Ноябрь 2017 / Кислев 5778

СФИРАТ ГАОМЕР

СФИРАТ ГАОМЕР

Исчисление омера

И приносите омер, первинки вашей жатвы, когену... И отсчитайте себе от первого дня после праздника — (Ваикра, 23)

Со второй ночи праздника Песах, 16 нисана, мы начинаем т.н. «исчисление омера», «Сфират гаомер». Тора повелевает нам отсчитать семь недель, то есть 49 дней, от того дня, когда в Храм приносили омер ячменя: «До следующего дня после окончания седьмой недели отсчитайте пятьдесят дней, и приносите новый дар Г-споду» (Ваикра, 23).

В чем состоит предназначение «Сфират гаомер»? Что это вообще такое – омер? Что отличает период «Сфират гаомер» от прочих времен года? В чем особенность дня Лаг-Баомер?

Постараемся ответить на эти вопросы.

Омер

Говорят наши мудрецы: «В Песах на Небесах выносится решение, каким в этом году будет урожай злаковых». Поэтому Вс-вышний обращается к евреям: «Принесите мне первинки урожая ячменя – и Я дам вам хороший урожай на полях ваших». С этой точки зрения выявляется земледельческое содержание праздника Песах: Песах – это время, когда созревает ячмень (раньше, чем все остальные злаки).

Во времена Храма на исходе первого дня праздника главы народа Израиля выходили на одно из полей в окрестностях Иерусалима («потому что омер приходит только из удела Йегуды») и в праздничной обстановке сжинали охапку ячменя, обмолачивали его, мололи муку и просеивали ее в тринадцати ситах. Мука эта должна была быть высшего качества. Омер (ок. 2480 см3) этой муки доставляли в Храм. С того момента, как омер ячменя приносили в дар Вс-вышнему, весь новый урожай становился разрешенным для всех.

Теперь, когда Храма у нас нет, новый урожай становится разрешенным только после 16 нисана – потому что мы не в состоянии исполнить эту заповедь так, как предписывает Тора.

Жатва омера производилась в торжественной обстановке и при большом стечении народа также и для того, чтобы продемонстрировать заблуждение цдуким («саддукеев») – секты, которая отвергала традицию Устной Торы. Дело в том, что в Торе срок жатвы омера определяется словами «назавтра после субботы». Устная Тора сообщает, что имеется в виду «первый день после праздника», однако цдуким требовали, чтобы в соответствии с буквальным смыслом слов омер приносили на исходе первой субботы после начала праздника, то есть субботы холь-гамоэд. Поэтому мудрецы постановили, что жатва омера должна происходить публично – для того, чтобы все знали, что мнение цдуким не соответствует Галахе. Прежде чем календарь был установлен раз и навсегда на основании математических расчетов, могло случиться, что первый день холь-гамоэд оказывался субботой. И в таком случае тоже исполняли заповедь принесения омера в Храм, хотя это неизбежно было связано с нарушением субботы. (Теперь, согласно нашему календарю, первый день холь-гамоэд никогда не может прийтись на субботу.)

Однако заповедь исчисления омера и в наши дни остается в силе, потому что это отдельная заповедь Торы, не обусловленная физической возможностью принесения омера в Храм.

Эта заповедь исполняется следующим образом. Немедленно после того, как наступает настоящая ночь, произносят благословение: «Благословен Ты, Г-сподь, Б-г наш, Царь Вселенной, освятивший нас Своими заповедями и повелевший нам исчисление омера!»  Затем говорят: «Сегодня – такой-то день после принесения омера!»

Обычно «Сфират гаомер» совершают после молитвы «Маарив», согласно принципу: сначала – то, что обычно, а уж потом – то, что редко.

После того, как первая неделя омера проходит, мы изменяем формулировку счета: «Сегодня – семь дней, то есть одна неделя после принесения омера», а назавтра: «Сегодня – восемь дней, то есть одна неделя и один день после принесения омера», и т. д. Для чего вносится это уточнение? Дело в том, что об исчислении омера в Торе сказано дважды: один раз – «отсчитайте пятьдесят дней» (Ваикра, 23), а другой раз -«семь недель отсчитай себе» (Дварим, 16). Отсюда наши мудрецы вывели, что недостаточно отсчитывать только дни, надо считать также и недели. И, кстати, из этого указания в книге Дварим также вывели, что отсчитывать омер следует стоя: слово кама («несжатый хлеб») рассматривается как намек на кима («стояние»).

Тора подчеркивает: «семь полных недель». Чтобы эти семь недель были и в самом деле полными, нужно проследить за тем, чтобы исчисление омера производилось немедленно после наступления ночи и чтобы ни одного дня пропущено не было. А вот после «Маарива» в ночь праздника Шавуот омер уже не считают: его время кончилось до того, как ночь настала. Это требование Торы подразумевает, что на протяжении всех 49 дней исчисления омера мы исполняем одну заповедь.

Поэтому тот, кто забыл совершить «Сфират гаомер» ночью, должен сделать это назавтра днем – но уже без благословения. После этого во все прочие дни он произносит благословение перед «Сфират гаомер». Однако если человек пропустил целые сутки, не совершив «Сфират гаомер» ни ночью, ни днем, – он все равно обязан продолжить исчисление омера, но уже не произносить при этом благословения: ведь он допустил перерыв в исполнении этой заповеди и потому лишился права произносить благословение.

Если после захода солнца, но раньше, чем вы успели совершить «Сфират гаомер», вас спрашивают, какой сегодня день «Сфират гаомер», нельзя отвечать: сегодня – такой-то день. Ведь сказав это, вы тем самым уже исполнили заповедь исчисления омера, и в этот день уже произносить благословение «повелевший нам исчислять омер» вам больше нельзя. Поэтому надо дать косвенный ответ: вчера, мол, был такой-то день омера, а уж от спрашивающего зависит догадаться, какой день сегодня.

Но в чем вообще причина установления заповеди «Сфират гаомер»?

Раби Давид Абударгам[1]видит ее в практической необходимости помнить о приближении праздника Шавуот. Время между Песахом и Шавуот – пора сельскохозяйственной страды, целый день земледельцы проводят в поле и, погруженные в заботы, могут забыть о наступлении праздника и пропустить день, когда нужно отправляться в Иерусалим для паломничества в Храм, и о том, что нужно приготовить бикурим, которые надлежит туда доставить. Если же каждый день они ведут счет, сколько дней прошло от Песаха и, следовательно, сколько осталось еще до Шавуот, то никто не забудет ни о паломничестве, ни о бикурим.

Раби Агарон Галеви из Барселоны[2], которому приписывают авторство «Книги о воспитании», приводит другое объяснение, философское. Песах символизирует собой физическую свободу Израиля, которая является всего лишь средством достижения более возвышенной цели. И к этой цели еврейский народ пришел только через семь недель после освобождения из Египта: когда он получил Тору и стал свободным духовно. Именно к этой цели он стремился, и с ее осуществлением был сделан решительный шаг к формированию еврейского народа.

Еще в пророческом видении пылающего куста у подножия горы Хорев Моше услышал от Вс-вышнего: «Когда ты будешь выводить этот народ из Египта, вы будете служить Б-гу на этой горе...» И Моше сообщил народу, что у горы Синай они получат Тору и заповеди Вс-вышнего. Поэтому с того самого дня, когда евреи вышли из Египта, они считали, сколько еще недель и дней остается до вожделенной даты, когда им будет дарована Тора, – и вдобавок к физической свободе им будет дарована свобода духовная. Можно сравнить это с тем, как, страстно ожидая какого-то определенного дня, человек, как говорят, «считает часы», еще остающиеся до его наступления.

Многие спрашивают: для чего Вс-вышний ждал семь недель, чтобы вручить Своему народу Тору? Не лучше ли было это сделать сразу после освобождения Израиля из Египта?

Основная причина – желание Вс-вышнего, чтобы народ оказался духовно подготовленным к принятию законов Торы. Такая подготовка подразумевает внутреннее очищение от египетской скверны, от влияния египетской культуры. Говорят мудрецы наши, что в Египте евреи пали до последнего, 49-го уровня нечистоты, -поэтому понадобилось 49 дней, чтобы подняться. В каждый из этих 49 дней каждый еврей освобождался от пут какого-то определенного уровня египетской скверны, а к 50-му дню, дню дарования Торы, все евреи без исключения стали абсолютно чисты.

Мудрецы наши обращают также внимание на то, что в Торе упоминаются семь видов ритуальной нечистоты, и чтобы освободиться от каждого из них, требуется семь дней. А в Египте наши предки были нечисты всеми этими видами нечистоты сразу – поэтому-то и понадобилось 7x7 (то есть 49) дней, чтобы очиститься.

В знак памяти о трагическом исходе восстания Бар-Кохбы (примерно через 70 лет после разрушения Второго Храма), а также о 24000 учениках раби Акивы, погибших в дни между праздниками Песах и Шавуот, принято в период омера соблюдать некоторые законы траура: в это время не играют свадеб, не устраивают никаких веселий и даже не стригутся и не бреются. Талмуд говорит, что ученики раби Акивы погибли в наказание за то, что «не проявляли уважение друг к другу». В то же время это было наказанием и всего народа – потому что за короткое время он потерял тысячи своих духовных наставников, и, по выражению Талмуда, «мир опустел». Иудаизм придает большое значение уважению к отцу, к матери и к товарищу, и говорят мудрецы наши: «Учтивость важнее знания Торы». А поскольку ученики раби Акивы превыше всего ценили знание Торы (что не помешало им принять участие в восстании Бар-Кохбы), забыв об учтивом поведении, Вс-вышний преподал страшный урок, покарав их, - нравственный урок, забывать который мы не имеем права.

В преддверии праздника Шавуот мы обязаны привести в порядок наши отношения с ближними, проанализировать и исправить свое поведение. Ученики раби Акивы не придавали этому значения и потому оказались недостойными также и знания Торы. Их смерть именно в этот период, между праздниками Песах и Шавуот, учит нас тому, что эти дни должны быть временем духовной подготовки к принятию Торы и исправлению наших отношений с окружающими – как говорит Мишна в трактате Авот: «Если нет учтивости - нет и Торы».


[1] Раби Давид Абударгам – один из выдающихся комментаторов «сидура». Жил в XIV в. в Испании, в г. Севилья.

[2] Раби Агарон Галеви из Барселоны – один из величайших мудрецов Торы. Жил в Испании в к. XIII – нач. XIV в. Уроженец Барселоны, среди его предков были величайшие мудрецы Прованса. «Книга о воспитании» объясняет, основываясь на Устной Торе, смысл 613 заповедей Торы, расположенных в ней в том же порядке, что и в недельных главах Торы.

Лаг-Баомер

Лаг-Баомер – совершенно особенный день, резко отличающийся от прочих дней этого периода. Лаг – то есть буквы «ламед» и «гимель» – это обозначение цифры «33». Лаг-Баомер – тридцать третий день омера, 18 ияра. Предание говорит, что в этот день прекратилась эпидемия, унесшая жизни учеников раби Акивы.

По этой причине Лаг-Баомер несет на себе некоторый оттенок праздничности: в этот день можно стричься и бриться, можно устраивать свадьбы и веселиться, в молитвах этого дня не говорят «Таханун».

Сефардские евреи считают, однако, что в Лаг-Баомер та ужасная эпидемия все-таки унесла еще некоторое количество жертв, и поэтому не стригутся до на: чала следующего дня, 34-го дня омера.

А у ашкеназских евреев принято считать, что Лаг-Баомер был только короткой передышкой, которую дала та эпидемия, после чего она возобновилась с новой силой, продолжая уносить жизни учеников раби Акивы вплоть до рош-ходеш месяца сиван. Поэтому ашкеназские евреи и после Лаг-Баомера продолжают соблюдать траур – до первого сивана.

Лаг-Баомер – это также годовщина смерти одного из гигантов духа нашего народа, таная раби Шимона бар Йохая (Рашби)[1], который был учеником раби Акивы. Смерть была кульминацией всей его жизни, наивысшим подъемом, и потому Лаг-Баомер именуется также «Гилула дерашби» («днем торжества Рашби») и отмечается весельем, песнями и плясками – и молитвами, обращенными ко Вс-вышнему, молитвами о том, чтобы заслуги этого праведника помогли всему народу Израиля.

Ночь, с которой начинается Лаг-Баомер, – ночь костров. Главный костер зажигают на крыше здания, выстроенного над могилой раби Шимона бар Йохая в местности Мейрон, в Верхней Галилее. Основная причина того, что годовщина смерти раби Шимона бар Йохая отмечается в такой форме, – это предание, приписывающее именно ему авторство книги «Зогар». Раскрывая глубочайшее содержание Торы, эта книга ярким светом освещает мудрость Торы, которая, по словам царя Шломо, сама является источником света: «Мицва – светильник, а Тора – свет». А устами пророка Ирмеягу Сам Вс-вышний говорит: «Ведь таковы Мои слова – они как огонь!»

Принято в этот день привозить в Мейрон детей, которым исполнилось три года – возраст, когда детям впервые стригут волосы. И здесь, на могиле раби Шимона бар Йохая совершают церемонию «Халаке» – стригут ребенку волосы, оставляя пряди волос на висках («пеот»).

Кабалисты объясняют, почему так веселятся именно в день смерти – ведь согласно здравому смыслу, в этот день надлежит печалиться. Недаром есть точка зрения, что 7 адара, день смерти Моше-рабейну, был днем скорби! Но дело в том, что Моше-рабейну плакал в день своей кончины, а раби Шимон бар Йохай веселился. Согласно «Зогару», в этот день он дал последний свой урок ученикам и раскрыл им такие глубины, которых не касался в течение всей своей жизни. Он объяснил: «Я сам свидетельствую о себе, что все дни моей жизни жаждал увидеть этот день!»

Другая причина заключается в том, что вообще день смерти великого человека отмечают не скорбью, а весельем. В наших источниках сохранились сведения, что и день смерти Адама, первого человека на земле, отмечался как праздник.

Есть обычай, согласно которому в Лаг-Баомер дети выходят в поля и леса, вооруженные луками и стрелами. Это не только дань чести воинам Бар-Кохбы. Более глубокий смысл скрывается в этом обычае: радуга (на иврите кешет – слово, которое означает также «лук»)

– это знак свидетельства о клятве Вс-вышнего, о Его обещании никогда более не наводить на землю потоп.


[1] Раби Шимон бар Йохай (Рашби) – знаменитый танай четвертого поколения, один из самых выдающихся учеников раби Акивы. Жил во II в. н. э. Спасаясь от смертного приговора, вынесенного ему римлянами, он 13 лет прятался вместе со своим сыном Эльазаром в пешере. Раби Шимон бар Йохай обладал сверхъестественными способностями, и поэтому неудивительно, что он считается автором «Зогара», основной книги Кабалы.