Ноябрь 2017 / Кислев 5778

9. Борер - отбор

9. Борер - отбор

Просматривая список 39 запрещенных в Субботу работ, мы обнаруживаем три очень похожих друг на друга класса: веять, отбирать и просеивать. У каждой из них одна и та же цель - отделить то, что идет в еду, от отходов. Сначала зерно отделяют от мякины, для этого его провеивают (на иврите работа называется зоре); затем - перед помолом - из зерна отбирают попавшие в него камни и другой мусор (борер[1]), после того как мусор отброшен, а зерно пропущено через мельницу (помол), полученную муку просеивают через сито для того чтобы убрать из нее шелуху. Цель всех этих работ - отделить съедобное от несъедобного в первоначальной смеси.

У каждой из трех работ есть свое отличие от остальных: веют на ветру, отбор осуществляется руками, просеивают - через сито. Впрочем, обычно, для того чтобы провести границу между разными классами работ, одного технического различия недостаточно. Субботние aвom определяются сущностно, а не через описание орудий труда. В нашем случае логичнее было бы считать, что веять, отбирать и сеять - это не что иное, как один и две его производные, т.е. его толадот[2]. Но поскольку в процессе изготовления растительных красителей для Мишкана указанные три работы представляли собой абсолютно разные стадии производства, то мудрецы усмотрели в них три разных aвom-мелахот, и, объявив их архетипами, вывели из них три самостоятельные группы.

Поговорим об отборе и просеивании. И моментально перед нами встает принципиальный вопрос: если суть отбора как мелахи состоит в отделении пищи от отходов, то -как человек может есть в Субботу, не нарушая ее запретов? Ведь в процессе еды каждый из нас вынужден сплошь и рядом совершать подобное отделение. Без него в принципе невозможен прием пищи. Например, когда мы едим яблоко, то оставляем огрызок. Или, когда едим куриную ножку, отделяем съедобное мясо от несъедобной кости. Тем не менее, зайдите в любой еврейский дом, где поколениями соблюдают заповеди Торы: на субботнем столе лежат яблоки, а к столу за обедом подают и курицу, и рыбу, и многое другое, что нельзя съесть, не отделив съедобную часть от несъедобной. Понятно, что Тора не запрещает их есть в Субботу. А раз так, то должны существовать четкие критерии, с помощью которых можно провести грань между разрешенным отбором съедобного от несъедобного в процессе еды (дерех-ахила, обычный процесс приема пищи) и запрещенным перебором продуктов в процессе приготовления пищи (дерех-брера, обычный отбор).

Мудрецы отметили три принципиальных различия между двумя указанными отборами:

Отличие первое: в процессе еды человек отделяет съедобную часть от несъедобной вручную, не прибегая к помощи специальных приспособлений, таких как картофелечистка, сито, дуршлаг, шумовка и т.п. Поэтому, если отбор произведен с их помощью, то он сделан в нарушение запрета Торы. Ясно, что полноценный отбор можно совершить только при использовании специальных инструментов. Что касается отбора, произведенного с помощью предметов, специально для того не предназначенных, таких как, например, обычное блюде при переборе крупы, то его невозможно считать полноценной мелахой, - а значит, такое действие Торой не запрещено. Впрочем, мудрецы Талмуда, считая, что использование предметов, существенно облегчающих перебор, хотя для него и не предназначенных, не соответствует духу Субботы, запретили ими пользоваться.

Очевидно, что ложку и вилку можно рассматривать как своего рода "продолжение руки": ими пользуются для того, чтобы не пачкать руки; поэтому отбор с их помощью разрешен так же, как разрешен отбор рукой. Например, можно снять вилкой мясо с кости, можно очистить яблоко столовым ножом, можно вынуть мясо из соуса ложкой и т.д. Во всех этих случаях столовый прибор является "продолжением руки".

Получаем в результате, что дepex-ахила несовместима с использованием специальных и вспомогательных приспособлений.

Второе различие между процессом еды и приготовлением пищи: фактор времени. Отбор, произведенный для того чтобы оставить отобранное на потом, нельзя назвать дерех-ахила, даже если его совершили руками, потому что в процессе еды выбирают для того чтобы тут же съесть. Поэтому разрешено отбирать только перед едой. Причем нет необходимости делать это непосредственно перед тем, как положить пищу в рот2: еда в данном случае -просто начало трапезы. Так что отбор считается интегральной частью процесса еды и в том случае, когда он производится перед началом трапезы, пусть даже последняя длится несколько часов.

Третье отличие: в процессе еды выбирают съедобное (охелъ) и оставляют несъедобное (псолвт). Если кто-то делает наоборот: выбирает несъедобное, вынимая его из тарелки или откладывая сбоку на той же тарелке, чтобы затем съесть то, что останется, то всю операцию извлечения несъедобного мы можем назвать приготовлением пищи, а не ее потреблением. Но мы уже знаем, что приготовление пищи - это мелаха, а значит, в Субботу так вести себя нельзя.

Итак, мы можем сформулировать ПЕРВОЕ ПРАВИЛО.

Только тот отбор в процессе еды является дерех-ахила (а значит, разрешен), который содержит в себе три пункта: отбирается съедобное из несъедобного, вручную и непосредственно перед едой. Эти пункты-критерии обозначим по первым буквам главных слов С, В и П: съедобное, вручную и перед едой; а само правило - С-В-П.

При нарушении любого из указанных критериев мы имеем дело с борер - работой, запрещенной Торой, а именно:

- При отборе несъедобного (псолет), когда остается съедобное (охелъ), несмотря на то что отбор делается вручную и для немедленного использования, нарушен критерий С.

- При отборе с помощью специальных приспособлений -даже съедобного от несъедобного и даже непосредственно перед едой - нарушен критерий В.

- При отборе съедобного и вручную, но на потом - нарушен критерий П.

А теперь вспомним, что в Четвертой главе, посвященной разбору общих правил мелахот, говорилось, что Тора запрещает в Субботу только те действия, которые являются созидательными, конструктивными. Теперь, если применить это условие к работе борер, мы столкнемся с противоречием: согласно критерию С, Тора запрещает отбирать несъедобное от съедобного, но, т.к. мусор, как правило, никому не нужен, то, на первый взгляд, конструктивного элемента в действии борер нет. В книге "Йешуот Яаков" это противоречие снимается следующим образом: смесь съедобного и несъедобного не пригодна к употреблению в пищу, или, в лучшем случае, годится, но с трудом. Суть отбора, как мелахи - не в отделении несъедобного, а в очищении съедобного, то есть в приготовлении пищи к употреблению. А поэтому это конструктивное действие.

Выводим ВТОРОЕ ПРАВИЛО: там, где нет улучшения пищи, нет запрета на борер. Такой отбор во многих случаях разрешен (о них мы поговорим чуть ниже).

А пока зададим вопрос: охелъ и псолет, которые мы постоянно упоминаем, понятия абсолютные или относительные? Например, считается, что лук - это охель, еда, но является ли он таковым для тех, кто его не любят и поэтому всегда выбирают из салата? На этот вопрос алаха дает утвердительный ответ: да, для таких людей лук - это псолет, несъедобная фракция. Продолжив эту мысль, мы приходим к выводу, что любое разделение двух смешанных друг с другом видов тоже считается мелахой. Тот вид, который по какой-то причине сейчас нежелателен, даже если он сам по себе хорош, субъективно становится псолет, а желаемый вид считается охель. Сказанное верно не только для сортировки двух или более пищевых продуктов, например, яблок и груш, сваленных в один ящик, но и для любых видов предметов, находящихся в перемешанном состоянии: книг, одежды, вилок, ложек и т.д.

До этого мы говорили о сортировке смеси, в которой смешаны охель и псолет. Теперь перед нами - ТРЕТЬЕ ПРАВИЛО, гласящее, что сортировка смеси разных видов, каждый из которых - охель, тоже должна производиться по принципу С-В-П.

Правило действует только в случае перебора смеси, когда все входящие в нее виды объективно и качественно отличаются друг от друга. Если же смешано несколько предметов одного вида, например, большие и маленькие апельсины, и среди них нет псолет (в нашем примере - гнилых фруктов), то понятие борер неприменимо к отбору больших апельсинов из маленьких. Также можно вынуть из блюда с нарезанной курицей все ножки и прочие вкусные части, вытащить целую мацу из стопки треснутых и т.д. Во всех этих примерах отделение одних предметов от других не имеет конструктивного содержания, и то, что в данный момент мы считаем более вкусным или нужным, вполне субъективно. Лишь в случае разделения смеси двух или нескольких видов, которые объективно и качественно отличаются друг от друга, присутствует конечная цель отбора - приготовление и улучшение пищи. Пример: если мы задумали подать на стол красивую вазу с яблоками и только с ними, т.е. их соседство в одной вазе с апельсинами нас не устраивает, то в этом случае получается, что отделение апельсинов улучшает яблоки. Поэтому такой отбор апельсинов из яблок входит в категорию борер.

Практический вывод из третьего правила: поскольку перебор предметов одного вида не нарушает запрет, то можно выбирать как угодно, не подчиняясь правилам С-В-П. Т.е., можно отобрать впрок не желательные в данный момент предметы. Разумеется, сказанное верно только в том случае, когда нет настоящих отходов, например, гнилых апельсинов.

Мы говорим - предметы одного вида, предметы разных видов. Но что такое вид? Давайте дадим определение: какие предметы считать относящимися к одному виду, а какие к разным? Этот вопрос возникает не только при изучении законов борер, а поэтому ответ на него представляется достаточно важным для изучения и других разделов алахи.

Итак, определение. К разным видам относятся предметы:

1) различные по названию (карп и окунь, вилки и ложки)

2) различные по вкусу (вареное и жареное)

3) различные по использованию (будничная и субботняя одежда, глубокие и мелкие тарелки[3]).

Несколько примеров смеси одного вида: хлеб более свежий и менее свежий, яблоки более мягкие и менее мягкие, куриная кожа и курица (однако для того, кто терпеть не может куриную кожу, мидерабанан она является псолет, "мусором"). То же самое можно сказать и в том случае, когда среди яблок на блюде находятся несколько значительно худших по качеству: они становятся псолет-мидерабанан (запрещены как "мусор" мудрецами); такой отбор следует делать в соответствии с принципами С-В-П.

Вернемся ко второму закону, который гласит, что суть субботней работы борер - улучшение непригодной в смешанном состоянии пищи. Следствие: запрет отбора не действует, если перед нами нет смеси. Так что можно, например, лить воду из стакана на ветру, не обращая внимания на то, что ветер развеет брызги: ведь вода - это однородная масса[4].

И здесь нам придется уточнить определение смеси. Что называется смесью? Какие виды смеси существуют?

Различают три вида: "полная смесь", "смесь в месте контакта" и "смесь слоев".

Полная смесь: компоненты совершенно перемешаны друг с другом, например, овощной салат, неотстоявшееся вино или не очищенная от мусора груда зерна. Здесь извлечение самого ничтожного количества псолет запрещено как борер - даже если смесь "охель плюс псолет" все еще остается. Закон не меняется и в том случае, когда компоненты в смеси относительно большие и выделяются на вид, например, куски карпа, перемежающиеся в кастрюле кусками трески, - это смесь, и на нее накладываются все правила отбора С-В-П. То же самое касается вилок с ложками и т.п.

Смесь в месте контакта: охель и псолет либо два вида продуктов перемешаны не по всему объему, а только в локальных местах их касания, как, например, сливки на поверхности молока или персик, подгнивший с одной стороны. Такой же смесью считаются предметы, прикрепленные друг к другу (изначально или искусственно): слива с косточкой, банан с кожурой и пр. Поэтому в месте касания есть запрет отбора, и снять аккуратно сливки с молока или вырезать гниль, оставив съедобную часть персика, можно только по правилам С-В-П (ниже мы приведем практическое решение).

Но если снимают только часть сливок, не доходя до границы касания с молоком, т.е. берут сливки из того места, где смеси еще нет, то нет и запрета борер. То же самое можно сказать о случае, когда отливают часть молока вместе со сливками или отрезают съедобную часть персика вместе с гнилью: поскольку там, где происходит отделение, смеси нет, то значит нет и запрета борер. И, хотя внешне такое действие напоминает отбор, отсутствует суть мелахи, конечная цель которой - разделение смеси.

Смесь слоев: предметы лежат слоями друг на друге, стопкой и т.п. Строго говоря, смеси здесь нет, ведь книги в стопке даже в месте касания не смешаны друг с другом.

Однако принято и в таких случаях идти путем "устроже-ния" (лехумра), считая это смесью. Почему? Да потому что, поскольку каждый вид не лежит отдельно, есть в подобном разделении некое исправление. А раз так, то снять верхний слой, чтобы потом его использовать, нельзя. Однако разрешено убрать верхний слой для того чтобы немедленно добраться до нужного нижнего слоя и использовать его. И даже если назвать слои смесью, запрета борер здесь нет, так как снятием верхнего слоя нижний никоим образом не улучшается, а о том слое, который убирают, вообще не думают. Поэтому, хотя нельзя рассортировать стопку книг с тем, чтобы поставить каждую книгу на место, все же можно снять верхние, чтобы добраться до нужной книги, лежащей внизу. То же самое относится к любой группе предметов, например, груде белья или развешанной на вешалке одежде. Но если верхний слой негоден к употреблению, то его можно классифицировать как псолет, а значит, вопрос усложняется, поскольку устранение этого слоя улучшает оставшиеся слои (их можно назвать охелъ), которые до сих пор к употреблению не были годны из-за слоя псолет на них. Поэтому некоторые авторитеты запрещают снимать, например, слой гнилых фруктов с находящихся внизу хороших.

Завершая разговор о видах смеси, заметим, что яйца в воде, клёцки (кнейдлах) в супе, мясо в соусе, огурцы в рассоле и тому подобные крупные твердые предметы, помещенные в жидкость, нельзя рассматривать, как элементы смеси предметов с жидкостью. Так что их можно извлекать любым способом.

Выше, излагая третье правило, мы упомянули, что сортировка запрещена как борер. Однако это утверждение нельзя считать само собой разумеющимся. Ведь при обычной сортировке ни одному из перемешанных видов не отдается предпочтения - оба в равной степени желательны или нежелательны сейчас, поэтому, на первый взгляд, не ясно, что здесь охелъ, а что псолет. Тем не менее, принятое объяснение утверждает: поскольку мы хотим рассортировать и отделить один вид от другого, каждый из них становится псолет по отношению к другому, ибо в смеси он нежелателен. Следовательно, извлечение любого вида рассматривается как отделение псолет из охель, что попадает под категорию борер.

В результате, поскольку сортировка считается отбором, на нее распространяется принцип С-В-П. И следовательно, разобрать руками некий хаос из предметов для незамедлительного употребления (по отдельности) входящих в него видов - можно. Поэтому, несмотря на то, что посуда стоит на кухонной полке в перемешанном виде, можно сервировать стол так, чтобы каждая тарелка оказалась на своем месте, рядом с комплектом вилок, ножей и ложек, вкупе с бокалами на одну персону, - но только сделать это следует непосредственно перед едой! Если же посуда была изначально рассортирована (одинаковые тарелки лежали отдельно, вилки отдельно и т.д.), можно расставить ее задолго до начала еды. Аналогичное правило: дети могут сортировать игрушки, наборы и т.п. для того чтобы играть в них сейчас, но не для того чтобы навести порядок по требованию мамы!

Есть случаи, когда действие, напоминающее борер, мелахот все же не является. Назовем два из них.

а) В ящике лежат перемешанные фрукты. Еще с утра мы можем взять часть из них на третью субботнюю трапезу, но без отбора! Т.е. не будем отделять яблоки от груш, а возьмем то, что попадет под руку. Ведь здесь отсутствует суть и конечная цель мелахи - разделение смеси.

б) Иногда у человека нет намерения сортировать. Просто он ищет в куче вещей нужный ему предмет. В Субботу разрешено раздвигать ненужные вещи в сторону. Более того, наткнувшись на ненужный предмет, его не обязательно возвращать в кучу, можно положить его на отдельное место. Так как здесь с самого начала отсутствовало намерение, то и результат - отныне выбранный предмет лежит в стороне, не считается запрещенным. По аналогии некоторые авторитеты разрешают, убирая книги со стола, расставить их по местам, но только при условии, что каждый раз берут первую попавшуюся под руку книгу. Однако другие запрещают такое действие, считая его самой обычной сортировкой. Согласно этому запрещающему мнению, разложить по местам можно только те предметы, которые берут в руки с какой-то определенной, не связанной с сортировкой целью. Например, хозяйка может вынимать из кучи грязной посуды то, что попадает под руку (или то, что сверху лежит), мыть, вытирать, а затем класть предмет на место: вилку - к вилкам, ложку - к ложкам. Точно также, если в пятницу сняли белье с веревки и теперь, в Субботу, вынимают из кучи одну вещь за другой, не роясь в ней, чтобы аккуратно сложить каждый предмет (разрешенным в Субботу образом), то потом можно разложить извлеченные вещи по своим местам.

Наших теоретических знаний достаточно, чтобы приступить к рассмотрению практических вопросов. Но сначала давайте составим схему-алгоритм, годную, что называется, на все случаи жизни.

Теперь будем пользоваться схемой для решения практических задач. Допустим, нам нужно приготовить к столу яйца или репчатый лук, почистить огурцы, бананы или апельсины. Можно ли снять с них скорлупу или шкурку? Используем алгоритм. Первый вопрос: есть ли здесь смесь? Очевидно, есть: еда вместе с кожурой, скорлупой или шкуркой. Один вид? Да, в каждом случае - один: яйцо и его скорлупа - это один вид, апельсин и кожура - один вид, они вместе росли на одном дереве, и т.д. Есть ли у нас псолет? По мнению многих законоучителей, кожура - это псолет; от нее-то мы и хотим избавиться. (Если кожура съедобна, как, скажем, у яблок, то это - не совсем наша задача. Мы занимаемся "несъедобными" шкурками. О яблоках чуть ниже.) Следующий пункт схемы: какого рода смесь? "Смесь в месте контакта".

Промежуточный ответ: отбор можно произвести по правилу С-В-П.

Первая буква - С - говорит, что мы можем взять съедобную часть и отделить ее от несъедобной, но не наоборот. Так поступают в общем случае, ибо таков обычный порядок потребления пищи. Но когда мы чистим фрукты или овощи, невозможно изъять съедобную часть изнутри, не трогая кожу. Люди так и едят: сначала снимают шкурку (в нашем случае это псолет), а потом кладут в рот то, что под ней скрывалось. Следовательно, при очистке плодов снятие верхнего слоя (кожи, покрова) - это один из необходимых этапов процесса еды (дepex-aхилa). А значит, в данном случае мы ничего не нарушим, если сначала почистим плоды, а потом, отложив в сторону шкурку, используем плод по назначению.

Вторая буква - В - говорит, что снятие шкурок можно сделать только вручную. Поэтому не будем чистить специальной овощечисткой. Что касается обычного ножа, то он не является специальным приспособлением для отбора, это инструмент для еды, его так и называют - столовый прибор. И сейчас он будет нами использован всего лишь для довольно неточного отрезания (в отличие от аккуратно работающей овощечистки). Стало быть, ножом - как и рукой - чистить можно.

Осталось последнее условие - буква П - делать все непосредственно перед едой.

Итак, задачу мы решили. Апельсин очищен. Ешьте на здоровье!

Теперь ряд замечаний. Первое: что делать с яблоками? Яблочную кожуру большинство людей ест без проблем (вместе с яблоком), но иногда она действительно мало съедобна. А есть и такие, которые очищают ее в любом случае. Так или иначе, для многих людей кожура яблок и груш - псолет. Вопрос: нужно ли и остальным смотреть на нее как на псолет? Такое мнение среди авторитетов действительно существует. Поэтому в силу сомнения поступаем следующим образом: непосредственно перед едой чистим яблоко, но только обычным ножом. Если же возникла нужда очистить яблоки задолго до еды, то следует сначала посоветоваться с раввином...

Попутное и очень важное замечание: есть виды кожуры, например, у сухих стручков всех видов бобовых и т.п., которые запрещено снимать из-за другого запрета - даш, молотьба (см. следующую главу).

Рассмотрим еще несколько актуальных примеров.

Как быть с фруктовыми косточками? Снова пойдем по нашей схеме: смесь - одного вида; род смеси: "в месте контакта"; псолет - у тех фруктов, косточки которых не годятся в пищу: маслины, финики, персики, яблоки, груши. Со съедобными косточками (в помидорах, инжире, огурцах), как вы самими понимаете, проблем нет.

С фруктами, косточки которых есть не принято, поступаем по правилу С-В-П. Второй и третий пункт этого правила не сложны: отделяем косточки не с помощью специальных приспособлений, а только руками и перед едой. Но что делать с первым пунктом? Раз косточка несъедобна, то она псолет, а псолет от охель отделять нельзя! Как поступить? Некоторые законоучители полагают, что во время еды не может быть запрета борер. Они обосновывают свое мнение тем, что именно так принято есть: вынул косточку, а потом съел плод, - и считают этот случай аналогичным снятию кожуры с плода: понятно, что плод с несъедобной кожурой не едят без того, чтобы предварительно его очистить. Мало кто ест, выедая мякоть и оставляя кожуру в руках. То же самое с косточками.

Впрочем, с такой постановкой вопроса не согласился Хазон-Иш. По его мнению, борер может быть и во время еды, поэтому, даже съев половину сливы, мы не можем отделить от нее псолет - вытащить из остатков косточку. Да и трудно согласиться с заявлением, будто невозможно есть иначе. Поэтому, согласно мнению Хазон-Иша, следует, держась за косточку, "снять" с нее сливу либо "открыть" ее так, чтобы косточка выпала сама.

Теперь арбузные косточки. В отличие от банана, который кладут в рот только очищенным, разные люди едят арбуз по-разному. Есть такие, что не видят ничего зазорного в том, чтобы в будни выплевывать косточки изо рта[5]. По отношению к ним закон строг - он не может им разрешить счищать косточки и в Субботу. Но тот, кто находит для себя неприемлемым плеваться косточками за столом и ест арбуз только одним способом, а именно, вначале счищает косточки, а затем приступает к поеданию мякоти, - такому человеку разрешение дать можно (но только непосредственно перед едой!) Ибо для него подобный способ -обычная еда, дерех-ахила. И попутное замечание: срезать арбузную кожу в Субботу нельзя никому.

Следующая проблема: несъедобные рыбные и мясные кости. Те кости, на которых есть мясо, можно вынуть из кастрюли, поскольку кости с мясом - это не "псолет плюс охель", их можно рассматривать как самостоятельное блюдо. Но кости, отставшие от мяса, - это очевидный псолет, их вынимать из тарелки или кастрюли нельзя. А можно ли отделить кость от прикрепленного к ней мяса? Идем по схеме: имеем "смесь в месте контакта", вид всего один, но зато сами кости - псолет. Результат: по принципу С-В-П вынимать их нельзя, - с одной, правда, оговоркой: если нельзя сказать, что, подобно очистке кожуры с фруктов, это принятый способ еды, дерех-ахила. Именно так пишет Мишна-Брура, оправдывая тех, кто вынимает кости из мяса непосредственно перед едой или в самом процессе еды.

Но вот Хазон-Иш опять с этим мнением не согласен. Он считает, что извлечение костей из мясного или рыбного блюда не похоже на снятие фруктовой или овощной кожуры. Почему? Да потому, что тут есть не одна, а две возможности: либо вынуть кость, либо съесть мясо вокруг нее, не извлекая самой кости (кстати, с курицей, по правилам хорошего тона, так и поступают). Следовательно, мясо на кости является не чем иным, как обычной смесью охелъ и псолет, и даже непосредственно перед употреблением вынимать нужно не кости, а мясо (первый пункт в правиле С-В-П). Поэтому те, кто следуют указаниям Хазон-Иша, вынуждены либо держать кость в руке, поедая мясо на ней, либо снимать мясо с кости при помощи ножа и вилки. Но по поводу куриной кожи споров нет - она ничем не хуже кожуры овощей, поэтому ее можно очистить непосредственно перед едой.

Тем, кто полагаются на разрешение заваривать чай из пакетика в кли-шлиши (см. главу о варке в Субботу), разрешено вынимать пакетик из чашки с помощью чайной ложки, выбрасывая вместе с ним немного жидкости, чтобы избежать проблемы отбора заваренного чая от использованного пакетика с чаинками.

При применении нашей схемы к вопросу о мытье овощей и фруктов следует отметить, что если они выглядят чистыми и моют их только по привычке, а большинство людей съело бы и в таком виде, то - мыть их можно, ибо псолет здесь нет. Но если фрукты грязные (или опрысканы химикалиями), то грязь надо рассматривать как псолет, и поэтому ее нельзя удалять даже непосредственно перед едой.

Но вот мнение известного раввина 20 века. Рав Моше Файнштейн постановил, что налипшая на овощах грязь, в принципе, ничем не отличается от их кожуры: смыть ее - обычное дело, поскольку овощи и фрукты так и едят. Более того, - продолжает рав, - мытье яблока под краном вообще не следует рассматривать как борер, - точно так же, как никому не приходит в голову запретить мытье грязной посуды только из-за того, что грязь, видите ли, отделяется от тарелок. Впрочем, разрешение мыть овощи не безгранично: оно не относится к замачиванию грязных фруктов в воде - для того чтобы грязь, отмокнув, всплыла наверх, - поскольку это уже не дерех-ахила (обычная еда), а дерех-брера (обычный отбор). Так постановил рав Моше Файнштейн.

И многие авторитеты согласились с ним во всем, что касается отмывания фруктов и овощей от налипшей на них грязи. Но все же запретили мыть виноград и другие мелкие фрукты, перемешанные с грязью. А другие пошли еще дальше, запретив мыть даже яблоки под краном. Поскольку у нас есть не одно мнение, а несколько, то на практике желательно помыть фрукты до начала Субботы, но если кто-то забыл их помыть - может вымыть их под краном, опираясь на мнение рава Файнштейна.

По той же причине можно переливать вино из бутылки, на дне которой есть осадок, потому что отделение здесь происходит не в месте контакта, а значит, запрет отбора тут не работает. Когда же уровень оставшегося вина опустится до осадков, то допустимо продолжить цедить (без приспособлений!), но только для немедленного употребления.

Муху, упавшую в стакан с напитком, вынуть можно - но только вместе с частью жидкости.

Заварку из чайника разрешено выливать до тех пор, пока не стали выливаться чаинки, а дальше - поступаем по правилу С-В-П. Начиная с этого момента, становится проблематичным использование чайника с дырочками в носике, так как вряд ли можно назвать такой слив ручной работой[6]. Но если дырочек в носике нет, можно выливать заварку не думая о том, начали выходить чаинки или нет.

Слить сыворотку, образовавшуюся на простокваше, или жир, застывший на поверхности супа, можно только при условии, что такое отделение происходит не в месте контакта. На практике, сыворотку снимаем с небольшим количеством простокваши, а жир - вместе с частью супа.

В Субботу можно пользоваться краном, на котором стоит фильтр. Поскольку большая часть людей пьет воду без процеживания, фильтрация не может рассматриваться как отбор, серьезно улучшающий воду. Это разрешение распространяется на всех, в том числе и на тех, которые стараются пить только профильтрованную воду. Точно так же можно цедить через сито любой напиток, который большинство людей пьет без процеживания.

И последний пример нашей главы. В Субботу запрещено делать творог путем добавления в молоко различных веществ. Это - толада-борер, т.е. не ав-мелаха, а производная от того, что мы называем борер, отбор.

"И закончил Всевышний в седьмой день Свой труд, которым занимался, и прекратил в седьмой день всю работу, которую делал". Нетрудно заметить, что в этом стихе есть внутреннее противоречие. Из того, что сказано: "прекратил в седьмой день всю работу, которую делал", — ясно, что в седьмой день Всевышний ничего не делал, а только отдыхал. Но, с другой стороны, сказано, что "закончил Всевышний в седьмой день Свой труд, которым занимался". Значит, что-то было создано и в самый седьмой день![7] Как понять?

Суббота - не выходной день для еврея, это мы уже знаем. Для Творца она тоже не была выходным днем, в который Он остановился и ничего не делал. Шабат — это отдельная особая действительность, созданная Всевышним. В чем суть этого нового творения? В комментарии "Ор-Ахаим" сказано, что в Субботу Всевышним была создана "душа мира", нефеш-аолам.

Что значит "душа мира"? Для отдельного организма нефеш — это источник его жизненной силы. То же самое и для всего мира: в седьмой день Творения в мир излились все источники всех жизненных сил для всего живого. "Ибо шесть дней созидал Всевышний небо и землю", — именно таков буквальный перевод известного стиха, не "в шесть дней", а "шесть дней". Другими словами, Творение было создано всего на шесть дней, больше просуществовать самостоятельно оно не могло. В седьмой день Всевышний прекратил творить мир - теперь миру предстояло жить самостоятельной жизнью. Для этого в него должно было войти животворное влияние, "душа мира". С тех пор так повторяется каждую неделю: в Субботу Творец заново дает миру жизненную энергию, которой хватает на следующие шесть дней, не больше. Как видим, мир живет семидневным циклом, от Субботы к Субботе.

"И прекратил в седьмой день всю работу, которую делал". Только в седьмой день была завершена работа. В первые шесть дней было создано "тело" мира, а в седьмой день — его "душа".

Итак, Суббота - это акт отдельного и непрекращающегося творения, дающий жизненную силу всему миру. В этом, очевидно, смысл аллегории наших мудрецов: Ваихаль (и прекратил, закончил) — от слова кала, невеста. Только что сотворенный мир был похож на хулу (свадебный балдахин), которую царь установил и украсил всевозможными украшениями. Не хватало только невесты. И как только невеста появилась, тут же состоялась свадьба. Созданный за шесть дней мир был прекрасен, в нем все было: и бесчисленное количество тварей, и мириады звезд, и закат в горах, и морской прибой, — но все это было не более чем тело без души. Пока не пришла Суббота!

Человек — весь мир в миниатюре. Поэтому сказанное о мире, верно и по отношению к каждому отдельно взятому еврею. Каждая неделя - это не простое механическое продолжение предыдущей, а абсолютно новое творение, характер которого зависит от Субботы: то, как мы ее провели, влияет на следующие будни.

(По книге "Нетивей ноам Шабат")

[1] На иврите борер - тот, кто производит отбор (так называется и сама работа по отбору); процесс отбора - брера.

[2] Про ав и толадот см. начало Второй главы.

[3] В отличие от мелких и крупных апельсинов, их используют для разных целей.

[4] А не смесь зерен и шелухи, как было в процессе веяния.

[5] Отбор, совершаемый ртом, мелахой не является: это обычный способ еды.

[6] Дырочки в перегородке носика работают как ситечко.

[7] Иначе было бы сказано: "И закончил работу к седьмому дню".