Ноябрь 2017 / Хешван 5778

Часть восьмая

Часть восьмая

Итак, мы объяснили основы понимания высказываний и выведения из них логических выводов, теперь объясним принятие мнений или возражения им. Всякое услышанное высказывание может быть принято или отвергнуто. Высказывание, подтверждённое доказательством, мы принимаем, высказывание, ложность которого доказана — отвергаем, а если у нас не будет доказательств ни истинности, ни ложности высказывания, то мы будем в нём сомневаться.

Доказательство истинности высказывания может быть трёх видов: естественное доказательство, доказательство согласием, доказательство уподоблением. Естественное доказательство, это когда содержание высказывания относится к вещам, истинность которых для всех очевидна, или высказывание основано на одной из таких вещей. Пояснение: существует два вида понятий истинных — самих по себе и не нуждающихся в дополнительных доказательствах, и это: первичные и чувственные представления. Первичные представления, это понятия, на которые человеческий разум указывает сам, в их логическом выводе нет необходимости и они не вызывают сомнений ни у кого, кто находится в здравом уме. Например, «два больше чем один» или «половина целого меньше, чем и то и другое (два и один)». Чувственные доказательства, это те, о которых свидетельствуют органы чувств, например, «камень твёрдый», а «вода — жидкая». Например (Сука 40а):

«Кроме дров, поскольку польза от их использования [возникает] после их сжигания», об истинности этого высказывания свидетельствуют наши органы чувств, мы своими глазами видим и чувствуем, что польза от дров возникает только после того, как они сгорают. И тому подобное.

Доказательство согласием, это значит, что с высказыванием согласна вся совокупность людей или оно основано на чём-то подобном, так, что является истинной для всех входящих в совокупность. Такого рода высказывания делятся на два подвида: первый — общеизвестные, второй — принятые. Общеизвестные, это такие, которые большинство людей согласно с ними, поскольку они являются «человечными» (естественно очевидными каждому нормальному человеку). Например, «гордыня презренна, а скромность достойна» и тому подобное. Принятые, это те, которые переданы традицией от отцов и учителей, включая все святые писания, законы полученные Моше с Синая63, все тринадцать правил с помощью которых изучается Тора и всё из них вытекающее. Выходит, что высказывание будет признано нами истинным, если мы найдём подтверждающее его писание, устный закон или другое высказывание, с которым мы не можем спорить. Например, когда учили (Явамот 40а): «А если есть там (среди наследников умершего) отец — имущество принадлежит ему», сказали на это: «Ведь сказано - отец раньше всех, произошедших из чресл его». И так же, когда сказали (Сангедрин 90а): «У всякого еврея есть доля в будущем мире», то подтвердили это высказывание стихом Писания (Йешаяу 60:21): «А народ твой — все праведники, навечно унаследуют землю», и тому подобное.

Доказательство уподоблением, это когда становится ясно, что данное высказывание — истинное следствие из верных предпосылок, то есть когда оно является следствием из другого высказывания, истинность которого нам очевидна. Это может произойти с помощью одного из упомянутых нами выше уподоблений: «явный вывод», «ма мацину», «коль гие-кен», «условный вывод» и «альтернативный вывод».

И необходимо знать, что так же, как высказывание подтверждается, когда тому есть доказательство, оно подтверждается и тогда, когда есть доказательство ложности его противоположности. Таков закон противоположностей, когда одна из сторон опровергается, вторая — подтверждается, если только они не из тех, которые допускают нечто среднее, ведь тогда, если только два будут отвергнуты, третий получит подтверждение.

Теперь я продемонстрирую тебе пример доказательства с помощью явной параллели. Сказано (Явамот 66а): «Откуда [известно], что если коэн женился или купил рабов, то они (жена и рабы) едят тружу ? Из того, что сказано (Ваикра 22:11): “И когда коэн приобретёт душу за деньги, тот будет есть {труму)...”». Как видишь, мы имеем высказывание, согласно которому жена коэна ест труму, а доказательство тому сделано посредством явной параллели, ведь из стиха: «И когда коэн приобретёт человека за деньги, тот будет есть (труму)», уже известно, что всякий, приобретённый коэном за деньги — ест труму, и так же известно, что жена коэна приобретается за деньги, поскольку жена вообще приобретается за деньги64 — и так, очевидно, что жена коэна ест труму.

И ещё сказано (Орайот 9а)65: «И чем отличается “в одной”, что слышится из неё? Поскольку написал это Милосердный в конце, сообщить тебе, что каждый, кто может быть обязан [принести в жертву] десятую часть эйфы66, может быть обязан во всех [остальных видах повинных жертв]. Ведь если бы мы подумали, что человек может быть обязан “в одной”, даже если он не может быть обязан во всех остальных, написал бы Милосердный это “в одной” в “бедности” или в “богатстве”»67. Итак, здесь было высказывание о том, что только тот, кто получает искупление «в одной», получает искупление во всех остальных, а доказательство этому приводится посредством следующего аргумента: если бы даже тот, кто не приносит искупление в одной, приносил искупление всеми остальными, то сказало бы Писание это «в одной» в «бедности» или «богатстве». Мы же видим, что это не было сказано ни в «бедности», ни в «богатстве», значит тот, кто не искупается в одной, не искупается всеми, а именно, тот, кто искупается в одной, искупается всеми. Доказано это было посредством упомянутой выше «условной» параллели, и аналогично может быть посредством всех остальных параллелей.

Доказательство ложности высказывания так же возможно тремя путями. То есть, естественное, согласием и посредством уподобления. Естественное, когда окажется, что одно из истинных понятий в силу упомянутой природы противоречит высказыванию. Например (Брахот 58б): «Учили, что [никогда кохав шавитп — комета] не проходила Кисла68...», и привели опровержение этого высказывания из того, что сообщают нам органы чувств: «Но мы же видели, что проходила!»

Согласием — если найдётся стих или высказывание, с которым невозможно спорить, опровергающее рассматриваемое высказывание. Например, когда сказали (Хагига 4а): «“Все мужчины” — [имеет целью] добавить несовершеннолетних», и опровергается это словами мишны: «Но ведь мы учили “кроме глухонемого, слабоумного и малолетнего”». И так же, когда сказано (Баба кама 836): «Если он выбил ему глаз, лишил его руки или сломал ногу — мы рассматриваем [пострадавшего], как будто он раб, выставленный на продажу»69, и приводят опровержение этому: «Но ведь написано (Ваикра 24:17): “И если человек поразит другого человека, смертью умрёт” [следовательно, воздадим ему] глаз за глаз70».

Посредством параллели, если окажется, что рассматриваемое высказывание противоречит другому, альтернативному ему, которое является истинным следствием из верной предпосылки, или когда из рассматриваемого высказывания вытекает следствие, ложность которого очевидна и, следовательно, в силу упомянутой ранее параллели, предпосылка (то есть рассматриваемое высказывание) тоже ложна. Ведь если нам ясно, что следствие проистекает из нашего высказывания, то по закону причинно-следственных связей отрицание следствия является неизбежным отрицанием причины. Например, когда сказали (Баба кама 83б): «Предположим, буквально смертью [органа]»71, опровергли это предположение следующим образом: «Это не может придти в голову, поскольку уподобляется (стиху): “разящий животное — заплатит"». Как видишь, здесь опровергли возможное объяснение «буквальная смерть», поскольку оно является альтернативным объяснению «деньги», истинному следствию из верной предпосылки, то есть, убивающий животное именно платит. И этот вывод ма мацину, основан на унаследованном нами по традиции принципе, который гласит, что если Писание уподобляет между собой два предмета72, то мы учим из них друг на друга73. Таким образом, мы говорим, «разящий скотину», наказывается деньгами, то есть платит, а о «разящем человеческий орган»74 мы учим из того, что известно о «разящем животное», поскольку два этих закона уподоблены таким образом, что «разящий человеческий орган» тоже платит. Выходит, это объяснение получило подтверждение, что само собой отвергает объяснение «смертью». А когда сообщили, (Баба кама 84а): «Сказано в Писании “Так же будет дано ему”, а “дано” может быть только имущество», то опровергли это высказыванием: «Если так, “когда даст увечье человеку” - то же имущество?!» Как видишь, было высказывание, согласно которому, всякий раз, когда Писание употребляет глагол «дать», речь идёт об имуществе, и из этого следует, что сказав «когда даст увечье человеку», оно также имело в виду имущество, поскольку и здесь сказано «даст». А ложность последнего утверждения очевидна, следовательно, ложна и предпосылка. Это опровержение сделано посредством условной параллели — если всякий раз, когда сказано «давать», речь идёт об имуществе, значит и «когда даст увечье человеку» — тоже имущество; очевидно, что “когда даст увечье человеку” это не имущество, следовательно, не всегда, когда Тора употребляет глагол «давать», это означает имущество.

Есть опровергающий аргумент необычайной силы, когда объясняются все возможные пути понимания высказывания и открывается ложность их всех. Например, сказали (Баба кама 29а): «Сказал раби Аха: например, когда он перешёл реку...», и опровергли: «Каким образом (перешёл реку)? Если был другой путь — он совершил преступную халатность, если не было другого пути — он. был вынужден это сделать». Это способ может также называться — ми-ма нафшах75.

Как доказательство, так и опровержение будут отвергнуты, если окажется, что та или иная вещь является не таковой, как это упоминается в доказательстве, то есть, если окажется, что логика или чувства, или общеизвестные или принятые истины ее не подтверждают или не опровергают. Например, когда привели доказательство высказыванию раби Иегуды, который утверждал (Баба Кама 88а): «Наносящий побои своему кнаанскому рабу — свободен [от ответственности]», из стиха (Дварим 25:11): «“Если повздорят двое, человек с братом своим... — это не относится к кнаанскому рабу, у которого не может быть брата». Это доказательство было опровергнуто мнением мудрецов [спорящих с раби Иегудой] словами: «“братом” — это в заповедях»76, выходит, этот стих не освобождает от ответственности того, кто наносит побои кнаанскому рабу. Также, когда была попытка опровергнуть высказывание (Брахот 58б): «Учили, что [никогда] комета не проходила Кисла», с помощью аргумента основанном на том, что указывают нам органы чувств: «Но мы же видели, что проходила!», этот аргумент был отвергнут словами: «То, что проходило, было её (кометы) светом». То есть, органы чувств не опровергают рассматриваемое высказывание. А когда с помощью [принципа] коль ва-хомер хотели доказать, что носи обязан приносить жертву агиам талуй71, отвергли каль ва-хомер, словами: «магииах докажет»78, и оказалось опровергнутым следствие (из принципа каль ва-хомер).

И ещё один способ снять опровержение, это вернуть оппоненту его же аргумент против нашего высказывания, или другой аргумент, так, чтобы и его точка зрения оказалась ослабленной, и он был вынужден согласиться с дополнительным условием или признать некую разницу, позволяющие его и нашей точке зрения преодолеть возникшие проблемы. Такой способ называется уле-таамих или уле-дидах79. Например, когда Талмуд возразил (Баба кама 88а): «Если так, по мнению мудрецов, раб может стать царём?!»80 ответили на это: «уле-таамих, гер будет проблематичен по всем мнениям! — следовательно, мы вынуждены сказать, что стих “из среды братьев твоих” имеет в виду — избранных81 среди братьев твоих»82.

А ещё сильнее, когда мы снимаем проблему с нашего высказывания и перекладываем её на оппонента, или когда опровержение нашего высказывания превращается в его доказательство. Это называется адрабаьъ или hи а-нотенет, ми-шам рэайа?!84 Например, когда возразил Талмуд (Баба кама 836): «Выводят [законы нанесения] ущерба из [законов нанесения] ущерба, и не выводят [законы нанесения] ущерба из законов убийства!», то ответили на это: «Адраба! Выводят законы, связанные с человеком, из законов, связанных с человеком, и не выводят законы, связанные с человеком, из законов, связанных с животными». А когда раби Меир привёл доказательство своим словам (Шабат 82а) из стиха (Йешаяу 30:14): «Вытащить углей из кострища», ответил ему раби Йоси: «Оттуда доказательство?! — “и зачерпнуть воды изо рва»85.

Всё время, пока доказательство верности высказывания считается опровергнутым, высказывание остаётся под сомнением, если конечно нет опровержения самому высказыванию. Так же, когда отвергнуто опровержение, высказывание находится под сомнением, если нет доказательства его верности.

Однако, есть разновидность доказательств, которые не подтверждают и не отвергают высказывание окончательно, а только склоняют наше мнение в ту или другую сторону. Это называется свара96. Такое бывает, когда аргументы «за» и «против» равноценны, но разум склоняется к какой-то из сторон, более, чем к противоположной. Например (Хулин 19б): «Есть, которые говорят: “так же возвращающий”, а есть — “именно возвращающий”, и мистпабра (то есть «логично», так склоняется наша точка зрения) как тот, кто говорит: “именно возвращающий”».

И следует знать, что для того, чтобы доказательства были верными, а следствия — справедливыми, необходимо точное соответствие между всеми высказываниями: причинами и следствиями, подтверждаемыми и подтверждающими, опровергаемыми и опровергающими, так, чтобы они действительно были подобны один другому. Ведь какой бы предмет мы не взяли, в нём обязательно найдутся многие аспекты, как в самом предмете, так и в отношениях его с другими предметами. И сообщаемые ему свойства могут относиться к его собственной сущности, или к её отдельному аспекту, или к его проявлению по отношению к другим предметам. И мы уже упоминали среди видов высказываний такие, которые, в соответствии с этим положением связанны с отдельным аспектом. Например, сказано в Талмуде (Псахим 196): «Азара87 — владение многих (ргиутп а-рабим)», это высказывание не может быть понято так, что Храмовый двор является общим владением во всех отношениях, а только в отношении сомнительных случаев шумы (ритуальной нечистоты)88. Высказывание, имеющее отношение к определённому аспекту, не может служить источником следствий в другом аспекте, поскольку тогда уподобление и вывод будут не истинными, а только внешними. Таким образом, из упомянутого высказывания «Лзара — владение многих (ргиут а-рабим)», мы не можем сделать вывод, что тот, кто в Шабат перенесёт там нечто на арба амогп (четыре локтя), будет «виновен»89. Поскольку Храмовый двор является «владением многих» только с точки зрения сомнений в шуме, а с точки зрения запрещённых в Шабат работ Храмовый двор — частное владение (ргиут а-яхид). Так же, по тем же причинам, рассматриваемое высказывание не может опровергнуть другое высказывание, утверждающее, будто азара — частное владение. Поскольку утверждение «частное владение», будет иметь отношение к Шабату, а утверждение «владение многих» — к шуме, и тому подобное.

И необходимо знать, что всякий предмет может иметь четыре аспекта: сам предмет как таковой, его свойства, происходящее с ним и его отношения [с другими предметами].

Предмет как таковой, это то, от чего на самом деле зависит его бытность, то, в отсутствии чего он был бы не тем, чем является. Например, нож как таковой, это инструмент для резки, если бы было иначе, он не был бы ножом.

Свойства это явления, постоянно сопровождающие предмет и которые от него не отделимы, но от них не зависит бытность предмета, ведь в их отсутствии предмет не перестаёт являться таковым. Например, когда сказано (Пара, часть 9, мишна 3): «Кроме крысы, так как она лакает», то, что она лакает, постоянно сопутствует крысе, однако то, что она является крысой не зависит от этого.

Происходящее с ним это то, что сопровождает предмет случайным путём. То есть может и не сопровождать, или что предмет будет сопровождать другое, альтернативное или даже противоположное явление, и, несмотря на это, предмет останется тем, что он есть. Это может касаться внешней формы предмета или его размеров. То есть бытности предмета круглым или квадратным, длинным или коротким, ведь круглое могло бы быть квадратным, квадратное — круглым, длинное — коротким, короткое — длинным, и это бы не сделало предмет чем-то иным.

Отношения [с другими предметами] несвязанны с сущностью самого предмета, а с тем, что он связан или соотносится с другими явлениями. Например, быть похожим или не похожим, это аспекты, которые судятся не по самому предмету, а по его сравнению с другими. Воздействовать, или подвергаться воздействию, и тому подобное, не определяется сущностью одного предмета, а сущностями разных предметов, соотносящихся друг с другом.

И в любом аспекте предмету может быть сообщено некое свойство, так, что это не послужит причиной нахождения того же свойства в другом аспекте того же предмета. Например, сказано (Сифри, Насе 7:44):

«Когда пришёл лёгкий запрет на лёгкий запрет — запретил запрещающего»90. Пояснение: замужняя женщина считается лёгким запретом по сравнению с тёщей, поскольку у первой есть возможность разрешения (в случае развода, она становится разрешённой другим), чего нет у тёщи. А ведь с другой стороны (то есть в другом аспекте), запрет связи с замужней женщиной строже, чем запрет связи с тёщей, поскольку наказание за первое — удушение (по приговору суда), а за второе — карет91. Как видишь, с точки зрения возможности разрешения замужняя женщина называется лёгким запретом, а в аспекте наказания — тяжёлым.

Ещё необходимо знать, что свойство может быть сообщено предмету потенциально или фактически, то есть может быть сказано, что некое свойство на самом деле присутствует в предмете. Например, сказано (Звахим 99а): «Коэн возливающий92 — делит93, а тот, который не возливает» и возразили: «Это правило? Но ведь вся смена94 (мигимерет) не возливает, но делят», и ответили: «Имеется ввиду тот, кто пригоден для возлияния». В начале возрансакяций понял, что возливающий — возливает на самом деле, и, исходя из этого, привёл опровержения высказыванию из принятого обычая, что работающие в смене священники не возливают фактически, и несмотря на это делят. А ответивший ему возразил, что здесь следует понимать «возливает» не на самом деле, а потенциально, то есть пригодный для возлияния, а все участвующие в смене —  пригодны для этого. За всеми этими различиями и нюансами необходимо следить в ходе каждой дискуссии, и тогда она будет истинной и верной.

До сих пор мы объясняли принятие или непринятие высказываний из-за согласия или несогласия разума с их смыслом (сутью сказанного). Однако, возможно также согласие или несогласие не по сути сказанного, а по форме рассказа (агада). Это возможно двумя путями: один, из-за рассказа в целом, второй — из-за его деталей.

Рассказ в целом. Закон обоснованности речи требует, чтобы в высказывании была необходимость, и оно не включало бы лишние или бессмысленные детали. Исходя из этого, если мы услышим рассказ, сообщение которого не покажется нам необходимым, мы возразим — шиита?\ (очевидно?!), поскольку высказанные вещи очевидны и всем известны, нет необходимости о них сообщать. А ответом на это возражение будет — если найдётся возможность подумать нечто противоположное тому, что нам было сообщено —    называется салка даатин (букв, «могло бы придти в голову»).

Детали рассказа. Так же, закон обоснованности речи требует, чтобы ни в каких её частях не было ничего лишнего или необоснованных повторений. Кроме того, это закон требует, чтобы все слова соответствовали смыслу и друг другу. И ещё необходимо, чтобы порядок высказывания был верным и соответствующим, разделяя то, что следует разделить, и объединяя то, что следует объединить. И если в высказывании не достает одного из этих условий, то должно быть высказано соответствующее недостатку возражение. Например, если найдётся повторение, то будет задан вопрос «ту лама ли? » (букв, «ещё раз для чего мне?») Если слова не сопрягаются друг с другом, будет сказано «hа, гуфа кашия» (букв, «само по себе тяжело», то есть проблематично)95. Если порядок будет не верным, то поступит соответствующее нарушению порядка возражение. Например (Брахот 2а): «О чём говорит тана?»96, «Учи это, соединив вместе?!» (Гитин 80б), «Начал с кадки, а закончил бочкой?!» (Баба кама 27а), и тому подобное.

Всё это — естественные основы, заложенные в нашем разуме, на которых строится анализ, исследования и все дискуссии Талмуда во всех их деталях.

Теперь подробно объясним составные части дискуссий, представляющие собой здания, возведённые на изученных нами основах.

63  Алаха ле-Моше ми-Синай - это понятие включает законы, полученные Моше, но не записанные в Торе, - передаваемые из уст в уста.

64  Речь не идёт о том, что жена покупается так же, как рабыня или корова. Тора заповедала, что перед женитьбой {хупа) необходимо произвести обряд кидушин (посвящение), законы которого аналогичны законам покупки и жених должен дать невесте нечто, обладающее реальной стоимостью со словами: «Ты посвящаешься этим... (например, кольцом)...», а невеста, в случае согласия, принимает названный предмет. С этого момента она становится посвящённой одному человеку и запрещена всем остальным.

65  Сказано в книге «Ваикра» (55-7,11,13): «И будет, когда [человек] согрешит в одном из этих [грехов], и исповедается о своём грехе, и принесёт повинную жертву Всевышнему, самку мелкого скота, овцу или козу... (это повинная жертва в 'богатстве'). А если недостанет рука его (то есть, если он недостаточно богат, чтобы принести в жертву овцу или козу), то принесёт повинную жертву за грех - двух голубей... (это повинная жертва в 'бедности'). А если не достанет рука его двух голубей... принесёт повинную жертву за грех десятую часть эйфы тонкой муки... И искупит за него коэн, за грех его, который совершил, в одной из этих и простится ему...» Как мы видим, есть три варианта повинных жертв: «в богатстве» - самка мелкого скота, «в бедности» - пара голубей, «в самой тяжёлой бедности» - десятая часть меры муки. Говоря о жертвоприношении самых бедных, Писание обобщает: «И искупит за него коэн, за грех его, который он совершил, в одной из этих и простится ему...»

68 Мера сыпучих тел, здесь - муки.

67  В трактате «Орайот» (9а) Гемора делает вывод из приведённого выше стиха Писания: «Тот, кто получает искупление «в одной» (то есть мучным приношением), может получить искупление «в остальных». То есть, если найдётся некто, например, первосвященник, который не может искупить свой грех мучным приношением, то и искупление мелким скотом и голубями тоже будет ему недоступно. Затем задан вопрос: «И чем отличается "в одной* [так], что следует из неё?», то есть, что в этом дополнении позволяет сделать упомянутый вывод? И отвечает Гемора: «Поскольку написал это Милосердный в конце, [Он сделал это, что бы] сообщить тебе, что каждый, кто может быть обязан [принести в жертву] десятую часть эйфы, может быть обязан во всех [остальных видах повинных жертв]. Ведь если бы мы подумали, что человек может быть обязан "в одной", даже если он не может быть обязан во всех остальных, написал бы Милосердный это “в одной’, "в бедности" или "в богатстве"».

68  Созвездие Ориона.

69  Человек, нанёсший побои другому, выплачивает пострадавшему денежную компенсацию, включающую пять пунктов: ущерб (незек), компенсацию за страдание (цаар), расходы на лечение (рипуй), компенсацию за временную потерю трудоспособности (шевет) и моральный ущерб {бошет). Рассматриваемая мишна говорит об оценке ущерба Если в результате побоев было нанесено увечье, то стоимость компенсации ущерба будет определена как потеря стоимости от цены продаваемого на рынке раба, получившего аналогичное увечье.

70  Объясняет Раши: «Этот стих говорит не об убийстве, а о нанесении увечья, так как далее сказано: 'глаз за глаз', а слово 'умрёт' значит, что он потеряет орган, который как будто 'умрёт'».

71  Имеет отношение к приведенной в предыдущем абзаце цитате: «И человек если поразит другого человека, смертью умрёт [следовательно, воздадим ему] глаз за глаз».

72   Употребляя по отношению к двум разным, на первый взгляд, законам одинаковые слова, в данном случае маке - «разящий».

73   То есть известные нам детали закона из одной темы переносятся на другую, по отношению к которой, эти детали известны не были.

74  То есть тот, кто лишил человека глаза, руки и так далее.

75  Ми-ма нафшеха (дословно «как хочешь?») - имеется в виду своего рода риторический вопрос: «Как ты хочешь объяснить это высказывание?», затем демонстрируется, что все возможные варианты объяснения неудовлетворительны.

76    Доказательство раби Иегуды было основано на использовании в стихе слово «брат». Исходя из предположения, что имеется в виду обычное кровное братство, он сделал вывод, что к кнаанскому рабу, который не может быть кровным братом, не имеет отношения и закон выводимый из этого стиха. Мудрецы возражают раби Иегуде, говоря, что упомянутое братство - братство в исполнении заповедей, а это относится и к кнаанскому рабу, который, как известно, обязан исполнять заповеди, а значит, изучаемый закон относится и к нему.

77    Смотри в 7-ой части.

78    Каль ва-хомер достаточно просто опровергнуть доказав, что например что в «лёгком» элементе присутствует некий, более строгий аспект и тогда коль ва-хомер опровергнут. В данном случае каль ва-хомер отвергается таким образом: Гемора находит некий объект, который тоже является хомер («строгий») с точки зрения рассматриваемого вопроса (в данном случае, это машиах, о котором точно известно, что на него изучаемый закон не распространяется, следовательно, капь ва-хомер не работает).

79 Уле-таамих или уле-дидох (букв. «А по твоему мнению?», «А тебе?») - фраза, означающая, что и точка зрения оппонента имеет проблемы, ради решения которых он вынужден принять уточнение, позволяющие и нам избавится от трудностей, на которые он обращает внимание,

80  Ведь о царе сказано, что он должен быть «из среды братьев твоих».

81   То есть не любой «из братьев» может стать царём.

82  Это продолжение упомянутого выше спора раби Иегуды и мудрецов о значении слово «брат» в стихе. После того, как мудрецы высказали мнение, что «брат», это тот, кто исполняет заповеди, раби Йегуда возразил им, сказав: «Если так, то, согласно вам, раб может быть царём, о котором сказано, что он должен быть из "среды братьев твоих"», ведь, по мнению мудрецов, и раб является братом! Мудрецы ответили ему, его же аргументом, сказав: «И по твоему мнению, то есть, даже если считать, что раб не является братом, гер таковым является во всяком случае, и значит, из приведённого стиха следует, что он может быть царём (что, как очевидно, для всех невозможно)», следовательно и сам раби Йегуда согласится, что в стихе, говорящем о царе, слово «брат» невозможно понимать в обычном для Торы значении.

83  Адраба - «напротив», «наоборот».

84  hи а-нотенет, ми-шам рэайа?! - «Это же и даёт [доказательство обратному], оттуда доказательство?!»

85  Продолжение стиха, процитированного раби Меиром. Спор идёт о минимальных размерах глиняного черепка, вынос которого в Шабат из частного владения в общее делает человека обязанным смерти (если он делает это намеренно при свидетелях и со всеми необходимыми для этого условиями) или обязывает его принести хатат - повинную жертву (если он сделал это ненамеренно). По закону Торы, для того, чтобы вынос чего-либо считался работой, необходимо, чтобы выносимый предмет имел минимальный «важный» размер, делающий его пригодным для чего-либо. О таком минимальном размере глиняного черепка спорят раби Меир и раби Йоси. Раби Меир считает, что минимальный размер должен позволить набрать таким черепком углей из кострища, с тем, чтобы перенести огонь, а раби Йоси - зачерпнуть четверть лого воды (это, в свою очередь, минимально значимый объём воды). Раби Меир приводит в доказательство своему мнению слова из стиха: «не найдётся среди обломков его черепка (Достаточно большого, чтобы] вытащить углей из кострища...», то есть именно такой размер приводит пророк, дабы показать, на сколь мелкие куски будет разбит сосуд, а раби Йоси обращает внимание на продолжение стиха:«.. .и зачерпнуть воды из рва».

86  Свара - значение этого слова близко к понятию «аргумент», но как мы видим, он не обладает решающей силой. Можно так же понять это слово как «объяснение» или «рассуждение».

87  Храмовый двор.

88  Сомнительные случаи тумы разрешаются по-разному, в зависимости от того, возникли они в ршут а-рабим (владении многих) или ршут а-яхид (частном владении).

89  Перемещение предметов на четыре локтя в Шабат, является запрещённой работой, если это происходит в «общем владении» (ршут а-рабим), в частном же владении {ршут а-яхид) то же самое действие работой не является.

90  Лёгкий запрет, это замужняя женщина и посторонний человек, вступивший с ней в связь, именно это имеет в виду мидраш Сифри сказав: «Когда пришёл лёгкий запрет на лёгкий запрет - запретил запрещающего», «запретил запрещающего», значит, что после этого женщина становится запрещена своему мужу, который является для неё запрещающим, поскольку из-за него она запрещена всем остальным. Процитированная Рамхалем фраза это начало логического построения каль ва-хомер (тем более), из которого следовало бы, что если человек вступит в запретную связь с тёщей, то тем самым он сделает себе запрещённой свою жену, которая есть причина запрета тёщи, по аналогии с тем, как прелюбодеяние замужней женщины запрещает ей мужа. Однако, из Писания мы учим, что связь с тёщей не запрещает жену, хотя в каком-то аспекте это более строгий запрет чем запрет связи с замужней женщиной, в других аспектах, как объясняет автор, он легче.

91   Карет - «отсечение души от Источника», наказание, которое человек получает с небес, оно считается более мягким, чем смерть по приговору суда.

92  Здесь - возлияние на жертвенник крови хатат - повинной жертвы. «Возливающий» - священник, совершающий эту работу.

93  Это дословный перевод, однако, имеется в виду, что священник «участвует в дележе» мяса жертв, то есть получает долю от мяса жертв, приносимых в день, когда он служит.

94   Священники несли службу в Храме по очереди, они были разделены на мишмерот - смены, каждая из которых служила два раза в год по неделе. Каждый день работу делили между членами смены и далеко не все могли осуществить возлияние на жертвенник крови хатат.