Ноябрь 2017 / Кислев 5778

Законы Лашон Ара глава 2

ЗАКОНЫ ЛАШОН АРА ГЛАВА 2

1. Лашон-ара перед группой людей

Лашон-ара нельзя произносить ни в присутствии одного человека, с глазу на глаз, ни перед группой людей. Чем больше людей слышат произносимый неким человеком лашон-ара, тем серьезнее его грех, так как жертва разговора будет унижена в глазах не одного, а многих. Более того, он заставил больше людей совершить грех, слушая его лашон-ара.
Аркадий Витебский, произнося речь перед большой аудиторией, вскользь упомянул о некоторых недостатках Льва Левина. Серьезность вины Витебского пропорциональна числу присутствующих в зале людей.

2. Высказывания, допустимые в присутствии трех человек

Существуют некоторые виды высказываний, которые допустимы в кругу трех или более человек. Считается, что в этом случае двусмысленные заявления обычно истолковываются, как вполне безвредные. Впрочем, много зависит от манеры их произнесения, от тона голоса, жестов и других нюансов.
Откуда взялось такое правило? Когда три человека слышат некоторую информацию о ком- либо, то вероятность того, что эта информация получит дальнейшее распространение, очень велика, так что человек, о котором идет речь, в конце концов, об этом узнает. Осознавая это, говорящий, скорее всего, будет соблюдать осторожность и построит свое утверждение так, чтобы оно не выглядело унижающим. Тем не менее, если утверждение недвусмысленно унижающее, оно запрещено для слушателей, а тем более для последующей передачи, независимо от количества присутствующих людей.
Реувен, впервые попавший в город, обратился к Шимону, проходящему мимо с друзьями: "Про-стите, не скажете ли, где я могу найти горячий ужин в столь поздний час?" Шимон ответил: "Идите к Леви, у него всегда полно еды". И показал, как туда пройти.
Ответ Шимона может быть истолкован двояко: либо Леви слишком сосредоточен на еде, и тогда это издевка в его адрес, высказанная перед товарищами; либо Леви - очень добрый человек, И у него всегда есть угощение для гостей.
Поскольку в ситуации участвуют не менее трех человек, Шимон понимает, что рано или поздно Леви узнает о его словах. Поэтому он, естественно, не будет говорить в манере, унижающей Леви. Но если в словах Шимона содержится явный намек на обжорство Леви, то его слова все равно расцениваются как лашон-ара.

3. Лашон-ара в виде информации, известной всем

Многие люди ошибочно полагают, будто повторение общеизвестной унижающей информации не является злословием. Однако многие авторитетные толкователи алахи (еврейского закона) не видят разницы между лашон-ара, который является общеизвестной информацией, и лашон-ара, который еще никто не слышал. Впрочем, есть и такое мнение, согласно которому, если кто-то произносит лашон-ара в присутствии трех или более человек и слушатели впоследствии повторяют эту информацию, они не совершают греха лашон-ара. Но тот, кто произнес ее первым, виновен в грехе злословия.
В одиннадцатой главе нашей книги будут перечислены ограничения, связанные с указанным мнением. Эти ограничения столь многочисленны, что применение их возможно в крайне редких случаях. Отметим, что Хафец Хаим сомневается, можно ли на это мнение вообще полагаться. Поэтому даже известный всем лашон-ара не следует повторять перед людьми.
Господин Луцкий прочел в газете, что его друг Штокман арестован за нарушение закона. Этот номер газеты, скорее всего, прочли все. Информация дошла до большинства. Но вдруг кто-то ее не прочел. Можно рассказать? Нет! Рассказывать о прочитанном Луцкий не имеет права.

4. Рассказ о дискуссии на собрании

Членам советов директоров и преподавателям школ и университетов нередко приходится устраивать на своих собраниях дискуссии, которые кем-то могут быть приняты неодобрительно. Для участников существует запрет на упоминание вне стен собрания имен людей, говоривших или голосовавших против чьих-либо интересов.
Даже не упоминая имен, запрещено говорить: "Лично я был на вашей стороне, но что я мог сделать? Остальные проголосовали против".
Запрет разглашать информацию остается в силе даже тогда, когда протокол собрания не засекречен.
Марк Злотник зол из-за решения, принятого на собрании, где он не присутствовал, и нападает на Семена Саинского за то, что тот проголосовал против него. Семену запрещено перекладывать от-ветственность за участие в общем голосовании на других, даже если он на самом деле не голосовал против Марка.

5. Насмешка над уроками Торы

Многие ошибочно полагают, будто нет ничего дурного в высмеивании лекции по Торе. К сожалению, это очень распространенное явление, приносящее серьезный вред. Даже если манера изложения действительно была слабой, а содержание - неглубоким, нам запрещено высмеивать или передразнивать лектора. Наша оценка по многим причинам субъективна. Согласитесь, на всех угодить очень трудно: один слушатель предпочитает слушать монолог, другой - участвовать в дискуссии, третьему по душе увлекательные рассказы и притчи, четвертому философские рассуждения. Вам что-то понравилось на лекции; но именно это привело вашего друга в расстройство, и он считает время, проведенное в зале, потраченным впустую. Еще кому-то понравилось то, что вы не оценили. В любом случае, никогда не стоит унижать лектора за глаза (а тем более в глаза). Единственное, что можно сделать, - вежливо и спокойно обратиться к лектору наедине, попросив его, если возможно, чуть-чуть разнообразить уроки, побольше приводить примеров и т.д.
"Все знают, что у раввина П. очень скучные лекции".
"Он сам не понимает того, о чем говорит".
"Занятия рабби Р. можете смело пропустить. У него нет новых идей. Он цитирует чужие мысли".
"Он учит тому, во что сам не верит. Ему платят, вот он и рассказывает".

Безусловно, можно спорить на тему лекции или урока или обсуждать то, что осталось непонятным, приводить свои аргументы, не соглашаться. Однако делать все это следует, относясь с уважением к лектору или учителю.
Если на лекции по иудаизму какое-то замечание лектора содержит недопустимые с точки зрения Торы мысли, причем он не обмолвился и стоит на своем, более того, настаивает на своей правоте, то высмеять его - ваша обязанность. В этом случае нет никакого запрета лашон-ара.

6. Личная информация

Если кто-то сообщает нам информацию о своем бизнесе или личных делах, нам запрещено делиться услышанным с другими людьми. Если мы так поступим, это может навлечь финансовые и личные неприятности на доверившегося нам человека. Даже если собеседник не сказал впрямую, что просит не посвящать в секрет других, мы не имеем права разносить услышанное.
Но если сведения указанного характера услышаны нами в группе из трех и более человек, причем говорящий не просил их не разглашать, то мы можем смело рассказывать об этом другим. В таком случае очевидно, что говоривший не имеет ничего против того, чтобы информация стала известна другим лицам.
Господин Берман, владелец фабрики по производству напитков, дружит с господином Цацкисом. Однажды Берман поделился с Цацкисом секретом состава нового популярного напитка, который он производит. Цацкису ни в коем случае нельзя делиться секретом этого состава с другими людьми, даже если Берман специально не попросил его об этом. Но если информация была сообщена в компании трех и более человек, рассказать об этом можно. Хотя- и в этом случае стоит Берману предупредить о неразглашении, слушателям сразу же будет запрещено раскрывать секрет состава перед другими.
Аня по секрету сообщила Лине о своей неофициальной помолвке. Даже если Аня не попросила Лину не разглашать ее секрет, само собой разумеется, что Лина не должна говорить об этом никому. Но если Аня рассказывает о своей неофициальной помолвке в кругу трех или более человек и не прибавляет при этом: "пока это секрет" или: "не говорите об этом никому", - то слушательницы могут поделиться этой новостью с подругами (но только без насмешек и колких замечаний!).

7. Кто-то рассказывает нам о своих грехах

Если человек делится с нами совершенным им грехом, запрещено рассказывать об этом другим людям. Но, как мы только что выяснили, если он сообщает о своих оплошностях в кругу трех или более человек, мы можем рассказать о них, соблюдая необходимые условия (О них см. в главе 11). Однако даже при соблюдении всех условий запрещено рассказывать о чужих грехах с целью унизить этого человека.
Наоми сказала своей подруге Мирьям: "Я не слишком осторожна в произнесении лашон-ара". Если Мирьям - единственная слушательница, ей запрещено передавать информацию дальше. Но если признание было высказано в кругу трех или более человек, Наоми, рассказав об этом кому-нибудь еще, не будет виновна в злословии (если, разумеется, Наоми не попросила о неразглашении). Однако если Мирьям будет рассказывать об услышанном с выражением злобы на лице или в словах, унижая тем самым Наоми, то она совершит грех лашон-ара.

8. Секреты

Если кто-то раскрывает нам некую нейтральную информацию, но манера его рассказа дает нам понять, что он бы хотел сохранить сказанное в секрете, - нам запрещено повторять эту информацию другим, даже если тот человек впрямую не попросил нас об этом.
Очень хорошая привычка - никогда не пере-сказывать то, что мы услышали, если нам не дано прямое разрешение. Таким образом, мы никогда не расскажем ничего, что может кому-то нанести вред.
Беня позвал Матвея в соседнюю комнату и наедине сказал ему: "Я планирую поездку на две недели". Матвей должен хранить информацию в секрете.
Юдит прошептала подруге, чтобы никто не услышал: "У меня на банковском счету тысяча долларов". Подруга, безусловно, не должна рассказывать об этом никому другому даже под большим секретом, хотя Юдит явным образом ее об этом не просила.
Моисей сообщил Шалому: "Мой кузен гостил у Ицхака на прошлой неделе".
"Очень любопытно, - ответил рассерженно Шалом. - Твой кузен всегда жалуется на невероятную занятость и отказывается от моих приглашений. Но если он находит время для Ицхака, почему у него никогда нет времени для меня?"
В принципе, Моисей не знал, что можно разозлить человека такой, казалось бы, безвредной информацией. Привычка не сообщать никому информацию, не содержащую никакой важности, и побольше молчать поможет в будущем Моисею не попадать в подобные положения.