Ноябрь 2017 / Хешван 5778

ИУДЕЙСКИЕ ВОССТАНИЯ ПРИ ТРАЯНЕ. ИУДЕЯ И АДРИАН

ИУДЕЙСКИЕ ВОССТАНИЯ ПРИ ТРАЯНЕ. ИУДЕЯ И АДРИАН

Траян против евреев

Тит был императором около трёх лет, затем престол перешёл к его брату Домициану, убитому его же телохранителем в 3854 /94/ году. Затем последовала так называемая "Эпоха пяти хороших императоров": Нерва, Траян, Адриан, Антонин, Марк Аврелий. Но у нас счёт другой: в это время разыгралась невиданная трагедия еврейского народа. 

Не прошло много времени после разгрома, а, благодаря влиянию глав мудрецов Торы, народ, черпавший из этого источника духовные силы, стал вновь укрепляться в Стране, как народ крепкий, стойкий, у которого есть силы для сопротивления врагу, — что потом проявилось во время восстания Бар Кохвы, когда Рим при всей его мощи трепетал перед восставшими. Потому понятны опасения римлян, что евреи, разгневанные тяжким разгромом, смогут сокрушить их, когда империя будет вести войны в дальних странах.

Ни одному народу в его стране Рим не причинил того, что евреям. Сирия и Египет также были под властью Рима, но всё же остались на высоте своего величия. И Антиохия, и Александрия остались во всей их красе и славили своих богов вместе с римлянами, как один народ.

Не так было с евреями. Йерушалаим — краса их величия — превращён в развалины, Святой Храм — стёрт с лица земли, а весь народ продолжает жить отделённо, не ассимилируется, не смешивается ни с римлянами, ни с иными народами. Народ этот стоит на перепутье дорог и наблюдает из глубин своего гнева за всей округой, которая участвовала в разгроме его Страны.

И когда Траян решил перебросить войска из Сирии в Парфию*, перед ним стала дилемма: удовлетворить желание евреев и разрешить им восстановить развалины или постараться лишить их остатков самой возможности существования и разгромить их вдребезги, да так, чтобы стало ясно каждому еврею: нет у них даже малейшего проблеска надежды на возрождение и нет никакой вероятности объединиться, так как разрушены все связи между ними.

При Траяне, из-за его ненависти к Исраэлю и Торе, возросли затруднения и беспокойство евреев. Император отрезал от Иудеи всё Зайорданье и Голаны, присоединив их к Риму. Траяна очень тревожил новый рост духовной силы и влияния евреев в мире, и его запрет трубить в шофар на Рош га-шана имел целью принудить евреев забыть, не вспоминать об источнике их силы — Творце вселенной, Боге Исраэля: ведь память об этом — смысл трубления. Траян запретил ешиве и Сангедрину собираться в Явнэ ещё перед тем, как он начал преследовать наси — рабана Гамлиэля. Все члены семьи наси ушли из Явнэ и поселились как частные лица в Лоде, недалеко от Явнэ и Йерушалаима: там был бет мидраш раби Тарфона, где все и разместились в тесноте /Талмуд, Рош Аа-шана, 32/. Четыре мудреца из Явнэ бежали на север, в Галилею, в город Ципори, и укрылись там у раби Элъазара бен Азриэля. Раби Акива уехал в город Нагардеа (Маждуречье), где была большая ешива, и скрывался там год /Талмуд, Иевамот, 122/.

Траян, мечтавший о славе Александра Македонского, посвятил последние годы правления расширению границ империи на Востоке. В 3873/113/ году он двинул легионы в Междуречье на завоевание земель между Тигром и Евфратом (Пратом), находившихся под властью парфян (пратим). Начало восточного похода Траяна было удачным. Римлянам удалось захватить большую часть Парфянского царства.

Война, которая поначалу, вроде бы, и не касалась евреев, потом вдруг превратилась в еврейскую проблему. Многочисленное еврейское население этих мест было крайне встревожено. Евреи жили среди парфян, пользуясь определёнными свободами и внутренним самоуправлением, и они не желали стать подданными Римской империи, разорившей Иудею, уничтожившей Храм и священный город и продолжавшей угнетать евреев со всё усиливавшейся жестокостью. Вавилонские евреи взялись за оружие и атаковали тылы римской армии, рвущейся вглубь Парфии. Нет достаточных сведений о том, принято ли было решение воевать вместе с парфянами против римлян с согласия мудрецов Вавилонии или в этом случае евреи действовали под влиянием расчётов, вызванных их чувствами, их логикой.

Подобные действия превращались в источник бед для Исраэля в каждую эпоху, когда евреи решали так поступать. Однако по сути, у них не было иного выхода, ибо если бы они этого не сделали, то столкнулись бы с ненавистью коренного населения страны. Подобный случай произошёл, когда Александр Македонский потребовал у евреев Эрец Исраэль свободного прохода через их Страну, а главный ко^эн ответил ему, что у них нет необходимости восставать против персов. Александр был сильно возмущён, и только чудом не побил евреев. Это было особым достоинством той эпохи, но не так было в другие времена.

Траяну сначала удалось подавить сопротивление, и во главе победоносных легионов он вернулся на зимние квартиры в столицу Сирии, Антиохию. Этим перерывом воспользовались парфяне и евреи, объединившие свои усилия в борьбе с завоевателями. В результате римляне потеряли Междуречье, восточный поход Траяна оказался бесплодным. Мужественная борьба евреев Парфии послужила примером для всех евреев диаспоры.

Еврейские восстания

Слух о том, что евреи участвуют в борьбе парфян против римской оккупации быстро распространился среди подчинённых Риму народов Средиземноморья и породил в них уверенность, что сейчас они смогут бить евреев по своему желанию — и власти не воспрепятствуют. Участились нападения на евреев, начались погромы. Так встала перед евреями этих стран проблема — как реагировать на это: молча, не сопротивляясь, принять муки, считая их наказанием от Бога за грехи, как и поступали потом в большинстве подобных случаев, возможно, как урок, извлечённый из трагических последствий принятого ими по своей воле решения, или же ответить врагам их же методами и доказать им, что евреи не брошены на произвол, что нападения на евреев будут связаны с немалыми потерями для нападающих, и погромы не будут лёгким делом для врагов. Во всех местах, где жили евреи, ответ их был один — сопротивление. Оно было таким боевым и мощным, что у местных народов создалось впечатление — евреи стремятся боем захватить всю империю.

Еврейские восстания сотрясали империю как в азиатских, так и в африканских провинциях. Ярость евреев была направлена не столько против римской власти, сколько против враждебного еврейству местного языческого населения. На острове Кипре жили десятки тысяч евреев; в области Киренаика (вокруг города Кирена в Ливии) их было ещё больше. В Александрии (Египет) еврейская община была наиболее многочисленной, евреи здесь жили богато я достойно, уверенные в себе, но взоры их были обращены к Цийону и Йерушалаиму, к Торе и традиции. Евреи диаспор жили обособленно от соседних народов, от нечестивости их культов. Несмотря на хорошие деловые, а то и дружеские отношения с соседями, евреи были окружены ревностью и ненавистью.

Римский наместник в Египте — Луи оказался бессильным подавить национальный порыв евреев диаспоры. В первых столкновениях с еврейскими повстанцами римские войска потерпели поражение и отступили, выместив свою злобу на еврейском населении, подвергнув его беспощадному истреблению. Евреи мстили своим врагам в других местах, там, где они оказывались хозяевами положения, например, в Киренаике и на Кипре. Немецкий историк XIX века Оскар Йегер писал /Всеобщая история т. I, кн. 8/: "...Разразилось бешеное восстание иудеев, о котором рассказывают самые невероятные ужасы".

Когда Траян увидел, что еврейские волнения выходят за рамки обычных беспорядков, он принял энергичные меры. В Африке усмирение евреев было поручено римлянину Марцию Турбону, а в Азии — мавру Люцию Квиету. После многих сражений, которые Турбон вёл в течение длительного времени с предельным напряжением всех сил, имея пехоту, конницу и флот, мятеж в Египте и Киренаике был подавлен. Торжество римлян сопровождалось массовым истреблением евреев. Во время этой войны была разрушена старинная Александрийская синагога, чудо архитектурного искусства. Это о ней говорили современники: "Кто не видал Александрийской синагоги, тот не видел ничего подлинно прекрасного". С дикой жестокостью было подавлено и восстание на Кипре, где истребили всех евреев острова. В Риме был принят закон, запрещавший под страхом смертной казни любому еврею ступить на берег Кипра, даже спасаясь при кораблекрушении /Юхасин, 61/. Пока Турбон сражался с евреями в Африке и на Кипре, Квиет сумел разгромить армию парфян и повёл истребительную войну против евреев Парфии. Его свирепость была должным образом оценена Траяном, который назначил Квиета наместником Иудеи.

Вот, что рассказывает Йерушалаимский Талмуд / Сукка 5а /: "Жена Траяна родила ребенка в ночь на Тишъа бе-Ав — 9-й день месяца Ав, когда евреи скорбели и постились, оплакивая разрушение Храма и Йерушалаима. Этот ребёнок умер в Хануку, когда евреи зажигали светильники в своих домах в память о победе Макабим. Сказал Исраэль (народ): Зажигать или не зажигать? Чтобы не сказали: Иудеи радуются его смерти. Сказали: Зажжём, и будь, что будет. И так как зажгли светильники, пошли (враги) и донесли жене Траяна: Когда ты родила, иудеи устроили траур, а когда ребёнок умер — зажгли светильники. Послала мужу письмо, сказав: "Прежде, чем покорять варваров, пойди и подчини себе иудеев, восставших против тебя". В то время вообще никакого восстания ещё не было. Траян рассчитывал прибыть туда (в Александрию) через десять дней, но, благодаря попутному ветру, прибыл за пять дней. Он застал их (иудеев) занятых изучением стиха /Дварим 28:49/׳. "Поднимет Всевышний на тебя народ издалека, с конца земли, как орел налетит народ..." . Сказал им: Чем занимаетесь? Ответили: Вот чем. Сказал им: Я — этот орёл, ибо рассчитывал прибыть за десять дней, а прибыл за пять. Окружил их легионами и поубивал. Сказал их женщинам: Будьте послушны моим легионам, и я не убью вас. Сказали ему: Что сделал с этими, низверженными на землю, сделай и с теми, кто стоит. Тут же убили их, и кровь их смешалась с кровью тех. В тот же час был обрублен рог (мощь) Исраэля, и в будущем это не восстановится до прихода сына Давида (Машиаха)".

Завоевательные планы Траяна потерпели полное крушение. Разочарованный император заболел и умер в Малой Азии в 3875 /115/ году. Его преемником стал Элий Публий Адриан.

Вынужденные бросить огромные воинские силы на подавление небывалых по размаху и ожесточённости еврейских восстаний, римские императоры Траян, а затем и Адриан отказались от завоевания Парфии (Вавилонии), а это, в свою очередь, создало особые условия для евреев этой диаспоры: здесь в последующие столетия без особых препятствий достигла небывалого расцвета духовная жизнь, возникли блестящие ешивы, образовалась и росла группа великих мудрецов, впоследствии создавших Вавилонский Талмуд {Талмуд Бавли).

Не может не возникнуть вопрос: как объяснить неучастие евреев Эрец Исраэль в этих в те годы их окружавших восстаниях. Для восстания в диаспорах были свои, местные, причины, которых не было в Эрец Исраэль. Возможно, что евреи Эрец Исраэль ещё не пришли в себя поеле разгрома и разрушения Храма и не были в состоянии предпринять новое военное усилие. В Мишне / Сота, 9,14/ рассказано о "войнах Квиета", о жесточайшем подавлении восстания евреев Вавилонии, но нет здесь никаких свидетельств о военных действиях в Эрец Исраэль. В связи с "войнами Квиета" мудрецы Эрец Исраэль объявили траур и установили гзеру: "Да не учит отец сына своего греческому", — это свидетельствует о солидарности с евреями диаспоры.

В Иудее, где во главе народа стояли мудрецы, не вспыхнуло восста:ние, но заботы и беспокойства не минули ее. Причиной были не так сам Траян и его наместник, как отряды чужеземцев-язычников, входящих в римскую армию. Эти отряды нападали на незащищённые еврейские города и грабили их сколько душе угодно.

"Новая метла"

Получив от своего предшественника в наследие смуты и волнения в восточных провинциях, Адриан менее всего желал в тот период раздражать евреев в Эрец Исраэль и диаспоре репрессивными мерами. Он отрешил от должности, а затем казнил жестокого наместника Иудеи Квиета. Наказал Адриан и александрийских греков, стремившихся полностью уничтожить еврейское население в городе. В политике умиротворения евреев Адриан, казалось, собирался пойти далеко. У него даже появился план воестановления разрушенного Йерушалаима и Храма. Вообще в тот период новый император старался выступать во всей империи в роли созидателя и миротворца. Планы Адриана на первых порах снискали ему благожелательное отношение евреев. Но скоро стали ясны его намерения.

Человек эллинской культуры, Адриан хотел добиться культурного и даже религиозного сближения между язычеством римского мира и Торой Исраэля. Бывшую столицу Иудеи он хотел так восстановить, чтобы это был как римский, так и еврейский город. А отстроенный Храм, по его мнению, должен был быть общим — как язычников, так и евреев. Для евреев это было абсолютно неприемлемым, ибо противоречило законам Торы.

В мидраше Мехильта написано, что народы мира предлагают Исраэлю идти вместе с ними служить Всевышнему. Исраэль отвечает им, что народы не имеют своей доли в Нём, ибо "Мой друг - мне, и я - ему". Цитируя эти слова из "Песни песней" мелеха Шломо (Соломона) наши учители подчёркивают, что Творец вселенной взял Себе как Его народ — лишь Исраэль и только лишь от Исраэля требует служить Ему, выполняя законы Торы, и только Исраэль изо всех народов взял на себя эту миссию, и только евреи этим держат мир, созданный по законам Торы.

На чём основано это мнение наших учителей? В Торе Всевышний говорит евреям: "Я приму вас Себе в народ и буду вам Богом, и вы узнаете, что Я, Творец, — ваш Бог"... И далее: "...Если будете слушаться Моего голоса и соблюдать Мой завет, то будете для Меня самой большой драгоценностью изо всех народов, ибо вся земля — Моя. Но вы будете у Меня монархией коёэнов и святым народом " /Шмот 6:7 и 19:5, 6!. Это значит, что евреи несут всем народам знание о Всевышнем и служат Ему за всех, но не вместе со всеми народами. Ведь даже христиане и мусульмане, принявшие от евреев их веру в единого Творца, служат Ему по-своему, что уж говорить о язычниках с их многобожием и дикими культами. Для евреев служение Богу — это выполнение законов-мицвот Торы, а на это ни один народ на земле не согласился и не взял на себя "ярмо Торы"*.

Это помогает нам понять, почему евреи не могли пойти навстречу желаниям Адриана, и тем более, не могли допустить неевреев к служению в Храме, ибо это означало отречься от законов Торы, выполнять которые они обязались перед Богом. Адриан отказался от планов восстановления Йерушалаима и Храма, разгневавшись на "несговорчивость" и "неуступчивость" евреев. Этот поворот императора был тяжёлым ударом для евреев Эрец Исраэль и вызвал брожение и возмущение в широких кругах народа.

Раби Йегошуа бен Хананья

Об этом свидетельствует мидраш Брешит раба /54:10/. Во времена раби Йегошуа бен Хананьи империя постановила отстроить Храм... И общины, группы евреев стали собираться в долине Бет Римон, потому что пришли сообщения об отмене того постановления, и стали требовать - восстать против империи. Просили раби Йегошуа бен Хананью, выдающегося мудреца и учителя тех дней, ученика раби Йоханана бен Закая, выступить, и тот сказал: "Лев, пожирая добычу, подавился костью. Обещал награду тому, кто вытащит. Прилетел журавль и своим длинным клювом вытащил кость. Сказал льву: Дай мою награду. Лев ответил: Иди. И, насмехаясь, сказал: Ведь ты влез в пасть льву цел и невредим и вышел из неё таким же". Так мудрец сумел успокоить народ, уже готовый взбунтоваться.

Раби Йегошуа бен Хананья в эти тяжкие годы был духовной силой, защищавшей народ. К великому еврейскому мудрецу с большим почтением и уважением относились даже при дворах римских императоров, где он бывал, отстаивая интересы Исраэля. В Талмуде и Мидрашах зафиксировано немало преданий о беседах раби Йегошуа с императорами, задававшими ему разные каверзные вопросы, на которые великий мудрец давал ясные и впечатляющие ответы, иной раз весьма резкие в их правдивости. Так в Талмуде /Хулин 60а/ написано:

Сказал император раби Йегошуа:

- Я хочу видеть вашего Бога.

Сказал ему:

- Не можешь ты Его увидеть.

И так как император заупрямился и требовал выполнить его повеление, раби Йегошуа пошёл с ним и поставил его против солнца, изо всей силы палящего в тот месяц Тамуз — самый жаркий месяц лета.

Сказал ему:

- Взгляни на него.

Ответил:

- Не могу.

Сказал раби Йегошуа:

- Если на солнце, являющееся одним из Его служителей, ты не можешь даже глянуть, то на шхину (Божественное присутствие) тем более не сможешь.

В мидраше Брешит раба /13:6/ рассказано, как ещё в начальный период своей власти император Адриан беседовал с раби Йегошуа по многим глубоким вопросам мироздания, и еврейский мудрец объяснил особенности вод океана, как они воспринимают воды рек, и каков круговорот вод на земле. В трактате Хулин /606/ сказано, что дочь Адриана потребовала, чтобы раби Йегошуа дискутировал с ней по проблемам, которыми занимаются небеса, и в связи с этим он совершил чудесные явления и "открыл ей пути небес, дающих и не берущих обратно".

Раби Акива

Так как вначале своего правления Адриан старался успокоить народы, взбудораженные действиями Траяна, мудрецы Исраэля поторопились воспользоваться этой ситуацией и восстановить ешиву, изгнанную римлянами из Явнэ. Мудрецы собрались в городе Уша, в Галилее, и создали там главный бет ваад (дом собрания), где, руководимые великим старцем раби Акивой, вынесли ряд исключительной важности решений по валахе, чтобы помочь евреям в новых условиях наилучшим образом выполнять мицвот.

В то время настолько была велика духовная сила раби Акивы, что именно он противостоял в конфликтах и спорах с назначенным Адрианом прокуратором Иудеи Турнусом Руфом, ибо только лишь в самом начале правления Адриана блеснул Исраэлю свет Всевышнего. Но с отменой работ по восстановлению Храма римляне вновь были полны беспокойства: как бы не возродились силы Исраэля — народа, который "отделённо селится и в народах не числится (не будет приниматься в расчёт, немыслим)" /Бемидбар 23:9/.

Эта озабоченность империи проявилась во враждебных ухищрениях администрации против наси из дома Давида: не желали признать рабана Шимъона бен Гамлиэля из Явнэ, наси, называя его лишь "сын наси".

Но не только в этом. Рим повёл целенаправленный подкоп под само существование народа, живущего на своей земле, под мицвот Торы, подо всё, что отделяет Исраэль от Эдома (Рима). Навязанными спорами, провокационными, злонамеренными вопросами римские власти пытались доказать, что они имеют право судить и решать обо всём, что Тора велит Исраэлю хранить и выполнять.

В Талмуде, мидрашах и других древних источниках сохранилось немало свидетельств об инспирированных Турнусом Руфом подстрекательских спорах с раби Акивой и вопросах к нему, на первый взгляд, казалось бы, глубокомысленных, но на деле — глупых в их злобности и ехидстве и ожесточённых от скудоумия и дикости.

Спросил римский правитель у раби Акивы /Мидраш Танхума, гл. Трума, 3!: Почему святой, благословен Он, ненавидит нас, как написано: "А Эсава Я возненавидел..." /Малъахи 1:3/ ?

Сказал ему:

- Завтра отвечу тебе.

А на следующий день спросил его Руф:

- Раби Акива, что снилось тебе в эту ночь, что видел ты?

Сказал ему:

- Этой ночью у меня был сон о двух собаках, одну звали Руф, а другую Руфина.

Разгневался правитель и воскликнул:

- Ты не мог по-иному назвать собак, а лишь моим именем и именем моей жены? По законам империи ты должен быть казнён!

Сказал ему раби Акива:

- Чем отличен ты от них? Ты ешь и пьешь, и они едят и пьют; ты плодишься и размножаешься, и они тоже. А ты сердишься, что я назвал их именами - твоим и твоей жены. Но ведь Святой, благословен Он, простёр небеса и основал землю, Он умерщвляет и животворит; а ты взял бревно и называешь его "Бог" — по Его Имени. Странно ли, что Он ненавидит вас, потомков Эсава-Эдома?

Многократно, снова и снова, начинал Руф свое лукавое "плетение словес" против Торы /Раши в трактате Незикин, 50/.

Спросил он у раби Акивы:

- Чьи деяния более приятны: Святого, благословен Он, или челове-

ка?

Ответил ему:

- Человека более приятны.

Сказал ему Руф:

- Да разве может человек сделать небеса и землю и всё, что происходит из этого?

Ответил ему раби Акива:

- Не обращайся ко мне с вещами, которые выше человека, над чем мы не властны, но говори о вещах, которые достижимы для человека.

Сказал ему:

- Зачем вы обрезываете (делаете брит мила ) и этим изменяете созданное Богом тело?

Ответил ему раби Акива:

- Я знал, что именно об этом ты спросишь меня, поэтому, предваряя этот вопрос, сказал тебе, что деяния человека — более приятны, чем деяния Святого, благословен Он.

Подал ему раби Акива колосья и булочки. Сказал ему:

- Это колосья — деяние Святого, благословен Он, а это булочки — дело рук человека, так разве не приятны булочки больше, чем колосья?

Сказал ему Руф:

- Если Ему так нравятся обрезанные, почему тогда новорожденный не выходит из утробы матери обрезанным?

Ответил ему раби Акива:

- А почему его пуповина выходит с ним, и она связана с его желудком, но мать обрезает её? По поводу же того, что ты сказал: Почему не выходит обрезанным, —потому что Святой, благословен Он, дал мицвот Исраэлю для того, чтобы очистить (переплавить) нас ими. Потому сказал Давид /Тегилим 18:31/: "Изречение Творца очищает (как очищают металл переплавкой)".

В мидраше Когэлет раба /3:17/ написано: Злодей Турнус Руф, упомянутый в Талмуде, создан Богом, чтобы раби Акива был судим с "казнёнными империей".

При их высокомерии и спеси, явно не от хорошей жизни вели подобные разговоры император и его наместник с еврейскими мудрецами.

От Испании до Индии, от Англии до Сахары — все страны были подвластны Риму. Восстания народов нещадно и свирепо подавлялись - и покорённые народы перенимали образ жизни и обычаи поработителей.

Особый народ

С евреями всё обстояло по-иному. Изгнанные и загнанные даже в дальние концы империи, евреи создавали свои общины и жили там, как народ (который) отделённо селится". Только лишь евреи — изгнанники среди всех народов — соблюдали свою изолированность, своё отстранение от нечистоты язычников, от их законов и обычаев. Они не перенимали их образа жизни, не вступали с ними в брачные связи, не ели их пищи, не брали в рот их вин. Но ещё намного большей была эта отстранённость у евреев, живших на Святой земле. Ободрённое разрушением Храма и Йерушалайма, языческое население Эрец Исраэль прилагало огромные усилия, стараясь навредить евреям, чем только можно: доносами и оговорами, стычками, ссорами, лживыми обвинениями — всем, что могло увеличить, обострить, разжечь ненависть Рима к евреям. Но даже вынуждаемые переходить с места на место Сангедрин, ешива, бет ваад и наси сумели обрести такое влияние в народе, что не прошло ещё и пятидесяти лет после разгрома, как народ — разбитый и ограбленный — начал оживать: он плодился и множился, и немало евреев вернулось на свою землю. Как выразился раби Ицхак Айзик га-Леви /Прежние поколения, часть IV, гл. 28/: "Обеспокоены и озабочены были потомки Эсава ростом силы потомков Яакова..."

И через короткое время Рим вновь обрушил на евреев многочисленные запреты и бедствия.

Лютость Адриана

Осенью 3876 /116/ года император Элий Адриан отправился в Египет и по пути остановился в Эрец Исраэль. Он был восторженно принят языческим населением. Встретился также и с евреями, в том числе с их руководителями. Когда он понял, что евреи никогда не согласятся с его планами, то вообще перестал считаться с ними. От своего намерения восстановить Йерушалаим Адриан не отказался. Но, по его замыслу, город должен был стать языческим и называться Элия Капитолина (столица Элия). Этот план был для Адриана особенно заманчив: воскресить из развалин древнюю столицу Иудеи, возродить город, окружённый ореолом святости, вернуть его к жизни в качестве римской крепости и твердыни языческого культа — не значило ли это одержать духовную победу над иудеями, продемонстрировать торжество римской государственной религии? Для евреев это было новой национальной катастрофой.

Римляне понимали, что Йерушалаим как языческий город — невозможен, пока страна ещё полна евреями. И решили снова, в который раз, добиться своего двумя путями: изгнать евреев из родной Страны и попытаться искоренить особую сущность народа Исраэля, убивая еврея — в еврее. Этого хотели достичь двумя средствами: рассеянием евреев по странам империи и ослаблением связи евреев с Торой и её законами. Главные усилия римлян были направлены: против мицвот Торы, отделяющих Исраэль от всех народов; против молитвы Шма, Исраэль... (Слушай, Исраэль! Всевышний наш Бог, Всевышний — един) — этого кредо, которое провозглашал Исраэль настойчиво и властно против язычников;

против брит мила, которая вводила евреев в брит с Творцом и этим отделяла от всех народов;

против шабат, соблюдение которой римляне считали публичным и наиболее открытым вызовом против их образа жизни, их понятия о том, что у народа не должно быть дня отдыха;

против очищения в водах миквы (ритуального бассейна), ибо этим евреи, якобы, подчёркивают, что все остальные народы — осквернены, нечисты.

Трудно сказать, понимал ли Адриан, какое огромное значение для еврея имеют эти мицвот, как велика духовная роль законов Торы в жизни Исраэля, но он вряд ли предвидел, к каким последствиям приведут его запреты, цель которых была та же, что и при Антиохе, — превратить евреев в народ, как все народы. При Антиохе это вызвало восстание Макабим, ожесточённую битву евреев за свое самосохранение, войну, закончившуюся сокрушительным разгромом врага, восстановлением еврейского образа жизни и государственности. Как бы то ни было, но меры, принятые Адрианом, сделали восстание неизбежным.

В трактате Гитин Йерушалаимского Талмуда /стр. 57/ рассказано о событии, которое можно считать поводом восстания, искрой, воспламенившей народ. У евреев, в частности, живших в районе города Бетар, был древний обычай: рождался мальчик — сажали крепкий кедр, а если девочка — душистую акцию. Перед свадьбой юноши или девушки срезали эти деревья и делали из них хупу. Как-то у дочери императора, проезжавшей мимо Бетара, отвалилась стенка экипажа. Сопровождавшие её римляне срубили кедр, посаженный в день рождения мальчика, и починили экипаж. Возмущённые евреи напали на римлян и побили их. Те ринулись к императору с воплем: "Иудеи восстали против тебя!" И тот немедленно выступил против евреев.