Ноябрь 2017 / Кислев 5778

Запрет на сплетни глава 7

ЗАПРЕТ НА СПЛЕТНИ ГЛАВА 7

1. Передавать рехилут родителям

Представим себе, что мы услышали злословие в адрес наших родителей. Нас, безусловно, возмущает тот факт, что кто-то относится к ним неуважительно. Тем не менее, мы не можем сообщать им об этом. В противном случае мы будем виновны в распространении сплетен, которые ведут к вражде внутри еврейского народа.

2. Рехилут о детях

Многие не осознают, что могут произнести рехилут, когда речь заходит о детях. Важно знать, что, если разговор ведется не о взрослых людях, а о детях, запрет на рехилут надо соблюдать не менее строго, чем во всех остальных случаях.
Например, мы видим, что детская игра перешла в спор и драку. Если мы пойдем и сообщим родителям одного из них, что второй ударил их ребенка (причем мы видели это своими глазами!), то мы преступим запрет на рехилут.
Чем такая сплетня может обернуться? Скорее всего, родители первого ребенка выступят против второго ребенка, что приведет к длительной ссоре между двумя семьями. Нет нужды говорить, что, если мы не знаем, кто виноват, запрещено рас-сказывать об инциденте родителям обеих сторон. Но даже если мы знаем, кто виноват, разрешено рассказать о случившемся только в конструктивных целях, и только в том случае, если соблюдены все необходимые условия (См. ниже гл. 9.).
Дети Всевышнего
Любой отец ужасно огорчится, когда узнает, что кто-то плохо говорит о его детях. Поэтому следует помнить: когда мы говорим лашон-ара или рехилут о еврее, мы позорим одного из детей Всевышнего!

3. Рехилут о невежде

Произносить рехилут запрещено, даже когда речь идет о невежде. Допускается, что невежда (человек, который не учит законы иудаизма, а значит, не знает, как себя вести) может оклеветать человека без видимой причины; тем не менее, нам запрещено сообщать об этом человеку, которого он оговорил.

4. Рехилут о мудреце Торы

Если кто-то произносит рехилут о талмид-хахаме (мудреце Торы), то он совершает серьезнейшее нарушение. Почему?
а) Как правило, рехилут, высказанный о талмид-хахаме, лжив. Поэтому грех произнесения такой сплетни более серьезен, чем правдивый рехилут. Ибо мы не можем допустить, будто талмид-хахам станет говорить или делать что-то против другого человека, если это запрещено. Но даже в том случае, если талмид-хахам действо-вал неправильно, произносить рехилут все равно запрещено.
б) Мы обязаны всячески уважать знатока Торы, не только оказывая ему внешние знаки почтения, но стараясь иметь с ним больше точек житейского соприкосновения, например, есть вместе с ним за одним столом, заниматься совместным бизнесом, избрать его своим зятем.
Сказать кому-то, что талмид-хахам сказал или совершил что-то против него лично, - то же самое, что оттолкнуть этого человека от знатока Торы (от этого, а вместе с ним и от других, поскольку люди склонны к обобщениям).
б) Если мы говорим человеку, что знаток Торы причинил ему вред, это расстроит его гораздо в большей степени, чем если бы такой поступок против него совершил кто-то другой, менее ученый и менее образованный, что выглядело бы более простительным. Когда же объектом сплетни является раввин общины, последствия могут быть еще более серьезными.
Цви Кацнельбоген собирался стать новым раввином в городской синагоге. Он был уверен, что его назначат на это место, и был очень раздосадован, узнав, что на раввинский пост выбран другой человек.
Повстречав господина Котлярского, одного из членов правления синагоги, Цви спросил его о причине отказа. Котлярский простодушно сообщил, что его кандидатура даже не обсуждалась на правлении, решение принято единолично главой ешивы, раввином Мошковским.
Котлярский, бросив тень на главу ешивы, виновен в нарушении запрета на рехилут. Ему надо было ответить так: "Было решено, что тот человек подойдет нам больше". Но в разговоре не должно было быть упомянуто имя главы ешивы.

5. Пересказывать рехилут родственникам человека, которого оклеветали

Нельзя рассказывать жене Реувена или другим его родственникам о том, что Шимон дурно о нем отзывался или сделал ему что-то плохое. Такой рассказ - несомненный рехилут, поскольку те, кому это рассказывается, несомненно, невзлюбят Шимона. Даже если при рассказе будет добавлено, что не следует пересказывать сообщаемую информацию другим, тем не менее, рассказ запрещен.
Несколько примеров подобных высказываний:
"Вы знаете, что он назвал вашего отца мошенником?"
"Гиршом Шпольский считает, что ваш брат плохо владеет бухгалтерским учетом и его давно пора уволить из банка".
"Представьте себе, замечание Мины Пинской сильно смутило вашу дочь, которая присутствовала на той же вечеринке".
Говорить подобные вещи строго запрещено!

6. Рехилут, сказанный нееврею

Нет никакой разницы, произносем ли мы рехилут еврею о другом еврее или нееврею о еврее. Если мы скажем нееврею о том, что еврей совершил против него что-то плохое или дурно о нем отозвался, мы можем причинить еврею не только финансовый ущерб, но и много других неприятностей. Особенно должны быть осторожны в подобных случаях евреи-конкуренты. Так, в частности, запрещено отзываться пренебрежительно о товарах, проданных евреем, в присутствии нееврея.

7. Рехилут, произнесенный вашими родственниками

Сплетням запрещено верить вне зависимости от того, от кого мы их слышим. Даже ближайшие друзья и родственники не являются исключением. Если рехилут произносит один из супругов, другой обязан упрекнуть его в любом случае. Иначе другой может подумать, будто поступает правильно, что наверняка приведет в дальнейшем к спорам, размолвкам, страданиям и пр.
Мордехай Ланда говорит своему сыну Зэеву (он же Владимир): "Я случайно услышал, как Нахум сказал, будто ты очень тяжелый человек".
Мордехай Ланда произнес рехилут. Его сын не имеет права верить ему. Зеев обязан признать, что отец ошибся, неправильно истолковав слова Нахума.
Когда Эли Ландсберг собирался жениться на Лее, он пошел поговорить о ней с ее бывшей учительницей. В целом рассказ учительницы хорошо характеризовал Лею, но в нем было упомянуто несколько ее незначительных недостатков. Эли женился на Лее, и они счастливо живут вот уже много лет. Недавно супруги Ландсберги встретили на улице ту учительницу и мило поговорили с ней несколько минут. Когда они продолжили свою прогулку, Эли вдруг вспомнил, что в свое время узнал о характере Леи именно от этой женщины. Ему не следует пересказывать жене о том, что та не только похвалила свою воспитанницу, но и сделала ряд критических замечаний в ее адрес. Но если он все-таки упомянет об этом, Лея обязана проигнорировать его слова.