Ноябрь 2017 / Кислев 5778

Жив царь Израиля

Жив царь Израиля

Много лет тому назад в Куште была большая б-гобоязненная и праведная еврейская об-щина. В теплую летнюю ночь город не спал. Молодой белый месяц, родившийся всего неделю тому назад, висел в черном небе. Султан сидел на подушках на террасе своего дворца, пил кофе и слушал, как пенятся звуки на струнах тара, словно волны прибоя, набегают друг на друга. А на этих волнах высоко поднимался голос мугама, одинокого певца, остановившего время в страдании и в радости человеческой души.

Дворец был ярко освещен фонарями, а дальше город утопал в лунных сумерках, и только у синагоги, на второй улице от дворца, горела керосиновая лампа. Евреи после вечерней молитвы толпились у входа и благословляли новый месяц, совершали Кидуш левана.

Внезапно голос мугама прервался, и тар замолчал. В наступившей тишине султан услышал, как евреи освящают молодую луну.

Он встал с подушек, подошел к перилам тер-расы и с удивлением стал слушать, как они громко поют: “Давид, мелех Исраэль, хай вэкаям! Давид, мелех Исраэль, хай вэкаям!”. Он не поверил своим ушам: “Неужели в моей стране у евреев появился свой еврейский царь?

В душе султана разгорелся гнев, вечер был испорчен. Не ожидал он от евреев измены. Отдал приказ утром привести к нему руководителей еврейской общины.

А сам стал обдумывать, как завтра будет судить и как накажет их. За то, что восстали на законного правителя! Всю ночь не спал, обдумывал одно наказание за другим.

На следующее утро рав и габаи общины держали ответ перед султаном.

-    Царь Давид, - сказали они, - умер почти три тысячи лет тому назад, мы пели песню, которой тоже больше тысячи лет.

Султан не поверил, сказал, что евреи хитрый и вероломный народ, выбрали себе царя, а теперь говорят, что он мертв. Они заслуживают наказания и будут наказаны.

Над еврейской общиной нависла смертельная опасность. За восстание против султана полагается смертная казнь. Почти все мужчины, - от старого до молодого, и от простого извозчика до хозяина пря-дильной фабрики, собрались в главной синагоге. Каждый предлагал что-то свое, но ни один не мог указать путь к спасению.

Тогда слова попросил самый молодой еврей, который еще и года не прожил с женой, говорит:

-    Господа, кого мы прославляли и за кого теперь получаем наказание? Правильно, за царя Давида. Что же, он не может встать и спасти нас? Если скажете, что это невозможно, отвечу - мы преданы Творцу, мы чтим великого царя и пророка, так разве не заслужили мы чуда и помощь за нашу преданность?

- Да! Да! - раздавались голоса, - Надо или вызвать царя Давида, или идти к нему. Он обязан защитить нас. Как сообщить ему о нашей беде?

Думали, как это сделать, но не знают. Решили послать кого-нибудь от общины к самым сильным еврейским мудрецам, чтобы дали верный совет. Выбрали двух надежных евреев, и они сразу же отправились в Эрец Исраэль.

Ходили из одного места в другое, побывали у многих праведников, но никто не мог объяснить, как увидеть царя Давида. Пришли в Ирушалаим, попали к самому большому цадику и мудрецу. Выслушал он посланников и попросил прийти к нему через три дня.

В назначенный срок сказал он им, чтобы шли в город Луз. Ангел смерти в этом городе не властен над человеком. Отравил посланников, но дороги не объяснил.

От поселения к поселению, от синагоги к синагоге, шли эти посланники и выбрали, в конце концов, верное направление, нашли город Луз. Пришли к рабби и говорят, что прислал их цадик из Ирушалаима.

А он отвечает, что цадик имел в виду не этот город, а древний город Луз, о котором сказано в святой Торе. Тот город окружен высокими и крепкими стенами, никто не может попасть туда, если нет особого права и большой нужды.

И еще рассказал, что недалеко от города, посреди кишащей змеями и скорпионами реки, стоит большое дерево. В стволе дерева есть дупло, вход в тоннель, который ведет в тот город. Никому еще не удавалось доплыть живым до дерева, не сумеют и они.

Выслушали посланники рава и попросили не отговаривать их, а дать провожатого, шамаша, показать дорогу к дереву. Шамаш привел их к реке, посреди которой на песчаном островке рос огромный старый кедр.

А река действительно была полна змей и хищных рыб, пасть каждой была усеяна острыми и страшными зубами. Увидели их наши евреи и испугались: если змея не убьет, то хищник сожрет.

Обидно, много сил и времени потратили на дорогу, цель близка, вот он, город Луз. Теперь возвращаться домой? А что будет с нашими евреями? Султан не пощадит.

Говорит один из них:

-    Я готов рискнуть, поплыву к дереву. Мы обязаны спасти свою общину.

Сбросил обувь, прыгнул в воду и поплыл. Товарищ не успел остановить его, подбежал к воде, кричит, плачет.

Человек плывет между длинными стрелами змей, а по бокам раскрываются и смыкаются хищные пасти рыб. Чудо, и только, не жалят, не кусают, сопровождают, словно он их вожак или хозяин. Довели его до острова.

На берегу он произнес благодарственную молитву, вытер ладонью мокрое лицо и пошел к кедру. Смотрит, ищет, где дупло, о котором говорил рав. Постучал по стволу и говорит:

-    Откройте! Я иду в город Луз. Я пришел к царю Давиду за помощью. Гибель грозит еврейской общине Кушты. Откройте!

Открылась маленькая дверь в дупло, он влез в него, и дверь закрылась.

Увидев все эти чудеса, его товарищ затрепетал всем сердцем. Захотелось повторить подвиг своего друга, но он понял, что не следует лезть в воду, надо ждать на берегу.

Когда еврей оказался в городе, спросили его сопровождающие, к кому он пришел. Попросил, чтобы провели к раву города. Смотрит он на улицы, на старые дома, а навстречу идут древние старцы и старушки. Остановил одного и спрашивает:

-    Отец, сколько тебе лет?

-    Мне, - отвечает, - пятьсот лет, а отцу моему семьсот.

Пошел дальше, видит - стоит один старец у дороги и горько плачет. Спрашивает:

-    Почему ты плачешь?

-    Отец побил за то, что я качал его кровать, когда он спал.

Погладил он старца по седой голове. Идет дальше и удивляется: действительно в Лузе не умирают?

Пришли в раву города Луз. Он сидел во главе большого стола перед учениками. Увидел гостя и говорит:

-    Шалом! Шалом! Что привело тебя в наш город? С какой просьбой пришел?

Рассказал раву о горе евреев Кушты и попросил устроить встречу с царем Давидом. Рав выслушал и говорит:

-    Вижу, что дело срочное. Провести к царю Давиду может только Старый Праведник, но сейчас он спит. Сон его продолжается двадцать пять лет. Когда просыпается, дрожит земля. Он омывает руки и лицо, садится и вызывает всех, нуждающихся в нем. Пока не ответит всем, не ложится спать. Сейчас ему осталось спать два месяца. Оставайся, если можешь ждать.

Ждать два месяца? За это время султан перебьет всех евреев Кушты! Заплакал он от обиды: напрасно шел, напрасно страдал... Посмотрел на него рав и говорит:

-    Хорошо, пойдем вместе, может быть, разбудим его.

По длинному коридору пришли к спальне Старого Праведника и стали стучать в дверь:

-    Вставай! Вставай! Сыновья Израиля в опасности! Помоги дому Яакова!

Открыл шамаш двери и ввел их в комнату. Старый Праведник тут же проснулся, омыл руки и лицо и спросил:

-    Что случилось, почему разбудили раньше времени?

Посланник евреев Кушты попросил у него прощения, рассказал обо всём и попросил разрешения войти в пещеру к царю Давиду. Пусть он узнает, что верные ему евреи Кушты могут по-гибнуть. Пусть поможет тем, кто прославлял его.

Старый Праведник дал знак шамашу, и они втроем пошли по длинному и темному коридору.

Остановились перед надписью, высеченной на белом камне: ДАВИД А-МЕЛЕХ. В стене открылся проход, и посланник Кушты оказался в небольшом каменном зале. Когда глаза привыкли к слабому голубому свечению каменных стен, он увидел царя

Давида, склонившего голову на каменную подушку.

Еврей склонился в глубоком поклоне и прошептал:

-    Встань, царь, помоги своему народу...

Царь открыл глаза, приподнялся на своем ложе

и выслушал всю историю о злодее султане и об опасности, нависшей над евреями Кушты.

-    Иди, - сказал он, - я знаю этого глупого султана и не позволю ему совершить зло.

Всё это время другой посланник Кушты сидел на берегу страшной реки. Солнце уже скрывалось за серыми скалами на другом берегу, а товарищ все не возвращался. Очень хотелось спать, не было сил даже заварить чай. Опустил он голову на дорожную сумку, и закрыл глаза.

Приснилось ему, что они сидят за большим столом, учат законы освящения месяца и благословения Луны. Потом товарищ говорит, что не вернется домой, что его оставляют жить в Лузе.

-    Иди в Кушту, - говорит, - и передай евреям, чтобы жили спокойно, султан их не обидит.

Проснулся, звезды над головой, а в ушах голос:

-    Иди в Кушту и передай евреям, чтобы жили спокойно, султан их не обидит.

Дождался утра, прочитал утреннюю молитву и пошел домой.

В день рождения султана поздравить его прибыли короли, министры и известные богачи. Султан восседал среди гостей на огромном золотом троне и принимал поздравления.

Внезапно он вскочил со своего места, склонился в глубоком поклоне, а потом потерял сознание и рухнул на пол.

Подбежали телохранители, подняли султана и уложили на подушки. Тут же оповестили лучших врачей, которые на глазах у многочисленных гостей полчаса приводили его в чувство. Наконец он открыл глаза, обвел глазами толпящихся вокруг него людей и сказал:

- Вы думаете, что я заболел? Нет, не беспокойтесь. Разве вы не видели, что в зал вошел еврейский царь, царь Давид? На голове его -корона с огромными драгоценными камнями, лицо сияет, подобно Солнцу и Луне, поэтому я встал и поклонился ему. Он потребовал, чтобы я освободил евреев из тюрьмы и не причинял вреда евреям Кушты. Или же сожжет он мою душу.

Султан тут же приказал освободить из тюрьмы раввина Кушты и габаев еврейской общины. А на следующий день издал указ, охраняющий права евреев.

Давид, мелех Исраэль, хай вэкаям!

hалаха

Освящение нового месяца — одна из первых заповедей, полученных еврейским народом после выхода из Египта (Шэмот, 12:2).

Рошходэш, начало месяца — полупраздничный день, работать можно, тем не менее, этот день следует выделить из всех последующих дней. Б-гобоязненные евреи постятся в последний день уходящего месяца, а вечером устраивают праздничную трапезу с вином. До вечерней молитвы следует читать 104 мизмор из Тэилим, а днем — “Аллеле ”, прославлять Всевышнего.

Заповедь Торы начинать новый месяц с новолуния. Поэтому, согласно ашкеназской традиции — через три дня, а согласно традиции восточных евреев — с седьмого по четырнадцатый день нового месяца, следует благословить Луну. Это называется “Биркат а-левана” (.Бэрахот, 163).

“Биркат а-левана” принято читать на исходе Субботы, но до обряда “Авдала”, отделения праздника от будней. Луну благословляют ночью, когда она не закрыта облаками, но если Луна прикрыта даже легкой пеленой, благословлять ее нельзя.

Благословлять следует стоя под открытым небом. Если человек болен и не может выйти — можно, глядя из окна, даже через стекло.

Не следует смотреть на Луну во время благословения. Заканчивая благословение, повторяем три раза: “Давид, мелех Исраэль, хай вэкаям!” (Давид, царь Израиля, жив и будет жить вечно!). Луна открывается миру, когда приходит срок. Также вскоре, в наши дни, миру откроется Машиях, царь из рода Давида.

Шалом алейхем! Мир вам!