Ноябрь 2017 / Кислев 5778

Письмо

Письмо

Каждый день на Ирушалаим срываются с неба холодные дожди. Месяц Шват всегда был холодным. Темно и холодно в крошечной каменной комнатке.

Ихиель сидит за низким столом и при свете маленького фитиля, выглядывающего жёлтым глазом на лист бумаги, выводит твёрдые ровные буквы.

«Из Ирушалаима, святого города, да будет он отстроен вскоре, в наши дни, пишу вам. От Циона Тора, а речение Ашема из Ирушалаима.

К вам, родные мои, братья и товарищи, к близким моим и взрастившим меня, с глубоким почтением к праведникам Кубы и Кулькаты, обращаюсь сегодня.

Мир вам Гуршум бен Ицхак, Элкана бен Авнер, Давид бен Эфраим, Реувен бен Давид, Сасон бен Эфраим, Хаим бен Реувен, Моше бен Иегуда, Йошива бен Иегуда, Нисан бен Хананья, Исраэль бен Шимон, Ханука бен Давид, Песах бен Иегуда, Мардэхай \бен Иегуда, Шломо бен Ицхак, Асаф бен Аарон.

Мир главам святых общин Кубы и Кулкаты.

Мир нашему народу.

За заслуги Ирушалаима и Циона укрепитесь в исполнении заповедей и будьте преданы Торе Его.

Семь месяцев назад я совершил алию в святой город и сижу в иешиве наших ашкеназских братьев «Эц хаим». Учитель мой — праведный хасид рабби Иегуда, чтобы дал Ашем ему здоровья и долгих лет жизни! А я, самый малый из его учеников, с трепетом открываю Гемару и внимаю его словам.

Великая радость жить и учиться в Ирушалаиме. Даже, когда день за днём нахожусь в тааните, потому что нет и одной пруты на хлеб. Страдания тела своего принимаю от Ашема с любовью. Написано в Гемаре: «Три подарка получает Израиль через страдания»...

«Здесь, в Ирушалаиме, невозможно найти какой-либо заработок, евреи, братья наши бедствуют. Из Кубы и Кулкоты вы посылаете деньги незнакомым и, конечно, поможете близкому вам. Я не думал, что буду просить о помощи, и уже писал, но ответа не получил. Почему?

Обещаю, что пойду к Котелю, пойду в Хеврон, к Пещере Праотцов наших, пойду к могилам праведников молиться за вас, за ваше благополучие и за мир для вас и ваших детей.

Ихиель, сын праведного учителя и отца моего рабби Моше, благословенна память праведника в веках».

Ихиэль отложил перо и не стал перечитывать написанное. Теперь, когда голова освободилась от напряжения, голод от живота поднялся к груди. Чтобы заглушить голод нет лучшего средства, чем сон.

-    Нет, почитаю, - решил Ихиель, - «Сефер Ецира» Книгу Творения, которую я взял у рабби Яакова Ицхаки.

Маленькая книга в одной обложке с «Тикун хацот» и «Тикун тэфилот». Только Ихиэль вытащил её из старой залатанной сумки, как фитиль погас, выгорели остатки керосина. Стало темно. Он положил голову на книгу и сразу уснул.

Видит, что стоит на берегу горной реки. Вода прозрачная, с голубизной, шумит, огибая белые камни. Не может быть, подумал он, что это сон. Подошёл к воде, стал на колени, зачерпнул ладонями, поднёс к губам - холодная, холодная и живая, и губам и всему телу хорошо.

Поднял голову, смотрит и удивляется, изменилось всё вокруг. Куда ни посмотрит, на пышные деревья, на птиц, пляшущих среди веток, на облака, видит как они рождаются, как живут и как исчезают в пространстве. И великую силу почувствовал в себе, что может он одним желанием, одним словом или дом построить, или хлеб из земли извлечь.

Слышит сквозь шум воды, зовут его: «Ихиель! Ихиель!», обернулся, по дороге вдоль реки люди идут, много, тысячи и тысячи.

Смотрит - все знакомые, всех видел раньше и даже ел за одним столом. Зовут его, чтобы с ними шёл, руками машут. А он не может уйти от реки, думает, надо людей к воде повернуть, чтобы пили, чтобы сил набрались.

Дорога у них долгая, дальше в горы поднимется, тяжко им будет, тяжко. Как же их напоить?

Надо или дорогу направить к реке, или реку направить на дорогу, но только, если Ашем пожелает. Положил ладонь правой руки на левую и стал молиться.

-    Рибоно шель Олам, Всесильный и Всемогущий, Милосердный и Справедливый, Ты даёшь жизнь и отбираешь, Ты наказывешь и прощаешь, даешь есть и пить, даже недостойным, поверни народ этот к воде, чтобы пили и не погибли от жажды.

-    Рибоно шель Олам, Всесильный и Всемогущий, Милосердный и Справедливый, как долог путь этого народа, как велики его страдания, Ты видишь, что одни идут вперёд, другие возвращаются и падают, на них наступают, топчут, поверни их дорогу, к реке, чтобы пили и жили, чтобы пили и были сильными.

-    Рибоно шель Олам, Всесильный и Всемогущий, Милосердный и Справедливый, устал народ от долгой дороги и от своих грехов. Они, как дети. Поверни к ним эту реку, чтобы пили и жили дети Твои.

Смотрит Ихиель на идущих, из глаз слёзы текут. Знает, какие страдания их ожидают и плачет. Повернулся к реке, над водой туман поднимается, или от холода, или от жары.

Туман горизонт закрыл, туман Ихиэля окутал, скрыл деревья, дорогу и людей на дороге. Шум воды скрыл, и крики людей заглохли в тумане.

Со слов рабби Ихиеля, благословенна память его, записал этот сон Симанду Ифраимов из Нальчика, удостоенный внимания учителя праведного иешивы «Эц хаим», рабби Иегуды.

Ирушалаим.

5659 год от сотворения мира.

Разве время остановишь? Те, которые стоят, кого мы видим здесь, они разные и они в движении. Общество на иврите - цибур, цадиким (праведники), бейноним (средние) и рашаим (злодеи).

Праведники на переднем плане, самый первый здесь - Ицхак Мардахаев, справа - Авнер Самаилов, на его белом рукаве оказалась цифра 11. Со временем праведная юность станет (п"3) мудрой старостью и в этом связь времён.

Всегда наш народ в движении. Изгнанники уходили из Эрец Исраэль и возвращались учить Тору или умереть на Святой Земле.

Возвратит Всесильный Свой народ в Ирушалайм, вскоре, в наши дни. Амен.