Ноябрь 2017 / Кислев 5778

Семнадцатое Тамуза

СЕМНАДЦАТОЕ ТАМУЗА

Наши мудрецы говорят, что пять важных событий произошли Семнадцатого тамуза и пять - в Тиша беав.

Семнадцатого тамуза (Шива асар бетамуз) были разбиты первые скрижали. Тора была дарована нам 6-го сивана, а 7-го сивана Моше поднялся на гору Синай, чтобы получить скрижали. Он оставался там сорок дней, которые истекли 17-го тамуза. Тогда Моше спустился с горы и, увидев, что сыны Израиля сделали золотого тельца, в гневе разбил скрижали.

Это был день великого бедствия. Волны Атлантического океана поднялись, чтобы затопить весь мир. Моше, не медля, схватил золотого тельца и сжег его в огне, а затем стер остатки в прах. После этого Моше спросил море:

- Почему хочешь ты затопить мир?

- Мир существует лишь благодаря Торе, -отвечало море. - А сыны Израиля возмутились против Торы.

Сказал в ответ Моше:

- Я отдам тебе все, что они сделали.

Он взял прах, оставшийся от золотого тельца, и развеял его над водой.

Тем временем тысячи евреев умерли, однако море не переставало бушевать. Тогда Моше взял воду, смешанную с прахом золотого тельца, и дал ее выпить евреям. И лишь после этого утихло море.

И было постановлено, что сыны Израиля будут подчинены другим народам и будут смертны. Если бы скрижали не были разбиты, ни один народ не мог бы получить власть над сынами Израиля. Кроме того, они удостоились бы бессмертия.

Это и имеется в виду, когда Тора говорит: "А письмена на них были письменами Б-га -вырезанными [харут] на скрижалях" (Шмот, 32:16). Наши мудрецы говорят: "Читайте не харут, но - херут ["свобода"]". Как если бы в Торе было сказано: "А письмена... были письменами Б־га: свобода была на скрижалях". Это означает, что, если бы скрижали не были раз-биты, то сыны Израиля стали бы свободны и от власти иноземцев, и от смерти.

Семнадцатого тамуза произошли и другие бедствия. В этот день пришлось прекратить ежедневное жертвоприношение в Храме, которое называлось тамид. Каждый день должны были приносить в жертву двух ягнят, одного утром, другого - вечером (Бемидбар, 28:3,4). Первый искупал грехи, совершенные сынами Израиля за ночь, а второй - грехи, совершенные в течение дня. Таким образом, люди могли отходить ко сну чистыми от греха.

Когда враг осадил Иерусалим, в Храме продолжали приносить жертвы, используя животных, которые были в городе. Однако Семнадцатого тамуза жителям осажденного города пришлось прекратить жертвоприношения, поскольку в Иерусалиме, не осталось больше животных, которые могли быть принесены в жертву, а выйти за городские стены, чтобы привести новых, было невозможно. Когда же жертвоприношения тамид прекратились, враг обрел силы и сумел разрушить Иерусалим.

Описанное выше случилось во время разрушения Первого Храма. Нечто подобное произошло и в эпоху Второго Храма

Жили тогда два брата, Гиркан и Аристобул, и были они царскими сыновьями. Перед смертью царь, их отец, распорядился, чтобы жена его унаследовала престол, а Гиркан стал первосвященником. И действительно, вдова царя взошла на престол и назначила Гиркана первосвященником.

Однако, когда царица умерла, между братьями разгорелся спор из-за престола. Гиркан одержал победу, но вскоре братьев удалось по-мирить, и было решено, что Гиркан останется первосвященником, а Аристобул станет царем. Этот мир продолжался недолго - до тех пор, пока Гиркан не передумал и не стал бороться за царский трон. Много людей погибло в этой борьбе.

Когда же Гиркан увидел, что не в состоянии отвоевать трон, он заключил союз с римским императором, который пришел с громадной армией и осадил Иерусалим. Аристобул находился в осажденном городе, в то время как Гиркан был под его стенами вместе с римскими легионерами...

Когда в городе не осталось больше жертвенных животных, был найден выход: каждый день со стены спускали корзину, наполненную золотыми монетами, взамен которых в корзину римляне клали двух ягнят. Так продолжалось много дней.

Однажды появился некий коварный старик. Он знал греческую систему тайных знаков, ко-торые были понятны лишь очень немногим. Старик направил римскому военачальнику тай-ное послание, в котором сообщал, что хочет примкнуть к Гиркану. Он сообщал врагу также, что до тех пор, пока евреи приносят жертву тамид, город не может быть взят.

На следующий день горожане, как обычно, спустили со стены корзину, полную золотых монет, но, подняв ее обратно, обнаружили там свинью. В тот же день близ Иерусалима про-изошло мощное землетрясение. Теперь, когда жертвоприношения тамид прекратились, Иерусалим оказался в руках врагов. Третьим несчастьем, произошедшим Семнадцатого тамуза, было то, что в этот день враг пробил стены Иерусалима и ворвался в город.

Четвертым несчастьем было то, что Апостомос сжег свиток Торы.

Пятым несчастьем было то, что царь Менаше поставил идола в Иерусалимском Храме.