второго - на место главы ешивы. Им стал рав Элияу Барух Камай.

Под его руководством Мир стал ведущей ешивой Литвы и пережил царские преследования, которые не удалось преодолеть Воложину. Перед первой мировой войной в Мире учились около двухсот пятидесяти студентов. Оттуда вышли многие выдающиеся раввины3, ешива оказывала сильное влияние на еврейскую жизнь в Литве. Стиль обучения рава Камая сочетал глубокий анализ с блестящим огнем пилпуля, это привлекало способных студентов, как и его замечательная личность и дружественное отношение к ученикам.

Через несколько лет рав Авраам Тикитинский оставил Мир, лишившись зрения из-за болезни глаз, но продолжал давать лекции по Талмуду по памяти. Потом он переехал в Минск, где умер в 1921 году. Тогда рав Камай пригласил в ешиву своего зятя, рава Элиэзера Йегуду Финкеля4, и в 1907 году тот стал его наследником не только благодаря выдающимся знаниям, но и как администратор, фандрэйзер (сборщик средств) и замечательный руководитель. В 1911 году деревня Мир вместе с ешивой сгорела дотла.5 Но молодой рав Финкель, с присущей ему энергией, восстановил и даже расширил Мир.

Во время первой мировой войны в 1916 году ешиве пришлось покинуть родное место. Рав Элияу Барух остался с общиной в Мире, но серьезно заболел и в 1917 году умер после неудачной операции в Минске. Его сын, рав Авраам Цви Камай, унаследовал пост раввина Мира и был избран вторым главой ешивы, которая вернулась в Мир, теперь часть Польши, в 1921 году. Машгиахом6 там становится выдающийся учитель мусара рав Йерухам Левовиц. Сочетание этих трех великих личностей, раввинов Финкеля, Камая и Левовица, как магнит притягивало учеников.

Последующие восемнадцать лет молодые способные люди стремились в Мир не только из Польши и Литвы, но также Германии, США, Южной Африки, Швейцарии, Чехословакии, Бельгии, Англии, Румынии, Венгрии и даже Австралии. Так Мир стал первой интернациональной ешивой современности.

Чудом почти все студенты ешивы сумели покинуть Европу во время второй мировой войны и провели военные годы беженцами в Кобэ (Япония) и Шанхае (Китай).7 По окончании войны ешива разделенная на две ветви, одна в Бруклине (Нью-Йорк), и вторая в Иерусалиме, продолжала оставаться одной из ведущих ешив еврейского мира.

1 Буквально слово Мир означает «деревня». Город был назван Да Мир или «деревня» из-за своего центрального расположения и значения.

2 Широко известный под акронимом Адерет, уважаемый ученый и лидер, тесть рава Авраама Ицхака Кука. Его впечатляющую автобиографию Седер Элиягу издал в 1983 году Мосад аРав Кук в Иерусалиме.

3 Например, раввины Зелиг Барух, глава ешивы в Ломже, Реувен Грозовский из Каменца в предвоенной Польше и затем глава Бейт мидраш эльон (учебного заведения) в Монси около Нью-Йорка, и Йосеф Фарбер, глава Хейхал аТалмуд в Тель-Авиве.

4 Сына рава Натана Цви Финкеля, Алтера из ешивы Слободка, который многое унаследовал у своего великого отца.

5 Эти периодические пожары был частью жизни штетла (поселков) в Восточной Европе. Мир сгорал до основания также в 1878 и в 1892 году.

6 Машгиах - буквально «наблюдатель», или «инспектор». В литовских ешивах у машгиаха была особая роль - следить за духовным и эмоциональным ростом учеников, быть их советником. Кроме того, он регулярно давал лекции по мусару - этике и еврейскому мировоззрению. Рав Йерухам Левовиц и рав Натан Цви Финкель из Слободки были выдающимися машгиахами в ешивах Литвы.

7 Их спасение обусловлено многими поразительными совпадениями, о чем написана книга и переведена на русский язык. - Г.С.

Слободка

Одной из самых больших и влиятельных ешив в Литве после закрытия Воложина стала ешива Кнессет Исраэль в Слободке.8 В 1863 году рав Цви Левитан9 основал в этом пригороде ешиву, а в 1887 году ее вторым главой стал рав Носон Цви Финкель.10 В это время он присоединился к раву Ицхаку Блазеру11 и другим, основав «Колель в Ковно» для изучения Талмуда и других еврейских книг на высоком уровне. Влияние колеля росло, распространяя уважение к еврейской учености, так что община осознала необходимость создания крупной ешивы, которой и стал Кнессет Исраэль.

В 1889 году рав Ицхак Яаков Рабинович12 приехал в ешиву, которая расцвела благодаря его талмудическому гению. Аналитические способности и творческие озарения в Талмуде и галахе прославили его имя. Его часто сравнивали с великим равом Хаимом Соловейчиком из Воложина. В 1890 году машгиахом ешивы стал рав Дов Геллер, а в 1894 году к ней присоединились два его родственника, рав Моше Мордехай Эпштейн и Исер Зальцман Мельцер. Эти два великих ученых, чье становление прошло в Воложине, помогли Слободке достичь новых высот и признания.

Со временем все вышеупомянутые ученые, кроме рава Носона Цви Финкеля и Моше Мордехая Эпштейна, покинули Слободку. А эти двое сделали ее главной «ешивой мусара» Литвы, откуда вышли многие замечательные раввины, учителя и религиозные лидеры двадцатого века. Рав Финкель Алтер умел распознать и развить индивидуальность ученика, а они отвечали ему на это любовью. Большинство крупнейших раввинов, организаторов и преподавателей ешив в послевоенной Америке были сформированы Алтером: раввины Аарон Котлер (основал крупнейшую ешиву Америки - Лейквуд), Реувен Грозовский, Яаков Каменецкий, Ицхак Яаков Рудерман и рав Ицхак Гутнер (глава ешивы Хаим Берлин в Нью-Йорке, автор многотомного труда Пахад Ицхак, продолжающий раскрытие тайн Торы методом Маараля). В 1909 году зять рава Финкеля, рав Ицхак Шер, вошел в преподавательский состав ешивы, которая продолжала работать во время первой мировой войны, хотя была вынуждена временно выехать из Слободки.

После войны, в 1924 году раввины Финкель и Эпштейн оставили Слободку и с большинством учеников основали ешиву в Хевроне (месте погребения праотцев и коронования царя Давида) в Израиле. А рав Шер остался в Слободке и поддерживал работу ешивы до второй мировой войны. Ешива в Хевроне была разрушена арабским погромом 1929 года, но восстановила деятельность в Иерусалиме под именем Хеврон. Рав Шер бежал из Слободки в 1941 году и основал другую ветвь этой ешивы в Бней-Браке, назвав ее Слободка. Обе ешивы остаются важнейшими в еврейском мире.

Вторая большая ешива в Слободке была основана в 1897 году и названа Кнессет Бейт Ицхак в память о знаменитом Ицхаке Эльханане Спекторе, раввине Ковно. Она «соперничала» с ешивой рава Финкеля, отличаясь тем, что была типично не мусарной ешивой. Знаменитый рав Хаим Рабинович (также называемый рав Хаим Тельшер - из Тялыпая) был ее первой главой, но в 1904 году уехал оттуда, и его заменил рав Барух Бер Лейбович (1870-1940), одна из центральных фигур мира ешив.

Рав Лейбович был ведущим учеником рава Хаима Соловейчика и одним из крупнейших талмудистов своего времени, харизматической личностью, отличался исключительной цельностью характера, прямотой и благочестием. Он возглавлял ешиву Слободка до начала первой мировой войны и восстановил ее сначала в Кременчуге (Россия), а затем в Польше, где под названием Каменец она стала расти и процветать. Помогал ему в этом его зять рав Реувен Грозовский (1896-1958).13 Туда стали съезжаться ученики из разных стран, и рав Барух Бер стал их руководителем. После разрушения во время второй мировой войны, ешива возродилась и существует в двух отделениях, в Иерусалиме и Нью-Йорке.

8 Слободка была еврейским пригородом Ковно (Каунаса), довоенной столицы Литвы. Там была еще большая ешива Кнессет Бейт Ицхак, о чем рассказывается в главе о мусаре.

9 Его также называли рав Гершель Слободкер (еврейское имя Цви на идиш переводят как Гирш, а Слободкер значит «из Слободки»),

10 Он родился в 1849 году в Рэйзене, Литва. Его называли Алтер (Старший) из Слободки. Он способствовал созданию и развитию многих литовских ешив конца девятнадцатого - начала двадцатого веков.

11 Выдающийся ученик рава Исраэля Салантера, основателя движения Мусар (делавшего акцент на нравственном совершенствовании). Он был раввином столицы России Санкт-Петербурга, его называли реб Ицеле Петербургер.

12 Впоследствии получил прозвище реб Ицеле Поневежер, когда он стал раввином города Поневеж в Литве.

13 Впоследствии он стал главой Бейт Мидраш Эльон в Монси, НьюЙорк.

Радин

Все ешивы были созданы великими людьми, благодаря их жертвам, огромным усилиям и преданности учению и обучению евреев. Но ешива в Радине идентифицировалась с одним человеком. Им был рав Исраэль Меир аКоэн Каган,14 который поселился в этом маленьком местечке Виленской губернии в 1869 году, собрал вокруг себя способных и образованных учеников, и ешива начала свою работу. Первые его студенты в Радине были женатые люди,15 а рав Исраэль Меир был их учителем и наставником. Он был редкой личностью, соединял силу и святость, благородство и сдержанность (никогда не произнес запрещенного слова), вел жизнь обычного еврея и был одним из самых блистательных гениев своего времени и, несмотря на скромность, эффективным лидером традиционных евреев. Он умер в 1933 году, в возрасте девяносто пяти лет, его любил и уважал почти весь еврейский мир, и его влияние сказывалось почти на всех кругах еврейского народа.

Главный толчок к развитию ешива получила в 1904 году, когда ее главой стал рав Нафтали Тропп. Она выросла до трехсот студентов, но потом разразилась первая мировая война. Ешива и рав Исраэль Меир отправились в изгнание в Россию, а студенты, распавшись на три группы, как-то пережили ужасы мировой войны, большевистской революции и затем гражданской войны. В 1921 году ешива снова открылась в Радине, тогда уже части новой Польши, и стала расти.

В 1929 году рав Нафтали Тропп внезапно умер, и его место заняли рав Барух Файвельсон и рав Менахем Мендель Закс,16 зять рава Исраиля Меира. Вскоре умер и рав Файвельсон, и ешиву возглавил рав Закс, а его помощником стал рав Авраам Тропп, сын рава Нафтали. Среди многих выдающихся учеников Радина были раввины Эльханан Вассерман, Иосеф Каганеман, Давид Лейбович19 и Элиэзер Левин.20 Ешиву закрыла советская власть (которая пришла в эту местность после 39 года) в 1940 году, а ее учащиеся и преподаватели были убиты немцами в начале сороковых годов. Но имена Радин и Хофец Хаим сохранились, став названием многих организаций.

14Он известен по названию своей изданной анонимно в 1870 году книги Хафец Хаим. Это книга о законах правильной речи: как отучиться от злословия, не причинять вреда словами, представила автора выдающимся ученым и одним из святых людей своего поколения.

15 Перушим, которые оставляли свои семьи на длительные периоды времени, чтобы усовершенствовать без помех знания в Торе. Самая большая группа таких людей была в маленькой литовской деревне Айшишок.

16 Впоследствии один из преподавателей Теологической Семинарии Ешива Юниверсити рава Ицхака Эльханана в Нью-Йорке.

Тельше

Хотя в Тельше жило всего десять тысяч человек, но половину составляли евреи, и в Литве это был важный город, потому что он стоял на перекрестке дорог, близко от Пруссии, между Германией, Западной Европой, Россией и Восточной Европой. Ешива в нем была основана в 1875 году. А в 1881 году рав Элиэзер Гордон, один из выдающихся студентов Воложина и ученик рава Исраэля Салантера (см. главу о мусаре), был избран раввином Тельше, взял ответственность за ешиву и стал ее главой. Он осознал привлекательность и опасность движения Аскалы21 для еврейской молодежи и стал бороться за то, чтобы поднять уровень образования в ешиве и ее престиж в глазах общины.

Тельше была самой «прогрессивной» из литовских ешив. В ней была своя философия образования, строгий распорядок дня и занятий, структура. Рав Гордон был крупным лидером, сочувствующим отцом для студентов и неутомимым работником ешивы. В 1882 году рав Иосеф Лейб Блох, зять рава Элиэзера, присоединился к преподавательскому составу ешивы. Динамичная, сильная личность, он в основном и создал структуру ешивы: классы, отделения, порядок. Его привлек к работе рав Шимон Шкоп,23 племянник жены рава Гордона, и один из ведущих молодых талмудических гениев Литвы. Затем в ешиву пришел еще рав Хаим Рабинович.24

Высокий уровень знаний и педагогическое мастерство сделали Тельше одной из самых больших и популярных ешив Литвы. Рав Йосеф Лейб покинул ешиву на несколько лет, но потом снова вернулся в 1910 году, наследовав своему отцу и став раввином города и главой ешивы. Первая мировая война затормозила ее развитие, но сразу после войны ее глава вдохнул в нее новую жизнь и продолжил ее образовательные проекты. Рав Йосеф Лейб был исключительной личностью с выдающейся энергией, творческой силой и работоспособностью. Он обладал аристократичной внешностью и при этом отличался скромностью и большими нравственными достоинствами. Пунктуальный, аккуратный в одежде и манеpax, он уверенно выражал и претворял в жизнь свои идеи и политику и был замечательным лидером.

В 1920 году он создал подготовительную школу для поступающих в ешиву, мехину. Это прототип широко распространенной теперь ешива ктана («малой ешивы» для учеников от 14 до 17 лет). В 1929 году открылся колель для взрослых, где они готовились стать раввинами, и в 1926 году - бейт мидраш леморим,25 учительская семинария с тридцатью студентами, которые прежде учились в ешиве. А в 1927 году в Тельше начала работать еврейская гимназия для девочек.26 Это была первая школа такого типа в ортодоксальной системе Литвы. В 1930 году начала работу учительская семинария и для девушек. Эта сеть еврейского образования послужила моделью для еврейских общин, ее влияние вышло далеко за пределы Тельше.

В конце 1929 года рав Йосеф Лейб умер, и его сын, рав Авраам Ицхак Блох стал после него главным раввином города и ешивы, куда приезжали многие студенты из Америки и Западной Европы. Она продолжала расти, пока не была уничтожена в начале второй мировой войны. Рав Элияу Меир Блох, младший брат рава Авраама Ицхака, и его зять рав Хаим Мордехай Кац уехали в Америку, где основали ешиву в Кливленде, Огайо, которая дала ответвления в Чикаго, Ривердэйле (штат Нью-Йорк) и Израиле.

21 См. гл. 16.

22 Он умер в Лондоне в 1910 году, собирая в это время средства для ешивы, и там похоронен.

23 Позднее глава знаменитой ешивы в Гродно. Он был учеником Воложина.

24 См. о нем в разделе о Слободке.

25 Колледж для учителей. Это нововведение, которого в традиционной еврейской практике ешив еще не было.

26 Параллельно открытию системы школ для девочек Бейт Яаков в Польше пионером еврейского женского образования Сарой Шнирер.

Слуцк - Клецк - Лейквуд

Ешиву Эц Хаим основал в 1890 году в Слуцке (тогда еще литовском городе) знаменитый раввин этого города Яаков Давид Виловский. В 1897 году рав Носон Цви Финкель из Слободки послал четырнадцать лучших студентов и преподавателей в Слуцк, чтобы построить и укрепить ешиву, среди них и рава Исера Залцмана Мельцера.28 Когда рав Виловский в 1903 году уехал из Слуцка, чтобы перебраться в Америку, а потом в Израиль, его место главного раввина города и главы ешивы получил рав Мельцер. У него был замечательный характер, и его бескорыстная преданность ешиве сделала ее прекрасным учебным заведением.

Первая мировая война и большевистская революция нарушили еврейскую жизнь Слуцка, который оказался в Советской России. Ешиве пришлось покинуть город и перебраться в Клецк (Польша), где ее возглавил зять рава Мельцера - рав Аарон Котлер. А рава Мельцера коммунисты посадили в тюрьму, где его сильно мучили, но в 1923 году ему удалось пересечь польскую границу, и в Клецке он соединился с семьей и ешивой. Вскоре он уехал в Иерусалим, и главой ешивы остался рав Котлер. Перед войной в 1939 году там уже училось 260 студентов. В 1941 году раву Котлеру удалось уехать в Америку и открыть ешиву Клецка в Лейквуде под названием Бейт Мидраш Гавоа. Со временем она стала одной из самых больших и влиятельных ешив мира с ответвлениями в Иерусалиме, Мельбурне и многих местах в США.

27 1845-1914. Акроним Ридваз, автор одного из основных комментариев к Иерусалимскому Талмуду. Одно время он был главным раввином Чикаго, потом переселился в Цфат (Израиль), где похоронен. Он был блестящим борцом за аутентичный иудаизм Торы, его высоко ценили и с ним спорили.

28 1870-1953. Его карьера главы ешивы началась в Слободке (1894 1897) и закончилась в Иерусалиме, продолжаясь шестьдесят лет! Он был студентом Воложина, любимым учеником рава Хаима Соловейчика и родственником рава Моше Мордехая Эпштейна, рош ешивы Слободки. В 1925 году он переехал в Иерусалим и до самой смерти в 1954 году был главой ешивы Эц Хаим.

29 Родился в 1892 году, стал одним из ведущих студентов Слободки, а позднее Слуцка. Рав Котлер - один из выдающихся лидеров еврейства в период после второй мировой войны. Будучи гением в Талмуде и обладая даром предвидения, он основал в Лейквуде (НьюДжерси) ешиву, которая стала крупнейшей в Америке и повлияла на становление ешив по всему континенту, вызвав к изучению Торы уважение американского еврейства. Он основал и систему колелей для распространения Торы, которые состояли из десяти женатых студентов высокого уровня, поселялись в тех местах стране, где было очень мало соблюдающих людей, давали уроки и приближали работающее или учащееся население к Торе. А затем служили семенами, из которых могли вырасти местные ешивы. Рав Котлер способствовал созданию многих религиозных организаций: Агудат Исраэль (союз литовских и хасидских ортодоксальных раввинов), Тора Скулз для Израиля, Ваад Ацала и Тора Умесора. Его влияние на все сферы еврейской жизни в Америке было неизмеримо, сила его характера и интенсивность видения стали важнейшими факторами воестановления и перестройки ортодоксального еврейства после войны.

Новардок - Бейт Йосеф

Одной из самых известных ешив мусара в Литве был Новардок, мать целой сети ешив в Литве, Польше и России. Ее основал очень необычный человек в еврейской Литве рав Йосеф Йоцл Горовиц (1850-1920). Ученик рава Исраэля Салантера (основателя мусара - системы нравственного самосовершенствования), он был большим приверженцем и проповедником этого направления, хотя в рядах его подвергался значительной критике.

Ешива была основана в 1896 году и вскоре получипа поддержку местной общины Новардока30 и ее знаменитого раввина, рава Йехмэпя Михеля Эпшейна. Нeсмотря на оппозицию мусару, особенно его интенсивности, характерной для рава Горовица, ешива росла и процветала. Но борьба против ешивы и ее руководителя не утихала, и в 1908 году, после смерти рава Эпштейна, ешиве пришлось покинуть город, в который она вернулась в 1909 году, а в 1912 году переселилась в новое здание.

Новардок помог основать нескольких других ешив, которые создали общую образовательную сеть, названную Бейт Йосеф. Кроме рава Горовица ешиву возглавлял его зять, рав Авраам Яфен. Этих ешив постепенно появилось более двадцати. В них интенсивное изучение Торы сочеталось с изучением и практикой мусара на личном и общественном уровне. Студентов учили стремиться к правде и справедливости, независимо от силы и широты общественной оппозиции, не боясь мнений толпы и социальных условностей, распространять Тору и мусар среди еврейского населения.

После оккупации Новардока германской армией в 1915 году ешива перебралась в Гомель в России. За время пребывания в России ветви ешивы открылись в ряде городов, Харькове, Житомире, Ростове, Астрахани и Киеве. Кроме того, в ешиву приехали многие ученики из разоренных войной ешив.31

Революция в России 1917 года и последующая гражданская война сильно повредили движению Бейт Иосеф. Коммунисты жестоко и непрерывно преследовали учеников этих ешив. К 1920 году большинство ешив закрыли, и студенты Новардока по одиночке и группами бежали в Польшу. Рав Горовиц умер во время эпидемии в Киеве в 1920 году, а рав Яфен заново основал ешиву в Белостоке и Межриче в Польше. Со временем большие ешивы Бейт Йосеф были основаны в Варшаве и Пинске. Эта сеть ешив, школ и организаций распространилась в Польше и Литве за предвоенные десятилетия, возникло больше восьми разных школ, насчитывающих свыше четырех тысяч учеников. Эти ешивы издавали книги, статьи, журналы, другие периодические издания и научные выпуски по Торе и мусару.

Вторая мировая война уничтожила ешиву и ее преподавателей в Польше и Литве. Учеников, которых не убили немцы и их местные пособники, русские выслали в Сибирь, где они могли погибнуть от голода, холода и враждебного отношения, но рав Яфен с группой студентов чудесным образом спасся. После войны они основали ешиву в Нью-Йорке, а ее небольшие ответвления открылись в Израиле.

30 Небольшой городок в Литве с населением пять тысяч человек. Еврейская община, основанная в шестнадцатом веке, стала известной благодаря крупным раввинам и ученым.

31 Одним из выдающихся студентов Гомеля в это время был молодой Исраэль Яаков Каневский, впоследствии один из гигантов Торы в Израиле, по прозвищу Стайплер, потому что он был выходцем из местечка Горностайпль.

Прессбург

Совсем иной была природа и история ешив Австро-Венгрии, их основали раньше литовских, и развивались они независимо от восточноевропейских. Самой большой и влиятельной в Центральной Европе была ешива в Прессбурге, одной из столиц империи (теперь Братислава, столица Словакии). У него была долгая и богатая еврейская история. Евреи поселились в нем в четырнадцатом веке, эта община служила мостом между Румынией и Венгрией на востоке и Германией и Австрией - на западе. Но еврейская жизнь и образование евреев в АвстроВенгрии было блеклым. Один из раввинов (знаменитый рав Акива Эйгер) писал: «Страна разрушена упрямством невежественных в Торе людей, которые берутся решать проблемы галахи... и извращают справедливость... и дискредитируют Тору». Попытки улучшить положение оказывались бесплодными до приезда рава Моше Софера - Хатам Софера,32 который стал раввином Прессбурга.

В 1807 году он основал в Прессбурге великую ешиву на месте прежней, малочисленной и хиреющей. Он был гигантом, и благодаря своей харизме совершил революцию в еврейской жизни, поднял знамя и дело Торы, воспитал поколение лидеров, выковал духовное оружие против Реформы, включив просвещение в рамки Торы, повысил уровень учености в Торе и сделал ешиву центральным институтом еврейской жизни в империи. Прессбургская община взяла на себя содержание ешивы,33 число учеников которой постепенно достигло двухсот пятидесяти. Она воспитывала евреев большого благочестия и глубокой веры, для которых верность Торе и исполнение заповедей было главным в жизни.

Почти все великие не хасидские раввины и учителя еврейства Австро-Венгрии были выпускниками ешивы в Прессбурге. Еврейство Оберлэндера34 - это был Прессбург. Хотя некоторые выпускники Прессбурга стали знаменитыми раввинами, многие продвинулись во всех направлениях коммерции и карьеры: они свободно говорили по-немецки35, были знакомы с западной культурой, это были сильные личности с большим общественным влиянием. Но, прежде всего, всю их жизнь они были учениками ешивы и хотя давно физически покинули ее стены, ее дух и влияние никогда их не оставляли.

В 1826 году генерал-губернатор Прессбурга по наущению реформистских лидеров, которые справедливо видели в Хатам Софере самого опасного врага, послал ему подробный перечень с вопросами по поводу ешивы. Он ответил на все десять вопросов на прекрасном немецком языке. Генерал-губернатор остался доволен ответом и, несмотря на давление реформистов, не предпринял никаких действий против ешивы.

В 1840 году рав Моше Софер умер, место главного раввина и главы ешивы унаследовал его любимый сын Авраам Шмуэль Биньямин Софер (называемый Ктав Софер). Как и отец, он отличался сильным характером, талантом, знаниями и харизмой. Спокойная дипломатия и внешность аристократа сделали его вхожим даже во двор императора, он добился для ешивы признания как официального теологического колледжа. Этот статус освобождал учащихся от военной службы, которая с 1860 года стала обязательной для всех евреев, проживающих в Австро-Венгрии. Он также организовал строительство новых учебных зданий ешивы, что увеличило ее славу и возможности. Ешива Прессбурга постоянно снабжала одаренными лидерами ортодоксальную общину.

Рав Авраам Шмуэль Биньямин Софер был одаренным оратором, привлекательным человеком, талантливым писателем и ученым. В 1869 году он организовал конвенцию ортодоксальных еврейских общин Венгрии и добился правительственного признания независимости авторитета «отдельных» конгрегаций: ортодоксальной, реформистской и неологической.36 В 1872 году рав Авраам Шмуэль Биньямин Софер умер, когда ему было пятьдесят семь лет,37 и на его место встал его сын рав Симха Буним Софер.־ Он тоже стал главным раввином и возглавлял ешиву до самой смерти в 1907 году.

Его пост унаследовал рав Акива Софер. Но первая мировая война и распад Австро-Венгрии сказались на жизни ешивы. Прессбург, теперь под названием Братислава, вошел в состав нового государства, Чехословакии.

Венгрия, Австрия, Германия и Польша стали тормозить рост ешив, установив паспортный контроль и визы для студентов, которые хотели поехать на учебу. Из-за войны ухудшилось экономическое положение в Европе, ешиву стало трудно поддерживать. И все же она продолжала расти, Прессбург оставался примером для всех ешив Центральной Европы.

После чешского кризиса и вторжения германских войск в 1938 году рав Акива Софер бежал в Иерусалим, где вновь открыл двери ешивы Прессбург.

В Европе было много крупных центров еврейского обучения. Просто нет возможности описать в этой книге их все. Они различались размерами, методами, мировоззрением и составом учащихся, но были едиными в том, что сохраняли еврейство благодаря изучению и соблюдению Торы. Вот сокращенный список ешив по местам их расположения: Ломжа,40 Слоним,41 Гродно,42 Кобрин,43 Баранович,44 Варшава,45 Люблин,46 Хайде, Бельгия,47 Франкфур на Майне и Радомск49. Была также великая ешива Поневеж, сеть ешив, связанных с движением Любавич,51, а так же высшие школы Торы в Яссах (Румынии), Кишенёве, Черновцах, Вижнице52, Середе53, Тошнаде56, Сатмаре57, и Сигете.58 Берлин,48 Франкфурт на Майне и Радомск49. Была также великая ешива Поневеж,50 сеть ешив, связанных с движением Любавич,51 а также высшие школы Торы в Яссах (Румынии), Кишиневе,52 Черновцах,53 Вижнице,54 Середе, Тошнаде, Сатмаре и Сигете. А в Польше большой системой ешив управлял хасидский двор (группа) Гур.59

Все ешивы Европы были разрушены во время второй мировой войны, но многие потом заново открылись в Израиле и США. Важность движения ешив для выживания еврейского народа в последние сто пятьдесят лет нельзя переоценить. Они остаются животворной силой, формирующей и сохраняющей еврейский народ.

Все ешивы Европы были разрушены во время второй мировой войны, но многие потом заново открылись в Израиле и США. Важность движения ешив для выживания еврейского народа в последние сто пятьдесят лет нельзя переоценить. Они остаются животворной силой, формирующей и сохраняющей еврейский народ.

32 Смотри о нем в главе о Реформе.

33 В этом отношении, Прессбург отличался от литовских ешив, которым для поддержания была необходима национальная и даже международная поддержка, они никогда не могли обеспечить себя местной помощью. Причина была в том, что литовские ешивы формировали в основном раввинов и ученых Торы, и те никогда не могли стать источником поддержки своей ешивы. А венгерские ешивы выпускали много людей, которые потом начинали работать и получали доходы, позволяющие выделять достаточные средства. Методы литовских и венгерских ешив различались интенсивностью талмудического учения и жизненными целями учеников. Учеба в литовских ешивах была напряженнее, распорядок дня и отношение к студентам строже. Лидеры обеих школ отмечали, что литовские академии старались сформировать больших ученых, а венгерские ешивы - сильные общины; те и другие преуспели в своих целях.

34 Название географического района к западу от Карпат в Венгрии и Румынии и к северу от реки Дунай. Прессбург обучал не только раввинов, но был школой чистого отношения к Торе для всех слоев еврейского населения. Он создавал бней Тора («детей Торы») - людей, преданных Торе в высшем смысле. Независимо от материального положения и профессии, они были учеными в Торе, благочестивыми, соблюдающими мицвот, бескомпромиссными в вере и благородными в человеческих отношениях. Прессбург и его ученики отражали жизнь и поведение своего лидера Хатама Софера.

35 Хатам Софер даже позволял ортодоксальным раввинам при необходимости обращаться к народу и давать лекции по-немецки, если этого требовали обстоятельства.

36 Она была не столь радикальной, как реформистская, но противостояла ортодоксальной общине, стремясь к компромиссу в галахе, еврейских обычаях и практике.

37 Рассказывают: когда ему было семь лет, он серьезно заболел, и его мать попросила Хатам Софера помолиться за него перед Небесным Судом, чтобы спасти его жизнь. Он помолился и потом сказал жене: «Я добился того, чтобы ему оставили еще пятьдесят лет».

38 Называемый Шевет Софер.

39 Любавический ребе Шалом Бер Шнеерсон и его сын рав Йосеф Ицхак Шнеерсон посещали Прессбург, разрабатывая план новой ешивы. Туда приезжал и рав Меир Шапиро из Люблина, который создал знаменитую ешиву Хохмей Люблин, он посетил и три литовские ешивы и создал значительную часть своей образовательной программы по их образцу.

40 Во главе ее стоял рав Йехиэль Мордехай Гордон.

41 Ее возглавлял рав Шабтай Йогель.

42 Рош ешивой Шаар аТора стал знаменитый рав Шимон Шкоп, вначале из Тельше, а возобновил ее в США рав Зелик Эпштейн.

43 Во главе стоял рав Песах Прускин.

44 Рош ешивой там был знаменитый ученик Хофец Хаима рав Эльханан Вассерман. В 1939 году он вернулся из Америки в ешиву, чтобы быть со своими учениками в последние часы ее уничтожения. Его схватили во время вторжения нацистов и убили литовские коллаборационисты.

45 Метивту в Варшаве возглавлял рав Меир Дон Плоцкий, а Тахкемони в Варшаве - рав Моше аЛеви Соловейчик, сын рава Хаима. Было еще много штиблах ешив (маленьких ешив при синагогах) в Варшаве, которыми руководили люди больших знаний. В основном, учащиеся в Варшаве были хасидами, в отличие от других ешив, где преобладали митнагдим.

46 Во главе с легендарным равом Меиром Шапиро.

47 Основана в 1931 году равом Шрагой Файвелом Шапиро.

48 Там называемая семинария Гильдесхаймера, по имени своего одаренного основателя рава Азриэля Гильдесхаймера. Она не была ешивой в литовском понимании, ее целью было создавать раввинов и мыслителей, чтобы представлять ортодоксию в Германии и Западной Европе, но не великих ученых Торы, как было принято в традиции Восточной Европы. Среди ее последних руководителей следует упомянуть рава Давида Цви Хоффмана, рава Авраама Элияу Каплана и рава Йехиэля Яакова Вайнберга (автора Сридей Эш). Смотри предыдущую главу о Реформе.

49 Сеть хасидских ешив, основанная и возглавляемая ребе из Радомска, равом Шаломом Ханохом аКоэном Рабиновичем. Эти ешивы назывались Кетер Тора, постепенно их число достигло тридцати шести с тремя тысячами учащихся в разных частях Польши.

50 В Литве. Ее основал и возглавлял рав Йосеф Каганеман. Он открыл ешиву в Бней Браке, Израиль, в 1942 году. Это одна из крупнейших ешив мира.

51 Ешива Томхей Тмимим, ее возглавлял ребе из Любавич.

52 Ешиву воглавлял рав Цирельсон, он входил в румынский парламент.

53 Ее основал в 1923 году рав Даниэль Штернфельд.

54 Ее основала и поддерживала династия вижницких хасидов, семья Хагер.

55 Также основана хасидами Вижниц.

56 Ее создал рав Моше Бриск и продолжал развивать его зять рав Шмуэль Гринберг. Это было одна из самых больших ешив Венгрии, в ней учились более трехсот студентов.

57 Там было четыре ешивы, самую крупную возглавлял рав Йоэль Тейтельбаум, Сатмарский рав.

58 Во главе стоял рав Йекутиэль Йегуда Гросс. С ешивой была также связана текстильная фабрика, что позволяло ученикам в рамках ешивы овладеть профессией.

59 Ее создал автор Хидушей аРим, рав Ицхак Меир Алтер и возглавляли раввины из хасидов Гур.

АСКАЛА - Просвещение и Реформа

Идеи Просвещения и Реформы двинулись на восток и достигли евреев Польши и России в конце 18 века - начале 19 века, но в своей западной, особенно немецкой форме, они были непопулярными среди восточноевропейских евреев. В Западной Европе эти движения воепринимали как средства ассимиляции и принятия евреев в нееврейское общество. Если крещение было «входным билетом в западное общество»1 в восемнадцатом веке, то Просвещение и Реформа - в девятнадцатом веке. Но официальная враждебность царя и правительства к евреям, которая усиливалась притеснениями и беспричинной ненавистью местного населения, в основном непросвещенного, бедного и угнетенного крестьянства, делало массовую ассимиляцию в Восточной Европе непривлекательной. Ассимилироваться в течение еврейской истории можно было всегда, но это происходило, только если окружающее общество было открытым и привлекательным, санкционировало и поощряло это.2 Евреи Восточной Европы знали, что истинные цели Просвещения и Реформы нельзя реализовать в их условиях, поэтому эти движения их не интересовали.

И все же, возникшие на основе событий в Западной Европе в восемнадцатом и девятнадцатом веках, эти идеи и направления распространялись. Теперь в Восточной Европе появились евреи, неудовлетворенные прежними нормами еврейской жизни. Они искали способы, чтобы избежать тягот материальной жизни в Восточной Европе,3 и были убеждены, что «еврейская культура» даст ответ на «еврейскую проблему». Если евреи станут «культурными», антисемитизм ослабеет, ненависть уменьшится, и царь, его правительство и подданные постепенно примут евреев как продуктивный и необходимый элемент в обществе.

Движение Аскалы (Просвещения) стремилось создать, распространить и популяризировать еврейскую «культуру», не заботясь о том, не нарушит ли она соблюдение заповедей, веру народа, традиционную жизнь. Как будет - так будет. В конце концов, старое должно уступать место новому.4 Так был создан миф о «современном» еврее, а еврея «старого стиля» стали изображать как якорь, удерживающий на месте еврейский прогресс.5

Аскала не была монолитной, она различалась формами и степенью радикальности. Некоторые ее разновидности евреи со временем стали принимать, но в целом движение не стало массовым в Восточной Европе.

Была ивритская Аскала, основанная на возрождении иврита, как одного из краеугольных камней культуры. Идишистская Аскала стремилась создать светскую литературу на идише и свободные формы искусства, соответствующие экспрессивному языку ашкеназских евреев. Русская Аскала считала, что для культурного развития и выживания евреев в России центральную роль играют русский язык и литература. Библейская Аскала создавала еврейскую культуру, используя нетрадиционно библейскую ученость и даже библеокритику. Аскала Хохмат Исраэль - Наука Мудрости Израиля - определяла еврейскую культуру через научное изучение всех фактов иудаизма и еврейской жизни как средств ее сохранения в музейном виде.6 Западные академические, научные методы того времени использовали, чтобы объяснить Библию, Мишну, Талмуд, еврейские обычаи, людей и события. Эта культура сохраняла «старый иудаизм и еврея» как исторический реликт, а «новый еврей» прокладывал путь в гостеприимный современный окружающий мир. Позднее появится социалистическая Аскала, большинство приверженцев которой в конце девятнадцатого века постепенно абсорбировал политический сионизм.

Чтобы популяризировать свои идеи, маскилим7 использовали перо. Святость письменного и печатного слова среди евреев8 давала кредит нееврейской и даже антисемитской печатной полемике, особенно если она была написана на еврейских языках: идише и иврите. Так Аскала могла оказывать влияние на восточноевропейских евреев, несмотря на свою фактическую немногочисленность и слабость.

1 Горькое замечание Генриха Гейне о своем поколении.

2 Например, в средние века в Испании, в Западной Европе в девятнадцатом веке, в США в наше время.

3 См. главу 17.

4 Одним из популярных лозунгов Аскалы был парафраз из библейского текста, книги Ваикра: «И новое заменит старое». Это яркий пример их способности извращать значение Торы, вырывая фразы из контекста.

5 Аскала в своих писаниях всегда представляла себя как силу «света», а традиционного еврея, особенно хасидов и ведущих раввинов своего времени, как силы «тьмы». Рав Яаков Липшиц, секретарь рава Ицхака Эльханана Спектора из Ковно, и его коллеги всегда были объектом насмешек маскилим (просвещенцев) как лишка ашхора «черная контора», за их постоянную оппозицию Аскале.

6 Смотри главу о Реформе и Просвещении для описания работ Цунца, Гейгера, Ганса и других в Научном обществе иудаизма в Германии девятнадцатого века. Многие из членов этого общества впоследствии крестились!

7 Буквально «умудренные». Традиционные евреи использовали это слово саркастически, а сторонники Аскалы (просвещенцы) с гордостью.

8 Результат продолжительной ассоциации грамоты с Торой и святыми произведениями.

Светская еврейская литература

Отцом литературы Аскалы был Ицхак Бер Левинсон (Рибаль).1 В 1828 году он опубликовал памфлет, названный Теуда беИсраэль,2 защищая радикальные реформы метода и учебной программы еврейских школ. Он поддерживал занятие евреев сельским хозяйством, вместо торговли и связь еврейских занятий и еврейской жизни с русским языком.3 В 1820-1830 годах он инициировал создание школ Аскалы в Варшаве, Одессе, Кишиневе и Риге, где занятия велись на немецком языке.

Школы Аскалы были непопулярными. Фактически большую часть поддержки они получали от очень маленькой группы очень богатых русских евреев, которые стыдились своих бедных родственников и их иного жизненного пути. Эти богатые евреи, хотя их было так мало, обладали непропорционально большим влиянием, и их материальная и моральная поддержка давала Аскале сильные позиции в русском правительстве. Маскилим использовали отношения с правительством, чтобы притеснять еврейскую общину России 4 Значительная часть лидеров Аскалы приехали из Германии, этот иностранный привкус постепенно делал движение все более радикальным.

Авраам Дов Лебенсон,5 Авраам Many,6 Мордехай Аарон Гинзберг, Йеуда Лейб Гордон7 и Моше Лейб Лилиенблюм8 стали известными писателями новой светской литературы на иврите. Их произведения полны насмешек над раввинами, традицией, народными обычаями и старой еврейской жизнью. Они сгущали и преувеличивали ошибки и просчеты своих соблюдающих заповеди братьев и отцов, стремясь разрушить старый мир, когда новый еще не построен.9 Их произведения печатали большими тиражами и широко распространяли, поэтому их читали даже в ешивах. Они стали основателями первого светского иудаизма в истории Израиля.

Идишем пользовались также другие светские писатели. Исраэль Ахсенфельд, Шломо Эттингер, Ицхак Йоэль Линицкий, Шломо Яаков Абрамович,10 Шалом Рабинович,11 и Ицхак Лейб Перец12 стали известными в свое время и приобрели широкое влияние. Но за исключением Одессы, которая стала центром Аскалы, это движение не пустило глубоких корней в восточноевропейском еврействе. Хотя Аскала не преуспела в создании новой еврейской культуры и народа, как хотела, она успешно разрушала древние ценности иудаизма, особенно в глазах молодежи. Последующие успехи сионизма, Бунда, социализма, коммунизма и анархизма в еврейском обществе были основаны на разрушении Аскалой старой системы ценностей. Неадекватное еврейское общее образование и углубляющееся обнищание также способствовали влиянию Аскалы. Но руководство еврейской общиной сохраняло верность соблюдению традиции и упорно не поддавалось. Хасиды, которые были главной мишенью насмешек маскилим, продолжали яростную борьбу с Аскалой. Даже традиционных талмудических ученых, склонных к современным образовательным методам, например, рава Шломо Йегуду Раппопорта,13 рава Цви Гирш Хаеса14 и других остро критиковали хасиды15. Ожесточенность борьбы побудила Аскалу обратиться за помощью к русскому правительству, которое издало много декретов, чтобы усилить ее позиции. В 1848 году оно основало новые раввинские академии под наблюдением Аскалы в Варшаве, Вильне и Житомире и потребовало, чтобы только их выпускники занимали официальные раввинские позиции в России16. Но, несмотря на правительственное вмешательство или, наоборот, в результате него эти семинарии потерпели провал. Многие их выпускники впоследствии крестились, а эти школы и их студенты были позором для самих маскилим. К 1873 году «новые» семинарии были закрыты тем же «благоволящим» правительством, которое открыло их за двадцать пять лет до этого.

1 Известный как «русский Мендельсон» (1788-1869).

2 «Смысл для Израиля».

3 Он выбрал русский язык, как свой родной язык, но соглашался и с французским и немецким языком.

4 Участие лидеров Аскалы в самых жестоких указах царского правительства против русских евреев девятнадцатого века гарантировало им непопулярность у восточноевропейских евреев. См. Зихрон Яаков Яакова аЛеви Липшуца, том 1 и 2, где он приводит многочисленные примеры.

5 Известен как Адам Дов аКоэн (1794-1878).

6 1808-1867. Автор Эйт Завуа - Лицемерные грифы, ядовитого памфлета, изображающего раввинистический иудаизм как злодея еврейской истории.

7 Известен под акронимом Яалаг (1831-1892).

8 Впоследствии ведущий сионистский писатель и активист (18431910).

9 Сама Аскала осознала эту фатальную ошибку. Эдуард Ганс, один из основателей Научного общества иудаизма, писал: «Действительно произошел разрыв с интимностью прежней жизни, но возвращения к ней на более глубоком уровне не произошло. Энтузиазм по отношению к религии старых подлинных отношений исчез, но не возникло никакого нового энтузиазма, не построено новой системы отношений» (цитируется в Захор, И. Йерушалми, Вашингтон Юниверсити пресс, 1982, стр. 86).

10 Его псевдоним Менделе Мойхер Сфорим (1835-1917).

11 Широко известный Шалом Алейхем (1859-1916).

12 1852-1915. Отец идишистской культуры. Многие его произведения изображают хасидов в ностальгическом свете, хотя и как анахронизм.

13 1790-1867. Известен по акрониму Шир, талмудический ученый, зять знаменитого автора Кцот ахошен (замечательного исследования Талмуда девятнадцатого века, которое изучают в современных ешивах), рава Арье Лейб аКоэна. Его карьера раввина вызвала яростную оппозицию хасидов. Они обвиняли его в том, что он маскиль. Ему противостояли и германские лидеры, рав С. Бамбергер и рав Ш.Р. Гирш из-за его толерантности к Реформе.

14 1805-1855. Знаменитый венгерский раввин и хорошо известный талмудический ученый, переписывался с Хатам Софером. Но его работы о Торе и еврейской мысли отличались философским и критическим подходом, что многие считали излишним либерализмом. Это тоже создавало трудности его карьере раввина, хотя его взгляды были более традиционными, чем у Раппопорта.

15 Ирония истории заключается в том, что пример хасидов в успешном противостоянии и даже смещении традиционного еврейского руководства в Восточной Европе послужил образцом для попыток Аскалы совершить то же самое. Если хасиды свергали отдельных лиц и советы, Аскала пыталась свергнуть весь традиционный иудаизм. Позднее к той же цели, но с большим успехом стремился сионизм.

16 Раввинов, назначенных по этим декретам, называли рав митаам.

Воздействие Аскалы

Русский министр образования Уваров был ярым антисемитом. Он старался закрыть традиционные еврейские школы и заменить их «современным образованием». Маскилим его поддерживали, надеясь таким образом «цивилизовать» своих традиционных братьев и ускорить решение «еврейской проблемы». Чтобы осуществить этот декрет, Уваров выбрал немецкого еврея, доктора Макса Лилиенталя, который приехал в Россию в 1839 году, чтобы стать директором «просвещенной» еврейской школы в Риге. В 1842 году Уваров назначил его генеральным инспектором еврейских школ. Он пытался убедить еврейские общины Восточной Европы в благородном желании царя создать новую образовательную систему. В 1843 году русское правительство устроило конференцию по еврейскому образованию. Против Лилиенталя выступили рав Ицхак из Воложина и рав Менахем Мендель Шнеерсон,1 и традиционное еврейство сохранило право оперировать «старой» школьной системой в соперничестве с новыми школами. В течение десяти лет новая школьная система закрылась из-за нехватки администрации, преподавателей и учеников. Доктор Макс Лилиенталь с позором покинул Россию, но перебрался в США, где стал ведущим реформистским раввином.

Не добившись успеха в реализации своей мечты изменить облик еврейского народа, Аскала все же оказала на него глубокое и продолжительное влияние, и не только на последователей, но и на оппонентов. Она вынудила традиционное еврейство перейти к обороне и отказаться от некоторых ценных аспектов классического изучения,2 чтобы спасти Тору и традиционный иудаизм.

Если Реформа создала классического стремящегося к ассимиляции еврея, «нееврейского еврея»,3 который, скорее всего, никогда не увидит в своей семье еврейских внуков, то Аскала создала светского еврея. Он тоже был «нееврейским евреем», но, по крайней мере, не склонным креститься или оставить еврейское общество, хотя не исповедовал еврейскую веру и не соблюдал еврейского ритуала. Он пытался переопределить еврейскую жизнь и сам иудаизм по своему образцу и своими терминами. Он создал светский иудаизм интеллекта и учености, идей и мечтаний, социальной взаимопомощи и политического прогресса, лишенный еврейского прошлого и безразличный к еврейскому достоянию. Светская Аскала проявляла интерес к изучению иврита, библейской литературы, еврейской истории и историографии, но презирала традиционное видение еврейского будущего.

Горечь маскилим, их безграничная ненависть к самим себе и еврейскому прошлому побуждала их вести себя неслыханным образом. Как часто случается в революции, активисты-радикалы определяли все, не оставляя традиционных евреям, которые были заинтересованы в модернизации средств образования и социальной помощи, места для компромисса или постепенного изменения. Позитивные элементы Аскалы - фермент новых идей и таланта, творчества ученых и новых методик - все это присутствовало и в традиционном лагере. Но в сознании обывателя традиционное еврейское руководство в борьбе против нетерпимой ненависти и эксцессов многих маекилим выглядело ретроградами и реакционерами.

Маскилим побудили возрождение иврита как повседневного языка, поощряли хорошее знание Библии, особенно Пророков, и более интенсивное использование времени в традиционных еврейских школах.4 Ввели использование иных и новых техник в классе, обращали больше внимания на гигиену учеников и персонала и требовали меньше учить наизусть. Они интересовались тем, чтобы ученики лучше знали еврейскую историю, мысль и философию средневековых мудрецов Израиля, понимали красоту еврейской грамматики.

Каждая из этих целей в отдельности была позитив* ной и достойной. Но Аскала постоянно проповедовала, что их достижение возможно только при значительном ослаблении религиозной жизни. Пропаганда Аскалы определялась ложной и деструктивной позицией радикалов, что вызывало у защитников еврейской традиции негативную реакцию ко всем идеям и планам маскилим. «Если маскилим за это, мы будем против», - такова была платформа большинства в традиционном еврействе. В Галиции и Венгрии, Литве и России борьба за и против Аскалы продолжалась в течение девятнадцатого века.

Внешние силы, новые преследования, массовые миграции вносили свой вклад в хаос этой борьбы. Старый еврейский мир разрушался. Еврейский народ, изучение и соблюдение Торы и вера встали перед небывалым испытанием. Возникали новые участки борьбы, но фон Аскалы возбуждал последующие конфликты. Сладкие семена Просвещения несли горькие плоды.

1 Ребе из Любавич, известный по названию своих книг Цемах Цедек.

2 Например, акцента на изучении Пророков, иврита и еврейской философии.

3 Этот термин использовал Пол Джонсон в своей книге «История евреев» как многие писатели до и после него.

4 Как они принимали Библию, не принимая Б-га, остается загадкой. (Светские люди воспринимали и изучали Библию как памятник древней литературы, выхолащивая ее дух и суть. -Г.С.)