Ноябрь 2017 / Хешван 5778

БЕЙН ГАМЕЦАРИМ

БЕЙН ГАМЕЦАРИМ

Семнадцатое тамуза

Семнадцатое тамуза – один из четырех постов, установленных в память о разрушении Храма, наряду с Постом Гедальи (3 тишрей), Десятым тевета (о которых речь шла выше) и Девятым ава. 10 тевета вавилонский царь Невухаднецар начал осаду Иерусалима, 17 тамуза его солдаты проломили городскую стену, а тремя неделями позлее, 9 ава, наступила трагическая развязка событий: был подожжен Храм.

В истории еврейского народа 17 тамуза – день бедствий. В Талмуде, в трактате Таанит, перечисляются пять бедствий, случившихся в этот день:

1. Моше-рабейну разбил Скрижали завета при виде золотого тельца, сделанного нашими предками в пустыне;

2. во время осады Иерусалима (согласно Рамбаму, перед разрушением Первого Храма) в этот день прекратилось принесение ежедневной жертвы «тамид» из-за того, что невозможно было обеспечить доставку жертвенных животных, и это было признаком надвигающейся катастрофы;

3. как рассказывается в книге пророка Ирмеягу (гл. 52), 9 тамуза во время осады Иерусалима в эпоху Первого Храма была проломлена городская стена, а в эпоху Второго Храма то же самое случилось 17 тамуза;

4. Апостомос, наместник царя Антиоха, сжег Тору, поняв, что самый верный путь поработить евреев -это нанести удар их духовному достоянию; сожжение Торы было началом гонений на еврейство и одной из главных причин восстания Маккавеев;

5. в этот день в Храме была водружена статуя идола. Согласно одной версии, это случилось в эпоху Второго Храма и тоже было одним из деяний Апостомоса; согласно другой (так сказано в Иерусалимском Талмуде), это совершил царь Иудеи Менаше, который правил в эпоху Первого Храма и «прославился» тем, что «затопил Иерусалим невинной кровью» и был идолопоклонником, превзошедшим всех своих предшественников.

Кстати, царь Менаше был сыном царя Хизкиягу – одной из самых светлых личностей, когда-либо занимавших трон Иудеи. Вавилонский Талмуд в трактате Брахот рассказывает, что, зная о том, каким будет его сын, Хизкиягу не хотел жениться, желая остаться бездетным, однако пророк Иешаягу укорял его за это и требовал, чтобы Хизкиягу исполнил заповедь Торы плодиться и размножаться. В конце концов Хизкиягу женился и произвел на свет Менаше, который, натворив множество дурных дел, все же совершил тшуву, и Вс-вышний – по выражению Талмуда – открыл для него «тайную дверь» на небо, через которую он вошел в рай...

Однако вернемся к Семнадцатому тамуза. Пост начинается с рассвета и проводится так же, как и прочие общественные посты: читают «слихот», написанные специально для этого дня, «Авину, малкейну» в «Шахарит» и в «Минхе» и отрывок из Торы, говорящий о том, как Моше-рабейну умолял пощадить Израиль после греха создания золотого тельца. После чтения Торы читают «гафтару» из книги Иешаягу (гл. 55). В «Шахарит» во время повторения «Шмонэ-эсрэ» хазан произносит благословение «Ответь нам...», а в «Минхе» ту же вставку в «Шмонэ-эсрэ» читает вся община.

Бейн Гамецарим

Три недели, начинающиеся Семнадцатого тамуза и заканчивающиеся Девятого ава, называются Бейн га-мецарим («в теснинах»), по словам книги Мегилат Эйха (Плач Иеремии): «Все преследователи настигли ее в теснинах». В эти дни принято соблюдать признаки траура, и чем ближе Девятое ава, тем строже траур. В этой траурной лестнице есть три ступени.

1. От Семнадцатого тамуза до рош-ходеш месяца ав, когда не стригутся, не бреются и не посещают никаких увеселительных мероприятий. Ашкеназские евреи не устраивают свадьбы до второй половины дня 10 ава (когда Храм окончательно сгорел).

2. От рош-ходеш месяца ав до 10 ава, когда вдобавок к этим ограничениям не едят мясо и не пьют вино – в знак памяти о разрушении Храма, когда прекратились жертвоприношения и возлияние вина на жертвенник.

3. Неделя, на которую приходится Девятое ава, когда нельзя мыться (ради удовольствия). Эта неделя начинается с субботы Шабат хазон, и в эти несколько дней не въезжают в новый дом и не покупают новой одежды, поскольку эти события доставляют радость.

Суббота эта так называется по первому слову «гафтары» (Иешаягу, 1): «Видение [хазон] Иешаягу, сына Амоца». Пророк обращается к своим современникам с призывом вернуться на истинный путь, пока не поздно. Принято читать эту «гафтару» с теми же интонациями, с какими читают Мегилат Эйха, – за исключением вплетенных в нее слов утешения. В эту субботу всегда читают субботнюю главу Торы (начало книги Дварим), где упоминаются преступления, которыми в пустыне наши предки испытывали терпение Вс-вышнего, возбуждая Его гнев. В Шабат хазон, правда, едят мясо и пьют вино, но не надевают новой одежды – в знак траура.

На исходе Шабат хазон, совершая «Гавдалу», вино дают выпить ребенку – потому что взрослые не имеют права пить вино (исключение делается для субботы, а она уже закончилась...).

Девятое ава

Девятое ава – день нашего национального траура, кульминационная точка скорби об обоих Иерусалимских Храмах, о начале изгнания и бед, им вызванных. С этим днем связано пять трагических событий, которые тоже перечисляются в трактате Таанит.

1. В этот день Вс-вышний вынес приговор, который обрек всех выходцев из Египта умереть в пустыне, и им не дано было войти в Эрец-Исраэль. Их грех состоял в следующем: разведчики, которых послал Моше-ра-бейну осмотреть страну, вернувшись, начали порочить ее, и народ, поверив им, принялся роптать на Вс-вышнего и сомневаться даже в Его возможностях – Его, Который 40 лет обеспечивал все их потребности в пустыне, – привести их в Страну Израиля и покорить населяющие ее народы. Народ оплакивал «свой горький жребий», как рассказывается в Торе: «И завопила вся община громким воплем – и плакал весь народ в эту ночь». А было это в ночь на 9 ава, и Вс-вышний, разгневавшись на евреев за их маловерие и бессмысленный плач, вынес им приговор: «Вы плакали в эту ночь попусту – будете плакать в эту ночь во всех поколениях ваших».

2-3. В этот день были разрушены оба Храма – Первый и Второй. Как рассказывается в книгах Млахим II и Ирмеягу, вавилонские полчища ворвались в Первый Храм еще 7 ава, а во второй половине 9 ава подожгли его, и он горел всю ночь до второй половины 10 ава. Несмотря на то, что по-настоящему огонь в Храме разгорелся 10 ава, мы отмечаем это несчастье 9 ава, потому что начало бедствия – тяжелее всего. Поэтому вплоть до полудня 10 ава мы, как отмечалось, не едим мяса и не пьем вина, не стрижемся и не устраиваем свадеб. Второй Храм был разрушен Титом, римским военачальником, в самый день 9 ава.

4. В этот день пал Бейтар. Во время восстания Бар-Кохбы в этой хорошо защищенной крепости укрылись тысячи мужчин, женщин и детей. Падение Бейтара было финалом катастрофического разрушения Страны Израиля: сотни тысяч евреев были убиты, сотни тысяч угнаны в рабство, страна опустела... К этому добавилась катастрофа духовная: Бейтар был одним из центров изучения Торы, и с его падением был разрушен один из главных духовных источников, питавших всю Страну Израиля...

5. После подавления восстания Бар-Кохбы римские власти предприняли чрезвычайные усилия для того, чтобы стереть все следы еврейского присутствия в Стране Израиля: саму страну римляне стали называть «Палестиной» (по имени небольшого народа, жившего когда-то вдоль прибрежной полосы на юге страны и к тому времени давно исчезнувшего). Свою преступную руку римляне наложили на самое сердце Иерусалима: они перепахали всю территорию города, не оставив от него почти никаких следов. На месте Иерусалима они построили новый город, который назвали «Элиа Капи-толина». Сами того не ведая, римляне осуществили предсказание пророка Михи, которое приводится в книге пророка Ирмеягу (26:18): «Сион словно поле будет распахан». Это событие, как и четыре предыдущих, произошло 9-го ава, подтвердив истинность слов наших мудрецов: «Взваливают вину на уже виноватого».

Грех золотого тельца, совершенный 17-го тамуза, и грех разведчиков, совершенный 9-го ава, – эти события предопределили много веков спустя потерю духовной и политической независимости еврейского народа в его собственной стране, став причиной одной из самых страшных катастроф в его истории.

Пост Девятого ава начинается с заходом солнца, и в этом отношении он равен лишь Йом-Кипуру, когда мы тоже постимся полные сутки.

Также и в отношении запретов Девятое ава подобно Йом-Кипуру: в этот день нельзя есть, пить, мыться и умащать себя, нельзя носить кожаную обувь и запрещены супружеские отношения. Во время последней трапезы перед наступлением поста (гасеуда гамафсекет) принято есть вареное яйцо, традиционную пищу скорбящего. Яйцо окунают в пепел – напоминание о сожжении Храма. Эту трапезу нельзя есть трем мужчинам за одним столом, чтобы им не пришлось совершать «зимун».

Вечером Девятого ава в синагогу приходят в матерчатых или резиновых туфлях. После «Маарива» все садятся на пол или на низенькие скамеечки и при скудном освещении читают самую траурную книгу Танаха - Мегилат Эйха, автором которой по традиции считается пророк Ирмеягу. На особый напев, тихим голосом, читают слова этой книги, исполненные печали и скорби. Четыре ее главы построены по принципу акростиха по порядку букв еврейского алфавита, причем в третьей главе с каждой из букв начинаются три стиха. Предпоследний стих читает вся община вместе и громко: «Верни нас, Г-сподь, к Себе – и мы вернемся, обнови наши дни, как встарь!». Тем самым мы завершаем чтение на оптимистической ноте, ноте утешения.

Затем читают «кинот», траурные элегии, и расходятся по домам, не приветствуя друг друга – согласно обычаю скорбящих. Ведь слово шалом – одного корня со словом шлеймут («совершенство»), а это очень далеко от нас в этот день.

Утром после «Шахарит» несколько часов посвящают чтению «кинот», включенных в специальный сборник. Как принято у скорбящих, во время «Шахарит» не возлагают «тфилин» и не облачаются в «талит». Во время утренней молитвы к Торе вызывают трех человек – для чтения 4-й главы книги Дварим, в которой Моше-ра-бейну предупреждает народ о бедах, грозящих ему в том случае, если он отвернется от Б-га Израиля: «Когда породишь детей и внуков, и окончательно утвердишься на твоей земле...» «Гафтара» этого дня – главы 8-я и 9-я книги Ирмеягу, выражающие скорбь о разрушенном Храме и описывающие начало изгнания.

«Кинот» читают после чтения Торы. Перед нами проходит картина бедствий и самопожертвования нашего народа во имя Торы от разрушения Первого Храма и до падения Бейтара. «Кинот» рассказывают о мученической смерти десяти величайших еврейских мудрецов от рук римлян, о гибели трех замечательных еврейских общин – городов Шпайера, Вормса и Майнца – в эпоху крестовых походов. Последняя часть сборника «кинот» – это поэмы раби Йегуды Галеви[1] о разрушении Храма, проникнутые страстной любовью к Сиону и Стране Израиля. Наиболее знаменитая из них начинается словами: «Сион, неужели безразлична тебе судьба узников твоих?..»

После «кинот» снова читают Мегилат Эйха. Вплоть до полудня сидят на земле или на низеньких скамеечках, а во второй половине дня собираются в синагогах для молитвы «Минха», перед которой возлагают «тфилин» и облачаются в «талит». В «Минху» восполняют те отрывки, что были пропущены в «Шахарит». После «Ашрей» читают Тору и «гафтару» – те отрывки, что принято читать в общественные посты. В «Шмонэ-эсрэ» добавляют молитву «Утешь, Г-сподь, Б-г наш, тех, кто скорбит о Сионе и Иерусалиме» в то благословение, в котором мы просим о восстановлении Иерусалима. А заканчивают его так: «Благословен Ты, Г-сподь, утешающий Сион и отстраивающий Иерусалим». Затем – как в любой из общественных постов – читают вставку «Ответь нам...». В «Минхе» – в отличие от «Шахарит» – когены выходят благословлять народ. На исходе дня мы молимся обычный будничный «Маарив», затем совершаем благословение луны и прекращаем пост молочным ужином (поскольку, как было сказано, до полудня следующего дня, 10 ава, нельзя есть мясо и пить вино).

Если Девятое ава совпадает с субботой, то пост переносят на воскресенье и начинается он сразу после исхода субботьк В этом случае уже в воскресенье вечером можно есть мясо и пить вино, и тогда же заканчивается запрет устраивать свадьбы.


[1]Раби Йегуда Галеви – наиболее известный еврейский поэт средневековья, философ и врач. Родился в 1073 г. в Толедо (Испания). В юности учился в йеши-вах нескольких испанских городов. Жил в Гранаде, но большую часть жизни провел в Кордове, где возглавлял академию, в которой изучали Талмуд, Тору, филологию. Между 1135 и 1140 гг. оставил Кордову, направляясь в Страну Израиля, куда стремился всю жизнь. Предание рассказывает, что достигнув ворот Иерусалима и увидев его развалины, раби Йегуда Галеви запел свою знаменитую элегию «Сион, неужели безразлична тебе судьба твоих узников?..» До нас дошло более 800 стихотворений раби Йегуды Галеви, из них значительная часть – молитвы, обращенные ко Вс-вышнему, элегии о разрушении Храма и т. п. Они отличаются глубиной содержания и чрезвычайной эмоциональностью. Его книга «Кузари», в которой доказывается преимущество иудаизма над другими религиями, – стала одним из краеугольных камней еврейской философии.

Семь суббот утешения

Суббота, следующая за Девятым ава, называется Шабат нахаму – по первому слову, с которого начинается ее «гафтара» (Йешаягу, 40): Нахаму, нахаму ами («Утешайте, утешайте Мой народ»). Три субботы, предшествующие Девятому ава, называются «тремя субботами бедствий», потому что их «гафтарот» предсказывают бедствия, которые грозят народу Израиля: «Слова Ирмеягу» (первая глава книги Ирмеягу), «Слушайте слово Г-спода, Дом Яакова» (из второй главы книги Ирмеягу) и «Видение Иешаягу, сына Амоца» (Иешаягу, 1). А «гафтарот», которые читают в семь суббот после Девятого ава, посвящены одной и той же теме: утешению народа Израиля. Все они заимствованы из книги пророка Иешаягу и предсказывают грядущее освобождение еврейского народа, резко контрастируя тем самым с «субботами бедствий» периода Бейн гамецарим.

После Девятого ава месяц ав получает новое имя: менахем-ав, то есть «ав-утешитель». Этим мы выражаем нашу неколебимую надежду на то, что осуществятся пророческие предсказания о том добре, которым Вс-вышний утешит Израиль.

Пятнадцатое ава

Мишна в трактате Таанит говорит: «Не было таких праздников у Израиля, как Пятнадцатое ава и Йом-Кипур». Что это за день – Пятнадцатое ава и почему он сравнивается с Йом-Кипуром?

Мудрецы наши разъясняют: Йом-Кипур символизирует прощение греха золотого тельца. И прощение это даровано Вс-вышним именно в этот день, и именно тогда Моше-рабейну спустился с Синая с новыми Скрижалями завета. Пятнадцатое ава тоже символизирует искупление греха – греха разведчиков, посланных в Страну Израиля и оклеветавших ее. Пятнадцатого ава прекратился мор, уничтожавший выходцев из Египта и бывший исполнением вынесенного Вс-вышним смертного приговора всему поколению, совершившему два тяжелых греха: создавшему золотого тельца и не желавшему идти в Эрец-Исраэль.

Шесть положительных событий произошли Пятнадцатого ава:

1. Как мы уже говорили, выходцы из Египта перестали умирать в этот день. Их было 600000 – людей старше 20 лет, и каждый год Девятого ава умирало 15000 человек. На сороковой год скитаний в пустыне, когда народ Израиля стоял уже на пороге Эрец-Исраэль, Девятого ава своей участи ожидали последние 15 тысяч. Однако Вс-вышний, помня о многочисленных испытаниях, перенесенных нашими предками в пустыне, сжалился над ними и решил оставить их в живых. Оставшись в живых, эти люди решили, что ошиблись и что Девятое ава еще не наступило. Однако когда настало 15 ава, день полнолуния, сомнения исчезли, стало совершенно ясно, что сейчас – действительно месяц ав, что Девятое ава миновало и никто не умер. Поэтому Пятнадцатое ава навсегда осталось днем радости -потому что Вс-вышний даровал им жизнь и грех разведчиков полностью искуплен. Вот теперь понятно, что говорит Мишна: не было у Израиля праздников, подобных Пятнадцатому ава и Иом-Кипуру, – потому что нет радости большей, чем очищение от грехов, от греха создания золотого тельца – в Йом-Кипур, и от греха разведчиков – Пятнадцатого ава.

2-3. В этот день были отменены два брачных ограничения: запрет на браки между мужчинами и женщинами из разных колен Израиля, а также запрет сынам колена Биньямина жениться на девушках из других колен. Как известно, вследствие инициативы дочерей Цлофхада (о которой рассказывается в книге Бемидбар) Вс-вышний запретил девушке, наследующей состояние отца, выходить замуж за сына иного колена Израиля – чтобы земельное владение не переходило от колена к колену.

Много лет спустя произошла трагическая «история наложницы в Гиве» (Шофтим, 19-21), вследствие которой остальные колена Израиля опрометчиво поклялись: «Никто из нас не отдаст свою дочь замуж в колено Биньямина». В результате возникла опасность, что колено Биньямина вымрет. Обе эти санкции были отменены Пятнадцатого ава. Народ понял, что колено Биньямина не перенесет этого запрета, и раскаялся в совершенном: «Отстранено сегодня одно колено от Израиля!» Но возник вопрос: «Что же мы можем сделать для них – мы, которые поклялись именем Г-спода, что не будем давать им наших дочерей в жены?!» Выход был найден: клятва, которой поклялись тогда евреи, не вечна и не распространяется на все последующие поколения. Подобный выход был найден и для отмены запрета браков между представителями разных колен: этот запрет был в силе только для поколения, которое завоевало Страну Израиля. И 15 ава сынам Биньямина было разрешено «умыкать» себе жен из жительниц города Шило, вышедших в виноградники «водить хороводы». Так было сохранено существование целого колена Израиля, и, естественно, исчез запрет женщинам-наследницам из одного колена Израиля выходить замуж в другое колено. Это был первый в еврейской истории случай объединения родов народа Израиля, и книга Шофтим называет его «праздником во имя Г-спода». А с течением времени, как говорит Мишна, стало обычаем начинать сватовство в этот день, чтобы создавать новые семьи в Израиле.

4. 15 ава израильский царь Гошеа бен Эйла отменил заставы на дорогах, ведущих в Иудею. Когда еврейское царство разделилось на два – Иудейское и Израильское, первый израильский царь Йоровам бен Неват опасался, что если его подданные три раза в году будут приходить на праздник в Иерусалим, их сердце постепенно вернется к монархии Дома Давида. Поэтому он запретил им ходить в Иерусалим, а чтобы гарантировать исполнение своего приказа, перекрыл движение на дорогах, ведущих в Иудею. В качестве замены Иерусалимского Храма он поместил в двух городах, Дане и Бейт-Эле, идолов в виде тельцов, и приказал поклоняться им. Так окончательно распалось некогда единое государство: в Иудее продолжали служить единому Б-гу, а в царстве Йоровама распространилось идолопоклонство. Однако последний израильский царь, Гошеа бен Эйла, снял заставы на дорогах, разрешив народу совершать паломничество в Иерусалим и тем самым предприняв попытку сократить пропасть, разделявшую оба царства.

5. 15 ава заканчивали заготовку дров для жертвенника в Храме, о котором Тора говорит: «Постоянный огонь, зажженный на жертвеннике, не должен погаснуть».

В начале эпохи Второго Храма большая часть Страны Израиля была опустошена, и задача заготовки дров для жертвенника была почти невыполнимой. Народ, однако, горячо принялся за эту работу, что зачастую было связано со смертельной опасностью. Те, кто доставлял собранные дрова в Храм, удостаивались возможности принести Вс-вышнему благодарственную жертву под названием «корбан эцим» («жертвоприношение дров»). Последним днем заготовки дров для жертвенника было 15 ава, потому что с этого дня жара начинала спадать. Дело в том, что на жертвенник можно было приносить только такие дрова, в которых нет червяков, а с 15 ава вероятность наличия их в дровах увеличивалась, так как повышается влажность, а по ночам становится холоднее. Следовательно, Пятнадцатое ава было также храмовым праздником.

6. 15 ава были похоронены мученики Бейтара, в честь чего к «Биркат гамазон» мудрецы добавили последнее, четвертое благословение. Дело в том, что римляне запретили хоронить тела защитников Бейтара, но 15 ава, спустя год после падения этой крепости, запрет был отменен. Двойным чудом было это событие: во-первых, Вс-вышний смягчил сердца безжалостных римлян, а во-вторых, – оказалось, что несмотря на долгое время, которое трупы находились под открытым небом, доступные диким зверям и птицам, они остались в целости и сохранности. Поэтому в четвертое благословение вставлены слова (ставшие его заглавием) «добрый и творящий добро». «Добрый» – потому что Вс-вышний охранил тела от разложения, «творящий добро» – потому что обеспечил им захоронение.

И по сей день мы отмечаем Пятнадцатое ава как радостный день. В этот день не читают «Таханун» и не предаются скорби.

Круг замкнулся

С Пятнадцатого ава начинается духовная подготовка к месяцу элул и «Грозным дням».

Продолжительность дня уменьшается, а ночи – увеличивается. Приближаются дни подведения итогов. И сама природа способствует этому: земледельческая страда заканчивается, спадает жара, человеку легче думается в эти дни. Начиная с Пятнадцатого ава принято желать друг другу доброго года. Гиматрия этого пожелания – «Дай Б-г, чтобы вы были записаны на счастливый год в книге жизни и чтобы запись эта была скреплена печатью!» – равняется гиматрии слов «Пятнадцатое ава» – 928. Еще один намек на приближающиеся «Грозные дни» мы находим в 29-й главе кни ги Дварим: «Вы стоите все вместе сегодня пред Г-спо-дом, Б-гом вашим: главы ваших колен, ваши старейшины и ответственные за порядок, все мужи Израиля, ваши дети и жены ваши, и прозелиты, живущие в стране вашей, – от дровосека до водоноса, – чтобы вступить в союз с Г-сподом, Б-гом вашим, в клятвенный союз, который Г-сподь заключает с вами сегодня». Упоминание дровосека – это намек на 15 ава, когда прекращают сбор дров для жертвенника в Храме; а упоминание водоноса – намек на день Гошана-Раба, когда возливали воду на жертвенник; и в течение всего этого времени, от 15 ава до Гошана-Раба, «вы стоите все вместе пред Г-сподом, Б-гом вашим». Возвращается атмосфера дней чтения «слихот» и просьб о милосердии, атмосфера дней суда. Снова мы стоим перед лицом наступающего года со всеми его праздниками и постами, с днями душевного веселья и днями траура, снова нас ожидает подведение итогов уходящего года. Круговорот года завершен – и начинается новый кругооборот, начинается новый год и его благословения.