Ноябрь 2017 / Кислев 5778

Круг

Круг

В чисто выбеленной маленькой комнате на подушках перед низеньким столом, заваленным священными книгами, сидел рабби Гюршун. Закатное солнце едва пробивалось в узкое окно над его головой. Душа рабби пребывала в тишине и покое.

Слабый стук в дверь остановил течение мысли. Рабби прислушался, а когда стук повторился, сказал:

-    Дверь открыта, мир и благословение входящим!

Согнувшись над кривым посохом, в комнату втиснулся старик.

-    Мир тебе, рабби, сохранит тебя Творец. Помоги мне...

-    Кто ты? Что с тобой случилось?

-    Я несчастный пастух, Каждое утро евреи выводят ко мне своих коров, я пасу их, а вечером возвращаю. Сегодня же, когда коровы ели траву на заброшенном поле, за рекой, смотрю, нет одной. Бегаю, ищу, с ног сбился, исчезла, никаких следов. И чья корова? Бедного Хаима. Ой ва-вой! Ой ва-вой! Помоги, рабби, помоги найти её.

-    Чем я могу помочь тебе, старик? Не в мои годы бегать по горам, искать пропавших коров. Сочувствую тебе, ищи сам, может, найдёшь...

Заплакал пастух, стоит, полой халука слёзы вытирает.

-    Попроси, - говорит, - Ашема, пусть поможет вернуть корову.

-    Ты ведь тоже еврей, - отвечает рабби, -помолись, Ашем и тебя услышит.

-    Нет, рабби, я простой человек, а ты лицом к лицу с Ашемом разговариваешь, прошу тебя, пожалей меня, если не меня, так бедного Хаима, как он будет без коровы, чем будет кормить детишек, одиннадцать их, чтобы они были здоровы...

Подумал немного рабби Гюршун.

-    Не плачь, старик, - говорит, - видишь на столе чистый лист пергамента? Подай мне.

Взял лист, открыл пузырёк с чернилами, окунул перо и нарисовал круг. В центре круга написал слово и с четырёх сторон, с внешней стороны круга, написал какие-то слова. Дал пастуху.

-    Посмотри и спрячь, - говорит, - завтра, после утренней молитвы найдём вашу корову.

Старик поднёс лист к свету, смотрит, не поймёт, что за слова, что за знаки. Спрятал за пазуху, поклонился и, пятясь, чтобы не повернуться к рабби спиной, оставил комнату.

На следующее утро после молитвы пастух ждал рабби Гюршуна во дворе синагоги, нимаза, как говорят джууру, горские евреи. Вышел рабби, тронул его за рукав:

-    Веди, - говорит, - туда, где ты пасёшь.

Пришли к окраине леса. Слева луга, справа, на другом берегу горного ручья, пшеничное поле. Поднялись они на большой камень над водой, смотрят - в поле, в примятой пшенице очерчен круг, в середине круга корова стоит, головой крутит, а снаружи волки зубами щелкают, землю царапают, но преодолеть черту и войти вовнутрь не могут.

Увидел пастух такое, поднял над головой свой посох, закричал в гневе, кинулся на волков.

Испугались волки и убежали, только толстые хвосты мелькнули в пшенице. А старик уже привязывает верёвку к рогам коровы, гладит её, не нарадуется.

Когда вернулись в село, спрашивает:

-    Рабби, что ты сделал? Как сотворил такое чудо?

-    Какое чудо? Молитва помогла нам, не только моя, но и твоя, хорошо ты молился сегодня утром, хорошо...

-   Рабби, я же вижу, что ты святой человек, пойду, расскажу всем, пусть знают, какой праведник наш рав.

-    Нельзя рассказывать об этом, если расскажешь, корова подохнет.

-    Нет-нет, рабби, никому не расскажу, пойду-ка быстрей, обрадую бедного Хаима, пусть подоит свою корову.