Ноябрь 2017 / Кислев 5778

ГЛАВА 13. ШКОЛА: ПОМОЩЬ В ПРОЦЕССЕ ОБУЧЕНИЯ

ГЛАВА 13. ШКОЛА: ПОМОЩЬ В ПРОЦЕССЕ ОБУЧЕНИЯ

До начала периода Талмуда еврейских детей обучали исключительно их родители. Ребенка учили Торе и какому-нибудь ремеслу, которое даст ему пропитание. Из-за опасения, что Тора может быть забыта, Йе'гошуа бен Гам-ла впервые в мире ввел систему всеобщего обучения1. Если прежде родители несли единоличную ответственность за обучение своих детей, теперь они должны были передать часть этой ответственности другим. Однако следует иметь в виду, что в сфере нравственного воспитания школа может только помогать родителям в их работе. Здесь роль родителей остается первостепенной. Дом — идеальное окружение для формирования характера ребенка.

Поддержка

Выбирая ребенку школу, мы должны вести интенсивные поиски, чтобы найти для ребенка наилучшее окружение. А когда решение принято, нужно передать ребенка на попечение школы, а самим оказывать ему всю необходимую поддержку. Понятно, что школа настолько хороша, насколько хороши ее учителя, а учителя не всегда бывают самые лучшие и такие, которых бы мы хотели для своих детей. Часто они весьма далеки от предписанного идеала: "Если учитель подобен ангелу Всевышнего, они должны искать Тору из его уст; а если нет — не должны искать Тору из его уст"2. И все-таки нам необходимо быть терпеливыми, как бы трудно это иногда ни было. И как бы мы ни были разочарованы, никогда нельзя об этом говорить в присутствии детей, потому что это только вызовет у них неуважение к школе и учителям.

Родителям не только следует поддерживать школу, но и регулярно навещать учителей своих детей, чтобы следить за их продвижением и понимать, нет ли у них каких-то особых проблем.

Плохое поведение в школе

Родители, естественно, определяют успех ребенка по тому, как он себя ведет. Поэтому если слышат о его плохом поведении, воспринимают это как знак своей ошибки. А если узнают, что и другие тоже считают, что они поступают неправильно, это усиливает их боль.

Реакции родителей различны. Одни сердятся на ребенка и наказывают его за то, что испытывают из-за него стыд. Другие сердятся на учителя, обвиняя его в этой проблеме. Но ни один из этих подходов не конструктивен. Чтобы действовать эффективно, нам прежде всего необходимо понять истинный источник нашего гнева и работать с ним. Если мы оцениваем себя негативно из-за того, что наш ребенок плохо себя ведет, значит, мы считаем, что причина этого коренится в нашей ошибке. Но неправильное поведение ребенка в школе может быть вызвано совсем другими причинами. Помните, что даже если бы родители всегда вели себя правильно (если бы это было действительно возможно!), все равно это не гарантировало бы хорошего поведения их детей. В любом случае не следует заниматься глобальной самооценкой и думать о том, что о нас думают другие.

А когда мы чувствуем себя спокойными, нужно поговорить с ребенком и позволить ему высказать свою точку зрения на происходящее. Мы можем мягко сказать: "Знаешь, я слышал о тебе неприятные вещи от твоего учителя. Можешь мне рассказать, что случилось?" И что бы нам ни рассказал ребенок, нужно отнестись к этому серьезно. Некоторые из этих проблем, возможно, удастся разрешить тактичным вмешательством. Но независимо от своих трудностей, ребенок должен знать, что обязан уважать учителей, в особенности своего учителя Торы3.

Часто ребенок плохо себя ведет просто для смеха. В этом случае нужно серьезно поговорить с ним, объяснив, что таким образом он создает для своего учителя серьезные проблемы. Простая система стимулов, когда он получает звездочку за каждый хороший отзыв из школы, может иногда мотивировать его улучшить свое поведение. А если в серьезных случаях требуется применить наказание, лучше дисциплинарные воздействия оставить школе.

Хотя мы и не должны немедленно обвинять учителя в плохом поведении своего ребенка, все же следует иметь в виду, что в основе этого обычно лежит неумение учителя поддерживать дисциплину в классе. Но ребенок никогда не должен считать себя правым. Конечно, как уже говорилось, при нем ни в коем случае нельзя развенчивать школу и унижать учителя.

Что делать с жалобами на учителя?

Если к вам приходит ребенок с жалобой на учителя, не входите с ним в обсуждение, кто прав и кто виноват. Вначале выслушайте ребенка, имея в виду, что мы не имеем права принимать все, что он говорит, за чистую монету, то есть за абсолютную правду. А выслушав ребенка, спросите его: "Ты мне рассказал это, потому что думаешь, что я тебе могу помочь? Тогда я хочу об этом знать. Но если ты мне про это говоришь только потому, что злишься на учителя и хочешь, чтобы я знала, какой он плохой, тогда это лашон 'гара и тебе запрещено мне это рассказывать".

Мы должны помочь нашему ребенку понять, что гнев всегда исходит из негативного суждения о другом человеке, и научить его судить поступки учителя благожелательно. В то же время мы можем помочь ребенку в большей мере принимать его ситуацию, демонстрируя ему свое сочувствие. К примеру, можно сказать: "Мне очень жаль, тебе сейчас тяжело, но тебе нельзя рассказывать мне лашон 'гара о своем учителе". Даже если мы уверены, что учитель неправ, мы все-таки можем сказать: "Может быть, учитель сделал ошибку, но..."

Родители должны поощрять детей обсуждать их проблемы с самим учителем. Они могут попросить его об этом во время перемены. Если ребенок не решается это сделать, потому что боится, что учителем это будет воспринято как хуцпа (наглость), обсудите с ним, что именно ему следует сказать, и убедитесь, что это будет сказано в уважительной форме.

Трудности в учении

Многие педагогические работники сегодня все еще верят, что если предоставить ребенку свободу выбора, то он непременно предпочтет игру, а не учебу, и поэтому они считают необходимым всячески поощрять ребенка оценками и другими методами. Чтобы убедиться в том, насколько это неверно, достаточно посетить детский сад Монтессори и посмотреть на детей трех-четырех лет за работой, которую они выполняют без всяких внешних стимулов. (Одна мать забрала своих детей из этого сада, потому что, по ее словам: "Все, что они хотят делать, когда приходят домой, это мыть стены и окна!") Итальянка Мария Монтессори, основательница этой системы образования, утверждает, что дети чувствуют огромную потребность в конструктивной работе: "Очевидно, что желание ребенка работать выявляет жизненный инстинкт"4. Когда Б-г создал первую пару людей и заповедал им "наполняйте землю и управляйте ею", Он наделил их потребностью и стремлением контролировать и формировать свое окружение, и этот инстинкт проявляется в маленьких детях.

Выражение "Ревность софрим (мудрецов) увеличивает познание" часто используют, чтобы оправдать конкуренцию. Но слово софрим здесь относится к учителям, а не к ученикам. Правильное понимание этого высказывания, которое представляет собой просто наблюдение за природой человека, а вовсе не рекомендацию, заключается в том, что ревность между учителями побуждает их становиться лучшими наставниками5.

Система оценок, которая, по мнению многих, стимулирует старание учеников и их стремление к достижениям, на самом деле причиняет много боли и вреда. Она порождает в сознании ребенка ложное представление о зависимости между оценками (признанием) и его достоинством. Объективно, оценка удостоверяет только уровень знания ребенка в определенном аспекте. Но учителя обычно придают ей совершенно иной смысл. Высокая оценка становится предметом гордости; она показывает, что ученик слушал внимательно и учился хорошо — следовательно, он "хороший" ученик и достоин похвалы. А низкой оценки, с другой стороны, нужно стыдиться; она свидетельствует о недостаточных усилиях ученика — следовательно, он "плохой" ученик и такова его собственная оценка. Но успехи ученика зависят и от его интеллектуальных способностей, и от его прилежания, а на последнее часто не обращают внимания.

К несчастью, нередко тот же подход к ребенку разделяют и дома. Родители выражают гордость и удовлетворение хорошо успевающим учеником, но демонстрируют разочарование и недовольство ребенку, который плохо учится в школе. И это противоречит еврейскому подходу, который оценивает человека не в соответствии с его достижениями, а в соответствии с его праведностью. Только так и должно быть, потому что Всевышний наделил всех нас разными способностями. Лишь в аспекте праведности у всех нас равные возможности, потому что праведность определяется в отношении к нашему индивидуальному потенциалу. "Каждый человек способен стать таким же праведным, как наш учитель Моше"6, разумеется, не обладая его мудростью.

Есть, конечно, дети, которые плохо учатся в школе не потому, что у них нет способностей, но потому, что им не хватает самодисциплины; мы должны иметь в виду также и то, что у некоторых детей действительно есть неспособность к учению (см. ниже). Но, чаще всего, у плохого ученика средние интеллектуальные способности, и как он ни старается, он не может достичь большего. К несчастью, в большинстве случаев это совершенно не принимают во внимание. Родители и учителя побуждают ребенка больше стараться. Но ребенок, который старается, но не может достичь большего, в итоге приходит к заключению, что это его вина, и это унижает его в собственных глазах. В результате ребенок теряет значительную часть своей мотивации к учению и больше не хочет бесполезно напрягаться. А тогда уже можно с торжеством указать ребенку, что он не старается, и в этом причина его неуспеваемости.

Но даже хорошему ученику можно принести вред системой оценок. Некоторые успевающие студенты так стремятся добиться высокой оценки, что прилагают для этого совершенно непомерные старания и неудовлетворены до тех пор, пока не доберутся до самого верха. Но такой перфекционизм (неутолимая потребность сделать все наилучшим образом) часто делает детей слишком напряженными и недовольными своими занятиями; см. обсуждение ниже.

Идеальным решением этих проблем была бы такая система оценки детских успехов, которая бы давала возможность каждому ученику продвигаться по мере его сил, и если уж выставляла ему отметки, то только относительно его способностей*.

* Разумеется, оценки, по которым ученика принимают в высшие учебные заведения, должны быть основаны на абсолютных стандартах.

Учитель может помочь каждому ребенку установить его собственные стандарты продвиже ния в соответствии с тем, что он будет учить, и воздавать каждому ребенку в зависимости от приближения к его цели. Тест — только способ выяснить, что ребенок знает, и за это его наградить, и способ понять его трудности, чтобы узнать, что еще он должен учить7.

Интересно, что в старое время в хедере (еврейской школе) ребе (учитель) экзаменовал каждого ребенка отдельно. Письменные контрольные, журналы и аттестаты с оценками тогда не существовали. В еврейском образовании всегда подчеркивали важность индивидуального подхода: "Учи юного в соответствии с его природой"8. В Талмуде есть рассказ о раве Прейда, у которого был ученик, которому приходилось повторять урок 400 раз9. Ма'гарша рассматривает это не только как пример необычного терпения и преданности, но и как исполнение обязанности всех учителей повторять и повторять урок до тех пор, пока ученики не будут знать его в совершенстве10. Более того, сказано в Шулхан арухе (Своде еврейского закона): "Учитель не должен сердиться на учеников, если они его не понимают, он должен повторять свои объяснения столько раз, сколько потребуется, пока они не поймут"".

Сегодня родителям тяжело найти школу, в которой бы придерживались этих идеалов. Но они могут воспитать в детях серьезное отношение к учебе, при этом не создавая у них зависимости от высоких оценок. К примеру, не следует говорить ребенку, который получил на экзамене 85: "Ты мог бы и лучше". В общем, правильнее поощрять ребенка за старание, а не за высокие оценки. Их следует побуждать учиться, чтобы обрести знания, а не чтобы получить признание или похвалу.

Если ребенок со средними способностями к учению расстраивается из-за низкой оценки, мы можем сказать ему: "Для нас не важно, какие ты получил оценки. Главное, ты сделал все, что мог". Мы должны подчеркивать, что заслуга в изучении Торы определяется не уровнем успеха, а затраченным трудом и искренностью усилий12. Чем больше усилий мы прикладываем, тем больше воздаяние13.

НЕУСПЕВАЮЩИЙ

Неуспевающий — это ребенок с хорошими интеллектуальными способностями, у которого не хватает самодисциплины, что побудить себя заниматься. Он ненавидит школьную рутину, и когда его заставляют там быть, он очень мало усваивает на уроках. Такой ребенок в классе — огорчение для учителя; со всеми своими способностями он только зря тратит в школе время.

Но хотя родители могут беспокоиться, что выйдет из их ребенка, на самом деле здесь не так много поводов для беспокойства, как они думают. Хотя дети потратили понапрасну много времени в начальных классах, в старших классах они обычно снова повторяют все, что учили. Если ребенок усвоил основы, то есть научился читать и считать, за оставшиеся годы во время повторений он без особого труда нагонит весь пропущенный материал.

А пока лучшее, что родители могут сделать, это учить ребенка легче относиться ко всем неприятностям в школе и в то же время более серьезно относиться к себе и своей учебе. До такого ребенка нужно донести: "Я знаю, как ты ненавидишь школу, но поскольку тебе все равно придется там быть, почему бы чему-нибудь не научиться". Следует избегать критических замечаний по поводу низких оценок. Вместо этого нужно отмечать все улучшения, какими бы маленькими они ни были. Например так: "Я вижу, ты уже лучше в Хумаше — ты уже поднялся с четвертой ступени по успеваемости на третью".

РЕБЕНОК, НЕСПОСОБНЫЙ К УЧЕНИЮ

Такая неспособность может быть средней или тяжелой. Здесь мы останавливаемся только на средней степени; для тяжелой степени требуются особые формы обучения.

Большинство родителей испытывают шок, когда выясняется, что их дети неспособны к обучению. Обычно они ничего не замечают, пока ребенок не идет в первый класс. И тут они вдруг узнают, что он не учится читать, как другие дети. Часто у него есть проблемы с письмом и счетом. К счастью, в большинстве школ сейчас есть особые программы для таких детей, где они, покидая регулярные занятия на час или какое-то время, получают специализированную образовательную терапию.

Неспособность к учению не следует смешивать с умственной отсталостью или слабостью ума. Последние случаи относятся к врожденной ограниченности интеллектуальной способности. А типичный ребенок, неспособный к учению, с другой стороны, обладает интеллектом, развитым нормально или даже выше среднего; его проблемы исходят из затруднения восприятия.

Нельзя путать неспособность к обучению с запозданием в развитии. Такого ребенка нельзя лишний год держать в детском саду, чтобы он созрел и "перерос" свои проблемы; он должен получить определенную образовательную помощь с учителем-специалистом. Если такая неспособность обнаружена на раннем этапе и ребенок получает нужную помощь, можно надеяться, что со временем все трудности будут полностью преодолены.

Дети, неспособные к обучению, нуждаются в сильной поддержке со стороны родителей. Их проблемы следует обсуждать честно и открыто, о чем рекомендуется проинформировать также братьев и сестер. А если они смеются над тем, что ребенок задает нелепые или наивные вопросы или не понимает простых детских проблем, им не лишне напомнить о его неспособности и помочь развить к нему сочувственное отношение.

СТАРАТЕЛЬНЫЙ И НАПРЯЖЕННЫЙ РЕБЕНОК

Такой ребенок может хорошо учиться, но поскольку считает, что ценность человека измеряется его выдающимися достижениями, он так старается, что становится нервным и напряженным. Особенно он беспокоится накануне экзамена, а после него ругает себя за каждый плохой ответ, удивляясь: "Как я мог допустить такую глупую ошибку?" А родители, не понимая этого, сами усиливают эту проблему, говоря ему, даже когда результат хороший, что он мог бы достичь и большего. Если ребенок видит, что не может достичь того высокого стандарта, который он себе установил, то несмотря на свой сильный ум, он может стать интеллектуально неспособным к учению, потерять всякое желание ходить в школу и учиться.

И таких детей родители должны убедить, что ценность человека определяется его праведностью, а не интеллектуальными достижениями, к которым стоит стремиться только в том случае, если их не связывают с признанием других людей. Родители должны показывать, как им приятно, что ребенок радуется учебе, а не хвалить его за высокие оценки.

Домашние задания

Домашние задания надо передать на ответственность ребенка. Родителям лучше оставаться на заднем плане, подбадривая его и иногда помогая здесь и там; но нехорошо побуждать ребенка к выполнению домашних заданий ежедневными напоминаниями, неприятным ворчанием, угрозами и бранью.

Чтобы домашняя работа была осмыслена, она должна соответствовать уровню ребенка, чтобы он мог выполнять ее самостоятельно с небольшой нашей помощью. А если задания для него слишком трудны, взрослым не мешает попросить учителя давать задания, отвечающие его уровню.

Если мы замечаем, что ребенок пренебрегает домашними заданиями, нужно спокойно с ним поговорить, выразив свою заботу и объяснив ему важность их выполнения. Однако не напоминайте ему о выполнении заданий, потому что отвечает за это он. Мы можем попросить ребенка установить постоянное время для приготовления уроков, но затем нужно удалиться со сцены. Если учитель жалуется на небрежное отношение ребенка к выполнению заданий, можно сказать, что мы очень сожалеем об этом, но, поощряя его к выполнению, не хотим это делать предметом постоянного обсуждения. И тогда эту проблему остается решать учителю.

Конечно, лучше, чтобы дети выполняли свои домашние задания. Но родители должны спросить себя, а стоит ли это ежедневных ссор и баталий, стоит ли нервов для обеих сторон и испорченной атмосферы в доме?

ГЛАВА 13

1. Бава багра, 21а.

2. Моэд катан, 17а.

3. Йорэдеа, 242:1.

4. Мария Монтессори, Тайна детства, Нью-Йорк, 1939, стр. 208.

5. Бава батра, 21а.

6. Рамбам, Мишнэ Тора, Тилхот тшува, 5:2.

7. Дж. и X. Крамбольц, там же, стр. 195.

8. Мишлей, 22:6.

9. Эйрувин, 546.

10. Хидушей агада, Сан'гедрин, 9160, слова коль 'гамонеа.

11. Шулхан арух, Йорэдеа, 246:10.

12. “Достигающий больше равен достигающему меньше, если у обоих намерения выполнить волю Неба” (Брахот, 56).

13. Авог, 5:22.